Текст книги "Выбор наследника"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vybor-naslednika-48937.jpg)
Автор книги: Галина Романова
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Вина, – коротко бросила его дочь, принимаясь рыться в саквояже.
Сэр Ройдар сорвался с места и недолго думая выхватил недопитый бокал из рук старшего дознавателя. Исмираль поблагодарила кивком головы, откупоривая пузырек с каплями.
– Ну как, дядюшка? – поинтересовался Кейтор.
– Не дождетесь, – прошептал лорд Даральд, вслепую протягивая к дочери руку. Та вложила в нее бокал, и лорд-некромант залпом выпил смешанное с вином лекарство. Глаза его открылись, взгляд прояснился.
– Он будет жить?
– Еще лет пятьдесят, если ничего не случится. Хотя кое-кто сделал почти все, чтобы этого не произошло… Милорд, – Даральд скосил глаза на Веймара, – что вы выяснили по этому делу?
– Ну, – старший дознаватель сразу понял, что интересует лорда-некроманта, – удар был нанесен колюще-режущим предметом, судя по всему кинжалом, в область сердца…
– Именно, что в область сердца, – поморщился лорд Даральд, жестом показывая дочери, что нужно налить еще вина, – а именно в левое легкое. Судя по всему, убийца стоял совсем близко от жертвы, практически вплотную, справа от принца…
– Это как? Вот так?
Сэр Ройдар не успел и трепыхнуться, как его неугомонное величество буквально повис на нем, одной рукой обхватив шею, а другой обозначая удар в грудь.
– Именно! Остается только удивляться, как в таком состоянии он умудрился промахнуться и не попасть в сердце! А так кинжал лишь распорол легкое, что тоже опасно для жизни, но несмертельно…
– Как – несмертельно? – всплеснул руками король, при этом едва не придушив графа, на котором до сих пор почти висел. – Значит, мой сын…
– Ваше величество, – поскольку его дочь стояла столбом, лорд Даральд сам потянулся налить себе вина, – смерть может наступить от нескольких причин. И удар в сердце – лишь одна из них. Принц должен был умереть от потери крови. Его спасло то, что в момент удара он был мертвецки пьян и не стал метаться туда-сюда и закатывать истерику, что усилило бы сердцебиение и участило пульс. Ваш сын просто-напросто заснул, а во сне все жизненные процессы замедляются. Так что его спасло его опьянение, железное здоровье…
– И родственник-некромант, – мрачно пошутил король.
Веймар не принимал участия в дискуссии – все это время старший дознаватель что-то подсчитывал на пальцах, прикидывая так и эдак, и несколько раз для пробы взмахнул рукой.
– Ничего не понимаю, – признался он наконец. – С такого расстояния Карадор не должен был промахнуться!
– Вей, а как насчет состояния? Если он тоже того… ну выпил? – развернулся к нему Кейтор. – Да и не верю я, что это сделал эльф!
Прижавшись к дереву, он смотрел, как работает следственная бригада. Несколько человек ходили вокруг места, на котором некоторое время назад обнаружили окровавленное тело без признаков жизни. Брызжущий энергией седоголовый толстяк сам едва ли не на четвереньках ползал по примятой траве, отдавал какие-то приказы, а потом начинал что-то строчить вкривь и вкось на бумажке, пристроенной на колено.
На Фрозинтара, стоявшего буквально в десяти шагах от места происшествия, никто не обращал внимания. Наемник, если надо для дела, мог легко становиться невидимым и незаметным. Вот и сейчас он, поигрывая своим кинжалом, совершенно спокойно наблюдал за людьми, оставаясь на месте до тех пор, пока следственная бригада не закончила свои дела и не покинула бывшую Аллею света. Только тогда он отлепился от дерева и спокойно зашагал прочь. Он сделал только полдела, его собственная роль в этой истории еще не была сыграна, и требовалось занять место, чтобы не пропустить свой выход.
…А когда дело будет сделано, он сможет уйти на покой!
Дом Ящера – так назывались монастырь и храмовая школа при нем – просыпался рано, но Келлегор все равно вскочил задолго до побудки.
