Читать книгу "Невинная. В уплату долга"

Глава 10.1 Илана

Никогда не думала, что может быть больно от одного только прикосновения, но это так. Когда Волк меня за талию хватает руками своими сильными и поднимает с пола, я испытываю жгучую и невыносимую боль. От одной только этой близости с ним.

В один миг я оказываюсь рядом с огромным высоким мужчиной, который способен сломать меня только двумя пальцами. И он сделает это. Обязательно закончит то, что начал в прошлый раз.

Наверное, я нарушила его план, когда выжила. Я должна была умереть у того леса ночью, где он выкинул меня, как использованную куклу. Еще хуже то, что я посмела забеременеть от зверя. И теперь Волк злится на меня еще больше. Куда больше.

Я смотрю на него и дышать не могу. В ошметках моей души, в самом сердце все кровоточит и горит адским пламенем. Искрится, изнутри всю выжигает. Истерика вперемешку с диким страхом захлестывают меня с такой силой, что я уже совсем не могу себя контролировать.

Кажется, Волк что-то спрашивает у меня, я слышу его стальной грубый голос, но не могу ничего ответить. Я вся застыла перед ним, превратилась в парализованную тростинку с бешено бьющимся сердцем.

Не могу смотреть в стальные глаза Романа. Не способна ни на что перед ним, кроме как содрогаться от ужаса и ожидания повторения боли.

Я продолжаю сильно кашлять, когда чувствую, как мужчина одним рывком укладывает меня лицом на кровать и придавливает коленом. Все случается так быстро, что я даже среагировать не успеваю.

Только снова оказавшись под ним, понимаю, что кошмар повторится. Он снова… сделает мне больно.

Волк очень тяжелый, и у меня нет никаких вариантов спастись от него сейчас. То, чего я так сильно боялась, произойдет опять. Он снова сделает это со мной, и на этот раз я точно не выживу.

Я готовлюсь к жуткой боли, вся превращаясь в безумный комок нервов, но ничего не случается. Вздрагиваю, когда слышу громкий треск разрываемого платья, и ощущаю мгновенный холод, разливающийся по оголенной спине.

От слез не вижу ничего перед собой, но понимаю, что Волк разорвал мой корсет, словно это была обычная марля. В этот момент мне тут же становится проще дышать. Намного. Кашель потихоньку отступает.

После мужчина переворачивает меня на спину и оказывается на мне сверху. Запредельно близко. Я сразу же ощущаю через платье его жар и крышесносный запах тела.

Стальной взгляд Романа в этот момент вселяет в меня ужас. Боже, как же он смотрит на меня… Как хищник на свою добычу. Жадно и вожделенно. Голодно. А еще… я отчетливо ощущаю животом его эрегированный член, который упирается прямо в меня, отчего слезы с моих глаз начинают стекать быстрее.

Сама от себя не ожидаю, как расцарапываю грудь Волка ногтями, срывая пуговицы с его рубашки, выдирая их с мясом и добираясь до пульсирующей плоти. Я использую свою единственную защиту, но этого ничтожно мало.

В один миг мужчина обхватывает мои руки своей огромной ладонью, заводя за голову. В этот момент я ощущаю жар его кожи, а еще невероятную силу, исходящую от его руки. Он очень силен, и против него у меня нет больше приемов.

В нос ударяет терпкий запах парфюма, и я закрываю глаза. Я боюсь его. До такой степени, что даже смотреть на него не могу, дышать не могу и даже плакать. Я просто умираю, распадаясь на микроскопические атомы, растворяясь полностью в его животной силе.

Внезапно Волк отпускает меня, недовольно бросив взгляд, и наконец я ощущаю долгожданное облегчение в теле. Но не в душе. Внутри все так же пламя адское пылает. Никак не могу успокоиться, пока он рядом.

Я отворачиваюсь от него и реву в подушку, не в силах больше сдерживать горькие слезы. Я испугалась этого мужчину. Испугалась, что он снова сделает мне больно, особенно после того, что я в этой комнате натворила. А я постаралась, судя по количеству битого стекла, лежащего на полу.

Я не знаю, чего ожидать от монстра, и застываю в ожидании, но уже через пару минут он просто молча уходит, громко хлопая дверью. Я отчетливо слышу звук от поворачивающегося ключа. Он закрыл меня. На замок.

