Читать книгу "Фенрир. Тетралогия"

Глава 9. День соблазнов

Молча передав Герману смену, Андрей выехал с территории резиденции и помчался домой. Голова гудела, мысли путались, и ехал он скорее на автомате, а от столкновения с соседними машинами его спасал адаптивный автопилот, вовремя притормаживающий перед препятствием или подруливающий обратно к центру полосы движения. В чувства Фенрира привёл мерзкий сигнал датчика моргания.

– Да не сплю я, отвали.

После получаса раздумий он вздохнул и с тяжёлыми чувствами набрал номер Морока. В конце концов, если признаться самому до выяснения обстоятельств по камерам, может быть, ситуация смягчится?

– Да, Андрей.

– Здравствуйте, Денис Александрович.

– Как дела? Ты вроде на смене должен быть?

– Нет… Меня оставили вчера в ночь. Еду домой…

– Почему?

– Герман сказал, что ночной охранник свалился с инфекцией.

Денис прокашлялся, и Фенрир услышал тихие быстрые звуки клавиатуры.

– Странно… Ну, допустим.

– Денис Александрович…

– Что, Андрей?

– Я косякнул, – Давыдов‐младший после своих слов почувствовал жар в позвоночнике, но теперь неотвратимость последствий не так сильно пугала.

– И как же ты косякнул?

– Проявил… человечность.

– Звучит интригующе.

– В общем, мы же вчера ездили в онкоцентр на детский праздник. И я там… как бы подыграл Лее.

– Ага. Я уже видел в новостях это безобразие.

– Ну… Её это очень тронуло. И вечером, уже на ночной смене…

В динамике послышался громкий напряжённый вдох.

– Короче… Мы это…

– Что? Что «вы это»?

– Она меня поцеловала. И я… как бы снова ей подыграл.

«Бляяяядь… Подыграл?! Ты пятиклассник безголовый?!»

– И?

– И всё. Ну, в смысле, мы остановились, и она ушла. К себе.

Если бы было с кем поспорить, Андрей поставил бы месячный оклад на то, что в услышанном цокании языка и медленном выдохе откровенно читалось вселенское облегчение Морока.

– Андрей…

– Я знаю. Я виноват.

– Где вы были в тот момент?

– В служебном помещении. В кабинете.

– И что ты думаешь на сей счёт?

– А что я могу думать? Я долбоёб.

– Это я и так знаю.

– Что, видимо, меня отстранят и потом уволят.

– Мимо. Ещё варианты?

– Э… Переведут в оцепление?

– Последняя попытка.

– Оштрафуют?

– Если только за отсутствие смекалки.

– Да блин…

– Ты гарантируешь, что больше ни при каких обстоятельствах не станешь ей… подыгрывать?

– Вы хотите оставить всё как есть?

– Не отвечай вопросом на вопрос.

Фенрир тяжело вздохнул. Ответив нет, он, с одной стороны, мог больше не находиться в состоянии соблазна. С другой… Он так и останется в глазах отца и всех своих боссов бугаём‐переростком.

– Гарантирую. Это больше не повторится.

– Я очень хочу доверять тебе и не разочароваться за время этого задания.

Разочарование Дениса Морозова – последнее, что Андрею хотелось бы заполучить.

– Я вас не подведу. Я всё понял.

– Надеюсь.

– Мы всё решили? Других вопросов нет?

– Э… А что с записями камер?

– С ними всё хорошо.

– Просто…

– Просто? Ещё косяки?

– Нет. Не косяки. Но Герман явно меня не взлюбил. И если увидит всё, что произошло…

– Герман не должен тебя волновать. От слова «вообще». Он хороший спец, но временами теряет почву под ногами. Не обращай внимания и не реагируй.

– Как скажете…

– Тогда пока.

– До свидания.

* * *

– Всё нормально? Ты какая‐то тихая.

– Какая? – Лея повернулась к Водолею, отодвинув книгу.

– Тихая. Этот новенький тебя не напрягает?

– Почему он должен меня напрягать?

– Мало ли, – Герман неопределённо пожал плечами и отпил из чашки свежесваренный кофе.

– Нет. Всё хорошо.

«Пожалуйста, не смотри камеры… Не смотри камеры…»

Она придвинула Водолею менажницу с крекерами и приветливо улыбнулась:

– Я предложила ему бодрящий чай, мы немного поболтали про вчерашние поездки, потом Андрей сделал очередной обход, я пожелала ему спокойной ночи и ушла к себе.

