Читать книгу "Злодейский путь!.. Том 1 и 2"

Глава 17. Шествие голодных духов

Осеннее шествие духов было похоже на карнавальную процессию. Некоторые духи несли фонари, некоторые сами являлись фонариками, и над процессией витали призрачные огни. Выглядело празднично! Кого только не углядел в этой толпе скрытый под маской Ал. Твари, доселе невиданные, предстали перед ним, но самое удивительное – не спешили нападать!

Когда шествие проносилось над местом, где стояли скрытые под масками духов учитель Шен, мастер Муан и Ал, их словно бы затянуло в этот строй. Через мгновение Ал обнаружил себя вышагивающим близ странного духа с рыбьей головой. Резко обернувшись, он с облегчением обнаружил, что учитель идет рядом.

Несмотря на окружавших его удивительных существ, юношу куда больше заботили события, случившиеся в Пади Саллан, и то, что сказал ему учитель. «Когда-нибудь ты сможешь отомстить мне». Но что, если Ал не хотел ему мстить? Да, он все еще не мог просто взять и забыть все обиды, которые в прошлом нанес ему учитель… И ему очень, очень сильно хотелось, чтобы тот понял, насколько ему было больно! Но он также не хотел причинять учителю боль. Это было довольно противоречивое ощущение. Наверное, он все-таки хотел ударить. Вспомнив это холодное, самодовольное лицо, он захотел ударить его, стереть усмешку с этих губ! Но ударил он не этого человека, а того, кто бережно сжимал его в объятиях. Он не защищался. С его уровнем духовных сил он мог бы легко отразить любую атаку Ала, но он не защищался!

Юноша думал об этом, сжимая кулаки. Учитель и мастер Муан шли теперь чуть впереди. Ал только сейчас обратил внимание, что на Муане лишь нижние одежды, а его верхний халат надел Шен. Когда он увидел эту картину, взгляд его потемнел, а кулаки еще сильнее сжались.

Шен тем временем пытался углядеть в толпе главную героиню, но вместо нее заметил Се Сиаль. Побледнев, он быстро сдал назад, стараясь уйти незамеченным. Если она сейчас у него спросит, где ее дочь, и поймет, что он сам не в курсе, – она ему печень на селезенку наденет!

Изменив направление движения, Шен случайно врезался в высокого духа.

– Ы. Старина Многорукий! – низким басом протянул тот.

– Хщ-щ-щ-щ, – прошипел Шен, памятуя, что у Многорукого нет рта.

Кажется, высокий дух остался удовлетворен диалогом: он спокойно продолжил идти вперед.

Муан и Ал наконец смогли снова с ним поравняться.

– Что ты делаешь? – прошептал Муан, снижая темп вслед за Шеном.

– Там впереди Се Сиаль!

Этой фразы хватило, чтобы Муан все понял. Десятки духов проносились мимо них, пока они прикидывались, что просто медленно идут. Спустя какое-то время среди настоящих духов они смогли заметить еще одного поддельного. Се Сиаль с ее высокой прической Шену было легко узнать, а вот о личности этого догадаться было сложнее.

Но этот лжедух также их приметил и прошептал:

– Старейшина Муан.

– Старейшина Рэн, – в тон ему отозвался тот.

Шен мысленно фыркнул.

– Где ваши ученики? – спросил он.

– Их личности были раскрыты.

– Немудрено. Наверное, здоровались со всеми старейшинами, следуя примеру своего учителя!

– Побереги силы для подколок над старейшиной Муаном, – посоветовал ему Рэн.

Старейшина Муан в удивлении поднял брови, не совсем понимая, несет ли эта фраза оскорбительный для него подтекст.

– Слушай, – донеслись до Шена перешептывания сзади, – какой-то Многорукий дух нынче разговорчивый… Вроде раньше ничего, кроме мычания, не выдавал…

Шен резко обернулся, схватил двух мелких духов – свидетелей его разговорчивости – за головы и выкинул прочь из шествия. С горестным завыванием они полетели к земле.

Так как скинул он их голыми руками, не прибегая к духовной энергии или своему бессмертному мечу, никто из наблюдавших данную сцену духов не посчитал это странным, решив, что Многорукий опять бушует.

Рэн благоразумно не стал комментировать произошедшее, а лишь ускорил темп и вскоре скрылся в толпе.

Постепенно продвигаясь назад, Шен смог найти главную героиню где-то в середине длинной процессии.

