Текст книги "Смерть надевает маску"
![](/books_files/covers/thumbs_240/smert-nadevaet-masku-119951.jpg)
Автор книги: Эшли Уивер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 7
Поначалу лорд Данмор отреагировал так, словно был пойман за стягиванием чулок с чужой жены. Впрочем, именно этим он и занимался…
– Привет, Эймс.
Секунду он смотрел на Майло, который уже успел снять маску, а затем повернулся обратно ко мне и хладнокровно стянул чулок, стараясь не задеть больное место. Пока теплые руки виконта касались моей ноги, было тяжело заставить себя посмотреть Майло в глаза.
– Привет, Данмор, – отозвался он. – Вот так вечеринку ты тут устроил.
Виконт протянул мне расправленный чулок.
– Хороший шелк, – улыбнулся он, а затем снова перевел взгляд на Майло. – Да. Надеюсь, ты наслаждаешься балом так же, как наслаждаюсь им я.
– Не скучал ни минуты, – ответил мой муж. Голос его был вполне дружелюбен, но как знать, что творилось в его голове? В конце концов, сцена была еще та, но лорд Данмор и не собирался извиняться. Он казался вполне доволен собой.
– Твоя супруга упала и сильно ушиблась, – сообщил он.
– Да? – спросил Майло сухо.
– Пролетела несколько ступенек, – вставила я. – Как нелепо! Впрочем, пустяки.
– И все же я вызову врача, – сказал лорд Данмор и, осторожно положив мою ногу на кровать, неспешно поднялся. – Позвоню из спальни. Не спускай с нее глаз, Эймс. Хорошо?
– Определенно, – ответил Майло, делая шаг назад в коридор, чтобы дать виконту пройти.
Тот вышел и прикрыл за собой дверь. Мы остались наедине и посмотрели друг на друга. Наверное, требовалось объясниться, но мне было противно оправдываться перед Майло, вечно обеляющим свои крайне сомнительные поступки. Да и потом, я не чувствовала стыда, особенно после того, как он сегодня меня опозорил.
Я молчала. И если вспомнить, как он разозлил меня этим вечером, я мастерски скрывала свои чувства.
Я решила расправить юбку, стараясь не задевать лишний раз больную лодыжку, которая продолжала наливаться кровью – а ведь она и так уже довольно сильно опухла и приняла неприятный лиловый оттенок.
– Я позову водителя и отправлю за доктором Истоном. Он посмотрит тебя у нас.
– Спасибо, но ведь лорд Данмор уже вызвал врача. Я подожду его здесь.
Конечно, я бы предпочла, чтобы меня посмотрел наш семейный доктор в моем собственном доме, но чтобы принять предложение Майло… Ну уж нет, пусть хуже, но по-моему.
– Как скажешь. – Майло взглянул на лодыжку; разве можно, видя этот страшный отек, сомневаться в моей истории?.. – Как ты вообще умудрилась упасть?
– Не знаю, что произошло… Я спускалась вниз, но не удержалась на ногах.
– Очень неудачно получилось.
– Да уж. Майло, а что ты здесь делаешь?
– Как же… Вот, вышел в вестибюль и увидел, как лорд Данмор берет на руки мою жену и несет куда-то наверх. С моей стороны было предусмотрительно последовать за ним.
Я проигнорировала этот выпад и спросила:
– Я имею в виду, почему ты здесь, на балу?
– С Гармондом я разобрался быстрее, чем рассчитывал, так что решил приехать и сделать тебе сюрприз.
– О, ты сделал, еще какой, – отозвалась я раздраженно.
– Ну, я заметил. – Его глаза пробежались по моему телу. – Дорогая, в этом платье ты изумительна. Но при мне примеряла другое?
– Другое.
Чем дольше длился этот натянутый разговор, тем меньше мне хотелось давать объяснения. Пусть думает что хочет.
– Уверен, ни один мужчина не мог оторвать от тебя глаз. И знаешь, я бы предпочел, чтобы этой ночью ты была в моей постели, а не в постели Данмора.
– Да что ты говоришь! – Я подняла брови. – Я-то думала, у тебя на эту ночь другие планы.
– Вот значит что. – Он улыбнулся уголком рта. – Ты видела меня с Элен.
– Да, со знаменитой мадемуазель Рено, с которой ты едва знаком.
