Книга: Дочь священника. Да здравствует фикус! - Джордж Оруэлл

Затем происходит неожиданный (мной) сюжетный "взбрык", который меняет ход книги. И дело не в какой-то головокружительной серии событий, а в том, как философия выживания и отчаяния перестает мучить и начинает пугать. На фоне старых-добрых социальных проблем, напоминающих микс Диккенса и Горького, у нас тут вовсю разворачивается катастрофа внутренней нищеты, переходящей в свинство. Причем, это не наблюдение "сверху", ведь Оруэлл знал об этом на практике: он работал сборщиком хмеля, жил в Кенте, изучал быт бездомных.

Ну и заколачивает гвоздь в гроб, конечно же, это бессилие перед миром, где не дают женщине права на собственное существование вне социальных рамок. Но как-то и так живем, как-то и так...

Всю книгу я задавалась вопросом: почему на долю Дороти выпало столько страданий? Кажется, что судьба раз за разом проверяет её на прочность, не оставляя места для счастья. Самый тяжёлый момент для меня - осознание того, что, несмотря на все её усилия и страдания, она возвращается к тому, с чего начала. Этот круговорот, в котором всё меняется и одновременно остаётся прежним, оставил сильное послевкусие.

Оруэлл сумел передать не только душевные метания своей героини, но и создать атмосферу, наполненную ощущением внутренней пустоты и поиска смысла. История Дороти напоминает, насколько непростыми и болезненными могут быть внутренние перемены, особенно когда они не приносят утешения. Несмотря на всю тяжесть, книга заставляет задуматься о силе духа, вере и том, что делает нас счастливыми.

Я поставила книге 4 из 5. Она запомнилась мне своей искренностью, эмоциональной глубиной и сложностью поднимаемых вопросов, хотя оставила лёгкое чувство грусти из-за того, как завершился её сюжет.

Дороти очень необычная девушка, но при этом совсем не примечательная. Она служит людям, отцу и своей вере. Надежды выйти замуж у нее давно нет, да и порывов менять свою жизнь тоже. У нее явно ОКР, потому что ей свойственны повторяющиеся ритуалы. Раскрывая характер героини, автор рассказывает нам, как она наложила на себя епитимью за сказанное «черт возьми» в виде отказа от бекона.

«Дороти явно придумала за каждую провинность наказывать себя уколом в руку, причем колоть достаточно жестоко, до крови. С грозной булавкой наготове ей удалось молиться более благочестиво.»

Она живет со своим отцом-священником и терпит все его чудачества и тиранию, потому что не знает, как жить по другому. Все ее дни однообразны и бессмысленны.

«Голос звучал той глубочайшей утомленностью, когда интонации не несут ни явственно сердитой, ни сколько нибудь положительной окраски, лишь постоянное «ну до чего несносна эта ваша мышиная возня!». Вид ректора столь же красноречиво демонстрировал вечную муку от назойливой глупости окружающих.»

Особенно понравились мне размышления автора о религии, хоть я и далеко не любитель философии и религиозной литературы.

«Если дана вера, то как твердо, как прочно ты стоишь. Что же тебя обескуражит, если существует ясная цель, которой можешь служить? Вся жизнь освещается ее светом. Никакой душевной усладости, смятения, сомнений, чувства тщетности, никакой притаившейся подстерегающей бодлеровской хандры. Каждый миг нужен, каждая твоя минута вплетена в мировой узор прекрасного торжества духа.»

«Он не слышал ее слов. Никогда он не понимал и теперь не способен почувствовать, как душу, жившую религией, ужасает и отвращает мир, вдруг оказавшийся без смысла.»

Роман пронизан приятным юмором и сарказмом, слог Оруэлла тоже доставил немало удовольствия.

«Стараясь изо всех сил, Дороти растянула процесс жевания своих крошек на полминуты, а затем, вытянув еще ломтик намасленного хлеба, не смогла удержаться от нескромного взгляда в сторону повидла. Однако левая рука хозяйки стойко держала оборону, не совсем закрывая блюдце, но бдительно охраняя его на фланге и упреждая возможные атаки. Мужества Дороти не хватило, так что ей не пришлось попробовать повидло в то утро. Впрочем, как и во все последующие.»

