Текст книги "За темной обочиной Килиманджаро."
![](/books_files/covers/thumbs_240/za-temnoy-obochinoy-kilimandzharo-295251.jpg)
Автор книги: Finn Severinn
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Мы всегда остаемся одни в этой ответственности и никогда ее не делим с остальными людьми. Только наши личные умения, опыт и здравый смысл могли помочь нам покорить этот мир или проиграв мы могли исчезнуть из него навсегда.
Объект № 18 представлял из себя небольшой закрытый поселок военных , состоящий из одной улицы между построенными наспех домиками, разделенных засыпанными щебнем дорожками, куда заселялись приехавшие в страну военные специалисты или разного рода консультанты и советники.
Наш грузовик остановился у короткого ржавого шлагбаума , с облезлыми пятнами красной краски . Малорослый чернокожий караульный, в измятой униформе и с затянутым излишне туго поясным ремнем, проверил документы у водителя и у капитана М., а потом быстрыми движениями размотал скрепляющий трос и поднял затертую временем перекладину шлагбаума с привязанным булыжником для противовеса , для нашего проезда.
«Урал» чихнул , вздрогнул, но потом с грубым утробным вздохом двинулся вперед.
Мы въехали на территорию военного поселка.
Интересующий нас дом был самым крайним в ряду строений протянувшихся вдоль главной улицы этого поселения. Несмотря на ужасные события, произошедшие в его утробе, этот дом внешне выглядел довольно миролюбиво, чисто и приятно. Покрытые мелом или известью стены придавали домику уютный сельский вид, но только всю милую картину портила высокая ограда из толстой колючей проволоки и металлической сетки , опоясавшая весь поселок по периметру.
Сетка проходила в трех метрах от стены этого дома. Я подошел близко к сетке и посмотрел сквозь мелкие металлические ячейки в глубину простирающейся пустоши, за пределы поселения. Высокая жесткая трава устилала видимую мне равнину пропуская через себя островки густого кустарника , разбросанные по ней подобно зеленым хвостам гигантских павлинов , неожиданно уснувших среди этого разнотравья.
А дальше, в бледно-голубой дымке возвышались горные вершины окружавшие город словно зубья королевской короны оставшейся тут с древних времен местной африканской эпохи.
– Полиция и силы местной безопасности осмотрели всю местность вокруг дома, но никаких следов обнаружено не было, – негромко сказал капитан, остановившись рядом со мной.
– За сеткой смотрели?– спросил я и по двухсекундной паузе догадался, какой будет ответ.
– Нет. А зачем? – капитан негромко кашлянул и добавил,– я же говорю, следов вокруг дома и возле ограждающей сетки не обнаружено. Из дома никто не выходил.
Я промолчал, так как на придирчивость и внимательность африканской полиции особенно и не рассчитывал. Эти ребята могли работать, если над ними стоять за спиной и постоянно выдавать приказы или указания. Хорошо бы пару раз приложиться к ним и палкой. Как только ответственное лицо отлучалось по своим делам то эти местные исполнители немедленно приходили к выводу, что их работа отлично выполнена, и они уходили с чувством выполненного долга по своим личным делам.
Теперь же, поиск следов это была моя личная задача.
Мохнатые тучки облепили все небо, закрыв собой солнце и посылая на землю запах дождя. «Дождя только не хватало», – мелькнуло у меня в голове.
Мелькнуло быстро , не навязчиво, среди других важных мыслей, что двигались там, в голове, по мере сопровождения моих действий.
Я уже около тридцати минут потратил на осмотр почвы вокруг дома и убедился, что полицейские были правы , следов тут на земле вокруг дома действительно не было.
Точнее не было человеческих следов. С правой стороны стены дома я обнаружил малоприметные следы землеройки , направленные в сторону сетки , а в метре от этих следов, почти под ограждением, на пыльной красноватой почве отчетливо выделялся змеиный след. Я наклонился и глянул на след в бинокль. Все понятно. Змея охотилась и шла за землеройкой. След ясно говорил мне, что это была ядовитая змея , вероятно шумящая гадюка. Это был ночной охотник и поэтому, можно было с уверенностью предположить, что ночью, на этой стороне дома, было тихо и, человек, не тревожил зверей.
Я продолжил осмотр , но уже понимал, что ответы надо искать в других местах.
