Текст книги "Огненный шар. Книга 2"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ognennyy-shar-kniga-2-79763.jpg)
Автор книги: Геннадий Эсса
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 11
У Жана было агрессивное настроение.
Они вышли на улицу, и он сразу направился в соседнюю парадную. Поднялись на второй этаж и стали стучать кулаком в дверь квартиры.
Ник прислушался, приложив голову к двери.
– Это не здесь, – сказал он.
– Как не здесь, если именно эта квартира находится через стенку с нашей, – возмутился Жан. – Стучи сильнее.
Теперь за дверями они услышали тихий детский плач.
– Эй, открывайте двери, – повысил голос Жан. – Кто из взрослых есть дома?
Плач прекратился, потом они снова его услышали: теперь было уже два голоса. С той стороны пытались открыть замок, но он не открывался.
Жан так сильно стучал в дверь, что сразу из двух соседних квартир вышли жильцы.
– Кто здесь живет? – спросил Ник.
– Одна старушка с внуками, – сказали ему соседи.
– С внуками? И сколько же этим внукам лет?
– Кажется, одному восемь, а девчонка совсем маленькая, ей года четыре или пять будет. Мы эту старушку уже дня три как не видели. Она не выходила ни за водой, ни за пайком, – говорила худая женщина с папироской во рту. – А вы откуда?
– Мы-то соседи, что живем через стенку. Они просто нас достали, – стал объяснять Жан. – Стучат и стучат круглые сутки.
– Может, что с бабушкой?
– Я не знаю, что там, но у нас невыносимая обстановка. – Жан снова стал колотить кулаком в дверь. За дверями теперь была тишина.
– Может, милицию позвать? – спросила другая соседка.
– И что?
– Ну, не знаю, они разберутся.
– Я сам разберусь, – понесло Жана, и он стал просто ломиться в двери.
– Это точно, что-то с бабушкой, – вздохнула та, что с папиросой. – Она была такой слабой, что еле передвигалась.
– А родители этих малолеток сами где?
– Их при бомбежке убило обоих сразу на Кировском заводе.
– Надо открыть дверь, – Жан немного смягчился. – У вас есть топор?
– Топор?
– Да, да, топор. Я руками не смогу.
– Надо позвать старшего по дому.
– Вы зовите его, а вы давайте топор, – распорядился Жан.
– Может, не надо? – попытался остановить его Ник.
– А чего думать? Если с бабкой все в порядке, давно бы доползла до двери… Значит, там что-то не то…
Соседка вынесла большой топор, и Жан, аккуратно поддев замок, вскрыл дверь.
Дети чуть не сбили его с ног, бросились на лестницу.
Соседи растерялись, схватили детей и прижали к себе.
– Где бабуля? – спросил Жан у старшего мальчика.
Он громко плакал, показывая пальцем в квартиру.
– Она не шевелится, – сквозь слезы проговорил мальчишка.
У Жана сжалось сердце.
– Теперь можно звать этого старшего и милицию, – сказал он. – Умерла у них бабушка.
Ник вошел в коридор, снял детские куртки и взял их рваную обувь.
– Одевайтесь, замерзнете, – сказал он.
– Не стойте, давайте зовите милицию или НКВД, как там у вас.
– А дети? – спросила соседка.
– Пока пусть у вас побудут, – сказал Жан. – Их потом определят.
– Ну, нет уж! У нас своих проблем хватает, еще и чужие… Забирайте их к себе.
Жан взглянул на бедных детей, которые надели курточки, свою рваную обувь и со страхом в глазах смотрели на взрослых. Жану показалось, что они смотрели именно на него своими красными от слез глазами и просили защиты.
Ник прикрыл дверь в квартиру.
– Вызывайте кого нужно, – сказал он. – Мы их заберем. Если что, они будут в соседней парадной, так же на втором этаже, у нас. Идемте ребята.
Он бережно взял их за ручки.
