Текст книги "Большая книга ужасов 78 (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bolshaya-kniga-uzhasov-78-sbornik-178982.jpg)
Автор книги: Елена Усачева
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 9
В логове
Я вернулся домой.
Катьке стало хуже. Белизна распространялась по ноге. Катьке не было больно, наоборот, если надавить на белизну, ничего не чувствовалось.
В свертке, который передала мне Лерка, был колокольчик. Маленький серебряный колокольчик. И записка с одним словом.
«Звоните».
Я прицепил колокольчик к лампе в Катькиной комнате и привязал к язычку веревочку, а к веревочке листок бумаги. Бумага колебалась от движений воздуха, и колокольчик потихоньку позвякивал.
Закрыл дверь, задернул жалюзи и вышел в сеть. Попытался заглянуть на «Мертвец. ру», но сайт не работал. Тогда решил проверить почту. Запустил почтовый обозреватель и обнаружил, что мне пришло письмо. Открыл.
Письмо было такое:
«ТВОЕ ИМЯ – БРАТ. ВСТРЕТИМСЯ. МЕРТВЕЦ».
Дальше следовал адрес сайта. Я вбил его в адресную строку и нажал ввод. Сайт был совершенно левый, что-то для любителей собирания грибов. Я сразу же зашел на чат и окунулся в тонкости собирания рыжиков, засолки груздей и охоты со свиньями за русскими трюфелями. Посетителей было немного, Мертвеца среди них не было. Я подождал, не появится ли он, он не появился. Тогда я вбил первую фразу:
ПРИВЕТ, МЕРТВЕЦ. ЭТО БРАТ.
Он ответил почти сразу:
КАК СЕСТРА?
Интересно, каким образом Мертвец узнал про Катьку? На «Мертвец. ру» я поместил только рассказ о визите Гороха, про Катьку я ничего не писал. Но я не стал об этом спрашивать, я ответил:
ПЛОХО. ОЧЕНЬ.
На экране высветился вопрос:
БЕЛОЕ ИЛИ КРАСНОЕ?
Сначала я не понял, потом догадался, что Мертвец спрашивает про Катькину болезнь, и настучал на клавиатуре:
БЕЛОЕ.
Мертвец ответил:
БЕЛОЕ ХУЖЕ. ОНО БЫСТРЕЕ.
Мне не оставалось ничего другого, как написать:
И ЧТО МНЕ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ?
Мертвец написал не сразу. Прошло минут пять. Потом на экране возникло:
ПЛОХО. ОСТАЛОСЬ МАЛО ВРЕМЕНИ. ДНЕЙ ПЯТЬ. ПОТОМ ОНО СОЖРЕТ ТВОЮ СЕСТРУ. ЛУЧШЕ ПОСПЕШИТЬ.
Я спросил:
КАК ПОСПЕШИТЬ-ТО? КАК СНЯТЬ ПРОКЛЯТЬЕ?
Ответ пришел почти сразу:
ПРОКЛЯТЬЕ НЕ НОСКИ, СНЯТЬ НЕЛЬЗЯ.
Я не понял и повторил вопрос:
КАК СНЯТЬ?
Мертвец ответил:
ТЫ ДОЛЖЕН ЕЕ ГРОХНУТЬ.
Я вздрогнул. А Мертвец продолжал:
ОСИНОВЫЙ КОЛ – ЭТО НАВЕРНЯКА. МОЖНО СЖЕЧЬ, ЭТО ТОЖЕ НЕПЛОХО. ЕСЛИ У ТЕБЯ ЕСТЬ РУЖЬЕ…
Я перебил Мертвеца:
МНЕ ТРИНАДЦАТЬ ЛЕТ, Я НЕ МОГУ. НУЖНО ЧТО-ТО ДРУГОЕ.
Мертвец не отвечал долго. Любители свинушек продолжали болтать о способах приготовления деликатесной грибной икры и яиц, фаршированных тушеными боровиками. Я им позавидовал и даже подумал, что когда все это кончится, я возьму и тоже запишусь в какое-нибудь общество, например, в общество собирателей чугунных батарей или в клуб добровольных искателей Атлантиды.
И когда я уже принялся развивать в голове планы и способы отыскания этой самой Атлантиды, откликнулся Мертвец:
ЕСТЬ ЕЩЕ СПОСОБ. ОТЫЩИ КОЛДОВСКУЮ КНИГУ. У КАЖДОЙ ВЕДЬМЫ ЕСТЬ КНИГА, ЕСЛИ СЖЕЧЬ КНИГУ, ВЕДЬМА ПОГИБНЕТ. ЭТО ТВОЙ ЕДИНСТВЕННЫЙ ШАНС!!! ЖГИ, НЕ РАЗДУМЫВАЙ, НЕ ЖАЛЕЙ, ОНА ВАС НЕ ПОЖАЛЕЕТ!
