Текст книги "Свидание в Скалистых горах"
![](/books_files/covers/thumbs_240/svidanie-v-skalistyh-gorah-258567.jpg)
Автор книги: Джоанна Рок
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Джоанна Рок
Свидание в Скалистых горах
Joanne Rock
ROCKY MOUNTAIN RIVALS
![](i_001.jpg)
Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме. Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. А.
Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат
Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.
Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.
![](i_002.jpg)
Rocky Mountain Rivals
© 2022 by Joanne Rock
«Свидание в Скалистых горах»
© «Центрполиграф», 2023
© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2023
Глава 1
Флер надеялась, что это добрый знак.
Увидев в окне единственного ресторана в Кэтемаунте, городке в штате Колорадо, объявление о том, что им требуется сотрудник, Флер Баркли вылезла из своего обшарпанного автомобиля, чтобы навести справки. Лучи горячего летнего солнца коснулись ее щек, а ветерок донес до нее запах жарящегося на углях мяса. «Ковбойская кухня» существовала еще с тех пор, как Флер, будучи совсем малышкой, вместе с семьей навещала бабушку, жившую в Кэтемаунте. А когда Флер подросла, она единственная из семьи Баркли продолжала навещать ее после того, как развелись ее родители, а ее сестры встали на разные стороны враждующих между собой отца и матери.
И сейчас, спустя пять лет после того, как Флер уехала из города после неудачного романа, ее обрадовало то, что «Ковбойская кухня» еще существует. И нуждается в сотрудниках.
Учитывая, что на настоящий момент она была безработной, а ей нужно было оставаться в городе, пока она не закончит все дела с бабушкиным наследством, Флер решила, что это объявление – знак того, что черная полоса в ее жизни заканчивается.
Несколько месяцев назад скончалась ее горячо любимая бабушка, а приставания босса сделали ее жизнь невыносимой. Она вынуждена была уволиться с должности помощника шеф-повара. Единственная удача заключалась в том, что она могла пожить на бабушкином ранчо, пока будет готовить его к продаже. Она уже не могла оплачивать аренду квартиры в Далласе, особенно учитывая, что без хороших рекомендаций найти работу в Техасе было бы очень затруднительно.
А хороших рекомендаций она явно не получит после того, как подала на своего босса в суд за дискриминацию.
Заставив себя отбросить эти мысли, Флер направилась к входу в ресторан, который размещался в небольшом здании в стиле деревенской хижины. В этом же здании находились скобяная лавка и почта. Ресторан был скорее столовой, но она не могла позволить себе быть слишком разборчивой. К тому же он был расположен всего в паре миль от бабушкиного ранчо под названием Крукт-Элм, и ей нужны были деньги, чтобы оплачивать счета. Она ни за что не тронет сбережения, которые копила, чтобы в один прекрасный день открыть свой ресторан. И если ей посчастливится удачно продать бабушкино ранчо, этот прекрасный день может наступить скорее, чем она рассчитывала.
Она переступила порог и осмотрелась по сторонам. Внутри ничего не изменилось: те же белые столики, тот же черно-белый линолеум на полу, те же хромированные барные стулья с зелеными сиденьями. Несколько завсегдатаев в потертых джинсах сидели за столиком у окна и пили кофе. Еще один посетитель – помоложе, но также одетый в джинсы и сапоги, – копался в своем телефоне у барной стойки.
Разгладив помятую в дороге синюю хлопчатобумажную юбку, Флер подошла к стойке, на которой был установлен компьютер и простенькое устройство для считывания кредитных карт. Декор ресторана, может, и не поменялся, но кто-то явно постарался в вопросах оборудования идти в ногу со временем. Означало ли это, что жалованье шеф-повара окажется вполне приличным? Бабушка не оставила после себя наличных денег, так что до тех пор, пока она не продаст ранчо и не разделит вырученную сумму со своими старшими сестрами, ей придется быть очень экономной.
Но ей это было не впервой. Отец прекратил поддерживать ее финансово в тот день, когда ей исполнилось восемнадцать. Он расценил ее попытки помирить родителей как то, что она встала на сторону матери.
