Текст книги "Шпионы тоже лохи"
![](/books_files/covers/thumbs_240/shpiony-tozhe-lohi-150026.jpg)
Автор книги: Екатерина Вильмонт
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Екатерина Вильмонт
Шпионы тоже лохи
© Вильмонт Е.Н., 2017
© ООО «Издательство АСТ», 2018
* * *
Неожиданные предложения
– Михаил Андреевич, – окликнул Боброва незнакомый мужчина весьма внушительного вида – большой, толстый, но с добродушным лицом.
– Мы знакомы?
– Пока нет, но я горю желанием познакомиться. Костенко, Игорь Олегович, издатель.
– Издатель? И чем я обязан такой чести? – недовольно поморщился Бобров. Он не любил таких непонятных знакомств, хотя Костенко не внушил ему никаких опасений.
– Михаил Андреевич, у меня к вам два деловых предложения.
– Вот как? Сразу два? Интересно.
– Да, вот такой я деловой, – добродушно усмехнулся Костенко, – и если вы сейчас не очень торопитесь, то предлагаю немедленно спуститься и пообедать в ресторане, тут, по соседству, поверьте, заведение вполне достойное. Разговор займет максимум час.
Бобров взглянул на часы.
– Ну что ж, Игорь Олегович, вы меня заинтриговали. Я готов.
Они спустились на лифте в обширный вестибюль бизнес-центра и вышли на улицу. Было холодно и промозгло.
– Тут два шага, – успокоил Боброва Костенко.
Они сели за столик, Костенко щелкнул пальцами, как в кино, и немедленно возник официант с меню.
– Итак, Михаил Андреевич…
– Простите, одну минутку, я должен позвонить жене… Алло, маленькая, я не успею к обеду, возникли кое-какие дела, а потом у меня консультации в МИДе. Буду поздно, не скучай. Итак, Игорь Олегович, я вас слушаю.
– Михаил Андреевич, я тут познакомился с вашей, прямо скажем, незаурядной биографией, почерпнул сведения из разных источников, это фантастически интересно, и я хотел бы издать роман, да-да, не удивляйтесь, именно роман о вашей истории… о вас…
– Роман? И кто будет писать этот роман? – скептически вздернул бровь Бобров.
– Есть молодой, но очень перспективный автор… у нее прекрасное перо…
– Это еще и дама? Ну, допустим, а что от меня-то требуется? Пусть ваша перспективная авторесса пишет, что хочет, разумеется, без упоминания моих анкетных данных. Чего вы от меня-то хотите?
– Я хочу, чтобы вы были консультантом, ну и, по мере возможности, посвятили нашу писательницу в некоторые специфические детали вашей… э… шпионской деятельности.
– О нет, увольте! Единственное, на что я готов согласиться, это время от времени просматривать то, что напишет ваша дама и убирать явные нелепости, рожденные дамским воображением. Не более того.
– Ох, батенька, и строги же вы! – улыбнулся Костенко. – Ну что ж, это все же лучше, чем ничего. И второе – не согласитесь ли вы проглядеть с той же целью один сценарий на ту же тему. Мой брат – режиссер, проект очень перспективный, но Диме, это мой брат, многое там кажется абсурдным. Разумеется, ваши консультации будут хорошо, да нет, очень хорошо оплачены.
– А если я сочту весь этот сценарий бредом?
– Значит, вы откровенно скажете, что это бред, только и всего.
– Ну что ж, пожалуй, это даже любопытно. С киношниками я пока дела не имел.
– Вот и отлично, значит у вас пока нет предубеждений и ваше мнение будет непредвзятым.
– Ну, это скорее всего до первого прочтения, – рассмеялся Бобров.
– Не верите вы в наше кино.
– А вдруг поверю, чем черт не шутит, – лукаво усмехнулся Бобров.
Ох, и непростой мужик, подумал Костенко, мы с ним еще хлебнем, но игра все же стоит свеч.
– Михаил Андреевич, может, по рюмочке за наше теперь общее дело?
– О нет, я за рулем. Да и рановато пока. А скажите, Игорь Олегович, кто же все-таки будет писать роман?
– Есть такая Нонна Слепнева, очень-очень одаренная женщина. Я выпустил два ее романа, они прошли на ура! Идея романа о вас принадлежит ей и, если честно, написано уже больше трети…
– Отважная дамочка, – хмыкнул Бобров.
