Текст книги "В доме лжи"
![](/books_files/covers/thumbs_240/v-dome-lzhi-257103.jpg)
Автор книги: Иэн Рэнкин
Жанр: Полицейские детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– У жучков многому можно научиться, – объявила она, наверху оврага ее было отлично слышно. – Некоторые насекомые зачастую бывают обитателями какой-то конкретной среды. А рукотворные объекты имеют свойство разрушаться с разной скоростью, это тоже воздействие среды. – Гамильтон показала снимок “поло”: – Я не уверена, что машина простояла в этом овраге двенадцать лет.
– И сколько времени она здесь? – крикнул Фокс.
– Не так долго, чтобы ржавчина образовалась в тех объемах, какие я ожидала увидеть.
– Где она была до этого?
– Об этом нам могут рассказать жучки. Я все-таки хочу, чтобы ее осмотрел специалист-почвовед. Теперь-то бюджет утвердили?
Лейтон подтвердила: да.
– И я могу обсудить этот вопрос со старшим инспектором Сазерлендом?
– Я уверена, он ничего против не имеет.
– Тогда будем надеяться, что человек, который мне нужен, на месте.
Фокс подошел к Тесс Лейтон.
– Что думаешь? – спросила она.
– Одна мысль, Тесс, сейчас занимает меня больше всего.
– И какая?
Фокс приподнял ногу:
– Придется покупать новые ботинки.
10
Сэр Эдриен Брэнд правил своей империей из вместительного особняка, расположенного в Мюррейфилде, на Кинеллан-роуд. Садовый участок, окружавший его владения, в менее престижной части города мог бы сойти за парк. Под автомобильным навесом нашли прибежище “бентли” и “тесла”; от последней тянулся кабель для подзарядки. Кларк и Краутер позвонили, дверь им открыл Гленн Хазард.
– Какая приятная встреча, – сказала Кларк, однако, судя по голосу, это было не совсем так.
– Сэр Эдриен в зимнем саду, – ответил Хазард. – Хотя он, как и я, недоумевает, по какой причине вы заставляете его впустую терять время.
– Потому что нам это нравится?
Издав негодующий звук, Хазард повел их через обширный вестибюль с люстрой и лакированным паркетом; одна дверь вела в гостиную, за другой находилась столовая. За очередными – стеклянными – дверями открылась полная воздуха оранжерея, заставленная растениями в горшках и плетеной мебелью. Брэнд делал вид, что читает “Файненшл таймс”. На совином лице очки без оправы, остатки волос зализаны через макушку назад и за уши. Бледно-лимонная рубашка стояла колом, две верхние пуговицы расстегнуты, являя взглядам пучки седых волос на груди. Металлический “ролекс” Джеки Несса выглядел подделкой, но золотые часы, обхватывавшие толстое запястье Брэнда, почти наверняка были настоящими.
Брэнд не торопясь сложил газету. Его пиарщик сел на стул справа от него, оставив Кларк и Краутер лишь узкий диванчик, на котором обе и поместились. На разделявшем их и Брэнда стеклянном журнальном столике стоял стакан с лужицей апельсинового сока на дне, лежала стопка деловых журналов и планшет с включенным без звука деловым телеканалом.
– Спасибо, что так быстро согласились встретиться с нами, – начала Кларк.
Брэнд наконец взглянул на нее:
– Вы так говорите, будто у меня был выбор.
– Могу представить, сэр Эдриен, насколько трудно заставить вас сделать что-нибудь, чего вы делать не хотите.
На лице сэра Эдриена проступила улыбка, натянутая, тонкая, как платиновая цепочка у него на шее.
– Ну, предположим, мне стало любопытно. Не каждый день в твоих владениях находят труп.
– Особенно труп знакомого вам человека.
– Сэр Эдриен никогда не встречался со Стюартом Блумом, – негодующе возразил Хазард.
Кларк не сводила глаз с Брэнда.
– Но вы знали, кто такой Блум и какую работу он выполняет для Джеки Несса?
– На тот момент вопрос был решен. – Брэнд взмахнул рукой. – До меня дошли слухи, что Несс нанял какого-то сыскаря. И моим людям стало известно, что кто-то пытался влезть ко мне в компьютерную систему.
– Но доказательств у вас не было?
– Я знал, что за этим стоит Несс. И распорядился, чтобы мои адвокаты письменно потребовали от него прекратить нарушения.