– Я могу вам помочь? – спросила улыбающаяся брюнетка, которая вышла из кухни и подошла к стойке. – Столик на одного?
Губы женщины были ярко накрашены, лицо усыпано веснушками, а темные волосы завязаны в длинный хвост. На ней была белая униформа, а на груди был приколот бейдж с именем «Марта».
Точно, Марта Мейкон. Ее семья жила на окраине городка. И ее отец вроде бы работал в скобяной лавке.
– На самом деле нет. Я здесь по поводу объявления, которое висит на окне. Оно еще актуально?
Флер осознавала, что некоторые сочтут работу в ресторане маленького городка за понижение ее социального статуса. Особенно учитывая, что всем было известно, как она откладывала каждый цент, чтобы скопить на обучение в кулинарной школе.
Некоторые из ее сверстников расценивали ее желание учиться дальше как зазнайство. Особенно один из них. Но богатенькому Дрейку Александеру легко было судить ее, самому-то ему не было нужды зарабатывать себе на обучение, чем бы он ни хотел заняться.
И с чего она вдруг вспомнила про Дрейка? Она постаралась выкинуть его из головы.
– Мы, безусловно, нуждаемся в работниках, – сказала Марта. – Ты же одна из сестер Баркли?
– Верно. Я Флер. Мы с тобой вместе были в «Фор эйч»[1]1
«Фор эйч» – программа, финансируемая правительством, по оказанию содействия сельской молодежи в приобретении полезных в сельском хозяйстве навыков и профессий.
[Закрыть].
Она все летние каникулы проводила в Кэтемаунте, пока не окончила школу. А после этого провела в Колорадо еще два года, работая на разных работах, чтобы скопить деньги на обучение в кулинарной школе.
А потом она вынуждена была уехать.
– Я помню тебя. Тебе приходилось работать официанткой?
– Да. Но я надеялась, что у вас есть вакансия повара.
– Мне жаль, – покачала головой Марта. – На кухне вакансий нет.
Флер не смогла скрыть разочарования. Хотя она не имела ничего против профессии официантки. Но в этой роли ей придется улыбаться слишком многим людям, которых она надеялась больше никогда не увидеть. Особенно Дрейку Александеру.
– Мне нужно подумать. Ты не могла бы дать мне анкету?
– Конечно. – Марта нагнулась и достала из-под стойки лист бумаги. – Просто приходи, когда надумаешь. Здесь прикольно. Рано или поздно здесь появляются все.
Чего она и боялась.
– Здесь стало намного лучше работать после того, как у ресторана сменился владелец.
– Правда? И кто теперь здесь хозяин?
Марта оживилась.
– А вот и он сам! – радостно воскликнула она, указывая на входную дверь.
Флер обернулась.
И поняла, что белая полоса в ее жизни все-таки не началась.
Увидев огромную фигуру и точеное лицо самого бездушного ублюдка из всех, кого она встречала, она поняла, что ее шансы получить работу улетучились.
Марта тем временем продолжала:
– Ты помнишь Дрейка Александера? Он наша местная звезда родео.
Флер слышала эти слова как издалека. Все ее внимание было сосредоточено на мужчине, который был причиной тому, что пять лет назад ей пришлось покинуть этот город. Он всегда недолюбливал ее. А когда она начала встречаться с его младшим братом, его неприязнь удвоилась.
И за пять лет он не изменился.
Темные глаза и темные вьющиеся волосы, обрамлявшие лицо, которое состояло из одних углов – резко обозначенные скулы, квадратный подбородок, прямой нос. У Дрейка были узкие бедра, широкие плечи, и он был одет во все черное, включая шляпу, которую держал в руке. Он, без сомнения, был очень привлекателен, но Флер видела в нем лишь ледяное сердце.
Даже его улыбка была больше похожа на оскал.
– Мисс Серебряные Шпоры Колорадо и я хорошо знаем друг друга, Марта.
Флер стиснула в руке анкету и сунула ее в карман юбки. Ну и пусть. Лучше забыть об этой работе, чем снова оказаться рядом с этим типом. Марта что-то говорила, но Флер ее не слышала. Все ее внимание было сосредоточено на человеке, который расстроил ее помолвку с его братом.
