Текст книги "Медуза: прыжок тигра"
![](/books_files/covers/thumbs_240/meduza-pryzhok-tigra-6198.jpg)
Автор книги: Джек Чалкер
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 1
ПЕРЕРОЖДЕНИЕ
После разговора с Крегом мне предоставили несколько дней на обустройство своих личных дел – это оказалось весьма непросто, – а затем направили в клинику Службы безопасности Конфедерации. Я бывал здесь не раз, но никогда не помнил, зачем. Тамошние специалисты программировали агентов к предстоящей операции и восстанавливали их сознание по завершении ее, но наша деятельность имеет свою специфику. Я бы назвал ее «сверхлегальной», ибо просто «легальная» подразумевает откровенную уголовщину, и многие наши подвиги до сих пор остаются чересчур животрепещущими, чтобы разглашать их. Во избежание этого мозг агента, как правило, подвергается информационной чистке.
Кому-то такая жизнь, когда не знаешь, где был и что делал, покажется довольно странной, но у нее есть и свои преимущества. Никакому потенциальному врагу не придет в голову требовать сведений от человека, страдающего амнезией, и вне службы вам ничто не угрожает. Конечно, порой возникают определенные неудобства, но они сполна компенсируются практически неограниченными финансовыми возможностями агента Конфедерации и организованным для него комфортом. Я останавливался в самых роскошных отелях, обедал в лучших ресторанах, безудержно развлекался – и это помогло мне сохранять форму. Я наслаждался каждым мгновением и за исключением обязательной переподготовки – четырех– или шестинедельных курсов, напоминающих курсы общей военной подготовки, только более грязные и жестокие, – вел жизнь богатого повесы, далекого от житейских проблем. Собственно, цель этих регулярных занятий как раз и состояла в том, чтобы проверить – не размягчились ли ваши мозги и воля от сытого и слегка бестолкового времяпрепровождения. Вживленные датчики бдительно следили за состоянием вашего организма и определяли момент, когда необходимо хорошенько встряхнуться.
По первости я частенько удивлялся крайней изощренности системы встроенного контроля за здоровьем. Казалось, целый штаб Службы безопасности неусыпно следит за моими дебошами и готов в любую минуту меня одернуть, но со временем я научился не обращать на это внимания.
Так что жизнь агента была прекрасной и беззаботной. Да и не только агента. Обитатели наиболее цивилизованных планет оснащались похожими датчиками, только, вероятно, менее сложными – а как же еще развитая цивилизация может контролировать своих подданных, не забывая при этом о гуманизме и правах личности?
Впрочем, наше руководство понимало, что механическое уничтожение информации – вещь крайне непрактичная: даже самому совершенному агенту необходимо учиться на собственных ошибках и накапливать опыт. Поэтому, когда наступала пора отправляться на очередное задание, вас первым делом посылали в клинику, где быстренько возвращали в мозг все, что временно в нем отсутствовало. Вот теперь вы были готовы сполна исполнить свой долг.
После такой процедуры мне всегда бывало не по себе, а я знал, что на сей раз процесс пройдет на гораздо более глубоком уровне. Дело не ограничится простым восстановлением памяти: во мне будет жить информация о других личностях, и не только об их сознаниях, но и о физиологии, то есть достаточно скрупулезная, чтобы я в случае необходимости мог стать любой из них.
Каковы же будут они, четыре новые версии моего "я"? Что будут любить? Что – ненавидеть? Все они скорее всего рождены на какой-нибудь из еще нецивилизованных планет, обитатели которой пока не успели подвергнуться полной стандартизации во имя всеобщего равенства. Наверняка эти люди – уроженцы самых дальних границ, шахтеры, торговцы или пираты – одним словом, те, без которых культурная экспансия совершенно невозможна. Такие люди еще обладают индивидуальностью, уверенностью в себе, творческими способностями, то есть всем, без чего нельзя выжить в сложнейших ситуациях, с которыми они сталкиваются постоянно. Наше идиотское правительство с радостью истребило бы их до последнего, но, к счастью, в результате прогрессирующей уравниловки оно и само в достаточной степени деградировало, утратив необходимые для этого волю и неукротимость.
