Текст книги "Сказки Надивы – 4. Добрая судьба. Сборник психологических сказок"

А потом, когда дождь перестал, Кащей дал Верке бархатный кошель, полный старинных золотых монет с изображениями различных королей и королев, и Верка, положив в рюкзак и кошель, и золотой ключик, поблагодарила хозяина замка и оправилась дальше.

«Заходи, если что, в шахматы научу играть!» – уже вдогонку крикнул Кащей, и Верка с Тимофеем согласно кивнули головами.

Дорога опять петляла, расходилась на разные ветки, возвращалась обратно, и хорошо, что карта показывала, куда надо идти.

И вот опять, пройдя между двух больших камней, тропинка вильнула и привела Верку к пещере.

Верка увидела надпись на коврике у входа «Добро пожаловать», осторожно вытерла ноги и вошла внутрь.

Вопреки ожиданию, внутри было темно и холодно.

«Есть кто живой?» – крикнула она.

«Есть!» – грустно ответило сразу три голоса.

«А свет у вас что, не работает? Чего в темноте сидите?»

В пещере кто-то завозился, и Верка попятилась. Она пятилась из пещеры, назад, на свет божий, а на неё надвигалась гора.

Когда Верка выскочила наружу, следом за ней грузно выползло большое чудовище – худое, серое, покрытое какими-то с струпьями…. Ещё и с тремя головами.

Причём головы были женские. И у одной головы было две косы золотистого цвета, у другой – вниз спускались рыжие кудри, а третья перекинула вперёд толстую почти чёрную косу. Верка даже позавидовала – у нейё самой такого богатства на голове не было.

Головы по очереди кашляли, и их ртов вырывались слабенькие облачка пара.

«Тут же вроде Змей Горыныч жить должен… – растеряно сказала Верка. – Вот тут на карте написано – «Пещера Змея Горыныча.»

«Это папенька мой. Он мне пещеру подарил, – скромно потупили глазки все три головы. – А меня зовут Алла-Мария-Розамунда Филипповна Горынычева.»

«Очень приятно! – Верка присела к реверансе. – Вера.»

«Взаимно, Вера,» – И Алла-Мария-Розамунда Филипповна опять закашляла.

«Да что ж такое! – всплеснула руками Верка. – Тебе же лечиться надо! Пить чай с травками!»

«Чтобы пить чай с травками, надо разжечь камин! А я простыла. И у меня огонь иссяк! Нечем ни чай подогреть, ни фонари зажечь!» – грустно произнесла хозяйка пещеры.

«А спички есть?» – спросил Тимофей. Он тоже немного продрог и с удовольствием бы полежал около огня.

«Откуда? – Удивилась дочь Горыныча. – Я никогда ими не пользовалась. Дыхнула огнём – и дрова загорелись. А вот теперь…»

Верка посмотрела по сторонам. Заметила в отдалении кучку веточек, Достала из рюкзачка лупу (зря она её, что ли таскает?) и вертела лупу до тих пор, пока не поймала луч солнца. Несколько долгих минут – и вот уже над веточками поднялся дымок, пробежали по веточкам лёгкие лепестки огонька…. Верка сгребла горящие веточки и осторожно отнесла в пещеру, положила в очаг, где уже лежали дрова, и вскоре в очаге гудело ровное пламя, и посвистывал чайник, и пахло травяным чаем и лежали на тарелке пирожки, прихваченные из дома.

Алла-Мария-Розамунда, выкупанная Веркой, причёсанная, напившись чаю, разлеглась на своём ложе, а Верка старательно заматывала её длинные шеи в разноцветные шарфы, невесть откуда взявшиеся в пещере.

Разомлевшая Филипповна щурила глаза с вертикальными зрачками и довольно булькала:

«Так зачем ты вообще ко мне пришла, Вера?»

«Ключ мне нужен. Золотой. Вот у Кащея была, один ключ получила, хожу, собираю остальные.»

«Ах, ключ! – вздохнула облегчённо Алла-Мария-Розамунда. – Так он в соседней пещере лежит! Ты как зайдёшь в неё, так сразу слева стол стоит, на столе шкатулка, а в шкатулке – ключик золотой. Возьми его и иди сюда.»