Согласно показаниям соседей и охраны поселка хозяин домика капитан С. прибыл в поселок вечером , около 18 часов и позже с территории поселения не выходил пешком и не выезжал на транспорте. Его гости пришли к нему близко к 20-00. Однако, при обнаружении убитых в доме, тела самого капитана , среди трупов, не оказалось.
Оно не обнаружено и до сих пор. Как тело покинуло дом и поселок? Мистика какая-то…
И все же в такую мистику я не верил.
Осматривая дом и прилегающую местность я, внутренне, ощущал дискомфорт присущий всем следопытам. Это ощущение непонятного события, но близкого к скорой разгадке чувства.
Что-то ускользало от меня , простое и понятное , но скрытое в тумане ложных рассуждений. «Почему убили семью этого спецназовца? И самое главное , зачем убивать детей, которые вероятно уже спали в это время?», – размышлял я, продолжая осмотр.
Мне казалось, что очень важную деталь упускают следователи полиции , агенты военного командования и мы тоже. Но что это за важные обстоятельства?
И тут мне внезапно показалось, что я ухватил эту ускользающую мысли. Я почувствовал то, что беспокоило меня лично в этом событии. Я ощутил, что поведение полиции и моего начальства не соответствует тому чувству необъяснимого ужаса , который пронизывает все это трагическое происшествие. Наличие чего-то чудовищного и почти нечеловеческого во всем этом преступлении.
Полицейские и военные агенты, в смущении, пытаются найти какие-либо побудительные мотивы в этих убийствах , озадачивших всех своей жестокостью , которая и разваливает все их версии, но я вдруг почувствовал, что в этом всем есть следы более древнего зла.
Зла настолько сумрачного и бессознательного, что мы еще не смогли распознать его.
Поднявшееся из облаков солнце стало упорно напекать мне затылок, и выступившие капли пота медленно поползли со лба в низ, заливая глаза. Дождя вероятно не будет. Это хорошо, следы пока в безопасности. Я смахнул пот рукавом и двинулся в очередной обход дома, тщательно осматривая стены. Через час я убедился, что никаких следов на стенах тоже нет.
– Мне это нравиться… , – сказал я сам себе и поднял глаза к небу.
Именно в этот момент у меня засосало под ложечкой. Я посмотрел на довольно плоскую крышу , с небольшими уклонами , примыкавшую почти в плотную к подобной крыше соседнего домика. Расстояние между ними было не более двух – трех метров. От дома, который я осматривал, до соседней крыши была перекинута железная труба , вмещавшая в себе вероятно электрические провода. Она была не очень крупная, но на вид довольно крепкая.
«Если следов на земле нет», – мелькнула мысль,– «тогда преступник мог уйти … над землей».
Через минуту, я по карнизу и выступам стены поднялся на крышу и склонился над трубой. Труба была вся покрыта ржавчиной и на этом буром металле я, почти сразу, заметил два овальных пылевых пятна с оттенком красноватой почвы, окружающей дом и весь военный городок. Тут явно кто-то прошел по трубе на соседнюю крышу.
Я встал во весь рост и посмотрел в направлении движения неизвестного «верхолаза».
С этой точки мне теперь было отчетливо видно, что все дома последовательно были соединены между собой этой трубой , перекинутой от дома к дому. Замыкал эту цепочку соединений небольшой трансформаторный ящик, расположенный, на бетонной основе, через два дома от меня, в пространстве между домами и сеткой внешнего ограждения.
Буквально через несколько минут я был у этого трансформатора.
Это был довольно большой железный ящик серого цвета с широкой крышкой , на вид, позволяющей расположиться на ней взрослому человеку. Я повернул поясной ремень так, чтобы кобура с пистолетом была позади , а потом забрался на ящик , использовав соседний электрический столб для упора.
Как я и предполагал, на крышке было довольно удобно стоять и даже разворачиваться. Своей верхней частью трансформатор выступал выше оградительной сетки и был рядом с ней так близко, что до сетки можно было дотянуться ногой. Что я и сделал.
Оттолкнувшись от верхнего ребра сетки я спрыгнул вниз , приземлившись за пределами периметра военного городка. Сухая почва ответила на мое появление облачком красноватой пыли , поднявшейся вверх и потом медленно опустившейся на листву соседних кустарников. Я присел и стал осматриваться. Прямо передо мной рос огромный куст мимозы, с раскинувшимися ветками. Он был так близко, что я мог приземлиться прямо в него, если бы не выбрал сам цель для своего прыжка. Но это днем, а ночью заметить точно объемы этого куста было сложно.