– В полицию вы не обращались?
– Я стараюсь по возможности сам разбираться со своими делами. К тому же вы сами сказали – у меня не было доказательств, что Несс как-то замешан.
– У вас не возникло мысли поговорить со Стюартом Блумом?
– Нет.
– Или послать кого-то вместе себя к нему?
Брэнд еле заметно пошевелился.
– Опять-таки, нет.
– Мы расследуем убийство мистера Блума, и нам предстоит изучить все первоначальные заявления и протоколы допросов. Вы не хотели бы исправить какие-то свои утверждения, сделанные во время первого расследования, – глядя, так сказать, ретроспективно на прошлое?
– Инспектор, я говорил правду тогда и говорю правду сейчас.
– Как вы сказали, труп обнаружили на вашей земле. Что вы думаете по этому поводу?
– Я владею Портауном не так давно.
– И все-таки…
Брэнд пожал плечами, отчего воротничок рубашки едва не задел уши.
– Я, разумеется, сочувствую родным Блума, хотя в последнее время они говорили обо мне отвратительные вещи.
– Возмутительные вещи, – поправил Хазард босса. – Но против этих людей сэр Эдриен не стал предпринимать никаких ответных мер.
– Немного странно, не правда ли?
Хазард и сэр Эдриен одновременно взглянули на Шивон.
– Я хочу сказать – вы ведь не из тех, кто норовит держаться подальше от юристов и судебных процессов.
– Нам всем нужно какое-нибудь хобби. – Брэнд продемонстрировал ряд безупречных зубов.
– Семья Блума считала, что вас защищает полиция. Учитывая ваше положение.
– Каких только диких обвинений они не выдвигали. То масонский заговор, то я даю взятки старшему констеблю. Чушь несусветная.
– Вы все еще нанимаете шоферов, сэр?
Резкий поворот в разговоре не смутил Брэнда.
– Не так чтобы.
– А телохранителей?
– Я часто сопровождаю сэра Эдриена в поездках, – вмешался Хазард.
Брэнд повернулся к нему:
– Гленн, она говорит о настоящем телохранителе. Бывший военный, владение приемчиками. – Он снова обратился к Кларк: – Я давний клиент одного агентства и при случае обращаюсь туда – в основном когда собираюсь за границу.
Шивон кивнула, изображая, что осмысливает услышанное.
– Вы продолжаете поддерживать отношения с Брайаном Стилом и Грантом Эдвардсом?
Брэнд нахмурился:
– Я должен знать эти имена?
– Стил и Эдвардс работали на вас примерно тогда же, когда исчез Стюарт Блум. Работали в свободное время. А днем служили в полиции.
– На меня много кто работал и работает, инспектор.
– Они сопровождали вас в качестве мускульной силы. Я уверена: если вы сосредоточитесь, то вспомните их.
Наконец Брэнд кивнул:
– Стил и Эдвардс. Да. Они у меня работали. Недолго.
– А также стали одной из причин жалоб, предъявленных семьей Блума.
– Правда?
– Смотря как они были связаны с расследованием. Если верить Кэтрин Блум, возможен конфликт интересов.
– А ведь она приходила сюда. И не один раз. Ворота всегда заперты, но она названивала в домофон, кричала на мою жену.
– И вы снова не связались с полицией?
– К чему? Она же уходила. Мне было ее жалко, я-то сына не терял – у меня нет сыновей.
– Ваша жена сейчас дома?
– Ей было бы нечего добавить. Корделия никогда не интересовалась моими делами.
Хазард подался вперед – локти уперты в колени, руки сжаты в кулаки:
– Надеюсь, Джеки Нессу вы тоже задавали вопросы? Справедливости ради?
– Мы только что от мистера Несса. – Кларк продолжала смотреть на Брэнда, который не отрывал взгляда от экрана планшета, где мелькали биржевые котировки. – Вы с ним в последнее время не враждуете?
– Джеки Несс кормится славой прежних дней, если таковая у него была, – произнес Брэнд, по-прежнему глядя на экран. – Я слышал, он в двух телефонных звонках от банкротства, но ему не впервой.
– То есть он вам больше не конкурент?
– Кишка у него тонка, – проворчал Хазард.
Брэнд наконец оторвался от планшета и встретился глазами с Шивон.
