Текст книги "Потерянная душа"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poteryannaya-dusha-85570.jpg)
Автор книги: Габриэлла Пирс
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
– Я хочу изгнать Хасину, – сказала она. – А если это будет невозможно – принудить ее к перемирию. Договориться, что эта ее жизнь будет последней. Я не допущу ничьей смерти. Я обещала спасти Аннетт, и я ее спасу.
Румыны обменялись многозначительными взглядами.
– Хасина не пойдет на перемирие, – наконец возразил Андре и поднял руку, предупреждая ответную реплику Джейн. – Ты сказала, что ничего о ней не знаешь – так позволь, я тебе расскажу. Хасина прожила слишком долго, чтобы остаться человеком. Что бы ни делали люди, они всегда оглядываются на могилу. Но Хасина тысячелетиями смотрела на собственный прах. Мы для нее мошки, живущие от силы день. В мире ей нет равных. Она никогда не сдержит слово.
Плечи мужчины дернулись, словно от внезапного холода – или жара?
– Изгони ее, если сумеешь. Но в случае неудачи другого шанса не будет. Она выследит и уничтожит нас, тебя и твоих детей и внуков – если, конечно, тебе повезет до них дожить. Как думаешь, почему в мире осталось так мало ведьм? Мы не знаем, зачем она это делает. Развлекается, избавляется от соперниц или еще по какой-то нечеловеческой причине. Мы знаем только одно: с ней не может быть договоров и перемирий.
Джейн вздохнула. В глубине души она понимала, что Хасина не пойдет на компромиссы – но это во много раз усложняло ее задачу.
– Значит, я ее изгоню. Кто-нибудь знает, как это сделать?
Катрин фыркнула и, выудив из спортивной сумки энергетический батончик, принялась обдирать с него целлофан.
– Уничтожь ее человеческий сосуд. И сыновей – для надежности. Если хочешь, мы избавим тебя от мук совести и возьмем этих двоих на себя. Но это наше последнее предложение, баронесса.
– Значит, говорить больше не о чем, – Джейн резко поднялась и перебросила через плечо ремень красной «хобо». – Я справлюсь сама.
Она несколько секунд смотрела на Далкеску, пока каждый из них не отвел глаза первым.
– Я сделаю все возможное, чтобы спасти Аннетт. И зарубите себе на носу: ее братья – оба брата, я имею в виду – под моей защитой. Троньте любого из них, и у вас будут проблемы посерьезнее Хасины.
Джейн развернулась, но, прежде чем выйти из бара, заметила тень улыбки на губах Андре.
Глава 4
Когда Джейн добралась до своей квартиры на Вашингтон-сквер, правая нога почти перестала работать. Голова раскалывалась. Карабкаясь по лестнице, девушка в тысячный раз задумалась, какое затмение на нее нашло, когда она отказалась переселиться вместе с Ди в особняк Монтегю в Верхнем Ист-Сайде. Прямо сейчас ей не помешала бы хорошая компания. Однако Джейн понимала, что за ней по пятам следует опасность, а она не была уверена, имеет ли право втягивать семью Мейв в разборки с Хасиной. Конечно, если ту удастся изгнать, все магические династии вздохнут с облегчением, но стоит ли ради этого рисковать друзьями, которым и так досталось?
– Мой дом – моя одиночная камера, – мрачно пошутила девушка, шаря по дну сумки в поисках брелока. Внезапно за дверью послышался какой-то шум, и Джейн оцепенела. Конечно, у Ди был запасной ключ, но она не наведывалась сюда с тех самых пор, как переехала к Харрису.
Джейн провела мысленную ревизию оставшейся магии: та ощущалась такой же усталой и растрепанной, как хозяйка. Пару секунд девушка пыталась привести ее в подобие стройной электросистемы, но искры легкомысленно плясали на самой границе ауры, не подчиняясь приказам истощенного разума. «Возьми себя в руки!» – сердито скомандовала Джейн и повернула ключ в замке. Кто бы ни решил застать ее врасплох, его самого ждет сюрприз.
