Текст книги "Искусство фотографа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/iskusstvo-fotografa-59041.jpg)
Автор книги: Джудит Макнот
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
– Каролина, – сказал Спенсер.
– Да, – чуть слышно подтвердила Кори, глядя ему в глаза и протягивая свою дрожащую руку. У него были теплая широкая ладонь и крепкое рукопожатие. Она ответила на него и не сразу догадалась отпустить его пальцы, задержав их в своих.
Диана пришла ей на помощь, стараясь отвлечь внимание миссис Бредли и бабушки от застывшей в немом обожании Каролины:
– У Кори есть еще несколько кадров, миссис Бредли.. Мы подумали, не захотите ли вы сфотографироваться вместе со Спенсером.
– Какая чудесная мысль! – обрадовалась миссис Бредли и разрушила очарование, обратившись прямо к Кори:
– Ваша бабушка говорит, что вы отличный молодой фотограф!
Кори через плечо взглянула на миссис Бредли и кивнула, по-прежнему сжимая руку Спенсера Аддисона.
– Как бы ты, Кори, хотела снять Спенсера и миссис Бредли? – упорствовала Диана.
– Я должна подумать… – сказала Кори. Она выпустила руку Спенсера и оторвала взгляд от его лица. Охваченная внезапной жаждой деятельности, она отступила назад, поднесла к глазам фотоаппарат, посмотрела в видоискатель и направила объектив прямо на Спенсера, почти ослепив его неожиданной вспышкой.
Спенсер рассмеялся, и Кори сделала второй снимок.
– Я немного поторопилась, – извинилась Кори и снова быстро поймала Спенсера в фокус. На этот раз он смотрел прямо в объектом и улыбался ленивой улыбкой, его зубы казались особенно белыми на загорелом лице. Сердце Кори подскочило, отчего, наверное, вздрогнул и фотоаппарат, когда она сделала этот снимок, а за ним еще один. Она ликовала, что утром у нее будет сразу несколько фотографий Спенсера, которыми она сможет любоваться, и совсем забыла о бедной миссис Бредли, быстро сняв Спенсера еще два раза подряд.
– А теперь как насчет того, чтобы снять миссис Бредли со Спенсером? – со значением сказала Диана, явно сдерживая смех. – А если снимки получатся, добавила она, обращаясь к Кори, – то мы дня через два отвезем их миссис Бредли прямо домой.
Мысль о том, что она совсем забыла о миссис Бредли, заставила Кори покраснеть до корней волос, и она тут же поклялась себе сделать такую фотографию миссис Бредли вдвоем со Спенсером, чтобы ей позавидовал любой профессиональный фотограф. Поставленная цель и технические тонкости ее осуществления целиком захватили Кори, и красавец Спенсер на несколько минут превратился для нее лишь в объект съемки.
– Тут трудности с освещением, – объяснила Кори и, уже подняв аппарат, обратилась к Спенсеру:
– Наверное, вам лучше стать за креслом вашей бабушки. А теперь, миссис Бредли, смотрите на меня… И вы тоже… Спенсер.
Кори произнесла его прекрасное имя, и холодок пробежал у нее по спине. Она приостановилась, чтобы перевести дыхание.
– Вот так будет хорошо. – Кори сделала снимок, но когда пара хотела разойтись, выразила недовольство напряженностью их поз. – Давайте я сниму вас еще рая, – предложила она и подождала, пока Спенсер оказался в кадре. – А теперь, Спенсер, положите руку на левое плечо бабушки – Есть, адмирал, – откликнулся Спенсер, намекая на ее кокетливый матросский костюм, и подчинился приказу.
Услышав милую шутку, Кори ничем не выдала своих чувств, но спрятала ее в глубине своего сердца, чтобы потом наедине с собой проникнуть в ее тайный смысл – Миссис Бредли, прошу вас, смотрите на меня. Вот так, – попросила она, тем временем наблюдая игру света на лице Спенсера и прикидывая, как это получится на фотографии. Ей нравилось, что его большая мужская ладонь, словно защищая, лежала на плече бабушки.