Собственно, он не спал практически всю ночь. Сначала долго ворочался на узкой жесткой койке, потом несколько раз засыпал, но пробуждался буквально через четверть часа и снова долго лежал, уставившись взглядом в потолок. В конце концов, не выдержав, подросток вскочил и, одевшись, стал мерить шагами узкую келью.
Последние полгода старший сын лорда Даральда делль Орш, Келлегор-полукровка, прожил в Доме Ящера при храме Разрушителя, стажируясь для того, чтобы по окончании этого срока ему разрешили заниматься на территории Великой Паннории целительством и некромантией. Даральд сам обучал сына основам своего ремесла, но некоторые знания можно было приобрести только здесь. И именно в Доме Ящера он должен был получить сертификат, подтверждающий право называться врачом.
Восемь лет Келлегор прожил в Великой Паннории вместе со своим отцом-человеком и его семьей. Сначала было трудно – делла Хельга делль Орш, жена отца, не хотела признавать внебрачного сына своего мужа, ведь по законам Радужного Архипелага именно на матери Келлегора и должен был жениться Даральд. Из-за этого мальчишки она чуть было не потеряла мужа. Лишь искренняя любовь юного полукровки к новой родне помогла растопить начавший намерзать ледок. Сама делла Хельга все-таки не смогла всерьез привязаться к нему, но ее дети с радостью приняли нового брата.
Несмотря на возраст (свой тридцать третий день рождения Келлегор отметил в этих стенах), никто бы не дал ему больше пятнадцати. Внешне подросток был типичным эльфом – разве что с темными волосами и темно-карими глазами, что большая редкость для обычно зеленоглазых полукровок. Когда он был совсем маленьким, его глаза имели другой цвет, черный, но несколько раз менялись, пока не определились с цветом окончательно. Как ни странно, темные волосы и глаза очень ему шли. Подросток был настолько красив, что в храме ему уже несколько раз приходилось обороняться от посягательств других «ящеров» – Разрушитель поощрял в своих последователях однополую любовь. Спасало еще и то, что он являлся стажером и однажды должен был покинуть храм навсегда.
Он же являлся единственным стажером в Доме Ящера, не брившим череп, как того требовали обычаи, – родственные связи с династией Паннорской и эльфийская кровь в жилах давали ему такое преимущество. Но в остальном Келлегор подчинялся строгому уставу Дома. Ему предстояло прожить здесь еще полтора месяца, пока не сдаст экзамены. Лишь сегодняшний день должен был стать исключением из правила – день помолвки его младшей сестры, деллы Дисаны, и наследника престола, будущего короля Даральда Первого. Более полугода не видевший никого из семьи, Келлегор находился в состоянии радостного предвкушения. Он любил свою человеческую родню.
За ним должны были прийти сразу после третьего удара гонга, чтобы сначала отвести в замок герцогов Паннорских, а уже потом – во дворец на празднование. Но практически сразу после второго гонга к нему подошел один из братьев-«ящеров».
– Следуйте за мной, – тихо прошелестел его бесплотный голос.
Невольно поддернув хламиду, в которой ходил со дня своего появления здесь, Келлегор последовал за проводником.
Недоброе предчувствие сжало сердце, когда он увидел сидевшего в приемном зале отца. Лорд Даральд осунулся и постарел, словно со дня их разлуки прошло не шесть с половиной месяцев, а десять лет. В его ауре подросток уловил слабые отголоски магических эманаций.
– Отец! – Келлегор бросился к герцогу, упал перед сидящим на колени. – Что случилось? Вы опять? Но почему? Вы разве не знаете, сколько лет вам осталось?
– Знаю, – Даральд погладил сына по голове, – три года.
– Так мало? – горестно вскрикнул Келлегор.
– Для таких, как ты, – да. Но я прожил хорошую жизнь. Мне не страшно уходить за Черту! Тем более что я туда уже несколько раз ходил, и меня должны встретить как родного, – усмехнулся он.