Верка зажгла факел от огня в очаге и пошла в другую пещеру, расположенную в глубине горы. Зашла – а там богатства видимо-невидимо! Сплошь всё золото, да камни самоцветные, шелка, да бархат, да украшения различные, и оружие дорогое, и ковры персидские, и шали кашемировые….

Разгорелись глаза у Верки, вот бы себе взять что-нибудь! Да только негоже доверие хозяйки не оправдать!

Потому вздохнула Верка, корону на голову примерила, в зеркало глянула, да и обратно всё положила. К Филипповне вернулась.

А та лежит, улыбается всеми тремя пастями, и уже небольшие язычки пламени у неё меж зубов проскакивают.

Увидела Алла-Мария-Розамунда трёхглавая Верку, и протянула ей шкатулку деревянную.

«Бери, это тебе за то, что и огонь разожгла, и искупала меня, и чаем с пирожками напоила. А коли будет у тебя ещё надобность в чём-то – приходи, всегда тебе рада буду!»

Тимофей, которой до этого сладко спал, свернувшись на огромном пузе Горынычевой дочери, спрыгнул на пол и как ни в чём не бывало, пошёл прочь из пещеры, гордо подняв хвост.

Верка обняла по очереди каждую голову Аллы-Марии-Розамунды, поблагодарила её, и тоже вышла из пещеры.

Посмотрела на карту и пошла, как там и было начертано, прямо на восток.

По жёлтой каменистой дороге, по бокам которой высились большие камни из ракушечника и песчаника, поднимались вверх холмы, изредка поросшие деревьями с жёлтыми сухими листьями,, да чахлыми кустарниками.

«Похоже, что здесь тоже дождь не помешал бы, – задумчиво протянула Верка. – А то впечатление, что ливень пролился только над Кащеевым царством. Кстати, карта показывает, что мы вступили во владения Великого Полоза.

За очередным поворотом их ожидала ещё одна встреча.

Огромный блестящий змей, яростно бил по земле хвостом пытаясь скинуть с себя что-то похожее одновременно на парчу и кольчугу.

Увидел Верку, замершую с открытым ртом, повернул к ней косматую голову и басом сердито сказал:

«Что стоишь, глазами хлопаешь? Лучше помоги мне!»

«А что делать?» – пискнула Верка испуганно.

«Тяни кожу с хвоста! Видишь, линяю я! А старая кожа что-то с трудом сходит! Потяни её оттуда!»

Верка и Тимофей подбежали к длинному хвосту, и потянули на себя нечто, напоминающее на ощупь шторы, расшитые крупными тяжёлыми пайетками. Вот только присмотревшись, Верка увидела, что пайетки те были из золота, серебра, платины…..

Дёрнули все вместе в последний раз – и «занавес», звеня, упал к ногам Верки.

«Ну как я, хорош?» – повернулся к ней довольный змей. – Как моя новая кожа, сияет?»

«Сияет, – согласилась Верка. – Аж слепит немного!»

«Вот осталось только ещё подстричься… Да рук у меня нет,» – печально вздохнул змей.

«Это же ты Великий Полоз? – осторожно уточнила Верка. И получив утвердительный ответ, продолжила: – Мне нужен золотой ключик. Он же у тебя?»

«Ну у меня. В пещере. Я же не ношу его с собой!»

«И далеко твоя пещера?»

Полоз махнул хвостом в сторону::

«Не очень. Я поползу вперёд, чтобы, как порядочный хозяин, встретить гостей, а вы следом идите. Но сильно не торопитесь.»

«Да мы и не торопится сильно, – немного оторопела Верка. – Правда, Тимофей?»

«Странный он какой-то» – почесал Тимофей за ухом.

А Полоз подхватил старую кожу, и звеня золотой чешуёй, умчался вперёд.

Верка с котом двинулись следом.

Из пещеры вкусно пахло. У входа был постелен коврик, стояла красивая напольная ваза с цветами, и в самой пещере было тепло, светло, на полу лежал большой пушистый ковёр, стоял стол, заставленный тарелками и мисками, полными всякой едой.

А у стола стоял потрясающе красивый мужчина. Если только не брать в расчёт, что его давно пора было хоть немного подстричь.

«А где Великий Полоз? – зайдя в пещеру, спросила Верка. – Или мы не туда попали?»

