Текст книги "Навигатор. Код имплементации: 40. Часть 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/navigator-kod-implementacii-40-chast-2-185664.jpg)
Автор книги: Евгения Кретова
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– «Эиль» на карантин, – отчетливо скомандовал Теон, отматывая приказы, будто биритовую пленку. – Сообщить о произошедшем и о наложенных ограничениях службе стыковки «Тамту». Проинформировать начальника станции и местную службу безопасности. Связаться с диспетчерской сектора и закрыть внешние транзакционные переходы в него для всех земных экипажей и бортов с землянами на борту. Груз «Эиля» опечатать до окончания производства следственных действий. Экипаж опросить и провести медосвидетельствование, – отрывисто приказывал Теон. – Отправить «Торпас» для осмотра места происшествия. Старшим группы назначить капитана Бри Троона, усилить группу биофизиками, провести полное сканирование грузового отсека с 3d моделированием. Анализ на наличие РПС-маркеров – в первую очередь. Доклад мне по протоколу один, кодировка сигма, – он зашел в лифт, добавил: – При получении положительного анализа на РПС-маркеры, объединить в одно производство с делами по «Фландрии», «Немезиде», «Птоломею» и остальным. Данные обследования сразу вносить в каталог. Тип кодировки – сигма два.
Отключившись, он еще мгновение приходил в себя: так близко. В таком оживленном месте.
В голове немедленно сложилась связь с исчезновением капитана Роговой, он гнал ее от себя, и мысленно ругал Удгрина. Уже занес руку для активации внутренней связи с начальником станции, но передумал: это он может решить и сам.
Теон снова набрал оператора:
– Передай капитану Троону, я лечу с ними. Всем постам в подсекторе семнадцать и смежных с ним подсекторах – выяснить, где находится «Фокус»-01-00-15-Тамту. Свяжитесь с диспетчерами. Пусть проверят выгрузки по дальним транзакциям. Найдите мне фрегат! По нахождении организовать осмотр помещений корабля… – он нахмурился. Внутренний следователь уже корил начальника за неделикатность и опрометчивость. – Только осторожней там, не спугните. Какой-нибудь благовидный предлог пусть найдут. Хоть нарушение нормативов выбросов отходов.
Глава 2. Диагностика
2
Она будто утонула, но все еще жила. Откуда-то с поверхности доносились звуки. Она прислушалась, пытаясь различить. Голоса!
Мужской, низкий: «Согласен с расстановкой сил».
Ему что-то вторит, не разобрать.
Обрывки ничего не значащих фраз.
… маркированные баги и отсылаешь мне…
Голоса обретали четкость, плотность. Она уже почти узнавала их. Узнавала как-то неопределенно, безымянно. Никак не могла поймать, чтобы уж точно понять. Они ускользали, словно шелк сквозь пальцы, рассыпались, будто луч света.
Химический запах реагентов и недавней грозы. И – отдаленно – сырной сыворотки. Желудок жалобно сжался.
Сознание неторопливо возвращалось тяжестью собственного тела. Руки. Оказывается, они такие тяжелые и неповоротливые! Она пошевелила пальцами: мягкая шершавая подкладка.
Она помнила страх. Холод. И ярко-оранжевый свет, который залил все вокруг. Кажется, это был ее конец. Или нет? После смерти ведь не может быть ощущения сухости на губах? Острая боль – будто лезвием по коже. Привкус железа.
Она сглотнула и с трудом приоткрыла глаза: темный экран перед глазами с графиком нейроактивности. Справа – шкала загрузки, мигнув, показала сто процентов и медленно погасла.
… я уже прошелся по самым сомнительным точкам. Там все чисто, что удивительно…
Экран погас. Тихо отъехал к ногам, позволив оглядеться. Высокий белоснежный потолок, приглушенный свет снизу, из встроенных в пол светильников. На стуле – аккуратно сложенная одежда.
– Давай сравним узловые параметры в момент того бага и этого? – молодой серьезный голос.
Сердце забилось учащенно.
И тут же, совсем рядом, за ширмой:
– Ну, давай. Попробуем, – бархатистый голос, от которого бросило в дрожь.
Артем! Вася! «Фокус»!
«Господи, я дома!»