– Нонна буквально влюблена в вас, точнее, в своего героя, и, коль скоро мы нашли с вами общий язык, не сочтите за труд проглядеть написанное.
– Ну, как говорится, взялся за гуж… Только я не обещаю сделать это в ближайшие дни, поймите, времени совсем нет.
– О, вполне понимаю, но, Михаил Андреевич, дело с романом пока, что называется, не горит, а вот сценарий надо бы побыстрее…
– Хорошо, сбросьте мне текст, почитаю в самолете.
– Не смею спросить, далеко ли собрались. Нет, это не любопытство, просто хочу прикинуть, успеете ли прочесть за время полета, впрочем, это неважно. А вот роман, он пока только на бумаге, не сердитесь, но наша Нонна, хоть и молодая, но пишет исключительно от руки.
– О, это как-то обнадеживает!
И Костенко извлек из объемистого портфеля папку и бланк договора.
– Вот, это машинопись, а это договор. Прошу вас, прочтите его прямо сейчас, может, сразу и подпишем, чтобы вы не сомневались?
– Ну и темпы у вас, сударь!
Бобров поймал себя на том, что ему определенно нравится этот толстяк, он, конечно, жук, но обаятельный и не подлый.
– Ну что ж, Игорь Олегович, – пробежав глазами договор, сказал Бобров, – все вроде бы нормально, но я тем не менее хочу изучить сей документ подробно, извините, но подписывать какие бы то ни было документы с первого взгляда не привык.
– Понимаю, понимаю, но поверьте, там нет никаких подводных камней.
– И все-таки я привык полагаться только на себя.
– Принцип, заслуживающий большого уважения. А то иной раз человек на радостях подмахнет договор не глядя, а потом начинается…
Они пообедали и расстались вполне довольные друг другом.
Бобров улетел на Дальний Восток, на остров Русский. Ему не хотелось надолго оставлять жену, но дела требовали его присутствия, к тому же ему было интересно, он никогда еще не был на Дальнем Востоке.
Дневник
Миша опять уехал. Грустно. Вот почему так – кажется, у нас такая любовь, такое совпадение во всем, такое счастье… и вдруг в один прекрасный день понимаешь – что-то уходит или уже ушло, кончилось… Нет, я знаю, он действительно любит меня, хочет по-прежнему, но я все меньше места занимаю в его жизни. Он теперь постоянно занят, его это радует, он окончательно излечился от своей прошлой жизни, забыл о бытовой технике, нашел себя в новой реальности. Это естественно для мужчины, а он мужчина даже не на сто, а на двести процентов, и я убеждена, случись со мной что-то плохое, он бросит все и придет на помощь. Но у него столько тайн! Его прошлая шпионская жизнь наложила на него такой отпечаток… Он редко делится со мной, привык все держать в себе. Мы вместе уже почти год, а он до сих пор ни слова не сказал мне о своей погибшей жене, как будто ее и не было в его жизни. Если бы Миля мне не сказала о ней, я бы и не знала. А задавать ему такие вопросы я не хочу, боюсь. Он замечательный, мой Миша, добрый, умный и любит меня, но мне приходится довольствоваться лишь малой толикой его жизни… Мы так хотим ребенка, но доктор Пыжик пока не разрешил. Короче, мне грустно. Ничего, переживу, главное – не подавать виду, встречать его улыбкой, которой он так всегда радуется, и быть ему хорошей женой… А я хорошая жена?
Радио «Солнце», где работала Марта, внезапно закрыли. То есть слухи об этом ходили давно, но вот свершилось, Марта и Вика долго плакали.
– Что мы теперь будем делать? – рыдала Вика.
– Однозначно – искать новую работу, – всхлипывала Марта.
– Ты пойми, даже если мы найдем нормальную работу, мы никогда уже не будем работать вместе. У тебя твой Бобров, у меня Пыжик, они, конечно, школьные друзья, но у них настолько разные жизненные интересы…
– Нет, Вика, – решительно заявила Марта, – это глупости, мы же с тобой и до радио «Солнце» дружили, так что ж мы теперь разбежимся?
– Мы не разбежимся, но сама жизнь нас может развести…
– Что ж, по-твоему, дружить можно только с коллегами? – рассердилась Марта. – Тогда этой дружбе вообще грош цена.
– Да, пожалуй, ты права, – задумчиво проговорила Вика. – А что твой Бобров говорит?
