Читать книгу "Лу Всехнаверх. Книга I. Безбилетный пассажир"
Автор книги: Франсуа Плас
Жанр: Зарубежные детские книги, Детские книги
сообщить о неприемлемом содержимом
Франсуа Плас
Лу Всехнаверх: Книга I. Безбилетный пассажир
Посвящается Хьюго и Лоре
Перевод с французского Иры Филипповой
Originally published under the title Lou Pilouface.
Passagère clandestine by François Place
© Gallimard Jeunesse, 2014
© Издание на русском языке. ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2018
Глава 1
Вот как всё началось: «Упрямый» стоял на якоре в старом марсельском порту. Капитан Бонифаций Всехнаверх дремал у себя в каюте, когда его разбудил радист Аристид МегаГерц.
– Котпитан! – громко прошептал радист. – Простите, что потревожил… Вам почта! На конверте слово «СРОЧНО», три раза подчёркнутое красным карандашом.
Через секунду по кораблю прокатилось громогласное ругательство – от такого подпрыгнули бы даже консервированные сардины в банке.
– Китовый ночной горшок мне на голову! – кричал разбуженный капитан.
Он с рёвом выскочил на палубу, потрясая злополучным письмом.
Мой дорогой Бонифаций,
ты знаешь, как трудна жизнь артистки. Сегодня вечером я отправляюсь в заграничное турне. Вена, Стамбул, Каир, Занзибар. Куда дальше – пока не знаю, поживём – увидим… Ясное дело, я никак не могу тащить с собой Лу. Оставляю её на твоё попечение. Не забывай следить, чтобы она делала уроки. Целую.
Твоя любящая сестра,
которая всё время думает о тебе,
Памела
P. S. Лу умеет плавать. Ну, надеюсь, что умеет.
– Аристид, где ты взял это письмо?
– Его принесли.
– Кто?? Откуда?? Когда??
Аристид МегаГерц указал на маленькую фигурку, стоявшую на причале с крошечным чемоданчиком в руке.
Остальные члены экипажа тоже высыпали на палубу.
– Откуда взялась эта несчастная лягушатина? – протрубил Бонифаций.
Девочка в три прыжка взлетела по сходням и бросилась капитану на шею.
– Здравствуй, дядя Бонифаций! – закричала она. – Вообще-то я никакая не лягушатина! И где моя кроватка?
Она было влетела в каюту, которую делили судовой повар Бульон Дюжур и матрос Спиди Рейсер, но те захлопнули дверь прямо у неё перед носом. Тогда Лу сунулась во вторую каюту. На этот раз дорогу ей преградил Тит Топинамбур, старший механик.
– Девочка, эта каюта тоже занята, – объяснил он. – Здесь ночуем мы с Аристидом. На корабле две каюты экипажа, и обе забиты под завязку, а третья принадлежит капитану.
– Пустите! – возмутилась Лу. – У меня обязательно должна быть кроватка. Точно-логично! Где она? Эй! Дядечка! Где мне спать?
– Ради всех тунцов под майонезом! – взревел Бонифаций. – Можешь спать где угодно, только НЕ на моём корабле! Аристид, вызови портовую полицию. Избавьте меня от этой несчастной воблы!
– Вообще-то я никакая не вобла!
– Разрази меня пюре из бермудских кашалотов! Да кто ты такая, чтобы перечить самому Бонифацию Всехнаверх! При виде меня полагается дрожать, рыдать и подчиняться!
– Мама Памела сегодня вечером уезжает в турне. Она велела мне прийти сюда и сказала, что ты обо мне позаботишься.
– Ерунду она сказала, вот что. Сейчас я велю, чтобы тебя отвезли в отель.
– Мама будет очень недовольна, дядя Бонифаций.
– А мне какое дело?! О! Вот и полиция!
Малышка Лу скрылась за дверью полицейского фургона. Бонифаций Всехнаверх повернулся к экипажу. Его подчинённым было неловко за поведение капитана.