– Ясно. Пойду гляну камеры. Хочу проверить его обходы.

Лея еле сдержалась, чтобы не ахнуть и не выпалить «нет».

– Герман, почему ты так суров к нему? Он кажется вполне грамотным и ответственным агентом. Сомневаюсь, чтобы Денис Александрович приставил к моей охране дилетанта.

– Возможно, Морозов и доверяет ему. Но я этого парня знать не знаю. И не собираюсь по умолчанию принимать его квалификацию за факт. Спасибо за кофе, – Герман поднялся со стула и с видом, не терпящим возражений, стремительно направился в служебное помещение.

– Чёрт…

* * *

Через полчаса Водолей вернулся на кухню, подозрительно осматриваясь.

– Что такое? – Лея изо всех сил пыталась высмотреть в его лице хоть какие‐то намёки на увиденное в записях.

– Этот хмырь вчера после вашей чайной церемонии зачем‐то дважды обошёл дом.

– И всё? Просто дважды обошёл?

– Что значит «и всё»? На это должны быть какие‐то причины.

Вспоминая их с Андреем диалог в кабинете до поцелуя, Лея была уверена, что он говорил только о библиотеке, а не обо всём доме… Но в данный момент её больше беспокоила их совместная глупость.

– Он что‐то взял? Или наоборот, что‐то где‐то оставил? Может быть, от усталости решил перепроверить?

– А чего ты его так активно защищаешь?

Девушка растерянно уставилась на своего телохранителя:

– Я просто… уточняю.

– Нет. Ничего не брал и не оставлял.

– Значит, завтра на дневной смене спросишь, – Лея ответила с минимальной заинтересованностью, демонстрируя спокойное безразличие. Но внутри всё сжималось от мысли, что Герман видел записи камер в кабинете и намеренно скрыл это, чтобы передать информацию напрямую её отцу.

«Как же узнать?.. И не сдать саму себя с потрохами? Видимо, так и придётся сидеть и ждать гневного звонка… Надеюсь, Андрея не задержат прямо на КПП. Это будет ужасно… Что я наделала?..»

Убрав всё со стола, она схватила книгу и направилась к себе в комнату, чтобы поменьше мелькать перед Германом в своей непонятной задумчивости. Прикрыв дверь, Лея вытащила из‐под подушки вибратор и тюбик смазки и закрылась в ванной комнате. Несмотря на нервозность, ей хотелось довести себя до пика мыслями и воспоминаниями.

Она включила горячий душ, разделась, собрала волосы в небрежный высокий пучок и, оказавшись под струями воды, закрыла глаза, плавно прикасаясь к себе.

«Я предупреждаю», – звучал в её памяти хриплый голос Андрея. Лея зажмурилась, пытаясь представить, как он снова целовал её.

«Он хотел этого не меньше меня. О, да. Он точно хотел. Иначе бы…»

Мысленно ощущая его тёплую ладонь в своих волосах, она шумно и часто дышала. На ощупь выдавив на пальцы немного смазки, Лея растёрла её по вибратору. Остатков хватило на уже нывшую промежность. Она медленно погрузила в себя розовую игрушку, плотно прижав стимулятор клитора к пульсирующему бугорку.

– Да…

* * *

До конца дня, однако, никто Лее так и не позвонил. Она вообще уже смутно помнила, когда говорила с отцом в последний раз.

«Недели три назад… Кажется. Ладно, он готовится к саммиту… Надеюсь, если Герман и увидел что‐то непозволительное, не догадается донести прямо сейчас!»

Всю ночь она спала тревожно и поверхностно. Мутные сновидения скандалов, слёз и разбирательств заставляли Лею открывать глаза почти каждый час. Не выдержав, она поднялась с кровати около пяти часов утра и спустилась на первый этаж заварить себе успокаивающий чай. Охранник ночной смены коротко улыбнулся ей. Лея махнула рукой:

– Я за водой…

Заварив в кружке ароматный чай, она так же быстро вернулась к себе, выпила примерно половину и снова улеглась. В голове опять прозвучал голос Андрея: «Мы должны остановиться».

– Должны… – Лея начала проваливаться в сон, чувствуя, будто кто‐то обнимал её сзади и согревал тёплым дыханием.