– Но неужели нельзя было обойтись без этого? Опять кого-то воскрешать, опять отдавать годы своей жизни в обмен на чужие…
– Я обязан был это сделать, Келлегор. На кону стояло счастье твоей сестры…
В раскосых глазах полукровки вспыхнул огонь.
– Я за тобой, сынок. – Даральд встал, с усилием опираясь на трость, которую ему доставили из дома. – Этой ночью случилось кое-что серьезное. У твоего дяди большие неприятности. Пойдем. Все расскажу по дороге!
Трое мужчин и подросток смотрели на кинжал, лежащий на столе. Старший из них протянул руку и провел ладонью над обнаженным лезвием.
– Да, – промолвил он, – этот кинжал побывал в ране…
– Где его нашли, Веймар? – встрепенулся король.
– В кустах, примерно в паре саженей от места преступления. Там был небольшой бочажок с водой. Кинжал валялся на самом краю. Вода большей частью смыла кровь…
– Как он мог? – покачал головой Кейтор.
– Погодите, ваше величество. – Лорд Даральд снова провел рукой над кинжалом, после чего уступил место своему сыну. Келлегор повторил его жест и кивнул, безмолвно соглашаясь с отцом. – Я еще не все сказал!.. Да, этот кинжал побывал в ране, но на нем нет следов остаточной магии!
– Что?
– Магия, – поморщился Даральд. – На том кинжале, которым была нанесена смертельная рана, имелись какие-то чары. Их след остался в ране – я почувствовал их, когда занимался с принцем. Но этот кинжал чист! Одно из двух – либо чары с него сняли после убийства, но до того, как его обнаружила следственная бригада, либо настоящее орудие убийства находится где-то еще, а это было использовано для отвода глаз!
– Вот видишь, Веймар, – обрадованно воскликнул Кейтор, – Карадор ни в чем не виноват!.. Но погодите, тогда получается, что… Я ничего не понимаю! Но хочу понять все!
Оставшись один, король Кейтор какое-то время бесцельно кружил по кабинету. Бурлящая энергия требовала выхода. Его величество и в молодости не мог долго сидеть без дела, а теперь и подавно. Получалось, что на одной чаше весов лежала жизнь сына, а на другой – старая дружба. Трудно было представить себе, чтобы Карадор, весельчак, балагур и оптимист, с готовностью высказавший желание принять паннорское гражданство и осесть в этой стране навсегда, решился на убийство наследника престола. Конечно, можно возразить, что он расчищал место для своего племянника, Келлегора-полукровки, который по мужской линии тоже являлся представителем правящей династии, но ведь Проклятие было снято двадцать восемь лет назад! Тогда что же произошло?
Ответ мог дать только сам Карадор, но проблема состояла в том, что эльфа нигде не могли найти. Веймар делль Тирс разослал ориентировки по всем городским заставам, поднял на ноги королевскую гвардию и Тайную службу. Несколько сотен вооруженных до зубов мужчин сейчас прочесывали Альмрааль сверху донизу. Старший дознаватель разослал приказы всей агентуре на местах, чтобы выдали местонахождение Карадора, пообещав криминальным элементам сквозь пальцы отнестись к их деятельности, если те помогут установить, где прячется эльф. Но пока результатов не было.
Тихо скрипнула дверь. Кейтор круто обернулся, во все глаза уставился на темноволосого, бледного до синевы незнакомца, колет которого был так густо усыпан серебряными нашивками и бляшками, что больше напоминал чешуйчатый панцирь. Королю понадобилось несколько секунд для того, чтобы осознать две вещи: первое – что перед ним стоит незнакомый эльф слишком высокого для этой расы роста и мощного телосложения. И второе…
– Как вы вошли? – воинственно вздернул подбородок его величество.
– Как все, через д-дверь. – Фрозинтар осторожно прикрыл за собой створки. – У меня н-нет привычки просачиваться сквозь стены или сваливаться с п-потолка…
– Я имею в виду другое!
– Д-дворец на осадном положении? Понимаю, – кивнул наемник. – Но для того, кто ясно видит цель, н-нет преград… У вас проблемы. Я готов п-помочь их осуществлению.