– Эй! – девушка нарочито громко хлопнула дверью. – Я знаю, что вы здесь!
Повисла пауза. Затем на кухне что-то звякнуло. Джейн с облегчением выдохнула. Ну конечно, это Ди. Готовит что-то умопомрачительное…
– Подожди минуту, – донесся до ее слуха знакомый голос. Однако он принадлежал отнюдь не подруге. – А то твой омлет сгорит.
Джейн пересекла коридор с такой скоростью, что ее пятки едва ли пару раз коснулись пола. Возле плиты стоял Малкольм. На смуглом лице красовалась широкая улыбка. Девушка схватила его за руку и потащила в гостиную.
– Забудь про омлет. Главное, что ты в порядке.
– Как скажешь, – он упал рядом на кожаный диван и беспомощно развел руками. – Все равно повар из меня никудышный.
– Можешь не рассказывать, – Джейн сморщила нос, до которого как раз доплыл запах сгоревших яиц. – Но спасибо за заботу.
– Ты позвала, и я приехал, – просто ответил Малкольм. – И не с пустыми руками.
Он протянул ей квадратный ящичек из нескольких сортов дерева, которые сходились на крышке в пятиконечную звезду. Хотя на вид открыть ящик было проще простого, он казался запечатанным.
Джейн с любопытством взяла его в руки, и ладони тут же пронзил электрический разряд. Девушка чуть не подпрыгнула.
– Красивый, – выдохнула она, хотя и без объяснений Малкольма понимала, что тот привез ей отнюдь не безделушку на полку.
– Это спиритическая шкатулка, – темные глаза мужчины испытующе остановились на ее лице. – Для людей, которые… кого-то потеряли. Чем больше ты с ней контактируешь, тем больше обращенных к тебе эмоций она запоминает. Намерения людей, их желания и любовь… Что-то вроде холодильника, где можно законсервировать живые чувства. По крайней мере, так утверждала ведьма, которая мне ее продала, – Малкольм нахмурился, словно боясь, что девушка ему не поверит. – Я имею в виду, настоящая ведьма.
– Она сказала правду, – пробормотала Джейн, стискивая ладони на гладком дереве. – Я это чувствую.
Она глубоко вздохнула и наконец заставила себя отложить шкатулку на кофейный столик. У девушки не было сомнений в ее силе. Оставалось только догадываться, как сложно будет выпустить подарок Малкольма из рук, когда он начнет воссоздавать «чувство присутствия» бабушки. А может быть, и родителей Джейн, погибших так рано, что она их даже не помнила.
– Где ты ее нашел?
– В Эквадоре, – мужчина метнул быстрый взгляд на ящик. – Искал тебя на каждом углу. Кажется, целый год не виделись.
Малкольм поднял руку, словно та действовала по собственной воле, и отвел с лица Джейн непослушную прядь. Девушка невольно вздрогнула, и он поспешно отдернул ладонь.
– Год не виделись, – извиняющимся тоном повторила Джейн, и Малкольм, понимающе кивнув, снова потянулся за шкатулкой.
– Надеюсь, она тебя не расстроила, – заметил он, указывая на подарок. – Я знаю, что она никогда не заменит и не возместит то, что я у тебя отнял, но… Мне хотелось, чтобы у тебя была такая штука.
– Спасибо, – машинально ответила девушка. Мысли ее лихорадочно метались.