– Наконец-то я тебя нашел! – прошептал он ей на ухо.

Се Аннис вздрогнула, а затем с облегчением улыбнулась.

– Учитель Шен! – радостно шепнула она. Заметив, что за Шеном также идут Муан и Ал, она поприветствовала их поклоном. Точнее, Муана: Ал до такой чести не дорос.

Наконец можно было спокойно продолжать путь в темпе шествия. Шен подумал о том, что пока не понял причины, по которой за столько времени заклинателям так и не удалось добраться до конечной точки маршрута. Не могли же они реально постоянно друг с другом здороваться, обсуждать дела ордена и поэтому быть раскрытыми!

Затем он обратил внимание на главного героя и главную героиню, находившихся по разные стороны от него. Он решил пойти справа от Муана, шедшего крайним, чтобы дать подросткам возможность познакомиться поближе.

Только он начал этот маневр, как две опущенные головы тут же вскинулись и одарили его возмущенными взглядами. Но отступать было уже поздно, поэтому Шен все-таки встал справа от Муана и, делая вид, что сменил позицию исключительно по делу, спросил:

– Братец Гай, можно у тебя уточнить? Почему никому не удалось добраться до Поляны тысячи духов?

Говорил он очень тихо, а Муан, отвечая ему, вообще перешел на мыслеречь. Шену так редко доводилось ею пользоваться, что он забывал о ее существовании.

«Ты что, перегрелся? – перво-наперво уточнил Муан. – Кому как не тебе лучше всего знать, какие преграды таятся перед нами?»

«Ну вот какого черта мистер-злое-облако отделался банальным “дни за днями”?? – обратился Шен к Системе. – Из-за отсутствия связного описания в новелле я понятия не имею, что здесь должно происходить, и порчу образ Шена!»

Кажется, последний довод сработал, потому что Система тут же отреагировала:

[Могу предложить воспользоваться упрощенным режимом].

«В чем он заключается?» – наученный горьким опытом Шен решил сначала уточнить детали, прежде чем принимать решение.

[Дает штраф всем врагам в радиусе пятисот метров от пользователя номер два: –100 интеллекта].

«Забавно, конечно, но хотелось бы чего-то более существенного, ведь я понятия не имею, что за препятствия ждут нас на пути к поляне».

[Либо это – либо…]

Система внезапно оборвала фразу на полуслове и замолчала.

«Система?» – удивился Шен. В принципе, он предполагал, каким будет окончание фразы, и не то чтобы жаждал его услышать, но резкий разрыв связи с Системой его обеспокоил. А шествие тем временем вступало в огромный туннель в горе.

Оглядываясь по сторонам, Шен обратил внимание, что неподалеку от них, сзади, идут еще шесть замаскированных заклинателей. «И чего это они так близко, словно хвостик?»

Они постепенно продвигались в глубь горы, и Шен почти физически чувствовал сгущающуюся вокруг тьму. Фонари процессии голодных духов, казалось, стали гореть тусклее. Что тех, впрочем, нисколько не озаботило.

«Система! – запоздало крикнул Шен. – Система, я согласен на упрощенный режим, слышишь?!»

Система осталась безучастна.

Проносясь над миром, шествие вбирало в себя всех духов, встреченных по пути. Вот и сейчас, пролетая над подземным озером в скрытой в горе пещере, оно призвало существо, таящееся в водных глубинах. Спокойная темная вода заколыхалась, затем взбурлила и разошлась высокими волнами. Из озера выбралось нечто, смутно напоминающее человека. Высокое и худое, оно имело две ноги и две руки с соединяющимися перепонками пальцами. Длинные черные волосы облепляли все его тело, и казалось, озерная вода являлась всего лишь их продолжением. На спине существа по линии позвоночника располагались острые шипы, а похожая на человечью голова имела слишком большой и широкий лоб.

«Демонический дух озера Онэ», – определил Шен. Наряду с несколькими другими это существо являлось одним из самых сильных в шествии. Благо обычно его не увидишь: оно предпочитает не показываться людям и долгие годы живет за счет внутренней энергии гор.

Онэ тем временем занял место в шествии неподалеку от них. Шен чуть было не начал корчить из себя хорошего учителя и объяснять ученикам, что за редкое существо им довелось увидеть. Поняв, что урок несколько несвоевременен, он промолчал, но духи вокруг и так довольно громко шептали: «Онэ! Это Онэ!»

