Текст книги "Гармония. Сборник стихов"

Гармония
Сборник стихов
Глеб Осипов

© Глеб Осипов, 2023

ISBN 978-5-0060-1532-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Густав

Всё было скомканно, размыто и скоротечно, впрочем, как часто и бывает, очнувшись после ночных бредней. Я видел очертания людей, напоминавших мне моих друзей. Если говорить точнее, то это были действительно они: щебетавшие невнятные звуки, они стыдливо смотрели в пол, продолжая бурчать с каким-то предвосхищенным ликованием. Всё было сдержанно, чинно. Они были в белых костюмах, изготовленных из довольно странной текстурной ткани – узоры были довольно объемными, словно это какие-то стертые временем барельефы, выбитые в эластичном камне. Виднелась католическая кафедра и стрельчатый дверной проём с массивными дверными ставнями. Я был в ночной рубашке, и моим главным действом было то, что я непременно должен был как можно скорее надеть свадебное платье. Оно не казалось мне каким-то сложносшитым, напротив, я был абсолютно уверен в том, что не составит никаких трудностей облачиться в него кому угодно – даже церковной мыши. Ассистент бесконечно сопровождал моё преображение неполадками – сама нижняя конструкция идеально сидела по моей фигуре, а вот внешняя или верхняя часть никак не могла состыковаться с другими его частями. Я чувствовал себя нежной башней Татлина, идеально лаконичной по своим формам, с радикальным назначением и символичной направленностью, но так и не завершённой и оставшейся лишь в нескольких макетах размером с человеческий рост. Так и не завершив начатое облачение, я торопился сесть в машину, которая ждала меня за обрывом реки, перекрывавшей старую улицу. Шёл дождь, капли которого ледяным звоном разбивались о каменную дорогу. И в этот момент я, стоявший с открытыми плечами в так и не завершённом свадебном платье, пытался сесть в чёрную машину. Кажется, в этот момент я принял для себя одно из важных решений жизни, но какое именно, неизвестно никому. Я пробудился после тяжелого сна на рассвете со сдавленной грудной клеткой, а то, что увидел, расценил как очередной ночной кошмар. Спустя минут десять я снова заснул, представляя, что я держу в руках маленький букет белых роз с укорочёнными стеблями. Теперь не могу забыть об этом образе. Конечно, я был бесконечно красив. Обреченный на ожидание и вечность безмолвия.

Петроградская сторона

 
моя душа опустошена,
и я не знаю,
куда мне податься
 
 
я осознала, я решила,
прошла по ступенькам ада,
мокрая трава —
здесь ни к чему
нельзя прикасаться
 
 
ручей из алых капель,
витиеватые сплетения
 
 
осторожней, ведь тут
ты можешь уколоться
 
 
на том берегу,
всё было как в тумане,
рогатый старый козел,
злая собака,
змеиный клубок
 
 
кругом сплошные опасения
 
 
страшные тени,
вой на ветру
 
 
как церковный хор
 

Дива

 
*Лорине Рей
 
 
каждую ночь
закрываю глаза,
лишь думая о том,
насколько мир изменчив,
насколько он ещё
 
 
способен быть весёлым.
с удушливой волной
я в полночь представляю
весь этот свет и день
 
 
под маской праздности
мы прячем слёзы,
обыденность забот
прошедших дней, но вот
 
 
я превращаюсь
в нечто, что способно
разжечь огонь
и безобразие сумрака
затмить
 

Вулкан

 
я вулкан —
гневливо шепчу, причитаю,
пеплом кашляю, сонно кряхчу,
остываю
 
 
я вулкан —
всё живое вокруг убиваю,
всё вокруг в чёрный камень,
металл превращаю
 
 
я вулкан —
моя песня шипящая
слышится где-то
 
 
печаль моя серая, смуглая,
дымом-ядом несётся
 
 
куда-то по ветру
 

Чёрная речка

 
кем мне стать для тебя?
в кого мне превратиться?
в кого мне превратиться?
 
 
нет больше сравнений,
чтобы описать тот холод,
пронизывающий
и ужасающий
 
 
он охватывает меня
 
 
как хищник,
выжидающий жертву,
притаившись
в укромном месте,
оставь меня
 
 
кем мне стать для тебя?
в кого мне превратиться?
как мне спрятаться
и скрыться?
 

Der unfall

 
рассвет и тайное мгновение,
стёртое в пух и прах.
 
 
я – офисный работник,
среди пластиковых предметов,
вещей из переработанного сырья.
 
 
мне нужны идеи, мне нужна цель,
мотивация, мотивация, но я слеп,
 
 
слеп мир, и мы движемся к цели,
сбивая на пути всё
иррациональное, я не думаю
о мире, я мыслю категориями.
 
 
есть общий миф, есть мираж,
мой облик индивидуален,
я – часть экосистемы, часть
рационального мира,
 
 
мёртвый, выверенный,
чёткий язык,
 
 
в нём нет отрицаний, нет ошибок,
в нём есть результат, клише,
я пыль, ты ураган,
мы вместе яркий свет —
 
 
rosebud
 

Гурьянов

 
я бы хотел быть ретивой змеёй,
переплетаясь в кристаллах
там, где солёный песок
 
 
о эти с завистью смотрящие
откуда-то с небес,
сквозь розовую пелену
пробивался свет и разбивался
на тысячи прекрасных снов
 
 
я бы хотел быть ретивой змеёй,
теряя кожу, лишь обнажая
дикий нрав и пылкий голос
 
 
трещины на пересохшей глине
 

JFK Airport

 
на вкус такая горечь,
серая пыль знойных дорог
 
 
эта поездка на такси
кажется такой странной,
ещё один огонь погас
где-то в окне
 
 
не заставляй
меня возвращаться,
вновь и вновь
этот шум улиц,
толпа народу,
неразбериха
 
 
где-то слышен гимн,
его поют на арене,
вокруг ликование,
пар смешался с дождём
 
 
я вернусь в нью-йорк
 

Эмигранты

 
где-то там, по волнам
прибрежных вод,
мы шли на корабле
 
 
забытая земля,
морская соль
покрыла наши мачты,
и солнце рассекло
 
 
нам суждено переболеть.
застрянет в горле
лихорадочной
скупой мокротой,
и разорвутся гланды
да воспалятся дёсны
 
 
я говорю тебе, что мы
проснёмся там, где нас
никто не ждёт
 
 
мы – эмигранты.
я часто думаю
о светлом небе,
молитва на заре,
 
 
там новый кислород,
там сбудутся мои мечты,
ведь ты же знаешь
 

Castro

 
я думаю, что мог бы быть
как джуди гарлэнд
 
 
американская мечта,
ролл

...

конец ознакомительного фрагмента