– У меня есть очень простое объяснение.
– Как и всегда, Майло, – сказала я устало.
– Послушай, я же не закатываю скандал из-за того, что застал Данмора раздевающим тебя в его собственной постели.
– Это не его постель.
– Кровать, какая…
– Не хочу сейчас об этом говорить, – отрезала я. – У меня сильно болит нога, и к тому же…
Здесь мои слова оборвал резкий, очень похожий на выстрел звук. Кажется, донесся он из комнаты на этаже.
Я вздрогнула.
– Что же это за…
– Не иначе как выстрел.
Майло со своим обычным неторопливым изяществом повернулся к двери, а я бессознательно подскочила в попытке подняться на ноги, но тут же вскрикнула от боли.
– Эймори, оставайся здесь, – приказал он. – Я вернусь через минуту.
– Майло, наверное, тебе лучше не…
Но он уже достиг двери и с улыбкой обернулся.
– Не волнуйся, дорогая. Уверен, это пустяки. Впрочем, уверенными мы быть не можем… Наверное, за раздеванием своей жены Данмора застал какой-то менее понимающий джентльмен.
Дотянись я хоть до чего-нибудь, несомненно запустила бы в этого хама, но Майло быстро выскочил из комнаты и запер за собой дверь.
Я вздохнула, еще раз поправила платье и аккуратно сползла с кровати. Вывихнутая лодыжка сильно опухла, и хотя я знала, что встать не получится, все же попробовала подняться – и только чудом упала обратно на кровать. Могла ведь и на пол шлепнуться…
Но сдаваться было рано. Взявшись для страховки за столбик кровати, я поднялась на здоровую ногу, а затем нелепо попрыгала к двери. По-заячьи скакать через всю комнату во вздымающемся алом платье – зрелище, наверное, еще то… У двери я облокотилась на стену, повернула ручку и стала внимательно вслушиваться.
Снизу доносилась музыка и шум голосов. Не о чем и думать: на первом этаже о выстреле даже не догадывались.
Было сложно сказать, откуда он прозвучал, но я слышала голоса дальше по коридору. Толкнув дверь, я выглянула из комнаты. Чуть дальше стояли Найджел Фостер и мистер Дуглас-Хьюз. Поскольку я уже немного знала планировку дома лорда Данмора, то поняла, что комната, у которой находились джентльмены, мне не знакома. От карточной ее отделяла пара дверей.
– Господи… – донесся оттуда чей-то голос. Скорее всего, это был мистер Баррингтон. Вскоре моя догадка подтвердилась – он вышел из комнаты, а вслед за ним Майло и виконт. Он же запер дверь, и мужчины тихо заговорили. Мне безумно захотелось узнать, о чем разговор, но я не могла услышать ни слова. Тут лорд Данмор исчез за другой дверью. С отсутствующим серым лицом мистер Баррингтон смотрел прямо перед собой, а затем, будто встряхнувшись, решительно зашагал в сторону библиотеки.
Через какое-то время Майло двинулся в мою сторону, и я снова толкнула закрывшуюся дверь.
– Что случилось?
Он вздохнул, молча взял меня на руки, отнес обратно к кровати и не слишком осторожно положил на скомканную атласную постель.
– Зачем ты ходишь с больной ногой?
– Не хожу, а прыгаю на здоровой, – уточнила я, нетерпеливо отмахнувшись. – Что это был за шум?
– Это племянник Баррингтонов.
– Джеймс Харкер?
– Да.
– Ну так что же случилось?
С секунду Майло помолчал.
– Боюсь, он покончил с собой.
Я очень надеялась, что после случая в отеле «Брайтуэлл» мне никогда не придется снова столкнуться с внезапной неестественной смертью. Конечно, в данном случае поделать ничего было нельзя. Человек решил свести счеты с жизнью в публичном месте, и не то что предотвратить, но и предположить подобное довольно трудно.
Майло не посвятил меня в подробности, да я и не хотела ничего знать. В конце концов, он видел все своими глазами, а мне оставалось лишь догадываться, насколько это страшно.
– Эймори, ничего, если я покину тебя ненадолго? – спросил Майло, прервав мою задумчивость. – Мне надо кое о чем позаботиться.
Наши взгляды встретились. Мы оба прекрасно знали, о чем, или, вернее, о ком идет речь.
