Текст книги "На грани возможностей"
![](/books_files/covers/thumbs_240/na-grani-vozmozhnostey-169960.jpg)
Автор книги: Федор Конюхов
Жанр: Книги о Путешествиях, Приключения
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Первых распинают и прибивают к крестам двух разбойников. Исус смотрит на них и видит мучения их и позорную смерть. После Сын Божий сам простер руки для пригвождения на перекладине креста. По Его шепчущим губам я догадался, что он молит Отца своего, Господа Бога, за всех нас, остающихся на земле с еще большими грехами.
Я пробираюсь сквозь плотно сомкнувшуюся толпу вокруг места казни Сына Человеческого. Едкий запах потных тел, грязных лохмотьев и рубищ не давали мне, не привыкшему к таким запахам, дышать.
Я закричал: «Хочу взглянуть на Учителя своего!» Но воин оттолкнул меня древком копья.
Я снова кричу: «Ведь он – не мы, он – Сын Божий!» Я-то знаю, кто есть Исус Христос. Но воины, охранявшие Его, были все такие дюжие, точно сшитые из воловьих кож. Они ничего не знали и не хотели слушать меня.
Палач, зажимая волосатой рукой тяжелый молоток, со всего размаху бьет по кованой шляпке гвоздя и, как в стену, начал заколачивать гвозди в руки Господни. Кровь из рук Исуса густо брызнула на лицо палача. Но он спокойным голосом говорит: «Потерпи». И берет следующий гвоздь.
Исус покорно лежит и только тихо просит: «Пить!» Он как будто не чувствует боли, только повторяет: «Пи-и-ить!»
Я подошел к стражникам в железных доспехах, сменявших друг друга и карауливших Христа. От шороха сухих камней один воин повернул голову: «Эй, ты зачем подошел сюда?» Он наставил на мою грудь остро отточенное копье. Его руки крепко сжимали древко оружия.
– Давай, человек, уходи, чтобы чего не вышло.
– Я только хочу дать воды казненному, – покорно преклоняя голову, произнес я.
– Не велено!
Глаза мои встретились со взглядом Христа, и этот взгляд проник мне в душу так глубоко, с такой силой рванул в ней струны высокого чувства веры в Господа Бога, что я вздрогнул.
Палач с обрызганным кровью лицом перетянул руки Исуса Христа сыромятным ремнем, затем сквозь ладони Спасителя забил гвозди в твердое дерево креста, чем сыскал одобрение начальников, фарисеев и злобных иудеев. Лицо палача ничем не отличалось от тысячи, от десятков тысяч иудейских лиц, пришедших посмотреть на это зрелище. Его лицо было холодным, волевым, с затаенной энергией, словно изваянное из камня. Черные глаза, плотно сжатые губы, ни одной жалостной черты, ни проблеска снисходительности или злости не было в его лице – только железная воля. Глыбой возвышалась над толпой его неотесанная фигура. Во всем проглядывался человек без воображения, фанатик своего дела, а следовательно, истинный иудей, у которого, как у большинства его соотечественников, казнить человека другой веры укладывалось в жестокие рамки их священной веры и исполнения долга.
Человеческая история знает сотни таких палачей. Это они казнили Спартака, Степана Разина, Николая II с такой же неизменной железной энергией, с тем же сознанием своей веры, с теми же холодными замкнутыми лицами. Но только я об этом подумал, как тут же увидел, что с каждым новым ударом молотка палач свирепел все больше и больше. Его лицо покраснело, на шее надулись толстые жилы, глаза налились кровью.
В три часа после полудня Христа распяли.
Бесшумно подошел, плотно придавливая в пыль ноги, обутые в сандалии без тесьмы, иудейский судья, нечестивый Заушен Малхом. Это он просил у Пилата, римского правителя в Иерусалиме, подтверждения его приговора казнить Христа накануне еврейской Пасхи. Судья был среднего роста, с растрепанными от возбуждения волосами, с клочковатой рыжей бородой и с какими-то язвительными глазами. Он обмакнул свою руку в перстнях в сосуд с черной краской, написал пальцами на кресте выше головы Господней «Царь Иудейский». Глядя на Исуса, рассмеялся недобрым смехом и плюнул в лицо Господне. Затем с фарисейской гордостью отошел туда, где стоял весь Синедрион, возглавляемый первосвященником Анной.
