Читать книгу "Больше, чем сделка"

Глава 11
Эйден

– Слушай, Эйд, мне уже надоела твоя задумчивая физиономия. – Джай толкает меня в плечо и открывает холодильник.

– Раньше тебе не нравилась моя физиономия, покрытая синяками. Я не могу жить, угождая тебе!

– Слава богу, тот период, когда ты сорвался и какого-то хрена увлекся подпольными боями, канул в Лету.

Джай приземляется на стул напротив меня.

– Но тогда у нас появились деньги, и мы смогли свалить из общежития и снять эту квартирку, в которой ты, между прочим, оприходовал не одну цыпочку.

Джай закатывает глаза.

– А вот с этого места можно и поподробнее.

Реплика Авы застает нас врасплох. Джай качает головой и прикрывает ладонью глаза. Я кусаю кулак, чтобы не рассмеяться. Не хочу, чтобы у них были проблемы.

– И чего вы расселись? Сегодня в братстве вечеринка. Я хочу повеселиться, мальчики!

Ава исчезает в их с Джаем комнате.

– Больше никогда, слышишь, Эйд, никогда не упоминай о моих похождениях при Аве, – шипит Джай. – И тащи свою задницу в душ. Тебе нужно кого-то снять на этой вечеринке. Ваша с Фоксом сделка не ограничивает твою сексуальную жизнь.

А ведь он прав. Нужно выпустить пар. И пусть мне пока не удалось сделать это с Эштон Гласс, но я ведь могу закрыть глаза и думать о том, что на коленях передо мной стоит она, а не какая-нибудь очередная девчонка.

Братство «Фи Бета Каппа» известно своими обитателями-снобами. Но вечеринки у них что надо. Да и выпивка льется рекой. Это то, что мне сейчас нужно. Иначе этот гребаный апельсиновый аромат, исходящий от Гласс на сегодняшней лекции, никогда не вывести.

Я наблюдаю за тем, как Ава танцует со своими сокурсницами, выискивая в толпе девчонок ту, которая поможет мне сегодня расслабиться. Но ни одна из них не будоражит мое воображение.

Делаю глоток пива, и в ту же секунду сердце пропускает удар. Сквозь толпу народа пробирается Эштон Гласс, держа за руку своего блондинистого парня. Вот кому под силу разбудить во мне желание только одним своим видом. В этом платье и сапогах она выглядит как квинтэссенция греха.

Как только ее спутник-альбинос отвлекается на беседу с каким-то чуваком, я решительно двигаюсь в сторону девушки.

– Отличное платье, детка! Ты и твой парень вместе его выбирали? – кидаю я, проходя мимо. Уверен, что она поняла мое замечание: глаза прищурены, губы поджаты. Шах и мат, мисс Гласс, у тебя нет гребаного парня!

Болтая с ребятами о том, как уверенно в этом году выступает университетская футбольная команда, замечаю, что к Эштон подходит Фокс. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Он расплывается в хищной улыбке, Эштон хмурится. Их разговор явно напрягает ее, я чувствую это. Девчонка опустошает свой стакан одним глотком и сваливает подальше от этого козла. Шатающаяся походка выдает ее состояние – она уже пьяна.

На шее Фокса в ту же секунду повисает блондинка и что-то шепчет ему на ухо. Парень скидывает с себя ее руки, что-то быстро говорит и уходит. Девушка топает ногой, и, когда она поворачивается лицом ко мне, я узнаю Бланку Новакову. Весь университет знает, что она без ума от Фокса, но парень использует эту малышку совсем не по назначению. Вместо того чтобы преследовать и мстить Эштон Гласс, ему следует обратить внимание на эту полячку.

Я снова взглядом нахожу ту, что вторую неделю не выходит у меня головы. Она лавирует в толпе. Неожиданно какой-то тип в голубой футболке поло преграждает ей путь. Я напрягаюсь и совсем не слышу, о чем говорят парни. Эштон пытается избавиться от напористого чувака, но он кладет лапы на ее талию и припечатывает к стене. Клянусь, я вырву ему руки! Девчонка уворачивается от его губ. Этот козел намеревается запустить в ее рот свой язык?

Через пару секунд я оказываюсь возле них. Слышу срывающийся голос Эштон. Ублюдок ее пугает! Не раздумывая, хватаю парня за плечо, и, как только он поворачивается ко мне, мой правый кулак впечатывается ему в лицо, заставляя пошатнуться.