– Все по местам! – скомандовал он. – Тит, проверить двигатели! Спиди, приготовиться отдать швартовы! Бульон, чашку кофе! Аристид, карту! Снимаемся с якоря через час! Я хочу оказаться на другом краю Земли быстрее, чем моя сестра успеет чихнуть!
Глава 2
В тот момент, когда «Упрямый» покидал марсельский порт, мимо прошёл другой буксир. Его капитан с ухмылкой оглянулся через плечо. Это был Гедеон Недобрый, заклятый враг Бонифация. Оба судна двинулись, каждый своей дорогой, в открытое море. Когда стемнело, капитан Всехнаверх передал штурвал Аристиду МегаГерцу.
– Держись курса, Аристид, а я – спать, – сказал он.
– Слушаюсь, котпитан!
Бонифаций почистил зубы, надел пижаму… И вдруг увидел, что на зеркале над умывальником его дожидается ещё одно письмо!
– Морские звёзды мне поперёк горла! Это ещё что?
Дорогой Бонифаций!
Спасибо! Я знала, что на тебя можно положиться! Позаботься о Лу. Она немного капризная, но уверена, скоро ты к ней привяжешься.
Твоя сестра Памела,
которая тебя любит, обожает, крепко обнимает и надеется снова увидеть очень-очень-очень скоро!
Возможно, уже в следующем году!
– А который час? – раздался вдруг чей-то тоненький голосок.
Бонифаций подскочил как ошпаренный.
– Это ещё что… Кто спросил, который час?
– Вообще-то я спала, дядя Бонифаций.
– Не называй меня дядей. НИКОГДА! Я – капитан! Понятно?
– Хорошо, дядя Бонифаций. Вообще-то я бы хотела поесть. Я голодная.
– Какая наглость! Ты… ты хотела бы поесть?
– Даже очень.
– Сиди здесь, я сейчас.
Бонифаций яростно распахнул дверь каюты и отправился будить кока.
– Бульон!
– Да, капитан?
– Приготовь-ка дьявольское рагу из креветок! Самое что ни на есть перчёное, чтоб глаза на лоб полезли!
– Будет исполнено, капитан.
– Перчика «вулканий язык» побольше, ясно?
– Ясно, кэп.
– И перчика «лесной пожар» тоже положи от души. Понятно?
– Понятно, капитан.
– И главное, не забудь про соус табаско бабули Динамит, понял?
– Капитан, да я понял, настоящее дьявольское рагу. Только предупреждаю: от него будут сыпать искры!
Некоторое время спустя Бульон пришёл в капитанскую каюту с тарелкой, полной пылающих креветок.
– Ешь скорее, малышка Лу, – сладким голосом пропел Бонифаций. – Пока не остыло…
Лу положила в рот первую креветку…
– М-м-м, – произнесла она. – Какая вкуснота, господин Бульон…
– Вкуснота? – переспросил Бонифаций. – Что значит «вкуснота»? Бульон, а ну-ка поди сюда! Ты сделал всё, как я велел?
– Точь-в-точь, капитан.
– Знаете что, господин Бульон? – проговорила Лу, облизывая пальцы. – Я в жизни не ела таких вкусных креветок!
– Дай сюда! – проревел Бонифаций, вырывая у неё из рук тарелку. – Я попробую.
Он отправил в рот креветку – и тут же выплюнул обратно.
– Перцу вам в хвост и в гриву! – завопил он. – Воды!! Воды! АРГХ–Х-Х! АРГХ–Х-Х! Я горю! Горю!!
– О, благодарю вас, капитан. Приятно видеть, что вам наконец-то пришлась по душе моя стряпня.
– АРГХ–Х! Да я же говорю, что горю! ГОРЮ! Воды!
– А ты и правда какой-то красный, дядя Бонифаций!
– Не называй меня дядей!
Бонифаций залпом опрокинул большой стакан воды. В эту секунду дверь каюты распахнулась.
– Котпитан! Котпитан!
