Текст книги "Любовь, которая сотворила историю"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyubov-kotoraya-sotvorila-istoriyu-6596.jpg)
Автор книги: Ги Бретон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
НАНТИЛЬДА – САМАЯ ОБМАНУТАЯ КОРОЛЕВА
Во время мессы в Ромийи король Дагобер [4]4
Дагобер – правил в 629-639 годах
[Закрыть] услышал прекрасное пение, раздававшееся под сводами собора. Оно настолько восхитило его, что после службы он захотел узнать имя обладательницы чарующего голоса.
– Это Нантильда, послушница, – сказал ему священник.
Дагобер, как и все франкские короли, был резок, важен и не терпел возражений.
– Я хочу познакомиться с ней, приведите ее, – приказал он священнику.
Через несколько минут ему представили красивую молодую девушку с голубыми глазами и длинными светлыми косами.
– Пой! – велел ей Дагобер. И Нантильда спела.
– Действительно, это твой голос я слышал. Ты едешь со мной!
Священнику был хорошо известен страстный темперамент короля.
– Позвольте! Позвольте! – пытался он остановить Дагобера. – Вы, видимо, забыли, ваше высочество, что это служительница церкви. Что вы хотите с ней делать?
Дагобер, восторженно рассматривая грациозную фигуру девушки, оттолкнул священника, изрыгнув бранное слово.
– Какое твое дело? Я король! Она моя!
– Прежде всего она принадлежит Богу, – спокойно, но твердо возразил священнослужитель.
Нантильда во время этого разговора не смела поднять глаз. Ее охватило смятение, и от этого она стала еще прекраснее.
Дагобер был набожен. И в уме франкского короля, мало привыкшего думать, происходила медленная борьба: он понял, что похищение служительницы культа – серьезное преступление, которое открывает ему дорогу в ад, но он страстно желал Нантильду и не привык отказывать себе в таких удовольствиях.
– А если она станет моей женой? – немного подумав, спросил король.
– Это меняет дело, – растерявшись, ответил священник, – но разве, ваша светлость, у вас нет законной супруги?
– Есть. Но она не способна дать мне наследника. Поэтому меня с ней ничего не связывает. Я ее прогоню.
– Правда? – удивился священник.
– Я тебе это обещаю.
– В таком случае можете забрать Нантильду с собой.
Дагобер не заставил дважды повторять свои слова. Заключив в объятия девушку, он сел на лошадь и поскакал к королевскому замку. Неожиданно он остановил коня и обеспокоено спросил Нантильду:
– Ты франкского происхождения? Чистокровна?
– Да, ваше высочество.
Обрадованный ответом, Дагобер поцеловал ее в губы. И теперь, совершенно успокоившись, продолжил путь. Испуг его был вызван тем, что короли Галлии не могли брать в жены чужестранок. Теперь, когда он убедился, что его избранница принадлежала к племени франков, женитьба была возможна.
На следующий день после прибытия в замок Дагобер отверг свою жену, очаровательную Гоматруду, и объявил, что женится на Нантильде. Нисколько не удивившись решению короля, епископ благословил его новый союз и пожелал супругам обзавестись множеством детей.
Поведение короля было обычным для того времени: женщин брали в жены, насиловали, отвергали, убивали. Богословы даже сомневались, есть ли у них душа…
Через несколько дней после женитьбы Дагобер решил оставить Ромийи, он остановил выбор на своем родном городе Клипьякюсе (Клиши), рядом с Парижем, где амбары и подвалы были забиты всякой снедью.
Рано утром обоз из тридцати переполненных экипажей покинул Ромийи. Обоз медленно продвигался сквозь леса Нейстрии. По дороге вытянулись повозки с дворцовой прислугой, с оружием, с посудой, одеждой, драгоценностями. В украшенной карете ехала юная Нантильда, она спала, растянувшись прямо на меху. Рядом верхом на лошади скакал Дагобер.
Он вспомнил о путешествии, совершенном пять лет тому назад. Ему было пятнадцать. Его отец, Хлотарь II, только что провозгласил его королем Австразии. И Дагобер покинул Брен, чтобы обосноваться в Трире, столице своих владений. По дороге в замок, на лесной опушке, он увидел молодую девушку, которая плела из ивы корзинки. Эта обладательница светлых волос и безукоризненной груди была настолько красива, что юный король прервал путешествие, пригласил ее в карету. Она стала главной любовницей Дагобера, и он нежно называл ее своей Голубкой.
Однажды в Трир прибыл посыльный Хлотаря II и передал молодому королю волю отца.
