Текст книги "Сказки Надивы – 4. Добрая судьба. Сборник психологических сказок"

А ещё хочу зимой поехать на север, в гости к деду Морозу, да северное сияние посмотреть,, да на снега полюбоваться, и на оленях покататься!

А летом хочу путешествовать по России своей прекрасной, и на северным краям поездить, и на Байкале побывать, и на Алтай проехаться, и в Финском заливе купаться и белыми ночами гулять по берегу.

А ещё хочу танцевать, и с любимым своим мужем, и с друзьями-подругами в большом хороводе, и аргентинское танго выучить, и сальсу и бачату. И ещё много чего!

И книгу хочу написать, про ведьму и рыцаря, давно идея такая в голове сидит, да всё никак не соберусь, время не выберу.

И зеркало хочу венецианское в полный мой рост.

И дожить хочу до старости, будучи гибкой, сильной, подвижной. И здоровой совсем, чтобы врачи и забыли про меня.

А ещё хочу зубы новые вырастить к 60 годам, чтобы улыбаться во все 32 зуба своих новых, крепких, белых и красивых!

И на коньках хочу каждое день рождения отмечать! Ну можно и помимо и дня рождения тоже кататься!

А ещё хочу видеть всё хорошо, как видела я в первом классе, всё чётко, и далеко и близко.

И волосы хочу густые! Вот спасибо вам, предки мои, что седина почти не тронула меня, но волос хочется много на голове. Как у моих тётушек!

И петь хочу я красивым голосом, чтобы слушали меня и восхищались!

И на баяне я бы с удовольствием научилась играть, только время для этого нужно… Вот и не знаю, как же его выкроить то?

И молодость опять же хочу сохранить без всяких косметических операций, а просто потому, что смеюсь я и радуюсь, и от того кожа моя молодая и упругая, а талия тонка. И вся я стройная!»

Говорит всё это Веселина, а у самой дух захватывает от предвкушения, и от наглости своей.

А всё же понимает она, что вот очень хочется ей этого, а ещё только от мыслей, что всё это может исполниться, словно воздушные пузырьки наполняют её тело, и смешно и щекотно становится, как в детстве, когда папа поднимал на руках высоко-высоко.

Смотрит, а предки небесные, что вокруг стояли, тоже улыбаться начали и даже как бы посветлели.

«Посмотри на этот Свет! – сказала Веселине одна из женщин. – Это наше благословение. Просто Свет. Просто Чистая Энергия. Но именно из неё создаются покровы и события.»

«Мы запечатаем слова благословения в твоём разуме и твоём сердце, – произнесла другая женщина, – Твоя Душа их уже давно знает. Подойди поближе к костру!»

А когда Веселина выполнила ей просьбу, то женщина попросила Веселину закрыть глаза.

Веселина покорна глаза веками прикрыла и в то же время как будто открыла их. Потому что с закрытыми глазами увидела, что не лепестки костра вокруг сундука, а много высоких стройных людей в свободных красивых одеждах.

Да и сама Веселина была не в привычном платье, а в совершенно другом наряде – белая струящаяся туника, длинная развивающаяся юбка, волосы рассыпаны по плечам, и на голове – венок?

Веселина сняла и осмотрела его. Да, красивый изящный венец из золота и живых цветов, перевитый шёлковой лентой.

Улыбнулись ей предки её небесные, да и слова Благословения говорить начали, и каждое слово, словно бутон, распускалось в груди Веселины:

«Благословляем тебя, драгоценная дочь наша Веселина, на жизнь в изобилии и процветании. Всегда иметь более чем достаточно средств для безбедного и безоблачного проживания! Даём тебе на это наше разрешение!

Благословляем тебя так же, возлюбленная дочь наша, на долгую жизнь в союзе с любимым и любящим тебя мужчиной, в ладу, взаимном уважении, заботе и благости, радости и взаимопонимании! Даём тебе на то наше разрешение!

Ещё благословляем тебя, талантливая дочь наша, жить своей собственной насыщенной и интересной жизнью! Создавать шедевры, пользоваться популярностью, быть востребованной в любой области, где бы и чем бы ты не занималась! Благословляем тебя на раскрытие своих талантов и на воплощение задуманного тобою в жизнь! Даём тебе на то наше разрешение!

