Текст книги "Дарующий звезды"
![](/books_files/covers/thumbs_240/daruyuschiy-zvezdy-181690.jpg)
Автор книги: Джоджо Мойес
Жанр: Историческая литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– А они что, по-прежнему здесь живут?
Марджери бросила на нее лукавый взгляд из-под полей шляпы:
– Думаю, вы в безопасности, миссис Ван Клив. К этому времени они уже наверняка ушли на ланч.
Девушки остановились под железнодорожным мостом перекусить взятыми с собой сэндвичами, после чего всю первую половину дня ехали через горы: тропинки петляли и раздваивались. Элис уже перестала понимать, где они находятся и куда следуют. Ей никак не удавалось определить северное направление, поскольку кроны высоченных деревьев закрывали небо, заслоняя солнце. Она спросила Марджери, когда они смогут сделать остановку и облегчиться, на что Марджери лишь махнула рукой:
– Выбирай любое дерево, какое понравится. Не стесняйся.
Новая знакомая Элис отличалась непривычной, очень энергичной манерой говорить, причем все разговоры в основном крутились вокруг тех, кто уже умер или пока еще, к счастью, нет. В ее жилах течет кровь чероки, заявила Марджери.
– Мой прапрадедушка женился на девушке из племени чероки. У меня волосы, как у чероки, и красивый прямой нос. Мы все в нашей семье были чуть смуглыми, хотя моя кузина родилась альбиноской.
– А как она выглядела?
– Она умерла в два года. Ее укусила мокасиновая змея. Все думали, что она просто капризничает, пока не увидели след от укуса. Но было уже слишком поздно. Ой, кстати, ты должна остерегаться змей. Ты что-нибудь знаешь о змеях?
Элис покачала головой.
Марджери растерянно заморгала, словно у нее в голове не укладывалось, что кто-то мог не знать о змеях.
– Ну, ты в курсе, что у самых ядовитых из них голова обычно в форме лопаты?
– Я поняла. – Элис подождала секунду. – Такие квадратные? Или теми, что копают, с заостренным концом? У папы была даже дренажная лопатка, которая…
– Ладно, просто старайся держаться от змей подальше, – тяжело вздохнула Марджери.
По мере того как они поднимались в горы, оставив ручей позади, Марджери периодически спрыгивала с мула, чтобы обвязать ствол дерева красной бечевкой. Марджери обрезала бечевку перочинным ножом или просто перекусывала ее, выплевывая концы. Это поможет Элис найти обратную дорогу на широкую тропу, объяснила Марджери.
– Видишь дом старика Маллера по левую руку? Видишь дым из трубы? Он живет здесь с женой и четырьмя детьми. Она не умеет читать, но старший сын умеет, и он ее научит. Маллеру не слишком нравится идея учить детей, но он работает в шахте от зари до темна, поэтому я в любом случае снабжаю их книгами.
– А хозяин дома не возражает?
– Он ничего не знает. Он возвращается домой, смывает с себя пыль, ест ту стряпню, что приготовила ему жена, и засыпает еще до захода солнца. Работа там тяжелая, и все они возвращаются жутко усталыми. А кроме того, она прячет книги в сундуке с платьями. Он туда никогда не заглядывает.
Оказывается, Марджери уже несколько недель в одиночку занималась закладыванием основ библиотеки. Они проезжали мимо маленьких домиков на сваях; крошечных, крытых дранкой заброшенных лачуг, казалось способных развалиться от малейшего дуновения ветра; хижин с выставленными возле них ветхими подставками для овощей и фруктов на продажу. Марджери, показывая на каждый домик, объясняла, кто там живет, умеют ли его обитатели читать, что их может заинтересовать и, наконец, какие дома лучше обходить стороной. Самогонщиков в основном. Они тайно гонят алкоголь с помощью перегонных кубов, спрятанных в лесу. Итак, там были те, кто гнал самогон, и те, кто мог запросто пристрелить вас, если вы случайно наткнетесь на перегонный куб, и, конечно, те, кто пил самогонку, в связи с чем находиться поблизости было явно небезопасно. Похоже, Марджери знала все обо всех, и теперь она выдавала каждую крупицу имеющейся информации в той же свободной лаконичной манере. Вон там дом Боба Гиллмана – он лишился руки, которая попала в один из станков на заводе в Детройте, и вернулся сюда, чтобы жить со своим отцом. А это дом миссис Кохлан – муж колотил ее почем зря, но однажды он вернулся домой здорово поддатым, и она зашила его прямо в простыне на кровати, после чего принялась стегать хлыстом до тех пор, пока он клятвенно не пообещал больше не давать волю рукам. А вот тут взорвались два перегонных куба, грохот стоял такой, что было слышно в соседних округах. Кэмпбеллы до сих пор обвиняют Маккензи, а когда напьются, то время от времени стреляют по окнам.