– Джеки Несс в прошлом, – произнес он нараспев.
– Сэр Эдриен, почему вы купили Портаун-хаус?
– Инвестиция.
– Дом ветшает, гниет. Как это может повысить его стоимость?
Глаза у Брэнда едва не замерцали.
– Его это задело, да? Он вам сказал? Я знал, что так и будет.
– Вы купили землю и особняк именно поэтому?
– Роща и дом продавались дешево. – Тут Брэнд словно только что заметил Эмили Краутер. – Вы разговаривать умеете или просто для красоты тут сидите?
– Я говорю, когда мне есть что сказать, – сообщила Краутер. – И сейчас, кстати, мне есть что сказать.
– И?
Краутер указала на растения в горшках:
– У вас тут тля. И довольно много.
Хазард стоял на крыльце и смотрел, как Шивон Кларк отпирает “астру” и садится за руль, как Краутер устраивается на пассажирском сиденье. Хлопнули дверцы, заработал мотор, и Шивон тут же поинтересовалась, что думает ее напарница.
– Он врал. Ты сама видела.
– Врал. Насчет того, что никого не отправлял поговорить со Стюартом Блумом. Интересно, кто тогда был его пиарщиком.
– А адвокат – не более очевидный выбор?
– Может быть…
– Думаешь, это те двое патрульных, да? Стил и Эдвардс?
– Джеки Несс сказал, что они ему нервы трепали. Брэнд мог запросто натравить их и на Стюарта Блума.
– Блум знал, в каких эта парочка отношениях с Брэндом. Он же сам и предупредил Несса.
Шивон задумчиво предположила:
– Может, Фокс найдет что-нибудь в архивах.
– Нечто интересное, за что его можно будет угостить выпивкой?
Кларк глянула на Краутер:
– В смысле?
– Ты так о нем говоришь… У вас в прошлом явно были близкие отношения.
– Не настолько близкие. – Шивон помолчала. – И когда я вообще о нем говорила? – Тут она вспомнила. – Это когда я инструктировала Тесс?
– Ну так я ей скажу?
– Скажешь ей что?
Краутер помахала телефоном:
– Тесс прислала мне сообщение из Портаун-Вудз. Она там с Фоксом. У меня такое чувство, что он ей нравится.
– Пусть забирает его с потрохами, ее дело. – Шивон увидела, что Краутер уже тычет в мобильник. – Только сформулируй как-нибудь подипломатичнее, ладно? – Она сняла машину с ручника и выжала газ, глядя, как уменьшается в зеркале заднего вида фигура Хазарда. – Кстати, отлично выдала про тлю. Увлекаешься садоводством?
– Меняешь тему?
– Нет. Просто интересно.
– Если честно, я тлю в глаза не видела. Но, похоже, упоминание тли заставит его задуматься.
– Задуматься, а то и занервничать, – согласилась Шивон.
Обе рассмеялись. Ворота перед машиной автоматически открылись.
11
Старший инспектор Сазерленд собрал свою группу на совещание. Фокс стоял у двери, ожидая, что его попросят убраться, но Сазерленда, похоже, его присутствие больше не напрягало.
– Нам нужно по новой допросить каждого, кто принимал участие в прошлом расследовании, – начал Сазерленд. – Понятно, что не все эти люди захотят пойти нам навстречу. Кое-кто из друзей и близких знакомых Стюарта Блума счел, что в прошлый раз к ним отнеслись без должного уважения. Так что, может быть, придется извиниться раз-другой, mea culpa, но не без мягкой настойчивости. – Сазерленд оглядел собравшихся: – Надо поговорить со всеми, никого не пропуская. Прошло двенадцать лет, контактная информация почти наверняка изменилась. Я запросил дополнительных сотрудников, чтобы снизить нагрузку, но начинать надо прямо сейчас. – Он прервался. – Шивон, вы слушаете?
– Да, сэр.
Фокс заметил, что Шивон Кларк сосредоточена на экране своего компьютера, провод от наушников воткнут в гнездо, но в ухо она сунула только один. Фокс вдоль стены двинулся к ней. Похоже, на экране компьютера шел какой-то фильм.
– Тесс, – продолжил Сазерленд, – какие новости от экспертов?
– Гамильтон пока не может сказать точно, долго ли машина оставалась в роще, но сомневается, что она простояла там все это время.
