Текст книги "За гранью обыденного (сборник)"

Сергей и Женя, не говоря ни слова, пулей выскочили из дома. В этом шоковом состоянии они отбежали примерно на полкилометра, после чего остановились и оглянулись. Толпа миновала дом и спокойно шла в их сторону. Тяжело дыша, Сергей заметил, что с правой стороны к ним приближаются еще не меньше пятидесяти человек. Женя тоже это увидел. Оба не могли вымолвить ни слова. Инстинкты подсказывали, что нужно бежать. Бежать, как можно дальше. Деревня не была большой. Если бежать по главной дороге, то рано или поздно выйдешь на главное шоссе, до которого оставалось около пяти километров. Друзья бежали все это расстояние без остановки, с трудом переводя дыхание. Скоро, уже очень скоро! Еще пара поворотов. Сейчас доберемся.

Волна удивления мгновенно превратилась в панику. Вот и знакомая бензоколонка. Вон и первые домики… Вот мы и снова на въезде в деревню… Друзья стояли, пытаясь отдышаться – оба не помнили, когда в последний раз пробегали дистанцию в несколько километров. Машин не было. Тишина. Простояв у обочины несколько минут и молча обмениваясь взглядами, Сергей и Женя заметили в конце дороги, ведущей в деревню, какое-то движение. Толпа приближалась. С обратной стороны дороги наблюдалась та же картина.

– В лес! – Женя указал в сторону напротив бензоколонки и вдвоем они устремились вглубь.

Пробираться по лесу оказалось невероятно сложно: коряги, деревья и густые кустарники возникали словно из ниоткуда и отказывались так просто отпускать незнакомцев. Друзья не ушли и на сто метров в лес, как заметили, что обе толпы уже следуют за ними по пятам. Этим тварям было гораздо легче перемещаться: они будто шли по прежней дороге. Расстояние неумолимо сокращалось. Вдруг Сергей ступил на вязкую поверхность и провалился по пояс. Болото.

– Конец, Жека. – Сергей еле выбрался не без помощи друга.

До толпы около двадцати метров. Друзья встали плечом к плечу, повернувшись к толпе, стараясь угадать, что им теперь ожидать. Сергей достал телефон и попытался дозвониться до матери.

***

Лариса Петровна стояла у закрытого гроба, не в силах произнести ни слова. Тела сына и его друга, Жени, были найдены три дня назад неподалеку от въезда в деревню. Официальной причиной смерти было названо утопление. Хотя, где двое молодых парней могли утонуть, так и осталось загадкой, ведь ближайшее озеро расположено в двух километрах от места трагедии. Из этических соображений друзей хоронили в закрытых гробах – мать никогда не забудет выражение их лиц, когда проводилось опознание тел.

После похоронной процессии несчастная женщина пошла к себе домой. Сейчас начнутся поминки. Невесту Сергея до сих пор успокаивали ее родители. Лариса Петровна молча прошла на кухню и заметила, что ее телефон вибрирует по столу. Номер не определен. Очень странно. Тем не менее, женщина решила ответить. В трубке она услышала тяжелое дыхание и отдаленный хруст веток.

Полеты во сне

– … семь, восемь, девять, десять! Кто не успел, того монстр и съел! – Виктор опустил ладони и замер в ожидании, стараясь распознать все звуки в округе. Цель – найти пятерых «пленников», осмелившихся сбежать из «подземелья». Когда тебе еще не стукнуло и десяти, даже обыкновенные прятки становятся настоящим приключением.

Июль. Беспощадная жара заставляет жителей больших городов по максимуму проводить время на даче, подальше от раскаленных бетонных джунглей. Родители Виктора относились к тому классу людей, к которым судьба оказалась благосклонна в финансовом плане и сейчас маленький сорванец, в силу возраста воспринимающий данность как само собой разумеющееся положение вещей, безмятежно пребывал в выдуманных мирах на свежей природе со своими сверстниками.

– Знаю я вас, половина опять в сарай убежали… – пробормотал про себя Виктор и уверенно пошел в сторону хлипкого строения, где его отец хранил непотребный хлам. Дойдя до места, где тропинка раздваивается и один путь ведет прямо в сарай, а другой – в дом, мальчишка столь же уверенно выбрал дорогу домой, даже не взглянув на деревянное сооружение. Хитрец знал, что сейчас за ним наблюдают.