– А тебе никогда не бывает страшно? – спросила Элис.
– Страшно?
– Но ты ведь здесь совсем одна. Судя по всему, здесь что угодно может произойти.
Марджери удивилась. Похоже, эта мысль никогда не приходила ей в голову.
– Я еще ходила под стол пешком, а уже ездила верхом по этим горам. – Заметив скептическое выражение лица Элис, Марджери добавила: – Это совсем несложно. Ты видела когда-нибудь стаю животных, собравшихся у водопоя?
– Хм… пожалуй, нет. В Суррее не так много мест для водопоя.
– А там, в Африке, слон пьет воду рядом со львом, а тот – рядом с бегемотом, а бегемот – рядом с газелью. И никто друг другу не мешает. Ведь так? А знаешь почему?
– Нет.
– Потому что они понимают друг друга. Старая газель видит, что лев совсем расслабленный и просто хочет напиться воды. И бегемот у воды становится покладистым. Вот так они живут и будут жить вечно. Но если они встретятся в сумерках на равнине и тот же самый лев будет рыскать кругом с хищным блеском в глазах – ну, та газель сразу поймет, что нужно удирать, и побыстрее.
– Неужели здесь, кроме змей, есть и львы?
– Элис, ты должна научиться читать мысли людей. Ты видишь кого-нибудь вдалеке – это какой-то шахтер возвращается домой, и по его походке ты уже знаешь, что он устал, что ему не терпится добраться до дому, набить брюхо и завалиться спать. Но что, если ты видишь в пятницу вечером возле дешевой забегаловки того же шахтера, уже выжравшего полбутылки бурбона, и он смотрит на тебя со злобой? Ты сразу понимаешь, что лучше не стоять у него на пути, так?
Какое-то время они ехали молча.
– Послушай, Марджери… – сказала Элис.
– Да?
– Если ты никогда не была восточнее – как там его, Льюисбурга? – откуда тебе так много известно про животных в Африке?
Марджери остановила мула и повернулась к Элис:
– Ты что, серьезно? – (Элис растерянно заморгала.) – И после этого ты хочешь, чтобы я сделала из тебя библиотекаря?!
Впервые за все время знакомства Элис увидела, что Марджери смеется. Она ухала, точно сипуха, и смеялась чуть ли не до самого Солт-Лика.
* * *
– Ну и как все прошло?
– Очень хорошо, спасибо.
Задница и бедра болели так сильно, что Элис чуть ли не со слезами опустилась на сиденье унитаза, но ей не хотелось об этом рассказывать. В крошечных хижинах, которые они объезжали, стены были обклеены газетами для того, чтобы, по словам Марджери, зимой не было сквозняков. Элис требовалось время, чтобы переварить те огромные расстояния, которые она преодолела, поскольку структура ландшафта была вертикальной, а тропа шла горизонтально. Элис впервые в жизни оказалась в условиях дикой природы: огромные птицы, быстроногие олени, синие ящерицы из семейства сцинковых. А потому ей казалось неуместным говорить о беззубых мужчинах, осыпавших их с Марджери ругательствами, или об изможденной молодой матери с четырьмя крошечными, абсолютно голыми ребятишками. Но в основном день был таким удивительным, что Элис не хотелось делиться воспоминаниями с мужем и свекром.
– Я не ослышался? Ты действительно ездила верхом вместе с Марджери О’Хара? – Мистер Ван Клив поднес чашку ко рту.
– Действительно. А еще с Изабеллой Брейди. – Элис решила не упоминать, что Изабелла так и не появилась.
– Ты должна держаться подальше от этой девицы О’Хара. Она бедовая.
