Читать книгу "Шаги в темноте. Убийство Адама Пенхаллоу (сборник)"

Маргарет неотрывно смотрела на адвоката.

– Он слышал об этом? А не сказал где?

– Нет. Я не спрашивал. Просто сообщил, что вы не собираетесь ничего продавать. Дай-ка вспомнить, что он на это ответил. Да, он тогда спросил: «Значит, неправда, что у теперешних владельцев хотят купить дом и они думают над этим предложением?» Я уверил его, что у вас и в мыслях подобного нет. Еще он немного поговорил об этом месте. Мол, видел монастырь, когда проезжал мимо на автомобиле, и это навело меня на мысль, что он и есть тот самый мистер Робинсон, который пытается подобраться к дому с другой стороны. Я предположил, что он писал мне от имени Робинсона. Не знаю, он это был или кто-либо другой, но хорошо помню, что он ответил не сразу. Что лишь подкрепило мою догадку. Однако я не придал этому большого значения и не стал углубляться в подробности. Он сказал, что мне вполне мог написать его друг. Я человек занятой, как тебе известно, и поэтому не стал терять на него время. Когда он попросил известить его, если вы передумаете, чтобы его не опередил кто-нибудь еще, я жестко ответил, что вряд ли ему следует беспокоиться, поскольку, во-первых, вы не собираетесь продавать дом, а во-вторых, то единственное предложение о продаже, которое вам поступило, носило неопределенный характер. Но он не угомонился и даже попросил меня, в случае если ваши намерения изменятся, сначала сообщить ему, а уж потом уведомлять второго клиента. На что я ответил, что вряд ли это возможно, поскольку я располагаю лишь устаревшим почтовым адресом до востребования. Он успокоился и ушел, не оставив мне своего адреса!

– Да, теперь я понимаю, что это человек, который нацелился на наш дом. Огромное вам спасибо.

– Наверное, я слишком любопытен, но мне бы хотелось знать, почему это так тебя волнует?

Маргарет улыбнулась.

– Чистое любопытство, мистер Милбэнк. Мне было интересно, хватит ли у него наглости явиться к вам с расспросами. Очевидно, хватило.

Посмотрев на часы, она поспешно поднялась.

– О господи! Уже так поздно, мне пора идти.

Мистер Милбэнк проводил ее до двери, размышляя, чем был вызван визит, и помахал ей рукой. Маргарет включила сцепление, и машина рванула вперед.

Подозрения подтвердились, что ничуть ее не обрадовало. Еще одно звено в цепи улик против Стрейнджа.

– Надо рассказать Питеру, – пробормотала Маргарет. – Зря я этого не сделала. Майкл Стрейндж ничего для меня не значит, а он, вероятно, замышляет нечто ужасное. Не будь сентиментальной дурой, вообразившей, будто любовь порядочной женщины может исправить негодяя. Меня тошнит от этого бреда. И потом, я вовсе не влюблена в него.

«Разве? – спросил ее внутренний голос. – Значит, ты расскажешь Питеру обо всем, что было?»

– Я же обещала ничего не говорить, – возразила Маргарет. – Может, и не следовало обещать, но раз уж так вышло, то ничего не поделаешь.

«Но ты же не обещала молчать про свой визит к Милбэнку».

– А я и расскажу, если у меня будут достаточные основания, – успокоила себя Маргарет. – Но пока намерена разобраться со Стрейнджем сама. Не верю, что он и есть Монах, и никогда не поверю.

«А как насчет его слов о том, что ты можешь сильно испугаться?»

– Никогда не поверю, что он хочет нагнать на меня страху.

«Не проливает ли это свет на его уговоры уехать из монастыря?»

– Нет, – сердито пробормотала Маргарет, лихо сворачивая за угол.

Этот беспрерывный спор продолжался всю дорогу до монастыря. В результате выяснилось, что Маргарет не собирается давать своим родственникам лишних оснований подозревать Стрейнджа и сделает это только под давлением чрезвычайных обстоятельств. На что внутренний голос ехидно заметил: «Как вам нравится подобная лояльность?»