А также благословляем тебя, прекрасная дочь наша, быть здоровой, сильной, красивой, гибкой и пластичной, в любом возрасте, пока не закончится твой земной путь!. Благословляем тебя на способность вырастить новые зубы, отрастить густые волосы, иметь зоркое зрение, и стройную фигуру до самого последнего дня! Даём тебе на то наше разрешение.

И конечно же, благословляем тебя, подвижная дочь наша, на путешествия и радостные приключения! Чтобы набиралась ты радостных впечатлений, которыми сможешь потом поделиться с другими людьми им во благо! Даём тебе на то наше разрешение!

К тому же благословляем тебя, дочь наша замечательная, на любовь родных и близких, на хорошие отношения со всеми, кого ты любишь! Чтобы передавать им свои знания и умения. И помогать им по жизни становиться лучше и с достоинством проходить жизненные испытания! Даём тебе на то наше разрешение!

Благословляем тебя, великолепная дочь наша, на переезд в новый дом, где ты сможешь творить, любить, радоваться и радовать своих детей, внуков и правнуков! Чтобы могла ты жить в тишине, купаться в чистой реке, гулять по лесу и общаться с природой, познавая законы жизни! Даём тебе на то наше разрешение!»

В этот момент Веселине показалось, что где-то в небе раздался колокольный звон, торжественно-прекрасный.

А тело Веселины стало совсем лёгким и невесомым, казалось, вот-вот оно взлетит. Веселина посмотрела вниз – у неё на ногах вместо привычных туфелек появились крылатые сандалии.

«Это тебе подарок от нас – чтобы никакие трудности тебе не могли помешать. И вот это ещё возьми – он поможет тебе всегда выбирать нужное направление!»

И мужчина протянул Веселине компас.

Веселина посмотрела на своих предков, а потом низко-низко поклонилась им.

«Благодарю вас, предки мои близкие и далёкие, но одинаково мною любимые и почитаемые. Благодарю за благословение, за доверие, что мне оказали. И за веру, что смогу я выполнить ваши наказы.

Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы жить своей жизнью. Ведь у меня ещё так много времени впереди, и я хочу прожить его достойно, весело, радостно, с пользой для себя, для мира, для вас, мой Род, и для своих потомков.

Чтобы подать им пример жизни в радости, во здравии и в любви.»

Окружили Веселину люди, обняли, и…

Веселина проснулась у себя в комнате.

«Какой чудесный сон! « – подумала она, потягиваясь.

И тут же увидела на столе компас. Тот самый, который вроде бы как бы во сне подарил ей её предок.

А у кровати стояли сандалии с нарисованными на них крылышками. Сунула в них Веселина ножки – и так легко и свободно ей стало, что пустилась она в пляс по комнате! Тем более, что из окна опять раздался колокольный перезвон.

А стоило Веселине остановиться, как опять же из окна донеслось:

«Веселина, помни, ты обещала жить своей жизнью, радоваться и радовать, развивать свои таланты и прилагать все усилия, чтобы жизнь твоя протекала так, как ты этого хочешь!»

Засмеялась Веселина, руки раскинув:

«Так это всё-таки не сон! Как же я счастлива! Значит, я могу жить так, как хочу!»

И с тех пор…

С тех пор легко идёт по жизни Веселина в крылатых сандалиях. Идёт туда, куда ей хочется, куда её душа зовёт. И компас ей в этом помогает.

И вот уже рисует Веселина картины потрясающие. И продает эти картины на самых дорогих аукционах, и самые дорогие и престижные выставки шлют Веселине приглашения, чтобы она поучаствовала в них.

И Спилберг, и Бондарчук, и другие именитые режиссёры заключают договоры с Веселиной на экранизацию её сказок.

И живёт Веселина в доме двухэтажном с мужем своим любимым. И тот на жену свою не нарадуется, не налюбуется.

И путешествуют они вместе по всей нашей безкрайней и прекрасной стране.

И пишет Веселина книги увлекательные, и сказки волшебные. И картины расчудесные, и всё то у ней получается, что задумает.

Потому что знает, что жизнь у неё одна, и прожить её она должна по своему. Так, как ей нравится.

И это при том, что в один прекрасный день Веселина собственными глазами увидела в зеркале красивую стройную женщину с густыми волосами и ослепительной улыбкой! Потому ослепительной, что зубы все были целые и крепкие!