– Твой отец желает, чтобы ты взял в жены Гоматруду, младшую сестру Сишильды, его новой жены. Свадьба должна состояться в Клипьякюсе. Не беспокойся, твоя будущая жена очень красива.
Дагобер был послушным сыном. Не мешкая, он отправился в Клипьякюс исполнять волю родителя. Но так как его воспитание оставляло желать лучшего, он не счел предосудительным взять на свою свадьбу Голубку. Они приехали вдвоем в столицу Нейстрии. Гоматруда, не знавшая о существовании любовницы у своего будущего мужа, была неприятно изумлена, но сумела скрыть замешательство и только сказала:
– Хорошо, мы будем втроем!
Свадьба прошла пышно. Хлотарь II не пожалел денег, чтобы отметить брак сына.
Вернувшись в Трир, Дагобер стал жить с Гоматрудой и Голубкой. Это были не самые приятные воспоминания короля о «жизни втроем». Гоматруда так сильно ревновала мужа к сожительнице, а Голубка к Гоматруде, что, желая немного отдохнуть от домашних и любовных проблем, король ушел на войну с саксонцами.
Прошел год. Хлотарь II скоропостижно скончался, и Дагобер отныне стал править Нейстрией, Австразией и Бургундией – огромной территорией, раскинувшейся от Бретани до Баварии и от Ла-Манша до Марселя.
Некоторое время он чувствовал себя всесильным и счастливым. Потом умерла Голубка, к которой король был очень привязан, а вскоре и их маленький сын.
По дворцу поползли слухи, что эти две внезапные смерти были на руку одной лишь Гоматруде. Многие были уверены, что это ее козни.
Смерть Голубки не сделала плодовитой несчастную королеву, которая теперь была изгнана в парижский монастырь.
При этой мысли Дагобер нахмурился.
– Только бы Нантильда подарила мне сына! – прошептал он.
И с думами о своем будущем наследнике он пустил лошадь в галоп и вскоре занял место впереди обоза.
В Клипьякюсе Дагобер и Нантильда прожили счастливо всю зиму. Король первый (и последний) раз в жизни был по-настоящему предан женщине, которую любил.
Его постоянно тянуло к ней, никогда он еще не испытывал такого сильного влечения. Он мог даже внезапно покинуть совещание, чтобы прийти к ней в спальню. Прогулки вдоль Сены, которые они любили совершать, сопровождались многочисленными остановками в кустах.
Но Дагобер волновался и сильно печалился. Его надежды не сбывались. Долгожданный наследник не появлялся на свет.
Однажды он верхом на лошади, ибо быстрая езда успокаивала его, уехал в леса, отделяющие Клипьякюс от горы Мучеников. Свежий ветер, дувший ему в лицо, не мешал его раздумьям. Он думал о том, что ему уже тридцать лет (по тем временам возраст солидный, мало кто преодолевал сорокалетний рубеж) и ему непременно нужен сын, чтобы франкское королевство продолжало процветать под властью потомков Хлодвига.
Он прекрасно понимал, что многочисленные родственники только и ждут его смерти, чтобы захватить трон. При одной этой мысли его зеленые глаза злобно засверкали и он стиснул зубы.
– Если у меня не будет сына, я поступлю по примеру Хлодвига, – прошептал он.
Хлодвиг спокойно использовал для завоевания трона безнравственное, но очень эффективное средство: он свел в могилу почти всех членов семьи и избавился от близких и дальних родственников. «Горе мне, оставшемуся одиноким, подобно чужестранцу в другой стране. У меня нет никого, кто мог бы помочь, утешить меня», – плакался он.
Эта была бессовестная уловка, но всегда находился какой-нибудь дальний родственник из провинции, который из-за чувства сострадания приезжал на поклон к Хлодвигу.
– Я здесь, монсеньер, я из твоего рода и готов служить тебе.
И тогда Хлодвиг убивал до сего времени неведомого ему претендента на трон.
Это коварство пришлось по душе королю Дагоберу, который однажды ночью, воспользовавшись примером предка, перебил десять тысяч болгар, пришедших просить у него покровительства.
– Однако, – размышлял он, – приятнее и проще было бы в третий раз жениться.
Во дворце все служанки уже прошли через его постель, и он решил поискать новых. Для этого он вместе с Нантильдой, которая, конечно, ничего не знала о цели их путешествия, отправился в поездку по провинции Санлис, где женщины славились своей красотой и страстью. В каждом городе, встречавшемся по пути, король останавливался под предлогом кого-то рассудить или принять клятву городских властей на верность ему. На самом деле он пристально рассматривал проходящих молодых девушек.