– Пожалуйста, – апатично произнесла я – на резкую реакцию сил уже не осталось.
– На минутку…
Но ни через одну, ни через пять минут он не объявился. Наверное, мадемуазель Рено нуждалась в утешении побольше моего. Вместо Майло в комнате наконец появился лорд Данмор. Он, как всегда, выглядел очень уверенно, и все же был бледен как смерть.
– Вам уже рассказали, миссис Эймс?
– Да… Просто ужас.
– Как вы себя чувствуете? Все в порядке?
– Да, спасибо. Как миссис Баррингтон? Ей уже сообщили?
– С ней мистер Баррингтон. Она ужасно расстроена, в этом нет ничего удивительного, и все же держится хорошо.
Мне было очень жаль бедную женщину. Даже за то короткое время, что я видела ее рядом с племянником, я поняла, как он ей дорог. Сомнений нет, эта внезапная смерть – большой для нее удар.
– Полиция уже в пути, – сказал виконт. – Не думаю, что гости внизу знают о произошедшем. Впрочем, узнают, и совсем скоро. Прошу извинить, но мне пора идти – полицейских нужно встретить…
– Конечно. Спасибо, что не забыли обо мне.
Лорд Данмор исчез. Он был прав насчет гостей – внизу и сейчас играла музыка, словно ничего не произошло. Люди танцевали, ели и смеялись, даже не догадываясь о том, что произошло здесь, прямо над их головами. И я им завидовала.
Вскоре появился доктор и изучил мой ушиб. Это был полный седой джентльмен, который, судя по его оживленности, не потерял интереса к своей работе.
– Перелома нет, – сообщил он, закончив осмотр. – Просто неудачное растяжение. Пожалуй, в ближайшие дни вам не стоит ходить – пусть нога спокойно заживет.
Я готовилась к худшему, но и мысль о постельном режиме ничуть меня не порадовала. Он прочитал это в моем лице и добавил:
– Если оставите мне адрес, то утром я первым делом вышлю вам тросточку. Будет легче, сможете двигаться.
– Спасибо, доктор.
Он ушел, ничего не сказав о случившемся в соседней комнате, хотя, без сомнения, говорил об этом с лордом Данмором… В такой напряженной обстановке оказаться прикованной к постели особенно грустно. Мне очень хотелось хоть как-то помочь, но что поделать, если я даже не могла нормально встать на ноги?
Через некоторое время ко мне снова зашел лорд Данмор, на этот раз в сопровождении полицейского. На последнем был коричневый костюм и шерстяное пальто, и он показался мне мрачным и лишенным чувства юмора. Виконт его представил:
– Миссис Эймс, это инспектор Харрис. Он говорит со всеми в библиотеке, но для вас я попросил его сделать исключение.
– Добрый вечер.
– Я хотел бы задать вам пару вопросов. Насколько я понимаю, во время происшествия вы находились здесь.
– Да.
– В котором часу вы услышали выстрел?
– Думаю, около полуночи.
– Этим вечером вы встречали мистера Харкера?
– Один раз.
– Здесь, на втором этаже?
– Нет, на лестнице, но с тех пор прошло довольно много времени.
– Не показалось ли вам, что он вел себя как-то странно?
– Нет, не особенно. Впрочем, я не очень хорошо его знала.
Харрис кивнул, словно услышал все то, на что и рассчитывал.
– Очень хорошо. Думаю, на этом все. Если понадобится что-то еще, я дам вам знать. Хорошего вечера.
Без дальнейших церемоний инспектор покинул комнату.
– Очаровательный малый, не правда ли? – поинтересовался Данмор, слабо улыбнувшись. – Прошу вас, простите меня, миссис Эймс, но мне лучше вернуться в библиотеку. Остальные до сих пор в шоке.
– Да, я понимаю.
Он снова вышел, оставив меня наедине со своими мыслями.
Почему же мистер Харкер наложил на себя руки? Мысленно я перенеслась к нашей с ним встрече. Да, он выглядел разбитым, очевидно, из-за неуютного окружения, но я и подумать не могла, что он совершит нечто настолько страшное. К тому же мистер Харкер озвучил мне, что собирается делать дальше, и ни его планы, ни интонация с суицидальным настроением никак не вязались. Что можно сказать? Чужая душа потемки. И все же во всей этой истории было что-то подозрительное.