* * *

«Если верить словам Морока, проблем быть не должно…» – Фенрир подъехал к КПП в рекордно раннее для него время, чтобы не беспокоиться хотя бы из‐за опоздания. Ворота открылись, его и автомобиль проверили и пропустили на служебную парковку.

«Неплохо…»

Спокойно поднявшись на крыльцо дома, он выпрямился, позволив сканеру определить его лицо, плавно открыл дверь и вошёл в вестибюль. Герман, как обычно, уже был на месте и хмуро поглядывал на него, сидя в кресле.

– Что‐то ты рано.

– Доброе утро? – Андрей вытянул запястье, а потом приложил к дисплею большой палец. – Прихожу впритык – плохо, пораньше – тоже не очень. Что нужно сделать, чтобы не услышать в свой адрес никаких замечаний?

– Испариться.

– Я так и думал. Ну что ж, время утреннего обхода.

– Она ещё спит. В спальню не заходить.

– Так точно, – Фенрир не показал виду, но было несколько странно. Лея всегда просыпалась чуть раньше семи…

Обойдя помещения второго этажа, он приблизился к двери спальни, услышав еле различимые звуки. Внезапно дверь открылась. Лея выглядела сонной и какой‐то даже уставшей.

– Привет… Ты в порядке?

Встретившись с ним взглядом, она закрыла лицо ладонями и покачала головой:

– Ужасно спала… Ты?.. Тебя нормально впустили? Никто ни о чём не спросил?

Андрей оглянулся и понизил голос:

– Надеюсь, ты ничего Герману не говорила?

Лея ответила шёпотом:

– Нет…

– Тогда всё в порядке.

– Откуда ты знаешь?

– Просто поверь мне на слово.

– Но… – она растерянно хлопала ресницами.

– Но больше мы так делать не будем.

– А… Конечно. Прости…

Фенрир ободряюще подмигнул ей и направился вниз.

– Андрей, подожди.

Он остановился и обернулся. Лея не сразу решилась на вопрос, но истерзанное переживаниями сознание требовало от неё развеять все мельчайшие сомнения.

– Помнишь, ты позавчера ночью дважды поднимался наверх?

– Да…

– И ты сказал мне, что забыл зайти в библиотеку.

– Помню.

– А Герман сказал, что ты сделал два полных обхода подряд.

Фенрир виновато выдохнул:

– Да… Не знаю. Может быть, из‐за усталости, но после первого раза я вернулся вниз с каким‐то неясным ощущением. Как будто что‐то упустил. Что‐то несущественное, но… В общем, меня учили: если думаешь, что тебе показалось, значит, не показалось. И я на всякий случай прошёлся ещё раз. Но ничего не нашёл и решил не беспокоить тебя своими мыслями. Вот и всё.

Лея облегчённо кивнула:

– Поняла… Спасибо.

– Я могу идти?

– Да. И… У меня сегодня пробежка. А потом растяжка на свежем воздухе.

– И?

– Чёрт… – зелёные глаза широко распахнулись, и Фенрир заметил в них проблеск чувства вины. – Я не предупредила… А Герман и подавно.

Андрей непонимающе смотрел на неё.

– Спортивная форма. Ты же не будешь бежать за мной в костюме…

– А… Пфф… У меня всегда с собой спортивная сумка. Не проблема. От слова «совсем».

– Отлично! Тогда будь готов через полчаса.

– А Герман с нами побежит?

Лея прыснула со смеху:

– Нет. Это ниже его достоинства. Со мной всегда бегает кто‐то из рядовых телохранителей.

* * *

На улице было солнечно и достаточно тепло для середины сентября. Лея вышла из дома в чёрных леггинсах и чёрной футболке с длинными рукавами. На ногах пестрели неоново‐жёлтые беговые кроссовки. Волосы были собраны в аккуратный пучок.

Андрей мысленно восхвалял всех богов за то, что не поленился и вчера днём закинул в стирку свои синие тренировочные штаны и серую майку с капюшоном. А неделю назад купил новую обувь.

– Сколько бежим и куда?

– А? – Лея оторвала взгляд от его татуировок. Кроме рукоятки меча на левом запястье её взору теперь открылась надпись на левом плече: «Maybe self‐improvement isn't the answer, maybe self‐destruction is the answer».33
  «Возможно, самосовершенствование – это ещё не всё. Возможно, саморазрушение гораздо важнее». (англ.) – цитата из фильма «Бойцовский клуб».