«Туда, туда! – рассмеялся мужчина. – Я и есть Великий Полоз. В своей пещере я могу принимать облик человека, а покидая её пределы – становлюсь змеем. Так что проходите и присаживайтесь к столу. Проголодались, наверное, с дороги?»

Тимофей вперёд Верки побежал к угощению. Взобрался на стул и с умным видом уставился на горку жареной рыбы.

«Послушай, Великий Полоз! – сказала Верка. —Ты там, на улице, говорил что-то о причёске. Давай я тебя подстригу?»

«О, это я с удовольствием! – обрадовался Великий Полоз. – Давно хотел!»

Принёс золотые ножницы и золотую расчёску. И пока Тимофей поглощал угощение, Верка привела в порядок шевелюру хозяина пещеры..

Подстриженный и причёсанный, мужчина стал ещё красивее.

Ещё и эта белая льняная рубашка, подхваченная широким кушаком, подчёркивающим талию.

Верка вздохнула.

А гость помог усесться Верке за стол, и всячески ухаживал за ней, потчевал, подвигал то одно блюдо, то другое.

Верка даже глазки начала ему строить и флиртовать. Но всё же трапеза подошла к концу и Верка почувствовала, что сыта и больше в неё ничего не влезет.

«Полоз, а Полоз! – сказала она. – В гостях у тебя хорошо, конечно, но я пришла то сюда за ключом!»

«Каким ключом?» – удивился Великий Полоз.

«За золотым ключиком. Два у меня уже есть, ещё два надо найти.»

«У меня только один. Был..»

«Как был? А куда делся?» – испугалась Верка.

«В щель упал. И достать я его не смог. Потому что он упал снаружи пещеры, а там я без рук.»

И Великий Полоз показал Верке, где именно упал ключик. Он свалился в щель между камнями, и отодвинуть камни не было никакой возможности.

Верка достала лупу и стала рассматривать трещины. В одной из них что-то тускло блестело, и Верка засунула туда руку. С трудом нащупала маленькое колечко, за которое и вытащила ключик.

«Ура! – громко закричал Тимофей. – Получилось!»

Полоз выглянул из пещеры;

«Нашла! Вот здорово! А я тебе подарок приготовил!» – и он протянул Верке большой кусок своей старой кожи, с которой, звеня свисали золотые, серебряные, платиновые монеты.

«В кошельке, сшитом из этой кожи, никогда не переводятся деньги. Хоть одна монетка, но всегда будет!» – произнёс он, улыбаясь, и Верка тоже улыбнулась, принимая подарок.

«Заходи, если будешь в наших краях, – сказал Великий Полоз на прощание. – Я тебе всегда рад. А тебе, усатый, я в следующий раз рыбы побольше приготовлю!»

Поблагодарила Верка Великого Полоза за угощение. За подарок, и отправилась в путь.

Следующей на карте была страна фей. На карте она была изображена расположенной среди цветущих садов, просторных лугов со множеством рек и озёр.

Но сколько Верка с Тимофеем не шли, нигде ничего не цвело. А тут ещё и клубочек пряжи, становясь всё меньше и меньше, вконец исчез и кончик ниточки выскользнул из руки Верки и упал на дорогу.

«И что теперь будем делать?» – уставился на ниточку кот.

«А что ты предлагаешь? У нас больше ничего нет,» – развела руками Верка.

«Надо чем-то дорогу помечать!» – Тимофей уселся на хвост и всем своим видом показал., что он дальше и с места не сдвинется, пока не будет найдено решение проблемы.

Верка демонстративно пошарила в рюкзаке:

«Вот, видишь? Только мешочек с жемчугом, кошелёк от Кащея, шкатулка от Аллы-Марии-Розамунды Горыновны, тьфу ты, Филипповны. И лоскут кожи для кошелька.»

«Придётся чем-то пожертвовать! – вынес вердикт кот. – Давай хоть жемчужинки кидай на дорогу, по ним потом вернёмся!»

«Ты что? Жемчуг в пыль кидать? Он же испортится!»

«А иначе мы тут испортимся. Потому что назад вернуться не сможем,» – мрачно проговорил кот, недобро смотря на Верку.

Верка вздохнула. Заблудиться тут ей не хотелось, но и жемчуг было жаль. Чуть ли не плача, достала она мешочек с мышкиным подарком, и тут её осенило:

«Тимофей! Смотри, а мешочек то не сшит из бархата, как я думала, а связан из лохматой ниточки! Ну какие рукодельницы его связали! Так плотно, петелька к петельке., что сразу и не понять, сшит он или связан!»