3
Артем еще раз проверил состояние Ульяны по монитору пациента. Отходя от саркофага, покосился на приготовленный Наташей синий костюм и обувь, в какие навигаторы обычно переодевались в каютах. Задвинул ширму и вернулся к своему рабочему столу: на центральном мониторе уже белело загруженное Крыжем диалоговое окно, а в углу экрана – иконка активного вызова по внутренней связи.
Артем принял его:
– Да, Вась. Я готов, – он вывел на экран приготовленные диагностические карты и присланные айтишником пару минут назад резервные коды, на вспомогательном мониторе открыл реестр кодировок. Прищурился, намечая, на какие надо поставить флажки – их он считал наиболее вероятными источниками проблемы. Сел за стол и выдвинул дополнительную консоль: десять рядов джойстиков и рычагов частью окрашенных желтым, частью – зеленым и красным, цветовые экраны и выделенные мониторы. Сейчас активные. – Командуй.
– Я тоже готов, – прошелестел из динамика Авдеев и помахал рукой в видеочате.
– Тоже готовы, – Ираль мрачно кивнул, хохотнул: – Крыж нам с юнгой поручил особо важную миссию – не спускать глаз с главного монитора и разносить всем кофе.
– Согласен с расстановкой сил, – улыбнулся Пауков, потер подбородок, только сейчас вспомнив, что не брит. С сожалением вздохнул: жаль, Улька увидит его таким. Но времени прихорашиваться уже не оставалось. – На вахте Наташа?
– Так точно, – Натка широко улыбнулась из рубки.
– Подключайся в нейросеть «Фокуса», следи за изменениями изнутри. Почувствуешь дестабилизацию, маякуй, – напомнил Пауков. Натка кивнула.
Крыж уточнил:
– Натка, я тебе на рабочий монитор, который справа, вывел значки всех систем жизнеобеспечения. Они сейчас красивые, зелененькие. Это хорошо. Плохо, если пожелтеют. Совсем плохо, если покраснеют.
– Поняла, буду следить и кричать караул, – весело отозвалась Наташка.
– Причем кричать громко и четко, – в тон ей отозвался Василевс и сразу посерьезнел: – Так, Авдей, линия три и четыре: навигация и вооружение. Твой участок. Принимай реестр базовых кодов конфигурации, с которыми будешь сверяться. Находишь несоответствия, маркируешь прогой. Алгоритм такой: баг – стоп диагностика – ввод маркера – запуск диагностики. По завершении работы на линии, выкатываешь все маркированные баги и отсылаешь мне. Я смотрю, какие из них баг, а какие фича. Все ясно?
– Ясно, – Авдеев деловито шмыгнул, – хорошо задокументированный баг становится крутой фичей?
– А то. Зришь в корень, бро… Теперь ты, Паук…Алгоритм не объясняю, так и быть, учитывая, что ты его и придумал, – откашлялся в кулак. – На тебе первая линия – центральное управление и головной компьютер, линия два – жизнеобеспечение экипажа и живучесть судна, девятая – биомодуляция и органический функционал.
– Принимаю, – Артем кивнул, перебросил стартовые параметры в диалоговое окно – данные из него сформируют протокол диагностики.
– На всякий случай, всем напоминаю: восьмую линию не трогать ни при каких обстоятельствах, там бортовые регистраторы, система хранения данных и дубликаты системных показателей.
Авдеев почесал затылок:
– Слышь, мужики, а может, наоборот, восьмую и проверить. Там же должны быть сводные данные. Наверняка, баг тоже зачекало[1]1
Зачекать, чекать – сленг, от англ. check – проверять, проверка.
[Закрыть], если он есть.
Крыж покачал головой:
– Мартышкин труд. Нам все равно надо будет искать источник бага и перебирать всю систему. Она же может сформироваться из-за срыва кодировки в нескольких узлах, на нескольких линиях.
Авдеев разочарованно вздохнул:
– Ясно. А я уж обрадовался…
– Жизнь – боль, бро, одни обломы, – Крыж расплылся в улыбке. – Всё, мужики, поехали! Ираль, Тим – схема разводки нейросети «Фокуса» на главном мониторе. Авдей помечен зеленым, я желтым, Паук красным. Баги при выявлении мигают маячками. Ваша задача их ловить, как мушек.
– «Как мушек» – это моя тема, – Ираль плотоядно хмыкнул.