– Жареного кальмара тебе в ухо, Аристид! Ты что, не видишь, что у меня горит рот?? Чего тебе надо?
– Сигнал SOS, капитан!
Бонифаций немедленно приосанился.
– SOS? Ты уверен?
– Ага!
– И…?
– Что значит «и…», капитан?
– Горящая креветка в небесах! Да проснись ты, Аристид! «И…» значит «от кого?», «когда?», «где?», «причина?».
Аристид набрал в лёгкие побольше воздуха и замолотил без передышки, будто читал скороговорку:
– От кого? От грузового судна. Когда? Пять минут назад. Где? В четырёх морских милях на норд-норд-ост. Причина? Повреждение двигателя.
Бонифаций опустошил ещё один стакан воды.
– Прекрасно. Мы снова в деле! Вперёд, народ! Интересно, что за добычу подбросила нам судьба…
Глава 3
«Упрямый» совершил головокружительный вираж и взял курс на норд-норд-ост. Но прямо у него перед носом другой буксир двинулся в том же направлении. Бонифаций схватил бинокль и, присмотревшись, разразился очередными ругательствами:
– Да обрушится на нас святая печень трески, если это не «Железная звезда», корабль Гедеона Недоброго! Что этот дырявый кофейник делает в здешних краях? Или негодяй Гедеон воображает, будто я дам ему первым пришвартоваться к терпящему бедствие судну? Он просто-напросто плохо знает Бонифация Всехнаверх! Тит, запускай двигатель на полную!
– Мы и так идём на самой большой скорости, капитан!
– Издеваешься? Да тапка в ванне – и та быстрее плавает!
– Горючее плоховато, капитан, – оправдывался механик. – Двигатель чихает.
– Бульон! Плесни-ка в топливный бак всё, что осталось от соуса табаско бабули Динамит!
– Будет сделано, капитан!
С пятнадцатью литрами табаско в двигателе «Упрямый» взбил волны в пышную пену и в считаные секунды обогнал «Железную звезду», извергая из трубы вспышки адского пламени.
– Хо-хо! – ликовал Бонифаций, вглядываясь в горизонт через капитанский бинокль. – Судно – наше! И весь его груз – тоже! А Гедеон пусть катится ко всем морским чертям! Его несчастному утюгу ни за что за нами не угнаться! Посмотрим-посмотрим, кто там у нас… Прищеми меня скорлупа зелёного ореха, что это за корыто?? Никогда в жизни не видел, чтобы корабль доводили до такого состояния! Заржавел хуже садовой лопаты! Даже название не разобрать… «Бель…фе…гор». Ну и имечко. Картофельный мешок мне на голову! Что-то тут нечисто…
Через несколько минут «Упрямый» пришвартовался к потерпевшему бедствие кораблю. Тот в ответ ужасающе заскрежетал.
– Бр-р-р! Что-то вдруг похолодало, капитан, – заметил Бульон. – Можно подумать, мы заплыли в Сибирь!
– И где, интересно, их морская вежливость? – возмутился Аристид. – Дали сигнал бедствия, и всё? А кто будет встречать своих избавителей?
– И что это за странные звуки? Будто гигантский крот грызёт крышку гроба!
– Или вампир скребётся ногтями в окно!
– Фу, мне зубы свело!
– А мне уши раздирает!
– Ж-ж-жутковато…
– Котпитан! Я нашёл! Это их радиопередатчик! Он передаёт сигналы на мёртвовых волнах.
– А тут и в самом деле немного замогильно, капитан. Словно вокруг ни одной живой души.
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
– Слышали?
– Кто так страшно хохочет?
– За иллюминатором череп! Это он смеялся!
– Два черепа!
– Три!
– Бульон, Спиди, видите верёвочную лестницу? Полезайте-ка наверх и посмотрите, что там да как.
– Капитан, нам холодно!
– А ещё лично мне кажется, что это не вполне нормально, когда ВСЕ перекладины лестницы сделаны из костей.