Их отношения с Малкольмом с самого начала были сложными. Линн вынудила его убить бабушку Джейн: та наложила на внучку защитные чары, сделавшие ее невидимой для других ведьм. Со смертью Ба заклинание утратило силу, Малкольм без труда выследил Джейн в Париже и увлек в головокружительный роман, который окончился пышной свадьбой пару месяцев назад. Разумеется, все это было обманом – по крайней мере, сначала. Никто не ожидал, что Малкольм влюбится в нее по-настоящему и будет рисковать жизнью, пытаясь вытащить Джейн из когтей своей ополоумевшей матери. Даже когда она решила остаться в городе под личиной Эллы Медейрос, мужчина доказал свою преданность, поставив крест на будущем манхэттенского миллионера и скитаясь между материками – лишь бы не дать Линн использовать его воспоминания против жены. Однако мать манипулировала им все тридцать два года до встречи с Джейн. Он вполне мог верить, что изменился – но какая сторона Малкольма возьмет верх, если дело дойдет до выбора между ней и Линн?
– Расскажи, что ты делал эти два месяца, – наконец предложила девушка.
Мужчина безошибочно – впрочем, как и всегда – уловил ее настроение и с легкостью перешел к интонации рассказчика. Сперва он отправился в Европу, где находилась большая часть «убежищ», которые он надеялся разделить с Джейн. Однако уже через пару недель его начало мучить ощущение слежки, а на каждом углу стали чудиться знакомые тени.
– Возможно, это были Далкеску, – предположила Джейн, надеясь, что Малкольм узнает фамилию так называемых «союзников» своей матери.
– Скорее всего, – рассеянно кивнул он в ответ. – Хотя мама всегда говорила, что румыны умеют только торговать.
«Не только», – подумала Джейн, с неодобрением припомнив, сколько лет Андре и Катрин водили Доранов за нос. Малкольм объяснил, что сменил несколько круизных судов и наконец высадился в Южной Африке. Его школьные познания в испанском оказались там скорее помехой, чем преимуществом, однако деньги ожидаемо сгладили проблемы в общении – как и многие другие. В итоге Малкольм расположился со всем возможным удобством и, осмелев, начал задавать осторожные вопросы: о себе, матери и магии в целом. Разведку осложняло то обстоятельство, что ему нельзя было выдать причину своего интереса.
Рассказывая, Малкольм машинально вертел в руках спиритическую шкатулку. Эта картина воскресила в памяти Джейн другую – как она проникла в его мысли при выходе из церкви и обнаружила там страшную правду о смерти Ба. Девушка вздрогнула. Малкольм обратил на нее вопросительный взгляд, однако она так и не нашлась с ответом – а потому просто забрала ящик и бережно поставила на стол. Джейн была почти готова ему довериться. Если он что-то от нее и утаивал, то она, по-видимому, осталась столь же наивна, как в начале их знакомства.
– И за все это время никто не заподозрил, кто ты и почему спрашиваешь о таких вещах? – усомнилась девушка и собрала магические импульсы в сияющую точку над переносицей, надеясь хоть таким образом проникнуть в помыслы мужчины.
– Ни разу, – твердо ответил он. В широко распахнутых глазах читалась непоколебимая уверенность. – Я бы никогда не подверг тебя такому риску.
Джейн кивнула. Малкольм определенно верил в свои слова: всю его сущность пронизывала искренность. «Можно даже не читать его мысли», – поняла Джейн, чувствуя, как разделяющий их воздух наполняется крохотными электрическими вихрями и уже знакомым потрескиванием. Просто я его знаю. После сказочного сватовства, тревожной помолвки и ужасающей свадьбы она наконец поняла Малкольма Дорана.
– Я так долго не получал правдивых новостей из Нью-Йорка. Не знал, что тут у вас творится, как ты. Чуть не сошел с ума от неизвестности. А потом еще эти рассказы в газетах… Оказывается, я наркоман со стажем, который похитил тебя и прикончил семейного водителя!
– Ну, допустим, водителя я взяла на себя, – призналась Джейн, только теперь осознав, сколько же всего произошло за время их разлуки. Она быстро описала сцену в переулке, когда Ди пыталась защитить ее от Юрия – семейного шофера Доранов и по совместительству личного киллера Линн. В памяти, словно мутный ил со дна пруда, всплыли отвратительные картины, которые Джейн успела увидеть в сознании Юрия, прежде чем тот на нее напал. Линн годами покрывала преступления своего ручного головореза.