Однажды вечером, прогуливаясь по улицам Санлиса, он был потрясен, увидев очаровательную блондинку, которая сидела перед скромной хижиной и пряла пряжу, напевая при этом нехитрые песни. Он подозвал ее.
– Как тебя зовут?
– Рагнетруда, монсеньор.
– Ты очень мила, поехали со мной!
На пороге хижины появился человек.
– Это твоя дочь? – спросил Дагобер.
– Да!
– Я забираю ее. Я ваш король.
Старик ему поклонился, пробормотав:
– О! Спасибо, монсеньер, спасибо.
Дагобер привез молодую девушку в королевский замок, уединился с ней на три дня и три ночи…
Нантильда оказалась умнее Гоматруды. Ей удалось сдержать слезы и радушно встретить юную Рагнетруду, когда та села за стол с королем. Король оценил поведение жены и не стал с ней разводиться. Время от времени даже предлагал ей разделить ложе. И нежная Нантильда утешалась внимательным к себе отношением.
Дагобер, опасаясь, как бы и Рагнетруда не оказалась бесплодной, заменил всех придворных служанок и завел новых любовниц. Нантильда, зная о том, что каждую ночь король проводил с очередной девицей, пытаясь продолжить род Меровингов, переживала это очень тяжело.
Как-то Дагобер вошел к королеве, сияя от радости.
– Радуйся! – воскликнул он. – Рагнетруда скоро станет матерью, у меня будет наследник.
Несчастная нашла в себе силы поздравить мужа, но как только он покинул ее, королева, рыдая, бросилась на постель.
Сын Рагнетруды родился в 631 году. Его назвали Сигебертом. В ознаменование этого события Дагобер принял на службу красивую пятнадцатилетнюю служанку и проявил к ней самые нежные чувства.
Король неожиданно вспомнил, что в Тулузе у него есть сводный брат, который может напасть на его сына Сигеберта, и любящий король-отец тут же приказал убить ненужного соперника. Этот поступок очень понравился всем вельможам. Они уже опасались, как бы Дагобер не уподобился женщине. Ведь он на протяжении долгого времени никого не убивал из своей родни. А король, чтобы всем и себе тоже доказать, что, несмотря на свои тридцать три года, у него есть еще порох в пороховницах, обзавелся еще одной наложницей, которую звали Вульфгунда.
На этот раз во дворце плакали две женщины: Нантильда и Рагнетруда, которых общая беда объединила.
После рождения сына Дагобера охватило какое-то любовное помешательство, и он превратил свой дворец в какой-то притон – недаром его прозвали франкским Соломоном. А Нантильда часами молила Бога, чтобы он простил грехи ее мужа.
Вместе с пастором Элоем она пыталась вырвать государя из этого распутства и заставить вернуться к прежней жизни. Но несчастный уже был не тем великим королем, который правил страной в течение пятнадцати лет. Оргии истощили и ослабили его организм. Прошли долгие месяцы.
Королева, к великой своей радости, наконец, подарила Дагоберу долгожданного сына. Король был в восторге.
– Вот кто будет моим наследником, ибо им меня одарила моя нежная и преданная Нантильда, – воскликнул он.
Мальчика назвали Хлодвигом. Однако чтобы не огорчать Рагнетруду, он провозгласил Сигеберта, которому к тому времени исполнился один год, королем Австразии.
После рождения законного наследника Дагобер вновь сблизился с Нантильдой, и священник Элой использовал это, чтобы через молодую жену давать королю политические советы. На этот раз они сумели благотворно повлиять на Дагобера и заставить его заняться делами королевства. К концу своего правления король даже одержал две важные победы над басками и бретонцами.4
Правда, к этому времени у него была уже четвертая жена, изумительно красивая Бертильда.
«Любовь к женщинам, – пишут летописцы, – заставляла Дагобера совершать самые постыдные поступки». Полностью изнуренный своими похождениями, в 638 году, когда ему исполнилось тридцать шесть лет, он скончался.
Нантильда, которая благодаря своему мягкому характеру и умелой дипломатии, оставалась при всех обстоятельствах первой женой короля и обладательницей королевского титула, правила государством, пока Хлодвиг II был ребенком. И все историки признают, что правила она с большим умением. Нантильда умерла в 642 году, убежденная в том, что род Меровингов пришел в упадок и что в этом несомненно была заслуга ее мужа, который с такой страстью предавался пороку.