Видно, с мадемуазель Рено Майло разобрался, так как вскоре явился ко мне.
– Машина уже ждет, – сообщил он. – Ты готова?
– Ты говорил с полицейскими?
– Да, и ничем их не заинтересовал. Давай-ка помогу.
– Что ж. – Сопротивляться не было никакого смысла – идти я точно не смогла бы. – Не захватишь мою обувь?
Он поднял туфлю и сунул себе в карман; чулок так и остался лежать на полу. Затем Майло поднял меня на руки и понес. В коридоре нам встретился лорд Данмор.
– Уже уходите? – спросил он с улыбкой. Виконт старался вести себя как обычно, но в его глазах явно читалась усталость.
– Спасибо вам за гостеприимство, лорд Данмор, – сказала я. – Мне очень жаль, что вечер так закончился.
– Если кому и жаль, так это мне, – произнес виконт, взяв мою ладонь. – Даже вообразить не могу, почему… – Он внезапно умолк и с неумолимой веселостью продолжил: – Я заскочу к вам через денек-другой посмотреть, как идут дела с лодыжкой.
– Не стоит так утруждаться, милорд.
– Напротив, миссис Эймс, я буду только рад. С нетерпением жду новой встречи. – Тут он перевел взгляд на Майло, поняв, что совсем забылся – как-никак я была на руках у собственного мужа. – Спокойной ночи, Эймс. – Он похлопал Майло по плечу.
– Спокойной, Данмор.
Майло отправился дальше. Когда мы проходили мимо комнаты, в которой покончил с собой несчастный Джеймс Харкер, я не смогла удержаться и посмотрела в открытую дверь. Накрытое тело… Как же трудно поверить, что это тело на полу было тем добродушным молодым человеком, который говорил со мной еще только час назад!..
Рядом, опустившись на колени, изучал пол полицейский. Это странным образом поразило меня, но чем именно, сходу определить не получилось.
Нет, во всем этом было что-то очень необычное. Во-первых, удивительно, что все вчерашние гости миссис Баррингтон в момент трагедии находились поблизости. В ближайшие дни я выражу соболезнования миссис Баррингтон и, возможно, узнаю, исчезли ли ее мысли насчет вора или нет. Так… А что, если недавние кражи и внезапная смерть мистера Харкера как-то связаны между собой?
Это была абсолютно неожиданная мысль.
– Майло, – обратилась я к мужу на лестнице, – а кто еще был на этаже, когда прозвучал выстрел?
Он задумался.
– Когда я вышел в коридор, то застал на месте Данмора, Баррингтона, Фостера и Дуглас-Хьюза. В библиотеке инспектор также беседовал с сестрами Эклз и миссис Дуглас-Хьюз.
У меня возникло странное, тяжелое чувство.
Ведь Майло перечислил почти всех, кого миссис Баррингтон подозревала в воровстве.
Глава 8
Бал продолжался как ни в чем не бывало. Майло пронес меня сквозь вестибюль и вышел в темноту ночи. Веселье было в самом разгаре, и наш уход почти никто не заметил. Едва ли я последняя женщина, которую вынесут отсюда на руках. Если, конечно, бал не закончится в ближайшее время. Несомненно, прибытие полиции никак не вязалось со всеобщим упоением, и все же, раз уж это можно было держать в тайне от столь многих собравшихся… Ни тревога, ни тем более паника здесь ни к чему.
Майло усадил меня в машину, и лишь сейчас, перестав ощущать его тепло, я поняла, какая холодная выдалась ночь. Дворецкий лорда Данмора принес мою меховую накидку, и Майло набросил ее мне на плечи. Я съежилась под ней, стараясь спрятать обнаженные руки под мех. Майло обошел машину и сел рядом – но не так близко, чтобы снова меня согревать.
Вдобавок к смятению из-за произошедшей трагедии, которую я осознала лишь сейчас, я не могла не злиться на Майло за его появление с французской актриской. Да и сам он, хотя и выглядел спокойным, наверняка сердился, застав лорда Данмора за моими чулками.
Что думал Маркхем, видя, как мы холодны друг к другу? Прошлой ночью все было совершенно иначе.