– Как неприятно снова увидеть тебя, Дрейк, – сказала она. Флер понимала, что рано или поздно должна была столкнуться с ним. К счастью, ей не нужно беспокоиться о том, чтобы не столкнуться с Колином, поскольку ее бывший жених переехал в Монтану. – Но теперь я хотя бы буду знать, что мне следует избегать этого места, пока я здесь.
– Надеешься вернуть себе былую славу на ринге? Или уступаешь это место новичкам?
Он сразу же вернулся к их былому антагонизму. Но так ей проще было подавить сложные чувства, которые вызывал в ней этот мужчина.
– Могу задать тебе тот же вопрос. Насколько я знаю, для тебя родео уже в прошлом. Но как мне ни нравится беседовать о том, как ты испортил мне жизнь, мне пора идти. – Она повернулась к Марте: – Было приятно снова повидать тебя, Марта.
С внешним спокойствием, под которым кипела ярость, Флер прошла мимо Дрейка Александера, мысленно поклявшись себе, что больше никогда не переступит порог этого заведения.
Дрейк сел за ближайший к входу столик и приказал себе не смотреть в окно на Флер Баркли.
Но, к несчастью, его взгляд уже был прикован к стройной фигурке, подходившей к ржавому корыту, которое было настолько старым, что могло считаться антиквариатом. Не та машина, в которой он ожидал увидеть бывшую королеву родео. Но с Флер никогда нельзя было знать, чего ожидать.
Черт, она выглядела еще невероятнее, чем прежде.
Но никакая красота не могла затмить жадное сердце. Он был зол на нее, потому что она пыталась охмурить его младшего брата и заставить его жениться на ней после того, как они встречались всего несколько месяцев. Но у него и до этого были причины избегать ее.
Нельзя было отрицать, что Флер была неотразима. Длиннющие ноги и губы, такие пухлые, что от одного лишь взгляда на них воображение начинало работать, как бешеное. Его тянуло к ней, и в то же время она бесила его. Это было опасной комбинацией, поэтому он старался держаться от нее подальше. Особенно учитывая, что она была на семь лет моложе его. И когда они постоянно сталкивались на ринге, он старался держаться с ней холодно.
Пока он не обнаружил, что его брат внезапно обручился с ней, едва ей исполнилось двадцать лет. После смерти родителей Дрейк стал фактически главой семьи, и он очень серьезно относился к своей обязанности защищать сестру и брата. Так что он прямо сказал Флер, что думает о ее интригах. И спустя несколько дней помолвка была расторгнута, а Колин, винивший во всем брата, уехал в Монтану. Дрейк надеялся, что брат образумится, и его гнев остынет, но прошло пять лет, а Колин так ни разу и не приехал домой.
И теперь он смотрел, как Флер подходит к своей машине. Ее короткая синяя юбка обтягивала бедра, серебряные цепочки, спускавшиеся ей на грудь, сверкали на солнце, а поверх простой белой футболки на ней была джинсовая куртка – единственное напоминание о том, что когда-то она была королевой родео.
Тяжелая кружка со стуком опустилась на стол перед ним, выводя его из задумчивости. Марта стала наливать в нее кофе из дымящегося стеклянного кофейника.
– Я отдала бы правую руку за то, чтобы стать мисс Серебряные Шпоры, – сказала она. – Это очень уважаемый титул.
– Я знаю, – согласился он, чувствуя некоторую свою вину. – Я не собирался никого оскорблять…
– Но выглядело так, будто собирались. – На лице Марты уже не было привычной солнечной улыбки. – Вы имеете представление о том, сколько эти женщины делают добрых дел, завоевав этот титул?
Он, конечно, это знал. И ему не следовало так реагировать на Флер. Но она всегда выводила его из состояния равновесия.
– Я приношу свои извинения. Я не должен был так обижать ее. Но у нас с ней давняя взаимная неприязнь. – Ему не хотелось огорчать своего лучшего менеджера, и он поспешил сменить тему. – Она сказала, зачем она вообще приехала сюда?
