Текст книги "Станционный смотритель. Долг платежом красен"
![](/books_files/covers/thumbs_240/stancionnyy-smotritel-dolg-platezhom-krasen-212628.jpg)
Автор книги: Григорий Шаргородский
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Ворота пришлось открывать самим, потому что в доме пока никто не жил. Оставшаяся вдовой жена главы полностью сгинувшей на внешке команды добытчиков и две ее невестки разъехались по родственникам, а само здание выкупила община Бесшабашки. С ней от моего имени Корней и заключил договор.
Пустой двор угрюмо встретил новых жильцов, так что выгружались мы в немного напряженном состоянии. Но затем Корней забрался в пристройку и щелкнул переключателем. Внутреннее пространство залило желтоватым электрическим светом. Здесь пока еще большинство пользовалось лампами накаливания, особенно на Подоле. Через границу между мирами такую мелочовку никто возить не станет, поэтому лампочки производились на месте уже добрую сотню лет.
Стало уютнее, но ненамного.
Чтобы не затягивать вселение, особенно ввиду скорого прибытия толпы гостей, Корней быстро обрисовал обстановку в доме. Поместье было рассчитано на четыре семьи. Общей была только кухня. В итоге быстро разобрали комнаты. Все старики решили заселиться в правом крыле. Гена с Гретой и Златкой выбрали первый этаж основного здания, а мне досталась надстройка-теремок бывшего главы отряда.
Всегда хотел пожить в деревянном доме, так что по лестнице поднимался с любопытством и предвкушением.
А ничего так. Очень даже неплохо.
Закрывать бревенчатые стены панелями бывшие хозяева не стали, поэтому колоритный антураж сохранился. Да и мебель соответствовала. Последнее порадовало, в смысле тем, что не придется бегать по магазинам, дабы не спать на полу.
В остальном все довольно уютно и цивильно – постель широкая и мягкая, санузел вполне современный. В Китеже я хоть и побывал, можно сказать, проездом, но успел ознакомиться с местными реалиями и понимал, что вопрос с интернетом можно будет решить только завтра. По Сети я соскучился неимоверно, но ничего страшного, тем более этим вечером мне точно будет не до серфинга.
Так оно и оказалось: едва я успел привести себя в порядок после дороги, как во двор начали съезжаться гости. Наш броневик был бесцеремонно перемещен на улицу, а двор заполонили столы, большую часть которых притащили соседи. Над тротуаром, как и над двором, уже натянули тенты по причине легкой мороси, которая явно собиралась перейти в снег – за открытым окном чувствовался легкий мороз.
Но все эти намеки природы на грядущую непогоду никак не повлияли на людей, решительно настроенных хорошенько погулять.
Во дворе наблюдались явные признаки национальной сегрегации. В том смысле, что корейцы заняли одну часть столов, а грузины – другую. Судя по всему, грядет кулинарно-алкогольный батл. Ну что же, агрессии я не ощущал, поэтому подобное противостояние пойдет только на пользу.
Через полчаса все было готово, и во дворе заколыхалось если не море, то, как минимум, людское озерцо, причем оно широко выплеснулось наружу.
А тут явно больше народа, чем приехало встречать меня на базу дальнобойщиков. Ну и пусть, все равно они кормятся не из моих запасов.
Официальная часть вечера была короткой, но до зубовного скрежета нудной. Все аксакалы и старейшины обоих родов, как могли, источали в речах приторный мед в отношении моей персоны.
С другой стороны, мне на Бесшабашке жить, так что пусть будущие соседи послушают, какой я классный. Тут не в гордыне дело, а в простейшем расчете – стадный инстинкт диктует человеку необходимость хорошо относиться к тем, кого все любят. Есть, конечно, бунтари и малефики, но эти гадят всем окружающим вне зависимости от мнения большинства.
К счастью, старики быстро выдохлись, и мы получили возможность нормально поесть.
