![](/books_files/covers/thumbs_240/kurinyy-bulon-dlya-dushi-duh-rozhdestva-101-istoriya-o-samom-chudesnom-vremeni-v-godu-249373.jpg)
Автор книги: Эми Ньюмарк
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Дерево Эшли
Маленькие проявления доброты могут изменить жизнь других людей сильнее, чем мы себе представляем.
КЭТРИН ПАЛСИФЕР
Я возвращалась домой с вызова, когда в свете фар моей машины засверкала мишура и цветные шарики. Неужели там, за поворотом, стояла новогодняя елка? Я ведь ехала по проселочной дороге, где не было никаких жилых домов.
Но это оказалось не полноценное дерево, а жалкого вида низкорослый можжевельник. Кому пришло в голову его украсить? Весь декабрь я ездила мимо того деревца и не могла сдержать улыбки. Когда праздники закончились, украшения на нем исчезли так же загадочно, как появились. На нем можно было разглядеть лишь кусочки оставшейся мишуры.
Год спустя я гадала, предстанет ли это деревце снова во всем своем рождественском великолепии. И, о чудо – его снова нарядили! Я узнала, что украшением дерева занимается школьница по имени Эшли Мунд. Она жила со своей семьей в нескольких километрах от «елки» и совсем недалеко от моей фермы. С тех пор я с нетерпением стала ждать, когда пройдет День благодарения, чтобы в свете моих фар снова заблестело дерево Эшли – так я его назвала. Каждый раз я улыбалась ему.
Шли годы, и маленький можжевеловый куст рос. А каждое Рождество его ветки покрывались украшениями.
Эшли окончила школу и поступила в колледж. Наверное, теперь у нее не будет времени на то, чтобы привезти и развесить гирлянды и игрушки на дереве у дороги. Представьте мое удивление и благодарность, когда я, возвращаясь домой с работы, снова увидела блеск мишуры и шариков на дереве Эшли! Как замечательно, что эта чудесная традиция продолжилась.
Прошло еще несколько лет. Эшли вышла замуж, и в ее жизни началась новая глава. Конечно, на этом история дерева Эшли должна была закончиться. Однако каждый год в конце ноября нарядный подросший можжевельник приветствовал меня на повороте, когда я ехала на машине домой.
В этом году департамент дорожного хозяйства занялся обрезкой веток и спилом деревьев, представляющих опасность для движения. Я сказала своему мужу Дарреллу, что боюсь, что дерево Эшли тоже срубят. Обрезку прекратили до того, как до него успели добраться, и я думала, что можжевельник пощадили. Но через несколько месяцев вырубка продолжилась, и всему пришел конец. Дерево Эшли безжалостно срубили и сбросили в овраг у дороги вместе с остатками мишуры на ветках.
На тот День благодарения я везла Даррелла домой из больницы, где ему делали ангиографию и устанавливали стент. И представьте наше удивление и радость, когда в фарах нашей машины замерцала мишура у обочины!
Это было новое дерево Эшли! Я прослезилась. Эшли, которая уже выросла, вышла замуж и жила своей жизнью, решила продолжить свою многолетнюю традицию. Несмотря на то что ее милый старый можжевельник пропал, она нашла ему замену – немного несуразное, но все такое же очаровательное создание. Оно растет вровень с оградой, так что дорожники точно его не срубят. Новое дерево, украшенное мишурой и шариками, радует глаз и продолжает многолетнюю традицию Эшли.
Роуз Хоу
Елка по имени Аполлон
Какой должна быть идеальная елка? Все елки идеальны.
ЧАРЛЬЗ Н. БЕРНАРД
В 1980 году я жила в Сан-Франциско, в районе Сансет. Там на гаражной распродаже я купила двухметровое одиннадцатилетнее дерево авокадо в большом глиняном горшке. Я заплатила за него двадцать долларов, включая чаевые для двух продавцов, которые помогли мне затащить горшок по узкой и извилистой лестнице в мою квартиру на втором этаже. Это было рискованное мероприятие, сопровождавшееся потом, стонами и чертыханьями сквозь зубы. Но цель была достигнута – авокадо поселилось в моей гостиной, не потеряв ни листочка при переезде.
Брэд и Даг, мои сыновья‐подростки, пришли в восторг при виде живого дерева в нашей гостиной. Да и я тоже – ведь прежде я думала, что иметь в доме растение выше человеческого роста – удел богачей, а не таких матерей‐одиночек, как я.