«И чем это тебе поможет?» – скептически сощурился кот.

«А тем, – сказала Верка, высыпая жемчужины из мешочка в карман рюкзака.. – Что я сейчас аккуратненько распущу этот кошелёк, и смотаю в другой клубочек. Понял?»

Пришлось, конечно, повозиться, пока нашёлся краешек нити. Спасибо Тимофею, подцепил острым когтем ниточку раз, другой, и распутался узелок, что мастерица неведомая в конце работы завязала.

А дальше дело пошло быстрее. Распускался кошелёк, тянулась ниточка, сматывался клубочек…

«Вот и готово, можно идти дальше!» – Верка отряхнула платье, подхватила рюкзак и зашагала по дороге дальше, в поисках фей.

Спустя какое-то время в том месте, на карте обозначенное как Дивный Сад, а на самом деле – пустошь, на которой стояло несколько чахных, скукоженных деревьев, Верка наконец-то увидела фей.

Худые бледные создания с поникшими крылышками и спутанными волосами сидели кто на ветках деревьев, кто под деревьями, на пожухлой траве… И что-то уныло пели.

Увидев Верку, они защебетали, затрепетали крыльями, намереваясь, по всей вероятности, взлететь, но то ли сил у них не хватало, то ли погода была не лётная, однако малютки так и не смогли подняться в воздух.

«А что тут у вас происходит? – спросила Верка, приседая на корточки перед маленькими созданиями. – А где ваши сады и озёра?»

Феечки запричитали, защебетали, зарыдали…. С трудом Верке удалось понять, что очень давно не было дождей, все реки и озёра высохли, вся растительность погибла, и вот теперь пришёл их, феечек, черёд…

«И что, вам никак нельзя помочь?» – спросила Верка, вспоминая дождь в Кащеевом царстве.

«Можно! Можно! Нужно произнести заклинание дождя, стоя всем вместе в круге, и похлопать в ладоши! Но мы забыли его! У нас всегда была хорошая погода, и дождь лил каждую неделю по ночам, и мы очень, очень давно не произносили его и забыли! Ааааа!» – и феи снова зарыдали.

«Может, кто-нибудь его помнит? Или оно где-нибудь записано?» – спросила Верка, морщась от шума.

«Записано! Записано! – защебетали Феи. – Но мы читать не умеем!»

«Ну так несите ваши записи сюда, я то читать умею!» – сказала Верка.

Обрадованные феечки наперегонки побежали куда-то, а потом такой же толпой вернулись обратно и вручили Верке небольшую книжицу размером со спичечный коробок.

Верка раскрыла книжку, и удивилась – буквы были такие маленькие, как маковое зёрнышко! Как же их читать, такие крохотные? А, ну да, книжка ведь писалась для маленького народца, для феечек!

И вот они стоят вокруг Верки и с надеждой взирают на неё, а она ни одной буквы разобрать не может!

Были бы у неё очки!

И тут Верка вспомнила про содержимое рюкзака.. Шустро залезла в рюкзак и извлекла на свет лупу.

И уже с помощью её смогла прочитать книгу. Заклинаний там было много, но Верка легко нашла нужное – для вызывания дождя.

«Становитесь все в круг и повторяйте за мной! – сказала она.

Ждёт земля давно дождя.

Ждут и реки, и леса.

Пересохшие озёра

Всё надеются, что скоро

Разверзятся небеса,

Щедро дождь пойдёт тогда.

Ветер, пригони ж нам тучу,

Или пять, что ещё лучше!

Тучи, полные дождём,

Мы все дождик очень ждём!

Ждут и травы и цветы,

Ждут деревья, ждут кусты!

Дождик, дождик, приходи!

Дай напиться всем нам ты!

Пусть наполнятся озёра,

Реки тоже станут полны!

Новая взойдёт трава.

Крепкие мои слова!

Я хочу, могу и знаю!

Имею я на это право!»

Феечки с радостью повторяли слова заклинания, хлопали в ладоши, смеялись. И не заметили, как над ними сгустились тучи, потемнело небо, и спустя какое-то время начался дождь. А потом он перешёл в ливень.

