Текст книги "Пикантная ошибка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pikantnaya-oshibka-246930.jpg)
Автор книги: Франциска Вудворт
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3
– Имя! – рявкнули где-то над головой, да так, что волосы встали дыбом, а сама я чуть присела и пискнула:
– Радислава я, дочь Стешова.
– По какому вопросу? – продолжали грохотать.
– Так это… ведьма я, поступать пришла.
Несколько секунд дверь оставалась неподвижной, точно сомневалась в моем даре. Затем медленно открылась. Услышала, как папенька за моей спиной охнул и торопливо защелкал кнутом. Ну да, к магии он относился с легкой опаской. Потому и меня вроде как любит, но косится каждый раз. А я что, я ничего. Просто кто ко мне с ножом за пазухой, того я словом острым.
На меня пахнуло древностью и суетой. Я так и застыла, едва переступив порог. Круглыми глазами разглядывала огромный вестибюль. Ох ты ж, мамочки-травочки, да я ж такого здания в жизни не видала. Самый большой дом у нашего старосты, аж в два этажа. А тут потолок где-то наверху теряется, голова кружится, глаза в разные стороны. Пол под ногами каменный, гладенький, как лед прямо. А по стенам портреты, а вдоль стен статуи. А тут…
Я от неожиданности взвизгнула, когда рядом буквально материализовалась кикимора. Видела я их только опустившихся, кто на болотную жижу подсел и родичей своих забыл. А эта вся такая важная, даром что ростом мне по плечо.
– По какому вопросу? – проскрипела болотная зараза, чьи синие волосы так и притягивали взгляд.
– Поступать иду, – сообщила я. – На ведьмовской факультет. Сказали сюда идти, а там встретят.
– О-хо-хо-хо, встретили уже. Весь день со всех деревень и сел едут и едут. Поветрие у вас на ведьм, что ли…
– А я слышала про недобор ведьм, – оробев, возразила ей.
– Ведьм недобор, – с нажимом выделила она первое слово, – а вот травниц, возомнивших себя ведьмами, тьма. Едут и едут в надежде улучшить свое положение! А кого не приняли, с территории академии поганой метлой не выгонишь. Так и норовят то в оранжереи наши за редкими травками просочиться, а то и в мужское общежитие. Постоялые дворы в столице дороги, а адепты не прочь красавиц приголубить да на ночь у себя оставить. Пока занятия не начались, дисциплина хромает и на их шалости смотрят сквозь пальцы. Ты смотри, если не примут, за ворота не спеши выходить, выбери себе красавчика да проведи веселую ночку, – наставляла кикимора. – Они здесь все у нас как на подбор богаты да родовиты, где еще в своей глуши таких встретишь! – и подмигнула мне.
Так, ворча и хихикая, она повела меня куда-то в самую глубину академии. Я старалась не упустить ее из вида, ведь вокруг становилось все больше народа. И все в форме, все такие… странные. Я старалась не крутить головой, чтобы не сойти за глупую деревенщину, но глаза все равно оставались круглыми. Посудите сами, я прежде в небольшой городок в полудне езды от Васильков выбиралась всего два раза. А тут сразу столица и прославленная на весь Асдор академия…
Покрепче прижав к себе сумку, я торопливо шагала за кикиморой. А та успевала бойко огибать адептов, еще и покрикивала на них.
Взгляд задержался на двух валькириях. Аж дыхание перехватило от восторга. Вот это девки! Посильнее и повыше нашей Артанки будут, а та самая рослая девушка в Васильках. Ей замуж пора, а женихи по кустам прячутся… прятались. Потом ей понравился кузнец, так она его под мышку и потащила к старосте. Насилу отбили.
Я поняла, что едва не потеряла спутницу. Синяя голова кикиморы мелькала среди адептов уже далеко впереди. Так что я поднажала, не хватало только заблудиться и опоздать. Еще не примут, вышвырнут. А мне вот хочется научиться обращать свои проклятия вспять. Ну как пожелаю что-нибудь особенно злобное в сердцах? И как обратно оборачивать? То-то же!
Я обогнула группу адептов в длинных белых хламидах и с лицами, точно они наелись древесных радужных грибов. Такие же одухотворенные. Догнала кикимору. Потом мы еще покрутилась по коридорам, пока не остановились у больших двустворчатых дверей. Сделанные из цельного красного дерева, темно-бордовые и очень массивные, они медленно открылись.