– Он начал душить Ди, – заключила она, – а я не успевала до них добраться. Но у него была монтировка, а у меня – магия, вот и…
И она беспомощно развела руками. Даже учитывая, что она защищала безоружную женщину от самого настоящего психопата, свыкнуться с кровью на своих руках оказалось не так просто. Джейн понимала, что поступила в той ситуации наилучшим образом из возможных, однако не могла избавиться от мучительных – и, увы, риторических вопросов. Что, если бы она чуть лучше контролировала свою силу? Неужели нельзя было просто отправить Юрия в отключку? Но сделанного было не вернуть. Девушка почувствовала, как к глазам подступают горячие слезы, и яростно заморгала.
«Ба не успела мне ничего рассказать, – подумала она в тысячный раз за эти месяцы. – Она умерла, прежде чем я узнала, какие вопросы задавать».
Мужчина бережно заключил ее руку в свои ладони, и Джейн ощутила, как по телу стремительно разливается тепло. Впервые со дня свадьбы она смогла примирить в своем сердце образы Ба и Малкольма. Единственная слеза обожгла глаза девушки и проложила блестящую дорожку по щеке. Пару секунд в глазах мужчины читалось желание осушить ее поцелуем – однако после недолгого колебания он лишь снял каплю подушечкой пальца.
– Поверь, если бы Юрий на тебя напал, в живых остался бы только один. То же самое случилось бы с… Ди – так ее зовут?
– Она моя подруга, – подтвердила Джейн, сердито хлюпая носом. – Пекла наш свадебный торт.
Малкольм нахмурился, припоминая.
– Это она перехватила меня в дверях? Перед церемонией?
Джейн не выдержала и рассмеялась. Ди знала, что ей не стоит соваться на свадьбу, полную ведьм с телепатическими способностями: ее мысли буквально кишели компроматом. Так что она подкараулила Малкольма, когда тот возвращался из аэропорта, и передала подруге пакетик со «свадебным печеньем». Джейн вспоминала его как единственный светлый момент свадьбы – не считая, конечно, предвкушения, что вскоре они с Малкольмом окажутся в безопасности (и, скорее всего, на другом континенте). Увы, надежды и печенье закончились одинаково быстро.
– Она кондитер, – сказала девушка, успокоившись. – На самом деле, когда она уволилась из пекарни, ее сразу же наняла Катрин Далкеску. Притворилась, что ищет сотрудников для новой фирмы ресторанного обслуживания.
Малкольм растерянно заморгал, пытаясь сложить кусочки пазла. Джейн объяснила, что Катрин увидела ее в компании Ди, но потеряла след с появлением загадочной Эллы. Так что Катрин решила подобраться поближе к Ди, пока Андре выслеживал ее другими путями – не подозревая, что все это время Джейн была у него под носом. Девушка предусмотрительно опустила некоторые детали, но все же оказалась недостаточно тактична – судя по тому, как напряглись плечи мужчины. «Ну да, я убила человека и месяц спала с врагом, – раздраженно подумала Джейн. – Будто он сам никогда не делал того, о чем жалел!»
Самым сложным было рассказать про Аннетт. Малкольм всю жизнь винил себя в смерти младшей сестры – и Линн умело использовала это чувство, чтобы манипулировать сыном, – так что теперь он ловил каждое слово Джейн. Кажется, он вовсе перестал дышать, пока она вела рассказ от своего первого, случайного видения «Анны Локсли» до их разрушительного столкновения в бильярдной комнате Доранов. К ее удивлению – и облегчению, – он ни разу не задал ни одного вопроса, даже когда она осторожно перешла к части про Линн и ее истинную зловещую природу.