– Ну что он говорит! «Не расстраивайся, маленькая, проживем! Я теперь хорошо зарабатываю…»
– А помочь в поисках работы не предлагал?
– Нет, хотя у него конечно же есть возможности. Знаешь, Вика, так вообще-то странно… Он вот заявляет, что хорошо зарабатывает, а сколько именно, не говорит, и еще одна странность… Он все собирался поменять машину, еще два месяца назад. А потом вдруг словно забыл об этом. Я спросила, почему он новую машину не покупает, а он засмеялся и сказал: «Просто раньше я хотел одну машину, а теперь хочу другую, но у меня на нее пока нет денег…»
– Да?
– Да! А что ты так на меня смотришь? Ты что-то знаешь?
– Кое-что знаю, но не уверена, то ли это…
– Вика! Сию минуту говори, что ты знаешь?
– Я думаю, он эти деньги отдал тому киллеру.
– Киллеру? – в ужасе вскинулась Марта. – Какому киллеру, что ты плетешь?
– Значит, он тебе ничего не сказал…
– Вика! – вдруг топнула ногой Марта. – Сию минуту говори, что знаешь!
– Ладно, скажу, а вот ты молчи. Ни слова Мише… Я знаю, ты умеешь держать язык за зубами.
– Ну не мучай меня! – в слезах взмолилась Марта.
– Ладно, слушай! В один прекрасный день твой Бобров примчался ко мне домой и буквально с ножом к горлу потребовал от меня ответа, что связывает тебя с Горшениным. Я растерялась, не знала, как быть, экала, мекала, тогда он взбесился, а я испугалась. Короче, он сказал, что Горшенин нанял киллера, чтобы тебя убить…
– Господи помилуй! И что?
– Этот киллер не пожелал мокрушничать и явился к Боброву за бабками. Не знаю, о какой сумме шла речь, но уверена – деньги на машину ушли к киллеру. Значит, он тебе ничего не сказал… Настоящий мужик, не стал тебя пугать…
– Нет, ну надо же… Понимаешь, когда стало известно, что Горшенин сбежал, я почему-то заподозрила, что это дело рук Миши, а почему и сама не знаю. Он как-то вернулся домой и у него были сбиты костяшки пальцев, значит, он дрался… И я его спросила напрямик, не его ли это рук дело, а он только засмеялся и приложил палец к губам… Ох, значит, он знает про изнасилование… Это ужасно… просто ужасно… – горько разрыдалась Марта.
– Кончай реветь! Он что, стал хуже к тебе относиться? Не спит с тобой?
– Спит… и стал, кажется, еще нежнее.
– Тогда забудь все это как страшный сон.
– Господи, я же буду теперь любить его еще больше, но это же невозможно…
– Мой тебе совет – никогда и ни под каким видом не говори с ним об этой истории.
– Ну, на это и моего скудного умишки хватит, – улыбнулась Марта.
А Вика подумала: да за такую улыбку твой Бобров, не то что денег, а жизни не пожалеет.
…Бобров в самолете читал сценарий. Боже, какое фуфло! Джеймс Бонд для бедных! Неужто сами не понимают, что это никуда не годится? Нет, видимо, все-таки понимают, ежели ко мне обратились. Такое впечатление, что действие происходит в середине двадцатого века, когда не было ни персональных компьютеров, ни всех современных средств связи, а между тем сюжет крутится вокруг Олимпиады в Сочи. Абсурд! Бред! Чистой воды бред! Но Бобров был человеком добросовестным, а полет долгим, и он прочел сценарий до конца. И тут же написал весьма эмоциональный отзыв и отправил его Костенко. Интересно, какой идиот это писал? Бобров был зол. Воображаю, что там понаписала обо мне какая-то дамочка… Хорошо, что я оставил рукопись дома, а то от злости меня бы тут разорвало. Нет, о разведке могут писать только профессиональные разведчики. А все эти дилетанты… И какого черта я ввязался в эту историю?