– Надеюсь, теперь ты запомнишь, как нужно обращаться с девушками? – цежу я сквозь зубы прямо у уха ублюдка, держа его за воротник рубашки. Он мычит что-то нечленораздельное и исчезает в толпе, как только я его отпускаю.

Эштон так и стоит, прижавшись к стене. Ее глаза распахнуты.

– Ты в порядке? – осторожно спрашиваю я. Черт, она просто сводит меня с ума своим беспомощным видом. Приходится бороться с желанием обнять ее и прижать к себе.

– В полном, – отвечает она и делает шаг мне навстречу. – Потанцуешь со мной?

Что? Я не ослышался?.. Эштон Гласс только что ответила мне нормальным тоном, да еще и пригласила на танец?! Я молча беру девушку за руку и прижимаю к себе. Мы начинаем медленно двигаться.

Эштон немного дрожит, и я чувствую, как гулко бьется ее сердце. Она теснее прижимается ко мне всем телом. Девушка на каблуках, но все же в разы ниже меня. Со всех сторон нас пихают надравшиеся до чертиков студенты.

– Спасибо, – шепчет Эштон мне в шею и поднимает голову. Ее горячее дыхание заставляет меня крепче стиснуть зубы, и я обнимаю ее еще крепче. Запах апельсина смешался с запахом ванили. Ее глаза призывно смотрят на меня. И будь я проклят, если это не мольба о поцелуе. Расстояние между нашими губами сокращается. Еще один дюйм, и я наслаждаюсь вкусом ее мягких, податливых губ. Она приоткрывает рот, и мой язык встречается с ее. Черт, я желал этого, но не думал, что будет настолько захватывающе.

Эштон не отталкивает меня, а, наоборот, всем нутром дает понять: «Не останавливайся». Затем, приподнявшись на цыпочки, крепче обхватывает меня за шею и опускает мою левую руку на свою задницу. Что она творит? Ее поцелуй пропускает по мне разряд тока. Мощный, сквозной разряд.

Мне не нужно повторять дважды. Я сжимаю ее попку. Твою мать, прикасаться к этой девушке одно удовольствие. Мне становится тесно в джинсах. Я хочу, чтобы эта девчонка почувствовала, насколько ее действия заводят меня. Припечатываю ее к стене, и она издает тихий стон.

Нежные пальчики Эштон забираются под мою футболку и поглаживают спину, отчего я еще сильнее прижимаюсь к податливому телу. Она кусает меня и при этом улыбается от удовольствия – я чувствую это. Нас разделяют только несколько слоев одежды и десяток зевак неподалеку.

– Эйден… – хрипло произносит Эштон и снова впивается в мои губы.

Я хочу большего. Хочу подмять ее под себя и запустить руку в ее трусики. Черт, как же тяжело сдерживаться! Да, я знаю, что пьяным студентам нет до нас никого дела. Но я хочу насладиться ею сполна без любопытных глаз. Внезапно Эштон отстраняется, и я не понимаю, что происходит.

– Мне пора домой…

Она облизывает припухшие от наших поцелуев губы и проводит ладонью по моей щеке. Словно изучает меня.

– Я правда должна уезжать. И… – Эштон замолкает, чтобы обдумать дальнейший вопрос. – От кого ты узнал про мою всего-лишь-дружбу с Оззи?

Я не успеваю за этой девчонкой. Нервно сглатываю, провожу ладонью по лицу. Нужно взять себя в руки, хотя это чертовски трудно сделать с каменным стояком в штанах.

– От друзей, – отвечаю наконец и задаю встречный вопрос: – Я могу отвезти тебя домой?

– Мой «Форд» на улице, и думаю, справлюсь сама.

Кончиком языка она касается моего подбородка и ловко выскальзывает из плена объятий. Напоследок подмигивает мне, как в гребаных мелодрамах.

Я опираюсь на стену и смотрю ей вслед. Улыбка появляется на моем лице. Она снова победила, оставив меня в дураках.