– Что?
– М-мне стало известно, что вы объявили в розыск одного м-моего соотечественника… Н-не спрашивайте, как я это узнал, – только что на площади д-довольно громко и четко зачитали объявление… Так вот, п-по странной случайности я немного знаю К-карадора, во всяком случае при встрече н-не перепутаю его с кем бы то ни было еще. Хочу с-сказать, что ваши люди могут искать его хоть до конца света и так н-ничего не найдут!
– Это почему? Вы не знаете нашу агентуру…
– Которая с-сама не знает, с кем ей предстоит иметь дело, – мягко улыбнулся Фрозинтар. Взгляд его постоянно скользил по окружающим предметам, не давая королю Кейтору посмотреть ему в глаза. – В-ваше величество, искать эльфа в городе, п-построенном его соотечественниками, – это безнадежно! Но я это сделаю!
– Почему?
– С-скажем так, – наемник прошелся по кабинету мягким кошачьим шагом, – в эльфийском г-городе только эльф может найти другого эльфа.
– Я не об этом! Почему вы вообще предложили свои услуги? Из посольства пока никто не приезжал! Кроме этой леди Мидарель, которая…
– Я ее видел, к-когда шел сюда, – с усмешкой перебил Фрозинтар. – Она у вас что, жить устроилась в п-приемной?
Кейтор фыркнул, вспомнив недолгую беседу с «невестой Карадора».
– Она переживает…
– Н-не беспокойтесь на ее счет. Эта особа всех нас переживет!
– Я имею в виду совсем иное. Почему вы, эльф, собираетесь охотиться на своего соотечественника?
Фрозинтар перестал кружить по кабинету и впервые взглянул на короля. И Кейтору почему-то стало немного жутко от его пристального взгляда.
– С-скажем так, – произнес он, – это моя работа. Сейчас я в-временно не у дел. И готов предложить вашей короне с-свои услуги в обмен на совершенно символическую плату.
– Сколько?
Наемник пожал плечами:
– М-меня устроит любая сумма. Г-главное для меня – не деньги, а идея!
– Только хочу сразу вас предупредить, что я не считаю Карадора виновным! – воинственно заявил Кейтор. – Он мой старый друг, и я убежден, что…
– Я вас п-понимаю. – Фрозинтар раскланялся. – Карадор будет доставлен вам для д-доверительной беседы, не более… Однако учтите, что я работаю один. П-прикажите людям прекратить преследование эльфа. Они будут т-только путаться у меня под ногами!
Через несколько минут, выходя из королевского кабинета, Фрозинтар чувствовал себя почти счастливым.
Если бы у Карадора спросили, где он сейчас находится, бывший наследник Наместника Аметистового Острова, конечно, нашел бы слова для описания своего местопребывания, но проблема состояла в том, что все эти слова были непечатными и для произнесения в приличном обществе не годились.
– Вот влип! – констатировал он, исчерпав весь свой запас крепких выражений. – И что теперь делать?
Сложность и двусмысленность ситуации заключались в том, что Карадор действительно влип – в самом прямом смысле этого слова. Немного подергавшись для верности, он убедился, что застрял всерьез и надолго.
Наемник Фрозинтар был прав, когда утверждал, что в городе, построенном эльфами, именно эльфу и прятаться. Эти катакомбы Карадор заметил еще в позапрошлом году, когда проверял заброшенные особняки на предмет организации в них незаконных гладиаторских боев, где в качестве гладиаторов часто использовались невольники-эльфы. Некоторых таких бывших рабов потом удалось конфисковать и вернуть на родину. Прочесывая заброшенную часть Ветхого города (а вдруг устроители боев оборудовали склад, где содержали гладиаторов!), Карадор и наткнулся на этот подземный ход. Время не пощадило его, ход был завален более чем наполовину. Никто в здравом уме и твердой памяти не стал бы рисковать жизнью и соваться туда, где потолок угрожающе трещит и вот-вот может обрушиться на головы. Но для беглеца это оказалось самым подходящим убежищем.