Всю дорогу мы молчали. Когда автомобиль остановился у нашего дома, Майло вышел наружу и помог выйти мне – прежде, чем водитель успел пошевелиться.
– Я просто облокочусь на тебя, ладно? – предложила я, глупо надеясь, что смогу идти сама.
– Да брось, – отозвался муж, поднимая меня на руки.
Швейцар и лифтер казались совершенно невозмутимыми, и все же стоило нам прикрыть за собой дверь квартиры, как я с облегчением вздохнула. Винельда уже давно должна была спать, а Парксу, камердинеру Майло, на сегодня скорее всего дан отбой. Майло часто отказывался от его помощи – наверное, не особенно любил наблюдать оплошности собственного слуги.
Майло отнес меня на темную кровать и лишь затем включил свет. Комната была оформлена в черных и золотых тонах, так что включенная лампа не особенно помогла; а может, сама эта ночь выдалась мрачнее остальных.
– Я пошлю за доктором Истоном, – предложил он.
– Меня уже смотрел врач, пока ты… – Я замолчала на полуслове. – Сказал, это просто растяжение.
Я приподнялась, облокотилась о спинку кровати и потянулась к застежкам на платье. Шифоновая юбка спуталась, и то, что совсем недавно было красивым платьем, сейчас обратилось в очередную неприятность. Я не могла дождаться, когда избавлюсь от этого неудобного наряда, но увы, самой с застежками мне было никак не справиться.
– Если бы ты разбудил Винельду… – Я не хотела ее тревожить, но чтобы после всего просить о помощи Майло…
Он же молча присел на край кровати рядом со мной – матрац прогнулся под его весом – и начал расстегивать маленькие крючки на платье.
Я смотрела на его темные волосы. Хотелось что-то сказать, но я не знала, с чего начать. В последнее время наши отношения наладились, но теперь старые обиды вновь возвращались.
Майло потянул платье вверх, а потом бросил его на пол. Я осталась сидеть в комбинации. И в одном чулке.
– Болит? – спросил он, глядя на мою опухшую лодыжку.
– Немножко.
Майло встал, взял со столика кувшин и налил стакан воды. Затем достал из ящика бутылочку с аспирином и протянул мне две таблетки.
– Выпей.
– Спасибо.
Я осторожно положила ногу на кровать, поудобнее уселась на подушках и запила аспирин.
Не глядя на меня, Майло снял галстук, повесил смокинг на стул и, уже снимая запонки, нарушил молчание:
– Ты же знаешь, что больше всего я боюсь принять на себя роль ревнивого мужа, но должен тебя предостеречь: держись от Данмора подальше.
В других обстоятельствах я бы расхохоталась, услышав такое из его уст. Но, измученная этим диким вечером, ответила довольно вежливо:
– Не стоит. Лорд Данмор меня не интересует.
– Зато ты ему интересна, – произнес Майло мягко, – а он из тех, кто не остановится ни перед чем, чтобы получить желаемое.
– Знаешь, меня больше волнует, чего хочется тебе, Майло.
– Ты о чем?
– У тебя интрижка с Элен Рено? – выпалила я, не успев подумать как следует. Никак не хотела быть резкой, но что получилось, то получилось.
Он посмотрел мне прямо в глаза.
– Нет.
Видно, на моем лице отразился скептицизм, поскольку Майло снова присел рядом со мной и продолжил:
– Я встретился с Гармондом в клубе, как и говорил, а затем отправился с ним поужинать и заодно выпить. А после встретил Элен. Она настояла на том, чтобы я сопроводил ее на бал – она слышала о маскараде Данмора и стремилась как можно скорее с ним встретиться.
– Вот так совпадение, да?
– Может быть, но это правда.
Я откинула голову на бархатное изголовье кровати и посмотрела на Майло. Уже давно я поняла, что с ним мои шансы рассуждать логически стремятся к нулю. Мне всегда хотелось верить ему, какие бы небылицы он ни рассказывал. Вот и сейчас, услышав его натянутое объяснение, я заметно смягчилась.
– Как я и сказал, – добавил он, понимая, что я готова поверить чему угодно, – я едва с ней знаком.
– В завтрашних газетах напишут по-другому. – Только все утряслось, как сплетники снова заговорят о том, что мой брак пустил трещину.
– Боюсь, главной знаменитостью завтра станет несчастный мистер Харкер, – ответил Майло.