– А теперь, прежде чем я нажму на кнопку, я хочу, чтобы вы вспомнили особо памятный для вас обоих момент, только для вас двоих, например, когда Спенсер был маленьким мальчиком. Может быть, посещение зоопарка, или когда Спенсер впервые сел на трехколесный велосипед. Или когда ему показалось, что он ел самое вкусное в жизни мороженое…
В видоискатель она увидела, как тень улыбки скользнула по лицу Спенсера и он с нежностью посмотрел на белую голову бабушки. В свою очередь, лицо миссис Бредли смягчилось от воспоминаний, огоньки вспыхнули в ее глазах, она посмотрела на Спенсера, подняла руку и прикрыла ею ладонь внука на своем плече.
Кори сделала быстрый снимок, потом еще один Девушка была в восторге, что ей удалось поймать это неожиданное трогательное проявление чувств, которое, она была уверена, ей удалось запечатлеть на пленке.
Кори опустила фотоаппарат и, улыбаясь, посмотрела на Спенсера и миссис Бредли.
– Я отдам проявить эти снимки в фотомагазин. Сама я не хочу их трогать: боюсь испортить, а они такие замечательные – Большое тебе спасибо, Кори, – искренне поблагодарила миссис Бредли, ее глаза все еще сияли от пробужденных воспоминаний.
– Я бы тоже хотела сняться с тобой, Спенс, и тогда мы можем идти, иначе опоздаем! – произнес умоляющий женский голос, и Кори впервые заметила, что Спенсер пришел с девушкой. Очень красивой девушкой, с тонкой талией, большой грудью и длинными, стройными ногами. Кори поникла, но тем не менее послушно отступила назад, чтобы сделать снимок. Она подождала, пока ее соперница примет особенно эффектную позу, и только тогда нажала на кнопку.
На следующей неделе негативы Кори были готовы, а в «Хьюстон пост» появилась колонка Марджори Крамбейкер. Вся семья собралась в столовой вокруг стола и затаив дыхание следила, как Роберт раскрывает газету на полосе светских новостей. Всю полосу целиком занимали фотографии гостей, празднично накрытых столов, букетов, цветочных композиций и даже теплицы и огорода.
Но особую гордость семья почувствовала, когда Роберт Фостер громко прочитал вслух:
«Любезная хозяйка этого удивительно удачного вечера миссис Роберт Фостер (до замужества Мери Бриттон из Лонг-Вэлли) проявила свое щедрое гостеприимство и согрела особым вниманием всех без исключения приглашенных, что, несомненно, позволит ей занять почетное место в высшем обществе Хьюстона. Праздник также украсили своим присутствием мистер и миссис Бриттон, родители миссис Фостер, которые любезно согласились показать многим восхищенным гостям и будущим огородникам и плотникам (как жаль, что у нас на все нет времени!) новый сад и огород, теплицу и столярную мастерскую, построенные Робертом Фостером на участке вокруг его особняка в Ривер-Оукс…»
Глава 3
Большой успех имели не только прием, но и сделанные Кори фотографии Спенсера Аддисона и его бабушки. Сама Кори была так ими довольна, что заказала две копии особо удачного снимка Спенсера – одну для себя, а другую для миссис Бредли.
Свой снимок она вставила в рамку и поместила на ночном столике, затем легла на кровать, положив голову на подушку, и проверила, видна ли ей фотография. Убедившись, что все сделано как надо, она посмотрела на Диану, сидевшую в ногах кровати.
– Ну разве он не красавец? – вздохнула Кори. – Мэтт Диллон и Ричард Гир, вместе взятые… Только им все равно далеко до него. Он Том Круз и этот тип Форд… Как его там, не помню…
– Гаррисон Форд, – подсказала Диана.
– Верно, Гаррисон Форд, – согласилась Кори, взяв со столика фотографию Спенсера и поднося ее к лицу. – Когда-нибудь я обязательно выйду за него замуж.
Я это точно знаю.
И хотя Диана была старше Кори и определенно значительно разумнее и рассудительнее, она тем не менее не могла устоять перед энергичным напором сестры и заразительной энергией, с которой та атаковала любые жизненные проблемы.