Глава 12
Эштон

Я не помню, как вернулась домой после вечеринки. Только бешеное сердцебиение и Лукас. Мой брат в компании друзей и своей девчонки расположился на веранде с ящиком пива. Отец сроду не позволил бы ему такую вольность. Видимо, младший решил оторваться в его отсутствие. Я прохожу мимо, спрятав лицо под волосами. Отчего-то эти незнакомые рожи меня напрягают. Да уж, Лукас, имея определенный диагноз, умудряется неплохо прикидываться и вживаться в роль обычного человека. В детстве же он часами сидел на крыше, вглядываясь в звездное небо. Потом отец подарил ему телескоп. Сейчас эта установка занимает половину моего балкона. Еще бы, ведь у шестнадцатилетнего подростка совершенно иные интересы. Я перевешиваюсь через перила и слышу его голос. Он говорит о каком-то парне, что должен ему денег, причем приличную сумму. Алексис предлагает навестить должника и пригрозить. Я случайно задеваю цветочный горшок и отпрыгиваю назад. Надеюсь, меня не заметили.

* * *

Утром голова трещит по швам. Я нехотя встаю с кровати, а затем заваливаюсь обратно. Пусть все катится к черту, не пойду на лекции. Тем более там будет он. Эйден. Вчерашнее помутнение рассудка приковывает к матрасу окончательно. Что я наделала? Я позволила ему приблизиться. Моя вина в этом определенно есть. А еще джин, ром, текила и скотина Остин Фокс. Его колкие фразочки «Тебе не сбежать от меня» и «Ты будешь ползать у меня в ногах» просто выбили из равновесия. А слетевший с катушек старшекурсник, что принялся лапать меня своими мерзкими ручонками? Отвратительный вечер! Если бы не Эйден… Боже, этот неудержимый тайфун просто сбил меня с ног. Подумав о Палмере, прикасаюсь к губам. Целуется он, надо заметить, на сто баллов. Я будто словила кайф после первого в жизни косяка. Такого раньше не случалось.

– Сестренка, ты живая? – Лукас сует нос в мою комнату.

– Да, а ты? Как Алексис?

– В смысле? Я ночевал один, если ты об этом.

– Какие планы на день?

– Прогуляюсь после школы по городу, может, в кино схожу. А у тебя? Ты должна уже спешить на занятия.

– Нет. Пропущу сегодня лекции. Вот сейчас отвезу тебя в школу и посижу в лаборатории пару часиков.

– Как знаешь, мне все равно. Только папуле ни слова.

– Договорились. За это поедешь к врачу. Согласен?

– Ладно, – протянул Лукас и скрылся из виду. Я дожидаюсь, пока шаги брата стихнут, и иду в ванную. Сегодня мне не хочется наряжаться. Надеваю растянутую футболку, спортивные штаны и бейсболку, под которую прячу волосы. Даже лифчик лень напяливать. И так сойдет. Спускаюсь на первый этаж, где мы с Лукасом завтракаем, а позже съезжаю на «Фарлайне» с гаражной дорожки и везу его в школу. Все, что мне нужно сейчас, – это уединение.

В учебных коридорах тихо. Только уборщик Лесли улыбается и провожает меня взглядом.

Телефон вибрирует в кармане, и я знаю, что звонит Оззи. Этот мерзавец бросил меня на вечеринке, как только выдалась возможность.

– Хорошо, что ты на другом конце провода, – закипаю от гнева.

– Детка, прости, я не виноват. Бухло и ночная жизнь сделали свое дело. – Он будто предчувствует бурю.

– Как же, расскажи кому-нибудь другому, кто не знает тебя, как я.

– Тебя кто-то обидел?

Что он имеет в виду? Выдыхаю и прокручиваю его вопрос про себя. Учитывая, на что я пошла с Эйденом, то у «обидел» есть синоним «попала». Влипла по самые уши.

– Нет, все нормально. Увидимся позже?

– Конечно. Целую.

– И я… целую.

Пусть только покажется мне на глаза, и я выскажу все, что думаю о нем. Повернув ключ в замке кабинета Янга, ощущаю запах типографской краски. Да, у профессора много книг и научных журналов. Оставляю сумку на высоком столе и захожу в свою берлогу.

* * *

Два часа вожусь с пленкой, а затем с готовыми фотками. Кое-какие подписываю и складываю в альбом. Растрепанные волосы рассыпаются по плечам, и я снимаю бейсболку к чертовой матери. Склонившись над столом, упираюсь локтями в деревянную поверхность. Вокруг меня свеженькие, новенькие коллажи из фото. Красота. Скрип двери привлекает мое внимание, и я произношу:

– Оззи, смотри, какая прелесть получилась.

Но мне никто не отвечает. Шаги становятся отчетливее. Я оборачиваюсь и вижу Эйдена. Что? Как он зашел?