А главное что с тех пор желания Веселины очень легко исполняются, и потому дружить с ней хотят все её дети и внуки. Ведь раз она знает, как исполнить желания свои, то и потомков своих этому научить может!

Большая Вера

Был у Верки дом.

Ну как дом…. Белая, на две комнаты, белёная хатка из самана, крытая камышом, с деревянным крылечком и чуть подслеповатыми окошками, правда, подоконники были широкие.

На них Верка цветы выращивала, очень уж она была неравнодушна и к колеусам сортовым, с листьями узорчатыми, разноцветными, и к фикусу Бенджамина, с его пёстро окрашенной листвой, и к полосатому хлорофитуму, что выпускал стрелки с детками, так же полосатыми, и они каскадом опускались вокруг горшка….

А хотелось Верке дом большой, с просторными высокими комнатами, с огромными светлыми окнами, с удобствами комфортными, с чердаком светлым, на котором кресло-качалка будет стоять….

А главное, главное! – Чтоб веранда была большая, на которой цветы можно держать зимой, и любоваться зеленью даже в самые морозные дни.

Ну а летом в сад растения выносить. А в саду на гамаке лежать, в тени деревьев, и запахом травы скошенной, да цветов распускающихся, наслаждаться…

Но ни гамака, ни сада, ни даже чердака, не говоря уже о веранде, у Верки не было.

Был только маленький домик, доставшийся от дедушки с бабушкой.

И ещё большой серый кот Тимофей, который любил вечерами забираться Верке на колени и подставлять лобастую голову под Веркину ладонь, и мурлыкать, навевая мечты.

Мечты о доме, саде, путешествиях, красивой посуде и нарядных платьях.

Но кувшины, в которых Верка хранила свои сбережения, были давно пусты, а новые денежные поступления были так скудны и нестабильны, что едва-едва хватало на корм коту и удобрения для цветов.

«Хоть бы одна монетка завалялась, – жаловалась Верка коту Тимофею, заглядывая в кувшин. – Хоть самая маленькая!»

Но ни маленькой, ни, тем более большой монетки, ни в одном кувшине не было. Как только Верка эти кувшины не трясла, а ничего оттуда не вываливалось.

Нет, вы не подумайте, что Верка целыми днями только мечтала!

Она и на работу иногда ходила! Правда, там, где много платили, Верке не нравилось. Чувствовала она себя там роботом механическим, и солнышко, что в груди у неё сияло, сразу куда-то исчезало.

А вот такую работу, чтобы солнышко могло светить во всю силу, Верке найти не удавалось.

Поэтому работала она там, где свет её нужен был совсем немного. Конечно, и за этот свет её любили, но платили мало. Да Верка и не планировала там долго задерживаться.

Не планировала, да который год всё ходила туда, и ходила.

А что, спрашивается, ходила? А потому что ну не получалось найти такую работу, чтобы и свет её солнышка был востребован, и люди бы шли к ней погреться в лучах солнышка этого, да и деньги бы за это Верке давали.

Уж как только Верка не старалась, а что-то не складывалось у неё….

И вот в одно прекрасное утро Тимофей притащил из сада странного вида свёрток, покрытый землёй, пахнущий сыростью.

Развязала Верка ветхую тряпицу, а под ней рогожка, верёвочкой перевязанная.

Верка и верёвочку развязала. И рогожку раскрыла, и увидела шкатулку деревянную, от времени потемневшую.

А в шкатулке лежала лупа с ручкой из серебра, да лист плотный, в трубочку свёрнутый.

«Ну-ка ну-ка, посмотрим, что там! – обрадовалась Верка. – Может, карта места, где клад закрыт?»

Это и впрямь оказалась карта. Только очень старая, и чернила на ней местами стёрлись, так что и не понятно было даже, что на ней нарисовано.

«И это всё? – расстроилась Верка. – Я то думала, сейчас лопату возьму и сундук денег выкопаю, а тут вообще не понятно ничего.»

И Верка заглянула в шкатулку. Ну конечно же, как она сразу не заметила! Там лежал лист бумаги. Конечно же, там всё сейчас и будет написано, в какую сторону пойти, сколько шагов от дуба или от сосны отсчитать….