– Хорошо, – согласилась Диана, вставая и подходя к телефону, – но все же нам лучше удостовериться, что твой будущий муж дома, прежде чем везти фотографии миссис Бредли. Кстати, мы можем пойти туда пешком, это всего две мили отсюда.
Миссис Бредли не просто понравились фотографии, она была от них в восторге.
– У тебя талант, Кори! – воскликнула она, погладив лицо Спенсера на снимке своими слегка дрожащими, изуродованными артритом пальцами. – Я поставлю эту фотографию у себя на комоде. Нет, лучше здесь, в гостиной, где ее все могут видеть. Спенсер! – позвала она.
Спенсер, прыгая через две ступеньки, бежал вниз по лестнице, направляясь к входной двери. Услышав зов бабушки, он повернул в гостиную. В белой футболке и брюках, с теннисной ракеткой в руках он показался Кори еще более красивым, чем в смокинге.
Не замечая, что Кори густо покраснела, миссис Бредли кивком указала на девочек:
– Ты ведь знаком с Дианой и, конечно, помнишь Кори? Она фотографировала нас на вечере в субботу.
Скажи он «нет», Кори умерла бы от унижения и разочарования прямо тут, на персидском ковре миссис Бредли. Им только и оставалось бы, что вынести ее тело из дома и похоронить.
Но Спенсер с улыбкой взглянул на Кори и кивнул.
– Привет, дамы, – сказал он, и Кори почувствовала, что ей по меньшей мере двадцать.
– Девочки преподнесли мне необыкновенный подарок, – пояснила миссис Бредли. Она протянула Спенсеру снимок в рамке. – Помнишь, как Кори попросила нас подумать об особенно счастливом моменте в нашей жизни? И вот что из этого получилось!
Спенсер взял фотографию, и вежливый интерес на его лице сменился выражением изумления и удовольствия.
– Какой прекрасный снимок, Кори! – сказал он, обратив на нее все очарование магнетического взгляда и глубокого проникновенного голоса. – Ты очень талантлива. – Он вернул фотографию, нагнулся и быстро поцеловал бабушку в лоб. – Я еду в клуб. У меня через полчаса партия в теннис, – сказал он ей и повернулся к девочкам:
– Могу я подвезти вас домой? Мне это по пути.
Поездка со Спенсером Аддисоном в синей спортивной машине с открытым верхом сразу возглавила список «Важнейшие события моей жизни», который вела Кори, и в ближайшие несколько лет ей удалось добавить в него еще несколько эпизодов равного значения. Действительно, Кори проявляла особую изобретательность, выдумывая предлоги для посещения миссис Бредли именно в те редкие уик-энды, когда Спенсер приезжал домой из университета. А миссис Бредли, сама того не подозревая, способствовала замыслу Кори, отправляя Спенсера к Фостерам с печеньем собственного изготовления или с просьбой прислать ей кулинарные рецепты или модели для вязки тем самым удобным большим крючком, что изготовил для нее дедушка Кори-Генри.
Шли недели и месяцы, и Кори использовала свое увлечение фотографией как дополнительную уловку, чтобы чаще видеть Спенсера и увеличить коллекцию столь дорогих ее сердцу снимков. Под предлогом совершенствования в искусстве фоторепортажа она посещала матчи поло с участием Спенсера, теннисные турниры и вообще любые мероприятия, где он мог появиться. Коллекция фотографий росла, и Кори завела для них особый альбом, который прятала под кроватью, а когда он был заполнен, начала новый, а за ним и следующий. Но самые удачные портреты Спенсера украшали стены ее спальни, так что его лицо всегда было у нее перед глазами. Когда же бабушка Роза поинтересовалась, почему большинство снимков в комнате внучки – это фотографии Спенсера Аддисона, Кори пустилась в долгие туманные объяснения относительно особой фотогеничности Спенсера и того, что работа с одним объектом в разном окружении способствует развитию художественного мастерства. Для вящей убедительности Кори использовала массу профессиональных терминов, пространно объясняя зависимость конечного результата от размера диафрагмы и величины выдержки. В полной растерянности и недоумении бабушка вышла из спальни Кори и больше никогда не возвращалась к этой теме.