За главный стол по правую руку от меня уселись Гена с Гретой, а по левую – Златка и Анджей. В отличие от остальных у нас образовался эдакий кулинарный коллаж, но корейских блюд все же было больше. Тут явно постарались тетушка Пин с дочкой. Невестке батоно Левана, внешне похожей на грозную орлицу, такая ситуация не понравилась. Дамы наперебой пытались нафаршировать меня по горлышко разными блюдами. А в это время их мужья и отцы заливались вином и корейским саджу повышенной крепости.
Откуда такие познания? Да просто тетушка Пин первой успела подсунуть мне пиалку с то ли сладковатой водкой, то ли ликером. Заметивший этот финт батоно Леван чуть на месте не подскочил и рванул к нашему столу с рогом наперевес. Прошлось обломать старика – уже начались приветственные речи. К тому же я не являюсь большим поклонником вина, но говорить об этом грузину точно не стоит.
После того как все наелись, началось хоровое пение. Ну, тут заунывным напевам азиатов было далеко до грузин. Сразу было видно, что семейный хор детей гор десятилетиями отрабатывал свою программу до идеала. А вот танцы получились на загляденье – прямо символ дружбы народов. Начали грузины, затем влились повольники, ну и под конец в хоровод вплыли корейские дамы. Их мужчины почему-то предпочитали отсиживаться за столами.
Если честно, праздник быстро утомил меня, и под предлогом отправки Златки на боковую я смылся в дом. Благо вспомнил, что в местную Сеть можно зайти и через телефон.
Ну вот я и в своей любимой стихии. Поначалу просто серфил по Сети, точнее, плыл по волнам как ленивая медуза, уподобившись девяноста процентам всех пользователей. Затем неуемное любопытство толкнуло на более активные действия. Ломать хлипкую местную соцсеть, действуя через телефон, поостерегся. Тут нужна дополнительная прога и даже оборудование. Да и необходимости не было – все лежало на поверхности.
Мою персону и события полугодовой давности никто не обсуждал. Была парочка упоминаний в архивах некоторых форумов, но не больше. И все же это не означало, что стоит расслабляться. Я хорошо запомнил глаза ушкуйника по прозвищу Волк и прекрасно понимал, что просто так он не забудет полученной от строптивца оплеухи. Поэтому нужно быть начеку.
Глава 2
Да ладно! Вы серьезно? Петух? Не было печали – и на́ тебе! Словно в деревню приехал, а не в славный Нью-Китеж-град. Вот откуда тут петух? Впрочем, если подумать, подворья обширные, есть где разместить сараюшки, в которых вполне можно держать живность, дающую свежие яйца, но вчера курей на нашей территории было не видно и не слышно.
Ответ на мой вопрос оказался прост, как мычание, – на крышу правого крыла залетела соседская птица и громогласно оглашала окрестности на пару сотен метров, заявляя, что уже давно пора просыпаться даже тем, кому очень не хочется. Судя по хриплому голосу, надрывался он давно, но благодаря современным стеклопакетам я его рассветных мучений не оценил.
Вообще-то жизнь на внешке все же сумела немного перевоспитать меня. Жаворонком я не стал, но вот просыпаться к девяти часам утра все же научился. Ну а если очень нужно, то и в восемь могу встать.
Распахнув окно, я с наслаждением вдохнул свежий, прохладный воздух. Вчерашний морозец и легкий снежок канули в Лету. Пусть временно, но осень все же вернула себе хозяйские права, несмотря на то что уже начало декабря.
Петух в последний раз каркнул, с ненавистью посмотрел на меня и слетел с нашей крыши к себе домой.
Я же перевел взгляд во двор, где Баламут продолжал издеваться над своим новым подчиненным, временно носившим прозвище Валенок. Нет, парня никто не хотел оскорблять, но все попытки отвадить пацана от нашей компании пошли прахом, вот Генка и психанул, одарив его соответствующим позывным.
Там вообще странная история.
Когда улеглась суматоха с зарезанной мною истинной магиней, старый повольник все же вызвал на станцию свою команду, состоявшую из трех родных сыновей и одного приемного. У Корнея Горохова, как у его почти однофамильца царя Гороха, было три сына. Причем младший выглядел умнее всех. Как показало будущее, парень неплохо разбирался в компьютерах и даже умудрился приспособить дрон для охоты.