– Дров еще надо, – вспомнил Ник, оглядываясь на Жана, который все еще стоял с соседями и разговаривал.
– Топор я вам позже занесу, – сказал Жан. – Надо немного дровишек нарубить во дворе, пока все не растащили.
Соседи молча проводили их взглядом и стали совещаться по поводу происшедшего.
– Вы голодные, наверное? – спросил Ник, и дети закивали головами. – Сейчас наши женщины вас накормят и согреют. Не плачьте, не пропадете.
Когда Жан принес кучу дров, детей уже кормили. Ник сидел в стороне и наблюдал.
– Там уже менты приехали, – сообщил Жан, вываливая рубленые доски. – Но что-то уж быстро они уехали.
– Про детей спрашивали?
– Их надо будет куда-то определять.
– Да кому они нужны? Полгорода таких же ползает и мрут как мухи, – сказал Ник. – Я сам видел несколько тел, пока с Ин сюда к вам шли.
Неожиданно за окном зазвучала пронзительная сирена, и все насторожились.
– По такому сигналу всем надо спускаться в убежище, – заметил Ник.
– И откуда такие сведения? – Жан с любопытством наблюдал за детьми, как они с жадностью ели все подряд.
– Я в книгах по истории читал, – сказал Ник. – Это воздушная тревога.
– Что ты говоришь? Мы даже и не знали, – ответил Жан. – Умные книги, наверное, читаешь? Про нас там ничего?
– Издеваешься, Жан. В убежище надо.
На лестнице послышались быстрые шаги. Их было много. Они все устремились вниз.
– Вот, слышишь? Жильцы все уходят, – сказала напуганная Ин.
– Какая разница, где тебя завалит? Наверху или внизу. Сидим и не дергаемся. – Жан подошел к окну, стекла которого дрожали от нарастающего гула самолетов. – Скоро зима, – задумчиво произнес он, пытаясь разглядеть темное небо. – Мокрый снег уже идет за окном…
Где-то заработали зенитки, а рядом прогремело несколько сильных взрывов.
– Наш двор заколдованный, – сказал Жан. – Тетушка Люсия постаралась. Вы же прекрасно понимаете, что нас убить не может никто. Нас нет на самом деле.
– Лиза, дай мне ложку, – попросил Ник.
– Зачем?
– Дай, надо.
Она протянула большую столовую ложку.
– Жан, клади палец на край стола, – сказал Ник, замахиваясь этой ложкой.
– Может, тебе еще что-нибудь на стол положить?
– Вот если тебе будет больно, значит, ты есть и ты здесь, понял?
– Больно будет, я знаю. Ну и что? Это ни о чем не говорит. Ты родился не вчера, дурень, и живешь не здесь, а там. Ты что, совсем ориентир? – набросился на него Жан.
– Ну, ладно вам, мальчики. Не о том говорите, – остановила их спор Ин.
Лиза занималась детьми. Она им налила горячего чая и дала по кусочку сахара.
– Пейте и не торопитесь, – сказала она. – У вас еще вся жизнь впереди.
Жан взглянул на Лизу и улыбнулся.
– Ты детей любишь? – заметил Жан.
Лиза подняла на него глаза.
– Как их не любить? А этих мне просто жалко, – она погладила обоих ребят по головкам. – Они такие милые.
– Я сейчас раскочегарю нашу буржуйку, – сказал Жан. – Ты, Ник, разложи им диван, пусть отоспятся. Вы, ребята, давно не спали?
– Как бабушка умерла, – тихо ответил мальчик.
– Значит, давно. Пусть ложатся здесь, а я пойду на улицу.
– Ну, только не сейчас, – запротестовала Лиза. – Воздушная тревога еще не кончилась.
– Вы оставайтесь и отдыхайте. Я пойду с Жаном, – присоединился к другу Ник. – Надо немного определиться в обстановке.
