Текст книги "Звездный рубеж"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zvezdnyy-rubezh-32093.jpg)
Автор книги: Глен Кук
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Что я вижу! – воскликнул Бэкхарт. – У двоих моих сотрудников работают мозги? И одновременно? Джентльмены, начало положено. Итак, у нас есть пара направлений работы. Как вы думаете, дадут нам сыграть музыку к этому спектаклю?
– А почему бы нам просто ее не сыграть? Не в первый раз.
– Однако этот раз может стать последним. Мы на перепутье. Мы – я имею в виду каждого на Луне-Командной – собираемся дать тонкую настройку механизму всей Луны-Командной. И эта работа не потерпит наших игр друг с другом. Времени до стычки с центральной расой так мало… В общем, план простой. Мы должны ударить первыми, ударить сильно и продолжать бить всем, что у нас есть.
– Так же, как бил нас Улант?
– Именно так. Генеральный штаб Примы Защиты тоже строит планы – по данным своей разведки. Она будут вносить в них изменения ежедневно, чтобы как можно точнее отражать реальную ситуацию. Если у нас появятся какие-то предложения, то их тоже включат в программу. Если орда из центра сделает что-то неожиданное, они и это учтут. Они выслали вперед целый флот кораблей-смертников. И разведывательных кораблей с инстелом для передачи информации в реальном времени.
– Сэр, прежде эта стратегия не принесла Уланту успеха.
– И может не принести и на сей раз, но это лучшее, что у нас есть. Аналитики Уланта рисуют очень мрачную картину. Численность… Вы увидите видеозаписи. Пока будете смотреть, помните, что видите лишь один из флотов. Улантиды обнаружили еще четыре. Впечатление такое, что они просто перелетают вслед за роем разведчиков, идя вдоль нашего Рукава и уничтожая любой обитаемый мир с любой разумной жизнью.
Загудел сигнал связи. Бэкхарт щелкнул переключателем.
– Бэкхарт слушает. Да, сэр.
Звук был однонаправленным, а изображение – плоским. Собравшиеся в кабинете не могли ни слышать разговора, ни узнать вызывающего. Наконец после долгого молчания Бэкхарт произнес: «Так точно, сэр» довольно тусклым голосом и дал отбой.
– Это был начальник Генштаба флота. Они решили выполнить четыре дробь шесть, но не собираются дать нам провести операцию. Он сказал, что они используют фон Драхова, но контроль над операцией будет за научно-исследовательским управлением.
– Научно-исследовательским? Что за черт?
– Им-то какое дело? Значит, мы чего-то не знаем.
Снова раздался сигнал связи. Ответил Бэкхарт, но тут же повернулся к Джонсу:
– Это тебя, Чарли.
Джонс примостился на краешке безбрежного стола и развернул аппарат к себе.
– Докладывайте. – Через несколько секунд его высокая, тощая и черная фигура задрожала от возбуждения. – Хорошо. Понял. Благодарю вас.
– Ну? – прорычал Бэкхарт.
– Один из моих сотрудников по электронному перехвату. Они только что зафиксировали обращение Совета звездоловов к Сенату Конфедерации. Обычный запрос на таможенные льготы для проведения аукциона амбры. Просят провести его на Сломанных Крыльях. Правила и взаимные обязательства обычные. Такой запрос посылается каждый раз, когда они проводят аукцион на одном из миров Конфедерации.
– Сломанные Крылья недалеко от Звездного Рубежа. Есть какие-нибудь еще причины для волнения?
– Спонсором аукциона будет флот Пейна.
Бэкхарт смотрел на свои руки дольше минуты. И поднял голову с блаженным лицом.
– Джентльмены, в конце концов боги нас любят. Отменить все увольнительные. Все сданные в аренду вычислительные мощности вернуть в наше распоряжение. Объявить о сверхурочных работах. Для всех, включая уборщиков и операторов машин уничтожения документов. У меня такое чувство, что нам все же удастся выкарабкаться из этой навозной кучи. – Он разразился демоническим смехом. – Смотреть в оба и ушки на макушке, джентльмены. Вся входящая информация – буквально вся – должна прогоняться через главную программу для поиска любых корреляций. Группы программистов пусть начнут обрабатывать имеющуюся информацию. Я хочу иметь самую большую и самую лучшую, черт побери, модель ситуации, какая возможна вне Управления Стратегического Анализа Генштаба. Посмотрим, не удастся ли нам спрессовать это все в большой и красивый пакет.