– Удачи! – пожелала кикимора и ловко толкнула меня, отчего я пробежала несколько шагов и замерла.
– Заходите, голубушка, – послышался мягкий голос.
На меня смотрели трое: мужчина с легкой проседью на висках, очень худая черноволосая женщина с такими светлыми глазами, что жуть, и еще одна, на вид совсем девчонка, с короткой стрижкой и озорным взглядом. Она подмигнула мне и склонилась над бумагами.
– Как вас зовут, дорогая? – обратился ко мне мужчина.
– Рада. – Я откашлялась, так как голос отчего-то сел. – Радислава я, дочь Стешова. В наших Васильках-то фамилии по имени папеньки дают, значит, я Стешова буду. Хотя, знаете, думается мне, что тут надо от его полного имени делать, а оно не шибко красивое.
– Стоп!
Голос женщины обдал льдом так, что я выпрямилась и как-то разом поняла, что не стоит углубляться в сложности с фамилиями.
– Итак, Радислава Стешова, – продолжила женщина уже с чуть более мягкими интонациями. – Давай для начала познакомимся. Это, – она указала на мужчину, – ректор академии Виланд Антигарранкандан.
– А к вам как обращаться? – струхнула я не на шутку.
Я же такую фамилию выговорить не смогу, у меня язык узлом завяжется, потом отсохнет и отвалится. Брр.
– Просто ректор, – улыбнулся мужчина. – Давайте дальше я. Итак, меня представили. Это, – кивок на женщину, – декан ведьмовского факультета и старшая ведьма Амбер Аттийя Стивонская. Рядом с ней сидит чудное создание, которое зовут леди Руаль Ингридская. Сегодня она исполняет обязанности секретаря, а состоит в должности главного академического артефактора.
Я кивнула. Это знаю, читала. В академиях артефакторы весьма ценятся.
– Мне ей кровь надо давать или что? – уточнила на всякий случай.
– Кровью-то не раскидывайся, – тут же отозвалась Амбер. – Ведьмовская кровь ценна, раньше за ней охота была.
Я кивнула, ощутив, что между лопатками мороз прошел. Ох, наслушалась я о тех временах. Больше скажу: знала я ту, которая Темные Времена сумела пережить. Только с тех пор искалеченная она была внутри. Душой искалеченная.
– Для начала нужно выпить настойку усиления магии, – произнесла декан ведьмовского факультета.
Налила в стакан воды из графина и капнула туда из стоящего перед ней пузырька девять капель.
– Пей, – пододвинула ко мне стакан, на который я взглянула с опаской.
– Это нужно сделать, девочка, – подтвердил ректор. – Тебе ничего не грозит, обещаю. Если хоть капля сил в тебе есть, то дар проявится. Откат не больше трех дней. Максимум почувствуешь легкое недомогание. К моменту начала занятий будешь в порядке. А если дара нет, то настойка для тебя совершенно безвредна. Может немного взбодрить, но ведь после дороги сюда это не повредит.
Его слову я поверила и, уже не сомневаясь, взяла стакан.
– Давай, залпом! – поторопила декан.
Зажмурившись, сделала, как она просила.
– Фу-у!!! – тут же скривилась от горечи, что обволокла рот.
– Что поделать, вкус неприятный, зато действенно, – посочувствовала декан.
Неприятный?! Да я ничего более мерзкого в жизни не пробовала! Правда, сказать об этом была не в состоянии, судорожно дыша.
– Терпи! – строго сказала Амбер и посмотрела на артефактора. – Давайте, теперь ваша очередь.
Та открыла футляр, в котором лежала нефритовая палочка, и сдернула черную материю с хрустальной сферы перед собой.
– Бери палочку и прикоснись ею к сфере, – приказала мне.
Ага, вот прямо бегу! После подставы с зельем я на палочку взглянула с возросшим опасением.
– Шар покажет уровень твоего потенциала, – пояснил ректор, но не убедил.
– После этого сможешь выпить воды, – произнесла декан ведьмовского факультета, показавшая, что знает, как управлять строптивыми ведьмочками.
Не думая ни о чем, кроме как о мерзком вкусе во рту, я схватила палочку и прикоснулась ее концом к хрустальной сфере. Она засияла алым светом, а потом замигала всеми цветами радуги, сменяясь от оранжевого до фиолетового, который стремительно темнел, наливаясь чернотой.