Уже спустя несколько минут, вымотанная и обессиленная, я проваливаюсь в беспокойный сон и просыпаюсь лишь утром, когда лучи солнца освещают мою комнату из крохотного окна.

Кое-как поднявшись на кровати, обнаруживаю два больших пакета, которые стоят совсем рядом со мной. В душе тут же холодеет. Кто-то приходил сюда ночью, а я так крепко спала после пережитого ужаса, что даже не слышала этого…

Глава 10.2 Илана

Придерживая разорванное платье руками, опускаюсь на пол босыми ступнями. От слабости меня всю водит и еще жутко подташнивает, но я стараюсь отогнать это подальше. Сейчас точно не время раскисать.

Подхожу к пакетам, минуя битое стекло, и внутрь осторожно заглядываю. Не думаю, что там взрывчатка. Монстру куда более приятно было бы меня просто ножом распилить.

Внутри оказывается одежда. Женская, все точно моих размеров. Быстро по сторонам осматриваюсь и, как только убеждаюсь, что я точно одна в комнате, вынимаю одежду из пакетов.

Мягкие плюшевые спортивные костюмы, несколько футболок и маек, простое белье, носки, ночные сорочки, куртка. Еще нахожу расческу, зубную щетку и пару полотенец. Господи… неужели он думает, что я буду здесь настолько долго? Нет! Отец заберет меня. Он уже едет сюда со спецназом. Я уверена.

Сглатываю. Что мне делать?

Смотрю на свое платье разорванное, и плакать хочется. Одни ошметки уже от него остались. Если я и была невестой, то теперь больше на домовенка похожей стала.

Никогда бы не взяла ничего от Волка, но, будучи в грязном разорванном платье, выбирать не приходится. Достаю то, что мне точно нужно, и иду в ванную, которую обнаруживаю в этой комнате. Вчера я была в таком шоке, что даже не заметила ее, как и то, что входная дверь металлическая и долбить по ней кулаками было бессмысленно.

Оказавшись у зеркала, в отражении вижу не себя. На меня смотрит заплаканная девушка с жуткими черными разводами от туши. От вчерашнего нежного макияжа невесты не осталось и следа. Прическа безбожно испорчена. Губы искусаны от переживаний.

Из разорванного свадебного платья торчат нитки во все стороны, оголяя спину до пояса. Это сделали ЕГО руки ночью. Волк приходил ко мне. Он касался меня. А я… ревела белугой, будучи под ним, ожидая нестерпимой боли. Я не знаю, почему он передумал и не тронул меня. Я вообще теперь ничего не знаю.

Быстро стягиваю с себя это платье, отправляя его прямо в рядом стоящую урну. Вот и все, закончилась моя свадьба. Я ведь не хотела замуж, и это желание исполнилось, вот только попала я в куда более страшные руки. Те, что умеют терзать и делать больно.

Быстро принимаю душ и стираю остатки косметики. Выдираю шпильки и вымываю длинные тяжелые волосы, чувствуя невероятное облегчение после этого. Возвращаюсь в комнату и натягиваю принесенную мягкую одежду.

Наконец-то могу ощутить хоть капельку уюта, но не спокойствия. Ожидание неизвестности не дает мне успокоиться ни на миг. Я должна уйти отсюда. Никто не имеет права меня здесь удержать против моей воли!

Как только оглядываю комнату, понимаю, что ночью со мной что-то не то творилось. Здесь все в осколках, словно бомба тут взорвалась. Я даже телевизор разбила в клочья, хотя никогда бы не подумала, что способна на это.

Дверь все еще закрыта, но я все равно подхожу и чисто машинально нажимаю на ручку. На удивление, она сразу же поддается мне, и уже спустя секунду я оказываюсь в залитом светом длинном коридоре.

От одного только понимания, что я была не заперта и, может, уже давно могла бы спастись, неприятно жжет в груди.

Тут же вся подбираюсь и предельно тихо ступаю по коридору, быстро доходя до просторного холла с витражными окнами. Только сейчас могу отметить, что в доме все очень красиво обставлено и вычищено до блеска, вот только это не мой дом. Я вообще здесь даже не гостья.

Пройдя несколько шагов, замечаю слева гостиную, а напротив нее большую кухню, откуда доносятся насыщенные запахи жареного бекона, и меня тут же начинает мутить.

Делаю глубокий вдох и продолжаю идти дальше. Мне надо найти выход из этого логова, скорее…

– Далеко собралась? – стальной голос с заметной хрипотцой позади меня пробирает до костей за секунду. Из сотни миллионов его узнаю. Это Роман. И сейчас он стоит прямо за моей спиной.