– Вы смотрите там, осторожнее, – предупредила Ин, решив, что с ними спорить бесполезно.
– Скоро придем.
Жан и Ник вышли на Малую Морскую, оставив позади грязный, заваленный мусором двор. Они остановились, огляделись, чтобы не попасть патрулю на глаза, и направились в сторону Невского. На улице встречались редкие прохожие, которые шли медленно, рылись в мусорных кучах и ящиках, стоящих у домов.
У Гостиного двора стояла большая толпа, в основном пожилые люди.
– Смотри, что-то дают, – сказал Жан и направился туда.
Здесь отоваривали карточки, давая взамен триста граммов хлеба в одни руки.
– Сволочи эти фашисты, – вырвалось у Ника. – Довели народ до нищеты.
Они подошли ближе и стали наблюдать за притихшей толпой.
Люди стояли молча, терпеливо выжидая свою очередь. Они не покинули ее, даже когда была воздушная тревога. Их лица были безразличны ко всему происходящему вокруг, а в глазах жила только надежда на получение скудного пайка.
– У них хоть карточки есть, – заметил Ник. – А у нас вообще ничего. Как жить будем?
– Сегодня надо было идти в народное ополчение, – сказал Жан. – У меня есть выход на одну подругу. Она обещала все устроить.
– А делать что?
– Все. И трупы таскать тоже.
Ник даже вздрогнул.
– Но сегодня не получится, я так понимаю. Пойдем завтра, – решил Жан.
Они смотрели, как обессилевшие люди молча толкались у небольшого окна, медленно продвигаясь в очереди. Несколько взрослых парней тоже терлись среди стариков, толкались и возмущались больше всех.
– Вот балбесы, – заметил Жан. – Им бы воевать, а они здесь.
– Да это воры, – сразу определил Ник. – Они так и смотрят, у кого что стащить.
Одна старуха вышла из толпы, заворачивая в платок только что полученный паек, но тут подбежал один из парней, нагло выхватил у нее сверток и пустился бежать.
Старуха вскрикнула от неожиданности, растерялась, потом упала на колени и громко стала кричать, но на нее никто не обращал внимания.
Жан хотел было рвануть за парнем, но Ник его сдержал.
– Спокойно, – шепнул он. – Там еще один в толпе болтается. Идем к нему.
Они пошли в толпу и уже оказались рядом с этим парнем. Ему было лет двадцать пять – он старше их и здоровее.
У Жана все кипело внутри. Он увидел его волчьи глаза, которые так и бегали по сторонам в поисках добычи.
Ник подошел вплотную к нему, и толпа просто прижала его к этому парню.
– Иди отсюда, – зашипел вор и сунул руку в сумочку другой жертвы, чтобы вытащить карточки, но Ник схватил его за рукав.
– Ты что, гад, делаешь?
– Убью сейчас, – снова шипел парень.
Его глаза налились ненавистью и он готов был растерзать Ника, но с другой стороны уже стоял Жан, которого он не заметил.
– Отдай, что взял, – потребовал Ник.
Парень уже хотел размахнуться рукой и ударить Ника, но замер, выпучив глаза и раскрыв рот.
Жан схватил его между ног рукой и с такой злостью сжал ему яйца, что у того брызнули слезы из глаз.
– Слышал, что тебе сказали? – спокойно повторил Жан. – Отдай, что взял.
Парень, послушно полез в свой внутренний карман за карточками.
– Женщина, это ваши? – спросил Жан, протягивая ей карточки.
– Ой, сволочь, украл, – спохватилась женщина и закричала в истерике.
– Граждане, берегите карманы от жулья, – громко сообщил Жан, не выпуская своей жертвы. – Проверьте, что еще у кого пропало.
Толпа зашумела и зашевелилась.
– Вот этот моральный урод мог еще у кого-то стащить карточки. Проверьте, пожалуйста, их наличие.