Бэкхарт поднялся из-за стола и отпер свой личный бар. Он достал бокалы и полгаллона подлинного скотча со Старой Земли, который он приберегал для случаев, бывающих раз в тысячелетие.
– За успехи и победы, джентльмены! Надеюсь, что наши, – провозгласил он и налил всем двойную порцию.
Глава шестая:
3049 н. э
Основное действие
Пять огромных траулеров еле двигались. Их скорость по отношению к осколкам едва доходила до трех километров в час. Похожие на москитов корабли сопровождения кружили впереди и по бокам этой процессии, отпихивая любую летающую гору, грозившую столкновением.
Обидно было смотреть, как приходилось ползти этим быстроходным чудищам глубокого космоса. Где-нибудь в другом месте они могли бы рвануть вперед и оставить свет ковылять за собой, как инвалида за олимпийским бегуном. А здесь они не могли выдержать темп ленивой стариковской прогулки.
Уже неделю эти помятые остатки флота Пейна были в пути.
Плотный каменный пояс сменился не столь захламленным регионом, где в основном попадались обломки астероидов размером с небольшую луну. Траулеры стали набирать скорость. Караван растянулся.
– Мойше, ты все спрашивал о Верфях. Так вот они, – сказала Эми и указала на смотровой экран, перед которым они стояли.
– Да, но… – Мойше не видел ничего, кроме большого астероида, освещенного мощными огнями «Даниона». Вокруг него вращалось несколько булыжников поменьше. Фон был черен, без единой звезды. Все внешние источники света были скрыты пылью туманности.
«Данион» медленно подходил к большому астероиду.
– Что «но»?
– Здесь же ничего нет. Задний двор вселенной. Я ожидал тайной планеты. Может, даже Осириса. Чего-то из эпохи Первой Экспансии. Небывалых городов, сухих доков…
– Планетарных доков? А как ввести «Данион» в атмосферу? Или вытащить его потом из гравитационного колодца? Из кораблей вашего флота немногие могли бы попытаться.
– Но для ремонта корабля такого размера нужны тысячи людей. Десятки тысяч. Не говоря о черт знает как развитой промышленной базе и каком-нибудь хоть самом допотопном доке.
– Док прямо перед тобой.
– Что? Где?
– Смотри и увидишь.
Он стал смотреть. И увидел.
От астероида начал отделяться кусок скалы гаргантюанских размеров. Постепенно открылась ярко освещенная пещера, достаточно большая, чтобы вместить в себя траулер. Оттуда выпорхнули буксирные суда. Часть их стала толкать крышку, другие устремились к «Даниону», как прилежные пчелы к клеверной лужайке.
Бен-Раби разглядел вдалеке смутное сияние. Еще один астероид открывал свою каменную пасть.
– Мы заберемся внутрь?
– Точно. Ты на удивление быстро соображаешь.
– Хорошенькая пасть.
– Они запрут за ними дверь и заполнят пещеру воздухом. Так работа пойдет быстрее, а док укроет нас от любопытных.
– Какой дурак полезет в эту каменную кашу? Эти летающие жернова превратят его в муку.
Бен-Раби был удивлен стремлением сейнеров нырнуть в туманность даже больше, чем самим существованием туманности. Подобные астероидные мели встречались и в других пылевых туманностях.
– Нет, любопытных тут хватает. Мойше, это же туманность Трех Небес.
– Нет? Правда? Да, кажется, ты не шутишь.
Одна из самых жестоких битв Улантской войны развернулась на окраинных мелях туманности Трех Небес. После войны уцелевшие, вернувшиеся из плена, рассказывали о дрейфующих в туманности брошенных кораблях. Были среди них разбитые вдребезги, были и практически невредимые.
Туманность Трех Небес сразу обрела славу Саргассов космоса. Бросившиеся сюда на охоту за кораблями чужаков искатели сокровищ, ксеноархеологи и официальные исследователи редко возвращались назад.
– Экспедиции… в этом районе пропало пятнадцать или двадцать кораблей. Что с ними сталось?