– Мальчишкой я слышал какие-то слухи, – признал Малкольм. – А в бегах окончательно понял, что должен узнать все о своих преследователях – особенно если ты когда-нибудь решишь ко мне присоединиться, – Джейн была готова поклясться, что загорелые щеки слегка окрасились румянцем. – Я проверял каждую оккультную зацепку, беседовал с каждой самопровозглашенной «ведьмой». Большинство из них несли бред, а то, что походило на правду, почти всегда было бесполезно. Но порой они упоминали ту женщину из нашего генеалогического древа, и тогда я держал ухо востро. Конечно, они не говорили ничего определенного, но даже по этим намекам… Словом, я не удивлен, что Аннетт в опасности.
Мужчина опустил голову – так, чтобы их глаза оказались на одном уровне.
– Я больше ничем не обязан Линн. Мать она мне, или нет, но сущность, которая завладела ее телом, использовала меня годами. Хасина играет только на своей стороне, – темные глаза испытующе остановились на лице Джейн. – А я – на твоей.
– Я знаю, – выпалила девушка прежде, чем успела обдумать ответ. Малкольм чуть сильнее сжал ее ладонь, и тело охватил знакомый жар. – Я рада, что ты приехал, – импульсивно добавила она.
– Я скучал, – мягко ответил мужчина, и уголки его губ изогнулись в подобии улыбки. – Если бы ты не позвала сама, я бы не тревожил тебя до конца жизни – и неважно, что говорят газеты. Ничто на свете не заставило бы меня рисковать этими отношениями. Рисковать тобой, – Малкольм закрыл глаза, но даже вслепую безошибочно переплел смуглые пальцы с пальцами Джейн. – Если я чему-то и научился – и, возможно, это единственная вещь, которую я умею по-настоящему, – так это быть верным.
Девушка быстро перегнулась через диван и легко коснулась его лба поцелуем; на коже тотчас заплясали электрические искры.
– У тебя еще будет возможность это доказать, – пообещала она. – Но если хочешь знать, я верю тебе и так.
Глава 5
Величественный особняк Монтегю в Верхнем Ист-Сайде оказался еще красивее, чем помнилось Джейн. Высыпавшие в коридор домочадцы встретили их одинаково радушными улыбками – по крайней мере, пока не заметили Малкольма.
– Он на нашей стороне, – быстро сказала Джейн. Малкольм Доран и Харрис Монтегю играли не последнюю роль в противостоянии своих семей, и между ними никогда не замечалось особенной симпатии. Джейн боролась с влечением к Харрису с тех самых пор, как их познакомила Мейв Монтегю – ее первый настоящий друг в Нью-Йорке. Впрочем, это чувство имело не совсем естественную природу: магия, бурлящая в их крови, неизбежно притягивалась к своему подобию. К тому же сейчас Харрис встречался с Ди, и Джейн решительно отмела эти мысли в сторону.
– Тогда он желанный гость в этом доме, – послышалось откуда-то из-за Харриса. Тот посторонился с машинальным выражением почтения, и на вошедших взглянула пара живых, ярко-зеленых глаз.
– Меня зовут Эмер, – с теплой улыбкой представилась их миниатюрная, хрупкая, как тростинка, обладательница. – А ты, должно быть, Джейн. Как не стыдно было убежать в прошлый раз так быстро – мы даже не успели познакомиться! Впрочем, ты привела еще одного очаровательного гостя, так что вы оба прощены и приглашены на чай.
При слове «очаровательный» Харрис отчетливо фыркнул, но перечить Эмер не стал. «Это их бабушка, – сообразила Джейн. – Его и Мейв». Пожилая женщина шествовала с величием, вполне подобающим матриарху магической династии. Джейн мысленно сравнивала ее с Линн все время, пока семейство не разместилось в гостиной на диванах легкомысленной леденцовой расцветки. Обеих женщин окружала безмолвная аура власти, а жесты выглядели одинаково царственными, несмотря на комическую разницу в росте. Однако эти сходства только подчеркивали теплоту Эмер, и Джейн мгновенно прониклась к ней всеобъемлющим и безоговорочным доверием, которого ни разу не испытывала к свекрови.