Природа вступилась за своего творца. Солнце непривычно закрылось на небе. Сделалось темно, произошло солнечное затмение на земле иудейской. «Какая страшная ночь покрывала бы нашу землю, если бы не было солнца», – подумал я.
Послышался голос Исуса, висящего на кресте. Он простонал: «Элой, Элой! Ламма савахфани?» Что в переводе с еврейского означало: «Боже мой, Боже мой! Для чего ты меня оставил?» И снова уронил голову на грудь.
И тут же открылось солнце и новыми лучами осветило Голгофу, что означает «лобное место». Гора медленно пустела и наполнялась прохладой от наступающего вечера.
Итак, Христос распят.
Каждый недоброжелательный иудей надругался вволю над висящим на кресте Сыном человеческим. Люди потихоньку, уже без диких воплей, стали возвращаться к себе домой с покойным духом. Ушли все, только на земле расплылись тени трех воздвигнутых крестов. У каждого из них чернели по две фигуры карауливших воинов. Они, опершись на копья, видимо, дремали под монотонную молитву, исходившую из уст Матери Исуса и сестры Матери Кленовой. Возле них с растрепанными волосами жалобно плакала Мария Магдалина. Я же беспомощно стоял возле распятого Исуса Христа, а потом пошел в противоположную от Иерусалима сторону. Сделал несколько шагов, еще раз оглянулся на Спасителя и заплакал. Мне казалось, что я виноват в его смерти.
Я пишу имя Господне Исус, а не Иисус. Я признаю то, что было принято на Руси от греческой православной церкви. В старых книгах, в согласии с духом славянского языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя «Исус». Но в 1654 году патриарх Никон и его единомышленники начали исправлять древние книги и их изменять, а точнее говоря, портить. Таким образом, в новых книгах имя Спасителя было переделано на «Иисус».
18 февраля 2008 года
Тихий океан.
Господи, Иисусе Христе, сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
Аминь!
52° 27’ – Ю. Ш.
169° 08’ – З. Д.
Шторм: ветер – 60 узлов, но он зашел с WSW на SW. Курс яхты – 82 градуса. Скорость – 12 узлов.
В эти дни, с 18 по 19 февраля, будет самый сильный шторм – до 65 узлов.
20:00
Сын Николай! Научись вспоминать и произносить имя Бога всегда с великой верою, благоговением и любовью, и с благодарным сердцем. Никогда не произноси Его легкомысленно.
Перебирая в памяти события последних дней, прихожу к выводу, что я часто пренебрегал опасностью. К тому же стал забывчив и рассеян, в том числе забываю надевать страховочный пояс, когда выхожу на палубу и работаю с парусами, и потерял несколько нужных вещей. Это можно объяснить только моим легкомыслием и несерьезным отношением к опасностям. Я стал излишне суетлив.
А ведь в океане любая ошибка может стать роковой. Мне необходимо хладнокровие, без которого немыслимы спокойные и последовательные поступки, ведущие к достижению цели. А у меня цель обойти в одиночку вокруг Антарктиды. Только наедине с собой.
Созерцая окружающий мир, будь то это океан, или высокие горы, или ледовая равнина Арктики, или снежные просторы Антарктиды, можно уверовать и быть религиозным без каких-либо слов. Но когда люди прибегают к выражению своей веры словами или начинают разрабатывать религиозную систему на основе представления о Боге и применения этой системы к себе и окружающим, вот тут и кончается религия и начинается философия.
А философия к Богу никакого отношения не имеет. Чем больше человек вникает в философские учения, тем дальше он уходит от истинного Господа Иисуса Христа. К примеру, безграмотная старушка в храме ближе стоит к Богу, чем великие философы, как, например, Иммануил Кант и другие.
21:50
Шторм, ветер неровный, по небу несутся тучи дождевые, снеговые и со снежной крупой. Когда догоняют яхту, ветер усиливается до шестидесяти и более узлов. Проходит туча – ветер опускается до пятидесяти узлов. Таким образом, тучи меня и мою яхту бьют, как плохой хозяин лошадь хлыстом.