Остальные члены семьи, несомненно, догадывались об истинных мотивах поведения Кори, но, жалея ее, воздерживались от комментариев. Что же касалось объекта ее непоколебимой верности, то он вел себя с ней непринужденно, будто и не подозревал, что Кори живет встречами с ним, а встречи были частыми, поскольку миссис Бредли то и дело посылала Спенсера к Фостерам с разными поручениями. Кори мало интересовали причины его приезда, главным было то, что Спенсер обычно не торопился покидать их дом.
Если Кори заранее узнавала о предстоящем визите, то она целые часы проводила перед зеркалом, пробуя разные прически, примеривая наряды и мысленно выбирая подходящую тему для разговора в надежде, что ей удастся с ним поговорить. Но как бы она ни выглядела и какую бы тему ни выбрала, Спенсер неизменно обращался с ней со снисходительной любезностью, которая к пятнадцати годам Кори переросла в нечто похожее на братскую любовь. С этого времени у Спенсера вошло в привычку называть Кори Герцогиней и делать ей шутливые комплименты относительно ее внешности. Он хвалил ее снимки, рассказывал смешные истории, давал советы насчет выбора колледжа, в который она должна поступить.
Случалось, он даже оставался обедать.
Мать Кори утверждала, что Спенсер навещает их и проводит с ними время, потому что у него никогда не было настоящей семьи и он ценит их семейную атмосферу. Отец Кори считал, что Спенсеру нравится беседовать с ним о нефтяном бизнесе. Со своей стороны, дедушка Генри в равной мере не сомневался, что Спенсера интересуют сад, огород и тепличное хозяйство. Бабушка Роза придерживалась мнения, что Спенсер любит хорошую кухню, что было ее коньком.
Кори цеплялась за надежду, что ему нравится видеться и разговаривать с ней, а Диана в силу своей молодости и преданности Кори поддерживала сестру в ее заблуждении.
Глава 4
Каким-то образом Кори удавалось притворяться, что она испытывает к Спенсеру только платоническое чувство, и так продолжалось до ее шестнадцати лет. До шестнадцати она сдерживала себя не только из-за боязни испугать Спенсера своим пылом и потерять его, но и оттого, что у нее не было возможности продемонстрировать ему, что она достаточно взрослая и готова к более романтическим отношениям Судьба подарила ей такой случай за неделю до Рождества Спенсер явился с горой подарков от бабушки для всех членов семьи Фостер, но для Кори у него был свой особый подарок Он остался ужинать и потом сыграл две партии в шахматы с дедушкой Генри. Кори не стала сразу раскрывать пакет, а подождала, пока все уйдут к себе наверх. Она настояла, чтобы Спенсер остался, пока она распаковывает его подарок. Дрожащими руками Кори сняла крышку с большой коробки, развернула папиросную бумагу и вынула толстый, в красивом переплете альбом фотографий пяти лучших фотографов мира.
– Какая красота, Спенс! – восхитилась она. – Большое спасибо! Я навсегда сохраню твой подарок.
Кори знала, что Спенсер спешит на рождественскую вечеринку к своим друзьям, и, провожая его до дверей, впервые в туфлях на высоких каблуках, в длинной клетчатой юбке, белой шелковой блузке и бархатном блейзере цвета густого красного вина, она чувствовала себя необыкновенно уверенной и взрослой.
Она заранее знала, что Спенсер приедет к ним, и зачесала волосы в высокий шиньон, выпустив несколько завитых прядей над ушами; эта прическа делала ее старше и, как утверждала Диана, с чем Кори тоже соглашалась, подчеркивала и увеличивала ее голубые глаза.
– Веселого Рождества, Кори, – пожелал ей Спенсер уже на пороге.
Кори заговорила, даже не осознав, что делает; если бы она раздумывала, то ни за что не решилась бы на такой шаг. Весь дом был украшен к празднику сосновыми ветками и остролистом, а с хрустальной люстры в холле свешивался целый пучок омелы, перевитый красными и золотыми лентами.
– Спенс, – решилась Кори, – разве ты не знаешь, что нельзя нарушать рождественские традиции друзей? Это может принести им несчастье.