Уехав от Милбэнков около десяти, Маргарет не имела шансов попасть домой раньше чем в двенадцатом часу. Селия вряд ли будет беспокоиться, поскольку ей известно об ужине с подругой, но самой Маргарет было не по себе. К счастью, светила луна, но ехать от ворот к дому было не очень приятно. Дорога тянулась через лес, где даже днем было страшновато. Поначалу они с Селией пришли в восторг от зарослей, расцвеченных небесно-голубыми колокольчиками, но тогда они еще не знали, что тут водятся привидения.

По мере приближения к Фрэмли ее мужество постепенно таяло, однако, убедив себя в беспочвенности страхов и заняв мысли воспоминаниями, не связанными с призраками, Маргарет настолько приободрилась, что подъехала к железным воротам уже полная решимости быстро подкатить к дому, не вглядываясь в обступившую ее темноту.

А потом случилось страшное. Ворота были узкими, а за ними круто изгибалась подъездная дорога с глубокими кюветами. Маргарет слишком резко свернула, и автомобиль застрял в воротах. Прошептав «Черт!», она попыталась дать задний ход. После нескольких неуклюжих маневров Маргарет сумела миновать ворота, но тут же угодила задним колесом в кювет. Она так разозлилась, что и думать забыла про привидения. Поблагодарив судьбу, что рядом нет Питера, который не преминул бы прокомментировать особенности ее вождения, она включила первую передачу и попыталась выбраться из западни. Но гроза, прошедшая накануне, размыла дорогу, и, судя по хлюпанью колеса, кювет был полон жидкой грязи. Двигатель безуспешно ревел, и после неудачных попыток Маргарет была вынуждена сдаться. Завтра машину придется вытаскивать, а сейчас ей предстоит добираться до дома пешком.

«Так мне, дуре, и надо, – подумала Маргарет. – Что толку сидеть тут и трястись от страха? Давай вылезай, идиотка».

Выйдя из автомобиля, она забрала сумочку и плащ. С сомнением посмотрев на планшетку, решила оставить ее вместе с покупками и двумя пистолетами, спрятанными под задним сиденьем. Надев плащ, чтобы не тащить его в руках, Маргарет отправилась в сторону дома, засунув руки в глубокие карманы.

Она увидела Монаха, когда, миновав два поворота, приближалась к третьему, за которым виднелся дом. Прямо перед ней в холодном лунном свете возникла зловещая фигура в балахоне, переходящая дорогу медленной скользящей походкой. На мгновение под капюшоном мелькнуло лицо, показавшееся Маргарет невыразимо ужасным, а затем фигура исчезла в придорожных кустах.

Ее первым побуждением было кинуться обратно. Фигура исчезла из виду, но она могла притаиться в темноте, выжидая, когда девушка пройдет мимо. Маргарет застыла на месте, колени у нее предательски тряслись.

«Дальше идти нельзя! – лихорадочно думала она. – А куда бежать? И что теперь делать? Что мне делать?»

Монах может скрываться под деревьями у дороги. Помнится, он двинулся на миссис Босанквет, угрожая ей рукой. Если заметил Маргарет, то может начать преследовать ее, невидимый в темноте. Нет, лучше бежать к дому, чем поворачивать назад. Там по крайней мере услышат ее крик о помощи.

Легкий шорох позади нее решил дело. Не смея оглянуться или позвать на помощь, Маргарет со всех ног бросилась к дому. Пробегая то место, где исчез Монах, она вдруг почувствовала, что фигура в капюшоне преследует ее. Захлебываясь от ужаса, она достигла последнего поворота, за которым виднелся дом.

И тут прямо перед ней из-за высокого рододендрона на дороге кто-то появился. Собрав остатки сил, Маргарет отчаянно крикнула:

– Питер!

Фигура бросилась к ней, она попыталась крикнуть снова, но рот ей зажала чья-то ладонь, а плечи обхватила сильная рука.