Но ничего такого в записке не было. Всего лишь несколько строчек, написанных твёрдой рукой тёмно-фиолетовыми чернилами, почти не потерявшими свой цвет.

«Милая Вера! Хоть это и не карта клада, но к деньгам и процветанию она тебя приведёт. А лупа эта не простая, а волшебная. С её помощью ты сможешь увидеть то, что не замечала раньше – подсказки и дороги к тому самому процветанию.

Но не теряй время на раздумывание, отправляйся в путь как можно быстрее.»

«И куда же мне отправляться? – растерялась Верка. – Хоть бы какой-то ориентир дали! Влево, вправо…..»

Вдруг прямо перед ней возникла размытая голова Чеширского Кота.

Обычный серый кот Тимофей выгнул спину дугой, вздыбил шерсть и зашипел на необычного гостя, охаживая себя по бокам хвостом.

А голова пошла волнами – как в старом чёрно-белом телевизоре, когда шли помехи. И заикаясь, произнесла:

«В парк пойди и спустись по трубе, по которой дети катаются…»

И опять пошла рябь и голова исчезла.

«Не, ну ты видел, да?» – ошарашенно произнесла Верка, обращаясь к Тимофею.

«Да я сам в шоке», – вполне внятно произнёс Тимофей.

Верка медленно опустилась на ступеньку.

«Ты что, говорить умеешь? А раньше почему молчал?»

У кота были такой офигевший вид, такие распахнутые глаза и отвисшая челюсть, что Верка не удержалась и расхохоталась

«Ну что, Тишка, раз ты говорить научился, то, может, составишь мне компанию? А то мне как-то одной через детскую трубу лесть не камильфо. И это, если я вдруг застряну в ней, ты меня хоть подтолкнёшь сзади!»

И вот честное слово, Верка собственными глазами увидела, как её солидный, важный, весь такой респектабельный кот улыбнулся задорно и весело. Прямо как его сказочный собрат!

Полила Верка цветы, кинула в рюкзак лупу и карту, да пару яблок, пирожок, и носовые платочки, дверь закрыла на замок, а ключ положила под порожек.

Вышла, прикрыла за собой калитку и вздохнула:

«Ну что, Тимофей, пошли, что ли? Надеюсь, в трубе я всё же не застряну…»

Очень уж эта труба Верку и пугала и веселила одновременно.

К счастью, людей в парке было мало. Любители заняться физкультурой с утра уже ушли, дети были в школе да в садике, и потому Верка, оглянувшись украдкой, полезла по ступенькам вверх, туда, откуда дети ныряли в закрученную трубу. А потом вылетали прямо на песок, к ногам родителей.

Дети в трубу лезть не боялись. Наверное Верка, когда была маленькая, тоже мало чего боялась. Но вот сейчас было страшно. Ну вот зачем ей туда лезть? Может, это шутка такая?

Хотя кто мог так подшутить? И главное, как?

Верка заглянула в трубу. И, конечно, кроме круглых жёлтых стен, ничего не увидела.

«Эх, была не была!»

Она опустила в трубу ноги, ноги потянули её вниз, и Верка разжала пальцы, которыми цеплялась за край трубы.

Её понесло вниз, закручивая, поворачивая, и Верка ещё удивилась – а что так долго? Вроде той трубы то от силы два метра….

«Добро пожаловать!» -услышала она, приземляясь на мягкую траву.

И тут же ей на плечи свалилась мягкая, но довольно тяжёлая тушка Тимофея.

«О! И ты тут!» – Чеширский Кот, в полном своём составе, сидел на тропинке и щурил зелёные глаза.

«Ой! А где это мы? И где клад?» – повертела головой Верка.

Чеширский кот засмеялся.

«Чтобы клад найти, надобно инструменты иметь! Да не лопату, и не металлоискатель!»

«А что тогда? – удивилась Верка. – Разве клад не надо выкапывать?»

Чеширский Кот встал, отряхнулся, и пошёл по тропинке:

«Следуйте за мной!» – произнёс он тоном дворецкого.

Верка с Тимофеем переглянулись и пошли следом, рассматривая деревья вокруг. Вроде бы и обыкновенные. Но было в них что-то сказочное. Какое-то величие. Спокойствие, а ещё – тайна…

И даже птичьи трели не нарушали торжественную тишину.

