Читать книгу "Развод. Как такое можно простить?"

Глава 8

Алина

– …В общем, выбирай: либо все, либо ничего, – поворачиваю голову к блондинке.

Она быстро кусает губу, теребит ремешок спортивной сумки.

– Ты еще думаешь? – усмехаюсь я. – Я одним махом поставлю крест на ваших отношениях. И сделаю это прямо сейчас, если не согласишься на мои условия. Сделаешь все, как я сказала, а потом можешь забирать его себе. Мне он больше не пригодится.

– Я же ничего не потеряю, если буду с вами заодно, – задумчиво произносит, глядя в лобовое стекло.

– Все верно, – киваю я. – А если пойдешь против меня, то очень многое потеряешь. Сама это должна понимать.

Блондинка шумно выдыхает.

– Хорошо, я согласна. Сделаю так, как вы сказали. Но мне нужны гарантии. Я должна быть уверена в том, что вы меня не обманите.

– Девочка, – смеюсь я, – мне что, расписку тебе написать? Я – человек слово. И я всегда за женскую солидарность. Считаю, что в этой ситуации женщины, если они, конечно, умные и мудрые, должны объединиться и действовать вместе. Не переживай, ты свое получишь, – убедительно вру. – Даю слово.

– Да уж, – растягивает губы в улыбке, – когда вы предложили мне сесть в машину, меня аж затрясло. Думала, задушите меня. А все вышло совсем иначе.

– За что мне тебя душить? – округляю глаза. – За то, что ты пытаешься выжить в большом городе? За то, что не хочешь возвращаться туда, откуда сбежала? Я прекрасно тебя понимаю. Тоже много лет жила в маленьком городе, – тяжело вздыхаю. – Искала разные способы ворваться в красивую жизнь, – продолжаю убедительно врать. – Крутилась как могла.

Про себя добавляю:

«Работала в школе в две смены, занималась репетиторством, до утра проверяла тетради».

– И я тоже мечтала встретить человека, который будет меня обеспечивать. Познакомилась с Ильей, и моя жизнь заиграла другими красками, – подмигиваю с хитрой улыбкой. – Но сама видишь, каким гадом он оказался. Меня обманывал, тебя обманывал. Решил, что он у нас самый умный. В общем, если он тебе нужен, забирай. Если нет, то давай просто сделаем свое дело и обе останемся в плюсе.

Смотрю, блонди прям взбодрилась.

– А давайте! – вздергивает подбородок. – Задача мне ясна. Я все сделаю в ближайшее время.

– Я в тебе нисколько не сомневаюсь, – касаюсь ее плеча.

«Дрянь малолетняя, – улыбаюсь ей. – Дрянь, которая спит с женатыми мужиками и ради денег готова рушить семьи».

– Я буду в зале в четверг, в два часа. Надеюсь, к этому времени у тебя получится сделать все, что от тебя требуется.

– Даже не сомневайтесь во мне, – закидывает за плечо волосы и открывает дверь. – Ну что, я тогда побежала? Увидимся в четверг, – машет рукой и захлопывает дверь.

– Беги, беги, – смотрю, как она направляется к своей машине. – Точнее, скачи… мой конь троянский.

Пустышка, честное слово. Глупая и наивная пустышка. Да, симпатичная, фигуристая, большая грудь, тонкая талия, длинные густые волосы, а в голове одни опилки.

Неужели мужикам важнее красивая картинка, чем внутреннее содержание?

Она же самая обыкновенная тарелочница. Но Илья так ослеплен любовью, что не понимает этого.

Как-как он там говорил мне? Что с ней чувствует себя на тридцать, а со мной ему остается только окончательно поседеть и состариться? Что ж, дорогой мой, ты как в воду глядел: очень скоро ты стремительно поседеешь, я все для этого сделаю.

Но сделаю не своими руками, а руками твоей молодой красавицы.

Ты даже не представляешь, какой сюрприз тебя ждет.