Жан вывел парня из толпы, и они с Ником отвели его в сторону. Он не разжимал своей руки и при первой попытке вырваться еще сильнее сжал свою ладонь.
– Что будем делать? – спросил Ник. – Сдадим ментам?
– Зачем? Сдавать не будем, сами разберемся, – спокойно сказал Жан.
– Убери руку, – стонал вор.
– Если я уберу руку, то ты навек останешься инвалидом, – усмехнулся Жан.
Парень снова застонал.
– Скольких еще обнес бедных стариков? – спросил Ник.
– Никого.
– Врешь? Сейчас идем в подворотню и будем тебя кастрировать, – сообщил Жан. – Чтобы в Питере, то есть в Ленинграде, таких уродов было меньше. Ты же своей машиной наделаешь таких же подонков, как и сам. А чтобы спасти город от такой грязи, вроде тебя, я лично оторву тебе все, чтобы ты кончал только своим носом и то, когда у тебя насморк. Пойдем?
– Мужики, давайте разойдемся, – взмолился парень.
– Если еще раз тебя и того твоего дружка мы здесь увидим, болтаться вашему хозяйству вон на тех проводах. Ты понял? Это наша территория.
– Так бы и сказали, – стал приходить в себя парень, чувствуя, что Жан немного ослабил руку.
– Ты не понял? Наша охранная территория, – пояснил Ник.
– Да понял, понял, – снова захрипел парень.
Жан так сжал свою ладонь, что тот просто заорал.
– Это чтоб дольше помнил, – сказал он. – А теперь пошел вон отсюда, козел.
Парень рванул что было сил в противоположную сторону и скрылся за поворотом.
– Ну, ты даешь, живодер, – заметил Ник.
– Он бы нас двоих уложил, а тут все как бы и обошлось, – улыбался Жан. – Никогда еще не приходилось держаться за чужое хозяйство, – признался он. – Но другого выхода не было.
– Смотри, привыкнешь, будешь всех потом хватать.
– Я согласен хватать именно таких, – ответил Жан. – По-другому с ними нельзя. Ты не забывай, что они могут быть еще и вооружены. Так пику в живот всадят, что и тявкнуть не успеешь.
– Пошли домой, – предложил Ник. – Нас там свое хозяйство ждет.
Дома, кроме Лизы и Ин, их никто и не ждал. Ребят забрали в детский дом, а девушки готовили скудную еду из остатков продуктов.
– Вас отблагодарили сотрудники приюта, – сообщила Лиза. – Бабушка, оказывается, умерла дня четыре назад, а бедные дети не могли выйти и об этом сообщить. Вот и стучались в стену.
– Завтра все идем в народное ополчение, – окончательно решил Жан. – Иначе к общему списку жертв прибавятся еще четыре тела бездыханного содержания.
Глава 12
На кровати, которая раньше казалась большой и необъятной, Жану было тесно.
Диванчик, стоящий в гостиной, был слишком мал, даже для одного, поэтому они все решили, как это было раньше, спать вместе.
Поздним вечером, пока все не улеглись, Жан долго ворочался, постоянно вставал и подкладывал дрова в буржуйку.
– Ты нас спалить решил? – спросил Ник. – Куда так натопил? Еще не зима, а в квартире продохнуть нельзя. Дрова экономить надо, неизвестно, что еще дальше будет.
– Что будет, то и будет, – ответил Жан. – Если задыхаешься, сними трусы, чтобы на горло не давили. Надо топить, пока еще дрова есть. Скоро и этого не будет в Ленинграде. Я читал в книгах, что люди всю мебель сжигали, все подряд, чтобы не замерзнуть, а у нас еще кое-что есть.
– Но это же зимой, – заметила Ин.
– Ты хочешь здесь на зиму остаться? Я думаю, что зимовать мы уже будем в своих квартирах, – ответил Жан. – Мне что-то начинает уже надоедать наше присутствие здесь. Скоро нервы не выдержат. – Он взглянул на Лизу. – Тебе тоже жарко? – уже спокойным голосом спросил он, присаживаясь на краю кровати.