– Ты не должен быть здесь!

– Какого хрена ты бегаешь от меня? – цедит появившийся парень сквозь зубы. – Может, уже посвятишь меня в правила своей игры?

Он упирает руки в бока и ждет ответа, сверля меня карими глазами.

– Бегаю? Даже не думала. Просто настроения нет сидеть на парах или видеть те…

Я осекаюсь, чуть было не сморозив глупость. Накручиваю волосы на карандаш и зацепляю на макушке. Эйден скользит оценивающим взглядом по моей фигуре.

– Видеть меня? Значит, мисс Гласс не желает видеть меня? – произносит он и делает шаг в мою сторону. – Вчера ты была куда сговорчивее, когда мой язык был в твоем ротике.

Еще шаг, и Эйден оказывается слишком близко. Чувствуется запах сигарет и его парфюма. Того самого парфюма, что я нашла в его спальне.

– Вчера я перебрала с алкоголем. И не понимала, что творю.

Я втягиваю эту смесь ароматов и закрываю глаза. Как кадры на пленке, возникают восхитительные моменты нашей шалости на вечеринке.

– Отойди, пожалуйста…

Кладу руку ему на грудь и непроизвольно сжимаю в кулаке мягкую ткань. Правый уголок его губ приподнимается в довольной ухмылке.

– Ты же не хочешь, чтобы я уходил.

Это совсем не вопрос. Я нервно сглатываю. Эйден не сводит глаз с моих губ. И через секунду его рот обрушивается на них, и я даже не замечаю, как оказываюсь сидящей на столе. Я обвиваю ногами его талию и пятками подталкиваю к себе. Все мои страхи улетучиваются, а время будто замедляется. Мне хочется больше и больше, словно мучаюсь от жажды в пустыне. Его волосы щекочут мои пальцы, когда я с силой сжимаю их. Из груди Эйдена вырывается звук, похожий на рык. А грубоватые руки оказываются под моей футболкой и смело двигаются вверх от талии. Большие пальцы парня проводят линию под моей грудью, а затем теплые ладони накрывают ее. Я вздрагиваю, а Эйден хмыкает и чуть стискивает свои большие и указательные пальцы вокруг затвердевших сосков. Хочется порвать на нем одежду и ощутить горячее тело. Его тело. И я нахожу способ добраться до желанных мест. С небольшим усилием тяну с него футболку. Он ловко выныривает из горловины, и я не даю ему опомниться. Я жадно ласкаю языком его шею, ключицу, гладкую кожу, а затем вновь ощущаю горячее дыхание у своих опухших от поцелуя губ. Эйден играет с моими сосками, доводит до исступления. Внезапно разрывает наш поцелуй, немного отклоняет меня назад и поднимает низ моей мятой футболки. Его дыхание на обнаженной коже заставляет сердце бешено стучать в груди. Правый сосок оказывается в плену его влажных губ, и я почти забываю, как дышать. Руками смахиваю все, что лежит на столе. Начинаю понемногу ненавидеть свое увлечение в такие моменты. Но еще больше бесит то, что я становлюсь податливой от ласк Палмера. Пластичной, как глина. Почему он делает это со мной? Я выгибаюсь от очередного касания языка к чувствительной вершинке. Эйден не оставляет меня в покое ни на секунду.

– Я был уверен, что они розового цвета, как твои сладкие губки, детка, – шепчет он, продолжая ласку. Его правая рука поглаживает мой живот. Кончиками пальцев он водит над резинкой моих спортивных штанов. Еще мгновение, и из легких выходит весь воздух, когда пальцы Эйдена оказываются в моих трусиках. Я напрягаю бедра, когда он оказывается там. Почти год никто не касался меня так, как сейчас. И я переживаю происходящее, словно девственница в объятиях опытного самца.

– Эйден, я… я не занималась этим…

Парень смотрит на меня затуманенным от желания взглядом.

– Что? Ты девственница?

– Нет, просто давно не практиковалась. Десять месяцев.

Молюсь, чтобы мои скорпиончики скрылись от его глаз, как и все, что с ними связано. Эйден опускает взгляд, облизывая губы. Проклятье, он наверняка разглядел татуировки.

– Эштон, я чертовски хочу тебя, детка!

Будто в подтверждение своих слов, он берет мою ладонь и кладет туда, где под джинсами проявляется явный признак возбуждения. Я поддаюсь ему, но потом поднимаю руку и цепляюсь за пояс.