Глава 9

Алина

Убираю в контейнер бутерброды, поднимаюсь на второй этаж и заглядываю в комнату дочери.

– Крис, уже почти восемь утра. Ты собираешься?

Но вместо того, чтобы собирать сумку, она сидит на кровати, держит в руках фоторамку, и печально смотрит на изображение матери.

Подхожу к кровати и сажусь рядом.

– Милая, все в порядке? – глажу ее по спине. – Автобус через час отъезжает от школы. Нужно успеть.

Кристина сегодня едет с классом на экскурсию в Питер на два дня. Жаль, что эта поездка выпала на день рождения моего отца, и она не сможет поехать со мной в Вологду.

– Завтра ей бы исполнилось сорок три… – ведет пальцем по лицу родной матери и горько улыбается. – Мамочка моя… Какая она была красивая, правда?

– Очень, – смотрю в голубые глаза Веры.

Она такая счастливая на этом фото. Жизнерадостная, яркая.

Мне правда очень жаль, что она так рано покинула этот мир. Я не знала ее лично, но мне кажется, она была замечательной женщиной, заботливой мамой и прекрасной женой.

– Ее нет с нами уже десять лет, – шепчет Кристина. – А я даже не могу сходить к ней на могилку…

– Ты знаешь, что она рядом с тобой, и всегда оберегает тебя. Она – твой ангел-хранитель.

– Я знаю, – переводит на меня мокрый взгляд. – И она спокойна за меня там, потому что обо мне есть кому позаботиться, – обнимает дочь.

У Веры нет могилы, так как ее тело не нашли.

Беда в их семью пришла десять лет назад, когда Илья с Верой отмечали в Сочи годовщину свадьбы.

Помню, как Илья рассказывал мне об этом, и как у него сжималось сердце от боли.

Он решил сделать Вере сюрприз: арендовал круизную яхту, они отправились в открытое море на два дня. Все было очень романтично. До тех пор, пока яхта не попала в шторм и не перевернулась.

Илье чудом удалось выжить, а тело его жены так и не нашли.

Поиски длились несколько дней, но, увы…

Кристине тогда было всего семь лет. Она никогда не забудет о том, как папа вернулся в Вологду без мамы.

Это случилось в середине лета, а в сентябре Кристина пришла ко мне в первый класс. И, о боже, как я была восхищена этой маленькой умницей! И восхищена ее мамой, которая вложила в свою девочку всю душу. Кристиночка была самой умной ученицей в моем классе. Хорошо умела читать, писать, рассказывала длинные стихотворения, очень по-взрослому рассуждала.

Она покорила мое сердце.

Помню, как Кристина подарила мне на Восьмое марта духи своей мамы, и как у меня полились слезы из глаз.

До сих пор храню флакончик от тех духов. Рука не поднимается выбросить.

Вера воспитала прекрасную дочь. Она до семи лет учила ее не только чтению и письму, а еще доброте и справедливости. Я очень благодарна ей за это. И со своей стороны постараюсь сделать все, чтобы у Кристины было замечательное будущее. Я буду рядом с ней всегда, даже несмотря на то, что мне придется разойтись с ее отцом.

Подаю ей контейнер с бутербродами, целую, обнимаю на прощание, и поправляю шапку.

– Сегодня холодно, ушки не отморозь, – щелкаю ее по носу.

– Мам, ты ведь завтра вернешься, да? – спрашивает, выходя из дома.

– Да. К вечеру приеду.

– Папа тоже вернется из командировки завтра вечером, – вздыхает она. – Надеюсь, не станет выносить тебе мозг. Я за тебя буду переживать.

– Все будет хорошо. Не волнуйся и ни о чем не думай. Развлекайся, родная, – подмигиваю ей.

Дожидаюсь, когда она выйдет за ворота, и сама тоже иду собираться.

Через полчаса сажусь в машину, еду на заправку, заливаю полный бак и отправляюсь в Вологду.