– Фуу, – Натка сморщилась.
– Это шутка, – Ираль покосился на девушку и вдруг смутился: – уже давно не практикую.
– Хорош трындеть, рубка! – Крыж прикрикнул на них. – Ваши глаза – все шесть – должны быть в мониторах.
Клириканец и Наташа хором засмеялись:
– Есть «хорош трындеть», старпом.
– Принимаю на диагностику линии три, навигация, и четыре, бортовое вооружение. Загрузочная панель на старт, начальные данные перевожу в диалоговое окно, – Авдеев перебросил стартовые показатели в общий чат.
Диалоговое окно постепенно заполнялось. Трехцветные строки из разномастных символов, цифр и значков в режиме реального времени фиксировались, маркировались.
Цепочка иконок системы жизнеобеспечения на правом от Наташи мониторе успокаивающе светилась зеленым. Девушка видела в нейросети три смешных «бегунка», которые деловито скользили по нейросети, где-то замедляясь, где-то ускоряясь. Зафиксировав расхождение с базовым кодом, оставляли, словно змея старую кожу, огонек на пораженном участке. Ираль и Тим тут же вписывали это в протокол, выгружали координаты ошибки и точное место расхождения. Система подавала короткий звуковой сигнал.
– Уфф, – пыхтел Тим, – это ж мука какая! Как вы с этим живете?
– Жизнь – боль, – повторил Крыж лениво и поучительно: – А, я уже это сегодня говорил. Это – не твои лингвистические канделябры, которые нормальным человеком вообще не фиксируются. Тут хоть все понятно.
– Да где ж понятно, – бормотал юнга, протирая глаза. – Абракадабра какая-то.
– Ты смотри, в этой абракадабре ничего не попутай. При копировании маркированного кода лишний пробел в начале-конце строки не захватите. А то повторную диагностику делать придется…
– Же-есть, – Тим протяжно вздохнул. – А чего ты сразу-то не сказал?
– Давай-давай, не отлынивай, – Ираль сердито сунул ему планшет. – Это и так ясно.
– А я гуманитарий…
– Сегодня ты гуманитарий, а завтра драишь планетарий, – хохотнул Авдей из динамика.
Пауков покачал головой:
– Крыж, я уже прошелся по самым сомнительным точкам. Там все чисто, что удивительно. Я грешил на двадцать четвертую зону на первой линии…
– Смена оператора?
– Ну да… Так там все спокойно.
– Странно. Все равно на смену Ульяны Наташей должен был отреагировать, – Крыж взъерошил волосы на макушке, задумался.
Артем уточнил у Авдеева:
– Кир, что у тебя с паспортом навигации? Много ошибок?
Навигатор отозвался рассеянно:
– Не поверите, мужики, все чисто, если не считать трех точек. Я их уже сбросил в общий протокол. Но там мелочь, по-моему…
Пауков включил выделенную связь со своего креоника, вызвал айтишника. Проговорил:
– Вась, такого не может быть. При таком сбое… выход из-под управления, произвольная навигация… И все чисто? Не верю.
– Думаешь, что-то глубже? – Крыж сосредоточено барабанил по столу. – Слушай, помнишь, в начале месяца «Фокус» тоже выходил из-под контроля? Когда мы апгрейд делали?
– Ну…
Короткий звуковой сигнал на креоник Паукова: «Завершение программы гиперсна». И следом второе: «Открыта крышка саркофага номер один». За ширмой послышалось движение.
Крыж продолжал:
– Давай сравним узловые параметры в момент того бага и этого?
Артем неуверенно пожал плечами, покосился на зону с креокапсулами:
– Ну, давай. Попробуем.
Из-за ширмы показалась укутанная в дендрогалевое одеяло Ульяна. Рыжие волосы рассыпались по плечам, на губах замерла полуулыбка.
Девушка проскользнула в рабочую зону, подошла к Артему со спины.
– О, нашему полку прибыло! Здорово, Ульяна! – первым приветствовал ее Крыж, заметивший через камеру. Ребята из рубки замахали руками.
Пауков обернулся, посмотрел снизу-вверх, перехватил тонкие девичьи пальцы:
– Как себя чувствуешь?
– Будто заново родилась, – она подошла ближе к столу. Так, чтобы ее было всем видно: – Ребята, привет. Я в норме. Спасибо, что вытащили меня…
– Может, прервемся? – предложила Наташа и преданностью мультяшного кота округлила глаза.