[Закрыть]

С правого плеча к локтю спускался чёрный китайский дракон. Андрей вздохнул и медленно повернулся вокруг своей оси:

– Есть ещё парочка. Но их я тебе не покажу.

Лея залилась румянцем и опустила голову:

– Прости. Откуда эта фраза?

– Из «Бойцовского клуба».

– А что значит дракон?

– У моего отца такой же. Просто сделал… в знак сыновней любви.

– О… Ясно.

– Ну так мы бежим?

– Да… Пять километров по резиденции. И потом немного растянемся.

Фенрир скривился:

– Ненавижу и то, и другое. Погнали.

Девушка заливисто рассмеялась и побежала вслед за телохранителем.

– Но ты ведь должен уметь бегать!

– Конечно! Десятка. Трижды в неделю, – Андрей старался говорить в такт дыханию. – И. Полумарафон. Раз. В три месяца.

– Ого!

– Ненавижу!

Лея хихикнула:

– Мне. Нравится!

– Извращенка.

На территории резиденции через каждые пару сотен метров они встречали охранников. Некоторые были с собаками, которые не обращали на бегунов никакого внимания. Тропинки были укатаны специальным беговым покрытием и вились между огромными дубами, желтеющими липами и стайками сосен.

Андрей помимо бега продолжал исполнять свои служебные обязанности и старался просматривать территорию, насколько позволяла растительность. Лея бежала легко и дышала очень ритмично.

– Часто. Бегаешь?

– Дважды. В неделю. Так. Для виду. Больше. Люблю. Растяжку.

Перед глазами Фенрира возникло видение процесса, и он тряхнул головой. Сделав большой круг по обширной территории резиденции, они вернулись к дому Леи, где на освещённой солнцем поляне лежало несколько больших плотных матов из рогожи.

– Э… Даже не уговаривай, – Андрей выдохнул и взял из стоявшей рядом корзины бутылку воды. – Если бегать пришлось, чтобы выполнять свою работу, то растяжка явно не поможет мне в моих обязанностях.

Лея, украдкой смотревшая, как от частого дыхания его торс вздымался, скрытый майкой, хмыкнула и тоже взяла бутылку.

– Ты деревянный?

– Как и положено любому нормальному мужику.

– Но растяжки полезны для суставов и помогают мышцам после пробежек и других нагрузок.

– Хорошая попытка, но нет, – Андрей упёрся руками в бока и упрямо скривил страдающую гримасу.

– Ладно… Как хочешь.

Она около четверти часа разминалась, нагибаясь, поворачиваясь, вытягиваясь, пружиня и подпрыгивая. Всё это время Фенрир старался не смотреть на девушку и следить за территорией, хотя прекрасно понимал, что вероятность встретить рядом с домом агрессивного чужака равна нулю. Но в окне несколько раз мелькнуло хмурое лицо Водолея, поэтому приходилось держать себя в узде и думать о работе, а не скользить взглядом по изгибам Леи, когда она этого не видела.

А скользить там явно было по чему. Она не выглядела, как профессиональный атлет, но тело её было гибким и рельефным. И этот факт подкидывал дров в топку горячих фантазий Андрея.

Наконец она разулась, опустилась на мат и продолжила растяжку на земле, готовясь усесться на шпагат. Постепенно растянув и размяв все мышцы от бёдер к икрам и ступням, Лея привстала, упёрлась ладонями в рогожу и повернулась, вытягивая правую ногу вперёд, а левую назад. Через полминуты плавных движений она полностью коснулась земли и выдохнула.

– Класс, – Андрей показал ей большой палец вверх.

– Погоди, это только начало! – Лея рассмеялась, начав медленно опускаться грудью на правое колено, и вытянула руки вперёд, прижимая ладони к мату.

– Вот это гибкость!

– Спасибо.

Пролежав в такой позе пару минут, она точно так же плавно поднялась и стряхнула ноги, чтобы расслабить мышцы. Потом повторила этот же трюк с левым шпагатом, снова передохнула и приступила к поперечному.

– Осталось немного.

– Да мне и на улице нормально. Погодка шепчет.

Раздвинув ноги в стороны, она оказалась лицом к Фенриру.

– Зря ты отказался.

– Чтобы предоставить тебе возможность посмеяться надо мной? Никогда.