Вопрос лишь в одном: сколько я выдержу, и сколько моя яхта сможет сопротивляться этому ветру и этой волне? Но ведь я уже столько пережил, да и моя яхта вытерпела. Может быть, этот шторм вернет меня на путь истинный? Только Господь Бог знает.
22:53
Мои координаты:
52° 22’ – Ю. Ш.
168° 31’ – З. Д.
Барометр – 1002 мбар.
Оскар прислал сообщение:
«Французский тримаран-гигант «GROUPAMA-3» под управлением десятерых яхтсменов-профессионалов, находясь в 80 милях к юго-западу от Новой Зеландии, перевернулся и в настоящий момент дрейфует на северо-запад. Все десять членов команды смогли забраться в центральный корпус тримарана и сделать звонок по спутниковому телефону в парижскую штаб-квартиру. Шкипер Франк Камма сообщил, что высота волн была 7 метров, а ветер 40 узлов. Тримаран специально поднялся на север, чтобы уйти от надвигающегося шторма в 12 баллов.
«Крушение произошло в секторе ответственности береговой службы Новой Зеландии. В 01:25 по местному времени морской поисково-спасательный центр Франции связался с Новозеландским центром и сообщил, что в 01:20 получен сигнал SOS от французского тримарана «GROUPAMA-3». Из порта Веллингтон (Новая Зеландия) вышли суда поисково-спасательной экспедиции, их сопровождали два вертолета. Предполагается, что вертолеты снимут экипаж с корпуса перевернутого тримарана и доставят спортсменов на борт спасательного судна. Дальнейшая судьба 33-метрового тримарана пока неизвестна. Возможно, будет предпринята попытка взять его на буксир и попытаться доставить в Новую Зеландию. Погода не благоприятствует такому развитию ситуации. Тримаран стартовал из Франции, чтобы совершить попытку обойти вокруг света нон-стоп и выиграть приз на Кубок Жюля Верна. Находясь в Южном океане, тримаран попал в северное крыло надвигающегося урагана, который сейчас бушует в координатах яхты «Торговая сеть “Алые Паруса”», и пытался избежать столкновения с эпицентром. Размеры тримарана (33 метра) и экипаж 10 человек позволяют паруснику идти со средней скоростью 25 узлов, проходя за сутки 500+ миль и опережать надвигающиеся фронты и шторма. На момент аварии тримаран находился на 48-м градусе южной широты, в 220 милях севернее координат яхты Федора Конюхова.
С 00:00 18 февраля яхта «Торговая сеть “Алые Паруса”» находится в эпицентре урагана, где ветер 65 узлов в час (120 км в час) и волна 15 метров (согласно метеопрогнозу). У нас пока нет возможности связаться с яхтой, мы не знаем, какая ситуация на борту, но получаем координаты яхты в автоматическом режиме через буи «Аргос» и определяем ее местоположение.
Яхта будет находиться в эпицентре урагана еще сутки, после чего ветер упадет до 35 узлов (50 км в час)».
19 февраля 2008 года
Тихий океан.
Господи, Иисусе Христе, помилуй и спаси меня, грешного. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!
52° 20’ – Ю. Ш.
168° 03’ – З. Д.
Шторм: ветер – 40–55 узлов. Идет шквалами. Очень большие волны. Но наконец-то появились альбатросы, которых не было в прошедшие дни.
Я взял себе в помощники безмерное смирение Давида Блаженного.
00:55
Метеоролог Ли пишет мне по компьютеру, что еще часов шесть будет держаться такой ветер, а потом он упадет до 35–40 узлов. Я прикидываю, какую картину нарисовать на холсте. Сюжет ее мне в принципе уже ясен: во время шторма яхта мчится вверх, на гребень волны, альбатросы летят внизу, в межволновой «долине». Волны действительно гигантские – метров 18, а может, и больше. И когда яхта взлетает на гребень, то я вижу спины птиц, парящих внизу.
До мыса Горн – 3184 мили, при скорости 8 – 9 узлов – 15 дней.