– О святой «Титаник»! За что мне этот экипаж, состоящий сплошь из промокших куриц? Моллюск-пенсионер – и тот повёл бы себя смелее, чем вы четверо вместе взятые! Негодяи! Вы знаете, что «негодяи» означает «ни на что не годные»? Это как раз про вас!
– Я полезу по лестнице! – вдруг заявила Лу. – Уж я-то много на что годная, точно-логично!
– Ага, чтобы Памела перемолола меня в шпротный паштет, если с тобой что-нибудь случится? ДА ЖЕ НЕ ДУ МАЙ! Ты меня слышишь, Лу?
– Да, дядя Бонифаций. Но вообще-то слово «даже» пишется слитно.
С этими словами Лу ухватилась за нижние перекладины лестницы и быстро-быстро начала карабкаться вверх.
– Лу, сейчас же вернись! Слышишь, что я тебе говорю? Слезь оттуда НЕ ЗА МЕД ЛИ ТЕЛЬ НО!!
Глава 4
Лу вскарабкалась на палубу.
«Бельфегор» оказался настоящим кораблём-призраком. От него исходил удушливый запах ржавого железа и плесневелого каучука. Над палубой сушились полуистлевшие лохмотья, отчего она имела вид театрального проспекта. Повсюду сновали какие-то диковинные крабы. На самом деле вовсе не крабы, а кисти рук скелетов, шустрые, точно пауки. Под мотками тросов таились скользкие спруты. Они высовывали свои длинные щупальца, пытаясь поймать эти быстрые бегающие руки.
Но хуже всего был отвратительный, леденящий душу хохот, от которого дрожал пол. За взрывом смеха каждый раз следовал оглушительный металлический грохот: БЭ-Э-Э-Э-ЭНГ!
– Всё в порядке, дядечка, можно подниматься! – крикнула Лу, перегнувшись через перила.
Бонифаций взобрался по лестнице и направился прямиком в рулевую рубку. Ему не терпелось познакомиться с капитаном странного судна. Бульон и Спиди остались внизу. Они так сильно дрожали, что их колени стучали друг о друга, как кастаньеты. А что же Лу? Её и след простыл. Она скрылась в трюме.
В рубке Бонифаций обнаружил капитана «Бельфегора». Тот оказался совсем невысокого роста. Но самое удивительное – он состоял из одних костей. Капитан тут же достал два бокала, чтобы поприветствовать гостя.
– Итак, – сказал Бонифаций после обычного в таких случаях обмена любезностями. – Я правильно понимаю: вы звали на помощь?
– Трюмсель-брамсель!
– Не хочу показаться нескромным, но «Упрямый» – лучший буксир во всём торговом флоте! «Разрушим, а утонуть не дадим!» – вот наш девиз.
– Трюмсель-брамсель!
– Да чего уж там, мы лучшие не только во всём торговом флоте, но и в целом мире!
– Трюмсель-брамсель!
– Я могу отбуксировать ваш «Бельфегор» куда угодно, хоть в город Вальпараисо, если вдруг вам туда нужно. Взамен вы отдадите половину вашего груза. Таков морской закон.
– Трюмсель-брамсель, нет!
– Нет? Погодите. Как это нет?
– Мой бедный друг, на нашем судне нет никакого груза. Главная беда всех кораблей-призраков – то, что они давным-давно разграблены.
– Какая досада! Неужели ни одного завалящего слитка золота? Вы уверены?
– Трюмсель-брамсель, да!
– Ну, может, небольшой мешок хлопка? Или хотя бы один кокосовый орех?
– Ровным счётом ничего. А ведь в былые годы я перевозил 543 тонны пастилы…
– 543!
– И 348 тонн ирисок.
– 348!
– Но вы же понимаете, со временем всё это было съедено…
Повисла неловкая пауза. Маленький капитан погрузился в воспоминания, а Бонифаций – в размышления о потерянной добыче.
– Но ведь от такого количества ирисок у экипажа, наверное, испортились зубы, – заметил он наконец.