Мы поставили авокадо у большого окна, где оно могло купаться в лучах вечернего солнца. Мы сидели, скрестив ноги, на полу, благоговейно глядя на большие плоские листья в форме капель. От середины к краям каждого темно‐зеленого листа бежали светло‐зеленые прожилки, похожие на проселочные дороги по бокам от шоссе. Ствол дерева был серовато‐коричневым и шершавым, а тонкие гладкие ветки – ярко‐зелеными, цвета древесной лягушки. Я сделала глубокий удовлетворенный вдох и выдохнула углекислый газ в сторону дерева, так, что его нижние листья всколыхнулись. Я почти почувствовала, как в ответ они отдают мне драгоценный кислород.
Я назвала дерево Аполлоном в честь бога Солнца.
– Круто! – оценили мой выбор сыновья.
Конфликт начался в декабре, когда я предложила нарядить Аполлона вместо покупной елки.
– У нас в доме уже есть дерево. Зачем срубать еще одно на пару коротких недель, чтобы потом выбросить?
Мое предложение привело сыновей в ужас. Мало им было того, что я развелась, переехала вместе с ними через всю страну, начала встречаться с другим мужчиной и вернула себе девичью фамилию. Они настаивали, что авокадо вместо ели – это чересчур!
Брэд покачал головой, будто не веря собственным ушам.
– У нас всегда была елка на Рождество, – справедливо заметил он, а его брат закивал в поддержку. – Это семейная традиция. Можешь спросить у бабушки.
Да что спрашивать? Все действительно было именно так. Ёлку ставили на подставку у окна гостиной, обматывали ее ветки разноцветными гирляндами, а верхушку украшали серебристой звездой. Мы с мамой развешивали на ней хрупкие круглые и грушевидные стеклянные шарики и леденцовые тросточки в красно‐белую полоску. А еще вешали на ветки четырех блестящих птичек. Их крылья покачивались в воздухе и искрились на свету. Наконец, мы добавляли на елку открытки с поздравлениями. Результат был потрясающим даже до того, как загоралась гирлянда.
Выйдя замуж и став мамой, я не спорила с рождественскими традициями. Потом я развелась и переехала с детьми в Сан-Франциско, но все равно каждый год покупала, тащила домой и наряжала елку. Впервые мне пришло в голову сделать что‐то другое. Но мне не хотелось огорчать детей и спорить со своей матерью, поэтому я сдалась.
Пушистую полутораметровую елку выбрал Даг. Брэд установил ее на подставку у камина – как можно дальше от Аполлона. Потом мы развесили гирлянды, украшения, мишуру и леденцы. Брэд надел на верхушку звезду и включил огоньки. Елка выглядела замечательно, но мы все поглядывали в другой конец комнаты, где стоял Аполлон, наш член семьи – одинокий и ничем не украшенный.
Через неделю после Рождества мы сняли с елки украшения, вынесли ее на улицу и бросили в канаву, откуда ее должны были утащить дворники.
– Может быть, в следующем году украсим Аполлона? – предложила я, глядя на поверженное дерево.
Возражений не последовало.
На следующее Рождество мы украсили Аполлона серебристыми гирляндами и стеклянными шариками, леденцами и мишурой. Брэд аккуратно поместил сверкающую звезду на верхнюю ветку дерева. Даг подвесил двух блестящих птичек – мама поделила между нами тот старый набор. Подарки в праздничных упаковках мы поместили вокруг горшка. Нашлось место и для поздравительных открыток – я прикрепила их к широким листьям.
– Ну, совсем как бабушка, – довольно сказал Даг, а Брэд закивал, соглашаясь с братом.
Некоторые традиции мне все‐таки нравятся.
Линн Сандэй
Самое яркое деревце
Некоторые елочные украшения не просто блестят и светятся. Они представляют собой дар любви, преподнесенный давным‐давно.
ТОМ БЕЙКЕР
Был канун Рождества. Но в этот пасмурный вечер я совсем не чувствовала приближения праздника. Мне было грустно, и я уже не сдерживала слез. Наш крошечный съемный пляжный дом в Массачусетсе был холодным, некрасивым и совершенно не украшенным.
Мы переехали сюда осенью, и зарплаты на временных работах нам едва хватало на аренду. Я пыталась держаться. Но пока ветер взбивал волны в серую пену за окном кухни и меня одолевало одиночество – я скучала по своей семье в Теннесси.
Джейсон взял меня за руки и сказал:
– Может, тебе прогуляться с собаками? Вдруг станет получше.
Я решила, что муж прав, оделась, прикрепила поводки к ошейникам и вышла на пустынный берег.