– Мы интернировали их прежде, чем им удалось что-нибудь найти и броситься домой докладывать. Теперь они занимаются тем, для чего сюда и прибыли. Они только не могут вернуться домой.
– А зачем рисковать и устраивать базу здесь, где такое оживленное движение?
– Риск не так уж велик. Посетители заглядывают нечасто – мало кто суется в район, откуда никто не возвращается. К тому же это последнее место, в котором нас станут искать.
– И все же… Время от времени на Луне-Командной начинают поговаривать о том, чтобы послать сюда эскадрон истребителей для поддержки исследовательских кораблей. На случай, если корабли захватывают сангарийцы или Мак-Гроу.
– Если это произойдет, мы будем сражаться. И победим. Только дурак решится атаковать крепость, в которую мы превратили туманность Трех Небес. Мы обосновались здесь еще до Улантской войны. И времени на подготовку нам хватило. Это будет похоже на партизанскую войну. Мы считаем, что можем противостоять Конфедерации – если придется.
– Думаю, ваш оптимизм несколько преувеличен. Особенно для людей, которые не в состоянии справиться даже с акулами. Скажу наверное, когда увижу подробнее.
– Зачем ты это говоришь?
– Потому что я еще не встречал ни одного сейнера, который имел бы хоть малейшее представление о том, как велика и сильна Конфедерация. Или на что способна Луна-Командная, когда поставит себе цель. Или что ваше оружие – музейные экспонаты. На «Данионе» установлены тонны оружия, но один боевой корабль класса «Империя» мог бы изрубить в котлеты весь траулерный флот и даже не вспотеть.
– Думаю, ты сильно переоцениваешь свой флот. Наши недостатки были учтены при составлении планов обороны.
Бен-Раби решил, что лучше не спорить. Каждый из них говорил правду, и другой это знал.
– А детские сады у вас тоже здесь?
– Несколько. Со временем они все здесь будут. Колонизировать туманность – большая работа.
– Думаю, главным образом это техническая проблема.
– Да, но это требует времени и денег. Особенно денег. Нам приходится покупать все, что мы не можем производить самостоятельно, а это значит, что нам каждый раз приходится ждать аукциона, так как кредит наш очень ограничен.
– Ага, теперь я начинаю понимать, почему хорошим врачам приходится работать с примитивным оборудованием.
– Мы уже колонизировали более семи тысяч астероидов, Мойше, – гордо заявила Эми. – Но это только начало. Траулеры пострадали. Наши тайные убежища переполнены. Две сотни лет мы принимали к себе изгнанников Конфедерации – тех, кто не пошел за Мак-Гроу и не бежал во Внешние Миры.
Выражение «Внешние Миры» было столь же относительно, сколь и выражение «за пределами». Для бен-Раби, уроженца Старой Земли, это означало все, кроме самой Земли. На Луне-Командной под Внешними Мирами понимались планеты, не принадлежавшие к одной из семи планет—основательниц Конфедерации. Эти семь планет обычно называли себя Внутренними Мирами. Но на нечетко определенных границах Конфедерации Внешними Мирами называли населенные людьми планеты, не подписавшие федеральный пакт. Бен-Раби не знал, что именно имела в виду Эми.
– Ты не ответила на мой вопрос, – сказал он. – Почему именно здесь?
– Из-за промышленных преимуществ. Истории, которые рассказывали эти интернированные, оказались правдой. Здесь вокруг полно всякого лома. Нам удалось отыскать более тридцати тысяч обломков и покинутых кораблей. Построенных семью различными расами.
– Правда? – Мойше забарабанил пальцами. Он мог назвать пять, не считая человечества. Шесть, если считать доисторическую расу, которая построила Звездный Рубеж.
– Ну, улантские и людские, это понятно. Остались от войны. А что за остальные пять?
– Я думала, ты спросишь, зачем им было сюда прилетать.
Бен-Раби нахмурился. Хотела она поддеть его, показав, что знает больше, чем он? Подчеркнуть минимальное преимущество? Практически о любом предмете он знал больше, чем она, и она, кажется, воспринимала это как личное оскорбление.
– Думаю, потому что это подходящее место для засады. Вот зачем во время войны сюда пришел «Каролинец».
Ее улыбка сузилась.