Лея с улыбкой пожала правым плечом и начала опускаться вперёд. Фенрир не успел отвести взгляд и завис на вырезе её футболки, который крайне явственно демонстрировал аппетитные полушария полной груди. Через несколько секунд он заметил, что Лея смотрела на него с забавной усмешкой, и резко отвернулся.

– Всё хорошо?

– Шикарно, ага, – Фенрир заставил себя сделать несколько глубоких вдохов, щёлкнул резинкой по запястью и сосредоточился на территории.

Но внезапно сзади раздался короткий звонкий возглас:

– Ай!!!

– Ты чего?

– Свело… мышцу… – Лея попыталась приподняться, но боль в ноге была такой острой, что из глаз брызнули слёзы.

Андрей бросился к ней и, взяв за руки, потянул вверх. Она с трудом приняла положение поудобнее и схватилась за икру.

– Подожди. Не так, – он сел напротив, уложив её ступню у себя между ног, и с силой надавил ладонями, выгибая её пальцами в сторону колена и максимально вытягивая сведённую мышцу.

Лея болезненно застонала, стуча кулаками по рогоже:

– Ай! Ааай!!! Как больно!

– Терпи, сейчас пройдёт. Забавные носки.

На коротких светло‐серых носках Леи тут и там улыбались половинки авокадо.

– Очень… Больно!

– Терпи, – он продолжил давить на её ступню одной ладонью, а пальцами второй аккуратно растирал снизу мышцу, упорно не желавшую успокоиться.

Сквозь боль Лея почувствовала тёплые прикосновения и мгновенно покрылась мурашками.

– Что случилось?! – из дома выскочил Герман. Он буравил взглядом их обоих.

– Ничего. Мышцу свело, – пробормотала девушка.

– И что ты делаешь?! – Водолей рявкнул в сторону Андрея, который непонимающе вскинул брови.

– В смысле? Растягиваю. Как иначе снять спазм?

– Вызвать дежурного врача – вот как! Инструкцию открывал хоть раз?!

– Врача?.. Э… – Фенрир неуверенно перевёл взгляд на растерявшуюся от внезапной агрессии Лею.

– Руки убрал!

Водолей нажал кнопку на часах и быстро проговорил:

– Вызов к дому Ласточки. Срочно, мышечный спазм.

– Бред… Это же всего лишь…

– Ты оглох?!

– Герман. Прекрати орать. И отмени вызов. Я уже в порядке, – Лея с неохотой высвободилась из рук Андрея и поковыляла к своей обуви.

Тот, закатив глаза, поднялся на ноги:

– Тебе помочь дойти?

– Боюсь, мой старший телохранитель лопнет от бешенства. Так что я сама… – она недовольно зыркнула на Германа и медленно двинулась к крыльцу.

– Врач всё равно осмотрит тебя. Так положено!

– Разумеется…

Андрей направился следом за ней, но Водолей резко схватил его за плечо. Фенрир на автомате вывернулся и заломил тому локоть, даже не успев понять, что случилось. Раздался тихий хруст и сдавленный стон.

– Ах ты, гадёныш!..

– Эй! – Лея удивлённо уставилась на своих охранников.

Очнувшись, Андрей отступил и сквозь сжатые челюсти процедил:

– Не смей ко мне прикасаться. Мои рефлексы работают без сбоев!

– В тюрьме будешь оправдываться!

– Фантазии свои влажные умерь!

– Замолчали оба и разошлись! Что вы устраиваете?! – Лея стояла на крыльце, вцепившись пальцами в кованые перила.

– Извини… – Андрей вошёл в дом следом за ней и сразу скрылся в служебной комнате, чтобы быстро принять душ и переодеться обратно в костюм.

Вернувшись в небольшую раздевалку, он, конечно же, наткнулся на пышущего бешенством Германа.

– Ты вообще не понимаешь, где находишься?! – он с неприязнью оглядел Фенрира с ног до головы. – Разрисованный беспредельщик.

– Да пошёл ты. Я ничего ужасного не сделал! Или нужно было стоять и смотреть, как она корчится от острой боли?

– Ты дебил? Есть инструкция! Есть протоколы действий! У неё не пуля в животе! От спазма в ноге ещё никто не умирал.

Давыдов пихнул его плечом, прошёл к своему шкафчику и скинул полотенце в корзину. Он достал с полки смартфон и открыл файл с инструкциями. Быстро пролистал до главы об оказании медицинской помощи, а потом прямо голышом развернулся к Герману.

