Текст книги "Горец-любовник"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gorec-lyubovnik-6459.jpg)
Автор книги: Ханна Хауэлл
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 4
С чего она взяла, что, выбравшись из промозглой холодной ямы, сразу попадет туда, где ей наконец будет тепло и сухо? Алана старалась не отставать от Грегора и ничем не выказывать своего разочарования. Она промокла насквозь, замерзла и ужасно устала. Солнце встало уже несколько часов назад, а они все продолжали бежать. Грегор несколько раз делал недолгие остановки для того, чтобы они могли перевести дух, и время от времени менял темп. Но отдохнуть она не успевала и чувствовала, что вот-вот совсем обессилеет. Алана считала себя – причем с достаточным на то основанием – прекрасной бегуньей, она могла выдерживать быстрый темп довольно долго, но эта гонка довела ее до полного изнеможения. Вот уже несколько миль она держалась только на силе воли.
Она чувствовала, как дождь довершает то, что начали делать с ней в подземной темнице холод и сырость. Теперь она на собственном опыте поняла, что значит «холод пробрал до костей». Все тело ломило от холода, от усталости, от перенапряжения. Ей страшно хотелось упасть и залечь на несколько дней в каком-нибудь сухом и теплом месте. А временами она готова была упасть прямо в грязь – лишь бы никто не заставлял ее перебирать ногами.
До нее вдруг дошло, что она даже не знает толком, где они с Грегором находятся и куда бегут. Сейчас, пока главная цель – уйти подальше от Гоуэнов, направление движения не имело особого значения, но как только они оторвутся от погони и окажутся на ничейной земле, придется заняться поисками сестры. К сожалению, она потеряла свою обычную связь с сестрой, так что не почувствовала бы ее присутствия, даже если бы та находилась в нескольких шагах от нее.
Грегор вдруг остановился, чтобы хлебнуть воды из кожаной фляги, и Алана тоже остановилась. Еще мгновение – и ноги перестали ее держать. Она была настолько измучена, что не сумела даже выругаться, хотя опустилась прямо в лужу. Конечно, она понимала, что сидеть в холодной воде не стоит, но подняться просто не было сил. Потом ее вдруг начало трясти и в ушах зашумело. Алана в испуге подняла глаза на своего спутника – в этот момент он протянул ей кожаную флягу – и тут же упала навзничь.
Грегор выругался вполголоса и присел рядом с ней на корточки. Затем просунул руку ей под плечи и приподнял от земли. Голова ее свесилась к самой воде, а тело обмякло. Грегор понял, что Алана без сознания. Он вздохнул и осмотрелся. С неба по-прежнему лил холодный дождь.
– Ах, бедняжка, – пробормотал он, прикоснувшись ладонью к щеке девушки. – Похоже, я тебя совсем загнал.
Грегор подхватил ее на руки и присел под деревом, где было посуше. Из пледа он соорудил нечто вроде люльки, в которой мог бы нести Алану так, чтобы руки его оставались свободными. Перемещая импровизированный гамак то на бок, то на живот, Грегор нашел наиболее удобное положение – теперь девушка согревалась от его груди, а ноги ее свешивались по обе стороны «люльки». Собрав все пожитки, он направился искать убежище, где они могли бы прятаться от Гоуэнов, пока Алана не поправится.
Удача улыбнулась ему. Не прошло и часа, как он наткнулся на домик, сложенный из серого камня. На стук никто не отозвался, и тогда Грегор осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Никаких признаков жизни в доме он не обнаружил. Домик был совсем маленький, но сложенный умело, и черепичная крыша не протекала. Грегор решил, что хозяин, покинувший свое жилище, будет на него не в обиде, если они временно воспользуются пустующим домом. Он положил закутанную в плед Алану на пол, а сам с помощью нескольких кусков торфа, которые все время носил с собой, развел огонь. В домике, наверное, не было хвороста, но и этого скромного костерка было достаточно, чтобы высушить одежду девушки.