– Искала работу. Но поскольку она смяла в комок анкету, которую я ей дала, сомневаюсь, что она захочет работать здесь.
Флер искала работу?
Сколько же времени она планирует провести здесь?
Он не должен был поддаваться желанию уколоть ее. Он уже много лет ждал, когда же выставят на продажу Крукт-Элм. А сейчас, когда это должно было произойти в обозримом будущем, первое, что он сделал, – вступил в перепалку с Флер. Это был рефлекс, который выработался у него еще в далеком прошлом, когда он всячески старался держаться от нее на расстоянии вытянутой руки.
Почему он не выразил соболезнования по поводу кончины ее бабушки? Ему всегда нравилась Антония Баркли, пусть даже она и отказывалась продать ему часть своего ранчо. И она предупреждала его, что в один прекрасный день ему придется торговаться за это ранчо с ее внучками.
И этот день настал, а он сразу же все испортил. Просто он был потрясен, когда вошел в ресторан и увидел такую роскошную женщину, что у него перехватило дыхание. А когда она повернулась, и он узнал ее…
Былые горечь и влечение охватили его.
Он сделал глоток кофе и снова посмотрел в окно.
Ржавая машина все еще стояла на стоянке, прямо рядом с его грузовичком. Он видел сидевшую на водительском сиденье Флер, которая разговаривала по телефону.
Он вскочил и направился к выходу, не успев даже подумать.
Он хотел прямо здесь и сейчас сделать ей предложение о покупке Крукт-Элм. Она с готовностью взяла у него отступные пять лет назад, когда обручилась с Колином. Он случайно услышал, как они обсуждали брачный договор меньше чем через неделю после помолвки. Согласно договору, Флер в случае развода получала значительную сумму. И он тут же отправился к ней, чтобы сказать, что об этом думает. И хотя в результате этого разговора она порвала с его братом, все это нанесло большой ущерб их семье.
Сейчас он признавал, что неправильно повел дело тогда. Теперь он стал мудрее. Так что, может быть, он сможет уговорить ее продать ему свое ранчо.
Но то, что она ездила в такой обшарпанной машине, заставило его задуматься. Он считал ее простой охотницей за деньгами, но это никак не увязывалось с ее машиной или с тем, что она ищет работу.
Когда он подошел ближе, она подняла голову и посмотрела на него, прищурив свои серые глаза. Но все же опустила боковое стекло.
– Придумал, как бы еще посильнее уколоть меня? – спросила она.
Он не поддался на удочку. Он не мог позволить себе злить ее, если хотел, чтобы она продала ему ранчо.
– Мне очень жаль твою бабушку. Все очень любили Антонию.
Флер помрачнела.
– Спасибо, – холодно сказала она. – Я организую достойные поминки.
– Не сомневаюсь, что многие захотят почтить ее память. – Дрейк заколебался, не зная, что делать дальше. Сделать ей предложение прямо сейчас? Или попытаться сначала исправить впечатление от их первой встречи? Подавив свою гордость, он попытался сменить тон на более доброжелательный: – Марта упомянула, что ты хотела устроиться на работу?
Она с горечью рассмеялась:
– Хотела, пока не узнала, кто теперь владелец заведения.
Он облокотился о капот своей машины, припаркованной рядом. Марта упрекнула его в том, что он невежливо обошелся с Флер. И он решил постараться больше не задевать ее.
– Мы можем постараться больше не сталкиваться. Я очень редко бываю здесь.
– Этот разговор становится все более странным. – Она покачала головой. – Это что, еще одна попытка унизить меня? Ты хочешь приглашать своих богатеньких дружков, чтобы они насмехались надо мной, пока я буду их обслуживать?
– Вовсе нет. – Он приложит все усилия, чтобы его друзья держались подальше от этой корыстной красавицы. – Я купил ресторан не потому, что люблю там бывать. Это просто было выгодной инвестицией. Ты можешь смело устраиваться на работу, не рискуя часто встречаться со мной.
– Я уверена, что это какой-то хитрый ход, – сухо сказала она. – Ни за что не поверю, что ты хочешь помочь мне, учитывая, как ты расстроил мою помолку и выжил меня из города. Ты, скорее всего, ищешь способ снова вынудить меня уехать.
