Читать книгу "Окрыленная. Книга-исповедь женщин нового поколения"

Глава 5. Цена мечты

Я ставлю финальную подпись в каких-то бумажках на ресепшене, девушка в красивом светлом фирменном костюме говорит мне, что занятия в ICCA International centers for culinary Arts – лучшем кулинарном центре Дубая – стартуют 26 мая.

26 мая… Ровно на следующий день после моего дня рождения, когда начнется мой личный новый год, начнется и новая глава моей жизни.

Эта мысль разрастается во мне, заполняет все тело и выливается нескончаемым потоком слез. Я сажусь на офисный диванчик и начинаю рыдать. Мне неловко, но я не могу остановиться. Слезы льются, льются, и я все еще не верю, что сделала это. Я за ручку привела маленькую трехлетнюю Ирочку исполнять ее мечту!

Вокруг меня невероятное количество кулинарных книг и журналов с пестрыми обложками, на экране телевизора в холле без остановки крутятся кадры про сервировку стола, а я сижу как завороженная – неужели это происходит со мной? Неужели это я сама сделала для себя?

Это не ради денег, и не потому что кто-то что-то от тебя ожидает, это не следование родовым сценариям или семейным традициям. Это только мое. Из глубин моего сердца. Что-то, к чему я шла так долго, и вот наконец решилась дойти. Решилась следовать зову своей души.

– Разрешите провести вам небольшую экскурсию? – девушка тактично дождалась, когда мои эмоции утихнут и я вновь стану адекватным человеком.

Она распахивает двери. Ладно, не двери – ворота в рай!

Впереди огромное количество цехов, комнат, пространств, мы заглядываем в каждое, и в каждом кипит… Кипит жизнь.

Огромные столы, где что-то жарится, парится, режется, моется. Мне показывают женщину-мастера, которая раньше пекла торты в Букингемском дворце, а теперь будет учить меня создавать арт из сахара и муки! Мой взгляд мгновенно цепляется за торт, украшенный ирисами.

Да это же ботанически точно, вся анатомия соблюдена: листья, прожилки, уплотнения, утолщения. Этот цветок словно материализовался с картинки из энциклопедии. Шедеврально!

Мастер добивает меня фразой: «Это не мои работы, это делали ученики».

Я в международной школе на основе французской кухни. Только французы могли так заморочиться и придать такую глубину и такие смыслы готовке.

Морковку они режут 8 разными способами, а у шеф-повара есть линейка с отверстием 1 × 1 мм, которой он проверяет, точно ли кусочки проходят по размеру.

Или вот линейка для лапши с квадратным отверстием. Через нее можно пропустить лапшу и убедиться, что она не прямоугольная, не трапециевидная, а именно квадратная.

Ты смотришь на все это безумие и понимаешь, что хочешь быть в центре него!

Раньше мне казалось, что флористы, со своим видением эстетики, маньяки. Но теперь я увидела родоначальников перфекционизма! У них на каждую резку, на каждое движение – свой термин. И я уже начала их жадно выхватывать, повторять про себя по нескольку раз, чтобы запомнить. Точно запомнить.

Mise en place – приготовление пространства. Mise en place – приготовление пространства.

Пока мозг трудится над новой задачкой, глаза наблюдают за людьми, которые пробегают мимо, каждый по своим делам. Вот один за другим проходят трое мужчин очень выдающихся размеров, в белых одеждах.

– Здравствуйте! – говорю я своим стереотипам, которые движутся вслед за шеф-поварами. Через полгода я стану такой же как вы: профессиональной, гордой и толстой.

В детстве мама частенько говорила мне, что если я пойду в повара, то стану такой же огромной, как тетя Капа, которая работала на кухне в детском саду. И не смогу проходить в дверь.

Я начинаю вспоминать, достаточно ли широкие двери мы сделали на нашей вилле. Может, если боком, то все-таки войду?

Ира! Остановись! Ты теперь взрослая! Ты главная. И только ты решаешь, кто тут будет толстый, а кто нет!