– Что значит «бедовая»?
Элис перехватила быстрый взгляд Беннетта: Ничего не говори.
Мистер Ван Клив направил на Элис зажатую в руке вилку:
– Элис, помяни мои слова. Марджери О’Хара родом из плохой семьи. Фрэнк О’Хара был самым большим грешником от Кентукки до Теннесси. Ты здесь новый человек, и тебе не понять, что это значит. О да, сейчас Марджери О’Хара может облечься в красивые фразы из книжек, но под слоем этих витиеватых слов она такая же, как и остальные члены ее никчемной семейки. Я тебе точно говорю: ни одна приличная дама в округе не станет с ней даже чай пить.
И Элис живо представила, как Марджери показывает средний палец в ответ на приглашение выпить чашечку чая с одной из местных дам. Элис взяла из рук Энни блюдо с кукурузным хлебом, положив кусок себе на тарелку, передала блюдо дальше и вдруг поняла, что, несмотря на жару, умирает с голоду.
– Ради бога, не стоит беспокоиться! Она просто показывала мне, куда доставлять книги.
– Я так, на всякий случай. Всего лишь хотел напомнить, чтобы ты с ней особенно не водилась. Если не хочешь, чтобы она своим поведением бросила тень и на тебя тоже. – Мистер Ван Клив взял два куска кукурузного хлеба, откусил половину куска и с минуту жевал с открытым ртом; Элис поморщилась и отвернулась. – Кстати, а что за книги вы развозите?
– Просто… книги, – пожала плечами Элис. – Марк Твен и Луиза Мэй Олкотт, романы о ковбоях и книги по домоводству, рецепты и всякое такое.
– Половина этих горцев не могут прочесть ни слова, – покачал головой мистер Ван Клив. – Старина Генри Портеус считает это пустой тратой времени и денег налогоплательщиков. И в принципе я готов с ним согласиться. И, как я уже говорил, любая затея с участием Марджери О’Хара ни к чему хорошему не приведет. – (Элис собралась было вступиться за новую подругу, но муж крепко сжал ей под столом ногу.) – Ну, я не знаю. – Мистер Ван Клив вытер с уголков губ соус. – Я совершенно уверен, моя незабвенная супруга никогда не одобрила бы подобную затею.
– Но Беннетт говорил мне, она занималась благотворительностью, – заметила Элис.
Мистер Ван Клив бросил на нее косой взгляд:
– Да, занималась. Она была на редкость благочестивой женщиной.
– Тогда, – после секундной заминки заявила Элис, – я искренне верю, если мы будем приобщать семьи безбожников к чтению, то сможем приобщить их и к чтению Библии, что станет благом для всех нас. – Наградив свекра широкой сладкой улыбкой, Элис наклонилась к нему через стол. – Вы только представьте себе, мистер Ван Клив, что благодаря чтению Библии все эти семьи смогут внимать наконец истинному слову Господа нашего Иисуса Христа. Разве это не великолепно? Я уверена, ваша жена непременно одобрила бы такое начинание.
В комнате повисло тягостное молчание.
– М-да, – произнес мистер Ван Клив, – ты, наверное, права. – Он кивнул, давая знать, что тема закрыта. По крайней мере, пока.
Беннетт облегченно выдохнул, и Элис, к своему стыду, почувствовала, что ненавидит его за это.
* * *
Через три дня Элис поняла, что ей приятнее проводить время с Марджери О’Хара – и плевать, из плохой та семьи или нет, – чем с кем бы то ни было другим в штате Кентукки. Марджери не любила много болтать. Ее совершенно не интересовали обрывки сплетен, завуалированных или нет. Казалось, этими сплетнями местные дамы подпитывались во время бесконечных чаепитий и занятий шитьем, в которых время от времени приходилось участвовать Элис. Марджери не интересовали ни внешний вид Элис, ни ее мысли, ни ее прошлое. Марджери шла, куда хотела, говорила, что думала, не считая нужным прикрываться учтивыми эвфемизмами, столь популярными у других женщин.
О, это что, английская манера? Чрезвычайно интересно!
А мистер Ван Клив Младший, наверное, счастлив, что его жена одна ездит верхом по горам, да? Боже правый!
Ну, возможно, вы приучаете его к английской манере себя вести. Как… оригинально!