– Это неправда… – начал было он, но она продолжила:
– Не сомневаюсь, что, став моим боссом, ты превратишь мою жизнь в ад. Так что спасибо, я отказываюсь.
Она подняла стекло, тем самым закончив разговор.
Ну что ж, все было не так уж плохо. Их разговор был почти мирным.
Но, глядя вслед удалявшейся ржавой машине, Дрейк понял, что, если он хочет уговорить ее продать ему ранчо ее бабушки, ему придется хорошенько постараться.
Глава 2
Стоя на кухне, на которой она провела столько счастливых часов с бабушкой, Флер беседовала по видеосвязи со своей старшей сестрой Ларк. Они обсуждали последние приготовления к поминкам. Флер была рада поговорить с сестрой, потому что после смерти бабушки в доме стало тихо и одиноко. Не говоря уже о том, что разговор с Ларк поможет ей отвлечься от неожиданного столкновения с Дрейком.
Ей показалось или он на самом деле пытался наладить отношения с ней? Она, наверное, неправильно оценила ситуацию. Лучше сосредоточиться на поминках.
Она посмотрела на экран планшета. Ее старшая сестра была детским психологом. У нее были блестящие прямые черные волосы, доходившие ей до середины спины, которые сейчас были заплетены в косу, а под ее зелеными глазами залегли тени.
– Ты уверена, что не сможешь остаться на ночь после поминок? – во второй раз спросила Флер.
– Мне очень жаль, но не смогу. Я не готова терпеть драматические выходки отца.
Флер поджала губы, решив не спорить. Ее сестра выглядела измученной. Бывший муж Ларк, хоккеист, купил ранчо рядом с Крукт-Элм, чтобы поселиться там на старости лет. И хотя их брак распался, он все еще не продал свое ранчо. Ее скрытная сестра не рассказывала Флер о подробностях их развода, но она знала, что ей пришлось очень нелегко.
– Я понимаю. Просто без бабушки в доме так тихо.
– Мне очень жаль. Мне тоже странно видеть эту кухню без нее. Могу себе представить, насколько тяжело тебе.
Флер лишь кивнула, не доверяя своему голосу. Бабушка была ей как мать все эти последние годы. Учитывая, что Дженнифер Баркли все это время пребывала в депрессии после скандального развода.
Ларк во всем поддерживала мать, в то время как Джессамин переехала к их отцу, убежденная, что мать несправедливо поступила с Матео Баркли. В результате отец прекратил финансовую помощь Ларк и Флер. Но Флер не оставила попыток примирить всех, хотя чем больше она старалась, тем больше все упирались. А после разрыва с Колином Александером она прекратила всякие попытки. Но все равно она скучала по своей семье.
– Мне жаль, что я проводила не так много времени с бабушкой весь этот последний год, – призналась Флер.
Она была занята своей карьерой, копя деньги на свой собственный ресторан и пытаясь сделать себе имя в ресторанном бизнесе Далласа.
Она не хотела больше полагаться на чью-либо помощь. В трудную минуту она обратилась к Колину, надеясь, что он станет ее другом и партнером. Но их отношения не смогли устоять против атаки Дрейка, который привык к тому, что женщины вешались на него из-за его привлекательной внешности и богатства. Наверное, поэтому он решил, что и она видит в Колине только это.
– Мне тоже жаль, – сказала Ларк. – Никогда не прощу себе, что из-за Гибсона все последние годы не приезжала в Кэтемаунт. Кстати, я очень удивилась, когда мне позвонил Дрейк Александер.
– Чего он хотел?
– Прощупывал почву на предмет покупки ранчо.
– Что ты хочешь сказать?
Флер нахмурилась. Почему он ничего не сказал об этом ей?
– Полагаю, он надеется, что мы сразу же продадим ранчо ему, не выставляя его на продажу. Но мне кажется, что лучше его выставить и посмотреть, какие будут предложения. Прости, мне нужно бежать. Напиши мне, если тебе понадобится моя помощь в организации поминок.
– Хорошо. Спасибо.
Флер рассеянно кивнула, все еще озадаченная тем, что Дрейк подкатывался к ее сестре.