Утро следующего дня

– Что так рано собралась? – разводит руками отец. – Погостила бы у меня денек-другой.

– Пап, у меня в Москве дел много, – появляется перед глазами образ любовницы мужа. – Как разгребусь, так снова и выберусь к вам. Вместе с Кристиной приедем.

«А может, и навсегда переедем в Вологду, – добавляю про себя. – Если белокурая меня подведет».

На прощание обнимаю отца.

– Еще раз с днем рождения, папуль. Была очень рада видеть тебя.

Я пока что не стала рассказывать ему про развод с Ильей. Не хотела омрачать его праздник.

Выхожу на улицу, иду к своей машине и слышу знакомый голос.

– Ну, ежики зеленые! Ты заводиться сегодня будешь или нет?!

Поворачиваюсь и вижу свою подругу детства. Сидит в открытой машине и пытается ее завести.

– Люся! – иду к ней с широченной улыбкой.

– Алинка? – высунув голову, удивленно смотрит на меня.

Выходит из машины и спешит ко мне на высоченных каблуках. Люся Мартынова не будет Люсей Мартыновой, если не наденет каблуки. Эта модница с седьмого класса щеголяет на шпильках.

– Как я рада видеть тебя, – обнимаю ее.

– А я-то как! В гости к отцу приехала?

– Да. У него вчера был день рождения, немного отметили. Не хотелось оставлять его одного в такой день.

– Да уж, – вздыхает подруга. – После того, как тетя Нина умерла, он вообще редко из дома выходит. Почти не вижу его. Они с твоей матерью как одно целое были.

– Да, были…

Родители сначала вместе работали в школе – мама учителем начальных классов, как и я, а папа преподавал физкультуру. Потом поженились и всю жизнь прожили душа в душу.

– Что, не заводится? – киваю на машину.

– Да вообще! – возмущается Люся. – Подводит меня в самый ответственный день, паразитка такая.

– Что сегодня за день такой? – вопросительно смотрю на нее.

– Выхожу на новую работу. И мне нельзя опаздывать. Слушай, а ты сейчас не в Москву?

– В Москву.

– О, а может, подбросишь меня? Ты ж как раз по этой трассе поедешь.

– За городом работаешь?

– Тридцать километров от Вологды. Ну так что, подбросишь? Только у меня там еще коробки в машине.

– Конечно, не вопрос. С коробками помочь?

Через пару минут закрываю багажник с коробками, в которых стоят цветы в горшках, и сажусь за руль.

– Что это за работа у тебя в тридцати километрах от города? – спрашиваю, выезжая из двора.

– Устроилась бухгалтером в частную психиатрическую клинику. Точнее не сама устроилась, а помогли. Мой ухажер там начальником охраны работает. Вот и замолвил за меня словечко. А так туда фиг попадешь, только своих берут.

– Не знала, что у нас есть частные психиатрические клиники. Да еще и за городом.

– Она давно существует. Мой там уже десять лет трудится.

– Почему туда только своих берут?

– Да там же как на зоне. Повсюду охрана, на заборе колючая проволока. В общем, то еще местечко. Ты лучше о себе расскажи. Как в Москве живется? Работу нашла?

– Работу еще не нашла, а в остальном все супер, – вру я.

Не хочу распространяться о своей личной жизни.

Прекрасно знаю Люсю: уже через полчаса новость о том, что мне изменяет муж, прокатится по всем нашим общим знакомым.

Едем с ней, болтаем всю дорогу.

– …Так что вот, – тяжело вздыхает, – ты еще в восемнадцать лет уехала из родительского дома, а я все так и живу с матерью там. Все никак не могу замуж выйти. Может, с этим хоть повезет. Познакомила бы тебя со своим красавцем, да он сегодня на выходном. Ты ведь поможешь мне коробки дотащить, да? Я ему сейчас позвоню, нас пропустят.

– Конечно помогу.