«Но ничего. Сделаю вид, что иду на второй этаж, а сам незаметно буду смотреть на дверь сарая через окно на первом этаже. Малейшее движение и я всех поймаю!»

Виктор был лучшим «монстром» в этой игре. Редко кому удавалось ускользнуть незамеченным. «Монстр» вошел в дом и уже начал подниматься по лестнице. Сейчас самый важный момент в игре…

«Я рискнул, но я выиграю…»

Однако сарай по-прежнему казался безжизненным местом. Поднявшись на второй этаж, Виктор быстро подбежал к окну, выходившим во двор.

«Блин, сарай был вне зоны видимости секунды три – непростительная фора, могу и проиграть ведь…»

Но во дворе не было никакого движения.

«Странно. Ладно…» – подумал Виктор и решил исследовать комнату, в которой он сейчас находился. Первое, что бросилось в глаза – гардероб. Эх, уже не один «пленник» нашел в нем свою «погибель». Резко открыв дверцы с криком «Попались!», Виктор торжественно принял стойку победителя.

– Ааааааа! Блин, ты чё так олёшь?! – взвизгнул Вова, прятавшийся в шкафу. Виктор тем временем пытался вспомнить, в который раз он уже поймал Вову первым из всех «пленников». Однако, приступ смеха от картаво произнесенного другом в панике слова мешал ему найти ответ на этот вопрос.

– Олёёёшь! – смеясь, передразнил Виктор. Вова тем временем пытался подняться. Внезапно оба мальчика услышали два мужских голоса внизу – отцы Виктора и Насти, одной из «пленниц», вошли в дом и начали подниматься на второй этаж, попутно обсуждая какую-то тему. Отец Виктора был явно в возбуждении.

– Давай в шкаф, быстрее! – Виктор толкнул только поднявшегося на ноги Вову обратно на тряпки и влез следом, закрыв дверцы, – Тщщщ! Давай послушаем! – мальчики замерли. Спустя какое-то время дверь в комнату открылась, и в нее зашли двое.

– Ладно, хватит Костя. Поболтали и хватит. Голова уже болит от этого бреда, – Николай Сергеевич, отец Насти, явно желал закрыть тему.

– Как знаешь, Коля, как знаешь. И все же, я бы на твоем месте подумал еще. Опыт очень интересный, – Константин Викторович, папа Виктора, в душе очень надеялся на продолжение беседы.

– Сколько раз, говоришь, ты это делал?

– Три раза.

– А сейчас сможешь?

– Нет, конечно, нужно сосредоточиться, нужны спокойствие и тишина.

– И ты сам погружаешь себя в этот… транс… астрал… или как там эта фигня называется?

– Да не суть как оно там называется. Да, сам. Есть крайне простой и эффективный метод. Получается с первого раза. Ну, отец мой говорил, что у 99 процентов людей это получается и в 99 процентах случаев еще и с первого раза.

– Батя твой, говоришь, бывший КГБшник?

– Да, работал в этой структуре. Но никогда не вдавался в подробности. Неудивительно, правда? Я до сих пор не знаю, чем конкретно он там занимался. Но после того, что он мне рассказал пару недель назад и чему научил, думаю, что «веселья» у них там было много.

Мальчики, тем временем, сидели молча, разинув рты. Виктор бросил взгляд на Вову и приложил указательный палец к губам. Он вообще не знал, кем работал его дедушка до выхода не пенсию. Дедушка, он… Просто любящий дедушка. Разговор, тем временем, продолжился.

– И зачем они погружали себя в это… пространство?

– Пытались понять его сущность. Ну и использовать в своих целях, какой еще мог быть смысл?

– Мда… – Николай скептически улыбнулся.

– Вот ответь мне, Коля, ты летал когда-нибудь во сне?

– Само собой. Все в детстве летали.

– Летал или падал?

– Ну ё-моё, я помню что ли? Ну, падал, наверное.

– Не наверное, а точно, Коля. Никто не летает во сне. Все в итоге падают.

– Допустим.

– А почему мы падаем во сне в детстве, ты знаешь?

– Организм растет.

– Уверен?

– Костя, блин, я не эксперт и не биолог. Слышал такое объяснение, в подробности не вдавался.

– Это не потому, что мы растем во сне, а мозг реагирует на это подобным образом. Это настоящее падение в реальности.

– В смысле, падение в реальности? Мы же потом просыпаемся.

– Когда ты в последний раз падал во сне?