Она отложила планшет и направилась в заросший сорняками двор.
Ее не удивило, что Дрейк попытался договориться с Ларк за ее спиной. Но, по крайней мере, злость вытеснила меланхолию, в которую она была погружена.
Ублюдок.
Черт, он даже предложил ей работу!
И все это время просто пытался прощупать, согласится ли она продать ему бабушкино ранчо.
Флер поклялась себе, что ни за что не продаст ему Крукт-Элм. Ему не удастся избежать общения с ней только потому, что они враги.
Он всегда плохо относился к ней, еще даже до ее неудачной помолвки с его братом. Все эти годы, пока она участвовала во всех родео, пытаясь скопить призовые деньги себе на обучение, он был рядом и критиковал ее одежду, ее друзей, ее поведение, оправдывая это тем, что он чувствует себя ее защитником, потому что они из одного города. Но она не просила его о защите. Притом что, несмотря на возможные лучшие побуждения, он вел себя с ней невероятно высокомерно.
Но все это были лишь цветочки по сравнению с тем антагонизмом, с которым она столкнулась, обручившись с его братом. Он был исполнен решимости расторгнуть эту помолвку, и ему это удалось.
Конечно, к тому времени у нее случился выкидыш, и причина для поспешной свадьбы отпала. И в тот момент у нее не было душевных сил сопротивляться, так что она просто отдала Колину свое кольцо.
Она освободила его от обязательств, которые он принял на себя только из-за их ребенка. Но она не ожидала, что все это повергнет ее в такую депрессию. Она жалела, что рассталась с Колином в тот момент, когда ей нужно было опереться на кого-то в своем горе.
Но ее злость была направлена не на Колина, хотя он и прекратил всяческое общение с ней. Нет. Ее злость была направлена на человека, который сказал ей, что она не имеет права выходить замуж за его брата.
А сейчас вдруг Дрейк ждет от нее услуги. Ну что ж, ее не прельстят его деньги и его фальшивая скорбь по ее бабушке.
И в одном она была убеждена: она больше ни за что, никогда не примет никаких предложений от этого типа.
Аромат лилий и роз заполнил расположенный за самой большой церковью в городке зал, в котором проходило прощание с Антонией Баркли.
Дрейк обратил внимание на то, что в течение всей церемонии сестры Баркли сидели в разных местах. Может быть, для его целей даже было лучше, что они не слишком привязаны друг к другу. Он не знал, как отреагирует Флер на то, что он пытался договориться с Ларк на предмет продажи Крукт-Элм. Но после того, как она отказалась работать на него и напомнила ему, что никогда не станет ему доверять, он решил, что у него больше шансов убедить Ларк, чем ее.
К сожалению, когда он разговаривал с ней по телефону на прошлой неделе, она сказала, что не останется в Кэтемаунте после поминок. Так что сейчас у него был один-единственный шанс обратиться к сестрам лично.
Он снял с головы свой стетсон и направился туда, где был организован буфет и где он увидел ярко-рыжую головку Флер. Он и сам не понимал, почему его ноги несли его к ней, учитывая, что они так не ладят между собой. Может быть, его мучила вина после их последнего разговора. Они, конечно, недолюбливали друг друга, но он знал, насколько ей тяжело было присутствовать на этих поминках. Она выступила с очень короткой речью, и ее голос был ровным, но темные круги под глазами говорили сами за себя.
– Прошу прощения.
Он услышал ее голос позади себя и резко обернулся. Он был в ярости оттого, что кровь бросилась ему в голову, а пульс ускорился, но он не мог оторвать взгляда от нее. На ней было простое серое платье в мелкий цветочек, скромное, но не траурное. Платье доходило ей до колен, и ее ноги непременно привлекли бы его внимание, если бы она не держала в руках два больших подноса. На них были тарелки с картофельными крокетами, которые так любила готовить Антония.
– Позволь мне помочь.
Он взял у нее из рук один поднос, и их пальцы соприкоснулись на мгновение. Его словно ударило током.
– Разве нанятые официанты не должны помогать вам?