– Антелло! – выкрикнул ректор за миг до того, как шар взорвался.
Но, повинуясь его приказу, материя накрыла шар, а ректор сверкнул глазами, и она окаменела. И уже под ней раздался глухой звук бьющегося стекла.
У меня отвисла челюсть. От потрясения я даже забыла о вяжущей гадости во рту. Ткань окаменела!!! Мгновенно, прямо на глазах! И тут только до меня дошло, что ректор василиск. Я испуганно втянула голову в плечи, съеживаясь, даже думать боясь, что он сделает со мной за порчу имущества академии. А тут еще окаменевшая ткань покрылась цепочкой трещин и осыпалась крошкой.
В комнате повисла гнетущая тишина, нарушаемая частым-частым дыханием главного артефактора академии. Женщина выглядела так, словно вот-вот пронзительно завизжит. Как тетка Мотря, когда впервые свой раздвоенный змеиный язык увидела. Он у нее тогда выпал изо рта, и она свела глаза к носу, рассматривая две шевелящиеся половинки.
А вот декан оказалась закаленной и готовой к любым неожиданностям, что неудивительно, ведь она ведьма, а у нас во время экспериментов часто что-то взрывается. Она быстро налила в стакан воды и сунула под нос артефактору, а та жадно выпила.
– А мне?! – обиженно воскликнула я, вожделенно глядя на воду. Ведь это мне ее обещали.
– Ты!!! – зло процедила обретшая голос артефактор.
– Прокляну! – тут же привычно воскликнула я.
– А ну тихо всем! – осадил нас ректор.
Я прикусила язык, понимая, что не в родных Васильках и угрожать – мало того что ректору прославленной Академии боевой магии, а и василиску – крайне неразумно.
– Запей. – Мне заботливо протянули графин, и я с благодарностью выпила прямо из него.
Главный артефактор академии в свой стакан вцепилась так, что только силой отбирать, даже пальцы побелели.
Утолив жажду, я утерла рукавом рот и посмотрела на уважаемую приемную комиссию:
– Скажите, а это… так и должно было быть?!
– Бесценный артефакт! – горестно вздохнула артефактор, пропуская через пальцы крошево из камня и хрусталя.
– Вы же сами сказали мне потыкать в него палочкой. Я едва коснулась! – возмутилась я.
– А вот палочку лучше вернуть. – Ректор, привстав, ловко вытащил ее из моих пальцев.
«Выгонят. Как пить дать теперь выгонят!» – мрачно подумала я.
А может, так даже лучше? Я в столице, деньги у меня есть, начну продавать свои настойки. Да только на той, что от похмелья, озолотиться можно! В столице много важных и богатых господ, желающих, чтобы поутру голова после чрезмерных возлияний не болела, и платить они будут звонкой монетой. Да взять хоть адептов этой академии. Тут ведь золотое дно!
А там, глядишь, и лавку свою открою, и прославлюсь на всю столицу своими зельями…
«Лавку назову «Васильки»», – решила я. Так и исполню волю папеньки прославить наши места.
– Ну, я пойду… Да? Чтобы больше вам ничего не сломать… – заискивающе произнесла я.
– Да-да, дитя, идите! Все, что надо, мы уже увидели, – отпустил меня ректор. – Позже обстоятельно с вами побеседуем, – себе под нос добавил он, обеспокоенно поглядывая на артефактора, но я пропустила это мимо ушей.
Если думает, что я платить за их взорвавшийся артефакт буду, то напрасно! Я сделала все так, как они просили, а значит, и вина на них.
– Вы не подумайте, я сразу за ворота! Больше ни к чему прикасаться не буду. Да я и к шару бы вашему не прикасалась, не прикажи вы, – как бы невзначай напомнила я.
– Как за ворота? Ты что удумала?! – строго поглядела на меня декан. Вот же ведьма! – Пока действие усиливающей настойки не закончилось, я бы вообще запретила покидать стены академии. – Она с намеком посмотрела на ректора.
– Как запретить?! Я не буду делить постель с вашими адептами! Пусть они родовиты и богаты, но без свадьбы это блуд. Да меня маменька на порог дома не пустит, если узнает!
– Какой блуд?! Вы о чем, адептка? – встрепенулся ректор, сверкнув глазами.
Стало страшно, но и молчать я не стала. Это же в его академии не пойми что творится.
– А мне уже рассказали, что ваши адепты непринятых ведьмочек в своих постелях привечают! Постой в столице дорогой, и они оставляют их у себя переночевать, только знамо чего требуют за это, охальники.