Все эти воспоминания были практически заблокированы, но недавно в клубе состоялась встреча с Дарьей Замориной, которая больше восьми лет занимается исследованием раскрытия потенциала человека. И на ее эфире у меня состоялся первый контакт с душой.

Мы разговаривали о том, чем хотели заниматься в детстве, и понемногу стало проявляться: в любое свободное время я готовила.

Начиная с малых лет, я лепила из глины пирожки, клала внутрь травку, запекала в ржавой духовке, – не сложно догадаться, откуда она у нас взялась.

А когда чуть подросла, то окно на кухне стало служить мне зрительным залом, и я активно рассказывала ему все, что сейчас происходит. Сколько яиц мы берем, как разбиваем их о сковороду, как вытаскиваем пальцами попавшую в яичницу скорлупу. Можно сказать, я стала прототипом ведущей популярной кулинарной передачи!

Когда мне было 10 лет, родители отправили меня в детский лагерь. И вместо того чтобы принимать активное участие в игре казаки-разбойники, я зависала на кухне. Мне так нравились эти огромные чаны с супом. Я все время думала о том, как они на 500 человек варят суп и понимают, что в каждой чашке будет 3 картошины, 5 кусочков морковки и кусок мяса? А как из плюс-минус одних и тех же продуктов сделать макароны по-флотски, пельмени и пироги с мясом? И при этом получить тотально разные вкусы!

Тогда, на эфире 10 апреля, воспоминания начали оживать, и в голове был запущен процесс рефлексии. Но к действиям меня подтолкнул другой человек.

26 апреля, спустя 2 недели после того, как активировалась память, мы встретились в Дубае на бранче с WM Club.

В прекрасном светлом зале ресторана Brunello, что в Kempinski Hotel, я поделилась своей мечтой – хочу быть шеф-поваром. И ожидала, что в лучших традициях клуба девушки сейчас начнут очень мягко подсвечивать, как мне решить эту непростую задачу. Но услышала прямой вопрос Екатерины Петерсил: «Какое действие ты проделаешь сразу после бранча?» Я растерялась и выпалила: «Поеду записываться в школу».

Все наши идеи должны быть заземлены действиями, иначе нет смысла сотрясать воздух.

Так на следующее утро я оказалась на офисном диванчике лучшей кулинарной школы Дубая, ревущая от осознания, что я в моменте, когда сбывается мечта.

До учебы оставался месяц, и это был один из самых сложных периодов в жизни. Практически сразу я заболела. Заболела сильно и надолго. За диагнозом «свиной грипп» стояло четкое ощущение, что я умираю.

Больше недели я лежала с температурой 40 и подрывалась только чтобы добежать до ванной комнаты. Голова раскалывалась, ломило тело, меня будто выжигало изнутри. Я тешила себя мыслью, что это во мне умирает флорист и сгорают все старые программы.

Боль понемногу отпускала. Но еще две недели я сидела без сил с мыслью «Зачем мне все это?» и смотрела в одну точку.

После всего произошедшего было решено осуществить то, что крутилось в голове два года. Я впервые наняла директора, который выстраивает всю систему работы: процессы, продажи, маркетинг. И креативщика, который привносит в бизнес новые веяния.

Эти женщины идеально дополнили друг друга и все еще пребывают в достигаторских энергиях: любят челленджи и результаты.

Я же остаюсь в этом бизнесе только творцом, который придумывает оригинальные решения, заряжает интересом и снимает красивые фото для социальных сетей. А в оставшееся время идет на кухню – учиться резать морковку квадратиками 1 ×1 мм. Мы творим великие дела!

Мои близкие удивляются – как можно было бросить все и уйти в совершенно другую нишу. Где цветы, а где морковка?

Но у меня нет разделения. Для меня это все – про одно. Будучи агрономом, я работала с растениями, разбиралась, как это все растет, как сочетается, какие тонкости есть в этом деле. Я экспериментировала, чтобы из одних и тех же цветов создавать максимально разные букеты под разные цели.

И сейчас, по сути, я делаю то же самое. Я беру сырую картошку, кусок мяса, идеально порезанную морковку и через физику и химию запускаю процесс создания чего-то нового. Приправляю этот процесс травками-муравками и волшебными зельями, чтобы получился кулинарный шедевр.