– Официанты остались в Техасе, как и моя работа. Так что я одна-одинешенька здесь.
Дрейк озадаченно посмотрел на столы, ломившиеся от угощений, которых хватило бы на весь городок.
– Тогда кто платит за всю эту еду?
Он не удержался и взял один из крокетов, которые ему так нравились.
– Уж точно не расчетливая королева родео, которая экономила каждый цент, чтобы поступить в кулинарную школу. – Она нахмурилась. – Как тебе крокеты?
От удивления он чуть не подавился. Но это не помешало ему оценить крокет. Флер Баркли, возможно, была оппортунисткой, но она явно была и отличным шеф-поваром. И почему ему было так неприятно признать, что у нее больше решимости и упорства, чем он ожидал?
– Они такие же вкусные, как у Антонии.
Выражение ее лица смягчилось, а от ее взгляда его бросило в жар. Но он не имел права так реагировать на бывшую невесту брата.
– Готов поспорить, что посещать кулинарную школу было интереснее, чем пожертвовать своей мечтой ради замужества?
Она поджала губы.
– Ну, не знаю. Мне жаль, что ты не стал моим деверем, Дрейк. – Она скрестила руки на груди. – Подумай только, как было бы весело, если бы все выходные мы сидели в вашей семейной гостиной, молча пронзая друг друга ненавидящими взглядами.
От мысли, что она могла стать его родственницей, по его спине пробежал холодок. Это было совсем не то волнующее ощущение, которое он испытал ранее, когда их пальцы соприкоснулись. Но какие бы чувства она ни пробуждала в нем, он не должен был так реагировать на женщину, которую любил Колин.
– Или не молча, – сказал он, ненавидя себя за те чувства, которые возникали в нем, когда он представлял себе эту женщину в объятиях своего брата. – Тебе всегда нравилось, как я реагировал на твои уколы.
Ему следовало бы не обращать внимания на нее, когда они оба участвовали в родео. Ему тогда было значительно больше двадцати, а она была тинейджером. Они путешествовали по всем западным штатам, и она наряжалась в платья с блестками, чем вызывала нездоровый интерес у парней, не знавших, как она молода. Или знавших, но не обращавших на это внимания, что еще больше бесило Дрейка. И ему не раз приходилось вставать на ее защиту, о чем она часто даже и не догадывалась.
Жизнь, возможно, не так била его, как Флер, но, когда ему исполнилось восемнадцать и он собирался поступать в университет, его родители погибли. Старая крыша сарая обрушилась на них, и для их детей наступили тяжелые времена.
Дрейку пришлось перестать выступать в родео, и лишь изредка он снова появлялся на арене, чтобы подзаработать. Он стал учиться управлять ранчо и присматривал за младшими братом и сестрой, пока они не окончили школу.
Но никакие проблемы не смогли бы заставить его использовать других людей в своих целях. Так, как использовала Колина Флер. Они встречались всего несколько недель, когда на пальце Флер появилось кольцо, а Колин пообещал помогать ей деньгами, даже если их брак не заладится.
С чего еще Флер внезапно решила бы пожертвовать своими мечтами поступить в кулинарную школу и вместо этого выйти замуж за Колина?
– Согласна. – Флер понизила голос, когда мимо них прошли две женщины. – Я вряд ли смогу молчать, когда ты пытаешься обстряпать свои делишки у меня за спиной.
Яд в ее голосе не должен был бы удивить его, ведь они никогда не были друзьями. Но, с другой стороны, может быть, он ошибался, думая, что она будет рада сбыть с рук бабушкино ранчо.
– Полагаю, ты имеешь в виду мой разговор с Ларк?
Он огляделся по сторонам, надеясь увидеть сестер Флер. Ему нужна была поддержка в этом разговоре, что он понял по опасному огоньку в глазах Флер. Если она откажется продавать ему ранчо, смогут ли ее сестры переубедить ее? Но поблизости не было ни Ларк, ни Джессамин.
– Естественно. – Она вскинула голову. – Ты мог бы сказать мне, чего ты хочешь, тогда, в «Ковбойской кухне». А вместо этого сделал мне предложение поработать у тебя. Это для того, чтобы я прониклась чувством благодарности и продала тебе Крукт-Элм за смешную цену?