Артем тайком сжал Ульянину ладонь, проговорил в динамик:
– Первому навигатору привести себя в человеческий вид нужно, а нам передать ей судно в рабочем состоянии, без багов и сюрпризов. Так что продолжаем, коллеги, не расслабляемся, – он заметно повеселел.
Он встал из-за стола так, чтобы выйти из зоны включенных камер на мониторах, порывисто привлек Ульяну к себе, торопливо поцеловал в висок:
– С возвращением.
Девушка зажмурилась и с облегчением выдохнула, будто сбросила, наконец, с плеч тяжелую ношу.
Пауков подтолкнул ее к двери:
– Отдыхай, – и вернулся к монитору, с воодушевлением потер друг об друга ладони, будто разогревая их: – Иду на девятую линию.
Ульяна еще раз взглянула на него, улыбнулась. Подхватив синий навигаторский комбинезон, небрежно его скрутила, взяла приготовленную Наташей одежду и обувь и выскользнула из медблока.
4
Едва Крыж получил список обнаруженных ошибок и закрыл диалоговое окно, Наташа отсоединилась от сети и, спрыгнув с навигаторского кресла, поднырнула под локтем Ираля и прошмыгнула из рубки:
– Улька! – кричала она, пробегая по коридору.
Кают-компания пустовала. Наташка взлетела по крутой винтовой лестнице на жилой этаж, к каюте подруги, параллельно набирая ее по внутренней связи.
– Я на камбузе, – Ульяна отозвалась из динамика на креонике.
Наташка рванула вниз, по дороге едва не сбив с ног появившихся со стороны рубки Крыжа и Ираля.
Василий подхватил ее, улыбнулся:
– Стоило было так лететь… Мы тебя уже обогнали.
– А ну тебя! – отмахнулась Наталья, обогнала ребят и ворвалась на камбуз.
Ульяна и Артем стояли, обнявшись. Увидев подругу и торопившихся следом ребят, Ульяна подняла глаза на генетика, мягко высвободилась и шагнула к Натке. Та с силой ее обхватила, прижалась:
– Улька! Напугались за тебя… – отстранилась, заглянула в глаза серьезно: – Тут такое было…
Первый навигатор понимающе кивнула:
– Мне Артем уже начал рассказывать…
– Да уж, есть что рассказать, – Крыж, широко улыбаясь, протянул руку. Перехватив запястье девушки, потянул на себя, по-мужски крепко обнял, похлопал по предплечью. – Здорово, капитан. Рад, что ты на борту.
– Привет! – Авдеев кивнул, устроился за столом.
– Привет, Ульяна, – Тимофей засмущался, покраснел… и обнять не решился. Из-за его спины выдвинулся Ираль, протянул руку ладонью вверх:
– Приветствую, капитан, – оранжево-желтые глаза с тонкой вертикалью зрачка смотрели внимательно, чуть настороженно. – Рад, что жива.
Ульяна задержала его руку в своей, присмотрелась к клириканцу, будто ожидая увидеть прямо сейчас ответы на мучившие ее вопросы. Ираль невозмутимо выдержал ее взгляд, улыбнулся криво.
– Жива, – девушка кивнула, подумав, что сейчас не время выяснять отношения. – Благодаря вам…
– И «Фокусу», – Наташа многозначительно изогнула бровь.
– Так что все-таки произошло? Расскажете? А то я тут пирушку затеяла, – она показала на мигающие индикаторы готовности блюд в синтез-агрегатах.
Ребята радостно загудели. Авдеев вытащил из встроенного шкафчика коробку с приборами. Крыж на все это печально взглянул, поморщился:
– Ну, братва, просить вас помолчать и ничего не обсуждать, пока я запускаю отладку, бесполезняк, да? – он шумно втянул носом воздух.