То есть подходящим оно казалось до недавнего момента.
Конечно, в обычное время Карадор ни за что бы сюда не полез, но отчаянное положение требует отчаянных действий. Бывший наследник Аметистовый понимал, что его подставили, – несколько лет работы в Тайной службе научили эльфа многому. И сейчас он знал, что надо делать, – он должен был как-то доказать свою невиновность, отыскав настоящего убийцу. Но сделать это, сидя под замком в подвалах Тайной службы, крайне затруднительно. Следовательно, Карадор должен был остаться на свободе и хорошенько поразмыслить, с чего начинать собственное расследование.
От входа в катакомбы лился слабый свет, но чем дальше, тем темнее становилось вокруг. Шагов через пятьдесят пришлось подключить ночное зрение, а за вторым поворотом расстаться и с ним, дальше пробираться пришлось наощупь.
Этот ход явно не был предназначен для того, чтобы по нему ходили люди или эльфы, – неровности пола, стен и потолка красноречиво свидетельствовали об этом. Карадору приходилось выверять каждый шаг, ощупывая свободное пространство руками. Несколько раз его пальцы натыкались на что-то неприятное – не то спутанный полуразложившийся мох, не то слизь. Пахло сыростью, гнилью, плесенью и сладковатым запахом гниющей плоти – где-то рядом наверняка валялся относительно свежий труп. Кто-то, видимо, забрел сюда до него, да так и остался валяться среди камней.
«Вот будет здорово, если я обнаружу-таки тайный схрон невольников-гладиаторов! – мрачно подумал он. – После случая с Данкором Коралловым они как в воду канули!»
Постепенно, однако, стало чуть светлее – слабое зеленоватое свечение разливалось от каких-то гнилушек, прилепившихся к стенам. Их неверного света вполне хватало эльфу для того, чтобы осмотреться и понять, что он слегка заблудился.
Эти места для людей являлись легендарными, про них рассказывали сказки и страшные истории, считали их плодом воображения. Но для эльфов это была суровая реальность…
Еще пять тысяч лет назад Альмрааль считался столицей эльфийского государства. Основан он был в седой древности, когда люди еще только научились обрабатывать землю и приручать животных. Но примерно семь с половиной тысяч лет назад началось очередное потепление – климат быстро менялся, подходящих для жизни мест становилось все больше. Быстро размножающиеся люди захватывали все новые территории, активно контактировали с эльфами, орками и альфарами, перенимая у них ремесла и науки, и так же быстро развивались. В конце концов в Альмраале людей стало больше, чем эльфов, и при короле Галаоре Втором, отце Торандира Последнего, эльфы, уйдя на север, уступили город людям. Новая столица, находившаяся в сердце Золотого Острова[6]6
Золотой Остро в – четырнадцатый Остров Радужного Архипелага, существует лишь номинально. На современных картах Архипелага в этом месте рисуют белое пятно, лишь схематично отмечая синими черточками реки и кружочком – развалины столицы.
[Закрыть], уже несколько столетий назад была отстроена, так что переселение произошло без проблем. Хозяевами Альмрааля стали люди.
Но до людей и даже до эльфов у этих мест были другие хозяева. Равнинные гномы, дальние родичи альфаров, владели холмами, на которых был построен первый Альмрааль. Пришедшие сюда вместе с Эниссель Объединительницей эльфы изгнали равнинных гномов под холмы, когда выбирали место для столицы. Вынужденные жить в подземельях, равнинные гномы выродились в одну из рас подземников, и их потомки до сих пор обитали в катакомбах под Ветхим городом. С некоторых пор долго не подававшие о себе вестей жители подземелий осмелели. Они начали по ночам выходить на поверхность и нападать на одиноких путников. Питались подземники всем, что только может быть съедобным, не брезгуя и телами своих умерших собратьев. Их нападения послужили одной из причин того, что Ветхий город был оставлен большей частью жителей – не у всех имелись прочная ограда и вооруженная охрана для защиты от возникающих ниоткуда бледнокожих людоедов. На них давно надо было организовать облаву, но лазанье без разведки и проводников по запутанным подземельям наверняка не дало бы результатов. Да еще и кто-нибудь из «карателей» мог заблудиться!
