Книга: Тупапау , или Сказка о злой жене - Евгений Лукин

Справившись с крупной формой, Евгений Лукин вольно или невольно обнажил суть своего творческого метода. Конечно, его элементы нетрудно разглядеть в рассказах писателя – да и сам он не раз о них писал и говорил, – но в романе они заметны куда ярче и без всяких авторских подсказок.

В основе творческого метода – фантастическое допущение и нефантастические персонажи. Своих неисключительных героев Лукин помещает в исключительные обстоятельства. В случае с «Раздолбаями» это самые обычные россияне, очень точно и здорово (характеры автор не столько описывает, сколько показывает через действия и диалоги – в русской фантастике прием весьма редкий) схваченные типажи – мент, гопник, философствующий калдырь, шальная баба, зэк, самогонщик-изобретатель... Особого шарма добавляет то, что написанный в 1997 году роман изобилует реалиями начала конца ХХ века. Скажем, начинается с того, что милиционер гонится за хулиганом, укравшим трубку телефона. Не смартфон, не кирпич-мобилу, а трубку от телефона-автомата. Такие сейчас, наверное, покрылись пылью и паутиной и в самых захолустных уголках страны. Эта деталь заставляет ещё раз улыбнуться, но вместе с тем роман о героях 1990-х не выглядит устаревшим до сих пор. Потому что показывает, что это и герои 2010-х. Мент и хулиган забегают на космический корабль, который доставляет их в некий стерильный мир, где уже выживают пара десятков землян-россиян. Кто эти инопланетяне, что это за мир-лаборатория, автор не поясняет (уровень условности здесь даже больше, чем в похожем – в первую очередь сатирой и абсурдом – фильме «Кин-дза-дза!»), да оно и не нужно: персонажи вне привычной обстановки занимаются привычными вещами – самогонщик и тут нашёл, из чего гнать – и ещё более ярко раскрываются. В сущности, невидимые инопланетяне, автор и читатели оказываются в роли учёных, наблюдающих за поведенческим экспериментом. Только вместо белых мышей в нём – люди в белых обрывках какой-то синтетики. И люди эти, метко и едко выписанные Лукиным, ведут себя по-разному, но одинаково узнаваемо. Так они вели бы себя как минимум в середине ХХ века, будут вести и как минимум в середине века ХХI.

Вторая особенность Лукина – великолепный язык. Одно дело прекрасно и стильно, с юмором, игрой словами, характерными словечками персонажей, написать десяток страниц (да и над ними этот писатель может работать несколько лет), и совсем другое – тот же уровень выдерживать на протяжении четырёх сотен. Игра, например, начинается уже с названия: слово «раздолбаи» здесь употреблено не в его популярном значении (бездельник, если не сказать грубее), а в «более прямом» – люди, которые вокруг себя все разрушают. И едва ли не весь последующий текст оказывается сплошным перлом, не разлететься на цитаты которому не позволяет только то, что в нынешнее время постмодерна и даже постпостмодерна цитат стало слишком много. При этом все эти перлы даются и читателю, и самому автору очень легко. Лукин, вворачивая очередной оборот, никоим образом ни кичится своим мастерством: «Вот смотрите, я могу тут так, а как вам вот так, а ещё и крестиком вышивать умею». Это выгодно отличает писателя не только от большинства коллег менее одаренных, но и от многих таких же мастеров слова, например, Евгения Клюева .

Третьей важной составляющей метода является практически полное отсутствие экшена. Конечно, и у Лукина в рассказах – и в этом романе – стреляют, а событий на страницу текста может происходить немало. Но не столько, как в книгах-боевиках с их масштабными сражениями, шпионскими интригами, любовными страстями и прочими кровавыми подробностями. По сравнению с такими произведениями у Лукина иногда считай что ничего не происходит: ну ходит герой туда-сюда, ну думает думу, ну болтает с другими героями. А меж тем читать очень интересно. Писатель увлекает на более глубоком уровне: проработкой персонажей, ситуациями, диалогами.

Единственное, чем «Раздолбаи» вводят в ступор, так это финалом. Если рассказы у писателя четко выстроены, и финал понятен, а авторская мысль ясна, то в романе Лукин, кажется, решил похулиганить, лихо завершил тему, не разжёвывая свою задумку. Но, не исключено, это только кажется – потому что Лукин вряд ли что-то сделал бы просто так.

В довесок в издании есть написанная в соавторстве с Любовью Лукиной повесть «Тупапау, или Сказка о злой жене». Несколько жителей Поволжья из-за природного катаклизма попали в первобытную Полинезию. Презабавная вещица, в которой есть почти все признаки метода Лукина. И многим стоило бы поучиться у писателя и глубоко выписанным характерам, и горьким мыслям, изложенным с юмором.