Читать книгу "Эра скорпиона. Том 4"

Тем не менее мы не сдавались и не жаловались, даже Руперт давно молча расчесывал искусанные руки, но шагал дальше. Раздавили нас вовсе не тяготы и постоянные угрозы, а заявление Лиама:

– Кажется, мы пришли.

Это был уже шестой или седьмой уровень шахты, мы сбились со счета. И только что уже почти привычно Северт попытался пробить еще одну дыру вниз, но уже после первого удара покачал головой и сделал этот вывод: внизу уже земля и твердая порода, под нашими ногами нет ничего другого. Иристина растопырила пальцы и водила рукой по воздуху, пытаясь отыскать какие-то колебания пространства, но уже по ее виду стало ясно, что врат здесь нет. Никаких пространственных мешков или отдаленных аналогов! Мы столько всего пережили, добрались до самого дна, вот только что восемь часов подряд сражались с огромным многоголовым монстром, в наших телах не осталось ни единой части, которая не болела бы, и… и не отыскали нужное.

Принцесса замерла и опустила сначала руку, а потом и голову. Она не скажет вслух, как и никто не скажет о том, что настала пора сдаться. Наружу мы выберемся, это сомнению не подлежит, да только там Иристине Армунд грозит лишь смерть.

Пока и остальные не успели поникнуть, я просто предположила:

– А с чего мы взяли, что врата находятся в одном и том же месте? Мы же ничего не знаем о том, как это происходит в шахтах – ну, кроме того, что они, вероятнее всего, где-то здесь есть. И мы уж точно не обыскали каждый тоннель и пещеру, ведь стремились достичь самого низкого уровня.

– Да, они могут находиться где угодно, – признал Лиам, – но вряд ли у нас хватит сил исследовать все это огромное пространство. Мы ведь большинство монстров обошли, их там осталось в тысячу раз больше, чем мы убили.

Татья покусала губы и добавила:

– Не хочу еще сильнее огорчать, но и времени у нас больше нет. Яд от укусов распространяется, раны выглядят все хуже – и это скоро убьет всех, кроме Лиама и Мины.

На Лиаме действительно все заживало мгновенно, а по связке он мог забирать и мой яд, но всем остальным срочно требовалось лечение – да хотя бы промывка ран отваром из привычных трав, которые водятся везде… но только не под землей. И это понимал каждый.

Иристина вскинула голову и решительно произнесла:

– Нет, вы все идете наверх, а я останусь искать врата. Это приказ.

Лиам скептически поморщился:

– И что вы будете делать с вратами, если найдете? Полюбуетесь на них? При всем уважении, ваше высочество, глупее приказа я еще не слышал.

– Это приказ! – повторила она, подняв голос. – Господин Северт, знайте свое место и прикройте рот!

Все верно, принцесса сдалась. Она уже обречена и просто не хотела тащить в могилу и нас. Мы переглянулись. Ситуация действительно была неоднозначная, но почему-то мне хотелось услышать, что думает об этом каждый – они готовы умереть за принцессу, уже бывшую? А готовы ли они жить при Кейваре Скорпе здоровыми и богатыми, закрывая глаза на то, что он изредка поддается своим наклонностям? Вот только все молчали, и спрашивать я не осмелилась. И хорошо, что я сдержалась, иначе прямо тогда и произошел бы раскол.

Но боги распорядились иначе. Вначале мы пошли вместе, но уже уровнем выше нам пришлось отступать от армии плотоядных гусениц, что быстро лезли в нашу сторону по стенам и потолку. А мы еще от прошлого сражения не отошли, поэтому желательно было избежать новой изнурительно схватки. И вдруг Лиам согнулся пополам.

– Что случилось? – воскликнула я.

Иристина поняла первой:

– Берет архимага…

– Вовремя! – истерично завопил Руперт, однако первым схватил Лиама под плечи и поволок в противоположную сторону.

Вирней вцепился в ноги, а нам пришлось прикрывать отступление. Зато почти сразу мы забились в какой-то узкий тоннель. На входе разожгли магический огонь и тем самым остановили преследование. Чтобы уместиться, мы сжались, скрючились, вплотную прижимаясь друг к другу и с удовольствием прикрыли глаза – возможно, это было самое удобное место для отдыха за последние дни.

Лиам пришел в себя достаточно скоро и обозначил успех уверенной репликой:

– Я знаю, где врата. – Он указал пальцами куда-то вверх и в сторону. – Теперь я их чувствую. Мы проходили почти рядом, просто не заметили, поскольку сейчас они закрыты. Или действительно постоянно перемещаются. Если все готовы, то за мной на выход. Как уже надоела эта чертова шахта!

– Может, хоть полчасика поспим? – заныл Руперт.

– Там и поспишь, – заверила я. – Внутри уютный туман и безопасность. Только припасов побольше захватим. Вам тоже кажется, что хирны вкуснее этих противных червяков?

Мы забыли об усталости и почти бежали, так нам хотелось поскорее выбраться – и уже без разницы, куда именно. Лиам остановился и попросил у меня кнут, пояснил, уже разворачивая:

– Помнишь, в прошлый раз я собрал в твой артефакт энергию от врат? Как раз поможет открыть то, что пока открываться не хотело.