– Что?! – округлил глаза ректор и с удивлением посмотрел на декана.
Та лишь безразлично пожала плечами:
– Во-первых, не ведьмы, если их не приняли, а во‐вторых, они сами покидать стены академии не спешат, желая хоть как-то зацепиться в столице и найти себе покровителя.
– Что-о-о?! – повторно уже взревел ректор, меняясь в лице.
– А что вы хотите? Приказом императора портальные станции для поступающих ведьм открыты и бесплатны во всех городах, но только в одну сторону. А как не прошедшим отбор обратно домой добираться и чем питаться по дороге – никого не волнует.
Ректор перестал полыхать глазами, растерянно крякнув. Понятное дело, что не задумывался о судьбе тех, кто не поступил.
– Ладно, разберемся, – произнес он и посмотрел на меня. – Вас это, адептка, не касается. Вы приняты! Пройдите к кастелянше, вам выдадут форму и распределят в женское общежитие. Стены академии ближайшие сутки не покидать, и следите за своими словами. Ваш дар усилен, возможны непредсказуемые последствия.
– Как принята?! – едва не взвыла я. Мечта о собственной лавке уплывала прямо на глазах.
– На данный момент у вас самые сильные показатели дара, что мы наблюдали. Мы его проверим еще раз, когда действие усиливающей настойки пройдет, но и так могу заявить, что вы прошли отбор и приняты, – подтвердил ректор.
Глава 4
«Принята», – набатом билось в голове. В наличии у себя дара я и не сомневалась, но и подумать не могла, что зачисление в академию настолько меня расстроит. Тут такие перспективы открывались, что предстоящая учеба уже восторга не вызывала.
Самое обидное, что декан словно почувствовала мое состояние и напоследок сказала, чтобы к воротам и не вздумала соваться, слепок моей ауры будет отослан на пост охраны, и меня никто не выпустит, а вот наказание за непослушание мне точно не понравится. Вот же ведьма!
Так что брела я, расстроенная, по коридору, судорожно сжимая в руке подписанный ректором формуляр заселения для кастелянши, не видя ничего вокруг. За что и поплатилась.
Народу вокруг много, адепты все время спешат куда-то, не смотрят по сторонам. А я привыкла, что в Васильках меня все обходили. Не дай нарры облезлые со мной на одной тропке оказаться. Самые слабые почему-то в обморок падали. И даже в этом состоянии отползали подальше.
– Нарр! – выдохнула, когда носом стукнулась обо что-то твердое.
– Нарр! – согласились со мной откуда-то сверху.
Я вскинула голову. Ну да, конечно, адепты так под ноги и лезут. Этот оказался выше меня на голову и сейчас смотрел сверху вниз крайне неприятным взглядом. И взгляд этот становился все неприятнее и неприятнее. Я стрельнула глазами вниз и поняла почему: я наступила ему на ногу, да так и продолжала стоять. Причем мои туфельки, считавшиеся праздничными, смотрелись потрепанно рядом с его начищенными до блеска ботинками из темно-коричневой кожи.
– Вы хоть по сторонам смотрите! – сделала я замечание этому высокому и красивому.
– Я? – изумился тот почему-то, аж сверкнул глазами.
Такими синими, прямо как небо в июльское утро. Красивыми. Особенно в сочетании с черными волосами, подстриженными коротко, по городской моде. Справа у виска был выбрит затейливый узор.
– Ну не я же! – изумилась в ответ.
Синеглазый хмыкнул и сообщил своему спутнику каким-то подозрительно веселым тоном:
– В этом году повышенное количество наглых деревенщин.
Второй был тоже темноволосый парень, но чуть более худощавый, и волосы длинные, заплетенные в косу. Он мне показался гораздо более дружелюбным.
– На себя посмотрите! – возмутилась я, не понимая, почему адепты вокруг ускоряют шаг и смотрят на меня как на полоумную.
– Допускаю, Джарр, – с усмешкой сказал парень с косой синеглазому, – что эта юная леди специально наступила тебе на ногу, дабы ты обратил на нее свое внимание. Не злись, она по-другому не умеет. Это даже мило.
О, меня впервые леди назвали! Стало неожиданно приятно, я даже приосанилась. Все же первое впечатление правдиво, не зря он показался мне привлекательнее этого… кто так неосмотрительно под ноги попался.