Старшим из молодой поросли семейки повольников был тридцатилетний, но еще не женатый Данила – крепкий как дуб, серьезностью и основательностью походивший на отца. Средний – шебутной и, как по мне, слегка придурковатый Лешка, у которого непослушным в организме было все, включая конопушки и рыжие кучеряшки. На братьев он был похож мало и характером, и внешностью, но задавать вопросы по этому поводу я точно не собираюсь. Младшим в этой троице был умник-Вячеслав восемнадцати лет от роду.
За компанию с братьями прибыл парнишка чуть постарше Славика. Его представили как Вадима, а я уже сам догадался, что это и есть тот самый сын погибшего мага-пустышки – напарника Корнея.
На первый взгляд все парни были адекватные, включая непоседливого Лешку, так что на станции я поселил их без опасений. Эмоциональное состояние у них хоть и скакало, но ни затаенной злобы, ни агрессии я не заметил. И только Вадим – черноволосый и худощавый парень, в отличие от Гороховых, не пышущий здоровьем, – носил за пазухой какой-то камень. Но ненависти ни к принявшей его семье, ни к нашей гоп-компании он не испытывал – просто держал дистанцию и замыкался в себе.
И все же бирючничал он недолго. Однажды подошел ко мне и в лоб предложил подписать с ним вассальный договор. Я, честно говоря, обалдел и поинтересовался у вьюноша, все ли в порядке у него с головушкой.
Зря спросил. Пришлось выслушивать печальную историю о том, как вопреки наказам незлобивого главы семейства Гороховых сыновья постоянно шпыняли приемыша. Незаметно, но изматывающе. Вот он и увидел возможность слинять из благостного семейства. Тогда я ничего толком не ответил, лишь сказал, что решу после зимовки в Китеже.
– Гена, – крикнул я другу, который в тренировочном спарринге жестко мутузил пацана, – десятый час уже! У тебя совесть-то есть?
– У меня есть все, кроме наивности, – толчком ноги отбросив спарринг-партнера, заявил мой друг. – А вот некоторые оборзели до изумления. Они, понимаешь ли, уже взрослые и могут бухать наравне со всеми. Вот мы и решили усугубить похмелье в педагогических целях.
– Заканчивайте, – решил я воспользоваться служебным положением и прекратить издевательство в приказном порядке. – Мойтесь и на завтрак.
Надо бы и самому зарядкой заняться. Не в смысле моих каждодневных тренировок ментальной магии, во время которых я накачивал позитивом всю округу. Увы, пока от подобных упражнений придется отказаться. Здесь не дикая глухомань, где случайными свидетелями моих занятий могут стать только единороги да древесные жабы. Сейчас вокруг обитает множество людей, причем с не самыми простыми характерами.
Я имел в виду именно физическую нагрузку. Ну, типа, ать-два, ать-два. Сели, встали. Закончили упражнение. Но как-то лень.
Ох, Домовой, Домовой, которого совершенно ошибочно называют Демоном, доведет тебя лень до цугундера. Ведь уже били два раза, причем ногами, да и Баламут вечно сверлит мозг, что нужно уметь защищать себя, но парочка занятий с этим садистом мигом изгоняет из головы те остатки инстинкта самосохранения, что зацепились где-то на задворках.
Вот не понимаю я Валенка. Как он терпит эти форменные издевательства? То, что я видел минуту назад, вообще на грани черной жести. С другой стороны, уже только за это стоит уважать парня и отнестись к нему серьезно.
А может, он мазохист? Да ну на фиг! Что за мысли лезут мне в голову спозаранку?
Отмахнувшись от странных идей, я быстро привел себя в порядок и спустился на первый этаж.
Кто бы сомневался, что дядюшка Чхан к появлению начальства на кухне будет готов целиком и полностью.
В этом доме явно привыкли питаться не как у нас на станции – прямо на кухне, а в столовой за большим столом, во главе которого имелось кресло с претензией на трон.