Он обернулся, уже держась за ручку двери.
– Неужели? – спросил он. Кори медленно кивнула. Она сплела пальцы за спиной, чтобы не выдать своей нервной дрожи.
– Какую же традицию я нарушил? Вместо ответа Кори запрокинула голову и со значением посмотрела на пучок омелы.
– Вот эту, – ответила она, боясь, что у нее прервется голос.
Спенсер взглянул вверх, на омелу, потом вниз, на Кори. Его лицо выражало недоумение и нерешительность, и Кори окончательно пала духом.
– Конечно, традиция не требует, чтобы ты поцеловал именно меня, торопливо забила она отступление. – Ты можешь поцеловать кого угодно в доме. И, окончательно смутившись. Кори попыталась обратить все в шутку:
– Ты можешь поцеловать горничную. Или нашу повариху Кончиту. Или даже нашу кошку. Или мою собаку…
Спенсер рассмеялся и отпустил ручку двери, но вместо того, чтобы наклониться и поцеловать ее в щеку – о большем Кори и не мечтала, – он остановился, в нерешительности глядя на нее.
– А ты уверена, что достаточно взрослая для этого? Кори смотрела прямо в его карие глаза, зачарованная золотистыми искорками, вспыхивающими в их глубине.
«Да, – молча подтвердила она. – Ну чего ты ждешь?
Поцелуй меня. Я достаточно взрослая и уже целую вечность жду твоего поцелуя». Она знала, что он читает красноречивый ответ в ее глазах, слегка улыбнулась и, все так же держа руки за спиной, тихо, но ясно произнесла слово «нет».
Это было намеренное, но в то же время непроизвольное кокетство, смелый вызов… И Спенсер принял его. С удивленным хриплым смешком он взял ее двумя пальцами за подбородок и медленно провел губами по ее губам. Туда и обратно.
Всего один раз. Это было некое подобие поцелуя, но Спенсер не сразу отпустил ее подбородок. А Кори не сразу открыла глаза.
– С Рождеством тебя. Герцогиня, – тихо сказал Спенсер. Он открыл дверь, и ледяной ветер пронизал Кори. А когда дверь за ним закрылась. Кори, не понимая, что делает, автоматически погасила в прихожей все огни и застыла в темноте, вспоминая нежность, прозвучавшую в его голосе после поцелуя. Целых два года она прожила в мечтах о Спенсере Аддисоне, но не могла и вообразить, что его голос способен волновать и ласкать с такой же силой, как и поцелуй.
Глава 5
Одна-единственная вещь омрачала счастье Кори: Спенсер объявил, что собирается провести весенние каникулы в своем университете, готовясь к последним экзаменам, и вернется в Хьюстон только в июне, после выпускной церемонии.
Кори, которая мало интересовалась другими представителями мужского пола, решила использовать время с января по июнь, чтобы глубже изучить мужскую психологию и с этой целью встречаться с самыми разными молодыми людьми. Спенсер был почти на шесть лет старше Кори и в сто раз опытнее, и ее начала беспокоить собственная наивность в общении с мужчинами, что в конца концов могло смутить Спенсера и вообще явиться причиной прекращения их дальнейших отношений.
Кори пользовалась успехом в школе, и лестное количество молодых людей хотело с ней встречаться, но она остановила свой выбор на Дугласе Хейварде, он стал ее постоянным спутником, а также исповедником.
Дуглас оканчивал школу, был председателем дискуссионного клуба и полузащитником в школьной футбольной команде, но, с точки зрения Кори, самым привлекательным в нем было то, что он тоже был безнадежно влюблен в девушку, которая жила далеко от здешних мест. Поэтому Кори могла свободно говорить с ним о Спенсере и получать мужские советы от старшего по возрасту юноши, тоже умного и спортивного, для которого она была скорее сестрой, чем любимой девушкой.
Именно Дуглас объяснил Кори, что мужчины любят в девушках, и давал ей советы, как привлечь внимание Спенсера, чтобы потом завладеть его сердцем. Кое-какие рекомендации Дугласа могли принести пользу, другие никуда не годились, а третьи вызывали у Кори неудержимый смех.