Вскоре тропинка привела путников на небольшую поляну, на которой возвышался старинный деревянный терем в несколько этажей. Настоящий памятник древне-русского зодчества.

«Видишь вон те двери?» – Спросил Чеширский Кот, указывая лапой на терем. – Тебе надо войти в каждую и принести оттуда то, что само в руки прыгнет! Понятно?»

«Что ж непонятного! – кивнула головой Верка. – Войти и взять..»

Она пожала плечами и отправилась выполнять задание, Тимофей пристроился рядом, шёл, важно подняв хвост, как будто уже бывал здесь.

На широкую веранду выходило четыре двери. Присмотревшись, Верка увидела, что каждая из них была украшена своим собственным узором, а среди листьев, цветов и птиц в коронах красовались надписи древне-славянской вязью.

«Я хочу» – прочитала Верка на первой двери и толкнула её. Медленно и безшумно дверь распахнулась и верка шагнула в прохладный полумрак помещения.

Сводчатый потолок, тяжёлый стол со столешницей, вырезанной из цельного куска дерева, старинный же буфет с тёмными стёклами….

А на подоконнике стоял хрустальный флакон с тёмной жидкостью, и свет, проходя через этот флакон, отбрасывал блики на стол и полы.

Верка посмотрела по сторонам. Гобелены на стенах, старинные кинжалы в позолоченных ножнах…

Но внимание всё время возвращалось к этому флакону, или даже небольшому графину с пробкой в форме распускающегося лотоса.

Верка подошла к окну, взяла графинчик в руки и попробовала открыть его. Как бы не так! Сбоку висела тонкая золотая цепочка, соединяющая сам графинчик с пробкой, а с другой стороны – золотой замочек, небольшой, но очень изящной работы.

«Бери его! – сказал Тимофей. -Смотри, как у тебя лицо осветилось от него!»

И правда, солнечные зайчики перебегали туда-сюда по платью Верки, и тогда флакончик был осторожно помещён в рюкзак, а Верка вышла из комнаты, и подошла к следующей двери.

«Я могу» – разобрала она потемневшую надпись и толкнула дверь. Дверь не поддавалась.

«Ну вот ещё! – возмутилась Верка. – Петли кто должен смазывать?»

«Ну не я же!» – заметил издалека Чеширский Кот.

«Можно, я пойду и набью ему его наглую морду?» – спросил Тимофей, топорща усы.

Но Верка опустила ладонь на голову своего товарища и погладила его.

«Нет, но если ты сможешь найти здесь масло, или что-то, чем можно мазать петли, я буду тебе очень благодарна!»

Тимофей муркнул в ответ, и запрыгнул в ближайшее окно через форточку.

Внутри что-то загрохотало, упав, а через какое-то время в окне показался Тимофей и просунул в форточку полную маслёнку, абсолютно новую.

«Вот это ты мне угодил, вот ты молодец, спасибо тебе!» – обрадовалась Верка и быстренько смазала петли у двери.

Подождала некоторое время и опять толкнула дверь. Тяжело, со скрипом, но дверь отворилась и внутри Верка увидела большую уютную спальню. Большая кровать, со взбитой периной, с кружевным подзором, с пирамидой взбитых подушек, укрытой тонкой кисеёй.

Коврик возле кроватки, столик на фигурных ножках, высокий торшер, и старинную книгу с золотым обрезом, в тиснёной кожаной обложке, и.. тоже с золотым замком.

Ни на пузатый комод, ни та такой же пузатый сундук Верка даже внимания не обратила.

Всё её внимание привлекла книга.

Верка вообще любила читать, а старые книги особенно. Красивые картинки. Цветастые фразы, яркие образы, неспешное повествование….

Верка сделала шаг навстречу книге, и книга будто тоже потянулась к ней, и даже вроде бы сделала попытку, открыться, но вот замок…. Замок не позволил ей это сделать.

Верка бережно взяла книгу в руки, протёрла ладонью твёрдую обложку и спрятала книгу в рюкзак со словами:

«Я обязательно найду ключ и открою тебя! И прочитаю!»

И вслед за Тимофеем вышла из комнаты.

На следующей двери надпись была наоборот, светлая. Словно кто-то неоднократно тёр буквы:

«Мне можно».

Верка толкнула дверь и чуть не упала, так легко та распахнулась.