Быстро оборачиваюсь и встречаюсь с прямым взглядом зверя. Мужчина стоит передо мной в черных спортивных штанах и такой же майке, облепляющей широкий торс.

Его волосы еще мокрые, словно он недавно принимал душ, и я отчетливо ощущаю этот свежий запах мужского парфюма. Высокий и мощный, как гора, Волк тут же занимает все пространство своей сильной энергетикой.

Его лицо как из камня высечено. Суровое. Страшное и дикое. Ухоженная короткая щетина. Пронизывающий меня насквозь взгляд не дает нормально вздохнуть. Я помню прекрасно этот голодный взгляд. И от него у меня кровь стынет в жилах.

Сглатываю, быстро втягивая воздух в легкие. Оголенная грудь, широкие плечи и крепкие жилистые руки, увенчанные выступающей сеткой вен, заставляют меня всю сжаться. Как давно он шел за мной?

Вся подбираюсь, превращаясь в комок нервов. Не знаю, куда себя деть и как скрыться от него. Зверь слишком близко, и я совсем не хочу этой близости, особенно после того, что произошло этой ночью.

Быстро на шаг назад отхожу, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Мне так спокойнее, хотя я бы спряталась от него за бетонной стеной. Опасливо смотрю на мужчину. От него можно всего ожидать. Если он набросится сейчас на меня, я даже закричать не смогу. Никто не услышит меня. Я немая, как рыбка в аквариуме. Давно уже.

Обхватываю себя руками. Ищу хоть какой-то защиты.

– Иди на кухню. Валентина тебе завтрак приготовила.

Волк коротко кивает в сторону кухни, сложив руки в карманы. Он смотрит на меня так… словно я какая-то мошка, которая попала ему под ноги совершенно случайным образом.

Сглатываю, пытаясь унять дрожь в теле, но даже не думаю двигаться с места. Какой, к черту, завтрак, если я тут как пленница?! Ну уж нет. Я не собираюсь подчиняться его приказам. Сегодня мне лучше, и я могу говорить с Волком. Хотя бы попытаться достучаться до этого монстра.

Сразу же перехожу на язык жестов. Он должен меня понять.

– Отпустите меня немедленно, психопат! Отец вас посадит за это. Дайте телефон! Мне надо написать отцу.

Я стараюсь передавать все простыми жестами, но зверь так и продолжает сверлить меня суровым презрительным взглядом. Он даже рук из карманов не вытаскивает и смотрит на мои жесты как на кусок дерьма.

Злость мгновенно подкатывает к горлу, когда я вижу, что Роман не понимает. Вообще ни одного жеста, и понимать даже не пытается. Он смотрит на меня, как на глупую игрушку, которая просто так машет перед ним руками. Проклятье!

– Все сказала? А теперь послушай меня. Ты должна быть послушной девочкой и не создавать мне проблем. Иди на кухню, моему ребенку в твоем животе надо поесть. Вечером проверю, как ты себя вела, – низкий бархатный голос разрезает тишину между нами и еще больше увеличивает пропасть, в которой, кажется, и так уже нет дна.

Как я ни стараюсь возразить, Волк просто игнорирует меня. Ему вообще не интересно, что я ему пытаюсь сказать жестами. Уже через секунду он просто обходит меня и поднимается по ступенькам на второй этаж, оставляя меня ни с чем.

Я как дура так и остаюсь стоять в этом огромном холле, с ужасом понимая, что отпускать меня отсюда точно никто не собирается.

В животе предательски урчит. Я ничего не ела со вчерашнего утра, да и то перед свадьбой ничего, кроме чашки чая с печеньем, в меня не влезло. Прикладываю руки к животу. Мне жалко маленького. Он точно проголодался.

– Милая, проходи, не стесняйся, – мелодичный женский голос заставляет быстро поднять глаза. Из кухни выглядывает пожилая женщина низкого роста, с собранными в тугой узел черными волосами. Она вытирает руки о полотенце и приглашающе машет мне.

– Заходи, моя хорошая. Завтрак уже на столе.

Тут же питаю надежду, что хоть один адекватный человек тут должен быть. Подбегаю к ней, стараясь держать себя в руках. Она обязана мне помочь.

– Помогите мне, умоляю! Меня тут насильно удерживают. Он… похитил меня. Прошу, вызовите полицию!