– Да, и еще потому, что туманность лежит недалеко от космических магистралей. Мойше, здесь бои шли столетиями. Если не миллионами лет. За исключением обломков от Улантской войны, которых я даже не считаю, ни один из кораблей не был построен расой, с которой вы встречались. Еще до того, как человек покинул Старую Землю, они успели вымереть. Или ушли из этой части галактики. Все они были раньше тех рас, с которыми нам доводилось сталкиваться.
– Спросите о них звездных рыб.
– Спрашивали, не такие уж мы дураки. Но им нечего особенно рассказывать. Расам, состоящим из твердой материи, они уделяют не больше внимания, чем мы бактериям. Даже меньше, потому что мы любопытны, а они – нет. Однако мы почти уверены, что одна группа кораблей принадлежала расе, которая переселила предков сангарийцев с Земли на их Метрополию, где бы она ни была.
– Да? Не рассказывайте об этом Маусу. Он из вас всю душу вытрясет, чтобы добраться до них.
Только в этом столетии генетики наконец признали издавна бытовавшее мнение о том, что сангарийцы и люди происходят от одного корня. Человек с улицы не поверил бы в параллельную эволюцию, настолько близкую, что ее результат неотличим от человечества. Ученые колебались, ссылаясь на то, что на Старой Земле не обнаружено никаких следов внеземного вторжения.
И вдруг на темной стороне Луны была обнаружена заброшенная подземная база чужаков. Это потребовало серьезного пересмотра некоторых устоявшихся принципов. А тут подоспели подтверждения сообщений о том, что человеческая женщина может забеременеть от мужчины-сангарийца.
Самый прославленный – или бесславный – из сангарийских агентов, Майкл Ди, был наполовину человеком.
– Мы защитим Мауса от него самого.
Бен-Раби пристально вгляделся в лицо Эми. У нее было какое-то до странности свирепое выражение.
– Эми, я пробыл здесь уже почти четырнадцать месяцев, а ты все продолжаешь меня удивлять. Когда же кончатся твои сюрпризы?
В ожидании ответа он продолжал рассматривать пустотелый астероид.
– Мойше, что сталось с людьми, которые построили Звездный Рубеж?
– Возможно, мы так никогда и не узнаем. Если только кому-нибудь не удастся взломать оборону планеты.
– Это сделаем мы. Мы отправляемся назад. Вопрос был риторический.
– Одну секунду! Назад? К Звездному Рубежу? После всего, что произошло? Да вы спятили. Вы все тут просто психи.
Эми рассмеялась:
– Мойше, когда они исчезли, они оставили свои корабли. Оставили их здесь. Только одному Богу известно, сколько здесь их. Три Неба занимают около одного кубического светового года. Мы не исследовали и десятой части. У той расы здесь тоже были верфи и тайные убежища. Большинство кораблей, которые мы находим, принадлежали им. Мы думаем, что это была та самая раса, которая переселила сангарийцев. У нас есть исследователи, которые занимаются только одним – ищут их тайные убежища. Чем больше убежищ нам удастся отыскать, тем меньше придется строить самим.
– Она это серьезно, – проговорил он, обращаясь к черной пасти смотрового экрана.
– Абсолютно серьезно, дорогой. Абсолютно. Ну, на самом деле у нас нет полной уверенности в том, что все это – дело рук одной и той же расы, но компьютеры дают высокую вероятность. Видишь ли, Мойше, это в основном целые корабли, а не обломки. На некоторых даже до сих пор работают источники аварийного питания. Они пытаются отпугнуть нас мысленными шумами, как это делает Звездный Рубеж. К тому же на всех на них не хватает одного. Кто-то снял с них все вооружение. Жаль, что у нас нет в распоряжении целой армии ксеноархеологов и антропологов. Это по-настоящему интересно. Каждый раз, когда мы оказываемся здесь, я отправляюсь взглянуть, над чем они сейчас работают. Ученые не торопятся. В основном это те, кого мы захватили, так что помогают они нам без особого энтузиазма. Иногда, правда, они готовят кое-кого из наших себе в помощники. Стариков или людей с врожденными дефектами, которые не способны ни на что другое.
– Это же бессмысленно, Эми. Люди не бросают хорошие корабли. И куда они отправились? Как? Почему? И если это именно они построили Звездный Рубеж, то зачем?