– Вскрытие показало, что Стюарт Блум умер, вероятно, лет десять-двенадцать назад. Какие выводы мы можем сделать?
– А машина точно его? – спросил Гэмбл.
– Да, это доказывает серийный номер на моторе. Не факт, что Блума убили in situ [11]11
На месте (лат.).
[Закрыть] – лаборатория утверждает, что на полу багажника недостаточно крови и мозгового вещества. Похоже, наши профессора согласны с лабораторией: тело лежало в багажнике так, что поврежденное место черепа касалось пола. Физически невозможно ударить человека, который лежит в такой позе, да еще повредить именно это место. Повалить и после этого ударить? Не вяжется. Скорее Блума ударили, когда он стоял. Треснули сзади каким-то неустановленным пока предметом.
– А наручники? – спросил Фил Йейтс.
– Стандартные, такие выдавали шотландским полицейским вплоть до двухтысячных. Браслеты соединяются цепью из двух звеньев. В 2006 году их заменили моделью Хиатта с литой пластмассовой частью вместо цепи. На “хиаттах” выбивают серийный номер, так что владельца можно найти. К сожалению, к старой модели это не относится. Имейте в виду, наручники могли быть приобретены где-то еще. Мы не утверждаем, что это непременно полицейские наручники.
– А это заведение, в которое захаживал Блум, “Бродяги”. – Кэллам Рид кивнул на Шивон Кларк, которая уже отчиталась о своей встрече с Нессом и Брэндом. – Там случайно не было пыточной или чего-то подобного?
– Сомневаюсь, но проверить стоит, – сказал Сазерленд. – Вообще-то хорошая идея. Сколько садомазохистских клубов сейчас действует в Эдинбурге? Или проституток, которые специализируются на бондаже? Что можно добавить в список? Старший суперинтендант Моллисон рвется устроить пресс-конференцию, и побыстрее; хорошо бы доложить, что мы хоть немного продвинулись. – Тут Сазерленд заметил, что Гэмбл поднял руку. – Да, Джордж?
– Публике про наручники пока не говорить?
– Почему ты спрашиваешь?
– Когда история с наручниками выплывет наружу – а она выплывет наружу, – семья снова поднимет крик, что в полиции рука руку моет.
– Тогда нам тем более стоит найти доказательства. – Сазерленд всмотрелся в лица собравшихся, чтобы убедиться, что его слова дошли до всех. – А теперь – за дело.
Заметив за спиной Фокса, Кларк поставила фильм на паузу и обернулась.
– Продукция Джеки Несса? – поинтересовался Фокс.
– Там где-то в массовке Блум и его парень.
– Что-то знакомое. – Фокс прищурился, глядя на экран.
– Это Портаун-Вудз. И снимали незадолго до смерти Стюарта.
– Интересно. Хорошее кино?
– Такое же дубовое, как место действия.
– А сюжет?
– Шотландцы и англичане готовятся к битве, и тут появляются живые мертвецы. Враги объединяются, иначе их сотрут с лица земли.
– Звучит завлекательно.
– Наверное, на бумаге выглядело неплохо, – согласилась Кларк. Она заметила, что к разговору начали проявлять интерес Краутер и Лейтон, и зыркнула в их сторону. – Что там, в роще? Какие великие открытия? Вы с Тесс нашли общий язык?
Фокс с недоумением взглянул на нее.
– Профессор Гамильтон считает, что машина и труп первые пять лет могли находиться в другом месте. Если бы мы могли определить, где и почему.
– В смысле – почему ее перегнали сюда? – уточнила Кларк. – Но сейчас мы должны сосредоточиться на том, как шло первое расследование.
– И это касается не только свидетелей, но и полицейских.
– Значит, будем задавать вопросы Джону?
– Шивон, надо довести дело до конца.
В этот момент в дверях появилась девушка из группы, которую отрядили в помощь следователям.
– Инспектор Фокс?
Фокс повернулся к ней:
– Это я.
– К вам посетитель, он ждет внизу.
Фокс поблагодарил и спустился к столу дежурного. Посетителя там не оказалось, однако дежурный указал на дверь: “Вас ждут на улице”. Фокс вышел и осмотрелся. Телекамеры и журналисты исчезли. На углу курила знакомая ему личность. Прежде чем направиться к гостю, Фокс набрал в грудь воздуха.