– Зачем он должен обращать на меня внимание? – Я все еще витала в облаках и не понимала, о чем он.
А потом как поняла!
– Да вы что! – У меня даже кудряшки затряслись от негодования. – Да вы как… посмели! Такое про меня подумать! Я – девушка честная! Как там тебя… Джарр!
– Для друзей Джарр! – огрызнулся синеглазый, глядя на меня так, точно я кучка мусора. – А для тебя, деревенская дурочка, Гадоижэнджеральд Заурронский дель Аби.
Ну-у-у… все понятно. Мне его даже жалко стало. Вот ведь родители какие бывают жестокие. Представляю, как мальчик в детстве мучился, потому и стал таким нервным и злым. Я вон с ходу ему бы кличку Гад придумала. Может, его так и дразнили, вот он и решил соответствовать.
– Ну ничего, ничего, – я едва по плечу его не погладила, – ты не расстраивайся. Наверное, еще и похуже имена бывают. Зато ты красивый.
Друг синеглазого так и согнулся от хохота, пока Джарр стоял и смотрел на меня. Так, точно был не уверен, что правильно расслышал. Причем постепенно в его глазах нарастало нечто, что я бы назвала яростью пополам с жалостью. Так смотрят на юродивых, когда те творят очередную глупость. Вроде как и бесит, но что с дурачка взять.
– Ведьма, – проговорил вдруг Джарр почти ласково. – Ведьма, иди с глаз долой. Чтоб я тебя больше в стенах академии не видел. Ступай в свою деревню, общайся с коровами.
Между прочим, коровы – животные умные и понятливые. О чем я и сообщила с намеком. А после попятилась, так как синие глаза Джарра вдруг отчетливо сверкнули красным.
– Эй, кузен! – встрепенулся его спутник. – Возьми себя в руки. Деточка, – обратился уже ко мне, – иди отсюда, иди. И постарайся ему правда на глаза не попадаться, он у нас нервный. Юные леди как с ума сошли, стараясь привлечь его внимание, он даже в комнате своей уже не чувствует себя в безопасности, так что женский пол у него вызывает временный нервный тик.
– Вальд, заткнись! Еще не хватало перед каждой расшаркиваться. А ты, – глянул он на меня, – брысь! Воняй навозом в другом месте. В академии таким не место.
Да дался им всем этот навоз! Надо же, даже брезгливо скривился, словно я могла его запачкать одним своим присутствием рядом.
– И для собственной безопасности не попадайся мне на глаза, я больше не буду столь снисходителен! Неряхи, неловкие дурочки и деревенские пастушки не в моем вкусе, чтобы ты знала.
И как котенку сказал! Ну, знаете! Если до этого я сомневалась, надо ли мне здесь учиться, то после такого оскорбления я не я буду, если нос этому высокомерному красавчику не утру! Внутри меня начал собираться уже привычный горячий ком, который становился все больше и больше.
– Значит, я отвратительна? – уточнила у него.
– Без сомнения!
– Раздражаю одним видом?
– Безмерно! – горячо заверили меня.
Я довольно и широко улыбнулась, отступая в сторону и освобождая ему дорогу:
– Тогда не задерживаю.
На меня странно посмотрели, явно не ожидая такой реакции. А вот наши в Васильках уже знали, что я с такой улыбкой сейчас как пожелаю что-то такое заковыристое, что мало не покажется! Бежали бы, роняя шапки со всех ног. А этот просто пожал плечами, бросив другу: «Еще и дурочка!» – и пошел себе дальше.
Насчет того, что ему пожелать, я уже знала. Сам сказал, что будет худшим для него наказанием!
– Чтоб тебе каждый день меня встречать! – мстительно бросила ему в спину.
Но ведьминской сущности во мне этого было мало, хотелось еще чего-то ему каверзного и неприятного пожелать.
– Чтоб у тебя хвост облез и рога обломились! – пожелала от души, но с чистой совестью. Про рога вообще случайно вылетело, сработало недавнее упоминание коров.
Хвоста у высокомерного Гада не наблюдалось, как и рогов, так что мое проклятие уйдет «в молоко», а я душеньку отвела. При этом мелькнуло в голове, что лишь бы проклятие не восприняло за отсутствующий хвост другую часть мужского тела. Но мелькнуло и исчезло.