Она пожала плечами:
– Это же не люди, Мойше. Или люди не нашей породы. Не пытайся мерить их нашими мерками.
– Я этого и не делаю… хотя некоторые понятия, казалось бы, универсальны. Я просто обдумывал вопросы вслух.
– Вот из-за этих вопросов я и хотела бы, чтобы у нас было больше ученых. – Она переключила экран на носовую камеру. «Данион» уже глубоко вошел внутрь астероида. – Это могли быть те же самые существа, которые прорыли туннели на Луне-Командной. Но так ли это? Есть ли связь между Луной, Тремя Небесами и Звездным Рубежом? Ждали они, что мы найдем Три Неба и Звездный Рубеж? Дали ли они нам головоломку, которую мы должны решить? Не испытывают ли нас?
– Ты думаешь, они планировали вернуться?
– Кто знает? Этим вопросам уже не меньше сотни лет, а ответы еще не родились. И если нам когда-нибудь удастся на них ответить, на место каждого решенного придут три новых. Как бы там ни было, эти древние корабли – главная причина того, что мы здесь. Некоторые мы восстанавливаем и используем. Из них получаются отличные корабли сопровождения – если их удается приспособить. Некоторые мы пускаем на слом, строим из них траулеры. Закупки на стороне мы делаем лишь в случае крайней необходимости. Обычно мы действуем через свободных торговцев, которые за комиссию делают для нас закупки на планетах и доставляют сюда, на один из астероидов на границе туманности. Они понимают, что это только перевалочный пункт, но не задают лишних вопросов. Лишние вопросы вредят бизнесу. И выследить нас они не особенно стараются. Хорошие ребята.
– Это камешек в наш огород?
– Если хочешь.
– Я подозревал свободных торговцев. Знал, что мы с Маусом попались не без их помощи. Слушай, есть у меня шансы взглянуть на один из этих кораблей? Я немного знаком с ксеноархеологией.
Перед его мысленным взором мелькнуло девичье лицо. Элис. Она была его возлюбленной, когда он учился в Академии. И работала тогда помощником на раскопках базы чужаков на Луне. Кое-чему научила его она, а остальному – Бюро.
Рано или поздно Бюро учило всему.
– Тебе придется спросить Ярла. Но не думаю, что он это позволит. Мы будем чертовски заняты восстановлением «Даниона». А кроме того, у тебя еще твои гражданские занятия и пивные вечера у Мауса.
– Только не начинай все сначала. Он мой друг, и я не собираюсь отказываться от нашей дружбы. Пара партий в шахматы время от времени никому не повредит. Если вы считаете, что мы готовим заговор против Великой Империи Сейнеров, лейтенант, можете организовать за нами надзор.
Она пропустила его сарказм мимо ушей.
– Мне не кажется, что это нужно. Я всегда… – Она остановилась, удержавшись от размахивания красным флагом. Их точки зрения давно определились, и спорить было бессмысленно. – Мойше, нам надо побыстрее привести в чувство «Данион». Флоты идут сюда. Как только они прибудут, мы отправимся на аукцион и на новую атаку на Звездный Рубеж.
– Звездный Рубеж, Звездный Рубеж! Я только о нем и слышу. Что за безумная идея. Эми, зачем нам второй раз совать шею в одну и ту же петлю? Посмотри, как дорого это обошлось в прошлый раз. Вспомни, я ведь тоже там был, был снаружи, со звездными рыбами. Я знаю, на что способна эта планета.
– Нам просто необходимо это оружие, Мойше. Ты видел доклад о потерях. Ты видел прогнозы. То, что творят акулы сейчас, через десять лет будет верхом миролюбия. Речь идет о выживании, любимый мой. А ты все еще мыслишь категориями политики.
– Вы просто готовите себе гибель.
– В противном случае – тоже верная гибель. Но мы справимся со Звездным Рубежом. Честно. Рыбы действительно знают, как открыть туда дорогу. Они отыскали ключ, когда мы были там в последний раз.
– Да? – Головастик ничем на это не намекнул. – А сангарийцы или Конфедерация…
– Пусть хорошо рассчитают силы, Мойше, если собираются украсть у нас Звездный Рубеж. Потому что драка будет адская. Нас много, милый. И мы хотим драки. Времени такого не помню, когда бы нас не провоцировали. И нам надоело. Как только это оружие станет нашим…
– И еще акулы, милая. Не забудь об акулах. Да, веселенькая будет вечеринка. Как бы мне умудриться перевестись на наземную работу?
