Текст книги "Снимаю шляпу. Сказочная проза, сказки, стихи, рисунки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/snimayu-shlyapu-skazochnaya-proza-skazki-stihi-risunki-266739.jpg)
Автор книги: Елизавета Лещенко
Жанр: Поэзия, Поэзия и Драматургия
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
***
Эрни присел за столик и налил горячий чай в две кружки: для себя и для Тома. Свежий белый хлеб с брусничным джемом и согревающий крепкий чай разбудили приятные воспоминания. Теперь они были легкими, как облако, ненавязчиво проплывающее мимо в солнечный ветреный день. Боль потери ушла, осталась только память, заключенная в миниатюрном шарике, сейчас хранившемся в одной из банок, на одной из полок…
Они часто сидели в комнате так, среди сгущавшихся сумерек, при свете маленькой настольной лампы, пили вечерний чай. В это время к ним обычно заходила в гости женщина, живущая неподалеку. Она шила и вязала для них одежду, а они чинили все, что ломалось в ее доме. Допив чай, она вязала очередной свитер, носок или жилет, полосатый кот мурлыкал на ее коленях, одетый в вязаный «костюм». Свет лампы отражался в стеклах ее очков, освещал ее открытое, приветливое лицо. Как хорошо было бы снова навестить ее…
Эрни заметил, что Том наблюдает за ним, тщательно пережевывая булку с джемом и барабаня пальцами по чашке. Погрузившись в воспоминания, он не заметил, что за столом их теперь трое. Мистер По клевал накрошенный хлеб, политый джемом, из своей тарелки.
– Знаешь что, Эрни? – Том в кои-то веки не подмигивал и не улыбался. – Позволь мне задать тебе один серьезный вопрос.
Эрни понятия не имел, к чему клонит Том.
– Да?
– Эрни, ты хочешь, чтобы я стал твоим опекуном?
Эрни поперхнулся чаем и закашлялся. Он понимал, что встреча с Томом для него – счастливый случай, чудесный шанс и подарок судьбы.. Но на такой исход он даже не надеялся.
– Это… Это было бы здорово! Но… Я ведь… сбежал… это ничего?
– Знаешь, брат директора школы, в которой я работаю, трудится как раз в службе опеки. Я думаю, он не откажется помочь нам.
Том невозмутимо положил в рот три конфеты сразу и стал сосредоточенно пережевывать их, запивая большими глотками чая.
– Если ты не против, я возьму твои бумаги и в ближайшее время разузнаю, как нам все уладить. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы вернуться в школу? Занятия начнутся послезавтра.
Том отправил в рот еще три конфеты и подлил чая себе в чашку.
Эрни вспомнил маленькую школу – самый крайний домик возле дороги, окруженный соснами и вязами, с небольшой полянкой на заднем дворе, где все играли в мяч на больших переменах. Он был не слишком силен в науках, зато в резьбе по дереву был лучшим во всей школе. Там у него были друзья. Их было немного, но он так скучал по ним все это время…
– Школа, в которой я учился, довольно далеко отсюда. – Неуверенно ответил Эрни.
– А та, в которую хожу я – совсем близко. Мы могли бы пойти туда вместе.
Эрни не мог назвать себя человеком, который легко заводит друзей, и мысль о новой школе немного пугала его. Но… если рядом будет Том…
– Можно попробовать.
– Отлично. Тогда завтра пройдемся по магазинам и приведем тебя в порядок. Все расходы беру на себя как твой будущий опекун, идет?
– Вообще-то у меня осталось кое-что, я мог бы добавить..
– Положи эти монеты вон в ту копилку, будь добр. – На одной из книжных полок стояла копилка в виде черной кошки с поднятым хвостом. – Если на Хеллоуин к нам пристанут какие-нибудь чертята, будет чем от них откупиться.
Том продолжал уплетать конфеты, меланхолично глядя в окно. Крыши домишек заблестели оранжевым, потом окрасились в ярко-розовый, и, наконец, южная улица утонула в сиреневатой дымке. В окошках зажигали свет. Том задернул жалюзи, повернул штуку, похожую на выключатель, и разжег в камине огонь. Мистер По, снова похожий на кроткого голубя, угнездился в кресле, скомкав плед. Наклонив голову влево, он наблюдал за разгорающимися огоньками.
Эрни улегся в гамаке, обняв подушку.
– Какое ты любишь кино, Эрни?
Том дернул за шнурок, свисавший из-под потолка. Наверху что-то зашуршало, и посреди комнаты появилось белое прямоугольное полотно. Том достал из маленькой тумбочки крошечный ноутбук и белый экран превратился в «рабочий стол» с иконками.