– Как думаешь, зачем он это сделал? – спросила я, отвлекаясь от семейных проблем.
– Найдется множество версий, и все они появятся в прессе. В завтрашних газетах прочтем о карточных долгах и иных подобных грехах.
– Он показался мне милым молодым человеком, – сказала я, не желая принимать цинизм Майло.
Он же поднялся на ноги и продолжил раздеваться.
– Вот такие как раз и навлекают на себя неприятности, а потом не видят другого выхода, кроме как разом со всем покончить. Для порядочных людей стыд бывает совершенно невыносим. Поэтому-то я и не обращаю внимания на чужую репутацию.
Не иначе как озвучил свое кредо. Вот человек, который в жизни не чувствовал стыда.
– Наверное, но чтобы на балу… Сам понимаешь. – Я нахмурилась, вспомнив обо всем, что произошло. Никак не могла ожидать, что мистер Харкер способен на такой поступок. Хотя наше знакомство омрачилось его неуместными расспросами, он показался мне застенчивым, склонным к уединению человеком. И если бы мистер Харкер решил наложить на себя руки, то сделал бы это у себя дома, а не в гостях у джентльмена, которого, по сути, нисколько не знал.
– Майло, разве тебе не кажется странным…
– Нет, – отрезал он, протянув мне ночное платье, которое только что достал из бюро. – И тебе нечего забивать этим голову. Я прекрасно знаю, что могут надумать такие, как он. Поверь, ничего хорошего ждать и не приходилось.
Я неодобрительно взглянула на него, но Майло не стал обращать внимания.
– Спать отправлюсь в гостевую, а то задену случайно твою лодыжку, – проговорил он, завязывая пояс домашнего халата, который набросил поверх ночного белья. – Тебе что-нибудь принести?
Как много мне хотелось сказать! Но вместо этого я лишь качнула головой:
– Я в порядке, спасибо.
– Вот и славно. Спокойной ночи, дорогая.
Он поцеловал меня в губы и вышел, оставив наедине с раздражением и досадой.
Досада никуда не делась, даже когда сквозь занавески в спальню просочился серый свет раннего утра. Я легла как обычно, но проворочалась до самого рассвета: лежала, пыталась заставить себя отдохнуть, но в конце концов сдалась и окончательно встала с постели, набросив халат прямо на ночное платье.
Хромая, я добралась до бархатной черной кушетки, присела и посмотрела на ногу. Болело довольно сильно, но отек уже сошел. Я надеялась, что смогу ходить самое большее уже на следующий день – неважно, позволит мне врач или нет.
Вдруг, к моему удивлению, открылась дверь, и в проходе показался Майло с подносом. Он очень редко вставал в таком раннем часу. Неужто это попытка перемирия?
– Перехватил твой завтрак у Винельды, – сообщил он.
– Спасибо тебе за это. Про бал я расскажу ей попозже – сначала кофе.
– Как нога?
– Немного лучше, спасибо.
– Рад это слышать. – Майло поставил поднос на столик. – Она сделала тосты с джемом, не самое искусное блюдо, но это, пожалуй, и к лучшему. Поручить вскипятить чайник ей можно, но вот насчет всего остального… Да, решил, тебе будет интересно. – Он вручил мне свежий номер «Таймс».
Читать газеты мне хотелось меньше всего, и все же я знала, что так или иначе наткнусь на какую-нибудь статью по горячим следам: вчерашний вечер оказался для добытчиков сплетен золотой жилой, нечего и сомневаться. А я стала участницей очередного скандала – и от меня это, увы, никак не зависело.
Открыв газету, я сразу же увидела заголовок – и он был еще хуже, чем я рассчитывала:
«САМОУБИЙСТВО НА БАЛУ ЛОРДА ДАНМОРА: ПОКОЙНЫЙ ПОДОЗРЕВАЕТСЯ В КРАЖЕ ДРАГОЦЕННОСТЕЙ»
– Кража драгоценностей! – воскликнула я. – Что это вообще…
– Читай дальше, – предложил сказал Майло, наливая в мою чашку кофе из чайника.