Зерно у этих дел одно – это эстетика вкуса. Но и проблема одна – результаты моих трудов живут от нескольких минут до нескольких дней. А потом – все. Все заново. Так, может, то, что я делаю, не имеет никакого значения?

С этим запросом я в очередной раз пришла к лекарю души, который очень четко подсветил мне Истину. Хочу донести ее всем тем, кто считает, что от него пользы, как от муравья: бегаешь, суетишься, а пройдет дождь, и ничего от твоих трудов не осталось.

Так вот: все, что мы производим, – это часть высшего творения на благо жизни. Не ты это задумал и не ты использовал, ты лишь стал проводником промысла. Разве ты можешь сказать, что этот поток не важен? Разве ты можешь прервать эту цепочку?

Вот я решила и не прерывать больше свои две цепочки, а, наоборот, сплести их, чтобы они стали мощнее, крепче и долговечнее. Теперь один мой бизнес усилился другим.

Например, в кулинарной школе нам рассказывают, что сейчас есть AI-камеры. Они устанавливаются на кухне и считывают работоспособность шеф-поваров: разговаривают ли люди во время работы, трогают ли они лицо, помыли ли они руки. И подводят итог: как их поведение повлияло на результат.

Понятно, что настолько заморачиваться в своем бутике я не буду, но вот разговоры действительно выбивают из колеи, а значит, я могу аккуратно донести до сотрудников, как важно не расходовать свою энергию на беседы, а фокусироваться на деле и вкладывать все свое внимание в букеты для клиентов.

Или, допустим, в ресторанном бизнесе на все продукты клеятся стикеры с датой поставки и сроком годности. Теперь на нашем цветочном складе тоже есть маркировка, чтобы не погибали цветы на дальних полках. Мы клеим First in, first out – первое пришло, первое ушло. Таким образом количество списанных и утилизированных цветов уменьшилось. Переработка – это вообще мое отдельное открытие: в ресторане в ход идут даже картофельные очистки – из них делают овощной бульон. Как мне прийти к отсутствию отходов в бутике? Эту задачку я еще решаю.

Так, по крупицам, одновременно строится новое дело и пересобирается старое.

На обучении один из преподавателей сказал, что он ни за что не будет есть в ресторане, если официант выглядит неопрятно. Это заставило меня задуматься, насколько эстетично выглядят мои администраторы. На следующий день мы уже ехали с одним из них к парикмахеру. Потому что если у работника стильная прическа, то и у клиента больше уверенности в том, что его букет будет сделан со вкусом.

Как моя новая учеба влияет на флористическую компанию, невозможно описать словами. Наслаждаясь обучением, я несу это состояние в бутик.

Каждый раз, когда я появляюсь в бутике или на складе, все буквально оживает: мы что-то выкидываем, переписываем, ставим на учет. Мгновенно на освободившееся место начинают приходить новые крупные заказы или бронь на декорацию ивентов.

Но главный ингредиент, который объединяет кухню и магазин цветов, – это ЛЮБОВЬ. Он всегда чувствуется, если добавлен.

Каким-то неведомым образом времени теперь хватает на все: ездить два раза в неделю на занятия в кулинарную академию, наводить порядок в бутике, приходить на встречи в клубе, делиться новыми рецептами в своем телеграм-канале и даже ходить по магазинам, с умным видом отбирая посуду, которая мне может пригодиться.

Теперь все чаще вместо шпона и веток я пытаюсь уместить в авто красивые блюда для запекания, салатники, новые столовые приборы, пестрые салфетки и ткани для декора стола.

А еще я веду сторис, до которых раньше не доходили руки. Потому что если есть вещи, которые меня поражают, то мне не терпится ими поделиться. Вы знали, что, если у клубники выпали волосы, значит, ее обрабатывали радиацией? Или что существует специальный клей для мяса, поэтому колбаса не разваливается. Не знали? Теперь знаете! Как и читатели моего блога. И уверена, вы не сможете сдержаться, чтобы не удивить этим знанием друзей, по крайней мере. Когда делишься открытиями, они не пропадают. Наоборот, только множатся!