– Не могу. Все слишком быстро.

Придвигаюсь ближе, чтобы он понял: я серьезно. Мне не хочется строить из себя недотрогу, но все выходит само собой.

– Это шутка, Эштон? Снова твои дурацкие игры? – Эйден отходит от меня на пару шагов назад. – Ты специально распалила меня, чтобы посмеяться?

Он проводит рукой по волосам.

– Все, с меня хватит!

Поднимает ладони вверх. И уже через секунду в фотолаборатории остается только его неповторимый запах.

* * *

Я спешно поправляю одежду и волосы, чтобы догнать Эйдена и объяснить причину своего поведения. Но едва оказываюсь на улице, как вижу сладкую парочку. Бланка висит на шее Эйдена, а руки, что прикасались ко мне всего несколько минут назад, сжимают упругую задницу спутницы. В моих мыслях возникают зловещие картины того, что я хотела бы сделать с этой сучкой, однако быстро сажусь в «Форд» и завожу своего жеребца. Переключив передачу, выпускаю черный столб дыма из-под колес и на всей скорости врезаюсь в бампер «Камаро» Эйдена. Он успевает отпихнуть Бланку на газон, и та падает на пятую точку. Я отъезжаю назад и слышу, как что-то отвалилось и упало на асфальт. Затем выравниваю машину с объектом своей ненависти и опускаю окно, чтобы сказать:

– Ты хотел знать, что за игру я веду? Лови наглядный пример. А сейчас улыбнись, хочу заснять твою гребаную рожу!

Беру старый «Полароид» с моментальной выдачей фото, и один за другим на сиденье вываливаются снимки.

– Чао! – кидаю напоследок и срываюсь с места.

Только убравшись от греха подальше, останавливаюсь и начинаю рыдать. Водители сигналят мне и крутят пальцем у виска. Я сижу в машине посреди оживленной дороги и медленно осознаю, как крупно я влипла…

Глава 13
Эйден

Я открываю дверь ногой. Уборщик в коридоре корпуса с опаской смотрит на меня. Не могу поверить, что это снова произошло: она сделала из меня идиота в который раз! Я уже начинаю понимать мотивы Фокса. Эта девчонка способна вывести из себя кого угодно.

На выходе из здания я сталкиваюсь с Бланкой Новаковой.

– Господи, Палмер, ты чуть не сбил меня с ног! – Блондинка поправляет рукой прическу. Ее топ под синим пиджаком туго обтягивает грудь. Я сжимаю кулаки. Мои ладони еще помнят возбужденные соски Эштон пару минут назад. Черт, я не железный, в конце концов!

Бланка смотрит на меня кокетливым взглядом и кусает полные губы. Недолго думая, припечатываю ее к стене здания и целую. Бланка не сопротивляется, обвивая мою шею руками.

– Поедем ко мне? – шепчу я, разрывая наш поцелуй. Не могу сейчас мыслить рационально. Кровь отлила от головы, и мне нужна разрядка. Бланка – сексуальная девушка, и провести с ней время будет одним удовольствием.

– Где твоя тачка?

Девушка проводит языком по моим губам. Я беру ее за руку и тащу в сторону парковки. Она еле поспевает за мной на своих высоченных каблуках.

Мы оказываемся у моей «Камаро», и прежде, чем усадить девчонку в машину, я прижимаю Бланку к двери и повторяю поцелуй. Она постанывает от удовольствия. Мои руки сжимают ее упругую попку. Но что-то набатом бьет в моей голове. Не эту девушку я хочу видеть в своей постели. Да, она чертовски хороша, но не пахнет апельсинами и чертовым проявителем для пленки. Она издает не те звуки, когда я изучаю языком ее рот. Твою мать… Она не Эштон Гласс.

Неожиданный звук заставляет меня оторваться от губ Бланки. Рев мотора «Фарлайна» отрезвляет меня. Я успеваю оттолкнуть блондинку на газон перед тем, как «Форд» с ужасным грохотом врезается в задний бампер моей «Камаро». Какого хрена? Что она творит? Совсем слетела с катушек?

Наши с Эштон взгляды пересекаются.

– Ты хотел знать, что за игру я веду? Лови наглядный пример. А сейчас улыбнись, хочу заснять твою гребаную рожу!

