Читать книгу "Суженая"

Но Господь не дал ему детей. Единственная, кто от него понесла, – Анхельма. И то сорвалось. В тот момент обвинение в этом пало на Зиберта, его воспитанника. Сейчас король уже ни в чем не был уверен. Когда имеешь жену-ведьму…

Он подозревал. Но кто же откажется от дополнительных сил и возможностей? Король бы и дальше мог закрывать на это глаза, но Анхельма перешла границу дозволенного.

– Где государыня? – спросил он советника, как только пришел в кабинет. – Где моя жена Анхельма?

– Сир, – советник склонился вперед ним, – королева почувствовала себя больной, когда вернулась с казни. Она заперлась в своих покоях и велела ее не беспокоить.

– Почувствовала себя больной? – Король нехорошо ощерился: – Ничего страшного. Побеспокойте мою жену, я велю, чтобы она явилась сюда.

– Да, сир, – мужчина кивнул и уже собирался выйти.

Но тут король спросил:

– Где Мидхэм?

– Он… – советник замялся. – Мидхэм задержан по приказу королевы.

– Задержан?

– Да, сир. После того как вам… вы занемогли, – заговорил тот, сбиваясь. – Это ведь случилось после того, как Мидхэм доставил к вам известную особу, представлявшую опасность. Государыня сочла его соучастником и приказала задержать до выяснения обстоятельств.

– Ах вот как, – Норт едко усмехнулся. – Что ж, приведите Мидхэма. Для выяснения обстоятельств. А моя жена пусть явится ко мне. Даже если вам придется  вытащить ее из постели.

Советник поклонился и вышел.

***

Мидхэма, охотника на ведьм, в скором времени к королю привели. А вот королевы Анхельмы в ее покоях не оказалось. Более того, ее не было во дворце, и никто не видел, как она покидала замок.

Норт ходил по кабинету и с досады сжимал кулаки.

Охотник на ведьм стоял перед ним, вытянувшись в струнку. И по-хорошему, его бы следовало срочно отправить вдогонку за женой-ведьмой. Но короля интересовала совсем другая ведьма, прекрасная и юная. И то, что Гаэль Дарт забрал Альбу по праву помилования, государя не радовало.

Понятно, что темный лорд не отдаст ее. Но. Альба – королевская воспитанница, принцесса, он не может запереть ее. Королевский дом Волхан потребует у него отчета за каждый шаг. И свадьба должна пройти официально в церкви, а не по каким-то там темным законам.

Но все это были полумеры. А план у Норта созрел другой. Потому он отправил Мидхэма не на поиски Анхельмы. Эта тварь еще объявится сама.

– Найдешь мне Зиберта, моего воспитанника. Привезешь его тайно. Скажешь, что я обещаю ему помилование. Но при одном условии. Подойди.

Что это за условие, Мидхэму было сказано на ухо.

После этого Мидхэм покинул королевский кабинет и спустя короткое время уже покидал королевский замок.

***

Этой ночью происходило много разного.

Но Алена проспала ее без снов.

Утром ее разбудил смех, а в окно светило солнце.

ГЛАВА 5

Неожиданно было услышать чужие голоса в своей спальне. Откуда здесь взялись посторонние? Алена резко привстала на постели, подтягивая к горлу простыню. Это сколько же она спала?

И где она вообще?

Вчера она так и не видела толком комнату, ее почти сразу сморил сон. Сейчас она огляделась. Комната показалась ей очень большой. Под стать той огромной кровати, на которой она спала. Обставлено помещение богато, но без излишней вычурности. Минимум мебели, темные драпировки. Со всем этим не вязалась установленная у окна  пестрая ширма. Явно не отсюда. Когда успели, неужели все это, пока она спала?

В дальнем конце комнаты обнаружились две женщины, не те, что были вчера, другие. Они тихо шушукались и пересмеивались. Увидев, что она проснулась, сразу прекратили, но Алена успела услышать шепотом произнесенное «лорд Гаэль». А женщины уже приблизились к ней.

Улыбки на лицах… Но что-то такое было во взглядах, когда они рассматривали ее запястья. Словно хотели проникнуть под кожу.

– Госпожа, вы проснулись, – проговорила одна, склонив голову.