Ал и Аннис перевели на вновь прибывшего любознательные взгляды. Как раз вовремя, чтобы заметить, что один из лжедухов нерасторопно наступил на длинные волосы демонического духа. Онэ взвился рассерженной кошкой, которой наступили на хвост! Длиннющие волосы встали дыбом, заставив окружающих в страхе отшатнуться прочь. Он схватил молодого человека и рванул на себя.

Ученик, судя по цвету маски, принадлежал к пику Молочных барашков – то есть был целителем, а не воином. Маска почти слетела от резкого движения Онэ, и тот почуял подмену.

– От тебя пахнет человеком! – прошипел дух.

Бедный ученик так испугался, что забыл про талисманы, способные в случае разоблачения помочь ему сбежать с шествия. Шен не стал ждать развития этой ситуации, незаметно кинув в ученика талисманом. Листок с талисманом приклеился к его спине и активировался, окружая ученика нестерпимым светом. Онэ отпустил его, прикрыл глаза рукой и отступил на шаг. Когда свет исчез и он снова смог видеть, человека уже нигде не было.

Хмыкнув, Онэ продолжил путь.

«Еще один! – услышал Шен шепотки отовсюду. – Еще один заклинатель попался!»

Это так его обескуражило, что он чуть было не споткнулся на ровном месте. Так, значит, для духов это всего лишь игра? Они прекрасно знают, что в каждом шествии заклинатели пытаются незамеченными проникнуть в их ряды? Вот уж… странное развлечение!

Он не заметил, как Онэ оказался буквально в шаге от него.

– Приветствую Многорукого! – громко произнес дух.

Шен от неожиданности чуть не брякнул: «И вам не хворать», но все-таки спохватился, поэтому получилось нечто вроде:

– Ихщ-щ-щщ.

– Прекрасное шествие в этом году, не правда ли? – продолжил Онэ, словно они на светском рауте.

– Щш-ш-шш.

И чего он пристал? Знает же, что Многорукий – не тот, с кем интересно вести беседу. Или он заметил, кто послал тот талисман? Шен на самом деле ничего не имел против Онэ, который не являлся кровожадным духом и обычно не нападал на людей, но не мог допустить своего разоблачения, поэтому уже раздумывал, сможет ли выпихнуть его из шествия и не покажется ли это чересчур даже для Многорукого.

Но неожиданно всеобщее внимание привлекла еще одна перепалка в строю. Шествие как раз только-только вылетело из туннеля на свежий воздух и понеслось над горами.

Духи и лжедухи рядом с Шеном – все смотрели в одну сторону, привлеченные происходящим.

Чуть впереди них старейшина Рэн отбивался от нападок очень неприятного, кровожадного и охочего до человеческого мясца духа Шшакэ. Тот выглядел как безобразный старик с натянутой на виски кожей и десятком небольших рожек по всей голове, а на поясе обязательно носил как минимум три отрубленные человеческие головы. Чем свежее – тем лучше. Шен, присмотревшись, заметил, что с крайней головы еще капает кровь. Должно быть, он подстерег незадачливую жертву как раз перед тем, как присоединиться к шествию. Хотелось бы Шену убить его прямо на этом самом месте!

Шшакэ тем временем тыкал скрюченным пальцем прямо в старейшину Рэна.

– Как это дух какого-то кота смеет без уважения говорить со мной?! – вещал он.

Рэна всего перекосило под маской. Только сейчас Шен обратил внимание, что тот выбрал для своего образа «Дух черного кота». Этот дух мог быть довольно сильным, если достигал хотя бы столетнего возраста, но в более молодом виде не представлял существенной угрозы. Так как на маске было написано просто «Дух кота», а не «Дух столетнего кота», Шен понял, что старейшина Рэн сильно не заморачивался.

Шен было решил, что тот поклонится и принесет свои извинения или хотя бы отшутится, но старейшина Рэн не нашел ничего лучше, как сорвать маску и обнажить свой бессмертный меч!

– Это бессмертный заклинатель! – заорали духи. – Растерзаем его!

Весь скоп духов, которые были достаточно близко, чтобы расслышать эти крики, разом кинулся на Рэна. Замешкались только лжедухи и Онэ.

Рэн ловко порубил первую волну мелких духов, но количество их не уменьшилось, а только возросло, а сами они рассвирепели.

– Разойдись, мелочь! Он мой! – орал старик Шшакэ.