Сейчас я с уверенностью могу сказать, что не просто мои маленькие и большие мечты сбылись – я поняла технологию, как это работает.

Самый первый, самый простой шаг – соединиться со своим «внутренним ребенком». Для этого – сесть поудобнее, закрыть глаза и постараться вспомнить, какие игры вам приносили удовольствие в детстве.

Любили ли вы спортивные игры?

А может, шили наряды куклам?

А может, играли в дочки-матери или в магазин?

Я знаю, что Екатерина Петерсил любила в детстве устраивать концерты и импровизировать. И недавно на выступлении в честь второй годовщины клуба она поделилась, что чувствует себя максимально живой именно когда поет на сцене.

А Яна, один из авторов этой книги, в возрасте семи лет выдумывала героев и записывала их истории в журнал. Кстати, во время нашего с ней общения я тоже вспомнила, как мы с сестрой играли в магазин. Рвали вкусные листочки и через окошко «ларька» продавали лакомства местным козочкам. К спокойным и строптивым, голодным и не очень – к каждой из них мы старались найти подход.

Все основы заложены в детстве. Во взрослом возрасте единственная сложность – не ограничивать самого себя.

Я стала профессиональным мечтателем и делаю это при любой возможности. Еду на Алтай и еще на пути к горам представляю, как бы я построила тут домик, что бы тут выращивала, на каких лошадях каталась. Представляю, как я готовлю марала на обед и как гости хвалят запах натурального дерева, который окутывает тебя, когда открываешь двери дома.

Или моя новая мечта, в которой я постоянно пребываю, – это завести червей-сапер в Эмираты. Эти трудяги способны превратить и бумагу, и ткань в биогумус, и через 20 лет в Эмиратах будет плодородная почва, а может, и чернозем. Три минуты раздумий, и вот в своих мечтах я уже магнат по переработке органического мусора.

По этой же технологии я загадала еще одну мечту. На свой день рождения, после этой адской болезни, после вот этого кризиса, ко мне пришла огромная цель. И я решила прожить ее.

Я зашла в поисковик и набрала «особняк XVII века в Испании».

Мне попался один из умопомрачительных вариантов, ради которого я готова пахать 25/8. В самом сердце страны фламенко и корриды, в эпицентре апельсиновых рощ, мы можем купить себе дом. Нет, не дом, а целое имение! Где будет старинный отель и ретритный центр, где будет пространство для свадебных торжеств, роскошных мероприятий и просто для фотосессий. У нас будет своя винодельня и, конечно, свой ресторан! Ресторан, где я буду готовить из собственноручно выращенных продуктов, украшать все десерты цветами из своего сада и обязательно, просто обязательно, все перерабатывать. Даже картофельные очистки…

Я озвучиваю эти планы мужу:

– Дорогой, я сейчас обучаюсь на повара, потом полгода учу испанский, этим летом мы летим к твоему другу в Испанию и начинаем присматривать варианты для нашей новой жизни!

– Мне нравится твоя мечта! – я вижу, как у Андрю загораются глаза.

Я посчитала: нам нужен всего лишь 1 миллион 750 тысяч евро.

Работаем!

Часть 2. Предыстория в четверть века

Глава 1. Зайки и лужайки

«Только бы успеть!» – Сирена в моей голове взвыла, мигая красно-синим. Только бы успеть доехать до больницы и не родить вот тут, в машине! Счетчик схваток на телефоне заботливо сообщает, что пора выдвигаться в роддом. Да что ты говоришь? А то я сама бы не догадалась!

Мы мчим по утренней Москве, стрелка спидометра приближается к 120. Примерно с такой же скоростью пролетают в моей голове рилсы, где женщина рожает в машине. Надо было не фыркать с умным видом: «Неужели нельзя было выехать пораньше!», а запоминать, что делала эта героическая женщина!

Только бы успеть доехать! Боже, сделай так, чтобы меня завтра не показывали по местным новостям, а мужу не пришлось отмывать машину!