– Хер ли ты тут светишься?

– Тебя это напрягает? Хочешь поговорить? Или, например, сам перечитаешь пункты протокола?

Брови Водолея сошлись на переносице.

– У меня, как и у любого нормального телохранителя, есть медицинский сертификат о прохождении углубленного курса оказания первой помощи. Так что своё недовольство засунь себе в задницу! Пункт четыре раздела восемь!

– Гандон.

Не выдержав, Фенрир показал ему средний палец и достал из шкафа плечики с костюмом.

– Будь уверен, тебя на саммите не будет!

– Ага. Удачи, – заправив рубашку в брюки и затянув чёрный форменный галстук, Андрей схватил пиджак и вышел на обход.

Из кухни доносился недовольный голос Леи и чей‐то незнакомый увещевающий тон… Он быстро заглянул в приоткрытую дверь и понял, что по вызову примчался врач. Не желая встревать в разговор, Андрей поднялся на второй этаж и крайне неспешно прошёлся по всем комнатам. Заметил, что на тумбочке у кровати больше не было вибратора. Зато… он лежал в ванной на самой верхней полке. Хмыкнув, Давыдов перешёл в библиотеку, но смутное чувство опасности снова накрыло его подсознание.

«Какого хрена?»

Он вернулся в ванную комнату. Выглянул в высокое узкое окно. Ещё раз осмотрелся: «Я схожу с ума?»

Вздохнув, он растёр лицо и спустился обратно. Оглядел гостиную, кладовую, холл, заглянул в служебную комнату. И вспомнил: «Блин. Коды!» Но, подойдя к рабочему столу, обнаружил, что бумажки под монитором не было.

«Хорошо, что тогда сфоткал. Надо будет отправить Мороку…»

– На что уставился? – вслед за ним в комнату вошёл Герман.

– На твою бессильную ярость.

Позади была только половина смены, а Фенрир уже жаждал набить ему лицо.

– Вали на обход.

– Я только что там был.

Жутко хотелось курить. Этот коршун бесил Андрея каждым своим словом и взглядом. Выйдя из кабинета, Фенрир успел сделать несколько шагов, как из кухни ему навстречу с затянутой эластичным бинтом ногой вышла Лея.

– Э… Неужели всё так плохо?

– Да всё нормально… Просто не хочу хромать на саммите.

– До него двое суток. А до твоего присутствия – трое.

– Андрей.

– Что?

– Пожалуйста, остынь. И спасибо, что помог. Я вижу, что вы с Германом не ладите. С ним говорить бесполезно, как упрётся… Но хотя бы ты не ведись на его агрессию, ладно?

Андрей посмотрел в сторону и недовольно наморщил нос.

– Правда, забей… Я знаю, что ты профессионал. Я уверена, что Денис Александрович поставил тебя в мою охрану не просто так. Это важнее. А реакции Германа значения не имеют.

– Ладно… Но он каждой фразой нарывается.

– Он ждёт, когда ты сорвёшься и совершишь ошибку. Разве ты не видишь?

– Ты права. Постараюсь отправить его в игнор.

Лея благодарно кивнула и ушла наверх, но на последней ступени повернулась и произнесла:

– Из резиденции президента привезли шикарное рагу. Привет от папочки. Большой контейнер в холодильнике. Угощайся.

– Спасибо.

* * *

Остаток дня и следующая дневная смена прошли без эксцессов. Андрей старался максимально дистанцироваться от Водолея, игнорировал его цепляния и усиленно фокусировался на предстоящем событии, вызубрив план от первой буквы до последней команды.

С Леей тоже держался на расстоянии. Она несколько раз пыталась завести очередную дружескую беседу, но всё время наталкивалась на прохладное мычание и молчаливые кивки.

Фенрир заметил, что её это расстраивало, но таков был его план. Максимально отдалиться и не давать ни себе, ни ей лишних поводов для соблазна.

«Осталось совсем немного. А потом… Никаких подстав, никаких гляделок, никаких разочарований. Получу оплату и свалю в отпуск. Сгоняю на Кубу, утону в роме и вернусь жизнерадостным красавчиком…» Дело было за малым: пережить саммит и вытравить из памяти большие зелёные глаза в обрамлении пушистых чёрных ресниц…