Марджери вела себя, неожиданно поняла Элис, совсем как мужчина.
Мысль была настолько странной, что Элис невольно принялась присматриваться к новой знакомой, пытаясь понять, как Марджери удалось достичь подобной раскрепощенности и внутренней свободы. Элис не хватало храбрости – возможно, мешало английское воспитание, – чтобы спросить об этом Марджери.
Отказываясь от предложения мужа подвезти ее на машине и оставляя его завтракать вдвоем с отцом, Элис обычно приходила в библиотеку вскоре после семи утра, когда на траве еще дрожала роса, здоровалась с Фредериком Гислером, которого часто заставала беседующим, подобно Марджери, с лошадью, после чего шла на задний двор, где были привязаны пони и мул. Их дыхание образовывало легкие облачка пара в холодном утреннем воздухе. Полки были уже практически готовы и заставлены книгами, присланными из Нью-Йорка и Сиэтла. УОР призвало библиотеки жертвовать Конной библиотеке книги, и теперь посылки в коричневой оберточной бумаге приходили дважды в неделю. Мистер Гислер починил старый стол, подаренный школой в Берее, чтобы было куда класть так называемый гроссбух в кожаном переплете, где библиотекари отмечали выданные и полученные назад книги. Страницы заполнялись очень быстро. Элис обнаружила, что Бет Пинкер выехала в пять утра, а Марджери, перед тем как встретиться с Элис, уже успела сделать две ездки, доставив книги в отдаленные горные селенья. Элис проверила записи, чтобы узнать, где успели побывать Марджери и Бет.
Среда, 15-е
Дети семейства Фарли, Кристалл – четыре книжки комиксов.
Миссис Петуния Грант, дом директора школы в Йеллоу-Роке – два экземпляра журнала «Ледис хоум» (февраль, апрель 1937 года), один экземпляр книги Анны Сьюэлл «Черный Красавчик» (пометки чернилами на страницах 34 и 35).
Мистер Ф. Хоумер, Винд-Кейв – один экземпляр книги «Народная медицина» Д. С. Джарвиса.
Сестры Фриц, Энд-Барн, Уайт-Эш – один экземпляр книги Эдны Фербер «Симаррон», один экземпляр книги Ллойда С. Дугласа «Великолепная одержимость» (примечание: три последние страницы отсутствуют, обложка повреждена водой).
Книги редко бывали новыми, и там нередко не хватало страниц или обложек. Элис обнаружила это, помогая Гислеру расставлять их на полки. Фредерик Гислер был жилистым, загорелым мужчиной, далеко за тридцать. Унаследовав от отца восемьсот акров земли, Гислер, так же как и его покойный отец, занимался разведением и продажей лошадей. Именно ему принадлежала Спирит, маленькая кобыла, на которой ездила Элис.
– Она норовистая, эта крошка. – Гислер погладил пони по шее. – Впрочем, как и любая приличная кобыла. – У Гислера была неспешная заговорщицкая улыбка, словно он говорил вовсе не о лошадях.
В первую неделю Марджери сперва планировала предстоящий маршрут, а затем рано утром они отправлялись в путь. Измученная удушающей атмосферой дома Ван Кливов, Элис жадно глотала горный воздух. Ближе к полудню жара мерцающими волнами поднималась от накаленной солнцем земли, но в горах, где кусачая мошкара уже не вилась так назойливо вокруг лица, становилось гораздо легче. На длинных маршрутах Марджери обвязывала красной бечевкой каждое четвертое дерево, чтобы Элис, работая в одиночку, могла найти обратную дорогу, и обращала внимание напарницы на ориентиры и приметные скопления камней.
– Но если ты заблудишься, Спирит найдет дорогу за тебя, – говорила Марджери. – Она очень сообразительная.
Элис потихоньку привыкала к маленькой коричневой с белым лошадке, точно зная, где та попытается развернуться, где захочет ускориться, и уже не вскрикивала, а прижималась к спине Спирит и гладила ее по шее до тех пор, пока та не начинала прясть аккуратными ушами. Теперь Элис в общих чертах представляла, куда ведут горные тропы. Она даже составила карты своих маршрутов, которые хранила в кармане бриджей в надежде самостоятельно найти дорогу в каждый дом. Элис пристрастилась к поездкам по горам, ей нравилась непривычная тишина бескрайнего горного ландшафта, нравилось видеть впереди Марджери, которая, то и дело наклоняясь, чтобы избежать низкорастущих веток, показывала на домики вдали, органично вписывающиеся в просветы между деревьями.