08:44
Шторм. Порывы ветра от 35 до 50 узлов. Он поднимается за считаные минуты. Сейчас уже темно, небо в рваных тучах, на северо-западе просматривается луна. Очень холодно, а когда подходит шквал, то он обязательно приносит дождь или снег.
14:05
Мои координаты:
52° 23’ – Ю. Ш.
164° 54’ – З. Д.
Сын мой, Николай! Будь воздержан в пище, помни слова преподобного Иоанна Лествичника: «Возобладай над чревом, пока оно не возобладало над тобой». А святой Иоанн Златоуст писал: «Ничто столько не противно и не вредно телу, как пресыщение, ничто столько не разрушает, не обременяет и не повреждает его, как неумеренное употребление пищи. Невоздержанные в пище так неразумны, что не хотят даже столько поберечь себя, сколько другие берегут мехи. Ибо продавцы вин не наполняют мехи более надлежащего, дабы не порвать их, а они и такой заботы не хотят иметь о бедном своем чреве, но до чрезмерности обременяют его пищею и наполняют вином ‹…›, и таким образом сугубо стесняют дух и ту силу, которая управляет жизнью. Чревоугодие преждевременно приближает к старости, притупляет чувства, омрачает мысль, ослепляет проницательный ум и возлагает большую тяжесть и несносное бремя».
Только в океане спадает пыл и сор тления. Здесь в океане можно впитать цельность мироздания, если ты созрел для этого.
Когда люди поймут, что они созданы и посланы на Землю (то есть на нашу планету) для эволюционирования, а не для прозябания своих отпущенных лет на клочке суши, тогда они выйдут в океан, в космос. Только не надо сейчас сопоставлять плавание по океану стальных коммерческих судов, военных кораблей и полеты в космос. Нет, это не тот океан и не тот космос. Человек должен прежде в себе понять, куда и зачем он должен плыть или лететь. Только тогда можно отправляться в этот путь. Надо навсегда усвоить, что ни океан, ни космос нельзя превращать в работу. В работу, за которую платят деньги, то есть зарплату. Человек не может оторваться от земли или отойти от суши, когда его держит как якорь зарплата или должность профессии моряка или космонавта.
Человек, уходящий в эти стихии, должен приобрести богатство духа, а не богатство вещей.
Сейчас духовно богатому человеку жить позорно, на него смотрят как на преступника. А материально обеспеченный сегодня выглядит привлекательно. Так было и так будет – утверждает большинство, а справедливо ли это?
Я зашел в «Глаз» шторма – ветер стал на 5–10 узлов меньше, сейчас он под 40 узлов (70 км в час). Есть первые потери на яхте: перестал работать ветроуказатель марки «B & G». С топа мачты, наверное, его сорвало ветром, или от сотрясения вышли из строя сенсоры. Пока не могу разглядеть, что там, на 35-метровой высоте. Сейчас ориентируюсь по резервному указателю марки «Raymarine». Это более простая система (кризисный вариант), и мы ее установили как запасную. Вот и пригодилась!
Ветер рабочий, но вот волна просто нереальная. Идут горы по 200 метров в ширину. Их высота достигает второй краспицы на моей мачте (вторая краспица на мачте яхты «Торговая сеть “Алые Паруса”» находится на высоте 14 метров). На вершине такого водяного монстра несется «барашек» – пенистый гребень в 2–3 метра высотой. И такие утюги идут минута за минутой, час за часом. Выходит, я занимаюсь утомительно бесконечным серфингом, разве что у меня «доска» длиной в 25 метров.
Сейчас глубокая ночь – иду вслепую, направление волны меняется, она уходит с юго-запада больше на юг. Ориентируюсь по ударам в корпус. Стараюсь держать волну под 120 градусов в корпус. Пару раз лодка едва не сорвалась в брочинг – резкий поворот в наветренную сторону, не поддающийся управлению, но автопилоты справились.