– Если честно, я совсем в этом не разбираюсь: у нас с дедушкой не было компьютера и телевизора. Иногда мы ходили в кинотеатр, пару раз я смотрел фильмы у школьного друга. Наверно, Мистер По разбирается в этом лучше меня.
Мистер По лениво посмотрел на Эрни и снова уставился в камин.
– Хорошо, тогда выберу я. Том перебирал виртуальные папки, аккуратно водя пальцем по сенсорной панели. Как насчет истории о человеке с двумя сердцами, который украл телефонную будку?
– Мистерр-по! Докторрр-кто! – Мистер По оживился и отвернулся от камина.
Глава 10. Пустынная планетка, гроза и кружка с Обеликсом
На экране замелькали титры, зазвучала «космическая» музыка. Угрюмого вида мужчина и девушка со светлыми волосами спасали планету от говорящих и летающих металлических коробок. У них неплохо получалось.
Эрни вошел в телефонную будку, закрыл за собой дверь и полетел.
Он пролетел мимо луны, она оказалась холодно-серым камнем, на который не так уж интересно смотреть вблизи, проскользнул мимо красновато-угрюмого Марса, немного полюбовался льдистыми кольцами Сатурна, увернулся от астероида, немного полетал за петляющей кометой с пылящим хвостом и проследовал дальше.
Солнце все удалялось, теперь оно стало просто крупной блестящей звездой – одной из многих. Далеким холодным шариком. Будка летала сквозь галактики и туманности, иногда Эрни видел большие космические корабли, ракеты и спутники. Его не слишком волновало, кто их построил, кто управляет ими. Будка куда-то несла его, она хотела что-то показать.
И, кажется, она наконец начала замедляться. Космическое пространство здесь было светло-синим, дружелюбно подсвеченным россыпью желтых звезд, как в детском мультике.
В окне виднелась какая-то точка, она росла и приближалась. Будка остановилась, зависла.
Точка теперь была не точкой. Это была одна маленькая пустынная планетка. На ней сидел мальчик. Он сидел, подложив одну ногу под другую, которой он болтал, как будто сидел на высоком-высоком стуле. Это был взрослый мальчик с кудрявыми волосами. Он играл на инструменте, чем-то похожем на гитару. Но это была не гитара (Эрни не знал, как называется этот инструмент, или не мог вспомнить). На руку, которой мальчик перебирал струны, был надет браслет с маленькими колокольчиками. Они звенели в такт музыке.
Сначала мальчик играл тихо, неуверенно, как бы нащупывая мелодию. А планета теперь уже была не крошечной и пустынной. Она стала больше и живее. Теперь мальчик сидел на траве, на горизонте виднелись невысокие деревья. Музыка зазвучала живее и громче. Вдруг она почему-то стала назойливой, раздражающей… противной. Эрни никогда бы не поставил такую мелодию на звонок будильника.
***
Том шлепал пищащими тапками по полу, завернувшись в длинный даже для него халат.
– Извини, я всегда выбираю самую отвратительную мелодию и ставлю его на вот эту тумбочку. Иначе не просыпаюсь.
Том развел руками и пошел к раковине. Где-то там, где он вчера нажимал кнопки, чтобы появились посудомоечная машина и овощерезка, он снова нажал на что-то. Из недр стола возникли кофеварка и тостер.
– Ты пьешь кофе? Я бы выпил. – Том потирал глаза, облокотившись о компактный гарнитур.
– Иногда.
– Ну вот и славно. У нас остался сыр. Кофе и тосты с сыром способны оживить мертвого.. не понимай буквально, этим я не занимаюсь. – Том скорчил гримасу и замахал ладонями («Я?! Да никогда!»).
Том взял с полки стеклянную банку с измельченными кофейными зернами, засыпал в кофеварку кофе, налил воду. Отрезал батон и запихнул его в тостер.
Прямоугольный экран, который вчера служил мини-кинотеатром, снова был аккуратно припрятан под потолком, о его существовании напоминала только веревка, болтавшаяся посередине комнаты. На бельевой веревке сушились джинсы, свитер, шапка и носки Эрни. Теперь они больше напоминали собой человеческую одежду.
Эрни сполз с гамака, влез в тапки и пошел в ванную. Проходить сквозь занавес с каждым разом было все легче, как будто его тело и разум прокладывали в тумане тропу. Это было похоже на дорожку в снегу, которую постепенно утаптывают.
На полу в прихожей еще виднелись следы вчерашнего приключения с мыльными пузырями. «Помою здесь пол после завтрака», решил Эрни.