– Не кричите, – приказал тихий голос, и, теряя сознание от страха, она увидела перед собой лицо Майкла Стрейнджа.

Глава 10

Он держал ее, потом убрал ладонь с лица и спокойно сказал:

– Простите, но я не хотел, чтобы вы подняли тревогу. Говорите быстрее, что вы там увидели?

При виде Стрейнджа Маргарет воспрянула духом. Но в голове у нее вихрем завертелись мысли. Что он здесь делает? Это его она видела на дороге? Тогда куда делось его облачение?

Стрейндж крепко сжал ее запястье.

– Что вы видели?

Маргарет подняла голову, стараясь разглядеть его лицо в лунном свете.

– Монаха, – прошептала она.

– Проклятие! – пробормотал Майкл. – Где?

Маргарет указала на дорогу, откуда, как по волшебству, послышались шаги. Не слишком церемонясь, Майкл толкнул ее под куст рододендрона. Глаза его впились в поворот дороги. Через мгновение там появилась фигура в мешковатом пальто, тревожно озирающаяся по сторонам.

– Мисс Фортескью! – взывал мистер Титмарш. – Мисс Фортескью! Здесь кто-нибудь есть? Я же ясно ее видел!

Рука на запястье Маргарет разжалась, и, оглянувшись, она обнаружила, что стоит одна. Мистер Стрейндж исчез столь же тихо и неожиданно, как появился. В полной растерянности Маргарет вышла на свет и стала дожидаться мистера Титмарша.

– Я здесь, – отозвалась она.

Он поспешил к ней, сжимая в руке сачок.

– Ах, я не сразу вас заметил. Что случилось? Я видел, как вы бежали и кричали. Надеюсь, вы не приняли меня за привидение?

– Мистер Титмарш, это не вы перешли дорогу минуту назад, направляясь к церкви?

– Нет. Я охотился за дубовым коконопрядом рядом с болотцем на противоположной стороне. Надеюсь, в ваши владения не проник непрошеный гость?

– Проник. Это был Монах. Я не могла ошибиться. Ужасный капюшон… Извините, но я чувствую себя неважно. Вы не проводите меня до дома?

– Моя дорогая юная леди! Конечно, но глаза могли обмануть вас. Смею ли я предложить вам руку? Это совершенно невозможно, мисс Фортескью. Я не встретил никакого Монаха. Будь он здесь, я бы наверняка увидел его.

Маргарет покачала головой:

– Могли и не увидеть. В таких-то зарослях. Мне не показалось. Я видела его совершенно отчетливо.

– Это все нервы, мисс Фортескью, ничего, кроме нервов. Не верьте в басни о призраках. Боже, вы так расстроены! Сейчас я позвоню в колокольчик, и вы окажетесь дома, в полной безопасности.

Мистер Титмарш энергично дернул колокольчик, и тот отозвался отчаянным звоном. За дверью тотчас же послышались быстрые шаги, и на пороге появился Питер.

– Это ты, Маргарет? А я уже начал думать… Господи, что с тобой?

Вцепившись в его пиджак, она истерически засмеялась:

– Питер, я видела Монаха! Ради всего святого, дай мне сесть. Я чувствую себя ужасно.

Мистер Титмарш закудахтал, как наседка:

– Я заметил, что мисс Фортескью бежит по дороге, и сразу бросился ей на помощь. Боюсь, она немного взвинчена – ей показалось, будто она увидела Монаха. Вероятно, это был куст или нечто подобное, но я бы и сам испугался, если бы мне почудилось такое.

Питер обнял сестру.

– Входите, сэр. Спасибо, что проводили ее. Гляди веселее, старушка, все уже позади.

Он довел Маргарет до библиотеки и усадил в кресло.

– Выпить хочешь, сестричка? Ты в порядке?

Селия вскочила, воскликнув:

– Маргарет! Что случилось, дорогая? Только не говори, что ты видела его!

На щеки Маргарет постепенно возвращался румянец. Она выпрямилась в кресле.