– Алло, Костик, привет! – улыбается она в трубку. Говорит, что у нее сломалась машина, и что пришлось ехать с подругой. – Слушай, я приеду минут через десять, ты можешь охране сказать, чтобы нас пропустили? Подруга поможет мне дотащить коробки. Ну все, отлично. Спасибо, милый!

Сворачиваем с трассы, едем еще минут пять по полю, и останавливаемся у серого здания с высоким забором, на котором, как Люся и сказала, намотана колючая проволока.

Берем коробки, подходим к суровому охраннику, тот проверяет у Люси документы и пропускает нас на территорию.

– А вот и мое новое рабочее место! – войдя в кабинет, широко улыбается Люся. Достает из коробки горшок с цветком и ставит его на подоконник. – Спасибо, что помогла мне, Алин. А не то пришлось бы потратиться на такси.

– Да не за что, – улыбаюсь я. – Проводишь?

Выходим на улицу, идем к воротам, Люся что-то говорит, а я, слушая ее вполуха, смотрю на скамейку, на которой сидит женщина. Она улыбается чему-то своему, поднимает глаза к небу, смеется, глядя на птиц. На соседней скамейке сидит мужчина и раскачивается из стороны в сторону.

– Дальше добежишь? – спрашивает Люся.

– Да, конечно, – обнимаю ее на прощание. – Была рада повидаться с тобой. И пусть у тебя все сложится с твоим Констант… – перевожу взгляд на окно клиники и теряю дар речи.

Я отчетливо вижу перед собой… призрака.

Как такое возможно?..

Руки трясутся, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

– В-вера?.. – стеклянными глазами смотрю на женщину в окне.

Глава 10

Алина

– Кто это? – шепчу я, продолжая в упор смотреть на окно.

Люся оборачивается.

– Где? Кого ты там увидела?

– Та женщина в окне на первом этаже. Кто она?

– Как кто? – прыскает со смеху. – Пациентка, кто же еще.

– Как ее имя?

– Алин, ну ты смешная, конечно. Мне-то откуда это знать? Я только сюда устроилась. Думаешь, всех пациентов знаю? А ты что так на нее уставилась? Тебе вообще какая разница кто она такая?

– Люсь, пойдем обратно! – беру ее за руку и веду к крыльцу. – Мне нужно знать ее имя.

– Алин! – вырывает руку и косится на охранника, который подозрительно смотрит на нас. – С ума сошла? Это закрытая территория, ты вообще не имеешь права здесь находиться. Хочешь, чтобы у меня были проблемы? Чтобы меня уволили в первый рабочий день? Я сказала охраннику, что ты только поможешь мне занести коробки. Иди, пожалуйста, в машину, – цедит сквозь зубы. – И перестань пялиться на окно. Ты привлекаешь внимание.

– Люсь, – взволнованно смотрю на подругу, – прошу тебя, очень прошу, узнай, как ее имя. Фамилия, отчество, возраст, все о ней узнай. Это очень важно.

– Так, идем, – берет меня под руку. – Делаем вид, что я тебя провожаю к воротам. А ты мне пока рассказывай, что на тебя нашло, и зачем тебе информация об этой пациентке. Не знаю, что ты задумала, но меня в это не втягивай, поняла? Ни мне, ни Косте, который пропустил тебя сюда, не нужны неприятности.

– Ты сейчас не о своей заднице думай, а о том, что, возможно, здесь находится человек, которого больше десяти лет считают мертвым.

– Здесь кто только не находится, Алин! – шипит подруга. – Нас это не касается, ясно?

– Я увидела в окне мать своей Кристины! Эта женщина копия первой жены моего мужа, которая утонула десять лет назад. Ее десять лет считают погибшей. Дочь до сих пор плачет по ней. Если это правда она, то ее нужно срочно забрать отсюда. Может, она потеряла память и ничего о себе не помнит. Может…

– Может, перестанешь уже? – гаркает Люся. – Говори тише. Охранник и так глаз с нас не сводит.