В мае, сразу после того как Кори исполнилось семнадцать, они с Дугласом подробно обсудили технику поцелуев, предмет, в котором Кори чувствовала себя абсолютным профаном. Но когда Дуг попытался показать Кори новые приемы, они оба чуть не задохнулись от смеха. Если он предлагал Кори положить ладонь ему на затылок, Кори делала угрожающую гримасу и хватала его за горло. А когда Дуг попытался нежно поцеловать ее в ухо, она начала хихикать, потом хохотать; в конце концов в результате разных манипуляций пострадал нос Дуга.
Когда Дуглас провожал Кори до дома, они все еще смеялись.
– Сделай мне одолжение, – шутливо упрашивал он Кори уже у самых дверей ее дома, – не упоминай моего имени, если решишь рассказать Аддисону о наших сегодняшних опытах. Я вовсе не хочу, чтобы очумевший от ревности футболист сломал мне шею.
Они уже не впервые обсуждали способы заставить Спенса ревновать и таким образом привлечь его внимание к Кори, но все предлагаемые Дугом уловки, по мнению Кори, были слишком незамысловатыми и неизвестно, куда могли привести.
– Не представляю, чтобы Спенс мог к чему-то меня приревновать, – вздохнула Кори. – А тем более к кому-то.
– Не будь так в этом уверена, – с жаром сказал Дуг. – Даже самый уравновешенный тип выйдет из себя, если узнает, что его девушка целовалась с кем-то другим. – И добавил, уже повернувшись, чтобы уйти:
– Я проверил это на собственном опыте.
Думая над его словами, Кори следила, как Дуглас идет к машине, и новая, еще неопределенная идея уже зародилась у нее в голове.
Она все еще стояла на веранде, хотя задние огни машины Дуга давно исчезли вдали. Когда наконец Кори вошла в дом, она приняла окончательное решение и теперь обдумывала мельчайшие детали плана.
В июне, как только Спенс вернулся домой, она через Диану намекнула матери, что было бы неплохо как-нибудь на неделе пригласить Спенса на ужин, и миссис Фостер с радостью согласилась.
– Спенс был очень доволен, – объявила она, вешая телефонную трубку.
– Этот молодой человек ценит здоровую домашнюю пищу, – подхватила бабушка Роза.
– И еще он любит наши беседы о бизнесе и о том, как зарабатывать деньги, вступил в разговор мистер Фостер.
– Пожалуй, мне надо закончить начатую работу в столярной мастерской, задумчиво сказал дедушка Генри. – Спенсер понимает в столярном деле. Ему бы следовало учиться на архитектора, а не на финансиста. Его интересует все, что связано со строительством.
Диана и Кори обменялись заговорщическими улыбками. Им было все равно, по какой причине Спенс придет на ужин, – главное, чтобы пришел, тогда Кори могла бы увести его в сад и осуществить задуманное. Помощь Дианы заключалась в том, чтобы после ужина уговорить всех других отправиться в кино. Диана специально выбрала фильм, который Кори уже смотрела, чтобы никто не удивлялся, почему она остается дома.
В назначенный день Спенс позвонил в дверь, и Кори открыла ему. Внешне невозмутимая, она наградила его спокойной улыбкой и, приветствуя, дружески обняла. За ужином она сидела напротив Спенса и, пока он рассказывал о своих планах поступить осенью в аспирантуру, тайком изучала перемены, произошедшие за полгода в любимом лице. Кори показалось, что его каштановые волосы немного потемнели, черты потеряли юношескую мягкость и стали более мужественными, но ленивая, ироничная улыбка, от которой у Кори замирало сердце, осталась прежней.
Всякий раз, когда он улыбался какой-нибудь шутке Кори, сердце ее таяло, но в ответной насмешливой улыбке не было и капли обожания. С тех пор как они расстались в тот рождественский вечер, Кори, по ее собственным подсчетам, сорок шесть раз принимала приглашения молодых людей, и, хотя большинство приглашений исходило от Дугласа, шестимесячный ускоренный курс обучения основам кокетства и умению обращаться с молодыми людьми определенно пошел ей на пользу.