В этом, собственно, и крылась основная причина создания резервации на Ромбе Вардена. Многие первопроходцы настолько выбивались из общей массы, что одним своим существованием ставили под угрозу безопасность и стабильность цивилизации. Ситуация осложнялась еще и тем, что личность, способная разорвать устоявшиеся социальные связи, должна обладать мощным интеллектом, а значит, бороться с ней просто некому. Ромб служил весьма эффективной ловушкой для подобных индивидуумов и одновременно позволял им сохранять творческие способности. Благодаря неусыпному дистанционному контролю Конфедерация то и дело черпала что-нибудь ценное из этого неиссякаемого источника идей и открытий.
Да и уголовникам там, внизу, выбирать не приходилось. Единственной альтернативой для них все равно была только смерть, и в конце концов одаренные натуры превратились в одну из составляющих социума Конфедерации, гарантируя тем самым собственное существование.
* * *
…Проклятые зонды сводили меня с ума. Обычно вслед за легким покалыванием наступала сонливость, а через несколько минут вы просыпались уже самим собой. Но в этот раз привычный зуд внезапно перерос в нестерпимую боль, обручем сдавившую череп. Словно гигантская рука стиснула его изо всех сил, то слегка ослабляя, то возобновляя чудовищную хватку, и, вместо того чтобы забыться неглубоким сном, я потерял сознание.
* * *
Я очнулся и невольно застонал. Пульсирующая боль исчезла, но память о ней еще жила. Несколько минут я лежал неподвижно, пытаясь собраться с мыслями, а потом, кряхтя, приподнялся и присел на краешек койки.
Воспоминания сначала отступили и тут же нахлынули вновь. Как всегда, я с удивлением припомнил свои предыдущие подвиги. Интересно, а мои заменители тоже прошли какую-нибудь подготовку? Ведь их память по окончании миссии уже не удастся очистить, как мою. Впрочем, полный объем моей ментальной информации их бы просто-напросто убил. Да и вообще, в Ромбе Вардена безвозвратно теряются и не такие секреты, и все они – в руках тех, кто умеет извлечь из них максимум выгоды.
И, однако, что-то тревожило меня, какое-то маленькое несоответствие. Оглядевшись, я внезапно сообразил, в чем дело.
Это была вовсе не клиника Службы безопасности – наоборот, я очутился в какой-то тесной каюте, правда, с довольно высоким потолком. Маленькая койка, миниатюрная раковина, стандартный пищепорт. В стену вделан выдвижной сортир. И больше ничего. Или еще что-то?
Я присмотрелся повнимательнее. Так и есть. За каждым моим движением, следят, а возможно, здесь существует еще и ментальный контроль. Между дверью и стеной – ни единой щели, открыть ее изнутри нечего и думать. Внезапно я все понял.
Тюремная камера! И тут, к своему ужасу, я уловил слабую вибрацию – не слишком заметную и не особенно неприятную, но я прекрасно знал, что она означает. Я на борту космического корабля.
Я встал, испытав мимолетное головокружение, и осмотрел свое тело. Оно оказалось несколько миниатюрнее, чем старое, но было обычным телом обитателя цивилизованной планеты. И на удивление молодым, я даже еще не успел покрыться волосами в определенных местах. Потрясенный, я застыл как изваяние, а в голове крутилось:
– Я ТЕПЕРЬ НЕ Я! Я ОДИН ИЗ НИХ, МОИХ ЗАМЕНИТЕЛЕЙ!!!
Обхватив руками голову, я повалился на койку. Это невозможно! Я точно знаю, кто я, помню каждое мгновение своей жизни…
Первоначальный шок сменился гневом – гневом и бессилием. Отныне я только копия, полномасштабная кукла, и кто-то контролирует каждое мое движение, каждую мысль. Я возненавидел его, этого кукловода, возненавидел с нечеловеческой страстью и без всякой рациональной причины. Сейчас он, в комфорте и безопасности, пристально наблюдает за мной, а когда все закончится, вернется обратно, к сытой и безмятежной жизни, а я…
Меня зашвырнут на одну из планет Ромба, как какого-нибудь преступника, заключенного на веки вечные и без всякой надежды на амнистию. А потом? Когда я выполню задание? И тут меня озарило. Да мне ли этого не знать! Меня будут постоянно отслеживать и моментально прикончат, если я сболтну что-то лишнее, а по окончании миссии убьют в любом случае – просто так, для верности.