Но даже через час мне по‐прежнему не хотелось праздновать в тесном мрачном доме. Я открыла дверь и тут же снова заплакала. На кухонном столе меня дожидалась крошечная елка, украшенная дешевыми пластиковыми игрушками. Джейсон стоял рядом и выглядел очень довольным собой.
– Я еле успел в магазин, пока он не закрылся! Это была их последняя елка. Не переживай из‐за денег, ее продавали за полцены.
На следующий день к нам в гости приехал его брат, учившийся на повара. Устроившись вдвоем на кухне, мужчины болтали и готовили небольшую индейку и булочки с кремом на десерт. Я тем временем накинула пальто и снова повела нетерпеливых собак на прогулку. Солнце садилось, и на пляже было практически пусто. Волны накатывали на берег и возвращались в море, и мое несчастье словно потихоньку смывало. В конце тропы, где река Мерримак вливалась в Атлантический океан, я увидела семью из троих человек, которые собирали моллюсков с камней и складывали их в ведра. При виде меня они приветливо улыбнулись и сказали:
– С Рождеством!
Я улыбнулась и ответила:
– С праздником! – и пошла к дому.
Когда я открыла входную дверь, меня встретил сладкий запах выпечки и звонкий смех двух братьев. Я поняла, сколько в моей жизни хорошего: крыша над головой, вкусная еда, прекрасный вид из окна и любящий человек, который готов сделать меня счастливой. Впервые в жизни я почувствовала спокойствие, которое все должны чувствовать в Рождество. Маленькое деревце на столе теперь показалось мне выше и ярче, чем вчера.
Регина Веласкес
Папина елка
То, что мы любим в детстве, остается в сердце навсегда.
МЭРИ ДЖО ПАТНИ
– Что? – ахнула я. – Как же без елки?!
Я посмотрела на папу в недоумении. Разве он не собирается покупать елку?
Мне было шесть лет. Мои родители разошлись, и впервые в жизни я готовилась отмечать сразу два Рождества: сначала в доме у мамы, а потом – у папы.
С деньгами у отца было совсем плохо, и елка никак не значилась в списке его приоритетов. Но, увидев всю степень разочарования на моем лице, он поехал в ближайший торговый центр и купил невзрачное метровое деревце, гирлянду, немного бус и коробочку с украшениями. Еще несколько игрушек я пообещала сделать сама.
К ночи гостиная преобразилась. Мы с папой обнявшись сидели на диване и глаз не могли отвести от такой красоты. Папа признался, что покупка елки была самой лучшей идеей за последнее время: за окном было совсем темно, но в комнате стояла елка, светились огни гирлянды, и все было как прежде. Не помню, о чем думала в тот вечер я, но папа, по его словам, испытывал грусть и одновременно благодарность – за меня и за вернувшееся в его дом Рождество.
С тех пор прошло тридцать пять лет. Маленькая старая елка все это время оставалась неизменной. В каникулы мы приезжали навестить отца, и моя дочь Сара играла под ее редкими пластиковыми ветками. Потом папа умер, а елка переехала на наш чердак. Нам больше не надо было никуда ехать, чтобы увидеть ее. Но я на чердак почти никогда не поднималась.
Помню свой первый год без папы. На День благодарения Сара, которая к тому времени уже училась в колледже, приехала домой погостить. В перерыве между жареной индейкой и картофельным салатом она спросила, не найдется ли у нас чего‐нибудь, чем она сможет украсить на Рождество свою комнату в общежитии. И тогда мы вспомнили про старую елку и спустили ее вниз.
Вид у елки был печальный. Лапы совсем истрепались, подставка оказалась сломанной – наверное, мы повредили ее во время переезда.
– Это не страшно, – сказал мой младший сын Дэниел. – Я сделаю новую подставку, куда лучше прежней.
Он раздобыл чертеж, инструменты и принялся за дело с неожиданным воодушевлением. Сара думала, что Дэниел делает это ради моего папы, чтобы его елка снова засияла. Мне казалось, что он делает это для Сары, потому что скучает по ней и хочет порадовать. Так или иначе, все это было очень в духе Рождества.
После Дня благодарения мы отвезли Сару обратно в колледж. Елка ехала с нами в багажнике, рядом с ее вещами. В общежитии мы установили деревце на новую подставку. Потом все вместе взялись украшать ее. Развешивая гирлянды, я вдруг почувствовала себя шестилетней девочкой, которая впервые наряжает папину елку. Мне было грустно и одновременно я испытывала благодарность – к Дэниелу, Саре, старой елке и – к отцу. Папа как будто был рядом. Я обняла Сару, а она сказала, что это была одна из лучших ее идей – снова поставить невзрачную маленькую елку.