– Ох, Костя… Давно, – Николай подавил смешок, – Не помню уже.

– Ты хотя бы раз чувствовал момент соприкосновения с поверхностью в конце падения? Ведь мы чувствуем боль во сне, должны же оставаться хотя бы кратковременные ощущения, верно?

– Не. Помню только, что просыпался в испуге за долю секунды и всё, вроде.

– Защитная реакция. Сознание мгновенно возвращается обратно в тело, и мозг от переизбытка ощущений и эмоций резко просыпается. Все это вкупе дает эффект дезориентации, и ты еще минуту соображаешь, где вообще находишься. А то, что ты пережил, было падением какого-то реального человека.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Николай серьезно посмотрел на Константина. Приторно улыбнувшись, он задал вопрос.

– Так, здесь поподробнее… Какого еще человека?

– А кто его знает? Человека, который в тот момент летел в реальном времени в реальном месте навстречу своей смерти.

– Вот, значит, как… А почему такое, в принципе, происходит? С чего это мы вдруг оказываемся в головах у незнакомых людей, да еще и в такой момент?

– Вот этими вопросами мой отец и занимался, видимо… Как я понял, там не только этот феномен изучали. Много интересных вещей творилось в, так называемых, «снах». Причем, порой с летальным исходом для самих участников.

– Что ты имеешь ввиду?

– Иногда защитный механизм не срабатывал. И человек разбивался насмерть в своем сне. Но это единичные случаи.

– Ни фига себе твой батя байки травит. С чего это он решил тебя просветить-то вообще?

– Да кто ж его знает. Я никогда не мог сказать точно, что у него на уме. Но, как я понял, он мне рассказал все очень поверхностно – самую малость.

– Ладно, ясно все с вами, – Николай вздохнул, – что за метода-то хоть входа в этот транс?

– Это всего лишь аудиозапись. Она у меня на флешке с собой. Слушаешь, пока не уснешь – она все дело сделает. У детей защитное поле слабее намного, поэтому они неосознанно попадают в это… измерение. У взрослых защита намного сильнее, так что нужны определенные действия, чтобы впасть в это состояние.

– Ага… Ладно, считай, что разыграл! – Николай с усмешкой похлопал Константина по плечу, – Пойдем, нам еще второй замес шашлыков жарить.

– Все-таки не заинтересовался? – в голосе Константина чувствовалась досада.

– Нет. Фигня это все. Пойдем лучше.

И двое мужчин спустились вниз по лестнице, а затем вышли во двор, в котором слышались крики оставшихся «пленников», которым удалось вырваться на свободу и ускользнуть от «монстра».

Виктор и Вова вылезли из шкафа. Оба пытались переварить услышанный диалог. Получалось с трудом. Мальчики смутно представляли себе смерть, какие-то перемещения. Единственное, что их взволновало – есть волшебная аудиозапись, слушая которую можно перенестись в неизведанный мир.

– Давай поищем папину флешку! – Виктор был полон решимости узнать все прямо сейчас.

– Давай и потом поплобуем!

Виктор знал, где у отца была сумка с ноутбуком – на первом этаже в гостиной. Поиск флешки не занял много времени, она была в той же сумке в одном из боковых карманов. Во дворе же, судя по крикам, ребята были недовольны тем, что их побег до сих пор не оценен, и они решили уже сами найти Виктора и Вову.

– Побежали быстрее на чердак, его можно закрыть сверху, я знаю как! – Виктор схватил сумку и вдвоем мальчики рванули обратно к лестнице.

Чердак представлял собой неотремонтированный третий этаж дома, вход в который осуществлялся через люк в полу. Быстро забравшись туда, Виктор достал откуда-то щеколду и просунул ее между деревяшек. Теперь ребята были отрезаны от остального мира.

– Давай, только тихо… – Виктор, держа сумку под мышкой, на цыпочках прокрался к дальнему углу чердака.

– Ага, – Вова так же последовал за ним.

Ребята минут пятнадцать искали запись на флешке. Отец Виктора её даже не скрыл: она была в одной из рабочих папок. Виктор надел наушники и включил запись.

– Ну что там, что там? – Вове тоже было очень интересно.

– Как будто… Вода капает… на воду… – Виктор постарался сосредоточиться, – Ритм только странный.

– Дай послушать!

– Подожди, я усну, потом ты послушаешь!