– Простите меня. Сейчас мне гораздо лучше, Питер. Честное слово. Да, Селия, я видела Монаха. Я побежала к дому и… встретила мистера Титмарша.

– Я очень огорчен, что мог стать невольным виновником вашего испуга, – подал голос энтомолог. – Но если бы я не получил разрешения от вашего зятя производить изыскания в его владениях, я был бы огорчен еще больше.

– Нет, вы здесь ни при чем, – возразила Маргарет. – Это был Монах в капюшоне, такой, как говорила тетя Лилиан. А где она, кстати?

– У нее разболелась голова, и она пораньше отправилась спать, – объяснила Селия. – Но, дорогая, какой ужас! Мы не можем больше оставаться в этом проклятом доме!

– Маргарет, а где машина? – спросил Чарльз. – Почему ты шла пешком?

– Я утопила ее в канаве.

– Вероятно, у тебя были на это причины, но – не подумай, что я критикую, – зачем тебе это понадобилось?

Это рассмешило Маргарет, и к ней вернулось былое хладнокровие.

– Я же не нарочно. Просто неудачно повернула у ворот и угодила задним колесом в кювет. Теперь ее надо вытаскивать. Пришлось идти пешком. По дороге все и случилось. – Она поднялась с кресла. – Вы не возражаете, если сегодня мы закроем данную тему? Меня немного трясет, и я мечтаю добраться до постели.

– Разумеется, – поддержала Селия. – Не приставайте к ней с расспросами. Иди наверх, дорогая.

В дверях Маргарет обернулась:

– Я привезла пистолеты. Они под задним сиденьем.

– Пистолеты? – удивился мистер Титмарш. – Господи, какие страсти! Я бы не советовал вам пользоваться ими, мистер Малкольм. А вдруг вы застрелите кого-нибудь по ошибке?

– Обещаю, что вас я по ошибке не подстрелю, – заверил Чарльз.

Однако его слова не успокоили мистера Титмарша. Он был искренне встревожен и вновь попытался убедить мужчин, что Маргарет стала жертвой галлюцинации. Спорить с ним никто не стал, и в конце концов, отказавшись от предложения чего-нибудь выпить, мистер Титмарш откланялся и ушел.

Заперев входную дверь на засов, Питер посмотрел на Чарльза.

– Да, пора поговорить с окружным инспектором. Я по-прежнему не верю, что Титмарш – тот, кого мы ищем, однако он каждый раз оказывается на месте событий.

– Ладно, завтра же едем в Мэнфилд, – кивнул Чарльз.

Ночью Маргарет не спалось. Рассказывая о случившемся, она умолчала о Стрейндже. Поначалу решила ничего не скрывать. Но потом почему-то передумала и сразу же устыдилась своей слабости. Когда она произнесла «…и встретила мистера Титмарша», то поняла, что просто не может сказать «но перед этим появился Майкл Стрейндж и зажал мне рот рукой». А ведь об этом следовало сообщить в первую очередь. Вместо этого она отправилась спать в смутной надежде обдумать ситуацию позже. Но сейчас Маргарет осознала, что ни за что на свете не сможет заявить: «Кстати, совсем забыла сказать, что вчера там был и Майкл Стрейндж».

Одно она знала твердо. Пока Стрейндж не объяснит свое поведение, пусть не ждет от нее слепого доверия во всем. Завтра она увидится с ним и потребует рассказать, что он делал там в такой поздний час.

С этой мыслью Маргарет наконец уснула. Утром ее чувство вины ослабело. Если Стрейндж не захочет объясняться, она всегда успеет поставить родных в известность, придумав вполне убедительную причину, почему не сделала этого раньше.

На вопросы, задаваемые ей за завтраком, Маргарет отвечала хладнокровно, однако, услышав, что Чарльз и Питер собираются обратиться в окружную полицию, изменилась в лице. Что говорить, если ее будет допрашивать инспектор? Как и большинство людей, которые никогда не имели дела с полицией, Маргарет испытывала перед ней страх, пребывая в уверенности, что за сокрытие сведений ее обязательно привлекут. В любом случае нельзя останавливаться на полпути. Сейчас главное – разобраться с Майклом Стрейнджем.