– Элис, учись смотреть дальше собственного носа, – говорила Марджери, и голос ее разносился ветром. – Нет смысла беспокоиться о том, что думают о тебе в городе, ведь тут уж в любом случае ничего не поделаешь. Но если оглянуться вокруг, то можно увидеть целый мир удивительных вещей.
Впервые за год Элис почувствовала себя человеком, каждый шаг которого не находится под пристальным наблюдением. Никто не комментировал ее манеру одеваться или вести себя в обществе, никто не бросал на нее любопытных взглядов и не нависал над ней, чтобы услышать ее английский акцент. Элис начала понимать горячее желание Марджери жить так, как ей хочется.
Внезапно Марджери остановилась, тем самым выведя Элис из задумчивости.
– Элис, ну вот мы и приехали. – Марджери соскочила с мула перед шаткими воротами, за которыми возле дома клевали пыль куры, а под деревом сопел здоровенный хряк. – Пора познакомиться с соседями.
Элис тоже слезла с пони и набросила поводья на столб ворот. Лошади тотчас же принялись щипать траву, а Марджери сняла с седла одну из сумок и махнула рукой Элис, чтобы та следовала за ней. Дом оказался самой настоящей развалюхой. Рассохшаяся дощатая обшивка напоминала щербатую улыбку. Заросшие грязью слепые окна скрывали внутреннюю часть дома. Во дворе на тлеющих углях стоял котелок. Было трудно поверить, что здесь кто-то живет.
– Доброе утро! – Марджери направилась к двери. – Эй!
В ответ мертвая тишина. Затем послышался скрип досок, и на пороге появился какой-то мужчина с ружьем на плече. На мужчине был комбинезон, явно нуждавшийся в стирке, из-под густых усов торчала глиняная трубка. За его спиной возникли две девочки, которые, вытянув шеи, вглядывались в приехавших женщин. Мужчина недоверчиво уставился на незваных гостей.
– Как поживаете, Джим Хорнер?
Марджери шагнула в маленький загончик, который и огородом-то сложно было назвать, и закрыла за собой ворота. Похоже, она не заметила ружья, а если и заметила, то демонстративно проигнорировала его. У Элис участилось сердцебиение, но она послушно последовала за напарницей.
– А это кто такая? – спросил мужчина.
– Элис. Она помогает мне с передвижной библиотекой. Я хотела бы поговорить с вами о том, что мы привезли.
– Я не собираюсь ничего покупать.
– Что ж, это меня вполне устраивает, так как мы ничего не продаем. Я отниму у вас всего пять минут. Вам не жаль потратить на меня немного воды? Здесь что-то жарковато. – Марджери, воплощение спокойствия, сняла шляпу и принялась ею обмахиваться.
Элис собралась было возразить, что они всего полмили назад выпили кувшин воды, но вовремя прикусила язык. Хорнер на секунду впился в нее взглядом.
– Ждите здесь, – наконец произнес он, кивнув на длинную скамью перед домом, что-то пробормотал тощей девчонке с косичками, та исчезла в темном доме и вскоре, напряженно хмурясь, вернулась с ведром. – Вот, она принесла вам воды.
– Мэй, не могла бы ты оказать нам любезность и принести воды для моей подруги? – Марджери кивнула девочке.
– Было бы очень мило, спасибо, – произнесла Элис, явно удивив мужчину своим акцентом.
– Ах да, это та, что приехала из Англии, – сказала Марджери. – Которая вышла замуж за сына Ван Клива.
Мужчина бросил на женщин безучастный взгляд. Ружье оставалось у него на плече. Элис робко сидела на скамье, а Марджери тем временем продолжала говорить – тихим, расслабленным певучим голосом. Именно так она разговаривала со своим мулом Чарли, когда тот становился, как она это называла, раздражительным.