КАРЛ ВЕЛИКИЙ – ДИТЯ ЛЮБВИ
Королева Бертрада жила на широкую ногу
А. Этьеван
В 741 году в Лаоне находился великолепный замок, один из самых известных в Австразии. Своими многочисленными флигелями, построенными почти целиком из дерева, внутренними двориками и садами, хранилищем оружия, колодцем, хлевами, караульными помещениями, сторожевой башней он представлял собой прообраз феодальных замков, которые стали возводить во Франции лишь через три века.
В нем жил граф Кариберт со своей женой и дочерью – пятнадцатилетней Бертрадой, в окружении многочисленных слуг и охраны.
Летописцы оставили мало подробностей о жизни этого человека, и его имя было бы забыто, если бы Бог не одарил его дочь изумительной красотой.
Бертрада была настолько прекрасна, что люди забывали обо всем, когда ее видели.
Если Бертрада сидела за обеденным столом, гости совершали досадные оплошности: вместо того, чтобы аккуратно вытереть рот рукавом, как требовали правила поведения, они цепенели, не замечая, что с губ капает соус, или не облизывали пальцы, как это было принято, а просто вытирали их о полы своей одежды.
Они были очарованы длинными светлыми волосами, лучистыми голубыми глазами и обворожительной улыбкой маленькой красавицы.
Злые языки пустили слух, что одна ее нога немного больше другой. Эти сплетни утихли, но оставили, как это обычно было в средние века, прозвище – Колченогая Бертрада.
Но оставим эти россказни отвергнутых поклонников и представим Бертраду такой, какой она была в свои пятнадцать лет: грациозной и жизнерадостной девочкой, которая пряла пряжу вместе с матерью, распевая старинные песни Меровингов.
Она тогда не знала, что судьбой ей уготовано стать первой королевой новой династии и матерью императора, равного которому не было со времен Юлия Цезаря.
Как-то к Кариберту пожаловала целая кавалькада. Когда вельможа, возглавлявший отряд, сошел с коня, его низкий рост всех удивил. Бертрада увидела в окно, что ее отец почтительно поздоровался с посетителем и повел его в самую богатую комнату.
– Это Пипин, управляющий королевским дворцом, – потом объяснил он дочери. – Из-за своего низкого роста его прозвали Коротким.
Бертрада слушала с интересом. В то время управляющий королевским дворцом по своему значению был равен премьер-министру и обладал огромной властью. А некоторые говорили, что он был могущественнее короля.
В начале VIII века правил Хильдерик III, последний король из династии Меровингов. Он мало занимался государственными делами, погряз в сластолюбии и лени.
Вот как описывает Хильдерика III летописец: Эжинар: «Род Меровингов уже в течение долгого времени не проявлял добродетели. Хильдерик довольствовался тем, что носил титул короля, отпускал длинные волосы и бороду, сидел на троне, играя в монарха. Он принимал послов и отвечал им фразами, заранее заготовленными для него. Питание короля оплачивал по своему усмотрению управляющий. В собственности Хильдерика III было лишь одно имение, приносящее очень маленький доход. Здесь он жил с небольшим количеством прислуги. Если король куда-нибудь уезжал, то он путешествовал в повозке, запряженной на крестьянский манер волами. Что же касается управления королевством, этим занимался управляющий королевским дворцом». [5]5
Назывался также «майордом».
[Закрыть]
* * *
Бертрада знала обо всем этом и, когда отец представил ее Пипину, была очень смущена.
Во время трапезы она украдкой поглядывала на эту важную особу, слушала его рассказы о войне, которые вызывали ужас. Казалось, этот человек во многом преуспел и был счастлив. И Берту что-то влекло к этому человеку, хотя она. с удивлением замечала, что он относится безразлично к ее красоте.
К концу завтрака она одаривала его уже взглядами влюбленной женщины. Ей нравилось, что Пипин не бросал в головы других гостей кости из своей тарелки, как другие посетители Карпберта, считая это милой шуткой. На самом деле Пипин обычно развлекался, как и остальные его соотечественники. Но в этот день у него было одно желание – уйти из гостей, уведя с собой красавицу Бертраду.
Когда он сообщил о своем решении Кариберту, тот даже расплакался от радости. Он не рассчитывал на такую удачную партию для своей дочери. Юная Бертрада впервые в жизни почувствовала себя по-настоящему влюбленной. Ей казалось, что перед ней открываются ворота в рай. Пробыв два часа в доме Кариберта, Пипин горделиво возвращался теперь домой во главе кавалькады, нежно заключив в объятия красавицу Бертраду.
В тот же вечер они позаботились, чтобы род Пипина был продолжен.