Тогда я решил спросить:
МЕРТВЕЦ, ТЫ КТО?
Мертвец промолчал. Я повторил вопрос:
ТЫ КТО?
Мертвец не ответил. Вернее, не то ответил:
ЗАПОМНИ! КНИГУ БЕРЕЖЕТ ХРАНИТЕЛЬ!!!
Я спросил:
КТО ТАКОЙ ХРАНИТЕЛЬ?
Ответ:
СУЩЕСТВО. У КАЖДОЙ ВЕДЬМЫ ЕСТЬ СУЩЕСТВО.
Я хотел спросить, что за существо, но связь стала мерцать, и я успел вбить всего один вопрос:
КАК ОНА ПОПАДАЕТ В ДОМ, ЕСЛИ ДВЕРИ ЗАКРЫТЫ?
Через минуту по экрану побежала надпись:
ГЛАЗ… ПРИЕХАТЬ ПОПРОБУЮ ПОМОЧЬ. ЧЕРЕЗ…
Связь оборвалась. И тут же земля дрогнула от грома. Я выглянул в окно.
Над холмом повисла жирная черная туча, в ее глубине прыгали острые желтые молнии, солнечные лучи ломались в туче и ползли по земле, точно прожектора.
Я посмотрел на мобильник. Сеть ушла. Видимо, гроза вызвала помехи в связи, и соединение с Интернетом стало невозможным. А стационарного телефона в доме не было.
Туча затягивала небо. Мать собиралась позвонить мне, теперь не позвонит. Я остался один.
Снова ударил гром, дом вздрогнул. Я разлегся на полу и стал пережидать грозу.
До вечера ничего не произошло. В десять, когда гроза прошла, кончился дождь, и тучи уползли за холм, и горизонт очистился, позвонила Лерка.
– Кое-что тут придумала, – сказала она. – Завтра зайду в одиннадцать. Будь готов.
Я хотел спросить, к чему мне надо быть готовым, но Лерка не ответила и отключилась. Я попытался дозвониться отцу или матери, бесполезно, их трубки были отключены.
Какое-то время я еще сидел в кресле и караулил у окна с бейсбольной битой наперевес, затем навалился сон…
Лерка зашла в одиннадцать, как обещала.
Она посмотрела на мою кривую и заспанную рожу, посмотрела на Катьку. Катька проснулась и теперь лежала на кровати, водя ногтем по цветочкам на обоях. Я спросил ее, чего она хочет, Катька молча отвернулась к стенке.
Лерка хмыкнула и отправилась на кухню. Через двадцать минут она поднялась к нам с подносом. На подносе горячие бутерброды с сыром и зеленью, яйца всмятку, апельсиновый сок.
Катька есть не стала.
– Не хочешь есть, выпей сок, – велела Лерка. – Я тебе специальный приготовила – апельсин с мякотью киви. Это витаминная бомба, должно помочь.
Катька не ответила.
– Я туда еще сахарного сиропа добавила, – уговаривала Лерка. – Очень вкусно.
Катька не выдержала и сок выпила. Я тоже перекусил. Бутерброды были вкусные, а яйца сварены как раз до нужной консистенции. Сок тоже был отличный, у Лерки явно имелись незаурядные кулинарные способности.
– Спасибо, – поблагодарил я. – Было очень вкусно. Ты прирожденная хозяйка…
Лерка остановила меня, покачав головой.
Я хотел посмотреть, как там дела у Катьки, но Лерка сказала, что лучше этого не делать.
– У нас полно других дел, – добавила она. – Пойдем, надо поговорить.
Мы спустились в гостиную, уселись на диване, и Лерка изложила мне свой план.
– Я слышала одну вещь, – сказала Лерка. – Про колдовские книги. У каждого колдуна есть волшебная книга, в которую он записывает все свои колдовские рецепты. Чем толще эта книга, тем сильнее колдун…
– Мне тут один тип в чате почти…
– Не перебивай, – перебила меня сама Лерка. – А то у меня все мысли выскочат! Так вот. У Кострихи тоже должна быть такая книга. Без нее колдуны и волшебники бессильны. Надо книгу порвать или сжечь, уничтожить, короче.
– И как нам ее уничтожить?
Забавно, подумал я. Мертвец предложил мне то же самое. Впрочем, это неудивительно, мысль-то лежит на поверхности. Я сам бы даже додумался до нее, если бы не был так напуган и задерган.