– А не надо умудряться. – Она рассмеялась. – Я только два часа как узнала. Вас переводят в Службу безопасности для работы на аукционе.
Она не сказала ему, что аукцион будет только подготовкой к более серьезной программе. Если они со Штормом покажут себя хорошими и верными работниками, то им поручат организовать собственную службу разведки. Эми не была уверена, что даже ее собственный шеф, Ярл Киндервоорт, уже поставлен в известность. Кажется, командир корабля не горел особым желанием обсуждать с ним свои планы.
– Аукцион? Об этом Маус всю жизнь мечтал. Как он в это влип?
– Ну, во-первых, не он один. Ты тоже. Через пару дней на борт начнут прибывать наши новые телетехи, а ты перейдешь в новый проект.
– Почему?
– Потому что бывал на Сломанных Крыльях.
– Да. И хотел бы об этом забыть.
Предыдущее задание Бюро привело его на Сломанные Крылья. Гнусное было дело.
– Именно там будет проводиться аукцион. Мы уже послали запрос на разрешение. Теперь остаются только чистые формальности.
– Формальности? Хочешь пари, что там будет шпион на шпионе – и от Конфедерации, и от сангарийцев? Ваш народ мало в ком вызывает добрые чувства…
– Она тебя здорово зацепила, да?
– Кто она?
– Та женщина, сангарийка. Эта… Мария Штрехльшвайтер.
– Что? Откуда ты знаешь?.. Маус. Язык бы ему оттяпать!
– Он это сообщил не слишком добровольно. И не мне, а Ярлу. Я обнаружила это, когда полезла в твое дело за чем-то другим.
– Ладно. – Его сердце бешено колотилось, а почему – он не мог бы объяснить даже себе. Да, влюбился он в ту женщину. Тогда он не знал, что она сангарийка. – Это уже в прошлом.
– Знаю. И давно знаю. Маус написал этот рапорт после того, как ты в нее стрелял. Мне кажется, он считал важным, чтобы Ярл понял, через что ты прошел.
Это было не похоже на Мауса.
– Она бы убила всех нас. Рано или поздно. Мне пришлось это сделать. Раньше я никого не убивал.
– В особенности тех, кого ты еще наполовину любил.
– Да. Можно сменить тему?
– А Маус на самом деле это сделал? Вколол ее детям звездную пыль?
– Да. Маус играет не на жизнь, а на смерть. И с совестью при этом в ладу. У меня не так.
– Ты и правда думаешь, что сангарийцы будут на аукционе?
– Будут. Они жаждут мести не меньше, чем Маус. Эми, я не хочу в это ввязываться. Я доволен своим положением. Мне нравится контактировать. Головастик – отличный друг. Просто сначала я был немного испуган. Я ведь начал со знакомства с другими членами стада… Черт побери, иногда я вхожу в контакт, чтобы просто посвистеть с Головастиком.
Бен-Раби говорил со звездной рыбой так свободно, как не мог бы ни с одним человеком. Позволяя звездной рыбе заглянуть в свои мысли, он не чувствовал себя обнаженным. Головастик не делал моральных оценок, к тому же его мораль не была человеческой. По сути дела, именно он помог Мойше обрести хоть какой-то мир с самим собой.
Некоторые уголки его сознания так и остались недоступны для звездной рыбы. За прочными стенами скрывались целые годы его прошлого. Мойше даже представить себе не мог, что там таится. У него не было ощущения, будто в его прошлом чего-то недостает.
Жизнь у сейнеров изменила не только его, но и Мауса тоже, подумал он. Шторм стал еще более уверенным в себе, надулся, как воздушный шар. И бен-Раби не удавалось выпустить из него воздух. Пару вечеров в неделю играть в шахматы – не то же самое, что каждую минуту стоять спина к спине под огнем.
Маус родился оперативником. Он поменял хозяина, но не профессию. Теперь он работал в команде Ярла Киндервоорта.
Полная свобода. Именно ее узнал бен-Раби после выхода из госпиталя. Да, именно так. Единственное, что слегка давило, так это настойчивые намеки Эми на брак. Неврозы его под влиянием Головастика ослабели, хотя, когда он попал к сейнерам, их бы хватило на двоих.