Несмотря на пережитый ужас, миссис Босанквет была весьма раздосадована, что Монах явился Маргарет, а не ей. Она упрекнула племянницу, что та не воспользовалась таким прекрасным шансом, а на суховатое замечание Чарльза о ее собственной реакции на аналогичные обстоятельства, строго заявила, что напоминать о подобном бестактно. Заполучив свою планшетку, миссис Босанквет пришла в восторг и предложила устроить спиритический сеанс сегодня вечером.

– Вечером? – ужаснулась Селия. – Ни за что! Днем я еще могу набраться храбрости, но на ночь глядя…

– Днем мы вряд ли добьемся нужного результата, – возразила миссис Босанквет. – Я знаю, что по какой-то непонятной мне причине призраки предпочитают являться в темноте.

– Мы будем сидеть в темноте, как лунатики, и водить руками по доске? – негодующе воскликнул Питер.

– При чем здесь лунатики? – холодно осведомилась миссис Босанквет.

– Меня увольте, – объявила Селия. – Я знаю, как это будет. Чарльз с Питером начнут нарочно толкать планшетку, чтобы напугать нас.

– Я лично подумываю о том, чтобы явиться перед вами в светящейся краске и с накладным носом, – произнес Чарльз. – Но если вам не нравится моя идея, придется с ней расстаться.

– Чарльз, если ты сейчас же не поклянешься мне, что не будешь валять дурака, я немедленно покидаю этот дом, – заявила Селия.

– Дорогое дитя, если ты чего-то опасаешься, тебе лучше воздержаться от участия, – посоветовала миссис Босанквет. – Чарльз ведь просто пошутил.

– Но если этим займутся все, мне все равно придется к вам примкнуть. Не стану же я сидеть одна, пока вы заклинаете духов. Я просто умру от страха.

– Мне рассказывали, что духи, когда хотят заявить о своем присутствии, даже поднимают столы и толкаются. Правда, самой мне с подобным явлением сталкиваться не приходилось, – сообщила миссис Босанквет.

– В таком случае на меня можете не рассчитывать, – произнес Чарльз. – Я не потерплю, чтобы меня кто-то пихал.

– При таком легкомысленном отношении у нас ничего не получится, – с грустью подытожила миссис Босанквет.

После завтрака Чарльз с Питером пошли посмотреть на застрявшую машину. Как только они удалились, Маргарет сообщила, что поедет на велосипеде в деревню, чтобы купить там нитки для штопки. Селия хотела составить ей компанию, но миссис Босанквет настаивала на обещанной раньше прогулке, поэтому ей пришлось остаться. Написав длинный список продуктов, которые следовало заказать в местном магазине, она пообещала встретить Маргарет, когда та будет возвращаться.

Однако первым делом Маргарет заглянула в «Колокол». Она попросила портье узнать, дома ли мистер Стрейндж, и пока тот ходил, сидела в холле, наблюдая, как две невзрачного вида дамы складывали свое имущество, собираясь на этюды. Они косились на нее с легкой враждебностью, свойственной большинству англичан, и, забрав свои сэндвичи, термосы и складные стулья, вскоре оставили ее в одиночестве созерцать холл.

Однако ждать ей пришлось недолго. Дверь в глубине холла открылась, и в комнату быстро вошел Майкл Стрейндж. Он не удивился, увидев Маргарет здесь, и без предисловий заявил:

– Извините, что заставил вас ждать, мисс Фортескью. Я заканчивал завтрак. Давайте присядем.

– Надеюсь, я вам не помешала? – сухо спросила Маргарет.

– Ничуть. Довольно позднее время для завтрака, но вчера я сильно задержался.

Маргарет поперхнулась от негодования. Беспардонная наглость! Она в упор посмотрела на Майкла.

– Мистер Стрейндж, вы, вероятно, догадались, почему я пришла?