Ее голос проникает в мое шокированное сознание. Эштон высовывается из окна со старым «Полароидом» в руках. Несколько щелчков, и «Форд» срывается с места.

– Чокнутая сука! – вопит Бланка и поднимается с газона. – Что это вообще сейчас было, Палмер?

Визгливый тон Бланки заставляет меня сжать зубы сильнее. Она отряхивает задницу.

– Не твое дело!

Я присаживаюсь на корточки у бампера своей машины, оценивая повреждения. Задние стоп-сигналы разбиты вдребезги, куски черного пластика валяются под машиной.

– Не верю, что ты имеешь виды на эту психопатку. – Блондинка оказывается возле меня.

– Послушай внимательно: это не твое дело! – повторяю я еще раз и потираю ладонями лицо. – Больше в твоих услугах я не нуждаюсь.

Чувствую, как внутри вскипает ярость. Мне сейчас не до плотских утех. Эштон Гласс перешла черту. Проклятье, она перешла уже все границы!

– Да пошел ты, козел!

Стук каблуков по асфальту оповещает о том, что Бланка наконец свалила. Я достаю пачку сигарет и делаю первую успокоительную затяжку. Что на нее нашло? Через секунду ко мне приходит озарение: Эштон приревновала меня к Бланке. Она взбесилась из-за того, что я целовался с другой девчонкой. Через пару затяжек чувствую себя намного лучше. Осознание того, что я небезразличен этой девушке, наполняет грудь непонятной радостью. Эштон сведет меня с ума.

– Какого хрена, Палмер?!

Супер, только Фокса мне не хватало.

– Что ты сделал с моей тачкой?

После этого вопроса мне хочется схватить парня за его длинные волосы и припечатать физиономией к капоту моей, мать твою, моей тачки!

Фокс, нахмурив брови, осматривает автомобиль. Я докуриваю сигарету и открываю дверь со стороны водительского сиденья.

– Все под контролем, Фокс. Это часть плана.

Завожу мотор, сдаю назад и оставляю Остина с недовольным видом на парковке кампуса.

По пути в мастерскую Луиса забираю из университетского кафе Джая.

– Блин, Эйд, что произошло? – спрашивает друг, как только оказывается в салоне «Камаро».

– Кое-кто неудачно выехал с парковки, – ворчу я.

– Подожди-подожди, дай угадаю. Мисс Гласс перепутала педали? – Джай прикрывает рот кулаком.

– Вот вообще не смешно, Джай. Эта девчонка за две недели вынесла мне весь мозг! – бью рукой по рулю. – Она чокнутая, мужик. Продинамила меня, а после разбила мою тачку!

Смех Джая заполняет салон.

– Помнится, я тебя предупреждал, что с ней твои фокусы не пройдут.

– Заткнись уже на хрен! Она нарвалась.

Выезжаю с территории кампуса. Надеюсь, Луис починит мою красавицу сегодня же.

* * *

– Ты разучился водить? – вопрос Луиса я оставляю без ответа. – Через пару часов все будет в лучшем виде, амиго!

Парень хлопает меня по плечу.

– А когда я уже смогу забрать свою тачку? – Джай вырастает между нами.

– Завтра, мужик.

Луис снимает с головы красно-черную бандану и протирает ею вспотевшее лицо.

– Эта отличная новость! Я уже устал ездить на этой развалюхе.

Джай бьет ладонью по крыше моей «Камаро». Я показываю ему средний палец.

Уже прошла пара часов, а Луис все копается.

– Луис, это надолго? – нетерпеливо спрашиваю я.

– Если Хорхе не появится через полчаса, то думаю, что надолго. – Луис еще что-то добавляет на испанском, но я ни черта не понимаю.

Через десять минут у гаража останавливается черный «Скайлайн». Хорхе, младший брат Луиса, неторопливо заходит внутрь.

– Что за mierdа[2]2
  Дерьмо (исп.).


[Закрыть], Хорхе? Где тебя черти носят, idioto[3]3
  Идиот (исп.).


[Закрыть]?

Луис подходит к брату и отвешивает тому подзатыльник. Хорхе семнадцать, поэтому Луис пытается наставить парня на путь истинный. Но Хорхе, как обычный подросток, хочет жить по своим правилам.

– Что это такое? Te lo pregunto[4]4
  Я тебя спрашиваю (исп.).


[Закрыть]! – Луис выжидающе смотрит на парня. Он замечает кровь на костяшках его рук. – Ты дрался? Responde rápido[5]5
  Быстро отвечай (исп.).