– Пустяки, – ответил капитан и постучал по своим зубам, как по клавишам пианино. – У нас давно очень строгая диета. Безуглеводная, безбелковая и безводная. Даже кожи на костях не осталось. Лично я не ел ничего уже… уже… Трюмсель-брамсель! Я не помню, когда ел в последний раз.
– Везёт же вам! Вот мне еда для экипажа обходится дороже, чем топливо для корабля. Натуральное нашествие саранчи! И это ещё не считая безбилетных пассажиров!
– Трюмсель-брамсель! У вас есть и такие?
– Ну, по правде говоря, всего один. Да и то не пассажир, а пассажирка. Но съедает она, сколько весь экипаж вместе взятый! К счастью, она у нас ненадолго.
– Ненадолго? Пассажир, нелегально пробравшийся на борт, – ненадолго? Ха-ха, не смешите меня!
Маленький капитан расхохотался и закашлялся так сильно, что все его кости затряслись. Бонифаций даже испугался, что какая-нибудь из них отвалится.
– Плавали, знаем! – продолжал капитан «Бельфегора». – Вы теперь от неё не отделаетесь! Даже если вышвырнуть её за борт, приплывёт обратно. Анастасия! Анастасия!
– Будьте здоровы!
– Нет-нет, спасибо, это я зову мою племянницу… А! Вот и она. Знакомьтесь: Анастасия. Заявилась ко мне на корабль лет пятьдесят назад, не меньше. Мы были тогда ещё свежи и нарядны, как компания юных селёдок, собравшихся на рыбалку. И тут такое несчастье…
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
– Что это? – спросил Бонифаций.
Лу шла по коридорам «Бельфегора», ориентируясь на звук ужасного хохота. С каждым шагом он становился всё громче. Наконец она остановилась перед огромной бронированной дверью.
– Ага, вот откуда звук! Странно всё это. Точно-логично, очень странно…
Она ухватилась обеими руками за большущее колесо замка и стала его поворачивать. Дверь со страшным скрежетом отворилась.
Глава 5
В рулевой рубке невысокий капитан пустился в воспоминания.
– Прошло два дня с тех пор, как мы покинули архипелаг Жевани…
– Не знаю такого.
– Там делают лучшую в мире пастилу. Так вот, вышли мы в открытое море, а небо вдруг почернело, будто его залили чернилами. Началась буря. И за каждым ударом грома слышался леденящий душу звук, похожий на смех…
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
Как раз в этот момент страшный хохот снова донёсся откуда-то из глубины трюма.
«Бр-р-р! – поёжился Бонифаций Всехнаверх. – И куда, интересно, подевалась Лу?»
– А потом, – продолжал маленький капитан, – раздался такой оглушительный грохот, что весь корабль встряхнуло от носа до кормы.
И в эту секунду обшивка «Бельфегора» содрогнулась от мощнейшего удара: БЭ-Э-Э-Э-ЭНГ!
– Ох, не надо было оставлять её одну, – забеспокоился Бонифаций.
Он поднялся, но капитан удержал его за рукав, чтобы налить ещё стаканчик.
– Не уходите так быстро, мы же только познакомились. Выпейте ещё немного этого превосходного эликсира бессмертия… Так о чём я говорил?
Тут по кораблю снова разнеслось: БЭ-Э-Э-ЭНГ!
– Ах да, грохот. Представляете, «Бельфегор» зацепился днищем за камень, лежавший недалеко от незнакомого острова. Пробоины, к счастью, не было, но мы застряли. Пришлось бросать якорь, спускать на воду шлюпку и приставать к острову. А там – дикари! Высыпали на берег, вопят во всё горло. Трюмсель-брамсель! Нас так просто не возьмёшь! «Мы постоим за себя», – подумал я! Но оказалось, аборигены вовсе не собираются нападать. А сами спасаются! Да! За ними что-то гналось! Неслось на огромной скорости, аж пальмы ломались! Страшное волосатое чудовище – вот что это было! Ха-ха, до сих пор смешно, как вспомню!