Он умылся, почистил зубы, расправил мокрыми ладонями растрепавшиеся за ночь волосы.
Из-за занавеса уже пахло свежесваренным кофе. Эрни шагнул сквозь него, не задумываясь, закрыв глаза, втягивая ноздрями теплый ароматный воздух. Туман слегка коснулся его тела и отступил.
На столике стояла большая белая кружка с красным сердцем на одном боку, и кофейным зерном – на другом. На плоской белой тарелке лежали несколько больших ломтей подрумяненного хлеба и нарезанный сыр. Тома нигде не было видно.
Эрни бросил в чашку с кофе четыре кубика сахара и размешал. Окно сейчас показывало лесную поляну, залитую зимним солнцем. День уже немного прибавился. А в приморской стране, которая так дорога Тому по ему одному ведомым причинам, наверняка сейчас жарко. А может, там дождь? Гроза?
Внезапно вспышка молнии озарила темно-серое небо, ещё секунду назад бывшее безоблачным. Крупные капли дождя и градины забарабанили по стеклу. Струйки воды пересекали друг друга или сливались в «ручейки». Кусочки льда с громким стуком отскакивали от окна. Снова вспышка. Силуэты знакомых крыш, раскачивающиеся ветки пальм…
И снова ясное морозное утро. Припорошенный снегом отлив. Немного запотевшее в уголках внутреннее стекло.
Наверно, у переключателей вида из окна (или как там называется эта штука), тоже бывают перебои в работе. Эрни начал жевать следующий бутерброд, допивая кофе. Вдалеке с ветки на ветку перепорхнула какая-то большая птица. На снегу виднелись следы лисы. Сугроб под лучами солнца переливался всеми цветами радуги.
На секунду стекло снова залило водой. Эрни успел заметить силуэт парня в дождевике, сунувшего что-то в почтовый ящик, не слезая с велосипеда.
В следующее мгновение окно снова было сухим и чистым. Солнце светило так ярко, что перед глазами замелькали пятна. Эрни вдруг вспомнил, что как раз возле окна на улице видел почтовый ящик. На вид такой же неопределенно старый, как фонарь на крыльце.
Эрни накинул куртку Тома, сунул ноги в какие-то галоши, валявшиеся тут же, под вешалкой, отодвинул дверной засов и вышел на крыльцо.
Из ящика, действительно, торчала газета. На ее немного смятом краю виднелись несколько капель дождя, еще не успевшие замерзнуть. Тумана возле ящика видно не было, но он ощущался как бы на ощупь. Примерно так же, как когда Эрни в последний раз проходил сквозь занавес внутри дома.
Держа в одной руке газету, от которой сильно пахло свежей типографской краской и дождем, Эрни спустился с крыльца и выглянул за угол. Заснеженный двор с кустами и молодыми деревьями, посаженными рядом, заканчивался там, где начинался проход между домами. Одноэтажный деревянный домик пристроился боком к двухэтажному кирпичному городскому зданию. Воздух в месте, где заканчивался деревянный дом, немного дрожал, как и в том месте, где была «арка», сквозь которую они с Томом вчера проходили. Тумана не было.
Эрни вернулся в дом, допил кофе, повертел в руках газету. Она была написана на языке, которого он не знал. Впрочем, можно было догадаться, что означают слова «contrabando», «operación» и «antigua». На фотографиях у большинства людей была загорелая кожа и темные густые волосы.
Тома по-прежнему не было. Однако не было и его любимой кружки с Обеликсом.
Эрни взял газету и подошел к занавесу. Из-за занавеса Послышался тихий звон: как будто кто-то пересыпал стеклянный бисер. Эрни осторожно отодвинул край шторы.
Том, как был, в халате, надетом поверх пижамы, сидел возле окна на раскладном стульчике. На полу стояла наполовину пустая кружка с Обеликсом, рядом с ней – опустошенное блюдо с крошками от бутербродов. Немного поодаль на полу лежал ловец снов. Открытая банка с верблюдом и кактусом стояла возле левой ноги Тома (как обычно, на ноге был тапочек-мышка).
Правой рукой Том запихивал в рот последний тост. Левую он непринужденно запустил в банку с верблюдом. Пережевывая бутерброд и запивая его, наверно, уже остывшим кофе, растер порошок на ладони и непринужденно зачерпнул горсть «шариков», валявшихся на полу у окна. Сжал их пальцами, ненадолго прикрыл глаза, сосредотачиваясь, и снова разжал пальцы.