Зато и беглеца здесь уже точно никто не отыскал бы. Хотя бы потому, что никто точно не знал, где расположены входы-выходы подземников.
– Найти бы мне самому выход отсюда, – пробормотал Карадор, пробираясь вдоль стены туннеля. Одной рукой он касался неровных камней, другую держал чуть впереди, ощупывая пространство.
Шагов через сорок света от лишайников и плесени оказалось столько, что беглец понял, что впрямь попал на занятую подземниками территорию. Так сказать, человеческая часть подземелий представляла собой остатки эльфийской канализации – с водостоками, каналами для сбора нечистот и довольно ровными стенами и полом. Она даже слагалась в целые улицы с уцелевшими фундаментами старинных зданий. Здесь же располагались натуральные пещеры, прорытые самой природой и населенные многочисленными существами.
Плесень, лишайники и грибы причудливой формы, многие из которых светились в темноте, покрывали неровные стены и длинными лохматыми прядями свешивались с потолка, задевая Карадора по лицу. Пол устилали шкурки мокриц, лопнувшие куколки пещерных комариков и прочие останки многочисленных насекомых, которые сновали там и тут. Какая-то семейка грибов, ростом достававшая эльфу до колена, перегородила туннель. Грибы энергично зашевелились, когда незваный гость подошел поближе. Из-под шляпок облачками полетели сиреневые споры, и Карадор попятился, ища обходные пути. Под каблук попалось что-то живое, шарахнулось во мрак с отчаянным визгом. Еще несколько минут спустя он наткнулся на трех толстых крыс с белой редкой шерстью. Сидя кружком, они закусывали телом какого-то существа, явно забредшего с поверхности. Судя по остаткам шерсти и черепу, существо прежде было собакой. Не переставая жевать, крысы обернулись и одарили эльфа такими взглядами, что Карадор сразу вспомнил истории, которые ему в детстве рассказывала нянька про разумных крыс кушениров.
– Извините, – пробормотал эльф. – А как пройти в библиотеку?
Крысы переглянулись с таким видом, словно обменивались мыслями. Потом одна из них встала и не спеша зашаркала лапами прочь. Длинный, почти с локоть[7]7
Здесь: мера длины, равная примерно сорока сантиметрам.
[Закрыть] взрослого человека, хвост ее волочился по земле.
– Это туда? – поинтересовался Карадор у ее оставшихся товарок. Крысы опять переглянулись и разве что лапами у виска не покрутили.
– Понял, не дурак! – закивал эльф. – Был бы дурак – не понял бы!
И потрусил за странным проводником.
Пройдя несколько шагов, крыса обернулась и увидела, что за нею идет эльф. Она вздрогнула и со всех лап ринулась прочь. Эльф наддал ходу, но за первым же поворотом тварь исчезла, растворившись в какой-то щели, а беглец оказался предоставлен сам себе.
– Тьфу ты, гоблин! – энергично высказался Карадор. – Полупроводник какой-то… Ну, ничего! Сам как-нибудь дорогу найду. Главное – не напороться на подземников!
Встречи с коренными обитателями этих нор действительно стоило избегать хотя бы потому, что в отличие от тех же крыс, они сразу захотели бы им пообедать.
Когда-то у равнинных гномов, которые тогда назывались по-другому, были своя цивилизация, своя история и культура. Но цивилизации приходят и уходят. Некоторые ученые утверждают, что и эльфы тоже скоро начнут вымирать – за пять тысяч лет территория их страны уменьшилась почти втрое, численность населения подорвана ведущимися последние века войнами, они уже утратили некоторые науки и искусства, в том числе многое забыли в магии, а количество полукровок среди Перворожденных увеличивалось с каждым поколением. Находились и такие, кто утверждал, что завоевание Радужного Архипелага орками и образование Империи Ирч вместо существовавших еще десять лет назад Земли Ирч и Радужного Архипелага и есть начало конца. И что рано или поздно, но чистокровные эльфы вымрут, уступив место помесям с орками и людьми, – уже сейчас каждый двенадцатый эльф несет в себе примесь человеческой, орочьей или альфарьей крови. Тогда им на смену могут прийти другие разумные расы.