Дорога до роддома кажется вечностью. Стиснув зубы, я рычу на каждую кочку и каждый поворот. Дышу, молюсь, в перерывах напоминаю мужу, что нужно ехать аккуратнее и быстрее. Да! Одновременно!

Наконец показалась больница, я выдыхаю, вытираю вспотевшие ладони прямо о себя и улыбаюсь мужу с легким укором: «Ну и чего было так гнать?»

В приемном покое меня, возможно, и планировали оформлять подольше, но тело, стремящееся встать на четвереньки, беззвучно проорало, что церемонии излишни.

Я оказываюсь на каталке, потому что сама дойти до родзала уже не могу. Зато у меня прекрасно получается пререкаться с доктором, и я как обладатель «Большого шлема» в теннисе отбиваю его подачи про «Неужели нельзя было выехать пораньше?!».

Я смелая, потому что, как в американских фильмах, муж держит меня за руку. И это хорошо.

Считаные секунды, я только успеваю крикнуть что-то похожее на «Удивительно как больно», только нецензурно. Потуга, вторая, третья…

В голове какой-то голос – мамин? – произносит: «Верь в себя, и у тебя все получится!» И по роддому разливается голосистый крик моей дочери. Добро пожаловать в этот мир, Диана!

Неизбежность того, что меня разорвет на мелкие частицы, откатывает. Сейчас еще немного врачебных манипуляций, перерезание пуповины, и вот муж берет на руки наше крохотное счастье. Первым!

У моей знакомой художницы Маргариты Барышевой есть картина «На руках у Бога» – именно это я вижу сейчас перед собой. Родиться и сразу оказаться в руках большого, сильного отца – настолько естественно, настолько гармонично. Это и есть благословение на счастливую жизнь!

Меж тем в голову протискиваются и начинают меня визгливо упрекать установки о том, что мужа не должно быть на родах, что ему там нечего делать, что он потом не захочет меня и что это вообще таинство. Но я отгоняю всю эту придурь прочь. Я больше не хочу обслуживать чужие страхи. Когда-то я заплатила слишком большую цену за то, что позволила им похозяйничать в моей голове.

Мы с Костей были совсем молодыми, зелеными, только начинали наш совместный путь, когда я забеременела. Было решено рожать, но я буквально физически чувствовала это осуждение со стороны: «вы сами еще дети, у вас нет ничего, вы не расписаны, нагуляла, залетела, принесла в подоле». В конечном итоге я потеряла этого ребенка.

Да, можно ссылаться на медицинские показатели или проверки судьбы, но я практически уверена – дело было в моей голове. Я боялась огласки, я росла заложницей статуса хорошей девочки. А девочки, да еще и незамужние, не рожают. Вот я всем и угодила.

Поэтому сейчас мне совершенно без разницы, кто что говорит и думает, в том числе о муже в родовой. Меня зовут Людмила Бухова. Это моя жизнь, мое и его – наше – таинство, наша дочь. Любимая. Сладкая. Четвертая.

Да, четвертая. И если вам сейчас хочется осудить – куда они столько рожают, или ой, бедные, опять дочь, – то вы уже в курсе моего отношения к чужому мнению.

Я с гордостью говорю о том, что у меня четверо детей. А еще со смехом рассказываю, что ни одна из беременностей не была запланирована.

И это не безответственность. Это тотальное доверие к жизни. Потому что только через продолжение рода я служу Жизни. А Жизнь заинтересована в эволюции. Я это точно знаю, потому что под каждого ребенка происходит мое расширение: и духовное, и материальное.

Этот закон я заметила еще с первой дочкой.

Настя, девочка с абсолютно космическими глазами, будто родилась уже мудрой и взрослой.

Настюшины струны души настроены так тонко! Она не предаст себя, не пойдет на компромиссы и всегда будет искать то, что ей наиболее созвучно.

Именно поэтому за школьные годы мы поменяли пять школ. Вообще ее жизнь очень похожа на постоянное исследование – себя, людей рядом и мира. И стоит кому-то ослабить вожжи, как Настя становится негласным лидером и ведет за собой тех, кто согласен соблюдать ее очень четкие и отчасти даже жесткие правила.