Да уж, немалым самомнением обладал прежний владелец поместья.
Завтрак был накрыт загодя, так что все тут же приступили к поглощению пищи. Именно для того, чтобы не задерживать людей поутру, я и научился вставать так рано. За столом царила привычная атмосфера. Сегодня все обсуждали вчерашний сабантуй.
Я уже давно отказался от привычки носить ментальный артефакт в кругу своих, и это их явно успокаивало. Впрочем, мне и без «подпорок» удавалось неплохо читать чужие эмоции по лицам и интонациям. Правда, сейчас не мешало бы копнуть и поглубже, но лучше просто спрошу:
– Так, господа хорошие. Не объясните ли мне еще раз и более внятно, почему вы торчите здесь, а не воссоединились с горячо любимыми родственниками?
Народ немного смутился, да так, что батоно Леван, решивший взять слово, поднял руку.
– Прошу вас, – подыгрывая ему, разрешил я.
– В общем, мы не хотим им мешать, – как-то туманно объяснил грузин.
– Не понял, – искренне удивился я. – Мы же не в древней Японии, где ненужных стариков относили в лес.
– Не в этом дело, шеф, – возмущенно отмахнулся батоно Леван. – Наши были бы рады, но там сейчас верховодят сыновья, и им точно не понравится, что старики станут лезть со своими советами. А мы станем, даже сами того не замечая. Поэтому, если позволите, шеф, поживем здесь и просто временами будем наведываться к своим, чтобы проведать внуков. Ну или они к нам приедут, хотя Бесшабашка не самое лучшее место для детей.
Сказав это, старик покосился на Златку, но та пребывала в своем перманентно-оптимистическом настроении.
Я, как неместный и не впитавший городской колорит с молоком матери, не особо разделял опасения насчет Бесшабашки. Вчерашние гости не показались мне особо злобными, к тому же у нас здесь имелись солидные связи в лице семьи Гороховых. И все же спорить не стал, а просто перевел взгляд на дядюшку Чхана.
Кореец был как всегда немногословен и просто указал раскрытой ладонью на грузина, тем самым присоединяясь к его словам.
– Ну, как хотите, – не особо расстроился я. – Места у нас много. Но хотелось бы задать этот же вопрос еще одному жильцу. Вадик, друг ты мой ситный, какого лешего до сих пор торчишь здесь? Неужели даже с матушкой повидаться не хочется?
– Так я видел ее вчера на празднике. Приходила с Гороховыми.
То, каким тоном он помянул фамилию приемной семьи, о многом говорило, но все же стоило уточнить:
– Все настолько плохо, что ты решил окончательно разорвать с ними все связи?
– Да нормальные они люди, если не считать этого урода Лешки. – Имя среднего из братьев Гороховых парень произнес, резко снизив громкость голоса.
Да уж, там действительно все не так просто. Похоже, решение придется принимать сейчас, а не весной. Я покосился на Баламута, и тот кивнул.
Мы с ним уже обсуждали данный вопрос и решили, что нашу престарелую команду нужно разбавлять молодой кровью. Так уж получилось, что совершенно бесхозный парень подходил нам и по характеру, и по обстоятельствам.
– Хорошо, не будем ждать весны. – Я легонько хлопнул ладонью по столу. – Ты принят в нашу команду со всеми вытекающими правами, обязанностями и проблемами. Никакого холопства, но если даже подумаешь о предательстве, то лучше прямо сейчас пойди и повесься на кривой осине. Гена, у нас во дворе есть кривая осина?
– Даже некривой нет. Заканчивай пугать парня, – решил прервать мои разглагольствования Баламут.
Народ тут же оживился и принялся поздравлять новичка. Тетушка Пин на правах матриарха нашей маленькой общины даже обняла покрасневшего Вадика. А непосредственная Златка просто чмокнула парня в щеку. От чего он вообще налился какой-то нездоровой краской, но быстро пришел в себя. Слишком уж быстро.
– Шеф, а можно еще кое о чем попросить?