Экипаж «Фокуса» замер с одинаковыми улыбками, Пауков уже открыл было рот, чтобы ответить…
5
Под потолком сработал сигнал раннего оповещения и вызов внешней связи:
– «Фокус» 01-00-15, с вами говорит патрульная служба подсектора, борт «Исма» 15-140-Клирик, старший дежурный офицер Трин Паравель. Вами нарушен Порядок СТП-переходов, превышена допустимая скорость горизонтального перемещения на сто двадцать единиц, – Ульяна округлила глаза, посмотрела на Паукова, потом на Наташу и Крыжа. Айтишник виновато развел руки. – Опасное маневрирование подпадает под пункт шестнадцать дробь один Кодекса об административных правонарушениях. В соответствии с Приказом 16-25ПМ прошу выключить двигатели движения, заблокировать маневровые, открыть стыковочные шлюзы и обеспечить доступ на судно дежурной бригады для составления протокола. Код стыковки сто сорок два.
Связь с щелчком отключилась.
– О, вот и вам занятие нашлось, пока я отладку запускаю, – коротко хохотнул Крыж, подхватываясь.
Пауков бросил:
– Погоди, Вась. Авдей, ты – в рубку, обеспечь стыковку. И переведи манипулятор с глаз подальше на запасную площадку, в ремблок. Только быстро. Крыж, помоги ему, отладку после, – парни рванули с камбуза. Пауков направился за ними следом: – Наташа, ты со мной, в стыковочный шлюз. Тим, ты тоже, берешь на себя функционал дежурного оператора и на подхвате, там три человека должны подписать протокол с нашей стороны. Помните, что клириканцы – синестетики и читают все ваши эмоции и переживания как в открытой книге… при чем цветной. Поэтому не паниковать, представляйте себя милыми зелеными облачками, – он посмотрел на Ульяну, перевел взгляд на Ираля: – А вы двое идите в каюты и не высовывайтесь.
Широко зашагал к выходу. Остановился, заметив, что Ульяна не пошевелилась:
– Чего стоим? Кого ждем?
– Ты думаешь, это повод? Будет обыск?
Он раздраженно отвернулся, шумно выдохнул, оправил полы белого кителя медслужбы:
– Какая разница, что я думаю? Это возможно…
– Я к тому, что в каютах тогда будут смотреть в первую очередь, – Ульяна закусила губу. – Везде будут смотреть…
Артем нахмурился.
– Может, под рубкой? В серверной искина? – предложила Наталья. – Проход там технический, ни двери, ни переборки.
Пауков кивнул:
– Верно говоришь! Дуйте туда, Крыж в рубке, поможет.
И выскочил с камбуза.
* * *
– Курс два ноля пятнадцать, продольное перемещение одиннадцать градусов, выравнивание на десять, – Кирилл руководил стыковкой с кораблем патрульной службы, когда Ульяна и Ираль влетели в рубку.
Крыж как раз завершал перемещение манипулятора в техотсек, нажал кнопку подтверждения команды.
– Вы чего? – округлил глаза.
– Вась, в серверную «Фокуса» открой вход, – Ульяна нырнула к ящику под центральным пультом, дернула за рычаг.
– Э-э, не бесчинствуй, – запротестовал Крыж, вставая с кресла. – Не там же вход.
– Угол правого дифферента снизить до ноль целых трех десятых, самый малый вперед, – Авдеев покосился на них, продолжая маневр стыковки.
Крыж подошел к глухой панели слева от своего рабочего кресла, выдвинул спрятанную панель управления. Вытащил из пазов пластинку креоника, поднес к сканеру и ввел код.
– Импульсный двигатель на ноль. Продольное перемещение по ходовым знакам до створок шлюза. Захват, – мягкий щелчок оповещения, корпус шлюпки чуть дернулся вперед и замер. – Завершение стыковки. Добро пожаловать на борт.
Авдеев повернулся к ним, сорвал переговорное устройство. Он успел заметить, как Ульяна и Ираль скрылись в серверной, нырнув через узкий технический проход в закрытые помещения.
Крыж крикнул им в след:
– Эй, не трогайте там ничего! Держитесь лучше правой стороны, подальше от чаши клайбионика, – покачав головой, он захлопнул за ними дверь и задвинул панель допуска. – Черти что.
– Что? Все норм? – поинтересовался Кир, устраиваясь удобнее в кресле. Он вальяжно откинулся на спинку, закинул руки за голову и вытянул ноги.
– Да вроде, – Крыж уклончиво отмахнулся, свернул диалоговой окно транспортировщика ремблока. – Я к себе, запускаю отладку, – и вышел из рубки.