Шен опрометью метнулся в их сторону, попутно вытаскивая талисман. Стукнув рукой по мерзкой морде голодного духа, он другой сорвал головы, висевшие у того на поясе. А затем, размахнувшись по широкой дуге, так огрел этими же головами Шшакэ, что отбросил его на добрых десять метров. Затем развернулся и обрушил удар тремя головами на Рэна, выбивая того из шествия. Старейшина пика Росного ладана неловко взмахнул руками и стал быстро падать вниз, пока его не достиг талисман, незаметно брошенный Шеном вслед. Пространство под шествием залил яркий свет, и через мгновение Рэн исчез.

Только сейчас Шена догнала мысль: «И с какого перепугу я это сделал?»

Мелкие духи вокруг угомонились и стали перешептываться: «Нынче Многорукий особо свирепый!»

Шшакэ только пришел в себя. В два прыжка, словно пес, он подпрыгнул к Шену:

– Многорукий дух, как ты посмел отобрать мою добычу?!

– Ыщ-щ-щ-хыщ-щ-щ-хыщ-щ-щ, – гордо ответствовал Шен.

Затем, осознав, что все еще держит отрубленные головы, Шен, игнорируя негодование Шшакэ, бросил их вниз. Кровожадный дух взвизгнул, следя, как любовно собранные им головы исчезают где-то в темном лесу. Переведя на Шена полный кровавой ненависти взгляд, он двинулся было на него, но был остановлен спокойным, ровным голосом:

– Шествие – не место для подобных разборок.

Оказалось, за спиной Шена уже какое-то время шел Онэ. Увидев грозного демонического духа, Шшакэ предпочел хмыкнуть и выпрыгнуть из шествия. Уже летя к земле вслед за своими головами, он прокричал:

– Многорукий мне еще за это ответит! – И скрылся в лесу.

Шену вдруг подумалось, что духи и люди могли бы поладить, если бы последние часто не являлись для первых едой. Он обернулся и взглянул на своих спутников. Практически квадратные глаза Муана ясно свидетельствовали: он не понимает, что Шен творит. Тот решил подбодрить его улыбкой. Увидев эту кровожадную улыбку, Муан Гай чуть богу душу не отдал! Он вдруг подумал, что Шен влился в сообщество духов прямо как свой…

Шествие вокруг них, словно потревоженная упавшим камнем вода, постепенно успокаивалось. Вскоре смолкли последние разговоры об инциденте. Онэ, все еще шедший рядом с Шеном, тихо сказал:

– От тебя пахнет человеческой кровью…

Шен потянулся к мечу, ожидая, что сейчас дух во всеуслышание закричит, что нашел бессмертного заклинателя.

– …и тьмой, – закончил Онэ. – Очень приятный запах.

И как это понимать? Шен порадовался, что от Многорукого не ждут разговорчивости, и отреагировал тихим «хщ-щ-щ».

– Я знаю, что ты не Многорукий, – с тихим смешком сказал Онэ.

Шен размышлял, сможет ли быстро его прикончить. Но Онэ был одним из самых сильных в процессии: вряд ли бы он так легко дался. К тому же эффекта неожиданности теперь не будет.

– Можешь дойти до поляны, – продолжил Онэ.

Да какого?! Чтобы духи позволили заклинателю попасть в их священное место? Это неслыханно: определенно какая-то западня! Шен настороженно покосился на Онэ. «Что он замышляет?»

Его ученики и Муан, шедшие сзади, этот тихий диалог не слышали. Правда, Муан обратил внимание, что Онэ как-то подозрительно пристал к Шену и уже дважды специально менял позицию, чтобы оказаться рядом с «Многоруким». Он решил, что Онэ заподозрил, что «Многорукий» ненастоящий, и напряженно следил за тем, как тот себя поведет. Неожиданно Шен стукнул Онэ по плечу, словно прощаясь со старым другом, и вернулся в строй учеников и Муана.

«Да ты влился в их среду как свой!» – заметил Муан с помощью мыслеречи.

Шену перестали нравиться эти намеки. Сначала Онэ учуял в нем тьму, теперь вот Муан заявляет, что он свой среди духов… Конечно, в этом и в самом деле было зерно истины: в его золотое ядро проклятием была впаяна тьма… Шену было неизвестно, как это случилось. Когда он покупал главы новеллы, ему стало жалко тратиться на главы про прошлое злодея, ведь этот персонаж здорово его бесил, а из комментариев он понял, что эти истории на основной сюжет никак не влияют. Теперь он понимал, какое это было упущение! Складывалось впечатление, что все вокруг, кроме него самого, знают о нем что-то очень важное. Он же пребывает в абсолютном неведении!