Джесси Нив
Ленточка ярко‐красного цвета
Лучшие рождественские елки очень близки к тому, чтобы превзойти природу.
ЭНДИ РУНИ
Когда наши дети были еще маленькими, мы придумали новую рождественскую традицию. Мы одевались потеплее и отправлялись на местную елочную ферму, где сами срубали себе елку. А когда мы привозили ее домой и ждали, пока она отогреется, угощались печеньем и горячим шоколадом с зефирками.
И хотя мы всегда считали нашу елку идеальной, знали, что по‐настоящему идеальная елка всегда остается в лесу.
Елочной фермой владели Боб и Лоис, которые также были хозяевами продуктового магазина недалеко от нашего дома. Каждый год перед праздниками Лоис осматривала весь свой лес в поисках идеальной елки. Найдя ее, она помечала дерево красной ленточкой, чтобы его никто больше не срубил. Деревья, которые можно было рубить, помечались оранжевой лентой. Каждый год, разговаривая с Лоис, мы подшучивали, что чуть не срубили ее елку, и каждый год она угрожала нам тяжелыми последствиями.
В один особенно тяжелый год перед Рождеством мы даже не думали о покупке елки. Тем летом у меня случился выкидыш. Затем в ноябре мне пришлось удалить все четыре зуба мудрости. А за неделю до операции у меня сильно опухла правая сторона шеи. Я боялась, что из‐за зубов у меня начался абсцесс, но оказалось, что это была свинка!
В канун Дня благодарения я внезапно почувствовала усталость и странную головную боль. Потом у меня заболело все, поднялась температура и сильно отекла шея. Мой муж вернулся домой со второй работы и отправился спать, а проснувшись утром, понял, что что‐то не в порядке. Он вызвал врача, меня отправили в больницу и поставили диагноз – вирусный менингит.
После недели в больнице меня выписали домой и велели побольше отдыхать. После этого выяснилось, что я беременна нашим четвертым ребенком. К счастью, беременность прошла без осложнений, но все время я была в ужасе, что свинка могла нанести вред плоду.
Среди всех этих ужасов и болезней мы как‐то забыли о том, что на носу рождественский сезон. Мы успели купить детям немного подарков, но не смогли найти время на нашу традиционную поездку за елкой. Дети были очень разочарованы.
После болезни я все еще очень быстро уставала, поэтому мой муж сам ходил за продуктами в магазин Боба. Они с Лоис очень переживали за нашу семью в тот злосчастный год и расстраивались, что я не смогу поехать к ним за елкой. Однажды, когда муж возвращался с очередной вылазки в продуктовый, дети увидели его в окно. Они тут же прибежали ко мне со словами:
– Папа несет елку! Папа несет елку!
Муж занес в дом совершенно мокрую елку – на улице как раз шел сильный дождь.
– Принесите побольше газет и застелите весь пол вокруг нее! – скомандовал муж. – И тащите подставку!
Мы сделали, как он велел. Устанавливая дерево в подставку, мы сильно промокли. Елка была всего полтора метра в высоту, зато очень густая и пушистая, с красивыми длинными иголками. Она была прекрасна! Дети радостно пританцовывали, пока мы любовались ею.
– Где ты нашел такую замечательную елку? – спросила я. – До Рождества осталось всего ничего, я думала, их все уже раскупили.
Крепко держа дерево за верхушку, муж ответил:
– Вчера, когда я был в магазине, Лоис попросила меня зайти к ним сегодня после работы. Сказала, что у нее есть небольшой подарок для детей на Рождество. Я ответил, что нам ничего не надо, но она настаивала. Когда я приехал, она заявила, что наша елка, конечно, немного промокла, но ждет меня на улице у входа в магазин. Она даже денег с меня не взяла. Просто улыбнулась и сказала, что это все ради детей.
Тут он широко улыбнулся и продолжил:
– Когда я грузил елку в фургон, я кое‐что заметил.
Тут он убрал руку с верхушки елки. Я ахнула, не поверив своим глазам, и тут же прослезилась от переполнившего меня чувства благодарности. На одной из верхних веток была повязана ленточка ярко‐красного рождественского цвета! Лоис отдала нам свою семейную елку. Это была самая идеальная елка из всех!
Хелен Л. Берджесс
Чудо на Вишневой улице
Запах хвои, шишек и смолы – вот что для меня аромат праздника.
БЛЕЙК ЛАЙВЛИ
Одна моя подруга написала недавно в социальной сети: «Попридержите коней: начало ноября на дворе, а вы уже развешиваете рождественские декорации! Знайте меру!» Многие люди оставили под ее постом комментарии: «Поддерживаю! Каждый год одно и то же!» и «Согласен, это ТАК бесит!».