Я стала читать вслух:
– «Вчера вечером на балу, устроенном лордом Данмором в собственном доме, произошла неожиданная и страшная трагедия: мистер Джеймс Харкер, племянник мистера и миссис Баррингтонов, застрелился в одной из комнат на втором этаже. При последующем осмотре места происшествия в карманах несчастного были найдены сапфиры, судя по всему, извлеченные из браслета миссис Баррингтон».
Я тихо вскрикнула и перевела взгляд на Майло. Он помешивал сахар в моей чашке с некоторым самодовольством.
– Браслет миссис Баррингтон?..
– Судя по всему. Я говорил, его грехи сразу выйдут наружу.
Я стала читать дальше: «Миссис Баррингтон показала, что камни были с того самого браслета, который она носила этим вечером. Она также рассказала, что ранее пропадали и другие драгоценности, включая бесценную брошь и бриллиантовый браслет. Общая сумма утерянных украшений предположительно составляет более десяти тысяч фунтов».
– Тот еще куш, однако, – заметил Майло.
Я посмотрела на него.
– Но ведь сапфиры были подделкой!
Его темные брови поползли вверх.
– Действительно? Да ты знаешь гораздо больше, чем «Таймс» удалось выпытать у болтушки миссис Баррингтон.
Поняв, что сказала больше, чем хотела, я залилась краской. И тут же напоролась на бесстрастный взгляд Майло – как он раздражал меня своей проницательностью!
– Эймори, ты снова ввязалась, куда не следует?
– Понятия не имею, о чем ты, – отозвалась я.
– Правда? – На его лице было написано сомнение.
От неискреннего негодования меня уберег внезапный телефонный звонок.
– Кто бы это мог быть в таком часу? – спросила я.
– Скоро узнаем.
Вскоре тихо постучала Винельда.
– Входи, – позвала я.
Как и всегда, она чуть-чуть приоткрыла дверь и застенчиво высунула голову, словно боясь застать нас в разгаре страсти.
– Винельда, кто звонит? – поинтересовалась я.
– Это миссис Баррингтон, мадам, – ответила она, по-прежнему глядя в пол.
Мы с Майло переглянулись, и в его глазах сверкнул огонек.
– Спасибо, Винельда, – пробормотала я и попыталась подняться на ноги, но Майло меня опередил.
– Я поговорю с ней, дорогая, – сказал он. – Лучше лежи, тебе не следует пока ходить.
– Майло, мне надо с ней поговорить…
Но он уже стоял в дверях, а Винельда боязливо отпрыгнула с дороги. Через секунду до меня донеслось его басовитое любезное бормотание. Разговор длился пару минут, и за это время Майло применил к миссис Баррингтон весь арсенал своего обаяния. Не сомневаюсь, до того как повесить трубку, он успел полностью ее очаровать. Досадно, но я не услышала ни слова, да и разговор их закончился прежде, чем я успела добраться до двери и хоть чуточку подслушать. Все это так мне не понравилось, что я ждала возвращения Майло со стиснутыми зубами.
Естественно, стоило ему войти, как я сразу же выпалила:
– Ну что же? Что она сказала?
– Хочет тебя видеть, по возможности уже сегодня. Миссис Баррингтон, конечно, не знала, что ты ушиблась.
– Всего лишь растяжение… Ну и что дальше?
– Правда, будь поосторожнее с лодыжкой, – посоветовал Майло и поднял к губам мою чашку, которую, похоже, безвозвратно присвоил. И как будто нарочно, перед тем как начать говорить, сделал неспешный глоток. – В общем, я пригласил ее к нам на чай сразу после обеда.
Мне сразу стало спокойнее. В конце концов, не придется долго ждать, чтобы выяснить, чего же хотела миссис Баррингтон.
Майло допил кофе и встал.
– Мне нужно съездить кое-куда, но к чаю обязательно вернусь.
Он наклонился поцеловать меня в щеку. А после ушел, и я откинулась на спинку кушетки, еще более измученная, чем пять минут назад.
К обеду я хорошенько взбодрилась. Короткий, но крепкий сон, горячая ванна и новое элегантное платье улучшили и мой внешний вид, и самочувствие.
С той жалкой тросточкой, которую прислал доктор, я могла наблюдать за тем, как Винельда накрывает стол для чаепития. Только мы закончили, как прозвенел дверной звонок.
– Пунктуально, – сказал Майло, входя в комнату. Сам он вернулся буквально пару минут назад. На нем прекрасно сидел темно-серый костюм – как, впрочем, и любая другая вещь из его гардероба.