Я наклонился к стволу кустарника , раздвинув нижние ветви и почти сразу увидел то, что мысленно надеялся увидеть с момента когда забрался на крышу того дома.
Это был вдавленный след советского армейского ботинка, померив который спичкой я установил, что он был примерно 44 размера по советской номенклатуре.
Увидев этот отпечаток, я замер и, немного присел, чтобы осмотреться. Мои ноздри стали подрагивать, как бывало всегда когда я шел по следу , а уши стали непроизвольно впитывать в себя окружающие меня звуки и самое громкое, что я слышал в тот момент это был шелест песчинок сорванных ветром и потрескивание кустарника заполонившего всю долину.
Отпечаток следа был не один. Красная песчаная почва и жаркое солнце породили множество пыли, на которой я смог увидеть цепочку следов, уходящую в глубину пустоши, удаляясь от лагеря. Глубина следа, размер и длинна шага ясно говорили мне, что человек бежал и то, что это был мужчина под сто килограмм веса.
След был свежий , не более суток и я осторожно пошел по нему. Практически не петляя след, протянулся на расстояние полкилометра и уперся в довольно широкую грунтовую дорогу. Я осмотрел последовательно всю пыльную обочину и следы многочисленных протекторов автомобильных шин , что заняло около получаса и довольно точно установил место на котором убегающий мужчина забрался в остановившийся грузовик, оттолкнувшись носком ноги от обочины. Грузовик был старый и его измученный двигатель понемногу выплевывал капельки масла, что и помогло мне определить направление его движения. Автомобиль отправился на запад, унося с собой и таинственного мужчину , который очень не хотел , чтобы его увидели в лагере.
К тому же он так сильно не хотел быть увиденным , что покинул территорию через высокий забор ночью , рискуя повредить себе ноги в темноте.
Я посмотрел в ту сторону уходящей дороги, куда отправился грузовик и вдалеке , заметил , как туманной дымкой выделялась темная полоса с разноцветными движущимися точками. Это была автомобильная трасса, протянувшаяся от столицы страны в сторону западного нагорья , темными зубьями вгрызшегося в посеревший горизонт.
Именно туда и отправился таинственный незнакомец, а я уже не сомневался, что как раз ему многое известно об убийстве в поселке. Единственное, что я не мог предположить тогда так это то, что мне еще раз предстоит столкнуться с этим загадочным человеком и его следами.
Неподалеку раздалось ехидное и мерзкое тявканье шакала, а я , еще раз осмотрев местность и сделав записи в боевой блокнот, повернул назад.
Меня ждала моя группа , а также их настойчивые расспросы в ходе которых мы фиксируем главное и отсекаем все лишнее и ненужное. Свою работу , как следопыт я выполнил. Надо было возвращаться.
Глава. 4 Задача со всеми неизвестными
После проведенных розыскных мероприятий мы передали все материалы командованию, а те , в свою очередь следователю и далее вся информация использовалась уже для продолжавшегося расследования убийств. Меня непосредственно в определенный момент это не касалось и за несколько последовавших дней мне пришлось плотно окунуться в повседневные армейские будни, но тут неожиданно в один из дней ,по истечении примерно двух недель, мне опять срочно передали вызов для прибытия к генералу.
Приосанившись и выбив, насколько это было возможно местную пыль из униформы , я вместе с офицерами своего отдела направился в штаб-квартиру, расположенную на другой стороне города, в специальном квартале.
Пыльная старомодная внутренняя подъездная лестница, словно змея, уводила нас на верхние этажи. Наши шаги мерно отчитывали ступени , наполняя помещение звуками шуршания и чирков о цементный пол. Нас было трое, и мы поднимались внутри подъезда где, несмотря на дневное время, горели электрические лампы. На пятом этаже остановка.
Тяжелые коричневые двери открылись и перед нами предстал лейтенант , в старом , но вычищенном мундире. На его ремне красовались две кобуры с выступающими наружу черными клетчатыми рукоятками пистолетов.
– Заходите, Вас ждут,– произнес лейтенант, которого я про себя назвал «адъютантом», и отступил немного в сторону, впрочем, не сводя с нас глаз.
Я был самый младший по званию и по возрасту, а потому зашел последним , после капитана. Тут ламп не было и поэтому в комнате установился некий полумрак , придававший нашей встрече немного таинственный оттенок.