– Люд, пожалуйста, помоги мне. Ведь не зря сама судьба меня сюда привела. Ты бы только знала, как больно Кристине без родной матери. Представь, если окажется, что она жива?

– Алин, если это та, о ком ты говоришь, значит, она находится здесь неспроста. Здесь никого просто так не держат, понимаешь? Это частная клиника. За каждого пациента платят немаленькие деньги. И сюда не привезли бы женщину, потерявшую память. Она явно находилась бы в другой клинике.

– Значит, нужно узнать, кто за нее платит. Ты бухгалтер. И ты можешь легко сделать это.

– Послушай, Алин…

– Если ты этого не сделаешь, то я приду сюда с полицией! – снова повышаю голос. – Учти, я все равно не отступлю.

– Нашла, чем удивить, – закатывает глаза. – Я тебя сто лет знаю. И понимаю, что ты теперь не остановишься.

Подходим к воротам, она растягивает губы в улыбке, обнимает меня, и громко произносит:

– Спасибо большое за помощь, дорогая. Ты меня очень выручила.

Шепчет на ухо:

– Я узнаю, кто она такая, и кто за нее платит. А ты пообещай, что не будешь устраивать скандал, и дай мне слово, что у нас с Костей не будет из-за тебя проблем. Поняла меня?! Господи, – выпускает меня из объятий, – ну зачем я только тебя привезла сюда, а? Не жилось мне спокойно.

– Просто помоги мне, – прошу, пристально глядя в глаза. – Если это мать моей Кристины, то…

– Т-ш-ш! – косится на охранника и подталкивает меня к воротам. – Алин, у меня тоже есть сердце так-то. Сделаю все, что смогу. Но не сегодня. Сейчас приедет бухгалтер, вместо которой я теперь здесь работаю, будет передавать мне дела. Как только со всем разгребусь, так сразу и займусь твоим вопросом.

– Спасибо, Люсь. Я очень надеюсь на тебя.

– Все, иди уже, иди.

Сажусь в машину и запускаю пальцы в волосы.

– Неужели это Вера? Десять лет… – в шоке выдыхаю, сжимаю волосы у корней. – Десять лет ее считали погибшей.

Если это она, то как здесь оказалась? Кто ее поместил сюда?

Вспоминаю, как Илья рассказывал мне о том, как она утонула, как ее искали несколько дней.

Это было в Сочи – очень далеко от Вологды. Женщину, которая каким-то чудом выжила, но потеряла память, не привезли бы сюда – за две тысячи километров, и не стали бы удерживать в частной психиатрической клинике.

Здесь явно что-то не так.

Если логически рассуждать, то Илья должен быть в курсе, что она жива. Они вместе плыли на яхте, яхта попала в шторм, Вера оказалась в воде, а потом вдруг каким-то образом переместилась в частную психиатрическую клинику, которая находится в тридцати километрах от ее родного города?

Значит, все было подстроено?

Инсценировали ее смерть и упрятали в психушку?

Разве он смог бы так поступать со своей женой, матерью своей дочери?

Вспоминаю, каким он был после ее смерти.

В тот момент я знала его только как отца моей ученицы, но помню, каким он был после гибели жены, и как долго он находился в трауре. Я общалась с ним по поводу успеваемости Кристины, видела его на родительских собраниях, и очень сочувствовала ему, потому что на нем не было лица.

Так не ведет себя муж, который намеренно упрятал жену в психушку.

Я же могла просто перепутать…

Но женщина действительно очень похожа на Веру.

По дороге в Москву, представляю, что будет с Кристиной, если выяснится, что ее мама жива, и глаза наполняются слезами.

Моя девочка столько лет тихонько разговаривала с ней, как с ангелом-хранителем, столько слез пролила на фотографии своей мамочки, перебирала ее одежду. У нее сердце сжималось из-за того, что она даже на могилку к ней не может сходить.

Я вся на эмоциях.