Кори очень рассчитывала на приобретенные знания, но когда Диана усадила всех членов семьи в машину, она вдруг заметила, что Спенс надевает свой спортивный пиджак, собираясь последовать за остальными.
– Ты не мог бы задержаться еще немного? – попросила Кори, притворяясь озабоченной. – Мне… мне нужен твой совет.
Спенсер кивнул, недоуменно нахмурившись.
– Какой тебе нужен совет, Герцогиня?
– Я не хочу говорить об этом здесь, давай лучше выйдем в сад. Погода прекрасная, к тому же я не стану беспокоиться, что нас подслушает экономка.
Он шел рядом с ней, перекинув пиджак через плечо, придерживая его за вешалку одним пальцем, и Кори завидовала его непринужденности. Вечер был теплым, но не душным, как это обычно бывает в Хьюстоне, когда влажная летняя жара превращает город в парилку.
– Хочешь, посидим? – предложила Кори, когда они миновали столики под зонтами и направились к плавательному бассейну подальше от дома. – Здесь нам будет удобно. – Кори показала на плетеный диван на краю бассейна, подождала, пока Спенс сядет, и смело опустилась рядом с ним. Закинув голову, она сквозь ветви цветущего мирта посмотрела на звезды, мерцавшие на темном безлунном небе, и приказала себе успокоиться. Она хотела думать лишь о рождественском поцелуе Спенса и о последующей нежности в его голосе и глазах. Кори не сомневалась, что тогда Спенсер испытывал к ней особое чувство. Теперь ей надо было пробудить в нем воспоминание о том вечере и то прежнее чувство. Вот только как это сделать…
– Скажи, Кори, зачем ты меня сюда привела и о чем хочешь спросить?
– Мне трудно тебе объяснить, – начала она с нервным смешком, – но я не могу спросить об этом маму, иначе она расстроится, – торопливо добавила Кори, отрезая ему путь к отступлению. – И я не хочу говорить об этом с Дианой. Она только и думает о том, как осенью начнет учиться в колледже.
Кори бросила быстрый взгляд на Спенсера и заметила, что он, прищурившись, наблюдает за ней. Глубоко вздохнув, она приступила к главному, словно прыгнув с вышки в холодную воду:
– Спенс, ты помнишь, как ты меня поцеловал на Рождество?
– Да. – Его ответ последовал не сразу.
– Ты, наверное, заметил, что в то время мне недоставало опыта? – Последний вопрос не входил в отрепетированную ею речь, и все же она ждала, что он скажет «нет».
– Да, – без обиняков подтвердил он.
По непонятной причине Кори почувствовала обиду.
– Так вот, с тех пор я приобрела значительный опыт! Очень большой опыт! высокомерно информировала она Спенса.
– Поздравляю, – коротко ответил он. – А теперь скажи мне, в чем дело.
Голос Спенсера прозвучал так резко и нетерпеливо, что Кори от неожиданности повернула к нему голову. Никогда прежде он не осмеливался говорить с ней таким тоном.
– Хорошо, – сказала она, нервно потирая ладонями колени. – Я найду кого-нибудь еще, с кем посоветоваться.
– Кори, – взорвался он, – скажи мне, ты беременна? Кори неестественно захохотала и откинулась на спинку дивана.
– От чего? От поцелуев? – смеялась она, закатив глаза и изображая ужас. Ты что, в школе не посещал уроков здоровья и гигиены?
Во второй раз за эти несколько минут она увидела на лице Спенсера Аддисона несвойственное ему чувство, и этим чувством было раздражение.
– Похоже, ты действительно не беременна, – сказал он с притворным сожалением.
Обрадовавшись, что на этот раз ей удалось вывести его из равновесия, Кори продолжала поддразнивать Спенсера, едва скрывая свое удовлетворение.
– А что, разве в университете футболистов не учат биологии? Послушай, если ты идешь в аспирантуру только по этой причине, не проще ли будет сэкономить деньги и поговорить с Тедом Моррисом в Лонг-Вэлли в Техасе? У него отец врач, и Тедди в восемь лет на детской площадке у качелей посвятил нас во все тайны. Когда Кори заканчивала свой рассказ, плечи Спенсера тряслись от смеха. – В качестве наглядного пособия Тедди использовал пару черепах. Возможно, теперь у них наконец все получилось.