– Здорово, Малк, – приветствовал его сержант уголовной полиции Брайан Стил. – Как делишки?
– Официально нас друг другу не представили, – ответил Фокс.
– Но ты видел меня в Гарткоше, а я видел тебя. Антикоррупционный отдел потерял, убойный отдел приобрел, если хочешь знать мое мнение. Мы могли бы использовать человека с твоим опытом поэффективнее. – Стил выдул дым из ноздрей, изучая при этом кончик сигареты.
– Ты зачем пришел? – осведомился Фокс.
– Да так, просто мимо проходил. Я слышал, тебя прицепили к делу Блума, вот и решил зайти поздороваться.
– Хотя никуда ты не заходил.
– Но скоро обязательно зайду, да? Когда меня пригласят рассказать мою часть истории. Позовут меня, Гранта и всех, кто работал по тому делу.
– Если хочешь, начнем прямо сейчас. Вся группа наверху, и мне наверняка разрешат позаимствовать какое-нибудь записывающее устройство.
Стил снова выдул дым, следя, чтобы не попало на Фокса. Высокий, широкий, с непримечательным лицом, короткие черные волосы торчат, смазанные гелем.
– Успеем еще, Малк. Мне захотелось повидаться с тобой.
– Зачем?
– Затем, что мы с тобой в одной лодке. Ты служил в Жалобах, я служу в Антикоррупциях. Мы оба не любим грязных копов. Я знаю, тебе чего только обо мне не нарассказывали – я и в обход правил действовал, и трюки выделывал. Поспорить готов – о тебе, в бытность твою в Жалобах, то же самое говорили. Никто нас не любит, никто нам не доверяет. Вот и плодят свое вранье и слухи.
– Я все равно не понимаю, зачем ты явился.
Стил шагнул ближе:
– Заново открытое старое дело – это новые возможности для нового вранья, новых оговоров. И я был бы весьма благодарен за новую информацию, конфиденциальную. Взамен я тебе тоже кое-что дам. Ты поспрашивай, со мной хорошо дружить. – Стил докурил и отбросил окурок на середину дороги. – А если требуется козел отпущения, я и его тебе дам. Скилтон, Ньюсом, Ребус – выбирай.
– Но ведь никто из них не работал на Эдриена Брэнда?
– Копы часто работали на стороне, Малк. И до сих пор работают, сам знаешь. Когда дело касается правопорядка, я на сто процентов уверен, что сейчас все обстоит, как и тогда. Многие свою работу и наполовину не делали.
– Ребус?
– Его проще всего было найти в пабе. Полупьяного или похмельного. Мы его прикрывали – так же, как Мэри Скилтон.
– А она чем провинилась?
– У нее болела мать, и Скилтон постоянно смывалась к ней. Хотя все знали, что она бегает на свидания к какому-то парню, поразвлечься между делом. Никогда не видел такой пылкой женщины.
– А Ньюсом?
– Даг Ньюсом был пустым местом. Не провел и половины допросов, про которые рассказывал. А когда расшифровывал записи тех, что все же удосужился провести, то сочинял от души.
Фокс пристально посмотрел на Стила:
– Ты в то время не был вхож в эти круги. Откуда у патрульного такие сведения о следовательской работе?
– Я служил добросовестно. И заводил друзей. Именно так и продвигаются по службе, Малк. Так я и оказался здесь, верно? – Стил улыбнулся. – Ну что? Может, встретимся как-нибудь, выпьем по пинте, тихонько поговорим? – Стил вдруг оборвал себя: – Что это я? Ты же алкоголик в завязке, ничего, кроме яблочного сока, не пьешь. В смысле – пьешь, когда выползаешь в люди. Большинство своих тихих вечеров ты проводишь в Оксгенгсе, если только тебе не надо присматривать за сестрой-игроманкой. – Стил еще улыбался, но глаза стали жесткими, как мраморные шарики.
– Ты хорошо подготовился, – признал Фокс.
– Так уж мир устроен.
– И о чем ты подумал, когда услышал, что Стюарта Блума нашли?
– Подумал, что место интересное, особенно если кто-нибудь хотел, чтобы мы наверняка сосредоточились на Джеки Нессе или Эдриене Брэнде.
– Ты входил в состав первой поисковой группы?
– В роще? – Стил кивнул. – Имей в виду, на это у нас полдня ушло. Роща, дом и участок при доме. Скорее всего, Блум крутил шашни с кем-то из этих своих, тот его и пришил.