Дневник
То, что мне рассказала Вика потрясло меня до глубины души. Миша все знает… Но, похоже, он просто любит меня и еще жалеет. Могу себе представить, что он пережил, когда к нему явился киллер. Тот, видимо, и сам не знал, за что меня надо убить, и Миша кинулся к Вике, чтобы понять… Господи, и у меня еще были к нему какие-то претензии. Дура! Идиотка! Я же знала, за кого выхожу замуж. Он просто привык все таить в себе. И пусть… Все равно я самая счастливая! И надо во что бы то ни стало найти работу, а то от безделья опять в голову полезут всякие дурацкие мысли. Голова-то глупая…
Природа Дальнего Востока привела Боброва в восторг. Такая мощь, такое величие. Надо будет обязательно привезти сюда мою Марту. Человек должен видеть это! Я так ясно представляю себе, как она плачет от восхищения всеми этими красотами, плакса моя любимая. А потом улыбнется сквозь слезы, и я в который уж раз сойду с ума от этой улыбки. Стоя на берегу океана, он вдруг подумал: кажется это можно назвать счастьем – работы невпроворот, я нужен, востребован, напряжение и опасности прежней жизни отпустили меня, мне интересно жить так, как я сейчас живу, и у меня есть Марта, женщина, которая мне по-настоящему необходима и явно предназначена судьбой. Выходит, я счастливый человек. И вдруг стало страшно, страшно до ужаса – так ведь не бывает!
Все от безделья
Марта замерзла и зашла в первое попавшееся кафе. Согреться и выпить кофе. Она долго слонялась по улицам, просто не зная, чем себя занять. Работы нет, муж в отъезде, готовить не надо, дом в порядке. Вот и таскалась по городу без всякой цели, зашла в обувной магазин, примерила красивые сапожки, но они оказались неудобными. Другие примерять не стала и решила пойти домой пешком – по крайней мере хоть физическая нагрузка. А в результате она сидит в кафе, пьет кофе и лопает торт. Черт знает что!
Вдруг к ее столику подбежала девчушка лет шести, хорошенькая, с рыжими кудряшками и вся в веснушках.
– Здрасте, – сказала девочка и улыбнулась.
– Привет, – улыбнулась ей Марта. – Ты откуда?
– Отсюда. Мама в туалет пошла, а мне скучно. Меня зовут Марфа!
– Марфа? А я Марта, разница всего в одну букву.
– Марта? А почему?
– Что почему?
– Почему вас зовут Марта?
– А тебя почему Марфой звать?
– Потому что Марфой зовут мою бабушку.
– А, поняла, а я родилась в марте, вот меня и назвали Мартой.
К столику подошла женщина лет сорока, очень худая и какая-то болезненная с виду.
– Извините ради бога, дочка совершенно не может быть одна…
– Да что вы, у вас очаровательная дочка, мне приятно было с ней поболтать.
– Мама, у нас с этой тетей разница в одну букву!
– Что это значит?
– Меня зовут Марта.
– А… Ну, в таком случае и мне следует представиться. Я Софья.
– Очень приятно, – улыбнулась Марта.
– Ой, какая вы красивая, когда так улыбаетесь!
– Спасибо!
– Ну, нам пора! Идем, Марфа! Будьте здоровы!
– И вам всего хорошего.
Софья с Марфой ушли.
Прошло три дня. Завтра должен вернуться Бобров, надо приготовить ему что-то вкусное, что он особенно любит. Продумав меню, Марта собралась было пойти в ближайший супермаркет, но передумала и решила смотаться на Рижский рынок. Она любила готовить для мужа и любила ходить по рынку. Сказано – сделано! Она выбрала большой кусок хорошей нежирной баранины, купила свежих овощей, потом вспомнила, что недавно ела у Вики рис с куркумой и купила кулечек куркумы. Вдруг кто-то дернул ее за полу пальто.
– Тетя Марта, здравствуйте!
– О! Марфа! Здравствуй, дорогая! – обрадовалась Марта. – Ты с кем здесь?
– С мамой! Вон она, рыбу выбирает! Мама, мама, смотри, тетя Марта.
– Ох, здравствуйте, – заулыбалась Софья. – Знаете, Марфа в вас просто влюбилась. Все твердит – хочу к тете Марте!
– У вас очень славная дочка. И такая хорошенька!
Марта совершенно не знала, как ей дальше быть. Почему-то вдруг захотелось поскорее уйти.
– Ради бога извините меня, но мне нужно спешить, сегодня муж возвращается…
– Да-да, конечно. Всего вам доброго!
И хотя Марта купила далеко не все, что собиралась, но, подхватив пакеты, выбежала на Проспект Мира и поймала такси. Она и сама не могла бы объяснить, в чем дело. Почему-то эта Софья внушала ей страх. Но ведь это бред. Она же ровным счетом ничего от меня не хотела. И если бы не ребенок, скорее всего и не подошла бы ко мне… Это все у меня от безделья…
Ей позвонила тетка Боброва Милица Артемьевна.