По шествию духов разнеслась песня. Ее подхватывали, и вскоре процессия разразилась завываниями на все лады и октавы. Шествие наконец входило в активную фазу, и духи пустились в пляс. Чтобы не выделяться из толпы, лжедухам пришлось последовать их примеру.

Неутомимые духи могли продолжать так всю ночь. Шен видел, что несколько лжедухов-учеников сбились с ритма и выпали из шествия. Он заметил, что даже некоторые мелкие духи падают вниз.

Он и сам был близок к тому, чтобы упасть. Они скакали уже полночи, и, хотя обычно для бессмертного заклинателя это не было такой уж существенной задачей, ментальная рана в его груди постепенно давала о себе знать, и силы быстро истощались. Шен постепенно бледнел, на лбу у него выступил холодный пот. Он перевел взгляд на учеников и увидел, что и Аннис с Алом пляшут из последних сил. Это плохо! Им всем вместе необходимо достигнуть поляны, иначе Шен не сможет выполнить сюжетное задание.

Продолжая безумную пляску, он незаметно напитал энергией два талисмана и послал их ученикам. Они прилепились к их спинам и придали сил. Шен обернулся назад и посмотрел на горизонт. Небо начинало светлеть. Эти дикие пляски не могут продолжаться долго. Он очень надеялся…

На очередном прыжке у него подкосилась нога, и он чуть было не вылетел из шествия. Муан схватил его за руку и поставил рядом с собой, подхватив в танце. Хоть выглядело это странно, Шен смог перевести дух. Казалось, Муан почти не устал и двигаться, толкая при этом Шена, ему было легко. В очередной раз с силой толкнув его в бок, а затем поймав и потянув обратно, Муан спокойным тоном заметил:

– Не думал, что подобные пляски способны утомить прославленного хозяина Проклятого пика!

Шен, который просто был рад, что его толкали из стороны в сторону и при этом ему почти ничего не нужно было делать, разве что слегка перебирать ногами, только искривил губы, так и не определившись, что за мину ему следует изобразить. И хотя в его понимании подобные движения мало походили на танец (скорее на то, как кошка трясет дохлую мышь в надежде ее оживить и еще с ней поиграть), главный герой посчитал обратное.

«Посмеешься надо мной позже, – мыслеречью ответил Шен Муану, – а пока главное – не отпускай».

Он и подумать не мог, что фраза будет истолкована столь буквально! Но толчки из стороны в сторону прекратились, Муан подхватил его поперек талии, прижав к себе и продолжив танцевать за двоих.

«Да чего ты творишь?!» – он чуть не закричал это вслух, но вовремя спохватился, перейдя на мыслеречь. Вслух он зашипел, не выходя из образа:

– Ш-ш-шшшш!

Этот чертов Муан снова посмел пройтись по его самоуважению, воспользовавшись слабостью! Да настоящий Шен уже вызвал бы его на смертную дуэль!

Шен с такой силой оттолкнул его, что Муан перелетел через учеников, продолжил полет над головами духов и чуть не вылетел из шествия с другого края.

– Многорукий снова бушует… – спокойно прокомментировали эту сцену другие духи.

А Шен почувствовал, что сил у него неожиданно прибавилось.

Муан поднялся на ноги, невозмутимо поправил маску и столь же невозмутимо заявил: «Ты бы определился в своих желаниях. Я всего лишь пытался помочь тебе сберечь силы».

Шен хмуро смотрел на него. Даже если и так – было грубо вот так хватать его. Тут до него дошло, что, пока Муан его удерживал, он успел поделиться с ним своей духовной энергией, отчего самочувствие Шена немного улучшилось.

Ну, за свою же доброту и получил, ха! Он мог выбрать тысячу и один способ передать духовную энергию, не выходя при этом за рамки приличия! Учитывая их колючие взаимоотношения, Шен был уверен, что столь нелепый способ Муан выбрал специально, чтобы его позлить.

Глава 18.1. Танец голодных духов вокруг колыбели бессмертия

Продолжая танцевать вместе с духами, Шен заметил, что шествие поворачивает назад. Удивившись, он следил за этой странной картиной, пока не понял, что шествие превращается в хоровод.

Вот оно! В центре этого хоровода должна быть поляна!