– Не знаю, дошли ли до вас вести из города, но мы организовали передвижную библиотеку. Для тех, кто любит всякие истории. И это поможет вашим детишкам кое-чему обучиться, особенно если они не ходят в школу. Вот я и зашла узнать, не хотите ли вы взять пару книжек для ваших девочек.
– Я ведь вам говорил. Они не умеют читать.
– Да, говорили. Поэтому я привезла совсем простые. Для начинающих. Там только картинки, а к ним буквы, чтобы они могли сами учиться. Им даже не придется ходить в школу. Они смогут читать дома.
Марджери протянула ему книжку с картинками. Он осторожно ее взял, словно что-то взрывоопасное, полистал страницы:
– Девочки должны помогать мне. Надо собирать урожай и консервировать.
– Конечно должны. Сейчас самая горячая пора.
– Не хочу, чтобы они отвлекались.
– Я понимаю. Процесс консервирования замедлять нельзя. Похоже, кукуруза в этом году уродилась. Не то что в прошлом году, а? – Марджери улыбнулась девочке, согнувшейся под тяжестью наполненного до половины ведра. – Спасибо тебе, моя дорогая. – Она взяла из рук девочки старую жестяную кружку. Жадно выпив воды, Марджери протянула кружку Элис. – Холодненькая. Спасибо большое.
Джим Хорнер пихнул книжку назад Марджери:
– Они наверняка попросят за это денег.
– Джим, в этом-то и вся прелесть. Никаких денег, никаких расписок, вообще ничего. Библиотеки существуют для того, чтобы люди могли попробовать читать. Быть может, научиться чему-то полезному, если чтение придется им по вкусу.
Джим Хорнер уставился на обложку книжки. Элис еще не приходилось слышать, чтобы Марджери за один визит так много говорила.
– А что, если я оставлю вам книжки хотя бы на неделю? – предложила Марджери. – Вам совершенно не обязательно их читать. Можете просто их полистать, если захотите. Мы заскочим к вам в следующий понедельник. Тогда все и заберем. Если понравится, пусть девочки мне скажут, и я привезу вам еще. А если не понравятся, просто оставьте их на ящике у забора, и мы больше не будем вам досаждать. Ну как, идет?
Элис оглянулась. Вторая девочка исчезла в темном доме.
– Я так не думаю.
– Положа руку на сердце, вы сделаете мне огромное одолжение. Тогда не придется тащить чертовы книги обратно вниз. Черт, у нас сегодня жутко тяжелые сумки! Элис, ты допила наконец воду? Мы и так отняли у этого джентльмена кучу времени. Приятно было увидеться, Джим. Мэй, еще раз большое спасибо. Ты здорово вытянулась со времени нашей последней встречи!
Когда они были уже у ворот, Джим Хорнер крикнул им вслед:
– Я не желаю, чтобы сюда шлялись посторонние и нас беспокоили! Не желаю, чтобы меня беспокоили, и не желаю, чтобы беспокоили моих детей! У них и так забот хватает!
Марджери, не оборачиваясь, просто подняла руку:
– Джим, я тебя услышала.
– И мы не нуждаемся в подачках. И я вообще не желаю здесь видеть никого из городских! Я даже не знаю, зачем ты сюда приперлась!
– Я объезжала все дома в округе вплоть до Береи. Но я тебя услышала! – Голос Марджери эхом разнесся по окрестным горам.
Оглянувшись, Элис увидела, что Джим Хорнер снова положил ружье на плечо, и кровь застучала у нее в ушах. Оглянуться во второй раз Элис не решилась. Когда Марджери села на мула, Элис взяла поводья, дрожащими ногами сжала бока Спирит. И, поняв, что пуля их уже не достанет, облегченно выдохнула. Она подстегнула Спирит, чтобы поравняться с Марджери.
– Боже мой! Они здесь все такие ужасные? – Элис вдруг почувствовала, что ноги у нее стали ватными.
– Ужасные? Элис, все прошло великолепно! – (Элис показалось, что она ослышалась.) – Когда в последний раз я приезжала в Ред-Крик, Джим Хорнер прострелил мне шляпу. – Марджери, повернувшись к Элис, продемонстрировала крошечную дырочку в тулье, после чего снова натянула шляпу на голову. – Ладно, давай чуть прибавим ходу. Я хочу перед ланчем еще успеть познакомить тебя с Нэнси.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?