Нас встречал знакомый мне генерал, который после приветствия и рукопожатия вернулся за массивный черный стол , украшенный рядом больших телефонов и пачкой канцелярских папок , веером расположенных перед сидящим. За пыльным окном было видно голубое небо и облупленный угол соседнего здания.
Присаживаясь в большое кресло, по кивку генерала, я успел оглядеть комнату .
С одной стороны она была украшена портретами классиков ленинизма и командующего советского военного контингента , взиравшего на нас суровым взглядом, а на противоположной стене я заметил большую карту Африки . За спиной генерала высился длинный и многоярусный книжный стеллаж. Немного позади стола в кресле расположился незнакомый мне мужчина с короткой стрижкой и приветливым лицом работника
карательных спецслужб .
Он сидел, закинув ногу на ногу и обхватив колено ладонями.
– Давайте сразу приступим к делу, – сказал генерал , – мне оно известно по донесениям и рапортам , а вам непосредственно по полевой работе. Поэтому, прошу сразу к фактам. Начинайте полковник.
– Так точно, товарищ генерал , но основные факты мне тоже известны только по рапортам.
– О некоторых фактах нет даже рапортов, – заметил капитан и, после его слов, все повернулись к нему,– Мы только сейчас начали проводить некоторую систематизацию и обобщение.
Капитан неловко повернулся в кресле и полез в карман за сигаретами. Закурил, с разрешения генерала и замер в облаке дыма.
Полковник выпрямился в кресле и заглянул в небольшой кожаный блокнот, лежавший у него на коленях.
– Как теперь показало обобщение фактов, – полковник немного скосил глаза на капитана,– все это началось в середине прошлого месяца , примерно через две недели после происшествия в военном городке, этих убийств и исчезновения нашего офицера С.
К стати, расследование его исчезновения продолжаются, но пока безрезультатно. Впрочем, продолжим по существу…
Вероятно некоторые случаи происходили и раньше , но на них не обращали внимания так как в большей степени они касались местного населения. Вначале это были полицейские донесения об исчезновениях туземцев , а потом появились истории с обнаруженными трупами и после января было проведено расследование этих сообщений местными силами правопорядка. В ходе расследования удалось установить, что факты исчезновений и обнаружение растерзанных тел случаются уже давно, не менее двух лет.
Однако, до этого времени сообщения носили полуофициальный характер со стороны вождей местных племен и глава туземной администрации относил это все на счет мелкой склочности населения и проявления взаимной мести.
Установлено, что первое сообщение поступило из Лекемте . У одного из вождей пропала младшая жена , вышедшая ночью по нужде из хижины . Тела так и не было обнаружено.
–Дальше,– сказал генерал и, встав из-за стола, подошел к окну.
– Потом исчезновения стали носить систематический характер и к розыску стали привлекать некоторых воинов из туземных племен , но это привело только к тому, что стали обнаруживать уже их трупы. Первый обнаруженный труп принадлежал, кажется охотнику из племени осомо.
– Кажется?– генерал повернулся от окна.
– Поймите, товарищ генерал, все сведения сейчас собирают по частям и еще не всегда из первых рук. Сначала ведь им не придавали значение. Бумаги не составляли, а местные власти спускали все на самотек. Нецивилизованная бюрократия, – полковник кашлянул в кулак.
– Да уж, – генерал вернулся за стол ,– хорошо что у нас очень цивилизованная бюрократия. Продолжайте.
Человек сидящий позади генерала усмехнулся . Я продолжал слушать.
– В некоторых случаях невозможно определить, кому принадлежит тело. Даже местные иногда не могут это сделать с уверенностью. Тела обезображены и растерзаны. Люди пропадают даже из своих хижин ночью.
– Но хоть что– то обнаружено? Следы? Какие версии? ,– генерал достал большую сигару, практически черного цвета и начал раскуривать ее. Выпустил дым к потолку.
–Разрешите, товарищ генерал,– капитан немного приподнялся в кресле и получив еле заметный кивок от генерала , продолжил. Согласно показаниям полицейских, на месте исчезновения людей и местах обнаружения мертвых тел были найдены следы.
Правда, это происходило не во всех случаях. Все установленные происшествия зафиксированы в районе горного кряжа Нгор-Моро и, во всяком случае, не далее пятидесяти километров от него. В этом же районе находят и трупы.
– Можно без особых подробностей. Быстрее. Так чьи это следы обнаружили ? – впервые подал голос человек из-за спины генерала. Хотя голос был с бархатным оттенком, мне он не понравился. Слишком мягкий , будто человек задумал какую-то каверзу.