Винельда провела миссис Баррингтон к гостиной и удалилась. Наверное, боялась, что все испортит, пролив на кого-то чай или сотворив чего-нибудь похуже, и, пожалуй, боялась неспроста. Винельда очень мила, но обслуживание явно не ее конек.
На миссис Баррингтон был утонченный темно-синий костюм. Лицо ее казалось мрачным, и все же энергия ее не оставила. Больше того, настроена она была довольно решительно, так что не терпелось узнать, с каким делом она явилась.
– Миссис Баррингтон, – сказала я, коснувшись ее руки, – мне так жаль…
– Спасибо. Это шок для всех, – произнесла она скорее автоматически – занимало ее что-то совершенно иное. Миссис Баррингтон была подавлена, и все же в ее голосе чувствовалась характерная и узнаваемая сила. Она пришла сюда с чем угодно, но точно не для того, чтобы оплакивать беднягу Джеймса Харкера.
Майло поднялся с места и подошел поприветствовать ее:
– Здравствуйте, миссис Баррингтон. Примите мои искренние соболезнования.
– Благодарю вас.
– Миссис Баррингтон, какой чай вы предпочитаете? – спросила я, когда Майло отставил стул и предложил ей присесть.
Некоторое время мы провели за «чайной церемонией». В этом было что-то успокаивающее, как и в случайном звоне фарфора и серебра, заполнявшем паузы в беседе.
– Полагаю, вы все еще пытаетесь угадать, зачем я пришла, – сказала гостья, допив первую чашку и поставив ее на блюдце, а затем расправила плечи, словно готовясь к чему-то обременительному, но очень важному.
– Что ж, – заговорила я осторожно, – я… Мне было несколько любопытно, когда Майло сообщил о вашем визите.
– Так скоро после смерти Джеймса. – Миссис Баррингтон проникновенно посмотрела на меня. – И все же я думаю, что вы догадались: я здесь как раз из-за него.
Однако мне до сих пор было не понятно, к чему она клонит. Я посмотрела на Майло, но тот выглядел так безмятежно, словно мы беседовали о погоде или любых других приятных пустяках.
– Наверное, это как-то связано с пропавшими драгоценностями, о которых вы мне рассказывали, – предположила я после некоторой паузы.
– Нет, не совсем, – отозвалась она. – То есть связано, конечно, но, как говорится, Бог свидетель, я бы хотела и вовсе забыть о них… Возможно, если бы я не начала все это, Джеймс остался бы жив. Но как можно знать наверняка? Никакими «если бы» делу не поможешь, верно?
– Я… Нет, боюсь, что нет, – пробормотала я. Все еще не было ясно, о чем она говорит. Может, считает, что ее племянник наложил на себя руки из-за того, что не вынес тяжелого чувства вины? Так писали в газетах, но это еще не значит, что это правда. И потом, миссис Баррингтон добрая женщина. Если бы мистер Харкер честно ей сознался, она бы, без сомнения, сразу его простила. Нет, тут далеко не все так просто.
– Тогда что же вы узнали о смерти племянника, чем хотели с нами поделиться? – спросил Майло в лоб. И, похоже, миссис Баррингтон даже стало легче от его прямоты.
– Вы читали газеты? – вопросом на вопрос ответила она.
– Только «Таймс», – сообщила я и добавила: – Они пишут, что вы опознали камни, которые нашли в его карманах.
– Да, так я журналистам и сказала: это мои камни, а прежде пропадали и другие драгоценности. Они бы все равно узнали. Но я и без этого собиралась им сказать.
Мы с Майло быстро переглянулись. Чем больше она говорила, тем страннее все это звучало.
– Наверное, у него был серьезный повод, чтобы взять их, – рискнула я заговорить после затянувшегося молчания.
– Джеймс не крал мои вещи, миссис Эймс.
Я стала выбирать слова еще более тщательно:
– Конечно, это страшная мысль, особенно при таких обстоятельствах, но…
– Вы не понимаете, – грубо перебила миссис Баррингтон, в нетерпении отвергая мои догадки. – Он знал, что сапфиры не настоящие. Перед балом я посвятила его в свой план.
Я молчала и старалась хорошенько обдумать, что все это может означать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?