Мысленно воздав хвалу Господу за то, что надоумил его прихватить с собой два одеяла, Грегор принялся освобождать Алану от мокрой одежды. Он мог лишь надеяться на то, что она не очнется, пока он не закончит свое дело, – у него были серьезные основания полагать, что ей не понравилось бы, что ее раздевает мужчина.
Он стащил с нее ботинки и чулки и принялся растирать ее ноги. Хотя Алана была хрупкого сложения, ноги у нее были довольно длинные для ее роста, и они выглядели так, как должны выглядеть ноги вполне взрослой, оформившейся женщины.
Сняв с нее плащ и платье, Грегор тихо выругался. Рубашка ее была такой же мокрой, как и верхняя одежда. Стащив с Аланы рубашку, Грегор присел на корточки и уставился на нее в изумлении. На ней были коротенькие, довольно изящные панталончики, но вовсе не это привлекло его внимание. Грудь ее была туго перебинтована – и она не пожалела на это прочного льна. Грегор нисколько не сомневался в том, что под повязкой отнюдь не рана.
«Хватит пялиться, – мысленно одернул он себя. – Вспомни, зачем ты начал ее раздевать. Надо побыстрее спасать девушку, и главное для нее сейчас – тепло». Убедив себя в том, что действует исключительно в интересах своей спутницы, он достал нож и разрезал мокрую повязку. Его взгляду открылись маленькие округлые грудки с отвердевшими от холода темно-розовыми сосками, очень приятными на вид. Грегор судорожно сглотнул – очень уж соблазнительно выглядели эти сосочки. Вероятно, повязка слишком сильно стягивала груди – на них остались уродливые красные полосы.
Но теперь ему предстояло снять с Аланы последний предмет туалета и открыть ее женские тайны. Стянув с нее панталоны, Грегор на мгновение зажмурился, пораженный тем, как сильно подействовал на него вид обнаженной девушки. Бедра ее были изящными и округлыми, ноги длинными и стройными, живот – плоским и гладким, а между ног темнел маленький треугольник из жестких каштановых завитков с едва заметным медным оттенком. «Она – само совершенство», – подумал Грегор.
Внезапно он понял, что дышит часто и неглубоко, и тотчас же устыдился своей реакции – он вел себя как олень-самец, учуявший самку в период гона. Грегор в очередной раз обозвал себя бранным словом и быстрыми энергичными движениями растер досуха все тело девушки. Затем снова завернул ее в одеяло и, порывшись у нее в мешке, извлек оттуда сухую рубашку, которую тут же на нее надел. После этого он укрыл ее от подбородка до пяток вторым одеялом – чтобы искушений было поменьше.
Теперь настал черед заняться ее руками, обмотанными грязными тряпками. Обнаружив под повязками кровоточащие волдыри, Грегор снова выругался. Промыв раны водой из фляги, он решил, что лучше оставить ее руки без повязок, чтобы ранки просохли и затянулись. Если бы такой метод годился и для лечения жара! Увы, нельзя было рассчитывать на то, что все пройдет само собой. Грегор знал, что зачастую жар сам не проходил и его требовалось сбивать. Но как лечить Алану и чем? Он не имел об этом ни малейшего представления.
Грегор выпрямился и осмотрелся. С первого взгляда было ясно, что дом покинули совсем недавно. И оказалось, что в ящике возле камина все же оставалось немного дров и несколько кусков торфа. Ему показалось странным, что в таком маленьком домике имелся камин – этот факт наводил на размышления об истинном предназначении этой обители. Грегор развел огонь пожарче, пододвинул к очагу грубо сколоченную скамью и разложил на ней одежду Аланы для просушки. После чего вернулся к осмотру жилища.