Показываю ей, что хочу, но женщина лишь ресницами темными хлопает на меня. Она тоже не понимает языка жестов и, что еще хуже, не настроена мне помогать.

– Что ты показываешь? Я не понимаю тебя. Садись, девочка, уже все остыло.

Мои руки тут же опускаются. Рыдать хочется оттого, что я ничего голосом сказать не могу, а написать даже не на чем. Проклятье!

Как ни стараюсь, Валентина вообще меня не понимает, а потом просто отказывается даже слушать, переключившись на приготовление какого-то пирога.

Она усаживает меня за стол, весь едой заваленный, а у меня ком стоит в горле. Я ничего не хочу. Не хочу!

– Поешь, деточка, надо сил набираться. Вон какая худая, не кормят тебя, что ли, совсем? Поешь, сладкая. Поешь.

Женщина подает мне тарелку, на которой я вижу жареный бекон с яичницей и какую-то мясную нарезку. Приготовлено как в ресторане, однако, как только мне в нос ударяет запах жареного мяса, к горлу тут же подкатывает тошнота, и меня сдувает от стола за секунду.

Не зная, где тут еще есть туалет, я бегу в комнатушку, в которой провела эту ночь.

Меня тошнит. Так сильно, что, кажется, я скоро выплюю последние кишки. Полоскаю рот и умываюсь, смывая горькие слезы. Беременность с первых недель дается мне трудно, и что еще хуже – я вообще не представляю, что с этим делать.

Весь день я провожу в постели, чувствуя невероятную слабость в теле. Я больше не выхожу на завтрак, так же как и на обед или ужин. Пытаюсь только еще раз спуститься на кухню, чтоб попросить чая, но оттуда снова доносится запах чего-то жареного, от которого я несусь обратно к себе.

Через маленькое окошко в своей камере я вижу высокий забор и ходящую по периметру охрану, больше похожую на профессиональный спецназ. Они вооружены до зубов, а у меня из оружия разве что шпилька для волос. Мне не выбраться.

Обхватываю голову руками. Папа, я здесь уже сутки, ну где же ты?

К горлу подступает горький ком. Я должна сбежать отсюда, иначе зверь не пощадит моего ребенка, не говоря уже обо мне. Я вижу в его глазах только злость и желание мести, вот только совсем не понимаю за что. Что я сделала ему, чтобы быть таким… жестоким?

Встаю на носочки и смотрю через окно. На улице уже темно, поэтому я вижу лишь примерно, что рядом с забором растет большое дерево, нижние ветки которого опускаются прямо к земле. Я могла бы, могла…

– Даже не думай.

Вздрагиваю. Грубый мужской голос заставляет быстро отскочить от окна. Сердце сразу же пропускает пару ударов. Я вообще не услышала, что здесь больше не одна.

Передо мной стоит Волк, и, кажется, он недоволен. Мужчина так смотрит на меня, что хочется прикрыться одеялом. Десятком одеял.

Быстро отступаю от него подальше, но Роман ближе подходит, заставляя вжаться в холодную стену спиной. Мне не скрыться от него. Он слишком близко.

– Валентина передала, что ты не ела ничего весь день. Это правда?

Киваю. Он все равно уже поверил своей служанке, какой смысл спорить. Опасливо смотрю в серые глаза Волка. Мужчина недоволен. Замечаю, как ходят желваки на его скулах. Что он…

Вскрикиваю без звука, когда Волк хватает меня за руку и тащит на выход. Бесцеремонно. Грубо. Без права на отказ.

Тут же упираться начинаю, чуть ли не заваливаясь на пол. Прикосновение его руки обжигает меня до костей. Кажется, даже следы остаются. От ожогов.

– Не брыкайся. Я тебе не папочка, чтоб твои закидоны терпеть.

Как ни упираюсь, сил у этого зверя в тысячу раз больше, чем у меня. Сколько ему лет? Волк выглядит старше меня. Гораздо старше. Он вообще не похож на парней из университета, с которыми я учусь. В нем все через край прямо бьет. Грубая сила, необузданная жестокость и еще… невероятная сексуальность.

Мужчина крепко за руку меня держит и доводит прямо до кухни, усаживая на стул и пододвигая к столу, как маленькую.

Уже через минуту мне подают блюдо. Жареный стейк с соусом. Такой горячий, что от него все еще валит пар, острыми запахами забиваясь мне в нос.