– Тоже.
Жан убрал с нее одеяло.
– Ты так спать собираешься? – удивился он, увидев ее в ночной рубашке.
– А ты как хотел? Мы же теперь не одни, – застенчиво произнесла девушка.
– Раньше было намного проще, – заметил Жан.
– То было раньше. Тебе тогда сколько лет было? И нам всем, а?
– Ну, я так полагаю, далеко не младенцами были и не стеснялись ничего.
– Я тебя что-то не пойму, ты хочешь раздеться и спать в чем мать родила? – спросила Ин.
Жан взглянул на Ника.
– Хочет, хочет, – сказал Ник. – Хочет, чтобы все на него смотрели. Ты, Жан, какой-то неправильный стал.
– Никакой он не извращенец, – вступилась Лиза. – Он нормальный парень.
– Да он шутит, – сказала Ин. – Делай, что хочешь. Я тебя и без того наизусть знаю.
Жан поднялся и задвинул шторы на окне. В комнате стало совершенно темно. Он еще немного постоял у окна, подглядывая на улицу сквозь щелку в шторах, разделся и стал рукой нащупывать кровать.
– Совсем ничего не вижу, – шептал он.
Рука его коснулась плеча, потом груди лежавшего кого-то с краю.
– Ты кто?
– Дед Пихто, – отозвался Ник. – Твоя половина с другой стороны. Нечего по мне шарить. Совсем не ориентируешься.
– Утром трусы найдешь? – поинтересовался Жан.
– Найду, не беспокойся, если ты не наденешь. Какой ты стал неугомонный! Всего облапал!
– Не ври, только половину. – В потемках Жан стал обходить кровать, споткнулся и чуть не упал. – Это ты тут свои вещи раскидал, на пол кинул? Я об них чуть ногу не сломал.
Лиза рассмеялась.
– Иди сюда, – позвала она и протянула ему руки, – не дай бог, ты еще на носки наступишь – вообще голову свернешь.
– Мы их с Ником постирали, так что могу только поскользнуться.
Теперь уже рассмеялся и Ник.
– Утром носки в печку кинем, – сказала Ин. – Чтобы не валялись под ногами.
– Они гореть не будут. – Жан немного даже обиделся и в темноте показал в ее сторону язык.
– Думаешь, не влезут в топку? Порубим, топор есть. Я его еще хозяйке не отдал. Оставил для самообороны, – сказал Ник.
– Идите вы, – рассердился уже Жан. – Носки у меня всегда чистые.
– Конечно, – согласилась Ин. – Где ж им быть грязными, если от них одни манжеты остались.
– Ну, что, поржали, давайте спать, – предложил Жан и залез на кровать. – Ин, это ты? – он пошарил рукой в темноте.
– Это я, – ответила Лиза, вытирая от смеха слезы с глаз. – Что тебя несет все не в ту сторону?
– Мне с краю или между вас просочиться? – спросил Жан.
– С краю, а то чего еще перепутаешь. Здесь я лежу, – Ин выставила руку вперед.
– Главное, на Ника не нарваться, – снова повеселел Жан. – А то вам, девчонки, просто скучно будет.
– Ложись, – потянула Жана за руку Лиза. – Ну и рассмешил.
Жан улегся поверх пледа и обнял Лизу.
– Вот компания, – вздохнул он. – Даже раздеться нельзя.
Лиза ощупала Жана рукой.
– Ты ж уже разделся, – сказала она.
– Все равно жарко. Может, форточку открыть?
– Чтобы бомба прилетела, – запротестовала Ин. – Тогда мы не только ваши вещи не найдем, а еще кое-что. – Она обняла Ника. – Нет, так очень трудно уснуть. С вами не соскучишься, мальчики.