Спина у главного Гада напряглась – услышал, но его спутник Вальд лишь головой покачал, буквально утаскивая своего дружка дальше, а на меня бросил укоризненный взгляд, обернувшись.
Даже неудобно на миг стало, он же меня назвал леди, а я повела себя как крикливая торговка. Так что мне пришлось торопливо удирать за угол. А там уже затерялась среди адептов, слегка заплутала, но по указателям вышла к нужной двери, где сидела мрачная кастелянша-кикимора.
– Еще одна, – вздохнула она, оглядывая меня неприязненным взглядом. – Какой факультет?
– Ведьмовской.
– Набрали со всего Асдора, – ворчала кастелянша, вылезая из-за потрепанного безразмерного стола. – А форму где брать? Правильно – шить. Форму им сшей, обувь закупи, комнаты выдели, еще и постельное белье выдай с ванными принадлежностями. А деньги? Где деньги брать, я спрашиваю?
Она уставилась на меня небольшими глазками, так похожими на болотную ряску. Я подумала и нерешительно ответила:
– У ректора?
– А ректор их сам чеканит? – махнула рукой кастелянша. – Так, идем за мной.
Она открыла дверь в дальней стене комнаты. И мы попали в просто гигантское помещение, сплошь уставленное высокими шкафами с рядами полок. И чистота. Ни тебе пыли, ни тебе запахов старья. Пол под ногами так и сверкал.
– Ничего себе! – искренне восхитилась я.
Кастелянша покосилась и вроде как подобрела немного. Так, на длину птичьей лапки.
– А ты думала. Во всем порядок нужен. Так, значит, ведьмовской факультет. Руки подставляй.
Я машинально вытянула их. Кастелянша что-то просипела на своем родном языке, на миг почудился запах болота. Потом мне на руки выпорхнули друг за другом нужные вещички. Я молча смотрела, как они этакими гигантскими птицами вылетают с полок. А кастелянша скрипучим голосом перечисляла:
– Форма стандартная женская – одна штука Испортишь – будешь ходить в порченой. Замена – раз в полгода. Плащ летний – одна штука, плащ зимний, подбитый мехом, – одна штука. Штаны женс…
– Штаны?! – изумилась я.
Кастелянша вздернула лохматую бровь:
– А ты думала, дорогуша? На боевой маскировке в юбке не побегаешь. Там с вас три пота сойдет, с нашей-то леди Дэрин.
– Бо… бо… бо… – начала почему-то заикаться я.
Кикиморе наскучили мои попытки что-то произнести, и она продолжила перечислять предназначенные мне богатства. Тут и ботинки, и сапоги, и рубашка к штанам, и перчатки, и постель, и полотенца, и еще куча всего. Которая в руках не поместилась, поэтому пришлось подзывать большую коробку. И все перекладывать в нее.
У меня случился еще один шок. Если это все останется мне, то в наших Васильках я буду невестой пусть не с самым большим приданым, но уж с самым дорогим гардеробом точно!
Вещи, предоставляемые академией, были все отменного качества, из дорогой ткани. Наверное, неудивительно, ведь здесь в основном учатся дети высших аристократических родов, они привыкли к самому лучшему. Но не я, привыкшая донашивать одежду за старшими детьми. Да мне в наших Васильках все обзавидуются, когда в новой форме увидят!
Что сказать, даже у нашего старосты сапоги в разы хуже, чем выделили мне, а увидев такое тонкое и дорогое белье, его дочери точно удавятся от зависти! А они первые модницы в наших Васильках.
Я даже прикрыла глаза, представляя, как приеду домой вся в обновках и как округлятся глаза у моих родных. Воображение же почему-то подкинуло, как папенька с меня спящей стаскивает сапоги и пытается натянуть на свою ногу, братья вытаскивают из дорожной сумки ботинки и тут же дерутся за них, не желая отдавать парный другому, а сестренка примеряет мою новую рубашку, и даже матушка присматривается к моей юбке. Брр…
Нет уж! Замена формы раз в полгода – вроде сказали? Вот раньше я домой даже носа не суну! А раз с этим решила, то и насчет остального следует поподробнее выяснить.
– Простите, а что вы говорили про боевую маскировку? – обратилась я к кастелянше. – Разве нам и это будут преподавать? Я думала, в основном зельеварению учить будут.
– Ты забыла, куда поступила, дурында? – насмешливо зыркнула на меня кикимора и гордо произнесла: – Это Академия боевой магии имени Великого Вилхджалмера Потрясателя Материков и Осквернителя Чужбин!