Изначально требования распространялись на меня одну, но знаете, после работы и режима декрет стал для меня отрадой! Я никогда ранее не чувствовала себя настолько свободной! Да, знаю, что это разнится с привычным отношением к декрету, когда мама плачет от усталости или от того, что без разрешения мужа не может выйти в магазин, и чувствует себя словно запертой в клетке птицей. Но для меня декрет стал настоящим раем: я бесконечно читала, слушала плеер (уже нужно объяснять, что такое плеер?) и очень много училась.

Так, за первый декрет я усовершенствовала свой английский, который мне потом еще не раз пригодится, освоила фотошоп, верстку страниц, стала делать сайты. Я проживала максимально насыщенную жизнь, параллельно курсируя между бассейном и развивашками.

Как и любой матери первого ребенка, мне было важно, чтобы Настя была самой умной, самой развитой. Ведь с первенцем тебе действительно кажется, что его успехи – это твоя заслуга. В то время как ребенок просто обслуживает твои ожидания и несбывшиеся мечты. Дитя становится неким проектом, защищать который ты готова каждый раз – на детской площадке, перед другими мамами.

Не так давно я нашла свой старый дневник, который вела, когда Настя пошла в школу. Знаете, чего я на самом деле хотела вместо всех этих бассейнов и уроков сольфеджио? Я хотела на пилатес!

Зачитываю Насте вслух эти свои чистосердечные признания, она смеется и говорит: «Лучше бы ты, мама, действительно ходила на пилатес!»

Но вместо пилатеса я пошла во второй декрет.

С Кристиной материнство было уже совсем другим. И надо отметить, что Кристина тоже совсем другая.

Сейчас в мире инфобизнеса очень много курсов о том, как выстраивать отношения, как заводить дружбу, как общаться с людьми откровенно. А наша девочка уже пришла с этими настройками.

Вне зависимости от обстоятельств и возраста, Кристина мастерски находит общий язык со всеми: что уж говорить, если даже со старшей сестрой они стали близкими подругами.

За моими плечами совсем другой опыт общения с родной сестрой, я и мечтать не могла о такой близости, поэтому для меня было приятным шоком, когда однажды старшая Настя невзначай произнесла: «Мама, не волнуйся, если я задерживаюсь. Если что, Кристина всегда в курсе, где я и с кем». Эта фраза звучала как: «Мама, я доверяю сестре больше, чем всем другим на свете».

Понимаете? Понимаете, что я почувствовала в тот момент? Они друг другу подруги, поддержка, опора. И пусть иногда их общение построено против родителей, и пусть теперь я не самый главный человек в их жизни, не знаю и половины их секретов, главное, что они друг у друга есть.

Ну а у меня тем временем появилось свое дело. Во время второй беременности я всерьез задумалась о работе из дома. Идея пришла, когда я никак не могла выбрать себе юбку по каталогу. А что, если открыть свой онлайн-магазин?

Маленькими шагами я начала продвигаться к цели, и вот к моменту родов у меня уже был поток заказов. Мы начали буквально партиями отправлять красивые юбки, платья, брюки, и женщины могли их мерить, выбирать.

Параллельно с прокачиванием дела я прокачивала мозг – каким-то невообразимым для меня сейчас образом я умудрилась получить второе высшее, да, за время декрета!

И ровно в тот момент, когда дети уже подросли и стали самостоятельными, когда производство масштабировалось, когда все встало на рельсы, когда мы увидели новый источник дохода – решили заниматься логистикой, открыть свой пункт выдачи СДЭК, – мне так захотелось еще одного ребенка.

Но ребенок никак не шел к нам – куда-то делась вся та магия, когда ты легко беременеешь, исчезла везучесть. Вместо нее в нашу жизнь пришли бесконечные тесты, слезы, ссоры. Наши отношения катились в бездну, и дома все чаще стало звучать слово «развод».

Что не так? Почему не получается? Сколько нам еще придется ждать?