Он улыбнулся:

– Да. Сожалею, что вы наткнулись на меня прошлой ночью, но раз уж так вышло, ничего не поделаешь.

Внутри у нее все оборвалось.

– Так, значит, вы и есть этот Монах!

Его брови сошлись на переносице. Быстро оглянувшись, он тихо произнес:

– Говорите тише, пожалуйста. Нас могут услышать.

– Мне наплевать.

– А мне нет.

Бесшумно приблизившись к двери, Стрейндж резко распахнул ее. Заглянув в коридор, он пересек холл и открыл вторую дверь.

– Вероятно, у вас есть причины опасаться! – выпалила Маргарет.

– Да, есть, – невозмутимо ответил Стрейндж.

Захлопнув дверь, он вернулся в холл.

– Прошу вас, сядьте. И говорите тише.

Маргарет неохотно опустилась на предложенный стул.

– Итак, вы, конечно, решили, будто я Монах, и отрицать это бесполезно?

– А как же иначе? Я видела его прошлой ночью, и он исчез в кустах, где двумя минутами позже появились вы.

Стрейндж кивнул:

– Выглядит подозрительно, верно? Думаю, мне не следует терять время, доказывая свою невиновность. Об одном прошу вас – уезжайте отсюда, и как можно скорее! Не пытайтесь понять почему, просто бегите. Прежде всего я пекусь о вашей безопасности. Вы уже кое с чем столкнулись, и если останетесь, можете и не такое увидеть. Поверьте мне, Марг… мисс Фортескью, я не хочу, чтобы вы рисковали или испытывали страх.

Он говорил так искренне, что она невольно смягчила тон:

– Мистер Стрейндж, почему вы скрытничаете? Как я могу вам верить, когда вы не считаете нужным объяснять свое поведение?

– Но я не могу, – простонал он, сжимая кулаки. – Не спрашивайте меня, мисс Фортескью. Я бы все отдал, чтобы посвятить вас в свои дела, но… Одно могу сказать… – нет, этого я не смею.

– Не смеете? Вы боитесь, что я вас выдам?

Какое-то время Стрейндж молчал. Потом взял ее руку в свою и слегка сжал пальцы.

– Послушайте, я начал одно дело и должен довести его до конца. Встреча с вами в мои планы не входила, и я не могу допустить, чтобы вы мне помешали. Мне остается лишь молить бога, чтобы вы уехали из монастыря!

Маргарет высвободила руку.

– Я правильно поняла, что все это время вы хотели выжить нас из дома?

– Да.

– Но почему?

– Я вам говорил. Здесь небезопасно, и я бы не хотел, чтобы с вами что-нибудь случилось.

– Значит, наше присутствие мешает вашим планам?

– Да, однако я прошу вас уехать совсем по другой причине. Мисс Фортескью, я на все готов ради вас, но если вы останетесь в этом доме, я не гарантирую вам безопасность. Вы рискуете, вам может грозить опасность, и не в моих силах ее предотвратить. Вероятно, я даже не сумею помочь вам. А если с вами что-нибудь случится…

– Я слушаю вас, – выдавила Маргарет.

Он быстро взглянул на нее.

– Думаю, вы должны знать, какие чувства я к вам испытываю.

Стрейндж опустил голову.

– Я только знаю, что вы мне не доверяете, хотя требуете этого от меня, – тихо произнесла она.

– Я вам доверяю, но вынужден молчать… И зачем я только взялся за это дело, черт побери!

Вскочив, он стал мерить шагами комнату. Маргарет молча наблюдала за ним. Майкл нахмурился, и в его лице появилось что-то зловещее.

– А вы не думали… что, если… Разве вы не можете прекратить это дело? – отчаянно запинаясь, спросила Маргарет.

– Нет! – бросил он через плечо. – Так будет еще хуже.

Маргарет сделала еще одну попытку:

– Это действительно важно?