Получил сообщение, что все парни с французского тримарана «GROUPAMA-3» живы и спасены. Слава Богу! Я хорошо знаю эту команду и шкипера Франка Камма. А с их штурманом Ивом Парле мы участвовали в кругосветной гонке «Vendee Globe» в 2000 году. Я как раз думал перед штормом, что французам сейчас тоже нелегко на многокорпусном судне в такую погоду. И вот мы с яхтой опять одни в Южном океане. Я так понял, что тримаран уходил от шторма, но попал на мелководье Новозеландского шельфа, где их накрыла высокая и короткая волна. Мне еще продержаться 12 часов максимального ветра, а там начнет он затихать. Когда ветер упадет до тридцати узлов, можно будет расслабиться. Главное, чтобы моя яхта выдержала.
20 февраля 2008 года
Тихий океан.
Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани меня, грешного, на этот день. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь!
52° 23’ – Ю. Ш.
162° 28’ – З. Д.
Барометр – 1015 мбар.
Курс – 103 градуса.
Шторм прекратился. Ветер дует со скоростью 30 узлов, идет мелкий холодный дождь. Океан покрыт мокрым туманом. Я пожарил картошку – три дня не ел ничего горячего. Открыл банку консервированных помидоров. Почистил луковицу и выбрал хлеб, который еще не заплесневел. Налил полкружки белого вина и сказал: «Приятного аппетита, Федор».
В центре Тихого океана – аппетит хороший, это важно.
02:10.
В этом районе я был на яхте «Караана» 25 ноября 1990 года. Тогда я читал Святое Писание и сейчас тоже читаю. Христос говорил: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Здесь я один, как жаль.
17:00
Идет дождь, все промокло. Кажется, и моя душа стала мокрой, и ее можно выжимать как губку. От такой работы, то ставя, то убирая паруса, я дышу, словно старый астматик, лицо покрылось потом, хотя в воздухе пахнет морозом. Пришло письмо от Оскара. Он пишет, что ветер после 18 часов будет уменьшаться. Барометр тоже ползет вверх – 1021 мбар.
21:50
Ветер стихает на южном горизонте. Сквозь тучи просматривается голубое небо. Буду увеличивать парусность. Раскручу стаксель и отпущу грот до первой полки. Холодно, ветер из Антарктиды. Мерзнут ноги, сапоги не греют, носки мокрые.
Мне часто говорят: «Ради чего ты совершаешь экспедиции, одну за другой?» Я отвечаю: «Я живу результатом поиска». А в поиске – усердие. Мне необходимо предпринять попытку, пуститься в путь.
Цели экспедиции я всегда ставлю приблизительно, ведь в пути множество случайностей. Ты не можешь знать, когда вернешься. С одной вершины горы видна другая. Но если идти в такую дорогу за плату и подыматься на Эверест ради денег (работать за вознаграждение), словно нанятый по контракту, то ты лавочник, а не человек. И тем более не путешественник – человек, который знает только направление пути. Для путешественника важно идти, а не прийти куда-то, ибо приходим мы только к смерти.
Сын Николай, если ты хочешь стать мудрым, держи в уме эти слова из притчи 1.7: «Начало премудрости – страх Господень».
Без меры грешен перед правдою Божией; тяжко душе моей, страшно душе моей пред правдою Божией. «Спаси меня, Боже, я погряз в глубоком болоте, и не на чем стать, я изнемог от вопля, засохла гортань моя, истомились глаза мои от ожидания Бога» (Пс. 68:3,4).
Только в старости я начал предугадывать движение противоборствующих стихий: ветра и океанской воды.
21 февраля 2008 года
Тихий океан.
Господи, Иисусе Христе, помилуй меня, грешного.
Сегодня мои именины, день моего небесного покровителя – святого великомученика Феодора Стратилата.
Святой мученик Феодор Стратилат жил на рубеже II–III веков, происходил из города Евхаит (Малая Азия), был правителем города Гераклея Понтийская (ныне Эрегли). За исповедания христианства при императоре Ликинии в 319 году был предан жестоким мучениям, а затем обезглавлен мечом.
Мне важно увидеть восход.
04:29
Иду в точку:
54° 30’ – Ю. Ш.
146° 00’ – З. Д.
Увеличил парусность. Ветер стихает, а волна от прошедшего шторма еще не успокоилась: яхту раскачивает, а паруса хлопают. Оскар передал, что на 63-й градус южной широты приходится центр небольшого шторма. И этот шторм 22 февраля после 18 часов захватит меня крылом, скорость которого – 40–50 узлов. Но обещают, что шторм не будет длительным – всего 12–15 часов.