А вот я не согласна!
Я обожаю Рождество, поэтому абсолютно не против, что рождественский сезон становится длиннее. Я люблю рождественскую выпечку, декорации, праздничные концерты в школах и церквях, новогодние корпоративы, кофе с имбирным сиропом и походы в магазины за подарками. И, конечно – украшение елки.
Когда я вышла замуж в первый раз, мы с мужем жили в крошечной квартире. Там было совершенно негде развернуться, но мне все равно хотелось елку – какое же Рождество без нее. У нас пока еще не было традиционной рождественской коробки с игрушками и гирляндами, да и, признаться, денег для того, чтобы купить их, не было тоже. Поэтому мы купили самое маленькое деревце, которое только нашлось на елочном базаре, и украсили его лентами, моими брошками и карточками с изображением игроков любимой бейсбольной команды мужа. Такой была первая рождественская елка нашей семьи.
Четыре года спустя, буквально за несколько недель до Рождества, муж ушел от меня, и мне предстояло встречать праздник в одиночестве. Мне было грустно и одиноко все в той же маленькой и холодной каморке. Я работала на двух работах, но с деньгами все равно было туго. Но очень хотелось елку, пусть даже самую маленькую.
Поздно вечером после работы я пришла на елочный базар. Покупателей уже не было, но горящая гирлянда над входом намекала, что они еще не закрылись. Из небольшой бытовки вышел бородатый мужчина в красной фланелевой рубашке, комбинезоне и твидовой шляпе.
– Что вам предложить? – спросил он с приятной улыбкой.
– Мне нужна маленькая елочка, – ответила я, направляясь к елкам со знаком «1 метр».
Пока я ощупывала грубые ветки маленькой сосны, мужчина принес куда более крупную пихту. Я не могла оторвать глаз от нее! Прямая, как стрела, с пышными симметричными ветками, она была прекрасна. Но, к сожалению, я не могла себе позволить такую, но ответила:
– Какая красивая!
С этими словами я принялась осматривать сосну, которая на фоне той пихты выглядела совсем уж жалко.
– Вам не нравится? – спросил он.
– Очень нравится! Просто она для меня слишком… экстравагантная, – постаралась я сказать как можно более небрежно.
Он посмотрел на меня, вздохнул и ответил:
– Она будет стоить столько же, сколько и то дерево, которое вы осматриваете уже несколько минут.
– Серьезно?
– Конечно, – пожал он плечами. – Расплатитесь с моей женой, она сидит в домике. А я привяжу елку к вашей машине.
Я бросилась расплачиваться, пока он не передумал.
Пока я выписывала чек, жена продавца предложила мне присесть и налила нам обеим горячего шоколада. Мы немного поболтали, пока мужчина не заглянул в дверь:
– Все готово!
Когда я вернулась в свою каморку, было уже очень поздно, но мне не захотелось ждать до утра. Я водрузила пихту на подставку, развесила гирлянды и, наконец, достала коробочку с украшениями и остановилась. Эти игрушки мы выбирали с бывшим мужем, надеясь распаковывать их до самой старости. А теперь я была одна. Но я собралась с духом, открыла крышку и, уронив лишь пару слезинок, развесила игрушки по веткам. Затем повязала красную ленточку из коробки для рукоделия в качестве верхушки и окинула взглядом то, что у меня вышло.
Внезапно посреди моей грустной пустой квартиры воцарилось Рождество. Я достала складной матрас из шкафа, постелила его на полу гостиной и уснула, глядя на мою прекрасную елку. Впервые за много месяцев я спала без задних ног. Так я и укладывалась там каждый день, пока не закончились праздники. Я оставляла гирлянды гореть всю ночь, и по утрам дерево встречало меня, каждый раз будто повторяя: «С Рождеством!».
Да, развод – это ужасно, но праздник ему не испортить.
Через несколько лет я вышла замуж за прекрасного человека, который стал любовью всей моей жизни. В этом году мы, как всегда, будем наряжать огромное дерево. Повесим любимые игрушки, купленные в поездках. Но каждый год я достаю хотя бы парочку из тех, что были куплены тогда, более тридцати лет назад. Я развешиваю их, чтобы всегда помнить о том празднике в крошечной квартире на Вишневой улице. Тогда прекрасная пихта за десять долларов напомнила мне о волшебстве Рождества и убедила, что все обязательно будет хорошо.
Джоан Доннелли-Эмери
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?