Мальчики просидели в таком положении несколько минут. Виктор все это время слушал запись, Вова же терпеливо ждал. Вдруг глаза Виктора начали слипаться: мальчика явно бросало в сон. Уже через минуту его дыхание стало ровным.

– Эй, ты спишь, что ли? – Вова подергал друга за плечо. Никакой реакции, – Ни фига себе…

После этих слов Вова снял наушники с головы Виктора и сам погрузился в запись. Капли мерно падали на воду… Так спокойно, тихо, приятно, легко. Тишина…. Тишина… Тишина.

«Меня резко вырывает в воздушное пространство! Господи, что происходит?! Я сейчас умру?! Где я?! Я… Я… в пассажирском кресле! От самолета! Вон и сам самолет уже вдалеке уходит в пике! Господи, я падаю вниз! Дух захватывает, я сейчас в обморок упаду… Я падаю прямиком вниз! Не могу отцепиться от кресла, что-то заклинило! О, Боже мой, я вижу воду далеко внизу… Что это?! Море?! Океан?! Я ведь разобьюсь очень скоро! Мама! Аааа!!! Так, нет, нет, надо вырваться из этого чертова кресла! Бл… ть! Ну давай же, сука, бл… ть!!! Получилось! Теперь я свободно лечу… Мама… Какие большие волны… Это конец! Еще секунда и конец!!! Удар. Больно».

Вова проснулся в дикой судороге. Поначалу он не мог понять вообще ничего, но со временем рассудок начал возвращаться. Мозг словно нарочно стирал воспоминания, хотя кое-что еще осталось в голове. Вроде падал с большой высоты… В воду. Страшно до жути…

– Витя, мне щас такое плиснилось, ты офигеешь! – Вова вспомнил, что Виктор должен быть где-то рядом, он ведь тоже уснул еще до него.

– Витя! Ты щас офи… – закончить фразу мальчик не смог. В его горле застрял огромный ком ужаса. Осознание реальности полностью вернулось к нему. Кто-то отчаянно пытался выбить вход на чердак и, видимо, уже продолжительное время. Внизу слышались крики. Виктора не было рядом. Тут Вова заметил, что окно на чердаке разбито. Неуверенным шагом он подошел к нему и глянул вниз. Тело Виктора лежало на спине, вокруг суетились взрослые. Пытались спасти, но, судя по завываниям и истерике, уже поздно. Вова никогда не узнает, чье падение не смог пережить его друг. И падение ли это было.

Хорошие сны

– Мам. Мама! – Миша, девятилетний мальчик из поселка N, стоял около кровати своей матери, Светланы Васильевны, вдовы с печальным прошлым и незавидным будущим. Стрелки настенных часов почти осилили трехчасовой рубеж, за окном тьма и тишина – самая обыкновенная ночь в маленьком городке, где на тот момент проживали не больше десяти тысяч человек. Снег шел уже третьи сутки подряд и медленно, но верно, погружал под свою пелену все строения в округе.

– Мм. М-мам, проснись! Мам… – Ребенка сводила судорога, по его лицу текли слезы, прикоснуться же к матери он так и не решался, – а это сильно облегчило бы ему задачу. Но спустя несколько мгновений женщина открыла глаза, пару секунд пыталась понять, что происходит и, увидев сына, обернувшегося одеялом и готового в конец разрыдаться, тут же вскочила и усадила Мишу рядом с собой.

– Ну-ну-ну, ты что, малыш? Не плачь… Тщщщ, успокойся, мама рядом… – Светлана Васильевна крепко обняла мальчика, стараясь унять его дрожь.

– М-ма-ма. Он с-снова п-пришел… – Миша еще крепче вцепился в мать, уткнувшись лицом женщине в плечо с такой силой, что ей стало больно. Светлана Васильевна не стала спрашивать, кто же снова пришел к Мише во сне и так сильно его напугал – она прекрасно знала о ком, вернее, о чем идет речь.

– Все как раньше, малыш? Он преследовал тебя?

– Да… М-мам, он п-почти п-п-поймал меня!… – после этих слов Мишу охватила настоящая истерика: все его тело трясло, а слезы вкупе с малоприятной слизью из носа, образующейся в данном процессе, обильно покрывали ночную рубашку женщины, пытавшейся унять панику сына.

– Мишенька, успокойся. Вспомни, что говорила тебе тетя Наташа. Это всего лишь кошмар, а злой человек – выдуманная бяка, его не существует.