Плеть завихрилась от притока силы, но теперь и из нее сочилось могущество. Лиам направлял все потоки в какое-то определенное место, а мы просто ждали и отслеживали приближение хищников. Я же невольно косилась на затылок с белоснежными волосами. Архимаг – ну надо же! Высшая ступень развития, вершина мастерства, а ведь я когда-то именно этого мальчика пыталась назвать братом – наверное, даже хорошо, что тогда он отказался…

– Мина, сама запрыгнешь? – позвал Лиам, не оборачиваясь, а уже перед его лицом ширился круг белесого ничто. – Кто не желает здесь больше задерживаться ни на секунду, тоже вперед!

Наверное, ни разу в жизни я так не радовалась, как теперь, осматривая туман, вдыхая неспертый воздух, щуря глаза от света и удивляясь неожиданной тишине. Оказывается, в шахте всегда было шумно – что-то капало, скребло и грохотало, просто мы привыкли не обращать внимания на далекие звуки. А здесь в сравнении так пусто, и оттого хорошо! И плевать, что будет дальше. Все равно это произойдет после того, как мы как следует выспимся!

– Осторожно, тут есть монстры, – предупредил Лиам, тоже запрыгнувший в мешок и закрыв за нами выход в шахту. – Нет, всего один, где-то там… – Он махнул подбородком, указывая направление.

Но нападения не последовало: или чудовище не собиралось атаковать, или уже было при смерти от долгого нахождения в безжизненном подпространстве. Мы, не теряя бдительности, направились в ту сторону сами. Правда, застыли, когда услышали хрип:

– Да быть не может… А попить у вас, случаем, не найдется?

Из тумана проступала фигура. Гельта узнать было почти невозможно – он исхудал, лицо посерело, от одежды почти ничего не осталось, губы потрескались от обезвоживания, но бывший капитан все равно сжимал искореженный обломок меча трясущейся от слабости рукой.

Не знаю, кто рядом смешно крякнул. Вирней вначале выхватил из рюкзака флягу с водой, но выронил ее и поспешил найти, пока предмет не потерялся в белесой мути. Я вообще на ногах не устояла – просто осела в туман, благо проваливаться здесь было некуда. Попыталась прикинуть срок после оглашения его гибели, но не сумела. Обычный человек не мог выживать столько времени в шахте! Не мог ни при каких обстоятельствах, даже если его боги лично оберегали! Однако я совершенно точно видела Оливера Гельта, который одним своим существованием доказывал обратное. Так чего стоит сила духа без магии, и чего стоит маг без силы духа? Если я не потеряла сознание и это не болезненная галлюцинация, тогда Хорек только что лично мне показал: на этом свете нет ничего невозможного.

Глава 5

Не знаю, насколько бы меня потряс его рассказ, если бы наш бывший капитан не был потрясен еще сильнее нашим рассказом. Он просил повторять снова и снова, уточнял детали, поэтому свою историю привел весьма бегло: «Пытался выжить любым способом, давно бы сдался, но сдаваться не приучен, увидел этот странный туман – и прыгнул в него, спасаясь от хищников, а потом выход закрылся. В итоге там бы помер или сошел с ума, да тут появились мы». Мягко говоря, у меня вопросов возникало все больше – ладно, допустим, какую-то пищу и влагу в шахте добыть можно, раз мы добыли, но даже мы истощали, страдали от ран и держались лишь на врожденной магии, а на бедном мужчине не было ни единого живого места! Каким невероятным образом он все еще мог ходить и разговаривать?

Разгадку предложила Иристина:

– Судя по всему, господин Гельт провел в шахте от силы несколько дней, затем спрятался в этом подпространстве. А это означает, что время здесь течет гораздо медленнее: когда у нас миновала неделя, тут это могло занять несколько часов…

Лиам встревоженно посмотрел на нее, но произнес без лишних эмоций:

– Если вы правы, то нам нельзя здесь задерживаться, иначе пока мы отдыхаем, в нашем мире все интересное уже закончится. Мина, мне снова нужен твой артефакт и пара минут настроиться.

Разумеется, даже при необходимой спешке мы не подумали бы его отвлекать – только Лиам способен пробить нам путь наружу, и для этого он может требовать любые имеющиеся ресурсы. Мы по туману отплыли подальше, а Гельт все еще не унимался:

– Давайте-ка еще раз. То есть эта девушка – настоящая принцесса, и обращаться к ней следует «ваше высочество»? А вот эта девушка считала братом какого-то маньяка-психопата, который в компании еще большей маньячки-психопатки в данный момент захватывает под свой контроль все королевство? Как же, оказывается, скучно я провел то же время!

Вирней поморщился, но Руперт наслаждался обескураженностью капитана:

– Все именно так, любопытный наш Хорек! А ведь мне Кей с первого взгляда не понравился, когда он сразу при знакомстве без малейшего повода начал меня избивать и руки ломать. Но у Мины же такие честные глазки – как было не поверить? Это из-за нее все были обмануты!