– А ты что, спать собралась? – Жан приподнял голову, пытаясь увидеть в темноте лицо Ин.
– Лежи ты, – уложила его опять Лиза. – Какой любопытный.
– Тихо! – Ник затаил дыхание, и все умолкли. – Кажется, самолеты летят. Гул какой-то?
– Точно, – встревожилась Лиза. – Снова бомбить город будут. Может, нам одеться и спуститься в бомбоубежище?
– Так пойдем, – ответил Жан.
Неожиданно на улице загудела сирена и в небе появились яркие лучи прожекторов, свет которых пробивался сквозь плотные шторы.
– Бомбить опять будут, – вздохнула Ин и села на кровати. – Ты чего развалился, – толкнула она Ника. – Может, сейчас придется бежать вниз, в убежище.
Жан во весь голос расхохотался.
– Представляю, все бегут с узелками, с вещами, а Ник голый, впереди всех…
– Жан, помолчи, – остановил его Ник и снова стал прислушиваться. – Кругом война, блокада, а у нас тут бордель…
– Мы же в узком кругу общаемся, – ответил Жан. – Мы еще себя покажем. Доживем до завтра и покажем.
– Но история о тебе не напишет, – заметил Ник.
– Я не для истории… Я за страну. Просто обидно, что все так выходит. – Жан уже говорил на полном серьезе. – Завтра идем в народное ополчение. Пусть мы все, как капля в море, но мне так хочется хотя бы одному фрицу въехать по роже или пристрелить. Это просто моя мечта. Бедный Ленинград, сколько тебе еще предстоит пережить – это ведь только цветочки. Я лично согласен здесь быть до конца и встретить снятие блокады с его жителями.
Лиза положила на его живот свою теплую ладонь и поцеловала в ухо.
– Миленький мой вояка, – сказала она. – Тебе при государе на корабле досталось. Помнишь, с перевязанной головой ходил, раненый? В семнадцатом году чуть не влип, когда с кадетами схватился, и сейчас куда-то тебя несет. Вечно что-нибудь себе придумаешь. А ты все про фашистов каких-то? Где ты их здесь видишь? Они город на погибель оставили, окружили, потому что взять не могут. Ты их здесь никогда не увидишь.
– Жаль. Я точно оторвал бы одному из них его хозяйство, чтобы не делали таких адольфиков, как они сами.
Лиза опустила свою руку ниже и остановилась, чувствуя, что Жан вздрогнул.
Он взял ее ладонь и прижал к своему телу.
– Ты такая горячая, – сказал он. – У тебя все в порядке?
– Все. Просто мне очень страшно.
Ребята слышали, как жильцы все еще спешили вниз по лестнице в бомбоубежище. Кто-то сильно стучал в каждую дверь и кричал «Воздушная тревога»!
У девчонок замерло сердце.
Ник не выдержал, встал и подошел к окну. На улице лил проливной дождь. Прожектора освещали пасмурное небо, бросая свои лучи куда-то за серые облака. Гул самолетов прошел где-то стороной, раздалось несколько взрывов, и небо озарилось красным цветом – что-то горело.
– Ник, ложись, – сказал Жан. – Фашисты заметят тебя такого и все сюда слетятся.
– На меня есть кому смотреть, – ответил Ник.
– Вот мы и смотрим, – не унимался Жан. – Очень интересно. Поворотись, милок, к фашистам задом – к нам передом.
– Ну, Жанчик, – просила уже Лиза. – Если мы здесь все поместились – это не значит, что надо хохмить.
– Да пусть говорит, – поддержала Жана Ин. – С ним всегда так весело. Он у нас самый заводной мальчишечка.