Впрочем, профессиональная подготовка уже начинала сказываться: мысли постепенно освобождались от оков паники и ужаса. Я сосредоточился на том, что мне было известно.
Контроль? Конечно. Да еще какой! Я вспомнил слова Крега о какой-то линии дистанционной связи. Ну как тебе это нравится, сукин сын? Доволен, поди?
Я вновь попытался взять себя в руки. Все это полнейшая чушь. Во-первых, я знаю, что ОН, то есть я, думал тогда – и в этом мое преимущество. А ОН, то есть Я, да и вообще все окружающие полагали, что я проклятый выродок, которого необходимо уничтожить.
Чертовски трудно принять, что ты совсем не тот, кем себя ощущаешь, а всего лишь этакий кентавр из двух разных людей. Столь же нелегко осознать, что твоя прошлая жизнь – пусть и в какой-то степени чужая – ушла навсегда. Отныне не будет комфортабельных планет, шумных казино и смазливых шлюшек. И денег, которыми ты так привык сорить, тоже не будет. Но пока я пребывал в прострации, ужасаясь таким потерям, мой дух уже приспосабливался к сложившейся ситуации. Именно поэтому для предстоящего задания и отбирали людей, похожих на меня, – с редкой способностью привыкать и приспосабливаться практически ко всему.
Несмотря на чужое тело, я продолжал оставаться самим собой. Индивидуальность – это память, мысли и характер человека, а отнюдь не бренная оболочка. Это всего лишь обычная маскировка, успокаивал я себя, только на редкость совершенная. Как и тому, кто был мною на самом деле, мне казалось, что эта личность, эти воспоминания принадлежат другому парню ничуть не больше, чем мне самому. Вплоть до того момента, как я поднялся с кресла в клинике, я действительно являлся кем-то другим. Старый «я» в промежутках между заданиями, был ненастоящим "мною". Он, этот ничтожный хлыщ, не обладающий даже постоянным существованием, был искусственным созданием. Подлинный "я", запечатанный, словно джинн в бутылке, в памяти мощных компьютеров, выпускался на волю только в случае крайней необходимости и представлял собой не менее серьезную угрозу диктаторскому режиму Конфедерации, как и те, с кем ему предстояло бороться.
А я был славным агентом. Лучшим, как сказал Крег. Вот потому-то я здесь, в этом теле, в этой камере, на борту этого корабля. Меня не лишат памяти и не убьют, если я выполню задание. Ненависть к другому моему "я", сидящему где-то неподалеку, внезапно прошла. Когда все закончится, его мозги хорошенько прочистят, выкинув все мало-мальски достойные воспоминания, а возможно, и просто убьют, если мы – его отражения – разузнаем слишком много даже для хорошего агента. В лучшем случае он возвратится к своей пустой, полурастительной жизни.
А я, напротив, останусь здесь и буду продолжать жить. И это будет действительно подлинный "я". Я стану даже более настоящим, чем он, мой прототип.
Впрочем, я был стреляный воробей, и время иллюзий для меня прошло. Убрать меня можно без всяких проблем, было бы желание. Достаточно мне оступиться, и они сделают это с автоматического спутника, не терзаясь излишними сомнениями, и я это прекрасно понимал. Но я понимал еще и то, что беззащитен только до тех пор, пока не овладею ситуацией и своим новым домом, теперь уже постоянным.
Но если я обыграю их, нового суперагента, чтобы обезвредить меня, сюда никто не пошлет – чтобы не повторилась история с его предшественником. В худшем случае это поручат какому-нибудь лоху.
Впрочем, задание свое мне выполнять все равно придется – выбора у меня нет; я недосягаем для своих контролеров, лишь пока занимаюсь этим. А там – поживем увидим.