Так или не так, но спорить с тем, что цивилизации сменяют одна другую, не приходилось. Вот и равнинные гномы выродились в подземников, которые с течением веков забыли, кто они и откуда.
Карадор подумал об этом, когда стены внезапно раздались в стороны и он оказался на пороге довольно просторной пещеры.
Нашлепки светящегося лишайника озаряли лишь ее часть – высокий полоток и дальняя стена пропадали во мраке, но то, что когда-то это был большой рукотворный зал, сомнений не вызывало – стоило взглянуть на концентрические круги колонн, поддерживающих своды. Наверное, на заре своего переселения под землю подземники именно тут устраивали собрания. Возможно, тут они молились своим богам – в центре можно было различить какую-то глыбу странной формы.
– Не, пойду-ка я отсюда, – вслух подумал Карадор, решив, что устраивать свою лежку в таком месте опасно для жизни и здоровья.
Из пещеры вело несколько выходов. Не раздумывая, эльф нырнул в ближайший.
И шагов через тридцать понял, что влип.
Сначала прилипла подошва сапога. Споткнувшись, Карадор наклонился, чтобы рассмотреть, что же не пускает ногу. Светящегося лишайника тут было мало, но глаза успели как-то привыкнуть к полумраку, и он смог рассмотреть, что пол покрыт паутиной из толстых лохматых нитей, протянувшихся во всех направлениях и без какой-то системы.
Пока эльф изучал это образование и размышлял, как отодрать сапог, что-то дотронулось до колена его второй ноги. Всмотревшись, Карадор заметил еще одну лохматую нить, которая, как живая, подползла и успела обвить ногу.
Выругавшись, эльф рывком сдернул ее с колена. Ногу он освободил, но нить прилипла к руке.
В течение следующих нескольких минут Карадор усиленно старался отлепить нить от своих пальцев. Он тряс рукой, пробовал вытирать ее о камни и одежду, даже задействовал вторую руку, но это привело лишь к тому, что нить последовательно прилипла к обеим его кистям, локтям и подолу короткого плаща. Пытаясь как-то порвать ее – не может же она растягиваться вечно! – эльф попытался сделать шаг назад, но споткнулся обо что-то и рухнул на спину. А подняться уже не смог, угодив как раз в скопление этих липких нитей.
Вот тут-то он и вспомнил все известные ему матерные выражения.
Отыскать следы беглеца оказалось не так трудно, как он думал сначала. Фрозинтар пересекся с ними совершенно случайно, когда направлялся из королевского дворца в Старый город, чтобы начать поиски с того места, где Карадора видели в последний раз, – от зданий Тайной службы. Лишь благодаря особым свойствам своего организма наемник учуял тонкую ниточку следа и, не обращая внимания на прохожих, шлепнулся на четвереньки. Впрочем, на улочках Ветхого города никогда не было оживленного движения, и можно было не беспокоиться, что ему наступят на руку.
Проползши какое-то расстояние, наемник убедился, что след взят прочно, после чего выпрямился и продолжил путь на своих двоих.
Пустоту под старым зданием, где лишь чудом на окнах сохранились цветные витражи, он почувствовал, не доходя нескольких шагов, и сразу понял, куда скрылся Карадор. Как все-таки предсказуемы эти беглецы! Всегда стараются забиться в укромные уголки и отсидеться, не понимая того, что эти схроны вполне могут оказаться ловушками или тупиками, откуда нет выхода.
Немного напрягало другое – то, что эльф полез под землю. Скорее такого поведения можно ожидать от орка или, на худой конец, человека. Но эльфы, несмотря на то что отлично видят в темноте, опасаются пещер. А тем более если это пещеры, населенные подземниками…
Впрочем, у Фрозинтара было перед своей жертвой одно преимущество. Но по ряду причин обнародовать его наемник не собирался.