Тот факт, что дом имел прочную деревянную дверь, должен был насторожить с самого начала. Такой дом едва ли принадлежал простолюдину. Грегор утвердился в этой мысли, когда открыл ставни на одном из трех окон – окна оказались застекленными, что было по здешним меркам непозволительной роскошью. Матрас же на кровати оказался мягкий и довольно удобный – едва ли бедняк мог бы иметь такой матрас. И еще одна странность: домик стоял в глубине леса, и, судя по всему, никаких домашних животных поблизости не было, да и пастбища возле дома тоже не было. Скорее всего домик служил тайным убежищем какому-то лэрду. Возможно, здесь он устраивал свидания – подальше от глаз жены. Грегор невольно усмехнулся. Как же им повезло, что именно сейчас этот лэрд обходится без любовницы!
Сняв с себя мокрую одежду, Грегор достал из мешка чистую и, придвинув к огню еще одну скамью, разложил для просушки и свои вещи тоже. Когда он искал укрытие для них с Аланой, он и мечтать не смел о таком комфортном пристанище. Фортуна явно проявляла к нему благосклонность.
Открыв узкую дверь в стене возле камина, Грегор вошел в маленькую кухоньку. Хозяин оставил в доме совсем немного вещей, но и они могли очень пригодиться. К удивлению Грегора, камин оказался двусторонним, причем та сторона, что находилась на кухне, была приспособлена для приготовления пищи. Тут также имелся запас дров и торфа. Если только Гоуэны их здесь не разыщут, они с Аланой смогут провести в этом домике несколько дней, пока она не наберется сил для дальнейшего путешествия.
Кухонная дверь выводила к небольшому огородику. И там же, в огороде, был вырыт колодец. Грегор не стал выходить наружу – с него хватило нескольких часов под проливным дождем. Он просто выставил ведро за дверь, чтобы набрать дождевой воды. На первое время воды будет достаточно, а потом, возможно, дождь прекратится.
В тот момент, когда он уже собирался запереть дверь на засов, в домик ворвалось какое-то животное. Он даже не успел рассмотреть, какое именно. С ножом в руке Грегор вошел в комнату и остановился, ошеломленный. Непрошеный гость клубком свернулся у огня. Значит, хозяин, покинувший дом, оставил тут своего кота? Зверь точно знал, где он может найти еду и тепло, поэтому можно было предположить, что он раньше жил в этом доме. Кот был мокрый, грязный и испуганный, но он позволил Грегору подойти к нему.
Хотя и с опаской, но кот все же позволил очистить себя от грязи. Под слоем грязи оказался серый мех. Грегору показалось, что животное предупреждает его урчанием, перед тем как вцепиться в руку (вот она, кошачья благодарность), но вскоре понял, что кот вовсе не угрожает, а урчит от удовольствия. Он налил коту воды в деревянную миску и отрезал немного мяса от тех припасов, что захватил из подземной темницы.
– Тебе повезло, что я питаю слабость к кошкам, – сказал Грегор, присаживаясь рядом с Аланой. – Да ты, похоже, и впрямь хороший парень. Бросить тебя на произвол судьбы – настоящее свинство после того, как ты верой и правдой отгонял от еды крыс, верно? – Грегор отхлебнул из фляги и проворчал: – Наверное, для меня настали не лучшие дни, если я вынужден разговаривать с котами.
Кот подмигнул ему желтым глазом.
Грегор покачал головой и повернулся к Алане, присев рядом с ней на корточки. Он приложил ладонь к ее лбу, затем к щеке и нахмурился. У нее явно был жар, причем сильный жар. Грегору сделалось очень не по себе, у него даже ладони вспотели. Никогда еще он не испытывал такого страха. Немного поразмыслив, Грегор сказал себе, что это вполне естественная реакция с его стороны, просто он боялся за жизнь девушки, которая еще слишком молода, чтобы уходить из жизни. Но в глубине души Грегор знал, что лжет себе – у его страха имелась иная причина, очень личная.