– Ой, я забыл совсем вам сказать, – спохватился Жан уже на полном серьезе. Он уселся на кровати, обнял Лизу за голову, которую она положила ему на колени, грея их своим дыханием. – Помните семнадцатый год? Егора? Раз вы уж вспомнили кадетов, а среди них же был Егор. Ну, вспоминайте. Так я его встретил случайно, когда пробирался сюда в город…
Жан подробно рассказал обо всем, что тогда произошло, и все слушали молча, не перебивая его своими вопросами.
– Да, жаль, – вздохнула Ин. – Хороший парень был, смелый.
– Он был командиром отряда и погиб на моих глазах, – сказал с сожалением Жан. – Он вас тоже тогда вспомнил. Надо бы найти его квартиру. Она, кажется, на Васильевском острове где-то была.
– Зачем? – спросил Ник. – Родственники, если они еще живы, сами все в свое время узнают. Не опережай время, Жан. Не забывай, что мы здесь гости и не стоит вмешиваться в ход тех событий, которые происходят вокруг тебя. Помочь мы можем, что в наших силах, но не больше. Так ты говоришь, завтра идем в ополчение?
– Уже сегодня, – поправил Жан.
– Давайте спать, – предложил Ник. – Я так понимаю, что сегодня днем у нас будет куча дел.
– Ник, сколько раз я тебе говорил, чтобы все было по-настоящему, – возразил Жан.
– Не понял.
– Вот что ты сейчас сказал?
– Давайте спать…
– Ты же не будешь спать, когда рядом с тобой твоя девушка. А?
Жан сквозь темноту почувствовал улыбку на лице Ника.
Ник шмыгнул под плед к Ин и тут же притих.
– Уснул? – спросила тихо Лиза.
– Сейчас! Этот так просто не уснет. Я его знаю, – возразил Жан. – Готовится.
– Я тебя сейчас убью, – из-под пледа раздался голос Ника.
– Вот видишь. Я же говорил, – Жан обнял Лизу, поцеловал и прижал к себе. – Тебе не жарко? Сними ты с себя эту рубашку. Ин уже давно разделась.
– А ты откуда знаешь? – удивилась Ин.
– Я-то? Что ж ты думаешь, если я младше всех вас тут, то такой болван? Я даже знаю, чем вы сейчас займетесь.
Ник вылез из-под одеяла.
– Если знаешь, то молчи, – сказал он.
В спальне на некоторое время восстановилась тишина.
– Лиза, я тебя хочу, – прошептал Жан ей на ухо.
– Ты сумасшедший.
– Я – да, – согласился тут же Жан.
– Ну, заскрипели, – заметил Ник.
– Ну, зачмякали, – отозвался Жан.
Ник рассмеялся на всю комнату.
– Что, укусила?
– Да нет, – заливался он смехом. – Я вспомнил, как в семнадцатом году. Помнишь? Все то же, только наоборот…
– Помню, но ты мне мешаешь, – прерывистое дыхание Жана выдавало его старания, и Ник замолчал.
Спустя полчаса Жан расслабился и вытянулся на кровати.
– Если бы эта кровать нас терпела с семнадцатого года, как мы с ней познакомились, – она бы давно развалилась, – заметил Жан. – Ей еще повезло, что нас столько времени не было. Ник, как у тебя там?
– Вот болтун, – воскликнула Ин. – Хорошо у него там. Нам помощники не нужны. А как вот у тебя там?
– Лиза, ну, скажи ты им хоть что-нибудь.
– Нет, Жанчик, я с тобой сойду с ума, – призналась Лиза, сдерживая смех.
– Поняли, да? Нам тоже очень неплохо.
– Лиза, твой мальчишка, наверное, фашистов не дождется, чтобы им кое-что оторвать. Я вперед ему это сделаю.
– Я его тебе не отдам, он мой. – Лиза прижала Жана к себе. – Это мое сокровище!
– Поняли? Вопросы есть?
– Есть, – сказал Ник. – Давайте хоть немного поспим. Дел днем много будет. Я это сейчас уже чувствую.
– Ин, спи, – тихо сказал Жан, целуя грудь Лизы. – Мы уже почти спим.