– Харрис, будь добр, завари нам чаю, – мягко попросила Эмер, и он послушно направился к двери на кухню.
– Я помогу, – хрипло сказала Ди и улыбнулась сперва Малкольму, а затем – более многозначительно – Джейн.
– А ты, Диана, пожалуйста, останься, – заметила Эмер тем же ласковым тоном, и девушка замерла на полдороге к кухне. – Что-то подсказывает мне, что Джейн пришла поговорить о магии. Хотя в твоей родословной не было ведьм, ты знаешь о колдовстве больше, чем многие из нас.
И старуха качнула белоснежной головой в сторону Мейв, которая вжималась в диван с таким рвением, словно надеялась с ним слиться.
Мейв всю жизнь пренебрегала своей магической наследственностью и старалась держаться подальше от колдовства – пока судьба не свела ее с Джейн. Поняв, что новая подруга ничего не знает о своих способностях и даже не подозревает о коварстве Доранов, Мейв попыталась ее предупредить – и расплатилась за благородство автомобильной аварией, главным виновником которой оказался не рассеянный таксист, а гибельные чары Линн. К удивлению Джейн, месяц в больнице переменил отношение Мейв к колдовству. Но еще удивительнее было то, что в ее жилах тоже обнаружилась искра волшебства – хотя Мейв унаследовала ее от отца, который должен был стать тупиком магической ветви.
Ди, напротив, была начисто лишена способностей к магии, зато интересовалась ею задолго до встречи с настоящими ведьмами. Если бы не ее помощь, Джейн вряд ли научилась бы управлять своей силой. Теперь Ди опустилась на диван рядом с Мейв, украдкой пожав ее тонкую бледную руку.
– Надеюсь, вы пришли с хорошими новостями? – беспечно поинтересовалась она, изгибая пушистую смоляную бровь.
– Ну, Малкольм вернулся, – отчиталась Джейн с кривой усмешкой.
– И лично для меня это необычайно хорошая новость, – почти пропела Эмер, и Джейн почувствовала, как ее недавнее напряжение рассеивается. – В этой гостиной всегда рады красивым юношам.
Мейв демонстративно закатила ореховые глаза – хотя губы ее при этом улыбались.
– Ты, наверное, счастлив, что сестра нашлась, – обратилась она к Малкольму.
– Конечно, – подтвердил он. – Хотя после рассказов Джейн я уже не уверен, что это такая хорошая новость.
Эмер веско кивнула:
– Хасина до сих пор жива. Я даже не думала, что такое возможно, но это многое объясняет. Наши семьи никогда не водили особенной дружбы, но я не знала, что дело в близости смерти.
– Это что-то вроде специализации нашей семьи, – объяснила Мейв в ответ на удивленный взгляд Джейн. – Спиритические сеансы, упокоение мертвецов, изгнание особенно злобных духов.
– Естественно, это делает нас врагами ведьмы, которая век за веком избегает собственной смерти, – добавила Эмер.
Харрис одной рукой распахнул дверь в гостиную; другой он удерживал вишневый поднос. Из хрупкого чайника, вручную расписанного анютиными глазками, вырывались завитки ароматного пара. Джейн с благодарностью приняла фарфоровую чашку, до краев наполненную горячей золотисто-зеленой жидкостью. На вкус она оказалась сладкой и слегка вяжущей, и девушка не смогла остановиться, пока не опустошила всю чашку, а кончик языка не онемел от кипятка.
– Хасина убивает ведьм, – наконец произнесла она. – Мой, гм, доверенный источник не знает причин, но, похоже, она занимается этим столетиями. Он сказал, что магические династии выродились именно поэтому.