– И как нам ее уничтожить? – снова спросил я.
– Ее сначала нужно найти. Книга, скорее всего, хранится в доме Кострихи. Значит, надо забраться туда, отыскать книгу, и все. А я как раз тут кое-что придумала, слушай мой план…
Я выслушал. Потом пять минут думал и согласился. Обсудив детали, мы вернулись на второй этаж.
Устроившись возле окна, я стал ждать. Сначала я хотел взять папашин бинокль, но затем передумал – и так все было прекрасно видно. Соседкин дом чернел среди зелени, мне не нравилось на него смотреть.
Лерка сидела за столом, грызла орешки и бродила по девчачьим сайтам Интернета. Каждые пять минут она спрашивала меня:
– Ну, как там?
Я не отвечал, поскольку мне нечего было ответить. Соседка не показывалась.
– Еще рано, наверное, – говорил я. – Там этот твой… когда активизируется?
– С двух до пяти должен подойти. Обещал, во всяком случае.
– И как ты его заманила? – спросил я.
– Просто, – улыбнулась Лерка. – У него зрение – минус пять, его не то что в милицию, его в кладовщики не взяли бы! А дед мой его пристроил. Знаешь, в деревне доктор – второй человек после председателя. Так что я, типа, местная элита. А участковый обязан нашей семье.
– И что он сделает?
– У нее, у Кострихи, паспорт до сих пор не обменян, а участковый обязан об этом всем напоминать. Вот он придет и вызовет ее в отделение для составления объяснительной. И продержит часа два, я договорилась. Нам хватит.
– А ты никому не сказала, куда мы идем? – я оторвался от наблюдения.
– Нет. А ты?
– Я тоже. Да и некому говорить, сама знаешь. Так что мы одни тут, во всем этом доме.
Лерка посмотрела на дверь.
– Она сюда не придет?
– Вряд ли, – сказал я. – Чего ей тут делать? Она уже приходила. Один раз в натуре, а потом еще в виде… нечеловеческом…
– Это ясно… Ладно… А то мне не по себе как-то…
Мне самому было не по себе. Мне было не по себе уже который день, с тех пор как все это началось. С тех пор, как нас угораздило притащиться в эту дыру…
Посмотрел на часы. Половина первого. Когда я глядел на часы в прошлый раз, было двадцать минут первого. Время, что ли, остановилось?
Я подошел к Лерке, и мы принялись сверять время, а поскольку разнобой в наших часах был весьма значительный, пришлось выходить на сайт института точного времени и синхронизироваться с самыми точными в мире атомными часами.
Когда я вернулся к окну, то обнаружил, что к дому соседки подошел щуплый милиционер в выпуклых очках. Милиционер нервно озирался и машинально елозил рукой по кобуре. Наконец он взял себя в руки, оправил форму, натянул поглубже фуражку и постучал в окошко.
Стекло ответило неожиданно громким звоном, так что я даже вздрогнул. Лерка тоже сразу все поняла, бросила компьютер и присоединилась ко мне.
Милиционер еще раз постучал в окошко. Дверь не открылась.
– А вдруг она его это?.. – шепотом спросил я. – Разразит… ну, громом, что ли?
– Не разразит, – сказала Лерка. – Он к ней уже пятый раз с этим паспортом заходит, а все еще жив. Правда, волнуется каждый раз одинаково. Да и невыгодно ей это – участкового раздражать.
Милиционер прокашлялся и постучал уже в дверь. И уже не пальцем, а дубинкой. Неожиданно дверь отворилась, и на пороге возникла соседка. Она была в сером плаще и забавной разноцветной вязаной шапке, такие носят исполнители музыки рэгги. Из-под шапки выбивались белые космы.
Милиционер принялся что-то говорить и делать руками приглашающие жесты, соседка слушала. Потом милиционер достал из кармана какую-то бумагу и принялся ее соседке зачитывать. Та слушала, а потом нехотя кивнула головой. И они пошли вверх по холму.
Дверь соседка не заперла.
Я тут же схватил рюкзачок со снаряжением, выскочил из комнаты и, перепрыгивая через ступеньки, побежал вниз. Лерка не отставала.
Осторожно открыл ведущую на улицу дверь и поглядел в бинокль. Соседка и милиционер медленно поднимались по холму.
Мы побежали к дому соседки.
Вблизи он не выглядел так угрожающе. Просто старый дом. Таких полно в брошенных селах по всей России. Когда в доме никто не живет, дом умирает. Что тогда происходит в доме, в котором живет ведьма?
Перед дверью я остановился. Снял с шеи бинокль и вручил его Лерке.