[Закрыть]!

Хорхе поднимает глаза и начинает что-то быстро говорить на испанском языке. Луис тоже отвечает ему на родном наречии. Во всей этой словесной неразберихе я слышу знакомую фамилию – Гласс.

– О чем они говорят, Джай? – спрашиваю я. Отец Джая мексиканец, мать афроамериканка. Мой друг вполне сносно говорит на родном языке отца, и я точно знаю, что он понимает Луиса и Хорхе.

– Похоже, Хорхе планирует вступить в Геррерос. Пару часов назад он ездил к Лукасу Глассу, чтобы выбить из парня долг, – шепчет Джай и продолжает прислушиваться к перепалке двух темпераментных братьев.

– Лукас Гласс? Кто он?

– Младший брат твоей сумасшедшей девчонки.

Брат? Брат Эштон имеет какие-то дела с мексиканской бандой? Геррерос – известные поставщики в Орегоне. Что за хрень?

Еще через час моя «Камаро» как новенькая. Мы возвращаемся с Джаем в наш квартал.

– Не верю, что Энрике затащил во все это больного парня. Чертов ублюдок!

Джай бьет ладонью по приборной панели.

– Эй, давай полегче! Мы только отъехали от автомастерской. О ком ты говоришь?

– Лукас Гласс аутист, Эйд. Он, конечно, отлично социализирован, ходит в обычную школу и, по словам Авы, завел девчонку. Но каким образом он попал в лапы Геррерос?

Джай качает головой. Парень зол как черт. Ему самому не так-то легко было избежать вступления в банду, где раньше имел авторитет его отец. Но мать Джая – смелая женщина, и она сделала все, чтобы Геррерос не заполучили ее мальчика. Усилия оказались не напрасными. Сейчас Джай – один из лучших студентов на техническом курсе.

Перед сном я снова и снова прокручиваю в голове события сегодняшнего дня. Моя злость из-за выходки Эштон сменилась беспокойством за нее. Если ее брат задолжал дилерам, она может быть в опасности. Не замечаю, как проваливаюсь в сон. Во сне Эштон снова в моих объятиях. Она полностью обнажена, и я наслаждаюсь ее стройным, подтянутым телом, лаская его языком. Настойчивый звонок смартфона вырывает меня из объятий девушки.

– Алло? Кто это?

Номер мне незнаком. Я пытаюсь вернуться в реальность. Сажусь на кровати, уперевшись на ее спинку.

– Эйден? Эйден, это Лукас Гласс! Эштон пропала. Я чертовски волнуюсь. Она никогда не оставляла меня одного среди ночи. – Голос парня срывается. – Кое-что случилось. Я уверен, что она поехала к Энрике.

– Повтори, к кому?

Не верю своим ушам. Неужели речь об Энрике Кабрере?! Это один из лидеров Геррерос. Я познакомился с ним, когда участвовал в подпольных боях. Он редкостный ублюдок.

– К Кабрере, – подтверждает мои опасения Лукас.

Я знаю, где смогу найти Энрике и, возможно, Эштон. На шум в гостиной из комнаты выходит Джай.

– Какого хрена ты не спишь, бро?

Быстро обрисовываю ему ситуацию, и через десять минут мы вместе мчимся на моей машине в северную часть города. Там, в заброшенных складах деревообрабатывающего завода, можно найти Энрике.

Фары «Камаро» высвечивают в темноте у одного из складов припаркованный «Фарлайн». Я закрываю глаза и мысленно ругаю Эштон за ее необдуманные поступки. Эти ублюдки настолько жестоки, что даже не моргнут глазом, причиняя боль этой смелой защитнице своего брата.

– Какой план? – спрашивает Джай перед тем, как мы выбираемся из тачки.

– Попробуем договориться. Ты будешь моими ушами.

Друг согласно кивает.

Толкаю высокую тяжелую дверь, и мы оказываемся в хорошо освещенном помещении склада. Я сразу замечаю Эштон. Девушка сидит на стуле, прямо держа спину. Энрике Кабрера сжимает в руке ее волосы и что-то шепчет на ухо. Уверен, что ей чертовски больно от его захвата. Твою мать, я его убью!

– Отпусти девушку, Энрике! Я пришел за ней.

Энрике оборачивается на мой голос. Эштон вздрагивает от неожиданности.