– «Он»? – резко переспросил Харрис, присаживаясь рядом с бабушкой и кивая в сторону Малкольма. – Ну, если такие источники теперь называются доверенными…
– Это был Андре Далкеску, – призналась Джейн, упорно разглядывая дно чашки. В комнате сгустилось ощутимое напряжение. – Мы вчера виделись.
– Тогда слово «доверие» здесь неуместно, – многозначительно сказал Малкольм, встряхивая темно-золотой гривой.
Джейн внутренне поморщилась. К счастью, следующей взяла слово Эмер.
– Мне всегда говорили, что Дораны известные хищники. Но мы не подозревали, что это один хищник в разных обличьях.
– А больше он ничего не сказал? – скептически уточнила Мейв, отправляя в чашку один сахарный кубик и протягивая руку за вторым. Стоило ей сморщить нос от пара, как созвездия веснушек собрались в рыжую кляксу. – Как часто она это делает, или по какому принципу выбирает жертв – если, конечно, у нее вообще есть принципы?
– Я понимаю, что принесла вам разрозненные кусочки мозаики, – честно сказала Джейн. – Но теперь у нас есть Малкольм, а у него – новая информация. Я подумала, что если мы соберемся и подумаем все вместе, то что-нибудь поймем. О Хасине, о том, как она меняет тела, вообще об этой ситуации.
Харрис открыл было рот, но, к счастью, Ди его опередила.
– Я копалась в книгах всю последнюю неделю. Искала заклинания, которые препятствуют старению или воскрешают мертвецов, но, похоже, они по большей части фальшивые.
– Они бы не сработали, – твердо сказала Эмер. – Такие фокусы – удел шарлатанов и отчаявшихся людей.
– Логично, – кивнула Джейн. – Но мне кажется, что заклинание Хасины… особенное. В дневнике бабушки говорилось, что она изобрела его сама, а не переняла от кого-то еще. И я сомневаюсь, что она позволила бы своему открытию разойтись по чужим гримуарам. Ба сказала, это очень сложные и опасные чары. На одну подготовку требуется месяц.
Харрис запустил пальцы в жесткие медные кудри и рассмеялся.
– И это все, что нам известно? Да мы во всеоружии, как я погляжу!
Мейв бросила на брата уничижительный взгляд, и тот слегка покраснел.
– Двадцать восемь дней, – пробормотала Эмер, не обратив внимания на его реплику. – Ведьмы считают лунными месяцами. Жесткие временные рамки предполагают ежедневные ритуалы. Она наверняка использует кровь, а может, и что похуже. Жертвоприношения?
– Чтобы уравнять чаши весов? – предположила Мейв. – Нельзя создать жизнь из ничего. Даже при помощи магии.
– А ей и не требуется, – задумчиво откликнулась Джейн. – Хасине довольно собственной жизни. А оставленное тело вполне может выступить в качестве жертвы. Да, что происходит с бывшими вместилищами? – резко обернулась она к Малкольму, который ответил ей не менее смущенным взглядом.
– Я… я не знаю. Я старался что-нибудь узнать о своей семье, пока был в бегах, но эта часть истории меня никогда особенно не прельщала. Насколько я понял, Хасина не вытесняет хозяина полностью. Они… словно делят оболочку. Две души в одном теле. Конечно, управляет им Хасина, но прежний владелец не исчезает совсем. Он не контролирует тело, но, наверное, может иногда на него влиять. А может, его вообще не видно и не слышно.
Эмер нахмурилась.
– Душа, лишенная собственного тела и запертая в чужом… Омерзительно. Это против законов природы. Должно быть, Хасина с самого начала разрушает порабощенную душу, а со временем от нее не остается даже тени.
Малкольм сглотнул, и Джейн почувствовала прилив жалости. В конце концов, речь шла о судьбе его матери – и сестры, если они не найдут способа остановить Хасину.