– Мартинька, как ты? Мишка все в разъездах? Я видела его в новостях.
– Где?
– Ну там, на острове Русский, он мелькнул, когда показывали этот, как его, форум, что ли… Я горжусь своим племянником.
– Он завтра возвращается, а я, похоже, схожу с ума без работы.
– Ничего, найдешь ты работу. Кто ищет, тот всегда найдет, забыла нешто!
– Вот разве что…
…Бобров вернулся домой веселый, сияющий.
– Маленькая, при первой же возможности махнем с тобой на Дальний Восток! Это надо видеть! Ой, как вкусно пахнет! Да, в гостях хорошо, а дома все равно лучше. Ты с Милей говорила?
– Говорила, конечно. У нее все в порядке, но скучает, говорит, если бы не Тимошка, совсем бы плохо…
– В субботу поедем к ней.
– Обязательно!
– Ну, а что ты тут без меня делала?
– Работу искала. Пока тщетно.
– Ничего, найдется работа, – беспечно махнул рукой Бобров. – И чего тебе неймется, другие женщины мечтают сидеть дома.
– Вот и женился бы на такой, мечтающей! – вдруг выкрикнула Марта.
Бобров удивился.
– Маленькая, ты чего? Что-то случилось?
– Ничего не случилось, просто у меня от безделья уже крыша едет.
И Марта рассказала мужу о встречах с Марфой и ее матерью.
– Ну, ты даешь! Мало ли с кем можно столкнуться два раза подряд в одном районе. Да, нервишки гуляют. Ладно, так и быть, поговорю кое с кем. Конечно, работы радиоведущей я не обещаю, но что-то придумается.
И когда Марта ушла в ванную, он позвонил Костенко.
– Ох, Михаил Андреевич, получил ваш отзыв… Это катастрофа!
– Согласен. Знаете, разведка это область, не терпящая дилетантизма, даже в кино.
– Михаил Андреевич, голубчик, мой брат жаждет встретиться с вами лично, все обсудить, может, вы кого-то порекомендуете для работы над сценарием, а вы будете числиться главным консультантом, мы напишем в титрах.
– Ну, это последнее, что мне в этой жизни нужно, но у меня возникла одна идея. Полагаю, такой вариант устроит всех.
– Я весь внимание!
– Возьмите в соавторы сценария мою жену.
– Но…
– Погодите, Игорь Олегович! Моя жена выпускница журфака. У нее отличное перо и, как вы понимаете, в такой ситуации я буду отслеживать буквально каждый шаг…
– Да, но…
– К тому же в том варианте сценария, который я читал, великое множество языковых погрешностей, элементарной безграмотности, и участие интеллигентной и в высшей степени грамотной женщины было бы нелишним.
– Вы, разумеется, правы, но я должен поговорить с братом, в этом раскладе я ведь только посредник, – промямлил Костенко.
– Игорь Олегович, я не стану больше ничего вам навязывать, это не в моих правилах, но ищите себе другого консультанта, в конце концов я свою часть договоренности выполнил, прочел этот бред и хватит с меня.
– Постойте, Михаил Андреевич, я же не сказал «нет». Давайте встретимся, я буду с братом, вы с вашей супругой и мы поговорим…
– Ну что ж, попытка не пытка, – согласился Бобров.
Они условились на днях поужинать вчетвером и все обсудить. Бобров был очень собой доволен. И когда Марта вышла из ванной в красивом шелковом халате, пахнущая его любимыми духами и такая соблазнительная, что он едва удержался, чтобы не увлечь ее сразу в спальню.
– Маленькая, кажется, я нашел тебе работу.
– Работу? Какую?
– Которая, на мой взгляд, устроит всех.
– Кого всех?
Бобров ввел ее в курс дела.
– Миша, но это абсурд! Что я смыслю в вашем шпионском деле?
– В шпионском деле смыслю я, твой муж! И поверь, я своей любимой жене никогда не откажу в консультации. К тому же этот сценарий написан из рук вон плохо, уж с этим ты справишься вне всяких сомнений.
– Миша, ты не понимаешь, чтобы писать сценарий, надо иметь особый взгляд и образ мысли, сценарист должен мыслить… как бы это сказать… картинками, а мне это не дано и вообще…
– Что?