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
– Вы слышали? – встревоженно спросил Бонифаций, чувствуя, как волосы у него на голове встают дыбом.
Он и сам вскочил было со стула, но маленький капитан усадил его обратно и снова наполнил стакан.
– Успокойтесь, всё в порядке. Так, что я там рассказывал? Ох, когда ты скелет с пустым черепом, то и дело теряешь мысль. Ах да, вспомнил! Чудовище перемахнуло через нашу шлюпку и поплыло к «Бельфегору». Вообразите, оно плыло на запах пастилы! Оно вскарабкалось по якорной цепи, вскочило на палубу и – оп-ля! – скрылось в трюме. Кстати, оно до сих пор там…
БЭ-Э-Э-Э-ЭНГ!
– Мне всё-таки нужно поискать Лу, – пуще прежнего забеспокоился Бонифаций.
– Лу?
– Дочь моей сестры Памелы.
– Памелы Всехнаверх? Ваша племянница Лу – дочь великой актрисы Всехнаверх? Какой вы счастливчик! Я видел её в «Танце скелетов», если не ошибаюсь, лет эдак…
БЭ-Э-Э-Э-ЭНГ!
– Похоже, оно приближается! – заметил Бонифаций. – Я должен спуститься вниз.
Но маленький капитан опять удержал его и налил ещё.
– Поверьте, не стоит беспокоиться. Если ваша Лу такая же упрямая, как моя дорогая Анастасия, ничего с ней не случится. Чудовище до смерти боится маленьких девочек. Посидите ещё немного, к нам не так часто заходят гости. В последний раз это было тридцать два года назад, как сейчас помню… Представляете, когда…
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
В глубине трюма Лу обнаружила огромную гору. Это была гора разноцветного конфетти. На вершине сидело самое большое чудовище из всех, что ей довелось видеть. Оно нахмурилось, разразилось своим ужасным хохотом и бросилось на стену трюма: БЭ-Э-Э-ЭНГ!
Лу нагнулась и внимательно пригляделась к конфетти. Это оказались фантики от ирисок, скрученные в шарики. Сотни тысяч фантиков.
– Это ещё что такое? – строго произнесла Лу и направилась к чудовищу, подперев кулаками бока. – Как ты себя ведёшь?! И вообще, нельзя есть столько конфет!
Чудовище грустно склонило голову набок. Оно показало Лу, что конфет совсем не осталось. Потом скрестило руки на груди и обиженно надулось.
– Слушай, ну не расстраивайся, – Лу подошла ближе. – Тебе повезло: у меня тут кое-что завалялось…
Она открыла ладонь. Внутри лежала крошечная ириска. Чудовище сделало несколько робких шагов в сторону девочки.
– А вообще, – продолжала Лу, – нужно хорошенько жевать, а не проглатывать всё сразу. Понимаешь? Глотать конфеты целиком – дурной тон, мама Памела запрещает мне так делать.
Чудовище осторожно протянуло грязную лапу и взяло конфету.
– Ты необыкновенное существо, – Лу почесала чудовище за ушком. – Точно-логично.
Глава 6
Прямо над Лу, на палубе корабля, Бульон и Спиди с каждым новым раскатом хохота делали шаг назад. Они не заметили, как на борт поднялись пираты с «Железной звезды». Злодеи подкрались к ним и оглушили, ударив по голове. Тем временем в рулевой рубке продолжалась беседа.
– Вот так я был разорён, – рассказывал маленький капитан. – Когда чудовище доело наш груз – всю пастилу и ириски, – оно страшно разозлилось. Оно чуяло сладкое за сто километров и заставляло нас причаливать к берегу и отнимать у торговцев шоколадные конфеты, сладкую вату, леденцы… Мы стали грозой побережья. Пляжи пустели при нашем приближении. Вскоре нам запретили входить в порты. Чудовище совершенно разъярилось! Тогда-то оно и начало хохотать и бросаться на стены. Днём и ночью. Мы потеряли сон и аппетит.