Убранство этой комнаты поражало воображение. Огромная хрустальная люстра над потолком, хрустальные же светильники на стенах, кругом вазы и кувшины, чайные чашки и расписные тарелки – всё из тонкого фарфора, с чудными узорами, изображающими ангелочков, дам в красивых платьях и учтивых кавалеров, ухаживающими за дамами.

А ещё – множество розовых пионов во всевозможных вазах, шёлковая с бахромой, скатерть на столе, персидский ковёр на полу, старинные зеркала в позолоченных рамах, и тонкий аромат очень хорошего чая, который не мог перебить даже запах пионов.

«Ну и что мне здесь брать?» – оглянулась вокруг Верка.

Всё было красивое, дорогое, богатое, роскошное, но без вульгарности и крикливости, наоборот, очень утончённое, что говорило о хорошем вкусе хозяйки.

«Я знаю, что!» – воскликнул Тимофей и указал лапой на красивую шкатулку из тонко пахнущего дерева, с изображением кошки на крышке.

«Ну конечно же, – засмеялась Верка. – Здесь же прямо помешались на золотых замочках!»

Замочек не позволял открыть шкатулку, поэтому, вздохнув, Верка отправила и её в рюкзак.

«Собираю, собираю, – думала она, выходя наружу.– А толку то что? Если я всё равно не могу узнать, что там, внутри?»

Подошла она к четвёртой двери.

Буквы на ней были чёткие, строгие «Я знаю как».

«А вот это уже интересно!» – подумала Верка и толкнула дверь.

За распахнутой дверью оказался учебный класс. Большая чёрная доска. Мел рядом лежит, тряпка, чтобы надписи стирать.

Парта стоит старая, поцарапанная, с откидывающейся крышкой, на скамье – портфель коричневый, с двумя замочками.

А на парке – чернильница-непроливайка и перо гусиное, но сама пишущая часть, как и замочек на чернильнице – золотые.

«Ну, судя по замочку – это то, что мне и нужно!» – решила Верка. Но даже если бы замочка и не было, Верка всё равно взяла бы чернильницу, потому что она была такая красивая! Вслед за чернильницей в рюкзак отправилось перо.

«Ну что, куда дальше?» – Верка спустилась по ступенькам и потянулась с удовольствием.

Вдруг сзади послышались звуки какой-то возни.

Верка оглянулась – и ахнула! Тимофей прижимал лапой к доскам пушисты серый комочек.

«Тиша, фу! – сказала Верка. – Ты же не ешь мышей!»

Но Тимофей не собирался отпускать добычу. Пришлось Верке подойти к нему и, несмотря на сопротивление кота, забрать мышку.

«Спасибо тебе, добрая девушка! – произнесла мышка с достоинством. – За то, что спасла меня от страшных когтей и зубов, я тебе помогу!»

Мышка резво убежала, а Тимофей осуждающе посмотрел на Верку. Та лишь пожала плечами.

Но тут вернулась мышка,, да не одна, а с ней ещё несколько мышей тащили небольшой бархатный мешочек.

«Возьми это! – произнесла мышка. – В дороге тебе это пригодится!»

Верка развязала мешочек и заглянула в него – там лежало много красивых нежно-голубых жемчужин.

«Какая прелесть! – воскликнула Верка. -Спасибо вам, мышки!»

А Чеширский Кот уже поторапливал:

«Хватит там возиться, идти пора! Смотри, Вера, чтобы найти ключи от предметов, которые ты взяла в тереме, нужно сходить на Ту Сторону!»

«На Ту Сторон?»

«Да. Только там ты найдёшь все четыре ключа. Но Та Сторона обманчива, манит, петляет, кружит, усыпляет… Может так заморочить, что и не вернёшься!»

«А как же быть? – растерялась Верка. – Может, совсем не ходить?»

Чеширский кот пожал плечами:

«Твой дело. Но если хочешь жить в изобилии – тогда надо решиться.»

Верка посмотрела на Тимофея. Глаза его горели азартом, он так и рвался на Ту Сторону.

«Ну ладно, пошли уж, чего уж там! – произнесла Верка. – Кстати, а как на Ту Сторону пройти?»

«А вот карта тебе в этом и поможет!» – Чеширский Кот уселся на пушистый зад и принялся умываться.