А другая, присев в подобии книксена, показала на ширму и выдала:

– Мы поможем вам принять ванну и одеться.

Что-то такое Алена уже в своей жизни проходила. Однажды ей «помогли» примерить свадебное платье, и что из этого вышло.

– Спасибо, не нужно, – сказала Алена, усаживаясь ровнее. – Я справлюсь сама.

– Но, госпожа, – улыбки несколько потухли, выражение лиц изменилось. – Сейчас придет лорд Гаэль. Вы должны быть готовы к этому времени.

В памяти сразу вспыхнуло вчерашнее, тот странный ритуал, который они прошли. И то, что было потом. Невольная дрожь пробежала по коже.

Вчера он ее не тронул, но что он может захотеть от нее теперь? Сейчас было утро, светило солнце. Она сама прекрасно понимала, что ему вовсе не обязательно ждать ночи. Но если бы он собирался требовать супружеский долг, вряд ли прислал бы служанок. Ей так казалось, во всяком случае. Вернее, она на это надеялась. А женщины буквально ели ее взглядами и с особенным любопытством присматривались к правому запястью.

– Госпожа, – с нажимом проговорила первая. – Нужно поменять постель.

Ах вот оно что! Алене прямо кровь ударила в голову. Им же нужно проверить, есть ли кровь на простыне. Чертово средневековье.

– Разумеется.

Алена встала с постели, прижимая к груди простыню, и прошла за ширму. Плевать ей было, увидят ли те на простыне кровь и что подумают, когда не увидят.

За ширмой обнаружилась ванна с теплой водой. Рядом на столике какие-то средства по уходу. Платье было перекинуто через ширму. Пышное, светлое с золотом, декольтированное. Сильно отличалось от того, что ей принесли вчера.  И которое все еще было на ней. Опять вспыхнули воспоминания, странные ощущения жаркими искрами побежали по коже.

Об этом лучше было не думать. Не сейчас. Она спустила с бедер платье, собрала волосы и направилась к ванне, собираясь забраться в воду. И вдруг услышала звук открывающейся двери. Потом раздались шаги и мужской голос.

Гаэль.

– Господин, – послышались взволнованные голоса женщин.

Какие-то шорохи неслись. Алена боялась шелохнуться. Замерла за ширмой, ни жива ни мертва, понимая, что ему достаточно просто сделать несколько шагов. А она здесь совершенно беззащитная и голая. И негде спрятаться.

Потом быстрым движением подняла с пола платье и прижала к себе. Но разве эта тряпка могла чему-то помешать? Мурашки побежали по коже. Он все-таки пришел требовать супружеский долг? Вчера ей показалось, что Гаэль не станет…

Женщины оправдывались, что госпожа не готова не по их вине. Еще говорили что-то, Алена едва могла разобрать, все эти термины, незнакомые речевые обороты… Одно она поняла по интонациям, что эти двое не простые служанки. Его приближенные? Любовницы? Не хотелось думать о таком!

А Гаэль внезапно оборвал их нестройные оправдания на полуслове.

– Выйдите.

– Да, милорд… – забормотали те.

А у нее сердце ушло в пятки. Что теперь? Неужели…

Шуршание юбок, звук закрывающейся двери. Шаги. Твердые, тяжелые. Он направлялся сюда. К ней.

Алене казалось, что лед смерзается на позвоночнике. Но вот шаги замерли. Мужчина остановился за ширмой.

– Альба, – его голос звучал низко.

В тот момент она бы просто не смогла ответить, стиснулось горло, холодок потек в легкие. Наконец она заставила себя выдавить:

– Да.

От мысли, что он стоит там, а она здесь голая, ее залило смятением. Дыхание мужчины слышалось слишком близко. Он ощущался опасным хищником, способным в любую минуту напасть. И то, что хищник ее не трогал…

– Тебе нужно поторопиться.

Он просто сказал это, а у нее сердце подпрыгнуло к горлу, а кровь загрохотала в ушах. Алена невольно плотнее прижала к себе платье, хотя он не мог ее видеть.

– У нас посланник из Фелтана. Король Норт Волхан желает убедиться, что его воспитанница жива.

А вот это было неожиданно. Алена  закивала и еле слышно выдавила:

– Да, конечно. Я сейчас…

Вот только как ей мыться, когда он стоит тут за ширмой? Но он сказал:

– Поешь и оденься.  Тебя никто не побеспокоит. Я зайду позже.