– Наблюдай за холмом, – распорядился я. – Если вдруг появится – сразу мне сообщишь!
– Я свистну, – сказала она.
– Мы не в каменном веке, – важно произнес я и кинул Лерке мобильник. – Нажмешь на кнопку «1» – и я отвечу. Если же я позвоню, нажмешь вот эту кнопку, тут зеленая трубка телефонная нарисована. Все просто.
– А ты?
– У меня есть еще один, старый. Не беспокойся.
Лерка непривычно повертела трубку в руках, повесила на шею.
– Если что – кричи, – сказал я.
– Ты тоже, – улыбнулась Лерка.
Я натянул перчатки, пнул дверь и шагнул внутрь.
В нос ударил запах сушеной травы и пыли. Небольшие сени были завешаны березовыми вениками в большом количестве. Зачем нужны были эти веники, я не знал, может, она пол ими мела. Я осторожно прошел через сени и приблизился к двери непосредственно в дом.
Дверь была толстая, тяжелая, с черными железными петлями, такие петли можно встретить в мультиках про Змея Горыныча.
Потянул за ручку. Дверь открылась, но не скрипнула. Смазана. Отлично смазана.
Я шагнул внутрь.
Окон в доме не было. Вернее, они были, но такие грязные, что свет сквозь них почти не пробивался. И тем не менее в царящем полумраке я вполне мог разглядеть все, что находилось в комнате. Обстановка, правда, была бедноватой и заключалась лишь в длинном столе и полках от пола до потолка. Полки были заставлены баночками из-под майонеза. Сотни баночек, может быть, даже тысячи. Ни надписей, ни каких-либо указаний на то, что в них. Я взял ближайшую и снял бумажную крышку. Внутри была какая-то зеленая жижа, по запаху напоминавшая гнилые яблоки. Я поставил баночку обратно и продолжил обход комнаты.
Ничего, кроме баночек и стола, в комнате не было. Интересно, а где соседка спит? Ни койки, ни диванчика. Видимо, она спит на столе.
Я обошел комнату три раза. Ничего. Я занервничал и двинулся в обход в четвертый раз. И в этот четвертый раз я увидел. В самом конце комнаты, прикрытая полками с баночками, пряталась дверь. Я быстро подошел к двери, сдвинул вбок полки с баночками и потянул за ручку.
Я думал, что эта-то дверь, за которой наверняка хранятся самые важные ведьмовские тайны, будет закрыта. Но я ошибся. Дверь открылась легко.
За дверью не было ни комнаты, ни спуска в подвал, за дверью была гладкая белая стена.
На стене черным углем был нарисован человеческий глаз. Впрочем, не человеческий – зрачок был вертикальным, как у животного.
Глаз был нарисован так убедительно, что я не выдержал и захлопнул дверь. Полки пристроил на место.
Больше в доме ничего не было. Никакой колдовской книги я не нашел. Достал мобильник и позвонил Лерке.
– Что случилось? – спросила она.
– Ничего. Я не нашел никакой книги. Тут одни банки какие-то…
– В подвале смотрел?
– Нет. А где подвал-то?
– Попрыгай! Где скрипит сильнее – там и подвал.
– Наверху все в порядке?
– Все спокойно, – сказала Лерка и отключилась, давая мне понять, что на пустые разговоры время тратить не стоит.
Я спрятал телефон и принялся прыгать вокруг стола. И вправду, в одном месте пол скрипел сильнее. Мне пришлось опуститься на колени и долго шарить по полу. Потом моя рука неожиданно провалилась в небольшое квадратное отверстие, такие в деревнях прорезают для кошек, чтобы они по своим делишкам лазили. Я подцепил люк и откинул его к стене. Дохнуло прохладой и затхлостью, я снял с шеи спецфонарик и осторожно посветил вниз.
Первое, что я увидел, было дерево. То самое дерево, бонсай, мой отец трудился над ним пять лет. Дерево стояло на дубовой колоде чуть сбоку от лаза.
Я осторожно свесился и спрыгнул вниз. Обвел фонариком подвал.
Подвал не очень отличался от комнаты наверху. Стены обиты досками, кажется, вагонка, только старомодная какая-то. Пахнет смолой. Колода. Я бы даже сказал, скорее плаха – вся серединка выщерблена, много били топором. Может, на самом деле это и была плаха, такой специальный ведьмовский источник силы, типа батарейки. Кто знает, сколько людей на этой штуке лишились рук, ног, да и головы, мне не хотелось задумываться над всем этим.
Табуретка. Все. Никакой колдовской книги. Видимо, соседка прятала ее на чердаке. Или вообще где-то в другом месте.
Я подошел к колоде и навел фонарик на дерево – бонсай.