Пожав плечами Верка достала из рюкзака карту. На ней в одном углу появилась точка, перед ней нарисовалась пунктирная линия, видимо, тропинка, которая подходила к широкой красной извилистой линии с надписью «Р. Смородина», и нарисованным через неё мостиком.

Путь пролегал через лес, чистый и светлый и Верка шла, не ожидая неприятностей. Неприятности, однако, Верку поджидали.

«Стой, кто идёт!» – гаркнули, выскакивая из кустов, два дюжих молодца абсолютно одинаковой наружности.

«Двое из ларца!» – хихикнула Верка, разглядывая их косоворотки в горошек.

«А как ты догадалась? – удивились молодцы. – Ха, ты нас не путай! В смысле, не сбивай с мелодии! То есть, кошелёк или жизнь?»

«Ребят, вы что? Кукуха поехала? – развеселилась Верка. – Вы же помогать должны, а не разбойничать!»

Молодцы переглянулись

«Да некому нам помогать. Сказки давно никто не читает, в сказки никто не верит, мы тут без дела маемся, от безделия уже совсем озверели. Хочешь, порычим?»

«Я вам щас как порычу! – закричал Тимофей, поднимая шерсть на загривке. – Так вы у меня марлезонский балет танцевать начнёте!»

«Тихо, Тиша, тихо! – стала успокаивать кота Верка. – А вы, молодцы, двое из ларца, одинаковых с лица, коли не знаете, чем заняться, так помогите мне на Ту Сторону перебраться!»

«Это мы можем!» – закивали головами браться.

Соединили руки, образуя что-то вроде кресла, посадили туда Верку, кот запрыгнул к Верке на колени, и Двое из Ларца побежали, быстро перебирая обутыми в лапти ногами.

Добежали до моста и остановились.

«Дальше мы идти не можем. Дальше нам путь заказан!»

Верка достала из сумки два яблока и угостила братьев.

«Спасибо, братцы, что помогли дойти.»

Посмотрела на реку. А река огненная, языки пламени вверх поднимаются, основание моста лижут, и запах над рекой поднимается… Не запах, скажем прямо, а вонь!

«Фу-фу, – зафыркал кот. – Разве ж такую реку можно перейти?»

«Мост то горячий, наверное, – задумчиво произнесла Верка. – Двое из ларца, одинаковых с лица, знаете, кто мне сможет помочь через реку перебраться?»

Но братья лишь пожали могучими плечами.

«Вот если бы воды найти где-нибудь… Чтобы на мост полить, и остудить его….» – размечталась Верка.

«Так есть вода! В колодце! – обрадовались Двое из Ларца. – Там мы же мигом!»

Исчезли, и мгновенье назад появились, неся в каждой руке по большой деревянной бадье, полной воды. Плеснули водой на мост, вода зашипела, а Верка крикнула уже на бегу «Спасибо!» и быстро помчалась по мосту на Ту Сторону.

Тимофей успел уцепиться за рюкзак и тоже оказался на Той Стороне.

Верка достала карту.

«Вот видишь, она показывает дорогу!» – ткнула она карту в морду коту. Тот недовольно отвернулся и буркнул: «Надо бы дорогу как-то пометить, чтобы потом вернуться сюда.»

«Зачем? У нас же карта есть*» – отмахнулась Верка.

«Сказано же, что Та Сторона, в смысле эта уже, морочит. Так что она и карту может заморочить!» – не сдавался кот.

«Да я не против, – протянула Верка. – Но чем же ты мне предлагаешь дорогу помечать? Ни мела, ни чего другого у меня нет!»

«У меня есть! – кот протянул Верке моток красивой мерцающей пряжи. – Там, в тереме приглянулась…»

Верка усмехнулась. Но не стала кота ругать, ведь и правда, очень этот моток ниток пригодился!

Привязала Верка кончик ниточки а перилам моста, и пошла по дороге, которая так и петляла туда-сюда, так и норовила раздвоиться, растроиться….

Но карта всё время высвечивала нужный поворот, и Верка уверенно шла вперёд среди высоких голых скал и камней.

А потом она увидела дворец и обрадовалась.

«О! Смотри, Тимофей, и тут люди живут!»

Дворец окружал пересохший ров, через который был перекинут рассохшийся мост на ржавых цепях.

Перейдя через ров, Верка оказалась во дворе. Серо, пусто, пыльно.