Как обычно, мысль о грядущей опасности подействовала на меня как наркотик. Ну что ж, головоломка разрешима и цели достижимы. Достаточно только бросить вызов и вступить в поединок, наслаждаясь своим интеллектом и физической силой. Прежде всего нужно определить степень угрозы, исходящей от пришельцев. Впрочем, меня лично она больше не касается – отныне я вечный пленник Ромба. Если пришельцы победят, Ромб Вардена выживет – как их союзник в борьбе с Конфедерацией. Если проиграют – ну что ж, просто нынешняя ситуация продлится неопределенно долго. Значит, проблема пришельцев – сугубо интеллектуальная задача, решение которой представляет чисто спортивный интерес. Именно этим она и привлекательна.
Другое задание – выследить местного властителя и при случае убить его – на практике может оказаться наиболее трудным: ведь мне предстоит работать в совершенно незнакомой среде и, стало быть, наверняка потребуются союзники. А это еще одна проблема. Впрочем, если удастся свалить властителя, это существенно укрепит мое социальное положение. Если же нет – все проблемы решатся автоматически. Правда, такие мысли всегда были мне ненавистны, но зато великолепно подстегивали. Организация убийства – борьба не на жизнь, а на смерть. В ней побеждает только один, и постоянно думающий о своем поражении обречен на провал.
Неожиданно мне пришло в голову, что разница между мной и властителем лишь в том, что я тружусь во имя закона, а он – или она – вопреки ему. Но, с другой стороны, здесь именно ОН является живым воплощением закона, а вот я – его нарушителем. На редкость симметричная в плане морали ситуация.
Одно только плохо: я изначально оказываюсь в невыгодном положении. Как правило, всю необходимую информацию вкладывают в агента заранее, но на этот раз обычная процедура почему-то не состоялась. Возможно, тому виной четыре различных задания: излишние сведения существенно затруднили бы передачу информации в мозг исполнителя. Что ж, придется выкручиваться самому. Я не самым ласковым словом помянул тех, кто готовил эту операцию, и в этот момент в камере негромко прозвенел звонок. Я подошел к пищепорту, и навстречу мне выскочил горячий поднос, пластмассовая вилка и такой же нож. Стандартный тюремный сервиз.
Жратва был просто отвратительной, но я и не надеялся на лучшее. Обогащенный витаминами сок, однако, оказался вполне сносным. Я оставил себе легкий стакан из нерастворимого материала, а остальное затолкал обратно в порт, и панель моментально захлопнулась.
Естественные функции организма не поддавались дистанционному контролю и вскоре настойчиво напомнили о себе. На противоположной стене под надписью «туалет» имелось небольшое вытяжное кольцо. Я потянул за него, и панель опустилась, явив моему взору небольшой зонд с тонкими, как бумага, стенками и тянущийся от него жесткий трубопровод. Я уселся, прислонился спиной к панели и, вдохнув поглубже, расслабился.
Все произошло в момент контакта моей задницы с поверхностью сантехнического устройства – и не спрашивайте меня, каким образом, я в, инженерии ни бум-бум. Это не менее отвратительно, чем программирование, и тоже позволяет начальству общаться со мной и даже посылать зрительные образы, доступные только мне.
– Надеюсь, с первоначальным шоком вы уже справились, – голос командора Крега звучал прямо у меня в голове. – Теперь вы знаете, кто вы и что. – Особенно потрясало то, что мои тюремщики ничего не слышат и, очевидно, не имеют о нашей беседе ни малейшего представления. – Процесс передачи информации крайне сложен, но не беспокойтесь: вы ее получите. Мы хотели бы дать вашему мозгу достаточно времени, чтобы привыкнуть к новым условиям, но на самом деле нам приходится спешить. Начнем прямо сейчас, ибо перед вами стоит сложная и ответственная задача.
Радостное возбуждение охватило меня. Вызов; вызов…
– Вам предстоит действовать на Медузе, самой удаленной планете в системе Ромба Вардена, – вновь раздался голос командора. – Если есть во Вселенной такое местечко, где нормальный человек может жить, но не хочет, так это Медуза. Старик Варден, открывший Ромб, назвал ее по имени мифологического чудовища, увидев которое человек обращался в камень. Очевидно, он подразумевал, что обитать здесь могут люди с поистине каменными сердцами. И это недалеко от истины. – Крег помолчал. – Для начала мы перешлем вам административно-физическую карту Медузы. Вдруг пригодится. Она настолько полна, насколько это в наших силах.