Верка вместе с Тимофеем сидела в дупле большого дерева, вокруг притулились щебечущие феечки, они весело болтали ножками, трепыхали блестящими крылышками, причёсывали мокрые волосы и без конца благодарили Верку.

А потом, о чём-то посовещавшись, спросили:

«А почему ты себя называешь Веркой?»

Верка задумалась

«Не знаю. С детства так привыкла.»

«Ну какая ты Верка! Ты же Вера! Слышишь, как красиво звучит?»

Вера прислушалась. И правда. Красиво!

Она засмеялась от счастья, вдруг нахлынувшего на неё.

«А ведь и правда. Вера звучит гораздо красивее и сильнее!» – воскликнула она.

Откуда-то из глубины дупла раздался сдавленный голос Тимофея, оккупированного весёлыми феечками:

«А я всегда утверждал, что тебе больше идёт Вера!»

«Всё хорошо! Но дождь, похоже, зарядил надолго, а мне домой надо идти! Как же быть?» – задумалась Вера.

И тут одна из феечек протянула Вере золотой ключик и золотой (в смысле, золотистого цвета) зонтик.

«Мы знаем, что ты сюда пришла за ключиком. А вот тебе и зонтик в благодарность! Под этим зонтом всегда будет сухо, тепло и комфортно! И дорога тоже будет сухой и удобной!»

«О! Какие подарки! – обрадовалась Верка. – Спасибо вам огромное!»

«Это тебе спасибо! Приходи ещё!» – пели дружно феечки и всё тискали Тимофея. Не хотели его отпускать.

Но кот таки выбрался из дупла и тут же пристроился к Вере под зонтик.

Вера помахала феечкам, поблагодарила, и пошла обратно.

И хорошо, что она всё-таки ниточку оставила! Потому что карта перестала что-либо показывать, дождь размывал все дороги и тропинки, и лишь там, где шла Вера, становилось на время сухо, и тогда ярко блестела ниточка-путеводитель.

Вот так, ориентируясь на ниточку, и дошла Вера до моста через огненную реку. А там тоже шёл дождь! И над мостом поднимался пар.

И Вера, подхватив кота, безбоязненно ступила на мост и быстренько перебралась через реку Смородину на свою, Эту Сторону. Оглянулась – и увидела, что от самого моста идёт по Той Стороне широкая утоптанная тропинка. И никакой дождь ей не страшен.

«Ну как, добыла ключи?» – спросил Чеширский Кот, появляясь из кустов.

«Добыла! В рюкзаке лежат!» – похвасталась Вера.

«Тогда можешь возвращаться домой!» – разрешил Чеширский Кот.

«Что, опять в трубу лезть?» – успела испугаться Вера, но Кот дунул на неё, и Вера моргнула, и тут же оказалась дома.

А Тимофей сидел напротив неё и пытался что-то сказать, но вместо этого из его рта раздавалось только «Мяуверь, мяуверь?»

Вера, засмеялась, погладила Тимофея между ушами и вытряхнула содержимое рюкзака на стол.

Покатились в разные стороны жемчужины, Вера успела вовремя подставить руки, поймать их.

Со стуком вывалились шкатулки, кошелёк, графинчик, лупа, шмякнулся полозов подарок. Зазвенели, выпадая, золотые ключики. Только книга не выпала, Вера её достала отдельно и аккуратно положила среди других вещей. И графинчик поставила красиво, вверх пробкой-лотовом.

Сгребла Вера все ключики и стала рассматривать их. Хороший мастер их изготовил, но пришлось повозиться. Пока она нашла, какой ключ от какого замочка!

Но это было и не трудно. Потому что результат того стоил.

Сначала Вера отомкнула графинчик. Откинула в сторону пробку, и цветок повис на золотой цепочке.

А Вера только вдохнула, ощутила запах, что из графинчика поднимался, и тот час же ей захотелось жить, смеяться, танцевать, радоваться, любить, дарить и принимать, желать….

И расцвела на лице у Веры улыбка.

И с этой улыбкой Вера отомкнула замок на большой старинной книге и распахнула её.

Это оказалась книга сказок, с красочными иллюстрациями, с яркими заглавными буквами, написанными старинной вязью, и в каждой сказке герой или героиня легко справлялся со всеми сказочными заданиями, и Вера тоже почувствовала в себе силу, что да, она тоже может справиться со всем, что ей жизнь подкинет.