– Гадательница на Таро из Куэнки сказала, что от настоящей хозяйки остается лишь набор привычек, бледный призрак в глубине разума. Я не уверен, что прежняя душа сможет вернуться, даже если Хасина покинет тело добровольно. В нашей семье нередки были случаи слабоумия – по крайней мере, среди женщин. Я никогда раньше об этом не задумывался, но, похоже, это бывшие вместилища Хасины, в которых осталось слишком мало жизни, чтобы продолжать нормальное существование.
Джейн вцепилась в обивку дивана.
– Может, Аннетт нужно сделать что-то вроде магической прививки, – предположила она, – чтобы Хасина не смогла вселиться в ее тело. Если бы мы только убедили ее бежать… Хотя Линн, кажется, не оставляет ее ни на секунду.
– Не поможет, – твердо ответила Ди. – Ради нового тела Хасина преодолеет любое расстояние. К тому же она наверняка пометила жертву. Думаю, когда дойдет до чар, ее не остановит даже океан.
– Океан нам и не нужен, – пробормотала Эмер, в задумчивости глядя на внучку. Мейв растерянно заморгала – по-видимому, озадаченная не меньше Джейн. – Главное, чтобы расстояние было физическим. Часть пути ей придется проделать по воздуху. Другого способа нет.
– Она имеет в виду, что чары не моментальны, – перевела Мейв. – Все в мире занимает какое-то пространство – даже душа Хасины. Чтобы вселиться в новое тело, ей придется покинуть старое, а это значит, что ее не будет ни в одном… ну, скажем, полсекунды. В этот момент она уязвима.
– Полсекунды уязвимости? – усмехнулся Харрис. – То есть мы можем похитить Линн, привязать ее к кухонному столу, и она все равно перепрыгнет в другое тело, если мы случайно моргнем?
– Не перепрыгнет, – медленно ответила Мейв, бросая взгляд на бабушку в поисках одобрения. Эмер кивком велела ей продолжать, причем в ярко-зеленых глазах светилась гордость. – Это сложные и опасные чары со строгими временными границами. Момент перехода четко определен и зависит от того, когда она начала ритуал. А начала она, скорее всего, в тот же день, когда узнала, что Аннетт жива. Так что мы можем сузить временные рамки до одного-единственного вечера.
Джейн мгновенно вспомнилась встреча с Линн в Центральном парке. Та заключила свое последнее дыхание ведьмы в атаме и отдала его Джейн в обмен на сведения о дочери, поклявшись никогда больше не преследовать невестку. Разумеется, сразу после этого она бросилась домой и начала ритуал – в то время как Джейн беспечно шагала в противоположную сторону, радуясь, что все ее проблемы наконец закончились.
– Андре хотел, чтобы я убила Аннетт, – тихо сказала она. – Он считает, что только так мы будем в безопасности.
Девушка вскинула голову и медленно обвела взглядом гостиную, задержавшись на лице каждого Монтегю.
– Я тоже хочу вашей безопасности. Не знаю, смогу ли я сражаться с Хасиной в теле Аннетт, когда на ее стороне будет целая новая жизнь в придачу к собственной магии. Но у нас есть полторы недели, чтобы не дать этому случиться. Это я втянула беднягу в заварушку. И если мы можем ее спасти, я хочу – нет, обязана – попытаться.
– А мы все поможем, – быстро кивнула Ди и бросила многозначительный взгляд на Харриса, который выглядел так, словно прикусил язык.
– Большое спасибо, – искренне произнес Малкольм. – Наша семья ничем не заслужила вашего расположения – и для меня очень важно, что вы согласились помочь сестре. Надеюсь, когда с Хасиной будет покончено, мы сможем стать друзьями – или, по крайней мере, никогда больше не будем враждовать.
И мужчина обратил к Эмер улыбку, которая могла бы растопить лед. Даже Харрис казался растроганным.
Джейн обвела собравшихся одобрительным взглядом. Это начало.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?