Деревце скисло без света, почернело, ствол высох. В развилку, там, где деревце расходилось на три ветки, была воткнута черная каленая иголка.
С такими штуками я был знаком. Заочно, конечно. Не раз в кино видал, да и в книжках про такие вещи пишут. Вуду. Колдун берет какую-нибудь вещь у человека и делает с ней всякие гадости. Втыкает в нее булавки, бросает в горшок со змеями, зажимает в тиски. И у людей случаются инфаркты, кровоизлияния в мозг, разрывы органов. Черная магия.
Я перехватил фонарик в левую руку и собрался эту иголку из бонсай выдернуть, и уже протянул к ней пальцы, как вдруг за спиной зашуршало. Шорох, быстрый, будто пробежали по дереву маленькие когтистые лапки. Я обернулся.
Луч фонарика выхватил из темноты кусок стены.
В это мгновение что-то прыгнуло на меня сбоку и выбило фонарик, он стукнулся об пол, и я услышал, как хрустнуло стекло. А производители, между прочим, обещали, что такой фонарик можно безбоязненно ронять хоть с третьего этажа, хоть с Останкинской башни. Фонарик разбился, зато в нем заработало радио. Я стоял в полной темноте и слушал, как никчемная девчоночья группа поет о любви и апельсинах. Лучше бы уж разбился этот приемник – из-за этой фруктовой музыки я совершенно не слышал своего врага.
Вы когда-нибудь были в полной темноте, да еще в незнакомом помещении? Это все равно что быть слепым. Я присел и растопырил руки, ожидая нападения.
Но враг напал сзади. По моей ноге проскользнула тяжесть, спину царапнули игольчатые коготки, и тут же что-то холодное и сухое обвилось вокруг шеи.
Я попытался отцепить это, но существо было сильное и твердое. Сначала мне показалось, что больше всего оно походит на толстую змею, но потом я нащупал короткие лапки.
Значит, ящерица. Хранитель. Мертвец предупреждал, что должен быть хранитель.
Я стукнул существо кулаком в бок. Захват тут же усилился.
Девчоночья группа пела о том, как хорошо рассекать со своим возлюбленным изумрудные морские просторы на скутере, а эта тварь стягивала мою шею.
Я снова попытался отодрать эту дрянь, но бесполезно, она была крепкой, будто стальной трос, я до мяса сломал ноготь.
Воздуху становилось все меньше и меньше, жуткая тварь удерживала меня уже целую минуту. А мой личный рекорд задержки дыхания всего минута сорок. Через сорок секунд я потеряю сознание и растекусь по полу.
Девушки пели, что нет ничего лучше, чем угощаться кокосовым сиропом в тени развесистых кокосовых же пальм. Я задыхался.
Меня начало тошнить.
Неожиданно заработал телефон. Экранчик зажегся, и в его синем свете я увидел, что это на самом деле ящерица. Ее голова была почти прямо передо мной, и я видел, как блестят ее мелкие зубы, а глаза, наоборот, полны темноты.
Телефон продолжал звонить. Дело было совсем плохо – помимо того, что меня душила какая-то рептилия, так, видимо, еще и Лерка предупреждала меня, что соседка спускается с холма.
И тут мне в голову пришла идея. Я упал на колени и пополз к краю колоды. Пока звонил телефон, я мог видеть. И мог ткнуться этим существом об острый край здоровенного дубового пня.
Когда до колоды осталось не больше метра, телефон замолчал. Свет погас.
Я рванулся вперед, под коленом хрустнул фонарик и песня про счастливые летние каникулы прекратилась. Я ударился о колоду плечом и свалился на пол.
Я еще пытался отодрать от себя хранителя, но уже вяло, перед глазами поплыли разноцветные круги. Разноцветные круги в темноте – это красиво. В голове мутилось, я чувствовал, как удушье окончательно расслабляет мышцы, еще немного, и я перестану сопротивляться. Еще немного, и эта тварь меня удавит…
Правая рука наткнулась на доску. Весь подвал, как я уже говорил, был обшит мелкой гладкой вагонкой, и моя рука наткнулась на немного отстающую от стены доску. Пальцы подлезли под нее, я напрягся и отодрал доску. Ладонь царапнул гвоздь.
Существо стянуло захват так, что у меня что-то хрустнуло в шее.
Я поудобнее перехватил доску и вогнал гвоздь в чешуйчатое тело.
Рептилия не издала ни звука, но я почувствовал, что захват немного ослаб. Тогда я воткнул гвоздь еще раз, затем еще и еще. Существо перестало меня душить, но все еще держалось за мою шею. Я схватил его за лапу и со всего размаха шваркнул о колоду.