– Ты н-не видела его, м-мам… Он… Он настоящий.

– Вот ты сам накручиваешь себе страхи и начинаешь верить в них, глупенький. В следующий раз скажи этому… бяке, что сейчас придет мама и всыпет ему так, что мало не покажется. Договорились, малыш?

– Я не хочу, чтобы он узнал про тебя, – Миша впервые взглянул в глаза матери во время всего разговора. Судорога прекратилась, его дыхание выровнялось, – Я лучше дам ему себя схватить, но я не позволю ему забрать тебя.

Светлана Васильевна пристально всмотрелась в глаза сына. Теперь ее лицо выражало злую усмешку. Прошли пара секунд, и Миша почувствовал, что мама начала больно сжимать его руки.

– М-мам, б-больно…

– Подожди, я покажу тебе боль… – в глазах Светланы Васильевны зажглись огоньки безумия, в то время как Мишу в мгновение ока окутал неподдельный, чистый, всепоглощающий УЖАС. Уже через долю секунды лицо его матери начало претерпевать устрашающие трансформации: глаза застыли, рот перекосило так, что нижнюю челюсть свело влево под прямым углом, нос превратился в кровавое месиво, а кожа становилась одной сплошной гематомой. Она превращалась в то Зло, от которого бедный мальчик старался убежать в своих кошмарах. Еще через несколько секунд Мишу уже держал мужчина, возраст которого сложно было определить – это было подобие мертвого человеческого тела, над которым словно издевались не только перед смертью, но и после нее. Верхняя и нижняя челюсти этого существа неестественно изобразили какое-то движение, которым вторили остатки губ, но Миша четко услышал: «Попался, ублюдок…»

В районной больнице, в палате, где в состоянии комы лежал тринадцатилетний подросток по имени Миша, сидела женщина, вдова с печальным прошлым и незавидным будущим. Вот уже четыре года она сидит у койки своего сына, надеясь на чудо, которого никогда не произойдет. А ведь каких-то четыре года назад у нее было настоящее счастье. Счастье, которое испарилось в мгновение ока. Тем злополучным днем они ехали всей семьей из большого города: до въезда в поселок оставалось меньше километра, как вдруг на дорогу выскочил пьяный пешеход – отец Миши попытался увернуться, но было уже поздно. Машина, уйдя в неуправляемый занос, на скорости около девяноста километров в час превратила беднягу в органическую массу крайне странной для человеческого тела формы, а спустя еще мгновение врезалась в столб, обретя впоследствии неестественные для автомобиля контуры. Отец Миши погиб на месте. Сила удара была настолько чудовищной, что ребенка вырвало из детского кресла и выбросило через лобовое стекло прямо на проезжую часть. Как потом скажет доктор Светлане, мальчик лежал с открытыми глазами прямо напротив тела сбитого пешехода…

Тишину в палате нарушил голос доктора.

– Здравствуйте, Светлана Васильевна. Как себя чувствуете?

– Все по-прежнему, Александр Евгеньевич… Все по-прежнему. Может, Вы меня обрадуете?

– Тут пока тоже, к сожалению, все по-прежнему, Светлана Васильевна…

– Что он там видит, доктор? – женщина жалобно посмотрела на врача, надеясь, что его слова хоть как-то ее успокоят. Она далеко не впервые задала этот вопрос, и добрый доктор знал, как на него ответить.

– Он видит сны. Хорошие сны.

Мальчик, который должен жить

Саша проснулся ночью в приступе паники. Паники, которую он не мог ни объяснить, ни толком описать. Все тело дрожало: то ли от холода, то ли от страха, то ли от того и другого одновременно. Комната, в которой он жил с того момента, как научился ходить, казалась чужой и незнакомой.

«Кто я? Что это за место? Что я здесь делаю? Что вообще тут происходит?»

Вопросы, один за другим, как пчелиный рой, разрывали голову изнутри. Паника не отступала. Абсолютно непонятный страх мешал принять хотя бы одно разумное решение.

«Так, тихо, тихо, тихо… Успокойся. Ничего страшного сейчас не происходит. Тихо…»

Через две минуты подобного самоуспокоения Саша почувствовал небольшое облегчение.

«Все… Так, меня зовут Саша, мне 25 лет, у меня есть жена, Светочка, дочурка, Машенька. Машеньке, кстати, исполнилось 3 годика вчера, двадцатого июня. Вчера было 20– е июня… Работаю я в частной фирме, „CityAds“, специалист по рекламе… Стоп. Где моя жена? Где Светочка?»