Он встал и подошел к кровати. Понимая, что топлива не хватит, чтобы как следует прогреть всю комнату, Грегор снял с кровати матрас и положил его рядом с камином. Сняв с Аланы одеяло, чтобы застелить им матрас, он на какое-то время задержал на ней взгляд.
– Красивая малышка, – пробормотал Грегор, закутывая девушку в другое одеяло. – Такая маленькая, что смогла выдавать себя за ребенка, хотя непонятно, почему она не сказала мне правду. Кот, что ты об этом думаешь?
Кот посмотрел на него так презрительно, что Грегор невольно поежился.
– Не удивлюсь, если окажется, что и у меня жар. Если я поверил, что ты меня понимаешь, то у меня точно бред.
Грегор попытался вспомнить, что надо делать, чтобы снять жар. И вспомнил об одном средстве. Он сходил за ведром с дождевой водой, нашел среди вещей Аланы еще одну рубашку и разорвал ее на лоскуты. Затем стал обмакивать ткань в холодную воду и прикладывать ко лбу девушки. Увы, ничего другого он придумать не мог.
– Артан?
Грегор вздрогнул от неожиданности. И еще ему очень не понравилось, что Алана произнесла мужское имя, не его, Грегора, имя. Глядя в широко раскрытые невидящие глаза девушки, он проговорил:
– Я не Артан, я Грегор.
– Неужели Гоуэны позволили нам зажигать свет в яме?
– Мы больше не в яме, девочка. Мы оттуда убежали. Помнишь?
Алана нахмурилась и обвела взглядом комнату.
– Ах да, мы сбежали… Мы очень далеко от них ушли?
– Достаточно далеко. И мне кажется, мы в надежном укрытии.
– Да, приятно это слышать. Но я очень, очень устала…
– Кто такой Артан? – Грегор не ожидал от себя этого вопроса и мысленно выругался, досадуя на себя.
– Артан – мой брат. Я почему-то решила, что ты – это он. Глупо, потому что он даже не знает, что я шла за ним по пятам.
– Почему ты шла за ним?
Глаза девушки закрылись, но Грегор терпеливо ждал ответа. Прождав несколько минут, он с разочарованием вздохнул. Она, вероятно, снова уснула. Конечно, он знал, что сон для нее сейчас – лучшее лекарство, но все-таки сожалел о том, что упустил возможность получить ответы на кое-какие свои вопросы.
Еще с час Грегор сидел возле Аланы, прикладывая к ее горячему лбу холодные тряпицы. Но голод в конце концов взял свое, и он решил перекусить. Отдав коту половину своей порции мяса, он тут же отругал себя за излишнее мягкосердечие.
Выбежав из домика, чтобы облегчиться, Грегор поспешно вернулся к Алане. Никогда еще он не чувствовал себя таким беспомощным, и собственная беспомощность ему очень не нравилась. Он знал, что от сильного жара можно умереть, но не знал, отчего у девушки этот жар. Только от простуды? Или от чего-то другого? Если бы он даже смог найти в огороде какие-то лекарственные травы, он не знал, как их применять. В своем неведении он мог бы отравить Алану. Грегор не был уверен и в том, что приносит ей пользу, постоянно вытирая ей лоб холодной мокрой тряпкой и заставляя ее пить по мере возможности. Но он должен был что-то делать! В который уже раз Грегор сказал себе, что должен найти время, чтобы научиться основам целительства. Как снять жар, как остановить кровотечение – это обязан знать каждый.
– Я думаю, надо позвать бабушку, – пробормотала Алана. – Я не очень хорошо себя чувствую.
– Я не могу привести тебе бабушку, девочка. Я не знаю, где ее искать.
Когда Алана закапризничала, он решил, что мог бы и соврать для благого дела.
– Тогда ты должен найти мою сестру Кайру. Или, может быть, кузину Джиллианну или кузину Элизабет. Я действительно не очень хорошо себя чувствую, и они поймут, что надо делать.
– Я их поищу. А ты отдыхай. Это тебе сейчас больше всего нужно.