Места себе не нахожу.

Сижу как на горстке гвоздей и вздрагиваю от каждого сообщения.

Не терпится узнать имя той женщины.

Если это Вера, то я выясню, как она туда попала, и сделаю все, чтобы вытащить ее оттуда. Если нужно будет, то и до президента дойду!

«Как вы с ней познакомились?» – вспоминаю, как задала Илье этот вопрос.

«Наши отцы были партнерами по бизнесу. Мы с Верой встретились на одном мероприятии и после этого не расставались, можно сказать».

Может ли это быть как-то связано с бизнесом?..

Мне не хочется думать в эту сторону. В голове не укладывается. Да разве Илья настолько жесток? Разве из-за бизнеса стал бы лишать свою дочь матери?

Я практически ничего не знаю о том, как Илья стал владельцем строительного бизнеса, который перешел к нему от отца. Я никогда не лезла в его рабочие дела.

Наверное, настало время копнуть. Причем очень глубоко копнуть.

Но для начала я дождусь информацию от Люси.

Может, я вообще зря обо всем этом думаю и впустую накручиваю себя.

Глава 11

Алина

Останавливаю машину у дома, выхожу на улицу, разминаю шею, плечи, и, идя к крыльцу, читаю сообщение в родительском чате.

«Уважаемые родители, напоминаю, что сегодня в 18-00 в актовом зале школы состоится встреча с директором, на которой будут обсуждаться важные вопросы, касающиеся ЕГЭ. Прошу всех присутствовать», – пишет классный руководитель.

– Совсем забыла про это собрание, – вздыхаю я.

После долгой дороги нет никаких сил ехать в школу.

Только вторая четверть началась, а нас уже вовсю готовят к ЕГЭ и поступлению.

Так, сейчас почти четыре. Быстро перекушу, приму душ и сразу в школу.

***

Директор вещает уже полтора часа, а я все это время думаю о женщине в окне. Она никак не выходит из моей головы. Я не успокоюсь, пока Люся мне не напишет.

Выхожу из школы и думаю:

«И стоило мне вообще ехать на собрание в таком состоянии? Все пропустила мимо ушей».

Отодвигаю рукав куртки, смотрю на наручные часы, понимаю, что Илья уже, скорее всего, вернулся из командировки, и каменею от мысли, что мне сейчас предстоит увидеться с ним. Если, конечно, он не поскакал к Яночке. Соскучился, наверное, по своей красавице. Целых два дня не видел ее.

Да и пусть едет к ней, видеть его не могу. Мне главное, чтобы эта мадам меня не подвела. Если все сделает так, как я задумала, то буду на седьмом небе от счастья.

Ох и пожалеет же он, что так поступил со мной. За то, что оскорблял меня, унижал. И этой мадаме тоже прилетит. Только она еще не знает об этом. Нужно хорошенько ее проучить, чтобы в следующий раз перед тем, как лезть в чужую семью, сто раз подумала, стоит ли это делать.

Сажусь в машину, отъезжаю от школы и задерживаю взгляд на домах, виднеющихся за школьным стадионом.

Не знаю, что меня подтолкнуло на это, но почему-то захотелось прокатиться до дома, в котором я мысленно расставляла мебель, в который так хотела переехать, радовалась, что Кристина будет выходить из дома за десять минут до начала урока, а не так, как сейчас ей приходится ездить сюда с другого конца Москвы.

Останавливаю машину у высоких кованых ворот, выхожу на улицу, втягиваю носом воздух – свежий-свежий, прохладный, затем подхожу ближе и оглядываю большой ухоженный двор.

Я не раз представляла, как здесь будут расти розы, которые посажу, как буду сидеть с книгой вон на той красивой веранде, наслаждаться пением птиц и греться на солнышке. Как вечерами будем зажигать очаг и собираться семьей там, рядом с мангальной зоной, где стоит диван и кресла из ротанга.

Столько планов было на эту новую жизнь в Москве