Тварь пискнула и перестала шевелиться. На меня брызнуло теплым.
Я нащупал левой рукой телефон и включил подсветку. Подвал снова наполнился синим электронным светом, я смог оглядеться.
В правой руке я сжимал лапу моего врага. Она была оторвана с мясом, рукав моей куртки залило кровью. Саму тварь не было видно, скорее всего, она спряталась в своей норе. Под ногами валялась доска, которая так меня выручила. Я подобрал ее на всякий случай и стал выбираться. Достать до люка с пола не получилось, пришлось поднатужиться и сдвинуть колоду. Затем я подпрыгнул и открыл головой люк.
Да, еще, перед тем как убраться из подвала, я осторожно вытащил из дерева бонсай иглу.
Глава 10
Коктейль Молотова
Я проснулся.
Окно было закрыто, но жалюзи не опущены. Прямо напротив окна висела неприятно красная луна. Я пощупал рукой вокруг себя. Биты не было.
Я окончательно проснулся и, не поворачивая головы, одними глазами оглядел комнату. Бита валялась на полу возле двери в коридор. Между мной и битой на полу сидела белая кошка.
В этот раз я рассмотрел ее получше. Кошка на самом деле была очень необычная. Кряжистая, с короткими лапами и тяжелой массивной головой. Пустая беззубая пасть. Ушей я не разглядел. Кошка смотрела на меня.
Катька спала рядом. Спала крепко, сжимала в руке колокольчик, подаренный доктором, дедушкой Лерки.
Кошка сделала шаг. Тогда я оттолкнулся обеими ногами и прыгнул к двери. Кошка сместилась вправо, я проскользнул по полу, схватил биту и поднялся на колени. Кошка промелькнула надо мной. Я коротко взмахнул битой, кошка мяукнула и врезалась в стену. Тут же вскочила на ноги. Но передняя лапа у нее была подломлена, тварь сильно на нее припадала. Я замахнулся снова, но кошка подпрыгнула и будто растворилась в воздухе.
Катька продолжала спать. По моей правой руке от запястья до локтя шла тонкая глубокая царапина. Кошки в комнате не было.
Я не закричал.
Когда тебя кусает ядовитая змея, кровь из ранки надо высосать вместе с ядом. Когда тебя царапает колдовская кошка… фиг знает, что надо делать в таких случаях, я лично на руку подул.
А рука ныла, я уже чувствовал, как вверх по ней ползет боль, я уже видел свою страшную и мучительную смерть, похороны, тяжелый черный крест… Вдруг я заметил, что из паркета торчит маленькая щепка. Я сразу же свалился обратно на пол и внимательно щепку осмотрел. Кончик щепки был перепачкан кровью.
Мне сразу здорово полегчало. Кошка не смогла меня царапнуть, я поцарапался сам.
Я привалился к стене.
Как эта чертова кошка оказалась в комнате?
– Что случилось?
Катька проснулась и приподнялась на локте.
– Ничего, – сказал я. – Спал себе спокойно, никого не трогал и вдруг совершенно случайно упал с кровати. Вот и все. Спи.
– Понятно, – сонно сказала Катька. – А мама не приехала?
– Она приедет, – соврал я. – Она завтра приедет. Я ей звонил.
– Ну, хорошо.
Катька уснула почти сразу.
Но я не мог уснуть. Я лежал напротив Катькиной кровати, обнимался с битой и думал о том, как все-таки эта чертова кошка оказывается в комнате?
Около пяти, когда ночь закончилась и стало светать, я все-таки вырубился.
Утром заглянула Лерка.
Она прошла в кладовку, достала пиццу, разогрела и разделила на две части. Одну сунула мне, другую сложила пополам и стала есть.
– Выглядишь, как позавчера, – Лерка жевала пиццу и запивала вишневой газировкой. – Ты, мне кажется, сегодня не спал. А не ел толком дня два, не меньше. Не ел ведь?
– Не-а, – мне совершенно не хотелось есть. – Говорят, что голод и недосыпание продлевают жизнь…
– Ерунда. Катька спит?
– Спит. Колокольчик вроде помогает, белизна медленней ползет… Но ползет.
– Ползет. Что делать будем?
– Не знаю. Может, еще раз попробуем слазить? К Кострихе?
Лерка хмыкнула.
– Тогда одно остается, – вздохнул я.
И посмотрел на длинную полку с ножами разного размера и длины.
– Ты с ней не справишься, – сразу же отмела эту идею Лерка. – Она сильная. Однажды на нее собака бросилась, так она ей шею свернула.
– А если со спины?