«Мисс Бивер была дамой весьма унылой, воплощавшей грозное «помни о смерти», точнее о старости. Душа ее с годами высохла, как потрескавшийся обмылок. Однокомнатную клетку у тиранки-хозяйки и таталкивание деловитой экономической географии в глотки давящихся детей, она, видимо, полагала своей единственной судьбой, иного уже не преставляя.»

Братья возлюбленные! Пред очами господа нашего собрались мы на праздник святой богохульства глумливого. Преследует Отец нас грязью и хладом, гладом и одиночеством, зудом и сифилисом, вошью головной и подбрюшной. Пиша наша - корки размокшие и мяса объедки скользкие, в кульках газетных нам небрежно брошенные. Радость наша - перекипевший чай и кексы задубевшие, в щелях вонючих поглощаемые, стаканчик жижи пивной кислой и объятия мегер беззубых. Конец наш - яма общая на 25 гробов, ночлежка подземельная. И оттого долг наш святой - вовеки проклинать и поносить Его.

Больше всего в книге меня поразила трансформация героини из религиозной ОКРщицы в батрачку, из батрачки в нищенку, из нищенки в учительницу, из учительницы обратно в религиозную ОКРщицу.

«Какие там серьезные вопросы, когда вечно хочется спать и вечно занят: либо работаешь, либо варишь, либо ходишь за чем-нибудь в деревню, либо улещиваешь капризный мокрый хворост, либо таскаешься взад-вперед с банками воды. Изматывая до предела, до капли высасывая энергию и одновременно наполняя глубоким подлинным блаженством, такая жизнь заполняет. В прямом смысле лишает сознания. Длинные дни в полях, грубая пища и недостаток сна, аромат хмеля и запах дыма - все это убаюкивает, погружает в какое-то животное безмыслие.»

Концовка меня просто ошеломила, я никак не ожидала такой развязки для этой истории, несмотря на ее жизненность. В глубине души хотелось, чтобы Дороти наконец обрела счастье, но счастье для нее - это ее ограниченный мирок. Возможно, в этом ее гармония - остаться верной себе и своим идеалам. Жалею, что не прочла этот роман раньше!

Главная героиня, Дороти... Ну, я вообще не поняла её, как персонажа. Ей дали шанс начать жизнь с чистого листа, но она как будто навечно застряла в образе "дочери священника". Даже потеряв веру, она продолжает притворяться и жить так, как привыкла. А что будет дальше - её, похоже, вообще не волнует.

Я вообще люблю Оруэлла, особенно "Скотный двор" и "1984" они были намного интереснее. Тут же тоска нереальная.

До последней страницы я надеялась, что раскроется тайна потери памяти героини. Но нет.

Еще хотелось бы больше описаний отношений между героями и поменьше пробелов. Иногда было тяжело разбираться в церковных понятиях.

В общем, если вы ищете что-то захватывающее и динамичное, то эта книга точно не для вас. Увы.

Оруэлл мастерски создает атмосферу внутренней борьбы героини, показывая её через призму социальных и моральных дилемм. Авторская точка зрения пронизана иронией и критикой, что придает роману особую остроту и актуальность. Язык произведения создает яркую картинку внутреннего мира персонажа и окружающей её эпохи.

Особое внимание заслуживает глубокое психологическое раскрытие героини, ее конфликтов и сомнений. В то же время, автор не ограничивается лишь личной историей, а поднимает важные вопросы о роли религии в обществе, о стремлении к свободе и о том, как внешние обстоятельства влияют на внутренний мир человека.

В целом, «Дочь священника» — это мощное произведение, которое заставляет задуматься о ценностях, о природе веры и о том, как личные убеждения могут сталкиваться с общественными ожиданиями.

Но лично мне не хватило динамичности, которая была в других произведениях Оруэлла. Но все равно я считаю, что глубокий психологизм романа оставит отпечаток на каждом, кто его прочтет, заставит задуматься о вере и религии.