– Удиви меня, – совершенно искренне сказал я, вернув только что поднятую вилку обратно на тарелку.
И он удивил:
– Раз уж мне полагается жилплощадь, можно на нее переедет и моя мама?
– Ну ты даешь! – в воцарившейся тишине хмыкнул Баламут. – Типа дяденька дайте воды напиться, потому что так кушать хочется, даже переночевать негде?
Судя по отчаянному виду парня, это была не наглость, а крик души.
– Поясни.
Вадим покосился на окружающих, но, справедливо решив, что секретов друг от друга у нас не так уж много, ответил:
– Думаете, ей там легко? Ушкуйник, убивший отца якобы при самозащите, выплатил малую виру за его смерть. А затем подал в суд и потребовал возмещение ущерба чести и достоинства. Выплата сожрала все накопления нашей семьи. К тому же, чтобы мы с мамой не угодили в холопы, дядька Корней добавил червонцев от себя. Много добавил.
На этом парень замолчал, явно надеясь, что я и сам догадаюсь о недосказанном.
Ну это и нетрудно. Любая хозяйка, даже не будучи законченной стервой, вряд ли простит кому-то такое кровопускание семейному бюджету. А если учитывать обрывки высказываний Корня о своей супруге, ангелом она не была даже во младенчестве. И все же решать такие дела с кондачка не стоит.
– Давай так. Сначала с матерью поговоришь ты. Затем она пройдет собеседование у нашей комиссии аксакалов. А после этого с нею пообщаюсь я. Сам понимаешь, каким образом. Сделаем это тихонько, без лишнего шума. Возможно, на каком-то из этих этапов кто-то передумает и все решится само собой. Уверен, спешка тут только навредит.
Своим решением я развеял немного напряженную атмосферу, и все тут же оживились.
Парень просиял, явно восприняв мой ответ как положительный.
Чтобы меня опять не сбили с нужной мысли, я тут же повернулся к деду Анджею:
– Пан, как там насчет моей просьбы?
Поляк мгновенно сообразил, о чем идет речь:
– Юлит зараза. Хочет встретиться на нейтральной территории, а то и вообще обойтись телефонным разговором.
– Скажи ему, что если сегодня к вечеру он не заявится к нам в гости, то я буду искать другого артефактора. И намекни – заказов у меня вагон и маленькая тележка.
Так вышло, что старый поляк, как штатный мехвод броневика, влился в нашу с Баламутом команду по полной. К нему я обращался на «ты», как и он ко мне. А вот с корейской четой и батоно Леваном сохранялась пусть и небольшая, но дистанция.
– Сделаю, шеф, – кивнул Анджей, тут же запихнув себе в рот изрядную порцию омлета.
Вот и ладненько. А то подпольный артефактор по прозвищу Барабаш уже начал утомлять своей конспирацией. Денег к нему ушло немало и уйдет еще больше, а он кобенится. Ну вот как я по телефону или в нейтральном месте покажу ему свою добычу, доставшуюся мне после порчи магического компьютера запредельцев? К тому же есть темы, которые очень нужно обсудить исключительно с глазу на глаз.
Можно было бы не торопить человека, но, если я не ошибся в первичном анализе, таких, как он, нужно ставить в жесткие рамки, иначе сядет на шею.
На сегодня вообще было запланировано много дел, и начнем мы с самого важного – с того, что вообще привело нас в этот мир. Весь путь до Китежа и вчерашний вечер мы с плохо скрываемой тревогой следили за Златкой. Зимние бури пока не начались и фоновый уровень на Подоле не поднялся. Так что у девочки вполне могло ухудшиться самочувствие, ведь для ее реабилитационного амулета нужен определенный уровень насыщенности магической энергии. К счастью, все это время Кнопка была как обычно весела и энергична, но тянуть все равно не стоит.
Закончив с завтраком, я забрался в память своего телефона и нашел номер реабилитолога.
– Здравствуйте, Эльвира, – сказал я, услышав голос женщины. – Вас беспокоит Никита Зимин. Если помните, мы весной привозили к вам девочку.