На его раскрытой ладони «расцвели» маленькие мирки с прозрачными сферами-стенками. В ближнем к Эрни шарике двое людей горячо спорили друг с другом, экспрессивно жестикулируя. В другой микросфере среди озера, укрытого туманной дымкой, светился маяк. Крошечный кораблик плыл прямо к нему. Его миниатюрные огни отражались в зеркале озера.
Глава 11. Работа хранителя снов
Том слегка надавил пальцами на упругие стенки сфер, и, держа сны в кулаке, словно горстку зерен, направился к стеллажу с банками. Ненадолго остановился, как будто размышляя, вытер правую ладонь о халат, разжал пальцы левой руки, сложив ее лодочкой. Еще немного подумал.
Шарик с маяком внутри с тихим звоном скатился в банку с «легендами и сущностями». Спорящие друг с другом люди отправились в «неразрешенное». Один шарик со стуком упал в «не смотреть», остальные отправились в «банально» и в «ни то, ни се».
На нижней полке в одиночестве стояла банка с именем Эрни. Он присел на корточки и вгляделся в содержимое. Один крошечный шарик спокойно лежал на дне. Другой перекатывался с места на место и подрагивал. Эрни осторожно взял банку в руки и поднес к лицу.
Банка покачнулась и задрожала: свежий сон занял все свободное пространство в ней.
Эрни прижался носом к банке. Он снова был в «мультяшном» светло-синем пространстве космоса, подсвеченном тепло-желтым солнцем. Пустынная планетка висела рядом. Длинноногий мальчик в узких джинсах встряхивал пушистыми волосами в такт музыке и болтал босой ступней. Он сидел спиной к Эрни. Но его музыка была отчетливо слышна. Позвякивавшие на руке колокольчики красиво оттеняли его высокий голос – он негромко напевал мелодию, которую играл. Эрни еще немного полюбовался сном. А потом отпустил его. Это было легко – просто ощущение, которым он мог управлять. Сон сжался и застыл на дне банки, неподалеку от своего соседа.
Эрни поставил банку на место и выпрямился. Он заметил, что на второй полке снизу так же одиноко стоит банка с именем Мистера По. Интересно, куда Том прячет собственные сны?
Все полки выше были плотно заставлены банками, забитыми мини-сферами почти до краев.
Вдруг все это разом навалилось на Эрни: сны рвались в его сознание, бились о стенки банок, как разволновавшееся сердце, пытающееся выпрыгнуть из коробки грудной клетки.
Эрни отошел от стеллажа и присел на корточки возле груды шариков на полу. Положил газету в каплях дождя (которую до сих пор сжимал в руке) на раскладной стул. Том стоял спиной к стеллажу, скрестив руки на груди, и угрюмо смотрел в окно.
Эрни снова слышал их, чувствовал их пульсацию. Он протянул руку и зачерпнул горсть сфер ладонью. Они быстро начали расти. Эрни накрыл их свободной рукой и осторожно сжал. Сферы перестали расширяться. Теперь Эрни мог рассмотреть их.
В ближайшей из сфер вращался… Эрни сказал бы, что это язычок тумана. Дымчатая лента цвета облака на закате. Эрни понял, почувствовал, что это след. Эхо, отголосок сна, который был здесь. И все-таки это эхо было чем-то важным, чем-то, что он должен был сохранить.
В другой сфере семья роботов солнечным днем играла в мяч на искусственном газоне. В третьей – мускулистый тонконогий юноша убегал от большой тропической змеи. Змея, похоже, совсем потеряла к нему интерес и заползла на дерево. В четвертой – молодой небритый мужчина летал над городом.
В пятой – гигантский паук висел под потолком темной комнаты.
Эрни вопросительно посмотрел на Тома. Он все еще стоял там же: скрестив руки, смотрел в окно, задумавшись о чем-то своем. Эрни подумал, что Том не замечает его. Однако он, не отрывая глаз от окна, спокойно произнес: «Очень хорошо. Положи их туда, куда считаешь нужным».
Эрни накрыл сферы второй рукой и легко надавил на них. Сферы немного уменьшились. Эрни подошел к стеллажу. Он читал все надписи, до которых мог дотянуться взглядом. Мысли и образы путались, сбивались. Наконец, сознание Эрни сфокусировалось на банке с надписью «воплощенное». Он понял, что язычок тумана стоит оставить в ней. Он осторожно взял его двумя пальцами и стал сжимать, держа над банкой. Шарик послушно уменьшался, наконец, уплотнился и выскользнул, стукнулся о горку других сфер, лежавших в банке.