Капитан, наверное, посчитал также.
– Я уверен, что подробности необходимы,– сухо возразил он , не шелохнувшись глядя прямо в глаза генералу.
Генерал немного наморщил лоб, но лицо у него несло в себе больше доброжелательный оттенок .
– И все же, чьи это следы? Прошу продолжайте капитан.
–Спасибо, товарищ генерал. Это были следы огромной кошки. По сообщению местных это леопард.
–Людоед?
–Скорее всего , – капитан потер подбородок рукой ,– но только необычный людоед.
Уж больно большой и хитрый. Со стороны местных охотников были предприняты действия для его поимки и уничтожения. Ничего не получилось. Наибольшее число жертв было в деревнях Доло, Абело, Коба и Бонга, которые расположены поблизости от ущелья Уканго , кряжа Нгор-Моро. Именно местность этого лесистого кряжа туземцы считают охотничьими угодьями людоеда , а ущелье Уканго местом его логова.
Все ловушки на выходе из ущелья остались пустыми , а один из туземных охотников отправился выслеживать зверя вглубь ущелья и пропал. С тех пор его никто не видел, хотя прошло более месяца. Практически одновременно с ним, при небольшом расхождении по времени, в несколько дней, на охоту отправился гражданин ГДР Z. привлеченный правительством. Он отличный спортсмен и охотник . Последний раз его видели местные жители неделю тому назад Местные жители считают зверя посланником дьявола и боятся охотиться на него, хотя справедливости ради надо сказать, что хорошего огнестрельного оружия у них нет, а ходить на людоеда с холодным оружием подобно самоубийству. Местные вожди бьют тревогу. Число жертв достигает приблизительно сотню человек и власти не знают, что им делать.
–Сколько?– генерал поднял брови и замер с сигарой в руке.
– Семьдесят человек,– повторил капитан и через секундную паузу,– примерно. Точно установить не возможно, но не менее.
– И все-таки это не первый случай людоедства в этом районе , пусть власти сами разбираются с этим. Что важно тут для нас? – генерал говорил негромко, но в его голосе я уловил еле заметную озабоченность.
Теперь заговорил опять полковник.
– Раньше людоеда такого масштаба не было. Власти обратились с призывом не только к нам но и ко всем охотникам , преимущественно иностранцам, кто осмелиться заняться преследованием людоеда. Таких охотников не так много в стране, а желающих тратить на это время и деньги еще меньше. У местного населения нет хорошего оружия , а угроза исходящая от людоеда порождает волнения и недовольство социалистической властью, которая неспособна защитить племена. Плюс сюда примешалась извечная африканская суеверность и колдовские пророчества шаманов и вождей. Власти обратились к нам как к союзникам. Боятся восстания и просят помочь.
– А мы сможем чем-то помочь?– сидевший в кресле за генералом службист немного изменил свой тон.
– Мы начали работать над этим,– полковник кивнул быстрым движением в мою сторону,– но тут произошли обстоятельства, которые вынуждают нас поторопиться с решением.
Как Вам известно , товарищ генерал, кряж Нгор-Моро примыкает к Абасаильскому хребту за которым проходит государственная граница . За границей , в соседней стране уже много лет идет гражданская война и вся местность практически не имеет правительственного влияния, покрыта густыми лесами , болотами и большими равнинами буша, в которых действуют многочисленные вооруженные группировки непонятного влияния и неизвестного военного подчинения. На границе района , неподалеку от ущелья Уканго располагался военный блокпост правительственной армии. Это был режимный, пограничный объект, где в системе дежурства постоянно находились двое военнослужащих.
Неделю назад нам сообщили , что они пропали..
– Вот как?– генерал даже встал из-за стола и подошел к полковнику,– продолжайте.
– На их розыски был направлен местный полицейский с воинами одного из племен, ближайшего к блокпосту. Через двенадцать часов тела пропавших военнослужащих были обнаружены .
–И?– генерал буквально наклонился к сидящему в кресле полковнику и движением руки остановил попытку того встать. В комнате стало очень тихо.
– Они были растерзаны , товарищ генерал , так сообщено в рапортах. Сильно растерзаны.
– Опять леопард?– генерал стал ходить по комнате , вдоль окна, но не услышав ответа остановился и снова посмотрел на полковника.