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Алена сама не знала, что чувствовала.

Однако надо было торопиться, отсрочка, которую ей дали, скоро закончится. Она наскоро помылась и перехватила еды с подноса, а потом стала одеваться. Здесь не было зеркала, что само по себе показалось Алене странным. Но с платьем она справилась, правда, со шнуровкой пришлось повозиться. Теперь волосы. Густая копна длинных рыжих волос – Алена так и не решила, что с ними делать, в конце концов просто расчесала и оставила распущенными.

Она как раз закончила с этим, когда  отворилась дверь и вошел Гаэль Дарт. Замер на пороге, оглядел ее и сказал:

– Ты прекрасна.

Что-то такое было в его горевших странным огнем глазах, отчего Алена вдруг ощутила, что жар заливает ее всю, от корней волос до кончиков ногтей. А он молча протянул ей руку. И снова она шла за ним и не знала, что ее ждет.

Чувствовала его сильную горячую ладонь, а собственные пальцы леденели, и колени тряслись от волнения. Потому что в этот раз не было тьмы, укрывавшей их от всего внешнего. Гаэль вел ее по своему замку, и каждый мог их видеть.

Ее видеть. Оценивать. Как же, новая хозяйка, жена господина. Сама она себя хозяйкой не чувствовала, а от оценивающих взглядов челяди хотелось укрыться.

Но был один момент. Ночью. После того ритуала, когда их спаяло вместе огнем и тьмой, он назвал ее: «Жена моя». И целовал ей руку.

Вот ради этого Алена сейчас шла с ним рядом с высоко поднятой головой. Хотя у нее и дрожали колени, а в желудке перекатывалось холодное желе. И только его присутствие ощущалось чем-то надежным, за что она могла  зацепиться.

Он словно услышал ее мысли, чуть сильнее сжал пальцы. Как будто хотел сказать – не бойся, я рядом. Стало легче. А путь по этому огромному богатому замку внезапно закончился. Теперь перед ними были тяжелые деревянные двери, покрытые искусной резьбой.

Гаэль склонился к ней и негромко сказал:

– Мы пришли.

Вот сейчас волнение усилилось еще больше. Алену стало заливать колючим холодом.

– Альба, – мужчина позвал тихо.

Она вздрогнула, подняла на него взгляд. А он медленно поднес к губам ее руку и поцеловал запястье. Вдруг стало жарко, вернулись те ощущения, огонь в его глазах, тьма. Всего лишь на одно мгновение.

Потом двери открылись, и они ступили в большой зал с высоким сводчатым потолком. Взгляд разом выхватил старинную кладку стен, стрельчатые окна, мозаичный пол… Больше ничего из обстановки Алена не успела толком заметить, потому что увидела наконец тех самых гостей, о которых говорил Гаэль.

Стоило им войти, в ту же минуту со своего места поднялся и направился к ним человек в лиловой сутане. По виду и повадке Алена сразу признала в нем церковника. Острый взгляд мужчины скользнул по ней, оставив неприятное ощущение холодного укола, а потом прилип к Гаэлю Дарту и уже не отрывался. Наконец церковник проговорил:

– Мы рады видеть, что леди Альба жива.

Все это казалось Алене странным, но Гаэль только кивнул, не изменившись в лице, как будто это не его подозревали черт-те в чем, и спросил:

– Надеюсь, его величество Норт будет удовлетворен?

Что-то такое происходило между этими двумя, какой-то поединок, Алене было сложно определить. Но в голосе Гаэля слышалась скрытая усмешка, а вот гость…

– Прежде я хотел бы побеседовать с леди Альбой, – проговорил церковник, глядя на Гаэля в упор. – Наедине. С вашего позволения.

– Разумеется, мэтр Лорвель, – хмыкнул Гаэль и выпустил ее руку.

Чееерт… Она сразу почувствовала себя одиноко.

Но ненадолго. Церковник тут же вцепился в ее локоть и потянул в сторону. Когда они достаточно отошли, спросил:

– Дитя мое, ты осознаешь, к кому попала?

Алена потрясенно на него уставилась, а он продолжал, пронизывая ее взглядом:

– Его величество обеспокоен, не причинен ли тебе вред.