– Тут уже ничего особенного не увидишь, – заметила Эми.
Кормовые камеры тоже уже оказались внутри астероида. Буксиры тянули пробку на место.
– Что? Ах да. Надо бы попрощаться с Головастиком.
Он добрался до рубки контакта быстро, почти как в день битвы.
– Клара, где Ганс?
– Ушел. Нам пока нечего делать.
– Мне надо войти в контакт. А то говорят, что меня переводят.
– Не получится. Мы уже закрылись, Мойше. Через пару минут отключат питание. Да и стадо уже должно было выйти за дистанцию контакта.
– Клара, мне вряд ли представится другой шанс.
– Эх, Мойше, глупо это… Ладно. Ложись в кресло.
За пару секунд она обработала ему голову и надела сетку. Он еще не успел отдышаться, а шлем уже был у него на голове.
Мойше перешел в зону перехода и сразу дальше.
Туманность горела невероятными цветами. Жутковатое было место для глаз, совершенно темное, за исключением тех мест, которые освещались искусственно. В своей внутренней вселенной Мойше мог потянуться и прикоснуться к каждой отдельной искорке. Вот облака люминесцентной пыли. Вот сияющие астероиды, величественно вращающиеся вокруг центра туманности по орбитам с периодами в миллионы лет. Мойше даже почувствовал зарождающуюся звезду, дремавшую в сердце туманности. Она спокойно спала в утробе времени, собирая силы, чтобы сиять миллиарды лет.
– Головастик, – позвал он, пробиваясь сквозь бурю цветов. – Ты здесь? Ты меня слышишь?
Сначала он думал, что ответа не дождется. Стадо расположилось далеко от границ туманности, за болевым порогом ее гравитации. Вдруг послышалось:
– Мойше, человек-друг? Что случилось?
Наконец-то!
Контакт был исчезающе слаб. Мойше едва различал мысли звездной рыбы. Ему никак не удавалось нащупать друга своим внутренним зрением.
– Я пришел попрощаться, Головастик. Мне сказали, что я больше не буду телетехом. Ты был прав. Они хотят, чтобы я снова стал тем, чем был.
– О, я опечален, человек-друг Мойше. Я опечален, потому что печален ты. Мы были хорошими друзьями. И мне приятно, что ты счел важным мне сказать. Другие контактеры просто исчезали. Может быть, в этот последний раз мы снимем с тобой эти барьеры, человек-друг Мойше.
Но и на этот раз перегородки в сознании Мойше не поддались.
– Мойше, – за многие километры долетел голос Клары. – Сейчас отключат питание. Тебе пора возвращаться.
– Прощай, человек-друг Мойше.
Бен-Раби ощутил грусть звездной рыбы.
– Счастливого плавания, золотой дракон, – прошептал он. – Мое сердце будет вместе с тобой в твоем долгом темном путешествии.
Печаль Головастика взмыла волной и охватила Мойше. Этого нельзя было вынести, и Мойше щелкнул левым выключателем.
Боли почти не было. Он очень недолго был во внутренней вселенной.
– Не надо, Клара.
Он оттолкнул шприц.
– Мойше, ты плачешь.
– Нет.
– Но…
– Не надо. Оставь меня в покое.
– Хорошо.
Судя по голосу, она обиделась. Он привстал в кресле и притянул ее к себе.
– Прости, Клара. Мы знакомы с тобой недавно, но ты была мне хорошим другом. Мне будет недоставать тебя, и Ганса тоже. Передай ему, чтобы вел себя как следует.
– Я прослежу. Он мой внук.
– Ого, я и не знал.
А что там было с сестрой Ганса? Или с матерью? Ах да. Погибла на «Джариэле». Клара ничем не выдала горя.
– Клара… Клара, приходи нас навестить. Придешь?
– Приду.
– Обещаешь? Эми будет счастлива с тобой познакомиться.
– Обещаю. А теперь убирайся отсюда, пока никто не позвонил шефу и не спросил, что за чертовщина тут творится.
– Спасибо, Клара. За все спасибо.
Назад Мойше возвращался не так поспешно. Он не рвался домой. Там ждет Эми с очередным лишенным изобретательности заходом насчет законного брака.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?