– Ты подумай, как ко мне будут там относиться? Как к досадной помехе, сугубо непрофессиональной бабенке, которая ни в чем кроме русского языка не смыслит, а русский язык их волнует в последнюю очередь. Я буду чувствовать себя ужасно! Нет, нет и нет!
Бобров озадаченно смотрел на жену. Она не плакала как обычно, а говорила твердо, уверенно, и непоколебимо. Надо же, какая она…
– Маленькая, а ведь ты права! Мне показалось…
– Тебе показалось, Мишенька, – улыбнулась Марта.
– Ну хорошо. Но у меня есть к тебе просьба.
– Какая?
– Видишь ли… даже не знаю как сказать…
– Ты? – удивилась Марта. – Ты не знаешь как сказать? Что же это за просьба, я даже боюсь…
– Видишь ли, в одном издательстве хотят издать роман обо мне.
– Роман о тебе? И ты хочешь, чтобы я его написала? – вытаращила глаза Марта.
– Нет, там уже его пишут, – как-то смущенно проговорил Бобров, хотя смущение было ему несвойственно.
– Обалдеть! И кто его пишет?
– Какая-то Нонна Слепнева. Я смотрел в Интернете, там о ней практически ничего нет, но издатель говорит, что издал два ее романа…
– Так что ты от меня-то хочешь?
– Прочти то, что уже написано, посмотри, съедобно ли это вообще. Мне просто некогда, да и глупо как-то читать недописанный роман о себе… Бредятина какая-то.
– А там уже много написано?
– Издатель сказал, что треть примерно… Вот в этой папке…
– Мишка, и ты даже не заглянул в текст?
– Да ну… Совестно как-то… – скривился Бобров.
– Ладно, погляжу! Интересно все-таки прочесть роман о собственном муже. Послушай, а с чего эта тетка взялась писать о тебе? Ты с ней знаком?
– Да сроду даже не слыхал о ней! Но Костенко, это издатель, говорит, что она читала обо мне в прессе и вот… вдохновилась… Ну, это не впрямую обо мне, наверное, просто…
– Тогда зачем им твое мнение?
– Я думаю, не мнение им нужно, а мои консультации, чтобы тетенька не написала каких-то несусветных глупостей. Маленькая, пожалуйста, прочти и попробуй взглянуть на это непредвзято!
– Попробую. Хотя не ручаюсь… Она пишет не на компьютере? Странно, наверное, уже немолодая тетка… – предположила Марта. – Но это хорошо, не люблю читать книги в компьютере.
– Ты, если что-то касается разведки, помечай галочкой, потом мне покажешь.
– Ну конечно!
– А относительно работы над сценарием ты права, маленькая! И я тебя уважаю.
Утром, проводив мужа, Марта открыла пресловутую папку. Названия у романа пока не было. Фамилия героя была Барсуков. Борис Барсуков. Роман был очень неплохо написан и достаточно увлекательно. Там все начиналось с детства героя. Он, как и Бобров, вырос в Москве в хорошей интеллигентной семье, но дядька героя был разведчиком и его история так увлекла мальчишку, что он решил пойти по стопам родственника, вопреки воле родителей. Но родители погибли в автокатастрофе, и парня взял тот самый родственник, бывший разведчик. Пока особых совпадений с жизнью Боброва Марта не обнаружила. Но это была лишь первая глава. А дальше… Хотя Марта почти ничего не знала о жизни Боброва за границей, но она вдруг почувствовала, что писательница по уши влюблена в своего героя, и вдруг показалось, что она знает о Боброве куда больше, чем Марта. Что это значит? Марта узнавала какие-то черты своего мужа в этом Барсукове, и даже какие-то его обороты речи… Он, например, называет там свою жену «малышка», а Бобров всегда говорит жене «маленькая». Марта вскочила и бросилась к компьютеру. Набрала в поисковике «Нонна Слепнева». Сведения минимальные: родилась в Пскове, окончила педагогический институт, какой именно, не сказано, написала два романа, не замужем, и какая-то невразумительная фотография. Ей тридцать два года. Живет в Псковской области. Что-то преподает в школе. Ерунда какая-то… Марта не поверила этим сведениям. Они явно выложены в Сеть лишь для того, чтобы навести тень на плетень. У Марты вдруг зародились нехорошие подозрения. Может быть, она какая-то знакомая Миши? Может, как-то связана с ним, может, тоже бывшая разведчица, хотя вряд ли, иначе в Интернете была бы более приемлемая легенда… Или они где-то пересеклись с Мишей, она влюбилась в него и решила о нем написать. Это возможно, вполне возможно: он ведь живой человек, а мужчины полигамны, и если Миша не устоял… Дамочка рисует своего Барсукова эдаким мачо, рыцарем без страха и упрека. Но ведь мой Миша такой и есть… По крайней мере на первый взгляд. Это только я знаю, каким он был, когда мы встретились. Как утыкался лицом мне в грудь и замирал, а я думала, что он плачет, но глаза оставались сухими. Да ну, ерунда, я бы почувствовала, если бы Миша мне изменил. Просто эта Нонна Слепнева, похоже, талантливая писательница, нашла кучу сведений о Мише и в прессе, и в Сети, из некоторых его интервью почерпнула какие-то мелочи и использовала в романе… Она вполне могла увидеть его по телевизору и влюбиться в него. Если б я такого увидела, тоже влюбилась бы, но я вытянула в жизни счастливый билет и нечего придумывать себе всякие ужасы! Марта дочитала рукопись. Если отбросить дурацкие мысли, роман ей скорее понравился.