Вот тут она не выдержала.

– Не странно ли беспокоиться об этом, после того как меня отправили на костер? Мэтр Лорвель, вы не забыли, что меня объявили ведьмой и должны были сжечь на площади?

– Но казнь не состоялась, – бойко ответил тот. – Значит, Господь признал тебя невиновной. И отныне церковь снова печется о твоей душе.

– Вот как, – хмыкнула Алена. – Но спас меня не кто иной, как лорд Гаэль.

– Дитя мое, ты не понимаешь! Этот человек опасен! – глаза церковника сверкнули застарелой ненавистью, он подался вперед и горячо зашептал: – И он не человек. Ты не представляешь, на что он способен. Его тьма, эти ритуалы… Он может причинить вред твоей душе!

То есть то, что ее собирались сжечь на костре, – это нормально, церковь не вмешивалась. А тут, значит, вред душе?

– Моей душе ничего не угрожает, мэтр  Лорвель, – отрезала Алена.

У него губа верхняя поджалась, а глаза превратились в узкие кусочки льда.

– Ты слишком самоуверенна, дитя. Но не забывай, что ты носишь королевское имя Волхан.

Он кивнул ей, а после направился к Гаэлю Дарту и натянуто проговорил:

– Я доложу моему королю о том, что здесь увидел.

Хозяин замка сухо поклонился. Однако церковник еще не закончил.

– Леди Альба – воспитанница его величества, ваш брак должен быть освящен церковью и состоится по нашим законам. В противном случае он будет признан недействительным.

– Это все? – осведомился Гаэль Дарт.

– Нет. Церковь настаивает на том, чтобы здесь постоянно присутствовали наблюдатели, – мэтр Лорвель аж оскалился, столько яда было в голосе.

Гаэль невозмутимо выслушал его, а после произнес:

– Если это все, то не смею вас задерживать, мэтр Лорвель. А своему королю передайте, что я принимаю его условие.

Казалось, церковник сейчас начнет светиться от злости.

– Непременно, – бросил он сквозь зубы и стремительно направился к выходу, а его свита  в серых сутанах –  за ним.

***

Из этого огромного помещения было два выхода, один против другого. Выходили церковники из других дверей, не оттуда, откуда вошли они с Гаэлем. И это было символично. Но вот двери за ними закрылись.

В зале остались только она и Гаэль. Алена все еще смотрела непрошеным гостям вслед, потом передернула плечом. Неприятный осадок.

Она обернулась и взглянула на мужчину. Гаэль казался невозмутимым, никаких чувств, как будто ничего не произошло. А она не смогла удержаться, спросила, повинуясь внезапному порыву:

– Почему они не любят тебя?

Сама не заметила, как перешла на ты, а он резко повернулся к ней, в глазах вспыхнуло самое настоящее пламя. Твердые губы дрогнули.

– Ты? – проговорил он, склоняя набок голову.

Низкий голос, рокочущий. От этого ощущение, будто он прошелся бархатом по позвоночнику. Она невольно сглотнула, чувствуя, как волна дрожи бежит по затылку, спускаясь к плечам. Но повторила:

– Почему? Ответь.

Несколько долгих секунд Гаэль смотрел на нее, потом сказал:

– Потому что боятся.

Прозвучало жестко.

А у нее мгновенно вспыхнуло в голове яркой искрой:

…Он не человек. Ты не представляешь, на что он способен.

Не человек. А кто? Да, его магия пугает, и ритуал, который они провели, тьма и огонь, не человеческий уж точно. Но даже если так. В то, что это может как-то «причинить вред ее душе», Алена не верила. Ее душа при ней, в этом она тоже была уверена точно.

Но после этой встречи с церковниками внезапно всплыло слишком многое. Их неприкрытая враждебность ощущалась кожей. А король Норт… Который предложил ей спать с ним, хотя она его воспитанница, приемная дочь. Его требование. Угроза, что их брак с Гаэлем Дартом будет признан недействительным.

Алена нервно поежилась и покосилась на дверь, за которой скрылся мэтр Лорвель.

– Они ведь не успокоятся?