– Я не знаю точно, товарищ генерал ,– полковник достал платок и вытер лоб.
В кабинете стало довольно душно и я сам почувствовал как капелька пота поползла по спине , неприятно раздражая кожу. Очень хотелось пить.
Над зданием послышался нарастающий вой реактивных двигателей и невидимый для нас самолет пролетел куда-то на север. Стекла и рама окна задрожали.
– Внешне это похоже на работу людоеда, во всяком случае по мнению местных , но вот одна деталь сводит на нет все логические рассуждения.
–Какая же?
– У одного из трупов солдат не было головы.
– Хм,– подал голос сидящий агент спецслужб (Я думаю из КГБ).
Полковник продолжал.
– Мало того, товарищ генерал , рядом с этим телом обнаружен штык-нож советского образца с инициалами.
– Вот как?– генерал с выражением заинтересованного ребенка смотрел на полковника,– Узнали?
– Да, этот нож принадлежал, недавно пропавшему, советскому офицеру С. Опознали сослуживцы по характерным засечкам на рукояти .
– Это уже интересно,– генерал прошел по комнате и сел за стол. Приподняв несколько бумажных папок, вытянул небольшой блокнот и быстрыми движениями что-то записал в нем, – Продолжайте!
– Товарищ генерал, разрешите, продолжит капитан . Он непосредственно был участником дальнейших событий.
Генерал быстро кивнул головой.
– После обнаружения тел и установления принадлежности ножа советскому военнослужащему, мы подключились к расследованию и разработали совместный план с правительственными военными службами. На место происшествия был отправлен наш представитель старший лейтенант Н. , опытный оперативник и отличный стрелок.
Четыре дня назад он прибыл в Лекемте и с представителем местной администрации отправился к тому блокпосту, который находится в двадцати километрах от деревни Бонга.
Капитан поднялся, достал из кармана пачку сигарет, опять спросил разрешения закурить и, обойдя кресло, встал за него словно за кафедру, положив ладони на спинку.
Потом продолжил говорить, глядя задумчиво в пространство между столом и окном:
– Сутки тому назад мы получили сообщение, что он пропал в районе ущелья Уканго.
На поиски мы не можем никого найти и привлечь. Местные страшно напуганы людоедом и повсюду царит ужас. Власти сами просят нас о помощи и при этом пропавший наш соотечественник , что просто обязывает именно нас предпринять меры.
– И каков план? – в голосе генерала мелькнули металлические нотки.
– У нас в подразделении оказался только один человек с необходимым опытом.
Сержант снайпер-следопыт, командир отделения , прикомандирован к нам и к тому же имеет личную охотничью полевую практику.
При этом капитан посмотрел на меня . Словно по команде все присутствующие тоже повернулись ко мне,
– Он выедет на место и попытается выяснить судьбу лейтенанта , а также при необходимости поможет местным избавиться от леопарда. Но приоритет, конечно, то, что произошло с лейтенантом.
– Тебе понятно задание?– спросил генерал меня и показал жестом, чтобы я отвечал сидя.
– Так точно, товарищ генерал, – мой голос показался мне чужим, а горло стало таким шершавым, словно покрылось наждачной бумагой. От волнения это было или я просто хотел пить , тогда ответить себе я не мог.
– Ты охотился? Где?
– Больше в тайге и тундре , но также немного и тут. Ходил на льва и леопарда, правда они не были людоедами.
– Он хороший стрелок,– поддержал меня полковник , отличник , два месяца тому его приглашали в провинцию для защиты от львов. Мы направляли, и он справился отменно .
К тому же, на месте ему будет помогать проводник из туземцев , мы смогли договориться с властями. Они готовы обеспечить любую помощь, как и местные племена. Хотя сильно на них я бы не рассчитывал .
– Справишься?– генерал смотрел мне в глаза.
– Не знаю, постараюсь – почти честно сказал я,– у меня не такой большой опыт охоты в джунглях.
В мозгу у меня было совсем категоричное –« Не уверен, товарищ генерал », но мужское самолюбие сдерживало меня , а военное положение и зависимая субординация делала все мои сомнения не уместными и бессмысленными.
– Время операции?
– Рассчитываем уложиться в пару недель, а далее по обстоятельствам, – но теперь детали.
Полковник кивнул капитану и тот достал из планшета карту , которую разложил на столе перед генералом. Мы все вместе собрались вокруг стола. Я увидел на карте кружочки и крестики, нанесенные с помощью красного и синего цвета от химического карандаша.