«Да, давненько здесь дождя не было!»

Верка толкнула высокую дверь и вошла в большой пустой зал. На окнах стояли горшки с пересохшей землёй и давно засохшими цветами.

По углам висели обрывки паутины и бегало много златоглазых паучков.

А в дальнем конце зала стоял высоченный трон, на котором сидел Кащей Безсмертный и сам с собой играл в шахматы.

«Здравствуйте. Ваше Безсмертие! – поздоровалась Верка. – Как поживаете?»

Кащей поднял на Верку покрасневшие глаза:

«Хреново!»

Верка опешила:

«А что так?»

«Представляешь, третий год играю, и никак не могу выиграть!»

«А с кем же Вы играете, Ваше Безсмертие?» – осторожно спросил Тимофей, незаметно оглядываясь по сторонам.

«С кем с кем… С собой, разумеется! – недовольно пробурчал Кащей. – Или ты ещё кого тут видишь?»

«Не, никого не вижу…. – А выиграть по почему не можете?»

«Да потому что я самый лучший игрок в шахматы! У меня супер-пупер гроссмейстерство самой наивысшей категории!» – похвастался Кащей.

«Я что-то не пойму, простите мне моё незнание, Ваше Безсмертие, – присела в реверансе Верка. – Но почему Вы всё же выиграть не сможете?»

«Потому что я играю сам с собой! – рявкнул Кащей. – Как же я могу выиграть у себя, самого лучшего игрока в мире?»

Кот задумчиво почесал задней лапой ухо. Кащей покосился на него и завистливо вздохнул.

«Я вот так не умею….»

Он тяжело поднялся с трона, заскрипев всеми суставами сразу: «Ты глянь, как я засиделся, однако!», уселся на пол и задрал ногу. Но у него так и не получилось не только за ухом ею почесать, на даже и к голове приблизить.

«Надул! Самым безсовестным образом надул! – и увидев вопросительные взгляды Верки и Тимофея, пояснил: – Да были у меня в гостях йоги как-то…. Тур у них тут был какой-то, в гости зашли, с три короба наобещали, сказали, что если буду заниматься регулярно и только сырой едой питаться, то смогу в узел завязаться….

Да и бог с ними, с йогами. Ты чего пришла-то?»

«Да вот, ключик мне нужен от замка золотого.»

«Ключик? Дам тебе ключик, если подскажешь, как мне партию закончить, но при этом не проиграть?»

«А Вы какими играете? Белыми или чёрными?» – просила Верка, которая про шахматы знала только, что у них есть пешка, король, и королева. Ещё конь и башенка.

«Когда я сижу здесь, – показал Кащей на трон, – Я играю белыми. А когда сажусь в кресло – то играю чёрными. Теперь понимаешь, что я не могу проиграть? Мне обязательно надо выиграть! А иначе окажется, что я не самый лучший игрок в мире?»

«Нда, задача….» – задумалась Верка.

«Ну насколько я знаю, – промурлыкал Тимофей. – То ни один даже самый лучший игрок не будет недоволен, если игра закончится вничью… Это же не поражение…»

«Что? – удивился Кащей. – Ничья? Как я до этого раньше не додумался?»

Он радостно захлопал в ладоши и весело запрыгал по залу – видимо, танец такой у него был, в стиле папуасов племени мумба-юмба.

Затем схватил Верку за руку и потащил во двор.

«Я ключ к шкатулку положил! – объяснил он. – А шкатулку в колодец бросил. Сейчас вытащу!»

Заскрипел ржавый колодезный ворот, загремела, наворачиваясь цепь, и из глубины колодца медленно показалось большое деревянное ведро, в котором, обнимая лапами шкатулку, сидела и сонно хлопала глазами, большая зелёная жаба.

«А я всё думал, куда ты подевалась, – задумчиво произнёс Кащей. – То-то дождя долго нет!»

Жаба выбралась из ведра, протянула удивлённой Верке шкатулку, потянулась и громко квакнула. И тотчас же над замком стали собираться тучи, загремел гром, мелькнула молния….И начался ливень! Да какой! Как будто водопад с неба на землю лился!

А Верка с Тимофеем сидели около камина в замке, и слушали рассказы Кащея о всяких шахматных турнирах, в которых он участвовал и, конечно, побеждал.