Услышанное весьма меня озадачило. Как это столь фундаментальный документ может не понадобиться – даже гипотетически? Однако переспросить я не мог при всем желании – меня пронзила острая боль, за которой последовал приступ головокружения и тошноты, а в следующее мгновение полная карта Медузы накрепко отпечаталась у меня в голове.
Затем потекли всевозможные данные о планете. Диаметр примерно 46 000 километров, и при этом почти идеальная сфера – как и остальные планеты Ромба Вардена, что само по себе уже необычно.
Гравитационное поле у поверхности примерно 1,2 от нормального, так что мне предстояло стать несколько тяжелее. Атмосфера удовлетворяла привычным человеку стандартам почти на сто процентов, а мелкими отличиями можно было пренебречь.
Ось вращения Медузы имела наклон 22 градуса, что в обычных условиях привело бы к очень сильным сезонным изменениям, но от звезды F-типа планету отделяли почти триста миллионов километров, так что климат, мягко говоря, был прохладный. Примерно семьдесят процентов планеты покрывали вечные льды двух огромных полярных шапок, между которыми, как сосиска "в сандвиче, лежала узкая экваториальная область, где и существовала более или менее приемлемая жизнь. Сутки были примерно на час длиннее обычного. Но что действительно поражало, так это то, что даже в середине лета температура в экваториальных областях редко поднималась выше десяти градусов, а зимой опускалась до минус двадцати и ниже. Однако обитаемая область простиралась вплоть до тридцать пятой широты, а там в зимний период температура падала до минус восьмидесяти. Славное местечко! Я очень надеялся, что сразу же по прибытии нам выдадут одежду потеплее – судя по карте, большинство населенных пунктов Медузы располагалось в наиболее холодных районах. Экваториальную область занимали три участка суши, которые смело можно было назвать континентами. Они изобиловали горами, но те, однако, ничуть не смягчали холодный климат. Там, где льды отступали, раскинулись огромные массивы вечнозеленых деревьев. Суровая природа полностью соответствовала климату. Отныне этот мрачный, негостеприимный мир станет моим домом, но назвать его пригодным к освоению мог только очень неординарный человек. Медуза отличалась от остальных планет системы Вардена еще и тем, что только на ней обнаружили следы активной вулканической деятельности. Правда, вулканов как таковых здесь не было, зато хватало горячих источников, больших озер с теплой водой и даже гейзеров. Определенно, под ледяным панцирем планеты было адски жарко.
Фауну представляли в основном паукообразные млекопитающие. Некоторые были совершенно безобидны, другие, наоборот, очень опасны, но любому из них даже элементарное выживание в этих лютых условиях стоило чудовищных усилий.
"Да, тяжело будет полюбить новую родину, – подумалось мне, – однако придется". Кроме того, это вполне современная планета с развитой промышленностью, и как знать, не создали ли ее обитатели для себя вполне комфортные условия?
– В управлении Медузой чувствуется железная рука Таланта Упсира, бывшего члена Совета Конфедерации. Тридцать пять лет назад Упсир попытался осуществить грандиозный политический переворот с целью провести фундаментальные изменения в образе жизни цивилизованных планет и даже Границы. Система, задуманная им, была столь беспощадной, а его откровенное стремление к абсолютной власти потрясло даже ближайших союзников и помощников Упсира, которые в итоге и предали его. В отличие от властителя Харона Эолы Мэтьюз, которая в свое время тоже была членом Совета Конфедерации, Упсир никогда не пользовался популярностью и тем более доверием, но оказался поистине гениальным бюрократом – одно время он даже возглавлял государственную гражданскую службу. Хотя местная экономика может считаться образцом рачительности, она находится под тотальным контролем властителя. Впрочем, в подчинении у него только города, где сосредоточено подавляющее большинство двенадцатимиллионного населения Медузы. Местная промышленность получает сырье со спутников газового гиганта Момрата – следующей планеты в системе Ромба, а на самой Медузе нет никаких природных ресурсов, кроме, разумеется, воды и древесины. Поэтому Упсир даже не пытается наложить лапу на здешнюю ледяную пустыню.