Когда прозрачные мембраны гермопереборки захлопнулись за ним, Авдеев подключился к видеокамерам шлюзового отсека и увеличил громкость в наушниках. Просмотрел данные с внешних визиров – патрульный катер «Исма» 15-140-Клирик замер на рейде и ощетинился бортовым вооружением. Кир хмыкнул, включил запись.
Глава 3. Нежданные гости
1
Застыв у гермопереборки, Артем, Наташа и Тим наблюдали, как завершается стыковка клириканской «Исмы».
– Продольное перемещение по ходовым знакам, – голос Кира шелестел из динамиков. На инфотабло дежурного приближались огни шлюзовой камеры чужого корабля, его черный рукав с подвижным горловым люком. Длинные щупы подхватили круглые бока стыковочного модуля, подтянули к «Фокусу» и закрепили в пазах. – Стоп… Захват… – С тихим шипением сцепились замки и разъёмы технологического оборудования и систем жизнеобеспечения «Фокуса» и «Исмы». Мигнул значок завершения проверки герметичности стыка. – Завершение стыковки. Добро пожаловать на борт.
Искин сообщил:
– Санитарный режим, код ноль двенадцать. Прошу пассажиров прибывшего борта пройти в санитарную капсулу стыковочного модуля.
Ребята переглянулись:
– Готовы? – Артем нажал кнопку допуска в шлюзовой сектор, шагнул внутрь и неторопливо прошел в центр, замер напротив шлюза номер два гамма.
Тим встал у его левого плеча, Наташа замерла справа. При появлении патруля – троих офицеров в клириканской форме – медленно выдохнула и распрямилась, заправила за ухо светлую прядь. Артем выдвинулся чуть вперед.
– Артем Пауков, – коротко представился при их приближении, – руководитель проекта «Фокус».
– Трин Паравель, старший офицер галактического патруля, транспортное управление, – клириканец сверкнул серебристо-зелеными глазами, протянул Артему тонкую пластину адмиции. Тот неторопливо подключил ее к своему креонику, перебросил данные. – Ваш борт задержан для выяснения причин опасного маневрирования на участке два-триста семьдесят восемь-ноль-сорок семнадцатого подсектора. Как я могу опросить капитана фрегата?
Он выжидательно уставился на Паукова, будто собираясь прожечь дыру в его переносице.
– Капитан фрегата Ульяна Рогова вызвана на Тамту. Ее обязанности Первого навигатора в настоящий момент исполняет навигатор-дублер Наталья Фатеева, – он кивнул на Наташу. – Учитывая статус фрегата как передвижной лаборатории и исследовательского борта, обязанности капитана с правом вынесения итогового решения исполняю я.
– Хорошо, пусть так, – клириканец сделал пометку в планшете. – В таком случае вопросы будут адресованы вам, господин Пауков. Прошу пояснить причину опасного маневрирования в подсекторе семнадцать.
Офицер говорил тихо, подчеркнуто спокойно, но Наташе все равно было не по себе. Помня наставления Артема, она пыталась успокоиться: представляла васильковое поле за дачей, за которое они убегали с соседскими девчонками – купаться в невероятно холодном озерце. Его питали бившие из-под земли родники, и вода в нем не прогревалась даже в самые жаркие июльские дни. Бабушка ругала их, рассказывала, что ноги судорогой, что утонуть можно, и что мол-де кто-то тонул уже. Но они все равно бегали. И, затаив дыхание, заходили в кристальную воду.
– У нас исследовательский экспериментальный борт. Проведение различных маневров, в том числе не прописанных стандартной навигацией, входит в наше техническое задание, – Пауков пожал плечами, заложил руки за спину. – Программа исследований и испытаний согласована с руководством Космофлота.
Клириканец с сомнением покосился на сопровождавших его офицеров:
– Разве это дает вам основание передвигаться в секторе без учета соответствующих требований безопасности полетов? Ваши маневры не были согласованы с диспетчерской семнадцатого подсектора.
– Повторяю. Программа испытаний прописана в нашем техническом задании. Карта испытаний имеется у диспетчеров сектора… Для проведения маневров мы выбрали самый отдаленный сектор, дальние транзакции, находящиеся вне навигационных маршрутов… Способ маневрирования не связан с прохождением транзакционных переходов, что не предполагает согласования с диспетчерской сектора дат и точных координат испытаний.