Стоило представить, что эти, в серых сутанах, постоянно будут находиться здесь и везде совать своей нос, стало тревожно. Гаэль мягко коснулся ее щеки костяшками пальцев и проговорил:

– Они не причинят тебе вреда, я не позволю.

Скользящее прикосновение и низкий обволакивающий голос, то, как он это сказал… Хотелось прикрыть глаза. Алена затихла, забыв, что надо дышать. Все стало так остро, и сразу вспомнилось, что она, вообще-то, его жена.

Напряжение повисло, осязаемое, плотное, а мужчина подался вперед, к ней.

Теперь он был совсем близко. Ей казалось, она чувствует исходящий от него жар, а он застыл, глядя на нее, и медленно втянул в себя воздух. Как будто вдыхал ее запах. Алена видела, как прикрылись на долю секунды его глаза и жадно дернулся кадык.

Это почему-то было так горячо… Горячее, чем если бы он ее касался.

Все тревожные мысли о ненависти, исходившей от церковников, о короле Норте, который настаивал на том, чтобы брак был освящен церковью и заключен по ИХ законам, внезапно отошли на второй план.

Потому что между ними еще оставалось самое главное. И оно пока что не было завершено.

ГЛАВА 6

Король почти не спал этой ночью. Лег только под утро, но когда рассвело, он был на ногах. Сидел за столом в кабинете, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице, потом вставал, прохаживался, подолгу смотрел в окно. Государь Норт ждал вестей.

По его расчетам, Мидхэм должен был уже выйти на след беглеца Зиберта. Хотя бы определить направление. А дальше… Стоя у окна, король щурился и поводил плечами. Он нашел возможность выманить своего воспитанника из норы, в которую тот забился. Однако охотник на ведьм как уехал, так с того момента не появлялся и не давал о себе знать.

Понимая, что время работает против него, король испытывал раздражение и досаду. Уже начался день, а у него не было никаких сведений. Норт уже готов был отправить людей на розыски самого Мидхэма. Но тут наконец тишину его кабинета прервал робкий стук в дверь.

– Войди, – рыкнул король и направился к своему столу.

Дверь приоткрылась, на пороге возник советник. Поклонился.

– Что? – нетерпеливо спросил Норт.

– Прибыл посыльный от епископа Лорвеля.  Они на подъезде к городу.

Государь медленно выдохнул и прикрыл глаза.

– Хорошо, – проговорил, чувствуя, как что-то подрагивает в груди от напряжения.

Советник склонился перед ним и уже собирался выйти, но король окликнул его:

– Стой.

Человек замер на месте.

– Королева вернулась в свои покои?

Тот опасливо покосился и качнул головой:

– Нет.

Норт мрачно усмехнулся. Все, как он и предполагал.

– Как только королева появится, – проговорил жестко, – немедленно доставить ко мне.

– Будет исполнено, ваше величество.

Оставшись один, король откинулся в кресле и прикрыл глаза. Именно теперь, когда осталось совсем немного, ждать было труднее всего. Наконец в коридоре послышались голоса и приглушенный шум шагов, а через несколько мгновений церковник входил в его кабинет.

– Ваше величество, – Лорвель отвесил ему светский поклон.

Норт поднялся навстречу и жестом показал на кресло перед столом.

– Ну что? – спросил, как только тот устроился напротив.

– Сир, я видел леди Альбу, – начал Лорвель и озабоченно потер руки. – Мне показалось, что леди Альба несколько изменилась.

– В каком смысле? – король стиснул подлокотники.

– Ее суждения вселяют тревогу, сир. Я не узнал это милое дитя, она показалась мне…

– Кхммм, – Норт внезапно почувствовал, что его душит одеяние. Он оттянул ворот. – Вы считаете, что… Он что-то с ней сделал?

– Нет, не в этом смысле, сир, – церковник качнул головой. – По всем признакам леди Альба девственна. Более того.

Последовала многозначительная пауза, потом он произнес:

– Темный лорд согласился на все наши условия.

И тут короля неожиданно отпустило, он даже расхохотался в душе.

Потому что теперь Гаэль Дарт не сможет раньше времени консумировать брак.

Это была отличная новость.

Государь Норт подался вперед и спросил, скрещивая руки над столом:

– Какие могут быть причины, чтобы отменить венчание?

***

Лорвель взглянул на короля из-под бровей.