Бобров вернулся домой очень поздно, бледный от усталости, ни о чем не спросил. Марта видела, что он раздражен и, пожалуй, даже зол.
– Миша, что-то случилось? Неприятности?
– Да нет, просто проторчал в пробке полтора часа, поневоле взбесишься… Но вот домой пришел, сразу легче стало. И еще я голоден как волк!
– Садись, буду кормить.
Когда Бобров утолил первый голод, Марта сказала:
– Миш, я прочла роман.
– И что скажешь?
– Она талантливая, эта женщина. Пишет хорошо и просто по уши влюблена в своего Барсукова…
– Барсукова?
– Ну, Барсуков это Бобров. И, похоже, она знает о тебе больше, чем я.
– Что за бред!
– Мне так показалось. Но пишет хорошо. Я отметила там несколько абзацев, которые внушили мне сомнения, ты потом взгляни.
– Нет, пока не буду смотреть. Вот когда весь роман будет написан…
– Нет, так не годится, может, она начнет развивать эту тему и наделает кучу ляпов, а потом исправлять будет трудно.
– Ох, маленькая, твоя доброта поистине безмерна, – засмеялся он. – Ладно, завтра посмотрю.
Дневник
Господи, как мне трудно бывает сдерживать себя, свое любопытство, свою ревность! Хотя к кому ревновать? К какой-то тетке, которая пишет роман? Нет, я ревную его и к прошлой жизни, и к нынешней, ко всем этим его бесчисленным делам, к радио, телевидению, к студенткам, которые, по словам Вики, чуть ли не поголовно в него влюблены. Понимаю, это глупо.
Зазвонил телефон. Корней!
– Мартуся, привет!
– Привет, Корнюша! Как жизнь? Работу нашел?
– Да вот есть предложение, но не мне, а нам обоим!
– Да ты что! – обрадовалась Марта. – Что за предложение?
– Оказывается, мы с тобой – бренд!
– И что?
– Предлагают нам вместе вести всякие корпоративчики, концертики. Как ты на это смотришь?
– То есть не на радио?
– Нет!
– Есть уже что-то конкретное или это пока просто разговоры?
– Нет, вполне конкретно. В ближайшую пятницу предлагают провести корпоратив в клубе…
– Что за клуб?
– Очень приличное место для солидных людей. И очень прилично платят. Юбилей одного банка. Сейчас немодно уже отмечать такие штуки с бешеным размахом и приглашать суперзвезд. А мы хоть и не звезды, но все-таки раскрученный бренд. Мартуся, соглашайся! У меня дети. А один я, сама понимаешь, не бренд!
– Господи, Корнюш, я согласна конечно же, сама без работы дохну!
– А твой шпион возражать не будет?
– С чего бы ему возражать!
– Вот и славно! Ты сегодня дома? А то я бы заехал, мы бы все прикинули, набросали примерный сценарий, а завтра уже вдвоем встретились бы с заказчиком?
– Приезжай!
Марта ликовала! Наконец-то! А может, кто-то в результате опять пригласит нас на радио? Вот кто-то вспомнил о нас и предложил эту работу. Конечно, все будет зависеть от того, как мы проведем первый наш корпоратив. Корней когда-то с этого начинал, он поможет, он надежный товарищ.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?