Постояв немного возле стены того дома, из подвала которого Карадор шагнул в катакомбы подземников, Фро спокойно двинулся дальше по улице. Если он еще что-то помнил, здесь поблизости должен был быть выход на поверхность. По крайней мере он там находился в те годы, когда Фрозинтар посетил город в последний раз.
Придумать, как ему освободиться, Карадор не успел – катакомбы ожили.
Строитель ловушки – а должен же был кто-то разложить на полу эти липкие нити – никак не спешил обнаруживать свое присутствие. Уж казалось бы, не заметить отчаянно пытающегося освободиться эльфа невозможно. Так нет же! Прошло больше часа после того, как прочно прилипший к полу Карадор прекратил сопротивление, а никто так и не появился в туннеле, чтобы узнать, что сегодня подано на обед.
Обед… при одной мысли об этом в животе самого эльфа послышалось бурчание. Он нормально не ел со вчерашнего дня – утром и днем было не до того, а сейчас и подавно. Вдобавок ко всему хотелось пить.
– Э-эй, есть тут кто? – подергавшись еще немного для очистки совести, воззвал он в темноту. – Найдите меня кто-нибудь!
– Бу-удь… бу-удь… – умчалось вдаль эхо.
– А то мне тут скучно! – продолжал болтать Карадор. – Грязно, мокро, липко и противно!
Проползавшее мимо существо, которое отличалось от шмяка болотного наличием панциря, подняло на стебельках два глаза и воззрилось на крикуна с явным осуждением. «Да, грязно! Да, мокро, – читалось в его взоре. – Да, райончик расположен на отшибе… Но я здесь живу!»
– Извините, – сказал ему эльф. – Но раньше я жил в другом месте. Там было немного э-э… почище!
Существо как-то двусмысленно покачало глазами на стебельках и поползло дальше, оставляя позади полосу слизи.
– Вот так всегда, – вслед ему высказался Карадор. – Сначала загадим все вокруг, а потом кричим, что живем на помойке.
Существо, похожее на шмяка, ничего ему не ответило – к тому времени оно уже скрылось за углом.
Внезапно Карадор буквально почувствовал, что он тут не один.
– Ну наконец-то! – воскликнул, пытаясь всплеснуть слипшимися руками. – Хоть одна живая душа! А то я уже соскучиться успел!.. Вы представляете, я…
Копье практически уперлось ему в нос, и эльф проглотил все слова, которые собирался сказать.
Подобравшись так незаметно, что даже острое зрение не помогло обнаружить их вовремя, шестеро подземников окружили незадачливого беглеца, наставили на него самодельные копья. Сделаны они были из палок с прикрученными к ним каменными или железными наконечниками, явно подобранными где придется, поскольку все копья выглядели по-разному.
– А вы знаете, – осторожно произнес Карадор, незаметно пытаясь отодвинуться от одного такого слегка кривого острия, упершегося ему почти в лицо, – что если поцарапаться такой ржавой штукой, вполне можно заработать зараже… ой! Я пошутил, – воскликнул он, когда другой наконечник чувствительно ткнулся ему под ребра. – Все-все, молчу!
Какое-то время подземники совещались, переговариваясь на незнакомом эльфу языке. Потом двое остались возле него, а остальные затопали куда-то прочь, растворившись во тьме.
– А куда они пошли? – тут же поинтересовался Карадор. – За подмогой или…
Он опять замолчал, когда уже два копья кольнули его в бока.
Несколько минут ничего не происходило, потом из темноты одна за другой стали появляться бледные худощавые жилистые фигуры.
Выродившиеся равнинные гномы совсем не походили на своих сородичей – темных и светлых альфаров. Больше общего у них было с цвергами, другой многочисленной подземной расой – те же бледные худые тела, лишенные волос. Те же большие уши и выпученные светлые глаза, то же явное уродство как следствие близкородственного размножения. Но если цверги являлись мирным народом, боялись всех и вся, то напавшие на Карадора буквально излучали агрессию. И еще – голод.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?