– Ещё бы! Это, конечно, не жизнь!
– Вы правы. Мучительно кружить по морям, не имея возможности пристать к берегу, и слушать этот жуткий хохот. Самое ужасное – мы даже не можем затопить судно! Чудовище не позволяет этого сделать.
– Как не позволяет? Оно ведь заточено в трюме!
– Оно – проклятая душа «Бельфегора». Мы проделали уже дюжину дыр в днище, но корабль не тонет и продолжает держаться на плаву. Умоляю, помогите нам затонуть!
– Утащи меня кальмар, ну и история! – вздохнул Бонифаций.
Вдруг он почувствовал, что Анастасия тянет его за рукав своей маленькой костяной ручкой. Она всё тянула и тянула, и капитан Всехнаверх вынужден был пойти за ней на капитанский мостик «Бельфегора». Оттуда он увидел, что на борт корабля-призрака проникли пираты.
– Железные болты мне в марсельскую уху! Какого чёрта здесь делает Гедеон Недобрый? А Бульон и Спиди – они уснули?
Бонифаций увидел, что пираты направляются к трюму…
– Клянусь брюхом кашалота! Я этого так не оставлю! Замотай меня борода Нептуна, я напомню ему морские законы! Ты ведь их забыл, да, Гедеон? Я пришвартовался здесь первым, значит, корабль – мой!
– Ни с места, Бонифаций. Видишь эту штуковину у меня в руках? Она называется мушкетон. Старинное оружие, настоящая антикварная редкость. Но она проделывает отличные дыры во всём, что попадается на её пути.
– ХИ-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!
Гедеон не успел договорить. Что-то маленькое и юркое проскочило у него между ног и спряталось за спиной. Это была Лу, за которой гналось, вырвавшись из трюма, ревущее разъярённое чудовище.
– Сюда, сюда, – дразнила его Лу, размахивая в воздухе последней ириской. – Ну-ка отними!
Чудовище поискало Лу подслеповатыми глазами и наконец заметило её. Оно совершило головокружительный прыжок и схватило Гедеона за шиворот, чтобы отбросить в сторону. Лу воспользовалась замешательством чудовища и изо всех сил швырнула конфету как можно дальше. И метко попала прямо в трубу «Железной звезды».
Чудовище не раздумывая перелетело с одного корабля на другой в погоне за драгоценной конфетой. Само того не замечая, оно увлекло за собой и Гедеона, которого продолжало держать за шиворот. Главарь морских разбойников от страха выронил свой антикварный мушкетон!
Бонифаций поймал двух других пиратов за штаны и зашвырнул в том же направлении. Потом он обернулся к племяннице, потирая руки.
– Вот мы от них и отделались! Отлично, малышка Лу. Они ничего тебе не сделали?
– Мне – нет, но вот Бульон и Спиди спят как сардины в масле. Бандиты их оглушили!
Бонифаций вылил на пострадавших ведро воды – никакого толку.
Лу пощекотала их рукой скелета – тоже ничего.
Засунула им в штаны по маленькому крабику – безрезультатно.
Тогда капитан Всехнаверх взял антикварный мушкетон и выстрелил в пол прямо рядом с ними.
БА-БА-А-А-А-АХ!
Выстрел вышел такой мощный, что сам Бонифаций взлетел в воздух.
– Клянусь моей фуражкой, они зарядили эту штуковину динамитом!
Спиди и Бульон подскочили и закружились волчком, заткнув уши.
– Капитан, вулкан извергается! – вопил Спиди.
– Землетрясение начинается! – вторил Бульон.
– В самом деле, палуба как-то накренилась, – заметил Бонифаций, поднимаясь.
– Дядя Бонифаций, мы тонем!
– А-а! Кашалоты-бегемоты! Ты права! Похоже, мой выстрел пробил корпус корабля ниже ватерлинии. Скорее! Все на лестницу!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!