И справится легко, изящно, а если нет – то всегда у неё найдутся помощники и друзья.

Почувствовав, как расправляются плечи и выпрямляется спина, Вера открыла третий замочек, на деревянной шкатулке и достала оттуда тугой свиток, перевитый верёвкой, и с большой сургучной печатью.

С трепетом разрезала верёвку, удерживающую печать, осторожно развернула свиток, и прочла:

«Разрешение!»

«Хм… Слышишь, Тимофей, что написано?»

Тимофей только щурил глаза, да подрагивал кончик его хвоста.

«Данное разрешение подтверждает, что обладательница оного имеет право получать легко, постоянно и в больших количествах денежные средства, а также хранить их, и распоряжаться ими по своему усмотрению.

Обладательница данного разрешения имеет право на премии, выигрыши, подарки, и прочие способы получения материальных благ.

Обладательнице данного разрешения позволено жить в богатстве и изобилии, применять свои знания, умения, опыт, широту души, возможности ума, доброту сердца и прочие таланты и способности.

Обладательнице данного разрешения позволено находить клады, тайники, просто деньги на улице, в доме. Во дворе. В поле. В лесу. В горах и прочих местах.

Обладательнице данного разрешения позволено исполнять свои желания и мечты, как крупные, так и мелкие.

Сие разрешение дано Вере просто по праву рождения отныне и присно и во веки веков. Да будет ТАК!»

Верка прочитала всё это и медленно опустилась на стул. Да и то, едва не промахнулась. Хорошо, что Тимофей вовремя увидел, что попа Веры грозится оказаться на полу, и вовремя подвинул под неё стул.

«Вот это разрешение! Вот это да!» – Вера никак не могла прийти в себя от восхищения.

Но потом вспомнила о последнем, четвёртом предмете.

«Так. Здесь же чернильница где-то была, и ручка-перо к ней! Ага, вот они! Интересно, а там что?»

Сначала Верка увидела лишь обыкновенные чернила.

«Ну и что тут необычного? Что тут волшебного?»

Она нехотя макнула перо в чернильницу, и занесла руку над бумагой.

А потом рука сама, как будто кто-то ею водил, вывела на листе каллиграфическим почерком:

«Чтобы упорядочить мысли, нужно их записать на бумагу. Разговаривая таким образом с собой, можно придумать новые пути решения задач, новые тропы, по которым предстоит пройти. Новые шаги, которые предстоит сделать.

И, конечно же, записывать всё, что изучаешь. Чтобы осталось в памяти надолго.»

«Это я, что ли, написала?» – Вера отложила перо в сторону и посмотрела на Тимофея. Тот согласно кивнул головой.

«Ну и ну!» – Вера подхватила перо и легко нарисовала им в воздухе сердечко.

Сердечко засветилось, засияло и Вера засмеялась.

И с тех пор….

Да-да, с тех самых пор, жизнь Веры изменилась.

Во-первых, не только она сама, но и окружающие стали называть её уважительно Вера.

Во-вторых, появился в ней какой-то свет, и одновременно уверенность. Осанка улучшилась, улыбка не сходит с губ, а движения плавные и мягкие.

И при этом у Веры постоянно находится, чем заняться. Да не просто хлопоты пустые, или суета по дому.

Нет, к Вере стали приходить люди за помощью. Тоже, видимо, захотели ходить ровно и улыбаться.

А Вере что, и не жалко, помогает она и своим друзьям-знакомым, и не знакомым тоже. Только строго следит за тем, чтобы время оставалось и в саду повозиться, и с котом поиграть. Да и просто в парк сходить, на тренажёрах позаниматься, а то и в бассейне поплавать

Потому что появились у Веры средства и на то, и на другое.

А ещё у Веры дом теперь новый, с верандой и вторым этажом. И растут там цветы, и Вера этому радуется!

Когда начинаются неприятности, открывает Вера зонт, что ей феечки подарили, и сразу же все неприятности остаются в стороне, а к Вере наоборот, только благоприятные события приходят.

А ещё кошелёк она себе сшила, в котором всегда есть деньги. И это Веру очень радует.

А уж если ей на что-то средства понадобятся в большом количестве, то она знает, где их можно добыть, и время от времени навещает своих друзей на Той Стороне, и всегда возвращается с подарками!