– И со спины не получится, – Лерка открыла еще лимонаду. – У нее чутье. Мне вчера участковый рассказывал. Он завел ее в кабинет, заставил писать объяснительную, затем заявление, потом показал закон о паспортах. И вдруг ни с того ни с сего она дернулась, голову наклонила, прислушалась – и как рванет из кабинета! Участковый ее задержать побоялся даже. Она почуяла, что кто-то проник в ее жилище, и сразу бросилась домой.
Я стукнул кулаком по столу, бутылки с лимонадом подпрыгнули.
– У твоего дедушки есть ружье? – спросил я.
– Нет. А может, есть. Но он не даст.
– Почему?
– Потому что мы маленькие. И потому, что так нельзя.
Я ударил себя по колену.
– А если уехать…
Лерка покачала головой.
– Чего ты заладил – уехать, уехать. От нее не уедешь! От проклятья не скрыться!
Я промолчал. Лерка сорвалась. Я погладил ее по плечу, мне не хотелось, чтобы Лерка на меня обижалась. Лерка была первым моим другом. Неожиданным другом. Вообще-то у меня и среди парней друзей было не очень много, а среди девчонок тем более.
– Как она сюда проникает? – спросила Лерка. – Она как-то ведь проникает в дом…
– Она в кошку превращается…
Лерка усмехнулась.
– Ты физику плохо учил. Нельзя превратиться в кошку, есть же физика. Нельзя превратиться в существо, меньшее по объемам…
– Ага! – возразил я. – А как же она тогда в трубу выскочила?
Лерка согласилась.
– Даже если она в кошку превращаться умеет, как она в дом попадает? – спросила она. – По крыше, по стене?
– Не. Она сразу в доме как-то оказывается. Прямо в комнате. Как она к Катьке попала? Как ко мне? Все было закрыто.
– Я не знаю… А ты иголку прихватил?
– Она новую воткнет… – я достал иголку пинцетом. – У нее этих иголок, наверное, килограмм…
– Не, – Лерка отобрала у меня пинцет, – такую иголку можно только один раз воткнуть. Если с первого раза не получилось – все, больше не выйдет.
Лерка вставила иголку между паркетинами, надавила на нее каблуком и сломала.
– Теперь за отца можешь не волноваться.
– А ты откуда знаешь?
– Да у нас в селе эти сказки каждый сопляк знает. Нельзя сразу наложить на одного человека два проклятья…
Дверь вздрогнула. Стук. Вернее, даже не стук, а удар.
– Что это? – спросила Лерка.
– Она. Поднимись к Катьке. Бита там.
– Я…
– Поднимись! – шепотом рявкнул я.
Лерка послушалась.
Мне не хотелось, чтобы Костриха выбила дверь. Я открыл.
В этот раз она не была похожа на ту милую бабушку, которая заходила к нам в первый раз. Она ворвалась в прихожую. Правая рука была примотана к шее грязной тряпкой и болталась безжизненно. Я подумал, что хорошо ей врезал, жаль, что по голове не попал.
Соседка обвела прихожую глазами, воткнулась в меня черно-красными зрачками и сказала:
– Нехорошо, мальчик. Нехорошо брать чужое.
Я осторожно скосился за плечо, так, на всякий случай. Убегать я не собирался, все равно бесполезно. Да и некуда.
– Нехорошо заходить в чужие дома и брать чужие вещи, – повторила Костриха.
– Я ничего у вас не брал, – сказал я, стараясь, чтобы не дрожал голос.
– Брал! – рявкнула соседка.
Тут она зажмурилась и забормотала что-то непонятное, быстро-быстро. Потом открыла глаза и уставилась на меня.
– Отдай то, что взял. Или будет плохо.
– Хуже не бывает.
– Бывает, – ухмыльнулась соседка. – Бывает гораздо хуже. Ты просто не представляешь, до какой степени может быть хуже! У тебя есть… Тебе знакома эта вещица?
Она сунула руку куда-то в свои тряпки и вытащила серебряное кольцо. Я сразу его узнал. Это было кольцо моей матери.
– Вижу, что знакома, – соседка надела кольцо на палец. – Если ты не вернешь то, что тебе не принадлежит, я брошу это кольцо в котелок с маслом и буду варить, и от этого кожа твоей матери покроется пузырями…
Она говорила, но я слушал плохо, меня уже мутило от всего этого.
Соседка остановилась.
– Ты не только взял чужую вещь, – глаза соседки превратились в узкие щелочки. – Ты лишил меня моего слуги.