06:30
Сегодня полное лунное затмение. Но я его не увижу – небо затянуто тучами полностью, без просветов.
Оскар прислал прогноз и рекомендует идти в точку 55 градусов южной широты и 140 градусов западной долготы.
И еще прислал сообщение, что сегодня американцы будут сбивать свой старый спутник-разведчик, и на мой район Тихого океана до 4 марта будут падать его обломки. Только этого мне еще не хватает! Мало того что айсбергов в воде остерегаться надо, так еще и голову надо беречь от падающих с неба осколков.
Господи, Иисусе Христе, спаси и сохрани от людской глупости!
Все-таки человек еще очень далек от того, чтобы достойно вести себя в космосе. Если запускаешь спутники, то после их отработки – забери их, доставь на Землю и отправь в утиль, а лучше бы отправить в бесконечный космос, в другие галактики. Но не загрязняй атмосферу и океан таким варварским способом.
Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, молитв ради Пречистые Твоея Матери и всех святых, помилуй меня. Аминь!
Курс – 105. Скорость – 7 узлов. Ветер 20–25 узлов W. Барометр –1027 мбар.
До мыса Горн – 2782 мили, при скорости 7 узлов – 15 дней.
Такое же, примерно, расстояние от Кергелена до Олбани – 2780 миль. От мыса Доброй Надежды до Олбани 3700 миль – 21 день. От мыса Доброй Надежды до Олбани – 3000 миль – 17 дней. От мыса Горн до Олбани – 6700 миль – 38 – 40 дней. Прошел 4390 миль.
Вышел на палубу, поднял голову. Надо мной было только темное небо, усеянное звездами. Постепенно мои глаза привыкли к темноте. В путешествиях я привык определять время по звездам.
Сколько я уже не чувствовал запаха костра? Таежного костра. Здесь в океане нет запаха. Соль без запаха. Я считаю, что самая чуждая человеку стихия – это стихия морская. Здесь для человека нет ничего такого, что бы могло его умилять. Нет звуков, нет ярких красок, нет ничего, на чем бы мог остановиться глаз. Для глаза человеческого требуются и вертикальные линии, и горизонтальные, а здесь их нет. Да и под собой не ощущаешь твердой почвы. Все это еще с большим трепетом напоминает ту жизнь на берегу. Я часто здесь вспоминаю, даже иногда во сне вижу и слышу запах костра и нашу уссурийскую тайгу. Какое было блаженство охотиться в тайге, идти зимой по следу зверя, спать у костра.
Я любил ночевать под открытым небом без палатки просто у чуть горящего костра, сложенного из бревен – нодьи, или, как ее ласково называют охотники, «Надюша». Только возле нее в зимнюю стужу по-настоящему согреется охотник и спокойно выспится. Сделать и зажечь нодью непросто. Для этого нужен ровный сухой кедр с плотной без гнили сердцевиной и без сучков в нижней части ствола, а толщина ствола должна быть определенной, не больше полного обхвата. Нелегко найти такой кедр. Не всегда мне приходилось спать у хорошей нодьи. Если кедр попадался кривой, с сучками или с гнильцой, у такой нодьи не только хорошо не выспишься, но и замерзнешь.
Но вот я нашел подходящий для нодьи кедр, спилил, разделал на два двухметровых отрезка, потом вытащил их на ровную площадку и накатывал один на другой стенкой. Затем подпер стенку с торцов длинными кольями, чтобы верхнее бревно не свалилось, воткнул в паз между бревнами с той и с другой стороны множество смолистых лучин и щепочек. Когда все было это сделано, поджег все их разом. И пока они разгораются, пока обхватывают широким ровным пламенем всю оболонь верхнего бревна, я тем временем рублю хворост, тонкие сушины и развожу костер возле нодьи в двух метрах. Когда земля от костра прогрелась, разгребаю жар и пепел тщательно притаптываю, и на этом черном пепелище настилаю пихтовые ветки. За спиной сооружаю каркас из жердей и рогатин, которые обтянул целлофановой пленкой, и получалась как бы стенка-экран.