– Да, сон – хороший лекарь. Но лекарства, что они готовят, тоже пригодились бы.
Грегор решил, что Алана уснула, когда она вновь затихла. И еще он надеялся, что она, проснувшись, не вспомнит о том, что говорила. Если она поймет, что он ей соврал, неприятных вопросов не избежать.
Одно из упомянутых девушкой имен было ему знакомо. Брат Грегора Эван был женат на женщине, у которой была родственница по имени Джиллианна. Конечно, это могло быть и простое совпадение, но имя Джиллианна – довольно редкое. Если же учесть и то, что Алана считала Джиллианну целительницей, а та Джиллианна, которую знал Грегор, тоже была целительницей, то совпадение почти исключалось. И если это та самая Джиллианна, то Алана принадлежала к клану Мюррей. Но почему же девушка из клана Мюррей путешествует в одиночестве и притворяется, что она ребенок?
«На этот вопрос скорого ответа не получить», – сказал себе Грегор и взял один плед. Пристроившись на матрасе рядом с Аланой, он решил немного поспать. Он знал, что перед выздоровлением жар у больных обычно усиливается. Значит, в ближайшее время выспаться как следует ему не удастся.
Грегор поморщился и вполголоса выругался, когда маленький кулачок Аланы довольно чувствительно ударил ему в челюсть. Она гораздо сильнее, чем может показаться, если судить по ее виду, подумал он, не без усилий прижимая ее к кровати. Ему удалось несколько часов спокойно поспать, пока от сильного жара Алана не начала метаться по постели. И с тех пор покоя ему не было; прошло уже двое суток, и Грегор за это время ужасно устал. К тому же он очень боялся за девушку. Он никому не желал смерти, за исключением нескольких своих личных врагов, но при мысли о том, что умрет Алана, его словно сковывало ужасом. Грегор не понимал, что с ним происходит. Он облегченно вздохнул, когда она успокоилась, но радость его была недолгой – она начала плакать.
– Я должна найти Кайру, – проговорила она, всхлипывая.
– Свою сестру? – спросил Грегор. Он приподнял ее и попытался влить ей в рот немного воды.
– Да, мою сестру-близняшку. Я знаю, что нужна ей. Но она бы рассердилась, если бы узнала, что я отправилась ее искать.
– Понятно. Поэтому ты отправилась на поиски на свой страх и риск. – Грегор присел рядом и обнял Алану за плечи.
– Я могу ее найти. Я в этом уверена.
– Выходит, что по округе бродит еще одна маленькая девочка, такая же, как ты?
– Нет, Кайра не такая, как я. Она красивая и умная. Она славная и обладает даром целительства. А я – просто маленький серый воробышек.
Грегор с удивлением посмотрел на девушку:
– Но ты очень красивая…
– Нет, это Кайра красивая. Все ее любят, а я не могу ее найти.
– Ты ее найдешь, девочка. Скоро жар пройдет, ты поправишься, и мы пойдем искать твою сестру.
Она не ответила ему ничего связного, лишь пробормотала что-то насчет братьев-«тугодумов» и «вонючих» Гоуэнов, а затем снова уснула. Грегор осторожно поправил на ней одеяло и поднялся на ноги. Потянувшись, он внимательно посмотрел на девушку. Она была очень бледна, только на скулах краснели пятна от жара. Волосы ее стали тусклыми, как будто болезнь забрала из них всю жизненную силу. Губы же обветрились и потрескались, словно обгорели на солнце. Алана, конечно же, чувствовала себя отвратительно, но даже сейчас она выглядела красавицей. «Интересно, кто внушил ей, что она невзрачная?» – подумал Грегор. И еще у него вдруг возникло сильнейшее желание найти того, кто убедил ее в том, что она некрасива, и бить этого слепца до тех пор, пока у него глаза не раскроются.