Имя Эолы Мэтьюз было мне хорошо знакомо, но о Таланте Упсире я ни разу не слышал. Впрочем, ничего удивительного: если верить Крегу, происходило это давным-давно, а Совет Конфедерации слишком велик, чтобы помнить всех его членов, тем более какого-то руководителя гражданской службы.
Затем я наконец узнал, кем теперь являюсь – и честно говоря, был просто шокирован. Мне едва минуло четырнадцать лет – я не достиг даже половой зрелости. Но тело вполне соответствовало стандартам цивилизованных планет. Правда, его обладатель был родом с Хальстансира – планеты, на которой мне не доводилось бывать. О многом говорила кожа, анатомия и даже степень развития лицевых мышц. Я стал высоким и сухопарым, хорошо сложенным юношей с еще детским лицом без малейших признаков растительности. Густые, иссиня-черные волосы, темные миндалевидные глаза, толстый плоский нос и широкие губы подчеркивали его красоту и мужественность.
Чем же должен проштрафиться подросток, чтобы заслужить ссылку на Ромб Вардена? Тарин Бул – так меня теперь звали – явно обладал исключительными для своего возраста способностями. Сын местного администратора, он вырос в окружении пышного блеска и великолепия. Однако член Совета Конфедерации от Хальстансира, Дака Кра, высмеял и обесчестил его отца. Старик Бул этого не вынес и, чтобы избежать принудительной коррекции психики, наложил на себя руки. Такие вещи в Конфедерации не редкость, особенно среди политической элиты. Но того, что отколол мальчик, видимо, боготворивший папашу, наше счастливое общество еще не видывало. При помощи симпатизировавших ему высокопоставленных чиновников он спланировал заговор, а затем убил Дака Кра на торжественном приеме, в момент рукопожатия распоров обидчику живот спрятанным кинжалом. Парню тогда было всего двенадцать лет, и это обстоятельство доставило гораздо больше хлопот Конфедерации, чем само преступление.
Разумеется, его тут же вывезли за пределы планеты и подвергли психическому освидетельствованию. Но Тарин жил в новом, лучшем мире, созданном собственным воображением, и добраться до его подлинного «я» оказалось весьма непросто, невзирая на все усилия лучших специалистов. Конечно, они могли бы стереть его изуродованное сознание и заменить новым, искусственно сконструированным, однако вмешались влиятельные родственники погибшего Кра. В итоге юноша отправился в вечную ссылку на Медузу, хотя и не достиг пункта назначения. Истинная личность Була погибла в тот самый момент, когда ее заменила моя, и теперь, я с интересом размышлял, какую встречу организует властитель пареньку, зверски прикончившему его коллегу.
Но передо мной стояли и более насущные вопросы. Новое тело давало мне некоторые существенные преимущества – и в первую очередь молодость в сочетании с опытом тридцати прожитых лет, но и без недостатков не обошлось. Наверняка придется некоторое время мириться с систематическим унижением. Хотя детям позволяется несколько больше, чем взрослым в той же ситуации, но они всегда испытывают более жесткий общественный контроль. Мне предстояло выработать наиболее оптимальную линию поведения. Происхождение Була подразумевало, что его интеллект и образование превышают средний уровень. Он разработал и осуществил сложнейший заговор и выжил, пусть даже получив пожизненное заключение, – еще одно очко в мою пользу. Я без опаски могу демонстрировать необычную для своих лет умудренность, что изрядно упрощает мою задачу. Возможно, личина симпатичного и обидчивого паренька – наилучшая маскировка для секретного агента.
Я улегся на койку и, быстро погрузившись в легкий транс, вновь прокрутил в уме полученную информацию. В дальнейшем особенно важны будут детали – на Медузе любое неосторожное слово может стоить жизни. Мне предстояло также привыкнуть к врожденным манерам своего нового вместилища, его нервной системе и подсознательно войти в роль маленького, но смертельно опасного убийцы.
Втайне я рассчитывал, что мои противники недооценят меня, но понимал, что самое страшное – это мне недооценить Таланта Упсира.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?