Артем вспоминал, точно ли нет такого требования в транспортном кодексе. Вроде не было. Смотрел на патрульного настороженно. Тот криво усмехнулся.
– Мне думается, подобные маневры должны проводиться на специализированных полигонах… Почему вы не реагировали на требование об остановке борта? – Трин Паравель прищурился.
Пауков выдохнул, откашлялся.
– Мы отрабатывали маневр. Отозваться на требование вашего патруля и прервать испытания – это выбросить коту под хвост несколько недель подготовки, настройку оборудования, продлевать действие путевого листа, объяснять руководству причины неисполнения технического задания в установленный срок…
Артем повел бровью, замолкая, уставился на офицера. Тот исследовал его лицо. Серебристо-зеленые глаза улыбались недоверчиво.
– То есть вы пренебрегли правилами передвижений в открытом космическом пространстве умышленно? – он саркастически хмыкнул.
Артем понял, что перегнул палку, повторил:
– Мы реализовывали программу испытаний…
– И в ней так и написано: «Плевать на требования патрульной службы»? Позвольте мне взглянуть на этот чудо-документ, а заодно узнать, за чьей он подписью, – Трин Паравель жалил взглядом. На губах играла презрительная усмешка.
Артем, вызвал по креонику Авдеева:
– Рубка, подготовьте копии путевого листа и карту маневров.
– Есть приготовить копии путевого листа и карты маневров…
– И путь сразу передадут на борт «Исмы», код выделенного канала связи два ноля семнадцать, – подсказал клириканец и неторопливо окинул взглядом сопровождавших Артема Наташу и Тимофея.
Артем мрачно подхватил:
– Передайте копии на «Исму». Код канала два ноля семнадцать.
– Так точно, – Кир отключился, мысленно похвалив себя, что вовремя подключился к стыковочному шлюзу и по мере открытия легенды уже подготовил к выгрузке и путевой лист, и карту маневров.
– А пока готовятся документы, прошу обеспечить возможность осмотра судна.
Артем изобразил удивление:
– Это у вас естественно-испытательский интерес? – он заложил руки в карманы, посмотрел искоса. – Или это как-то связано с задержанием борта?
Клириканец невозмутимо отозвался:
– Совершенно верно. Естественно-испытательский интерес, связанный с задержанием борта. Вы станете возражать? – в голосе Трин Паравеля послышалась угроза, правая рука застыла над панелью креоника – вызывать подкрепление.
Артем изобразил подобие улыбки:
– Да нет, собственно. Но я прошу уточнить процессуальный статус ваших действий.
– Досмотр транспортного средства, пункт два раздела тринадцать кодекса об административных правонарушениях на транспорте, – сухо сообщил офицер.
Пауков кивнул, приглашая офицеров пройти вперед.
2
Клириканец неторопливо прошел мимо Паукова, бросил взгляд на Наталью.
– Я бы хотел начать с личных помещений экипажа, – проговорил.
– Да пожалуйста, – Артем равнодушно пожал плечами. – Хоть с реакторного отсека… Я только отметочку сделаю в протоколе, что патрульная служба в данном случае действует с превышением полномочий. Осмотр кают экипажа относится к личному досмотру и с заявленным нарушением никак не связан, – он криво усмехнулся. – Вы, господин Паравель, если ищете что-то конкретное, то скажите уж сразу, не томите, как говорят у нас, на Земле, – он выразительно выделил последнее слово. – А то некрасиво как-то получается.
Трин Паравель неторопливо повернулся к нему, склонил голову к плечу. Тонкая черная полоска вертикального зрачка утонула в серебристо-зеленом перламутре глаз.
– Думаю, я переживу, если даже вы обжалуете мои действия, – он нагловато ухмыльнулся, кивнул на гермопереборки. – Показывайте, господин Пауков.
Артем, пропуская клириканца вперед, покосился на Наташку. Два сопровождавших его офицера шли следом. Наташа и Тим замыкали процессию.
Двойная гермопереборка с пультом дежурного, коридор в технические помещения, камеры для хранения отходов и очистные сооружения, слева – проход в медлабораторию и медблок, справа – камбуз и техотсек. Круглое помещение кают-компании.
Клириканец с интересом оглядывался:
– А там что? – кивнул на второй ярус.