Бертрада была любима, у нее не было соперниц, и ее дни в доме управляющего протекали счастливо. Она играла со своими сверстницами, а вечерами уединялась со своим милым Пипином, одаривавшим ее пылкими ласками. Труды Пипина были вознаграждены, и 2 апреля 742 года у Бертрады родился крупный ребенок, которого нарекли Карлом.
Видя, какой ее семилетний сын умный и сильный. Бертрада решила сделать его королем.
Хильдерик III уже давно не обладал реальной властью, трон его мог захватить любой вельможа. Почему бы это не сделать Пипину, ее милому возлюбленному, думала Бертрада. Прежде всего она решила обвенчаться с Пипином, чтобы ее сын, дитя любви, был признан законнорожденным. Свадьба состоялась в 749 году.
Став женой, Бертрада стала уговаривать мужа изгнать последнего Меровинга и занять престол. Пипин Короткий был уверен, что ему это легко удастся, но колебался, боясь, что этот шаг не понравится королевским вельможам, которые давно не подчинялись несчастному Хильдерику, но могли воспротивиться и новому узурпатору.
Хитроумная Бертрада подала ему идею добиться расположения папы.
– Задай ему простой вопрос, – посоветовала она. – Кого справедливо называть королем – того, кто действительно правит, или того, кто создает лишь подобие власти.
Пипин послушался и вскоре получил ответ из Рима: «Тот король, у кого реальная власть». Управляющий вздохнул. Теперь все стало ясно.
В Суассоне Пипин собрал вельмож и ознакомил их с мнением папы. Дело не терпело отлагательств, и управляющий был провозглашен королем.
Хильдерик III, так толком и не поняв, что же произошло, был пострижен и заключен в монастырь.
Бертрада, мечта которой сбылась, была горда тем, что во многом благодаря ей Пипин стал могущественным и достойным уважения королем [6]6
Так пришла к власти новая династия – Каролингов.
[Закрыть]. Она была очень счастлива, получив титул королевы. Но самое важное (и она сохраняла это в тайне) – что теперь ее сын станет наследным принцем Франкского королевства. В 752 году Пипин и Бертрада были коронованы св. Бонифацием. Эта церемония, которую игнорировали Меровинги, подняла престиж короля и королевы, ставших для франков истинными наместниками Бога на земле.
* * *
В 753 году папа, у которого были напряженные отношения с Лангобардским королевством, приехал в Нейстрию просить о помощи франкского короля. Его пребывание было полезно королю. В соборе в Сен-Дени состоялось повторное торжественное посвящение в сан франкского короля и королевы. Это известие облетело все королевские дворцы от Северного моря до Болгарии.
Летопись священника Бертина.
После рождения второго ребенка, названного Карломаном, Бертрада активно занялась государственными делами. Она сопровождала Пипина во всех военных походах.
Когда король в 768 году умер, королевство, согласно обычаю, было поделено между двумя наследниками. Но едва они были посвящены в сан (Карл – в Найоне, Карломан – в Суассоне), как начались распри. Королева-мать была вынуждена использовать все свое влияние, чтобы между ее сыновьями не разразилась война.
Карломан завидовал Карлу, считая себя обделенным при дележе владений. Он называл брата незаконнорожденным, желая видеть себя единственным наследником Пипина Короткого. Поддерживаемый герцогом Баварии и Дизидерием, королем Лангобардского королевства, он не оставлял в покое брата.
Бертрада понимала, что рано или поздно между братьями вспыхнет кровавый конфликт. Она решила лишить Карломана существенной поддержки в лице короля Лангобардского королевства. Мудрая Бертрада, не мешкая, отправилась в Павию для переговоров о женитьбе Карла на дочери короля лангобардов. Чтобы укрепить связи между Франкским и Лангобардским королевствами, она одним махом выдала и свою дочь за сына Дизидерия. Этот хитрый план Бертрады ужаснул папу. Под предлогом, что Карл женат, он уведомил королеву-мать о том, что противится этой женитьбе.
Но Бертрада, привыкшая доводить до конца задуманное, ослушалась папу и заставила Карла отвергнуть свою первую жену Химильтруду и жениться на принцессе Дезире из Лангобардского королевства. Карлу, похоже, не очень хотелось ложиться в постель с этой девицей. Однако он послушался мать, и в праздник Рождества в 770 году состоялась помпезная свадьба.
Карломану ничего не оставалось делать, как успокоиться, и между братьями, как и рассчитывала Бертрада, воцарился мир. Это была одна из главных побед предусмотрительной Бертрады несколько лет королева с удовольствием созерцала плоды своих усилий: благодаря ей могущественные короли жили в мире.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?