На востоке разливался рассвет. Над их головами ярко сверкнула последняя звезда. А затем отделилась от небосвода и быстро поплыла вниз. Она упала в центр хоровода, разбившись, словно водяная капля, расплескав свой свет на собравшихся духов. Те визжали от восторга.

Большая сияющая капля попала прямо на голову главного героя. Похоже, она была безобидна или даже полезна, потому что мальчишка расцвел в улыбке, словно вбирая в себя этот свет.

Брызги света долетели и до Шена, попав ему на руку. Он почувствовал, как эти брызги опалили золотое ядро в его груди. Он прижал руку к груди, охнув и чуть не упав. Не то чтобы это было больно, больше походило на то, как если от резкого порыва ветра перехватывает дыхание.

Онэ, все еще находившийся неподалеку, неожиданно сорвал маску с лица главного героя.

«Да чтоб тебя!» – мысленно завопил Шен. Вечно главный герой внезапно влипает в неприятности!

К чести мальчика, он не растерялся и тут же выхватил меч. Духи вокруг заорали, что среди них заклинатель.

– Разорвать! – неслось со всех сторон.

Выхватив меч, Шен в один прыжок оказался рядом с главным героем и отбил первую волну нападения. Муан и Аннис решительно присоединились к схватке, раскрыв свои личности вслед за Шеном.

– Продвигаемся к центру! – крикнул им Шен.

Духи совсем обезумели. Если раньше они свирепели, завидев в шествии заклинателя, но удовлетворялись простым выдворением того из своих рядов, то сейчас нападали с таким остервенением, словно намеревались его сожрать. Видимо, близость священной поляны придавала им сил, потому что даже слабые огоньки, прыгая на меч Шена, вызывали у него значительную растрату духовной энергии.

Схватив Ала за шиворот, Шен отбросил его вперед, в пустое пространство, где в другом измерении скрывалась Поляна тысячи духов. Следом за главным героем он так же поступил и с главной героиней. Девушка обиженно взвизгнула, не заметив, что лишь резкий жест Шена спас ее от клыков разъяренного духа.

– Скорее за ними! – прокричал он Муану, сражавшемуся в кольце оцепления.

Онэ внезапно оказался поблизости от Шена, но достаточно далеко, чтобы не подставляться под меч, и разъяренно прошипел:

– Только тебе разрешалось зайти на поляну! Остальные умрут!

Шен понял, что зря кинул детишек вперед. Нужно было немедленно следовать за ними, но не может же он бросить Муана!

– Может, не будешь там тормозить?! – закричал он. – Ты их все равно всех не перебьешь!

Крича на Муана, Шен отвлекся. Черные волосы обвили его запястья, шею, талию и ноги, пресекая все попытки сопротивления. Шен выпустил из руки бессмертный меч и сложил пальцы в управляющем жесте. Меч понесся по воздуху, намереваясь рассечь волосы, но под его лезвие то и дело подставлялись мелкие духи, упорно ища смерти и не давая возможности освободиться!

Гребаные суицидники!!

Тем временем Онэ, кому, собственно, и принадлежали обвившие Шена волосы, приблизился к нему и произнес:

– Я тебя съем! Поглощу тебя вместе с таящейся в тебе тьмой!

Да чтоб тебя с твоими непостоянными желаниями!

Бессмертный меч Шена сверкнул вложенными в него остатками духовной энергии, одновременно рассекая с десяток обезумевших духов, и вонзился в спину Онэ. Демонический дух взвыл и замахал руками, пытаясь дотянуться и вынуть меч из спины. От пронзившей его боли он заметался из стороны в сторону и вылетел из шествия, поднимаясь высоко в воздух. Шена, все еще оплетенного его волосами, потянуло за ним. Они зависли высоко над поляной, когда Шен послал мечу новый приказ. Тот резко вырвался из спины Онэ и отсек ему голову. На это ушли остатки духовной энергии, а последним духовным импульсом меч перерезал волосы Онэ, которые удерживали Шена, и скользнул к земле.

Шен почувствовал, что волосы утратили свою силу. Они уже не сжимали его, не давая двигаться, а просто запутались вокруг него. Все это он заметил лишь походя, падая спиной вниз, так как духовной энергии внутри него почти не осталось. Руку с печатью пронзила острая боль, но и это было неважно. Он просто падал, не в силах даже замедлить свое падение.

На грани ускользающего сознания он почувствовал, будто бы кто-то его подхватил.