– Жилой сектор, каюты, – пояснил Пауков и шагнул к ближайшей винтовой лестнице. – Не передумали еще?
– Меня интересует каюта капитана Роговой.
Пауков отвернулся от оперативника, направился вверх. Бросило в жар и следом накрыло ледяной волной – он сообразил, что Ульяна отдыхала у себя после прибытия. Там ее «свежие» следы. Мокрое полотенце наверняка сушится на спинке кресла, расческа брошена на кровати, загружен для санобработки комбинезон, в котором ее нашли в манипуляторе.
«Черт возьми», – в голове роились планы, как выкручиваться, но ни один не подходил. Ни один не вызвал доверия даже у него. А у этого дотошного клириканца – тем более.
Трин Паравель уже поднимался по узкой винтовой лестнице, дышал отрывисто в спину:
– Какая из кают принадлежит госпоже Роговой?
Артем указал на светлую дверь. Сердце колотилось так, что закладывало уши. Клириканцы подошли вплотную. Паравель оглянулся на замершего у поручня генетика:
– Господин Пауков, вы откроете сами или мне применить Протокол 100? – перламутровые глаза холодно блеснули.
Артем ввел на панели допуска код. Дверь мягко отъехала в сторону, пропуская патрульных внутрь. Наташа, бросив короткий взгляд на Паукова, прошла следом. Артем медлил, обдумывая, можно ли заблокировать троих клириканских офицеров патрульной службы в каюте Ульяны, заглушить внешнюю связь и рвануть из сектора раньше, чем патрульный корвет сообразит, что произошло? Конечно, это все никуда не годилось. Но…
– Как давно госпожа Рогова выходила с вами на связь? – Паравель невозмутимо вышел из каюты. Артем отметил его разочарованный и озадаченный вид.
– После отбытия с господином Теоном на «Тамту» – ни разу, – не моргнув глазом, соврал Артем.
Клириканец вышел в коридор, вцепился в хромированные поручни. Пауков покосился на Наталью: девушка с каменным лицом посторонилась, позволив двери встать на прежнее место, прислонилась к ней, и – пока клириканцы переговаривались между собой – подмигнула генетику.
– Хорошо, покажите мне другие помещения, – клириканец порывисто развернулся и направился к соседней каюте.
3
Здесь было прохладно. Прохладнее, чем в жилой зоне. Темный, будто живой свод искрился электрическими разрядами. Загораясь, они дождем стекали по витым жилам-проводам, уходили в недра реакторного отсека, к сердцу «Фокуса».
Здесь пахло туманом, сырым песком и йодом, а в вязкой тишине, словно дыхание спящего великана, шелестели нейроимпульсы корабля-биоморфа.
Узкая, чуть более метра шириной платформа с диагностическим оборудованием по краям, парила над пропастью в несколько десятков метров. Прижавшись к стене, Ульяна не могла отвести взгляд от центрального нейроузла фрегата: кристаллические нити квазинейронов, собранные в двойную спираль размером с пятиэтажный дом, свисали подобно гигантскому сталактиту.
Конечно, Ульяна видела его прежде – на схемах и чертежах – Вася Крыж и Пауков не раз рассказывали об устройстве «Фокуса», о структуре его клайбионика, об особенностях нейроплазмы. Но одно дело теоретически представлять, другое – наблюдать. Видеть своими собственным глазами, как светящийся столб, похожий на гигантскую нить ДНК, уходит вниз, под рубку и жилую зону, под лаборатории и технические помещения.
Оголенный нерв ее Флиппера.
Мозг корабля в масштабе один к ста тысячам – это одно, а живая, дышащая конструкция перед глазами – совсем другое.
Дух перехватывало: вот эта махина управляется с легкостью квадрокоптера! Миллиарды команд ежесекундно. И создал, придумал это все Артем. Ее Артем!
– Ндаа, впечатляет, – прошелестел Ираль.
Ульяна вздрогнула – забыла, что он рядом.
Голубовато-синие импульсы стекали с верхних ярусов вниз и снова поднимались обратно. Полупрозрачные пучки сигналов разбегались по хрупким на вид жилам. Сотни, тысячи команд, подчиненных единственной задаче – выжить в открытом космосе. В полутьме казалось, что световыми бликами насыщен воздух, что они протекают так близко, что едва не касаются лиц гостей.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?