Полковник выждал некоторую паузу и начал:
– Теперь еще обратите внимание на местность, где происходили события. Мы отметили по возможности и хронологию событий. А позже мы обсудим вопросы оружия и снаряжения с подробным инструктажем сержанта.
Я покорно и многозначительно кивнул в знак согласия, не обращаясь к кому – либо конкретно, хотя мнения у меня никто уже не спрашивал. Все присутствующие старательно и низко склонились над картой. Я последовал их примеру.
Глава 5. В краю страха
Пузатый вертолет надрывно подвывая оторвался от серого бетона и неуклюже качнувшись стал набирать высоту . Внизу мелькнула жухлая трава , грязно желтого цвета и сменилась кудрявой мешаниной из зеленой листвы.
Красивый красно-розовый свет от заходящего солнца заполнил кокпит нашей воздушной машины , подсказывая мне, что мы направляемся строго в западном направлении. Через иллюминаторы открывались потрясающие виды наплывающего африканского нагорья, за которым вдали просматривались небольшие равнины.
По ходу полета, красные и желтые песчано-травяные покрывала обволакивали многочисленные холмы с зелеными шапками лесов , а горные равнины радовали взгляд изумрудными кусочками полей. Окружающая красота и проявление свободы полета всколыхнули мои сердечные чувства. Чувства прекрасного единения с природой , человечеством , миром. В такие мгновения я редко думаю о чем – либо плохом.
Безусловно я понимал опасности и трудности моего задания , но именно сейчас не хотел нагружать себя и свой мозг мешаниной из сомнений и страхов.
Все неприятное или плохое я мысленно забрасываю подальше от своего сознания , словно неприятно мешающий идти в гору камень мы отбрасываем в сторону невероятно глубокого ущелья в надежде, что больше не столкнемся с этими камнями никогда.
Но в тоже время мы ощущаем и понимаем, что на самом дне колодца нашего сознания хранится некое маленькое чувство, подобное перышку, воздушному и нежному, но невероятно живучему и безгранично ценному для нас. Этим перышком выступает наша извечная надежда на удачу и счастливое окончание для того, что ты задумал.
А уж если ты следопыт, снайпер и конечно если ты охотник, то без удачи тебе никак не обойтись.
Удобно расположившись на боковых сиденьях, я приготовился немного подремать и заодно обдумать свои действия по прибытию. Внутри десантного отсека нас было двое – я и капитан , который молчаливо уставился на свои ботинки . Подготовка заняла более суток и за это время мы обсудили с ним все варианты моих действий, возможности обоюдной связи обычной и экстренной, а также аварийный план отхода . Больше говорить было нечего и мы оба молчали , ленивые от усталости и от бессмысленности повторения сказанного.
Чему я, впрочем, был несказанно рад в тот момент. Именно теперь наедине с самим собой и начиналась моя боевая работа.
Теперь мой мозг вырабатывал планы , диспозиции, расчеты и решения столь необходимые мне для того, чтобы выбраться из той передряги в которую мне придется окунуться. Работа следопыта , как и работа снайпера очень подходила мне.
Говоря откровенно, я не люблю убивать и никогда этого не любил, а относился к этому как необходимому условию для выживания на войне, но мне очень нравился сам процесс, сама работа на войне. А вот охота это было уже призвание , мое alter ego , если хотите.
Перед тем как впасть в дрему я мысленно окинул взглядом свое снаряжение и оружие , лежавшие вдоль сидений и на которые я потратил несколько ночных часов перед вылетом. Основу моего арсенала составлял Маузер 98к , давно приглянувшийся мне своими боевыми свойствами и переданный мне в штабе из рук сухонького но крепкого старика с офицерской выправкой и уверенным немецким акцентом. Старик видно был большим любителем охоты и преподнес мне несколько пожеланий успеха и подсказок, столь необходимых в условиях африканской охоты. Я с благодарностью ими воспользовался.
К бедру я прикрепил охотничий нож , а на пояс пристегнул патронташ с патронами для штуцера и сумку для магазинов к карабину. Сам штуцер, двуствольный и тяжелый, 450 калибра, я выпросил сам лично у командования, и генерал нашел его мне неизвестно где, но доставил его на аэродром, перед самым вылетом, в старом пыльном охотничьем футляре. Потом весь вечер я бережно чистил ружье и смазывал лучшей смазкой , которую мог достать у зампотылу.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?