Она вытянула из рукава длинное существо, похожее на черную ящерицу. Но это была не совсем ящерица, даже мгновенного взгляда мне хватило, чтобы увидеть, что ног у ящерицы не три (одну-то я оторвал), а пять. Значит, сначала ног у нее было шесть.
– С чего вы взяли, что это я? – нагло спросил я. – Может, его собака покусала? Такого уродца каждый покусать рад…
Соседка молча показала мне мой фонарик с радио. Я обронил его в подвале. Когда этот шестилап пытался меня задушить.
– Подумай, мальчик, – сказала она. – Я приду, и ты мне отдашь то, что мое. Не пытайся бежать, не пытайся прятаться. Я тебя найду. Передай привет своей сестре.
Едва за ней закрылась дверь, как я побежал наверх.
Катька спала. Дышала спокойно и ровно. Лерка с битой сидела рядом.
– Что? – спросила она.
– Она приходила.
– И что?
– Хотела, чтобы я ей вернул то, что забрал.
– А что ты забрал?
– Не знаю. Мне кажется, она просто с ума сошла.
– Не все так просто…
– Проще не бывает. Ты пока тут побудь, а я это… пойду, посмотрю…
Я вышел в коридор. Заглянул в свою комнату, проверить почту. Подключился, вышел в сеть. В боксе обнаружилось письмо. Странно, но письмо было без обратного адреса, обычно такого не бывает. Впрочем, вирусный сканер ничего не показал. Я открыл послание. Номер мобильника. Я позвонил по указанному телефону.
Соединили почти сразу.
– Привет, – ответил искаженный пространством и электроникой голос.
– Кто-то прислал мне ваш номер, – сказал я. – Вы кто…
– Мы с тобой разговаривали.
– Мертвец?
Молчание. Видимо, знак согласия.
– Тебе нужна помощь. Я бы сказал, скорая. Даже очень скорая.
– Нужна, – ответил я. – И очень скорая.
– Отлично! – в голосе Мертвеца послышался восторг.
– Чего уж отличного…
В трубке замолчали. Потом голос в трубке произнес:
– Такие случаи довольно редки, я не хочу его упускать. Настоящая ведьма, настоящее проклятие. И потом… Меня интересует одна вещь…
Пауза.
– Ты описал мне свою соседку, я навел справки. Это очень сильная ведьма, мне с ней будет интересно побороться. Я разберусь с ней, попробую, затем…
В трубке засмеялись.
– Затем посмотрим.
– Хорошо, – сказал я. – Мой дом найти…
Я хотел сказать, что найти нас легко, двухэтажный дом с красной крышей…
В трубке снова засмеялись.
– Ничего не помнишь. Ты же рассказал всю свою историю. Написал письмо. Село Унжа, новый дом, два этажа. Я найду. И скоро приеду. Постараюсь. Как можно скорей. Отбой.
В трубке запикало.
Царапина на руке неприятно зудела, и я решил ее изолировать от внешней среды. За пластырем идти было лень, можно просто замотать руку скотчем. Где скотч? Последний раз скотч был нужен мне для того, чтоб подклеить плакат с волком. Я поглядел на плакат.
Нижние углы снова отклеились, скотч просох. Плакат надувался от легкого сквозняка. Я подумал, что забыл закрыть окно, обернулся. Окно было закрыто. Хорошее евроокно, такие окна не оставляют сквознякам шанса.
А плакат надувался.
Я приблизился к стене и осторожно, кончиками пальцев приподнял уголки плаката.
На стене под плакатом был глаз. Я сразу же его узнал. Нарисованный углем черный глаз с вертикальным, как у животного, зрачком. Размером… Размером с кошку.
Я приблизил к глазу руку. Из глаза заметно тянуло холодком.
Я отпрыгнул.
Глаз. Точно такой же, как в доме ведьмы, за дверью, которая никуда не ведет. Глаз тут, глаз там. Тоннель. Проход.
В углу стоял мешок с моими вещами. С излюбленными вещами. Я вытряхнул его на пол и среди старых дисков, винчестеров, теннисных мячей для тренировки кисти, дыроколов и других сокровищ обнаружил баллончик с оранжевой эмалью. Поболтал. Краска булькала, баллончик не сдох. Я нажал на распылитель. По полу поползло апельсиновое пятно.
Я встал, подкрался к стене и закрасил черный глаз оранжевым. Густо, чтобы не было ни одного краешка. Затем вернул волка на свое место и понадежнее закрепил плакат скотчем. Крест-накрест, как в войну заклеивали стекла, чтобы не бились при бомбежках. После чего я решил проверить дом, нет ли где-нибудь еще таких глаз. Но для начала надо было вооружиться. На кухне я взял общие ключи от дома и отправился в спортзал.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?