Ответ был прост: Анюта с момента зачатия и по сей день сама решает, что она хочет и когда. Свободолюбивая, с характером, упертая девчонка.

Она не ходила в садик никогда. Ее ни физически, ни морально невозможно было заставить делать что-то против воли. Она стояла на своем до последнего, она затапливала дом крокодиловыми слезами, но делала так, как надо ей. Я могла лишь учить ее выражать эмоции бережнее по отношению к другим.

И если со старшими девочками я не выносила истерики и слезы, потому что у меня самой с детства был запрет на негативные реакции, то с Анютой научилась – контейнировать, выдерживать, договариваться.

С Анютой я вообще многому учусь.

У Анюты нет проблем с проявленностью: она постоянно ездит на фотосессии, участвует в моих мероприятиях, снимает ролики для YouTube. И все это – без перфекционизма. Ей главное – сделать. Чем не наука? А то ведь знаете, как бывает: пока придумал проект, пока довел до совершенства, он уже никому не нужен. А еще Аня стала для меня примером того, как любить себя и действовать исключительно из «хочу».

А хотела я на тот момент масштаба. И мы к нему пришли: открыли офисы в Кожухово и Некрасовке, а в Люберцах организовали большой склад.

На 8-м месяце я еще иногда выходила работать в офис, на 9-м нам пришлось взять сотрудников, а на мне остались расчетные счета, договоры, квитанции.

Качество жизни заметно выросло: мы вынырнули из операционки и декрета, успешно прошли разные кризисы в бизнесе, вновь вернули в нашу жизнь путешествия. И вот в один из туров, когда мы наконец отправились отдохнуть вдвоем – в Кению, – я забеременела Дианой.

Сейчас Диана еще совсем малышка, ей только-только исполнилось два, но это не мешает ей уже проявлять свой характер и спорить со старшей сестрой. Ей не кажется, что кто-то больше и главнее, у нее и в мыслях нет, что она «не дотягивает», – она со всеми на равных.

Кто из нас, взрослых, может похвастаться тем же?

Это отсутствие страха меня поражает и вдохновляет одновременно. Это заряжает смелостью.

Заряженная и вдохновленная, именно с Дианой я пришла к расцвету своих онлайн-проектов.

Не могу со 100 %-ной уверенностью сказать, что нам достаточно детей. Муж по классике жанра все еще хочет сына, хочет совместных гаражей, рыбалок, всего этого мужского. Он не прошел еще все стадии принятия того, что у него четыре дочери. Поэтому если случится еще одна беременность, то я с благодарностью ее приму и снова сделаю шаг в расширение.

На своем опыте я твердо убедилась – наше отношение к детям формирует нашу реальность. Можно жить в парадигме, что дети – это траты, ограничения и необходимость «поставить жизнь на паузу». Очень удобная позиция, согласны? Когда наши страхи идти в свой рост и в силу так огромны, мы зачастую прикрываемся детьми и откладываем реализацию.

А можно понять и принять, что ребенок – это благословение. И что каждый раз, когда приходит новое дитя, на него выделяется энергия и ресурсы. Это закон самой Жизни. И если сфокусироваться на этой мысли, вы начнете замечать доказательства этого закона. В вашем поле станут появляться многодетные мамы. Не так – успешные многодетные мамы.

Буквально на днях мы с мужем вернулись с бизнес-экскурсии по Калуге, где знакомились и общались с семьями, которые строят свои компании или даже уже империи. И я заметила одну вещь, которая, буду честной, меня задела…

В каждой из этих семей, когда жена уходила в декретный отпуск, она оставалась полноценным партнером, неотъемлемой частью бизнеса, важным вкладом в компанию. С ней считались. Ее содержали.

У меня же такой опции никогда не было. Чем бы мы ни занимались, сколько бы точек в Москве ни открыли, как бы кратно ни вырос наш доход, каждый декрет мне приходилось просить денег на сапоги. На сапоги, понимаете?

Что с моим мужем не так? Почему мне достался такой человек? Куда я смотрела 20 лет назад, когда говорила «Да»?