– Да, чрезвычайно. – Стрейндж приблизился к ней. – Маргарет, будь я свободен в выборе, ни за что не стал бы от вас что-либо скрывать. Но этого выбора у меня нет. Слишком многое от этого зависит. Понимаю, что все выглядит неприглядно, но совсем в другом смысле.

– Я что-то не понимаю.

– Вы видели меня при довольно странных обстоятельствах, я вел себя в высшей степени подозрительно. Не отрицаю. Мало того, возможно, мне придется совершать и более вопиющие поступки. Но, клянусь вам, у меня на то есть веские основания, хотя приходится держать их в секрете. Маргарет, при создавшихся обстоятельствах я вряд ли имею право о чем-либо вас просить, но, пожалуйста, не лишайте меня своего доверия. Уезжайте отсюда, пока я не закончу работу.

Она почувствовала, что ее щеки заливает румянец. Боясь встретиться с Майклом взглядом, Маргарет пробормотала:

– Даже если я соглашусь, наши мужчины вряд ли отсюда уедут.

– Если вы не сумеете переубедить их, пусть искушают судьбу. Но вы-то уедете? Вместе с сестрой и тетушкой?

– Нет, не получится. Как я могу уехать и оставить брата в опасности? И Селия ни за что не бросит Чарльза.

– Господи, неужели вы мало натерпелись в этом доме, чтобы так сопротивляться? – раздраженно бросил Стрейндж.

Маргарет подняла голову.

– А откуда вы знаете, что происходит у нас дома?

Он прикусил губу. Чуть помолчав, она спросила:

– Так это вы нам все устраивали?

– Не хочу лгать, поэтому воздержусь от ответа, – отрезал Майкл. – Могу лишь заметить, что с моей стороны никакая опасность вам не грозит. Но не я один здесь замешан. – Он махнул рукой. – Вижу, что настаивать бесполезно. Не хотите уезжать, не надо. Я вас предупредил, и смею вас уверить, я знаю, о чем говорю.

Маргарет стала накручивать на палец ремешок от сумочки.

– Я убеждена, что вы не сделаете ничего дурного – ни мне, ни всем остальным…

– Дурного? Помилуйте, Маргарет! Я же… люблю вас!

Она опустила голову и едва слышно прошептала:

– Пожалуйста, не надо…

– Я знаю, что не имею права. Но вы не представляете, что для меня значит видеть вас тут… Господи, ну почему мы не встретились в другом месте! – Он запустил пальцы в свою густую шевелюру и грустно добавил: – Но другого шанса у меня не будет. Ситуация безнадежная. Человек с моим родом занятий вряд ли может рассчитывать на взаимность такой девушки.

– Мне безразлично, чем вы занимаетесь, лишь бы это было в ладу с законом, – промолвила Маргарет и решила разрядить обстановку. – Конечно, если это не мясная лавка или нечто подобное, – улыбнулась она.

Стрейндж попытался снова завладеть ее рукой, но в последний момент осадил себя.

– Я не имею права говорить, пока не распутаю эту историю. Но знать, что вы… Надеюсь, когда-нибудь я смогу объяснить вам все, что мне хочется сказать сейчас. У меня к вам только один вопрос: вы можете обещать мне, что не проболтаетесь о нашей вчерашней встрече?

Интуиция подсказывала Маргарет, что подобного обещания давать нельзя, однако она ответила:

– Да, обещаю.

– Господи, вы изумительная девушка! – воскликнул Майкл.

– Мне пора идти, – сказала Маргарет, поднимаясь. – Но хочу предупредить вас. Я не сообщила родным, что видела вас вчера ночью. Могли бы и сами догадаться. Но Питер с Чарльзом сегодня поехали в Мэнфилд. Они намерены рассказать окружной полиции о том, что у нас происходит. И они будут просить инспектора последить за вами.

Улыбка сползла с лица Стрейнджа.

– Благодарю вас. Не волнуйтесь, полиция меня не поймает.

Маргарет протянула ему руку:

– Мне будет очень жаль, если это произойдет. До свидания.

Майкл взял ее руку и, склонившись, осторожно поцеловал.