Кори замолчала, а у Спенсера все еще подергивались уголки рта. Он выпрямил спину и вытянул правую ногу, упершись каблуком в каменный бордюр бассейна; в прошлом году он дважды повредил правую ногу в футбольных матчах. Его левая нога, согнутая в колене, находилась совсем рядом с бедром Кори.
– Пошутили, и ладно, – снисходительно произнес он, скрестив руки на груди и подняв брови. – А теперь рассказывай.
– Тебя беспокоит твое колено? – сделала попытку уйти от ответа Кори.
– Меня беспокоит твоя проблема, – подчеркнул Спенс.
– Ты еще не знаешь, в чем она состоит.
– Именно это меня и беспокоит.
Легкое подшучивание и обмен безобидными колкостями были теперь для Кори знакомой сферой общения, к тому же Спенс выглядел таким спокойным и уверенным, таким сильным и надежным, что, казалось, мог взять на свои широкие плечи все беды мира. Кори вдруг охватило безумное желание забыть о поцелуях, прижаться к нему и положить голову ему на грудь. С другой стороны, если она успешно осуществит свой план, она не только сможет прижаться к нему, но вдобавок он ее еще и поцелует. Последний вариант был куда более предпочтительным, и Кори быстро окинула себя мысленным взором, чтобы удостовериться, достаточно ли она привлекательна. Конечно, сейчас ей бы не помешало глубокое декольте и узкое, обтягивающее фигуру платье вместо белых шортов и вязаного топа, но они так хорошо подчеркивали ее загар!
– Кори, хватит увиливать, – строго приказал Спенс. – Так в чем же проблема?
– Проблема… – запинаясь начала Кори. – Это связано с поцелуями…
– Я это уже слышал. Что ты хочешь знать?
– Я хочу знать, когда следует остановиться.
– Когда следует остановиться… – повторил Спенс, словно не веря своим ушам, но тут же взял себя в руки и твердо, наставительно пояснил:
– Когда тебе слишком нравятся поцелуи, вот тогда и надо остановиться.
– Ты тогда и останавливаешься? – задала Кори вопрос в лоб.
У него хватило совести смутиться, но он немного рассердился.
– Речь идет не обо мне.
– Верно, – согласилась Кори, довольная его растерянностью. – Речь идет о ком-то другом, к примеру, о некоем Дугласе Джонсоне!
– Давай не будем играть в кошки-мышки, – сказал раздраженно Спенс. Значит, ты встречаешься с неким Джонсоном, и он хочет получить от тебя больше того, что ты согласна дать. Вот тебе мой совет: пошли его подальше, куда-нибудь, где он выпустит пар, забивая сваи!
Так как Кори не знала, какую тактику применит Спенс, чтобы избежать ловушки, у нее было заготовлено сразу несколько ответных ходов, задуманных с одной целью: заставить его продемонстрировать свое умение целоваться. Она попробовала первый прием.
– Это не помогает! Я встречаюсь с самыми разными молодыми людьми, и стоит нам начать целоваться, как ситуация выходит из-под контроля.
– Что ты хочешь от меня? – осторожно спросил Спенс.
– Я хочу знать, как определить, что ситуация выходит из-под контроля, и я хочу, чтобы ты дал мне свои указания.
– Нет, от меня ты их не получишь.
– Прекрасно, – сказала Кори, испытывая горечь поражения, но скрывая ее, чтобы спасти свою гордость. – Но если я окажусь в приюте для матерей-одиночек из-за того, что ты все от меня скрывал, то это будет и твоя вина!
Она сделала попытку встать, но он схватил ее за руку и заставил снова сесть рядом.
– Нет, оставайся на месте! Я не хочу, чтобы наш разговор закончился такими словами Если минуту назад Кори считала себя побежденной, то теперь почувствовала, что одерживает верх. Спенс колебался. Потерял уверенность. Он покинул свои прежние укрепленные рубежи. Кори была готова к наступлению, но медленному, шажок за шажком.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?