– Да, я помню, – почему-то холодно, можно даже сказать раздраженно ответила доктор. – Как чувствует себя Злата?
Задумываться о причинах столь странной реакции врача я пока не стал, потому что звонил не для этого.
– Спасибо, вроде все хорошо, но нам бы хотелось, что бы вы посмотрели ее.
– Конечно, можете подъехать в любое время.
А затем она просто отключилась.
Ну и как это понимать? Где я опять успел облажаться? Списывать все на странности женской психики – это удел дураков и шовинистов. У всего есть причина, и если человек тебе нужен, то стоит потратить время на анализ, а не прикрывать странности тупыми шаблонами.
Я так привык к помощи своего артефакта, что сам факт невозможности прочесть хотя бы огрызки эмоций собеседника дико бесил. Но, увы, по телефону такая фишка не работает.
Ладно, попробуем выяснить все во время личной встречи. Конечно, активация ментального артефакта наверняка насторожит коллегу-мага, что может сделать ситуацию еще хуже. С другой стороны, при упоминании Златки ее тон смягчился, а значит, девочку можно спокойно отдавать в руки врача. И это главное. Что же касается моих отношений с Эльвирой, то их можно прояснить и позже.
Вот уж какой парадокс образовался – имея личный транспорт, мы все равно были вынуждены вызвать такси. Анджей сразу предупредил, что на броневике в Город нас никто не пустит. На Подоле такую машину воспримут относительно нормально, но вот в элитной части Китежа подобную роскошь могут позволить себе только князья и бояре.
Хорошо, что у нас есть свой личный таксист. Правда, шестисотый мерин Сосо уже пару десятков лет в обоих мирах никто не считал роскошным. Переделанный под электродвигатель, впрочем, как и почти все машины города, «мерседес» катил почти бесшумно, чего нельзя сказать о его хозяине:
– Ха, видели бы вы вчера, как сынок деда Чхана пытался перепить дедушку Левана. Совсем эти корейцы какие-то наивные.
– Чувак, ты бы за дорогой следил, – подал голос с заднего сиденья Баламут, обнимавший погрустневшую Златку.
– Я же просил не называть меня так, – проворчал Сосо, прекратив вертеться.
– А я помню, что ты просил не называть тебя по имени, – не унимался мой напарник.
Было такое дело. Когда парень узнал о нашей вражде с ушкуйником, то попросил ни в личных разговорах, ни по телефону не упоминать его имя. Тогда он и получил конспиративный позывной Чувак.
Его страхи лично я понял и принял, а вот Гену, похоже, задело.
– Ну хотя бы при моих не обзывай, – грустно вздохнул Сосо.
– Постараюсь, – беззлобно улыбнулся Баламут, – но бороться с привычками очень трудно.
– Он больше так не будет, – пообещал я, уловив со стороны Гены типичный эмоциональный коктейль тролля.
Все же Сосо немало сделал для нас, пусть и за щедрую плату.
– Спасибо, батоно Никита.
– На здоровье.
Мы как раз подъехали к пропускному пункту в стене, отделяющей Город от Подола. Процедура досмотра была короткой, я бы даже сказал, мимолетной. Все, что нужно знать о наших персонах, дружинникам рассказали стационарные сторожевые менгиры, просканировав инди-чипы в наших запястьях.
Уверен, что с их помощью можно определить и наличие привязанных к носителю конструктов, которые не учует даже истинный маг. Именно поэтому свою эфирную гранату я оставил дома от греха подальше.
Поднявшийся шлагбаум пропустил нас. Как и в прошлый раз, мне показалось, будто мы попали в другой мир. И дело не только в резкой смене насыщенности магического фона, вся обстановка вокруг поменялась, словно пропускной пункт являлся машиной времени. Если за спиной царило эдакое утрированное начало двадцатого века, то здесь везде чувствовался век двадцать первый, причем далеко не его начало. В Городе преобладали многоэтажки, потому что земля здесь стоила бешеные деньги. Поначалу, когда мы пересекали внешний, деловой пояс Города, пешеходов было мало, но и они привлекали мой уже отвыкший взгляд современным стилем одежды. Джинсы, толстовки по погоде, модные пиджаки и коротенькие платья под шубками напрягали точно так же, как полгода назад мне казались чудны́ми жилетки, широкие юбки в горизонтальную складку, котелки и даже цилиндры.