Когда с лагерем было покончено, я начинал приготовление ужина. Нодья горит ровным жарким пламенем часов десять. Правда, снизу от мерзлой земли, сквозь мерзлые ветки в бок тянет холодом, и время от времени наползает на тебя едкий дым или падает отскочивший от нодьи уголек. Но это все мелочи, на которые уставшее тело не обращает никакого внимания. Спать! Спать! Спать!
Сын Николай! Никогда не употребляй клятвы и не призывай имени Божия всуе.
Сохрани это правило до конца своей жизни.
Я на своей яхте «Торговая сеть “Алые Паруса”» продвигаюсь на восток со скоростью 10–12 узлов.
До мыса Горн – 3000 миль. Планирую оставаться в центре коридора «Antarctica Cup» в районе 52–54 градуса южной широты. Все время думаю, как примут нас мыс Горн и пролив Дрейка на этот раз.
Пролив Дрейка соединяет южные части Атлантического и Тихого океанов. Высота волн в проливе иногда достигает 30 метров, а между волнами могут скрываться айсберги. Пролив Дрейка назван в честь «Пирата Елизаветы» – английского капера, позже вице-адмирала сэра Фрэнсиса Дрейка, обогнувшего мыс Горн в 1578 году во время своего кругосветного путешествия. Пролив Дрейка является самым широким проливом на Земле – в самой узкой части он достигает ширины около 820 км. Также является и самым глубоким – с глубиной более 5000 м.
Необычным будет, обогнув мыс, продолжать путь на восток. В предыдущих походах яхта всегда уходила на север, к экватору. Но в этот раз нужно оставаться в этих широтах до самой Австралии. Хочу поблагодарить всех, кто переживал и молился за нас с яхтой во время шторма. Спасибо. У меня на борту частичка мощей святого апостола Андрея Первозванного. Я уже второй раз иду с ними вокруг света на этой яхте. В этот шторм были моменты, когда мы шли на пределе, но я себе говорил, что нужно бороться, и просил яхту подниматься после очередного удара, ведь мы должны вернуть мощи в Россию. Было страшно думать, что, если со мной что-то случится, мощи останутся здесь, в Южном океане, на большой глубине.
По календарю сегодня полная луна, и так хочется ее увидеть, но небо сейчас все затянуто тучами. Ночью темень такая, что бушприта не видно. Постоянно идет дождь, переходящий в мокрый снег. Вся экипировка мокрая. Я чередую один мокрый костюм с другим, таким же мокрым, но он, повисев пару часов на вешалке, вроде как «подсыхает». Сыро на палубе, сыро в каюте. Конденсат повсюду – на переборках, на потолке. Спальный мешок выглядит так, как будто его постирали, но не высушили. У меня есть пара спальных мешков, но хотелось бы штук десять. Волна в океане большая, и нет возможности открыть люки для проветривания. Сырость и холод – вот основные проблемы. В Южном океане бывают ураганы и гигантские волны – но они приходят и уходят, а холод держится 24 часа – дни, недели, месяцы. Вот сейчас сижу в навигационной рубке – ноги завернуты в пластиковые пакеты, чтобы уменьшить теплопотерю. Сапоги все мокрые, их кожа пропиталась водой. Сколько перепробовал за все годы плавания в Южном океане, но ни одни не выдерживают испытаний. На северо-востоке виднеется голубой просвет на облачном небе.
Мои размышления прервал свист закипевшего чайника. Надо пить чай и немного отдохнуть. Ночь будет сложная, барометр падает к изменению погоды. Я живу бок о бок с опасностью с тех пор, как моя яхта отошла от причала Олбани. Каждый день я выживаю. Каждую секунду я могу погибнуть. Весь мой путь вокруг Антарктиды – это одна тягостная работа.
Запустил двигатель для подзарядки аккумуляторов. Уже вечер, солнце скрылось где-то за тучами. Должно быть, заходит за горизонт. Но я ни солнца, ни горизонта не вижу. Все в тучах в мокром тумане.
Ветер усиливается до 30 узлов WSW и больше. Убрал грот на одну полку. Ночь темная. Все небо затянуто тучами, хотя там, за тучами, прячется полная луна. Но тучи не дают ей освещать нам путь.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?