– Только в печку больше ничего не кидай. Жара невыносимая стоит, – предупредила Ин.
– Раскройся и дыши глубже, – посоветовал Жан. – Радуйся, пока есть такая возможность.
– Мы давно раскрылись.
Жан протянул руку, нащупал два обнаженных тела.
– Это вы что ли? – спросил он.
– Нет, это не мы, – ответил сонным голосом Ник.
– Совсем измучила парня, – не мог снова остановиться Жан. – Он уже сны видит, а ты со мной все болтаешь.
Лиза прижала голову Жана и своей груди и нежно погладила.
– Все, успокойся.
– Я тебя люблю, – зашептал Жан, обнимая Лизу за бедра. – Ты всегда такая прекрасная. – Он наклонился и поцеловал ее в животик. – Ты просто прелесть…
Раньше всех проснулась Ин.
На улице было уже светло и кончился дождь, который лил целую ночь.
Она открыла глаза. Рядом лежал Ник; с другой стороны Лизы под пледом ворочался Жан.
Ин окинула молодых людей взглядом, хотела прикрыть Ника, но не смогла вытянуть из-под него плед, встала и подошла к окну, раздвинула шторы.
Лиза сразу открыла глаза.
– Смотри на этих ангелочков, – сказала Ин. – Всю ночь болтали, а теперь, бесстыдники, спят хозяйством кверху.
– Не трогай их, пусть спят.
Девушки встали, оделись и вышли в гостиную.
– Приготовить даже нечего, – сказала Ин. – Ни продуктов, ни хлеба.
– Выпьем чаю и будем их будить. Жан знает, куда надо идти. Нас всех на паек поставят.
Они разогрели чайник.
– Последние дрова, – заметила Ин и снова подошла к окну, которое выходило во двор. – Смотри, вчера куча досок была, а теперь нет. Все по квартирам растащили… А мы даже не запаслись на вечер.
Лиза растерялась, окинула взглядом комнату.
– Мальчишки, что-нибудь придумают, – вздохнула она. – А если что, мебель кое-какая есть.
– Не выдумывай, – категорически запротестовала Ин. – Ничего здесь трогать не будем. Они проснутся и все решат. Я их знаю.
– Я тоже их знаю, – согласилась Лиза. – Они у нас молодцы. Ин, я хотела тебя спросить, тебе нравится Ник?
– Нравится. Я его люблю. Жаль, что у нас такие непонятные для нормальных людей встречи. Все где-то в прошлых временах.
– А ты с ним там, в вашем времени, не встречалась?
– Вот только случайно, последний раз, но отношений у нас никаких не было. Мы там чужие люди. А я его так люблю, он такой молодец. Ты, я вижу, тоже без ума от своего Жанчика. Он, и правда, такая лапочка, просто красавчик.
– Я, когда даже до него прикасаюсь, меня всю трясти начинает. А как он смотрит! Эти его глазки… Я просто не знаю… Я его, наверное, больше чем люблю, я его обожаю, я им просто живу.
– Дуры мы с тобой, – сказала Ин. – Сидим тут и обсуждаем, кто больше любит. – Ин встала и приоткрыла дверь в спальню. – Вон они, красавцы, лежат и ухом не ведут. Раскидали свои тела по всей кровати и им хоть бы что.
– Честно, я поражаюсь, они вообще ничего не стесняются, – тихо сказала Лиза, не отрывая взгляда от молодых людей. – Неужели в вашем двадцать первом веке такая молодежь?
– А чего им стесняться? И в восемнадцатом, и в двадцать первом веке все прекрасно друг о друге всё знают. Я ничего здесь плохого не вижу. Тебе же нравятся они?
Лиза улыбнулась.
– Очень.
– Ну, вот видишь. Мы такие же, и ничего тут особенного нет. Давай их будить. Хватит дрыхнуть!
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?