– Официально церковь никому не отказывает, – начал он, отслеживая реакцию.

Слишком уж явно его величество выказывал заинтересованность. Возможно, дело тут в отеческих чувствах, которые государь Норт испытывал к прекрасной Альбе, но епископ допускал и несколько иное толкование этому живейшему участию.

Когда его величество обратился к церкви с поручением провести переговоры от его лица с Гаэлем Дартом, Лорвель и сам этим делом заинтересовался. Потому что сразу увидел шанс прижать темного лорда, это исчадие ада, давно уже мозолившее глаза церковникам. Лорвель готов был приложить все усилия, чтобы стереть его в порошок. Ну а в дальнейшем было бы справедливо, чтобы церкви отошел его богатый замок. За это стоило поторговаться.

Поэтому Лорвель многозначительно понизил голос и продолжил:

– Но если выяснятся непреодолимые обстоятельства…

Некоторое время слышалось только шумное дыхание, наконец Норт произнес:

– И какие же это обстоятельства?

– Ну… – епископ облизал губы и почесал левую бровь. – Освященная церковью форма обряда, на которой мы настояли, требует проверки на девство.

Король медленно выдохнул, пальцы стиснули подлокотники.

– Дальше, – глухо проговорил он.

Лорвель кивнул.

– Непреодолимым препятствием является также кровное родство, но в нашем случае это неприменимо. И еще.

А вот это он проакцентировал особо:

– Брак невозможен, если один из брачующихся на момент обряда уже состоит в браке или имеет иные брачные обязательства.

Повисло молчание. Наконец король со значением проговорил:

– Мэтр Лорвель, не может быть, чтобы среди вашей паствы не нашлось ни одной обманутой этим богохульником невинной молодой особы, которая могла бы свидетельствовать против него.

Лорвель, по своему обыкновению, ответил уклончиво:

– Ваше величество, церковь приложит все усилия, чтобы спасти юную Альбу.

Король кивнул.

– Дом Волхан в долгу не останется.

И тут же другим тоном добавил:

– Мэтр Лорвель, мне нужна ваша помощь не только в этом деле.

***

Гаэль Дарт догадывался, чего церковник будет добиваться, еще когда ему сообщили, что прибыл посланник из Фелтана. Более того, он все это предвидел. И не собирался играть по их правилам. Плевать, что они задумали, он никогда ее не отдаст. Альба уже его жена.

Как только увидел ее там, на костре, Гаэль понял это. Он же знал ту прежнюю Альбу, видел не раз. Но эта была другая. Вся. Душа, сила, взгляд. Она послана ему самой судьбой.

Что Норт не успокоится, будет строить козни, Гаэль предвидел тоже. Ничего, пусть пытаются, он сумеет отстоять свое.

Сейчас, когда Ловель убрался, они остались в зале вдвоем с Альбой. Он мог бы… но видел тревожный блеск в ее глазах. Поэтому он подавил огонь желания. Рано, надо дать ей время привыкнуть к нему. Мужчина хотел, чтобы она пришла к нему сама. К тому же его прямо сейчас дожидался в кабинете еще один посланник.

Гаэль мягко коснулся ее щеки и сказал:

– Тебя проводят. Иди, увидимся за ужином.

Тяжелые резные створки отворились, вошли две женщины, присели в книксене и встали по обе стороны от дверей. Не те, что были утром в ее комнате, другие. Судя по дорогой одежде и манере держаться, дамы придворные. Надо полагать, это ее почетный эскорт?

Алена беззвучно выдохнула и направилась к выходу, но не удержалась, оглянулась на него. Гаэль смотрел ей вслед. Высокий мужчина, мощный, мрачно-красивый.

Они уже скрылись за дверями и шли по коридору, а ей казалось, что она все еще ощущает на себе его взгляд. Это вызывало у нее странный трепет, как будто кто-то гладил мехом по коже.

А в комнате за время ее отсутствия изменилось многое. Она еще с порога заметила это. Появились цветные драпировки, к той строгой типично мужской обстановке добавилось кое-что из мебели. В большом камине теперь пылал огонь. Все стало намного ярче и теплее.

Но по-прежнему не было зеркала. Это немного удивило Алену, однако она не стала спрашивать. Она ведь понимала, что это, скорее всего, его комната.