Он помотал головой, отгоняя столь странные мысли. Затем осторожно привязал больную к кровати. Ему надо было оставить ее одну на некоторое время – следовало запастись едой и дровами. Хорошо, что в доме нашлись такие полезные вещи, как ведро, веревка, кувшин и несколько деревянных мисок. Но съестного в огороде нашлось совсем немного. И дело было не только в том, что ему, Грегору, надо было чем-то питаться. Главное – надо было Алану чем-то кормить. Чем-то горячим, жидким и питательным. Грегор решил, что должен сварить для больной суп. Она поест супа, и сил для борьбы с болезнью у нее прибавится.
Если бы не опасная болезнь, свалившая Алану, Грегор мог бы считать, что судьба их облагодетельствовала. В расставленный им накануне капкан попался крупный толстый кролик, и при более внимательном ознакомлении с огородом выяснилось, что там можно найти немало всяких овощей и приправ. Пусть эти овощи еще не вполне созрели, для супа они вполне годились. Когда Грегор вернулся, Алана все еще спала, и он мог спокойно приготовить пищу в стареньком котелке, что висел на гвозде над кухонным очагом.
Грегор уже доедал свою миску супа, когда стал замечать, что с Аланой происходит что-то странное. Причем кожа ее, казалось, блестела в тех местах, где на нее падал свет. Отставив миску, Грегор подошел к больной. Лоб ее был холодным и влажным от пота. Облегченно вздохнув, Грегор принес воду и ткань, чтобы обтереть тело девушки. К тому времени как он покончил с этим делом, его всего трясло от похоти. Подобная реакция одновременно и раздражала, и озадачивала… Что бы там ни думал о нем старший брат Эван, Грегор умел держать себя в узде. Уже одно то, что Алана нуждалась в его заботе, что она была больна и от него зависела, должно было подействовать на него отрезвляюще. Увы, плоть отказывалась подчиняться доводам рассудка. Еще никогда вид женского тела и ощущения от прикосновений к женщине так сильно его не возбуждали. Такое возбуждение можно было списать на то, что у него уже несколько недель не было женщины, но Грегору этот довод почему-то не казался убедительным. Что-то в Алане разжигало огонь в его крови.
«И над этим стоит серьезно подумать», – сказал себе Грегор, раскладывая на скамье для просушки рубашку Аланы, которую он только что выстирал. С того самого момента, как они с Аланой встретились, женитьба на Мейвис представлялась все менее желанной. Грегор знал, что именно помогало ему на первых порах держать свои чувства в узде. Помогала некоторая вероятность того, что Алана – и в самом деле ребенок. Но как только он снял с ее груди повязку, все изменилось, и теперь для него уже не оставалось преград.
Грегор улегся рядом с девушкой, болезненно поморщившись, когда она прижалась к нему. Теперь, когда она была нага, он чувствовал каждый изгиб ее тела. И еще как чувствовал! Его уже лихорадило; казалось, желание его усиливалось с каждым мгновением.
Любую другую девушку он соблазнил бы не задумываясь и пошел бы дальше своей дорогой. Но с Аланой он так поступить не мог, и не потому только, что она скорее всего была из знатного рода Мюрреев и за нее готов был заступиться целый клан. Алана была ему дорога, значима сама по себе, пусть он еще и не знал, насколько она ему дорога и насколько значима. И еще у него возникло предчувствие: стоит ему один раз овладеть ею, и он уже больше не сможет с ней расстаться.
Ему предстояло принять очень непростое решение, и он не хотел делать это сгоряча. Он потом обо всем подумает, потом – когда желание отступит и он снова обретет способность мыслить ясно. И еще ему надо побольше о ней узнать. Он должен точно знать, кто она такая, почему оказалась одна вдали от дома и что случилось с ее сестрой. Следовательно, он должен дождаться, когда Алана проснется с ясной головой. Тогда он расспросит ее и, получив ответы на все свои вопросы, сможет решить, как быть дальше.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?