– К-к-кого?! – сглотнув, выдавила я, потрясенная количеством важных эпитетов и зубодробильным именем основателя. Мне будущее учебное заведение родные озвучили проще: Академия боевой магии, а если совсем по-простому – АБМ.
– Не слышала? Эх ты, из какой глуши к нам вылезла! Гордись и будь счастлива, куда милостью императора попала. Из этих стен выходят лучшие боевые маги! И даже из такого отребья, как ты, будь уверена, здешние наставники вылепят боевую ведьму.
Что-то я невольно поежилась от такой перспективы. Воображаемая в будущем собственная лавка с травами и настойками еще раз мигнула горделивой вывеской «Васильки», мигнула и растаяла повторно. Как-то не вязались между собой боевая ведьма и лавка.
– Да ты не кисни! У вас боевую маскировку будет вести сама Дэрин Заурронская дель Аби, супруга высшего демона Хамсферженвальда Заурронского дель Аби, – подбодрила меня кикимора.
Ох, где-то я уже имя этого рода слышала! Оно поразительно похоже на Гадо… как-то там. Он тоже вроде Заурронским представился.
– Она демон?! – ахнула я.
– Нет, она эльфийка. Преподавать только пришла, когда его к нам с проверкой направили, вот они здесь и встретились, и такая любовь, такая любовь… – мечтательно и с толикой зависти произнесла кикимора. Потом достала белый платочек и промокнула увлажнившиеся глаза.
– Я слышала, что демоны своих женщин сразу хватают и утаскивают к себе в логово. Больше их никто не видит.
– А наша леди Дэрин не зря преподавала маскировку! – с гордостью просветила меня кастелянша. – Она вернулась и мало того что экзамен у своей группы приняла, так еще и преподавала, пока не забеременела.
– Так она недавно родила?!
В голове не укладывалось, что демон свою недавно родившую женщину от себя отпустит и разрешит работать.
– Да нет же, дурында, это давно было. Теперь уже ее дети в академии учатся. Старшая дочь уже закончила, а сынок на третьем курсе. Весь в папашу! Там стать, глаза… Эх, будь я помоложе хоть лет на сто… – вздохнула она, поправляя прическу. – В общем, леди Дэрин пришла преподавать, как детки поступили. Кто лучше матери преподаст науку маскировки, а ее супруг консультирует на занятиях боевой магии.
– П-простите, а как, вы сказали, их сына зовут? – Что-то поплохело мне от дурного предчувствия.
– Гадоижэнджеральд Заурронский дель Аби.
– Вот же гадство! – вырвалось у меня от избытка чувств.
– Ты это, не вздумай его имя исковеркать или неправильно произнести. Для демона нет худшего оскорбления. И не мечтай о нем, он на такую, как ты, даже не посмотрит. За ним такие родовитые красавицы увиваются! Говорят, даже принцесса… – заикнулась она, но тут же себя оборвала, коротко отрезав: – Не тебе чета!
Я сглотнула, испытывая настоятельное желание присесть из-за ослабевших коленей. Хоть куда, да пусть даже на пол, он здесь чище моей пропылившейся в дороге одежды.
Страшно было представить, что сделают со мной эта эльфийка и высший демон, узнав, что я прокляла их сына.
«Но, может, не все так страшно?» – с надеждой подумала я. Подумаешь, буду раздражать его своим видом. Всегда может отвернуться и смотреть в другую сторону, если будем сталкиваться.
– Скажите, а у демонов есть рога? Хвост?
– Конечно! В боевой трансформации.
– Ой, мамочки! – ахнула я, все же опускаясь на пол как подкошенная.
– Эй, ты чего так побледнела? А ну вставай, болезная! – забеспокоилась кастелянша, подавая мне руку. Даже от коробки с вещами освободила, и та сама взмыла вверх над ее плечом. – Вот уж не думала, что такая впечатлительная. На вид вроде крепкая девка. Не переживай, эти тренировки боевиков ты не увидишь. Там такой флер ужаса, что неподготовленные не допускаются. Хочешь водички?
– Д-да, – едва кивнула я, испытывая страшную слабость. – Скажите, а эти Заурронские дель Аби сильно родовиты?
– Высшие демоны! Да кому я объясняю, – махнула она рукой. – Скажу проще: Аби – означает принадлежность к королевской ветви.
«Мне конец!» – осознала я.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?