Да что уж там, вся наша троица сейчас была одета скорее в стиле Подола и внешки, нежели по приближенной к земной моде Города.
И то, что я увидел за окном машины, и приближающаяся зима натолкнули меня на неожиданную мысль.
– Сосо, давай-ка мы кое-куда заедем. – Затем я повернулся к Златке и спросил: – Кнопка, как насчет шопинга?
До болезни она была еще маленькая, а потом ей стало не до обычных развлечений современных детей. Но интернетом девочка пользовалась и что такое шопинг знала. Вон как глазки загорелись. И куда только хандра делась?
– Батоно Никита, – быстро просчитав ситуацию, наш водитель попытался вразумить меня, – здесь же все очень дорого. Может, лучше закупитесь, когда вернемся на Подол?
– Значит, найди нам что-то поскромнее, – не унимался я, прекрасно помня, с чем связана дешевизна подольских рынков и магазинов.
Вообще-то я и сам все прекрасно понимал. Город изначально был предназначен для того, чтобы высасывать деньги из богатых межмировых переселенцев. Он всеми силами выжимал из них финансовые соки, а затем выплевывал человеческий жмых на Подол.
– Ну, тогда в Каравеллу, – сказал Сосо и решительно развернул машину.
Минут через двадцать мы выехали в центральные районы Города. И опять словно оказались в другом мире. Здесь я еще не был.
Широкие тротуары вдоль самых настоящих небоскребов оказались заполнены текучей толпой пешеходов. Причем это была не толпа бредущего на работу офисного планктона, а плотная масса людей, явно ведущих праздную и роскошную жизнь. На дорогах все больше начали попадаться машины с ревущими бензиновыми двигателями, от которых я тоже успел отвыкнуть. Да и запах легкого смога напомнил о прошлой жизни в другом мире.
Словно домой попал, но не скажу, что так уж придавило ностальгией, потому что Беловодье мне давно стало нравиться больше Земли, которую люди порядочно изгадили.
Еще через десять минут вы выехали на большую площадь, на противоположной стороне которой виднелось здание с претензией на архитектурную самобытность. Кто-то попытался построить семиэтажный комплекс в виде корабля. Получилось так себе. По крайней мере, я самостоятельно догадался, что это та самая Каравелла. Без парусов она больше походила на угольную баржу гигантских размеров.
И все же мой взгляд задержался на торговом центре лишь на мгновение. Внимание ту же привлекла высившаяся вдалеке гигантская башня, господствующая даже над окрестными небоскребами.
– Сосо, а мы, часом, не заедем на землю князей? – с опаской спросил я, потому что меньше всего хотел оказаться на территории, где князья имеют практически неограниченную власть.
– Не, – мотнул головой таксист. – Я же не идиот. Даже близко не подъедем.
В ответ я лишь кивнул, сдерживая облегченный вздох.
Когда вышли из машины, я привычно пустил толику силы в обруч, он тут же резко поднял все защитные блоки. Да уж, это не наша долина, где обитает только компания стариков, стая жаб да вечно угрюмый единорог. Тут целая толпа, фонтанирующая огромным количеством эмоций, разивших своей яркостью, словно амбре городской свалки.
В Бесшабашке такого дурдома и близко не было.
Это все мне так не понравилось, что даже стянул шляпу, от греха подальше, и понес ее в руке. Затем вернул на место – слишком уж неприятно чувствовать себя без надежной ментальной защиты.
– Ты чего дергаешься? – обеспокоенно спросил Баламут.
– Нормально все. Одичал я слегка.
– Ага, – согласился мой друг, – сам чутка растерялся.
Каравелла оказалась вполне привычным торговым центром с практически полным спектром магазинов.