– Я готов дать хорошую цену, Флер, – уточнил он. – Я думал, что это сэкономит тебе время и силы, если я помогу тебе избавиться от ненужной собственности…
– Ненужной? – Она повысила голос. – Словно это было тяжелой повинностью – жить в единственном месте, которое я считала своим домом последние шестнадцать лет. Может быть, я не продам ни акра, пока не буду готова.
Ее глаза сверкали, и по тому, как она закусила губу, Дрейк понял, что она уже жалеет о том, что позволила ему увидеть свои чувства.
Она повернулась и отошла от него, и, как бы ему ни хотелось продолжить этот разговор, он понимал, что поминки – не слишком подходящее для этого время. И тут тяжелая рука легла ему на плечо.
– Что это я слышу про какие-то продажи? – услышал он чрезмерно добродушный мужской голос.
Повернувшись, Дрейк встретился взглядом с цепкими темными глазами Матео Баркли, отца Флер. Единственный сын Антонии был одет в сшитый на заказ темный костюм и итальянские ботинки, резко контрастирующие с ковбойскими сапогами, в которые были обуты все присутствующие в зале мужчины. А рядом с ним стояла его дочь Джессамин в черном пиджаке и черной юбке-карандаш. Ее темные вьющиеся волосы были собраны в высокий пучок. Дрейк слышал, что последние шесть лет она работала в строительной компании отца, офис которой располагался на Манхэттене.
– Я правильно понял, ты хочешь купить заброшенное хозяйство моей матери? – спросил Матео, оглядывая при этом толпу, словно ища себе более достойного собеседника. Он позвякивал ключами в кармане и слегка раскачивался на каблуках.
Дрейка разозлило, что этот тип так неуважительно отзывается о ранчо, которое так любила Флер. Не то чтобы он внезапно встал на ее сторону. Но ее отец всегда казался ему эгоистичным пижоном, даже еще до того, как показал себя во всей красе во время скандального развода.
– Я скоро сделаю предложение, это правда.
Дрейку стало интересно, почему Антония завещала свою собственность не сыну, а внучкам.
– Удачи тебе. Но я бы не стал покупать это ранчо, – заговорщически сказал Матео. – Стоимость недвижимости здесь не идет ни в какое сравнение с курортными местами. Я долго убеждал маму переехать в Нью-Йорк, но она была очень упряма. – Он покачал головой и повернулся к Джессамин: – Ну, мы уже и так потеряли здесь кучу времени. Готова ехать?
– Папа, пожалуйста, – тихо запротестовала Джессамин. – Мы даже еще не поели.
– Не буду вам мешать, – сказал Дрейк, кивнув им и радуясь предлогу избавиться от общества Матео. – Джессамин, я пришлю тебе свое предложение насчет покупки Крукт-Элм. Флер сказала, что вы трое должны обсудить, когда будете готовы продать ранчо.
Он был бы рад рассказать им о своих планах на Крукт-Элм, но сейчас было не время.
– Конечно. – Она тепло улыбнулась ему и протянула свою визитную карточку. – Буду ждать твоего звонка.
И она пошла вслед за отцом и вскоре смешалась с толпой.
Сунув карточку в карман пиджака, он пошел к буфету, размышляя, как дальше действовать с семейкой Баркли. Ему нужно было их ранчо, чтобы он мог продолжить дело своих родителей, которые всю жизнь отдали охране природы и возрождению заброшенных земель. Дрейк потратил целое состояние на то, чтобы продолжить их дело и тем самым почтить их память. Но он не мог достичь своих целей, пока нерадивый арендатор продолжал неправильно использовать землю на ранчо Антонии. Он не один раз пытался уговорить ее сдать землю в аренду ему, но она отказывалась, объясняя это тем, что теперешний арендатор в качестве платы работает над ирригационной системой. Хотя Дрейк до сих пор не увидел плодов его труда. В настоящий момент ручей, который питал реку Вайт, протекал по его земле и по земле Баркли. И он никак не мог восстановить водно-болотные угодья, не заполучив Крукт-Элм.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?