Эрни побродил возле стеллажа еще, даже влез на высокий старый табурет, чтобы дотянуться до самых верхних запыленных полок.
Паука и змею он отправил в «страхи и кошмары», а вот роботы и летающий человек не захотели ложиться туда, куда он пытался их уложить. Сферы не хотели сжиматься, как он ни напрягал пальцы и сознание: они вращались, дрожали и меняли цвет полупрозрачных стенок, становились мутными, плохо просматриваемыми. Эрни понял, что логика здесь не работает. Придется довериться интуиции, постараться включить свое шестое чувство «на максимум».
Он еще раз проверил все полки и перешел к противоположной стене. На этот раз он не читал и не думал, он слушал вибрацию снов. Летящий человек захотел остаться в «Осознанных снах», а роботы отправились в «Интеллектуальное воображение».
Теперь Эрни начинал понимать, почему Том не справляется один. Работа хранителя снов была нелегкой. Он никогда не чувствовал себя таким уставшим и истощенным, даже когда занимался тяжелым физическим трудом на улице в разгар зимы. Он еле стоял на ногах и безумно проголодался, хотя на зубах еще остались крошки, а во рту ощущался привкус кофе.
Он вгляделся в худощавое лицо Тома, он тоже выглядел уставшим. Эрни впервые заметил, что волосы и борода у него не седые, как он думал все это время, а светло-русые с проседью. Том был совсем не старым, но уже потерял отца и дядю… и, возможно, кого-то еще… Наверно, у них, действительно, много общего.
Глава 12. «Устаревшая модель», шопинг и борода
Том заметил газету, которую Эрни оставил на раскладном стуле. Его лицо еще больше побледнело.
– Как она попала к тебе? – Том выглядел очень обеспокоенным.
Эрни рассказал ему все. Том быстро вышел из «хранилища», набросил полушубок и, выглянув за дверь, прокричал несколько очень странных слов.
Вскоре послышался знакомый шум крыльев Мистера По. Том тихо и быстро сказал ему что-то, сунув в клюв сушеный абрикос, повернул переключатель и выпустил птицу в загадочный приморский город.
Солнце уже высушило крыши и окно, на стекле виднелись только следы испарившихся капель, хотя на горизонте, где размытые очертания улицы блекли на фоне яркой бирюзы моря, виднелся рваный край темной тучи, недавно осыпавшей городок градом и молниями.
Том молча стоял, уперев ладони в подоконник.
Ворон не заставил себя долго ждать.
Он постукивал по стеклу когтем, держа в клюве красивый цветок оранжевого цвета.
Том открыл окно и впустил ворона.
В дом ворвался запах прибитой дождем пыли, мокрой травы, цветов и моря.
«Дана-поррядок-Мистерпо!»
Том погладил ворона, нежно разглядывая цветок. Он поднес его к губам и закрыл глаза.
Эрни решил оставить Тома наедине с его мыслями, и вышел в прихожую, которая нуждалась в уборке.
В углу за шкафом стояла какая-то железяка странной формы, там же обнаружились швабра и ведро.
Эрни подкатил рукава, набрал в ведро немного воды и принялся оттирать следы мыльных пузырей.
Послышался шелест и звон: Том возник из-за занавеса. Оранжевый цветок теперь выглядывал из-за его уха. На его лице все еще проглядывалось выражение тревоги, а взгляд был немного отрешенным.
– Оставь-ка это. – Том мягко высвободил швабру из цепких рук Эрни. – Знаешь, трудолюбие – это прекрасно. Но иногда стоит экономить свое время и силы.
Том убрал швабру обратно в угол и выкатил железяку, на которую Эрни не обратил особого внимания. У «железяки», однако, имелись туловище, голова, колесики, и тряпичный валик.
Том нажал кнопку на спине робота, тот запрокинул назад голову и открыл беззубый рот. Том налил туда воды из стеклянной бутылки и снова нажал кнопку. Из «живота» робота на пол брызнули струйки воды, он зажужжал и поехал, вращая тряпичный валик. От мыльных подтеков вскоре не осталось и следа.
– Модель, конечно, устаревшая, но вполне дееспособная. – Том выключил робота и задвинул обратно за шкаф.
– Здорово! – Эрни никогда раньше не видел бытовых роботов, даже «устаревших». Дом Тома, помимо волшебных порошков и мистических проходов из одного места в другое, был битком набит разного рода техникой. Том и его дом как будто жили несколькими жизнями одновременно. Однако Эрни про себя отметил, что эта странность не пугает и не смущает его: напротив, ему все больше нравилось здесь.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?