– Ты молчал бы уж, Кей тогда не дал тебе возможности обчистить наши карманы, – ответила я. – Но догадаться мне действительно следовало раньше. Если по поводу Лоды у меня давно мелькали подозрения, то Кейвар всегда был ко мне бесконечно добр – и это замылило мне взор. Вот только я была бы виновна в любом случае: сказать раньше уверенности – клевета, сказать позже – соучастие. Так что ори не ори – ничего не изменится. Я о другом попросить хотела. Капитан, ну назовите меня уже «младшей Дорн»! Может, я лишь тогда до конца поверю, что вижу вас живым?

Гельт подплыл ко мне и обнял высушенной израненной рукой.

– Я тоже соскучился, младшая Дорн, – признался он и тотчас снова переключился: – Ух, теперь я с вами таких дел наворочу! Получается, теперь нам нужно попасть на Рубеж, потому что эртонцы пытаются снести границу? Но армия у нас там одна, и ее не разорвать без ослабления, поэтому придется выбирать – или Рубеж, или смещение этого вашего тленного мага с престола? Я правильно уловил суть?

Раньше я тугодумия за ним не замечала, но после пережитых испытаний он имел право постоянно задавать одни и те же вопросы, пока в его голове вся информация не уложится. А на будущее мы и сами пока не загадывали – добраться бы вначале до дома, там умных голов побольше, вместе разберемся.

Лиам подозвал меня, взял за правую руку, а в левую вложил кнут. Объяснил, что делать:

– Нужен стабильный вихрь, я буду бить в центр.

Артефакт был заряжен под завязку, но и по моим каналам теперь текло могущество выше прежнего, а я уже в который раз поразилась: Лиам стал архимагом! И пока он рядом, даже я со своим жалким четвертым рангом становлюсь непобедимой! Чудо, о котором никто даже не мечтает, ибо считает невозможным.

Рукоять я некоторое время удерживала, а потом и вовсе отпустила – плеть подчинялась даже мысленному приказу: завертелась, потекла по окружности, ускорилась до такой степени, что слилась в единую линию. Однако насладиться зрелищем мы не успели – Лиам направил свободную ладонь вперед, сложил пальцы и ударил оранжевой волной, отчего весь белесый туман содрогнулся.

– Да ты нас тут и прикончишь! – взвизгнул Руперт.

Но он со своим страхом был позади, а впереди появилось нечто новое – прямо внутри очерченного кнутом круга разевала пасть дыра из нового, неизведанного пространства. Я перестала дышать, поддавшись невероятному возбуждению, хотя примерно этого и ожидала.

– Первый портал… – выдохнула принцесса в том же восторге, которым разрывало и меня. – Мы свидетели первого в мире портала…

Но до того, как мы с Лиамом сделали шаг вперед, Хорек выкрикнул:

– Только не туда!

Я запоздало поняла, что он имеет в виду: разворачивающаяся дверь вела определенно не в наш мир – там была не темнота шахты, не зелень лесов и не желтизна пустынных песков, а какие-то красные камни и дребезжащий раскаленный воздух. Лиам тихо ответил:

– Сейчас нет выбора, нам нужна передышка. Не переживайте – я смогу защитить вас от монстров, если они там водятся.

Татья ворчливо спросила:

– А лечебные травы ты тоже найдешь? Нет уж, милок, руби проход туда, где хоть что-то знакомое водится!

Мы с Лиамом переглянулись и коротко кивнули, признавая правоту целительницы. Пока не промоем раны, о сне думать нельзя. Мой кнут резко изменил траекторию и потек по той же окружности в обратном направлении. Закрытие неверной двери происходило примерно так же, как когда студенты справлялись с вратами, – разве что масштабы поменьше.

Лиам опустил голову, прислушался к ощущениям, а потом вновь вздернул ладонь и ударил в то же самое место – никто из нас не думал ему подсказывать: он каким-то собственным улучшенным чутьем определяет направление. Однако вторая пробоина вела туда же. Лиам уже без паузы немного подвинул руку в сторону, и следующая попытка оказалась еще неудачнее: из стены серой воды на нас рванули неизвестные змееподобные монстры. Архимаг заметно напрягся, но успел захлопнуть проход до того, как они прорвались к нам.

– Не переживай, Лиам, – Иристина говорила спокойно и уверенно. – Наука порталов пока неизведанна, нет точных способов построения маршрутов, а пока придется действовать наугад.

У Лиама же заметно испортилось настроение:

– Если географические направления здесь не работают, то мы никогда не попадем на Рубеж.

– Попадем, – прошептала я, стараясь обнадежить скорее саму себя. – Просто для начала мы попадем куда-нибудь еще, где отдохнем и подумаем.

Он же ответил так тихо, чтобы лишь я расслышала:

– Мои силы на исходе. Если не получится, то мне придется долго восстанавливаться, но остальные вряд ли уже доживут.

Он не просил жалости, поэтому я и не думала ее проявлять:

– Хватит ныть, Лиам Северт, тебе не идет. Делай то, что лучше всего умеешь: при напролом, временно забудь обо всех остальных людях.