Златка сразу потянула деда к детскому развлекательному комплексу, но я тут же тормознул стартовавшую парочку:
– Сначала за вещами, потом немного развлечений, и мы поедем туда, куда собирались.
Кнопка погрустнела, но возражать не стала.
Сюда, несмотря на дороговизну, я сунулся за сервисом и тут же был разочарован. В магазине детской одежды нас встретили не самым лучшим образом. Скрыть от меня презрительный взгляд, особенно если на голове шляпа с замаскированным в ней обручем ментального контроля, попросту невозможно.
Да, наша одежка поистрепалась, но с таким характером продавцом лучше не работать, особенно в заведениях подобного уровня.
Как же мне захотелось шибануть эту фифу направленным страхом, но я сдержался. Даже активная считка эмоций в Городе могла закончиться для меня немалой вирой, а уж ментальное воздействие и подавно. Законы Китежа я выучил назубок еще на станции.
– Девушка, пригласите, пожалуйста, администратора, – с ядовитой вежливостью попросил я, а когда она ушла, вытащил из кармана перстень мага и надел на палец.
Тут все же сословное общество, пусть и в облегченной версии.
Уверен, явившаяся на мой зов строгая дама опознала бы во мне мага даже без перстня, да и наша потрепанная одежда ее точно не смущала.
– Мы рады приветствовать вас в нашем бутике, уважаемый дар. Все что угодно для вас и вашей малышки.
Скандалить я не стал, потому что понимал – сглупившей продавщице и так достанется. Сквозь неплохую защиту амулета для недаров, который висел на шее администратора, прорывались протуберанцы раздражения и даже злости, явно направленные не на меня.
– Мне нужно подобрать для девочки одежду на выход и для дома.
– Стиль городской или стандарты Подола? – спросила женщина и тут же поспешно добавила: – Разница только в фасоне. Качество одинаково превосходное.
– Давайте и то и другое.
– Прекрасно! – улыбнулась она. – Чтобы вы не скучали, могу предложить услуги очень хорошего салона мужской одежды. За девочкой мы присмотрим.
Я с сомнением посмотрел на Златку.
Тут подал голос Баламут:
– Иди уже, модник. Я побуду здесь. Мне эти ваши понты без интереса. Лучше прибарахлюсь на Подоле у того старого еврея.
Не скажу, что страдаю метросексуализмом, но коль уж мы вернулись в цивилизацию, хотелось бы выглядеть соответственно. Мало ли куда занесет судьба.
Магазин, в который меня перенаправила вежливая дама, действительно был неплох. Там я быстро подобрал себе пару комплектов для Подола и один деловой для Города. Больше всего меня привлек костюм, очень гармонично сочетавший в себе оба стиля, но увиденный ценник отбил малейшее желание шиковать. Тем более в таком наряде я Баламуту не покажусь – потом придется месяцами отбиваться от ярлыка модницы. Хватит с меня связанных с диадемой упоминаний королевы красоты.
Вот еще один повод как можно быстрее встретиться с Барабашем.
Через час, вернувшись в детский отдел, я увидел, что Златку превратили в эдакую Барби, а зимний вариант делал из нее почти классическую снегурочку. Немного кричаще, но девочка была счастлива.
Добили мы ее походом в развлекательный центр, который пришлось заканчивать волевым усилием, потому что, как ни странно, понравилось нам всем троим. Генка чуть не прослезился, глядя на хохочущую внучку, а я с умилением смотрел на них.
Да уж, переселение в другой мир и связанные с ним треволнения вкупе с нешуточными опасностями – небольшая цена за то, что походившая на собственную тень, исхудавшая и смотревшая на мир тусклыми глазами девочка превратилась вот в такую снегурочку, брызжущую весельем и задором.
Теперь осталось убедиться, что все действительно в порядке, и можно окончательно вздохнуть с облегчением. А для этого нам придется наведаться в медицинский центр «Светлая роща». Именно там истинный маг-целитель вылечил Златку, и там же меня ждет встреча с женщиной, чье отношение к моей персоне еще предстоит выяснять.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?