Но в спальне больше никого не было. В квартире были еще две комнаты: гостиная и маленькая детская. Однако все нутро подсказывало Саше, что кроме него здесь нет ни души. Саша решился встать. Это далось ему с большим трудом: ощущение такое, словно он весь день прозанимался тяжелым физическим трудом: тело крайне утомлено, и завтра все это выльется в сильные мышечные боли. С трудом дойдя до окна, он осмотрел ближайшие окрестности с высоты пятнадцатого этажа. Ночь, тишина… Тишина в мегаполисе.

«Когда, интересно, я слышал в мегаполисе абсолютную тишину?»

Приступ паники снова начал окутывать Сашу. Ни в одном из домов не горел свет, на улицах ни одного человека, собаки или кошки, нет даже птиц, нет машин. Слышен только вой ветра. Внезапно Саша понял, что он сейчас один в целом городе. Ощущение, что кто-то стоит за спиной. Саша обернулся – никого. И тут он взглянул на свои руки – это были руки подростка, а на правой руке отсутствовал шрам от глубокого пореза, который Саша заработал еще на школьном выпускном, в нетрезвом состоянии разбивая бутылки на спор, после торжественных мероприятий. Легкая усмешка от промелькнувших воспоминаний, после которой на голову ледяным душем вылился вопрос: «ЧТО ТУТ, МАТЬ ТВОЮ, ПРОИСХОДИТ?!»

«Это сон… Ну, конечно, ЭТО сон. Просто кошмар. Сейчас я проснусь. Проснусь либо оттого, что осознал свой сон, либо от очередного приступа паники, либо сейчас что-нибудь произойдет. Не важно, очень скоро я проснусь и, скорее всего, даже не вспомню об этом кошмаре».

Но ничего не происходило. Саша сидел на кровати и медленно осматривал комнату. Возможно, прошло 10 минут. А может, час или еще больше. Внутреннее «я» подсказывало, что нужно выйти из спальни и проверить всю квартиру. Саша тихонько встал и очень аккуратно направился к двери, словно боясь, что его кто-то услышит. Дверь легко открылась (не было привычного скрипа), за ней шел маленький коридор. Прямо – детская, справа – выход в гостиную. Вспомнив о дочери, Саша пошел по прямой. Дверь была слегка приоткрыта. Постояв несколько секунд, Саша решился войти. Комната оказалась пустой. Кругом порядок: кроватка заправлена, игрушки на своих местах. Не хватало только Машеньки. Саша вдруг поймал себя на мысли, что за все прошедшее время ему так и не хватило смелости позвать кого-нибудь. Не хватает смелости и сейчас. Нужно зайти в гостиную. Снова не спеша, аккуратно переступая с ноги на ногу, Саша двинулся в последнюю комнату. Подойдя к двери, он посмотрел в сторону кухни, которая располагалась рядом, и отметил, что там тоже царил идеальный порядок. Идеальный мертвый порядок. Саша уже знал, что в гостиной тоже никого нет и толкнул дверь. Так оно и было. Стоя на пороге комнаты, Саша не выдержал и позвал жену. Едва он произнес ее имя, как в небе сверкнуло несколько молний. Они ударили совсем рядом, но за ними не последовало ни единого грома. Пригнувшись, Саша подкрался к окну и посмотрел вниз. А внизу, во дворе, несколько белых точек очень быстро расплывались в разные стороны. Одна из этих точек проскользнула в подъезд сашиного дома.

Вновь приступ паники. Саша знал, что эти существа ищут его. Эта мысль заставляла замереть, прекратить дышать. Он сидел в углу комнаты, пытаясь успокоиться, в очередной раз убеждая себя, что все это не более, чем ночной кошмар. Прошла минута. Саша привстал и медленно пошел из гостиной. На ходу он пытался вспомнить минувший день. Но он помнил лишь, что это был день рождения Машеньки.

«Дом. Малышка находит подарок. Праздничный веселый завтрак всей семьей. Прогулка в парке. В парке…»

Выйдя из комнаты, Саша решил посмотреть в глазок входной двери. В подъезде было темно, но Саша знал, что одно из тех существ сейчас где-то неподалеку. Не прошло и нескольких секунд, как это самое существо промелькнуло в проеме. Казалось, что оно уже скрылось на следующем этаже, как вдруг, существо остановилось, задержалось на мгновение и резко двинулось в сторону двери, за которой стоял Саша. Он даже не успел отвести глаз, как почувствовал резкий толчок в грудь. Пролетев метра два, Саша упал на пол. Было больно. Сел. За спиной – дверь в ванную. Справа – спальня. Слева – детская. Саша поднял взгляд. Белое существо материализовалось в человека. Это был приятного вида мужчина лет сорока в строгом черном костюме и в туфлях, начищенных до зеркального блеска. Незнакомец медленно подошел к Саше и присел на корточки перед ним, так, чтобы их головы были на одном уровне. Казалось, что человек в черном задумался над чем-то, известным только ему одному, и подбирал первый вопрос.

– Давно ты здесь? – спросил незнакомец, на что Саша испуганно ответил:

– В с-смысле?

– Я спрашиваю, сколько ты здесь находишься?

– Не знаю, полчаса, может, час, может, больше.

– Что ты помнишь?

Саша рассказал то немногое, что осталось в его памяти, но и этой информации хватило, чтобы черный человек пристально взглянул ему прямо в глаза. Повисла абсолютная тишина. Казалось, что он видит насквозь: видит прошлое, настоящее и будущее. Затем незнакомец продолжил:

– Слушай внимательно и не задавай мне вопросов. Тебе предоставили шанс. Шанс, который выпадает очень редко. Тебе повезло, что мы нашли тебя первыми. Через пару минут у тебя все будет хорошо. Поверь, все будет хорошо. Возможно, твоя жизнь пойдет абсолютно по другому пути. Возможно, в ней не будет ни Светочки, ни Машеньки. Ты пробыл здесь слишком долго. Ты не будешь ничего исправлять. Ты начнешь все с самого начала.

После этого человек в черном взял в свои руки правую ладонь Саши и закрыл глаза, полностью сосредоточившись. Они просидели в таком положении пару секунд, и Саша почувствовал тепло, растекающееся по всему телу. Хотелось спать. Но Саша не мог позволить этому случится, он не мог уйти, так и не получив ответ хотя бы на один вопрос.

– Что со мной случилось?

– Все вопросы бессмысленны. Ты ничего не вспомнишь.

– Пожалуйста…

Незнакомец открыл глаза и спокойно взглянул на Сашу. Немного помедлив, он ответил:

– Ты ехал домой со своей семьей. На перекрестке вас протаранила другая машина, пролетевшая на красный свет. Удар был чудовищный. Никто не выжил.

– Нам предоставили шанс избежать этого?

– Нет. Машина, в которой был ты со своей семьей, отлетела на тротуар и сбила насмерть одну женщину. Женщину, в утробе которой был Мальчик, который должен жить.

– Что с моей женой и дочерью?

– Мы меняем жизни только тех, от кого исходит непосредственная угроза. В данном случае, в первую очередь, это был водитель другой машины. Мы даем им установку, и они не совершают действий, способных причинить вред Мальчику. Ты должен был заново пережить день рождения дочери и благополучно миновать тот злосчастный перекресток.

– Что же случилось?

– Тебя приняли за непосредственную угрозу. Мы совершили ошибку. И, к сожалению, ты пробыл здесь слишком долго… Невероятная удача, что мы нашли тебя быстрее.

– А кто мог найти меня раньше?

Человек в черном улыбнулся. И эта улыбка была самым ярким олицетворением всех подозрений Саши, скопившихся в его голове за время короткого диалога.

– Ангелы Света, Саша. Ангелы Света…

***

Саша проснулся утром, и это утро было прекрасным. Вовсю уже шли летние каникулы, впереди еще полтора месяца отдыха, а потом переход в восьмой класс. Саша не знал, что ждет его дальше. Как подросток, он еще не задумывался всерьез над своей будущей жизнью. На данный момент его волновало только одно: познакомиться с одной красивой девочкой, которая переехала в его дом неделю назад. А ведь он даже имени ее точно не знает. Мишка говорил, что ее Полина зовут. Раздался звонок. На пороге стояла Светка, одноклассница Саши.

– Привет! Мама просила передать твоей деньги за поездку в парк в среду.

– Привет! Ага, спасибо… – Саша хотел пригласить девочку зайти в квартиру ради приличия, но Светка его опередила:

– Ну ладно, я побежала, меня подружки внизу ждут. Пока!

– Хорошо, давай, пока…