– Ты вообще бывал в “Бродягах”?
– Тогда – нет.
– А в другое время?
– Мы туда наведывались пару раз, по наводке. Наркотики, несовершеннолетние…
– Нашли что-нибудь?
– “Ничего не нашли” не значит, что ничего и не было.
– Наводка, надо думать, была анонимная?
– Иногда сознательные граждане предпочитают не высовываться. – Стил начал терять терпение. – По-моему, я уже на допросе, а?
– По-моему, мы даже не начинали.
– Что-то я не улавливаю теплых дружеских ноток.
– Значит, у тебя со слухом все в порядке.
Стил уставился себе под ноги.
– Малк, про тебя известно, что ты водился с Джоном Ребусом. Он тебе друг? Не исключено, что он потеряет больше, чем прочие.
– В каком смысле?
– Его пьянство было меньшим из зол. Имей это в виду, когда вызовешь его на допрос. Понимаешь, ковыряться в старых делах все равно что обдирать старые обои, никогда не знаешь, что обнаружится под самым тонким слоем. – Большим и указательным пальцами Стил изобразил щелочку в миллиметр. – Я могу быть первоклассным другом, Малк, но могу быть и полной противоположностью. – Он повернулся, намереваясь уйти, но замешкался. – И вот еще. Даже не думай бежать к своему боссу из убойного. У Джен Лайон будет много хлопот, если истории, которые я слышал, – правда.
– Какие еще истории?
– Ей светит отстранение от должности. А в этом случае недалек день, когда командовать парадом предстоит либо мне, либо тебе.
Стил двинулся через дорогу, и только теперь Фокс заметил припаркованную на обочине черную “ауди”. Окошко со стороны водителя поехало вниз, и Фокс увидел Гранта Эдвардса. Эдвардса, известного тем, что с его физиономии не сходит улыбка. У него было лицо дитяти-переростка, почти как у херувима. Фокс решил, что, наверное, он с одинаковым выражением и помогает старушке с тяжелыми сумками, и лупит кого-нибудь в пьяной драке. Интересно, однако, что Эдвардс остался в машине. Значит, Стил хотел не столько напугать Фокса, сколько подружиться с ним. Эдвардс не славился ни умом, ни ловкостью. Наверняка это Стил распорядился, чтобы Эдвардс ждал в машине. Фокс помахал рукой и зашагал к дверям участка.
Шивон нашла два эпизода, где в массовке появлялись Стюарт Блум и Дерек Шенкли. Их задача состояла в том, чтобы изображать свирепость, готовясь к неизбежной атаке англичан, а при появлении зомби заорать и бежать прочь. Эпизоды, похоже, снимали в сумерках, и этих двоих нелегко было отличить от других актеров; помогало то, что они держались рядом. Когда Кларк просматривала эпизоды в третий раз, ей показалось, что она угадывает в глазах Блума и Шенкли не страх, а веселье, словно они в промежутках между дублями рассказывали анекдоты.
Считается, что режиссеру скучно снимать больше одного дубля.
Ни Блум, ни Шенкли не были указаны в заключительных титрах. Редактором (а также соавтором) значился Александр Дюпре. Порыскав в интернете, Кларк выяснила, что этот псевдоним Джеки Несс использовал, чтобы скрыть, сколь малочисленна группа по ту сторону камеры. Дешевые в производстве, фильмы все-таки обходились Нессу в значительные суммы – во всяком случае, до недавнего времени. Если какому-нибудь триллеру удавалось сделать большие международные сборы, в течение нескольких недель в интернете появлялась – с любезного согласия “Лок-Несс Продакшн” – укороченная пиратская версия. В интервью Несс с особой гордостью говорил о своих диверсионных подходах. Снять побыстрее, и чтобы в первые же десять минут фильма на экране появились сцены насилия и хотя бы частичная обнаженка. “Страх и вожделение, – цитировались его слова, – вот что движет нами. Я просто подношу зеркало – и мы видим в нем себя”.
Из комментариев интернет-всезнаек Кларк поняла, что фильм был снят всего за месяц до исчезновения Блума. То, что Несс не попытался нажиться на новостях о частном детективе, по мнению Шивон, говорило в его пользу. Каждый раз, когда журналисты спрашивали Несса об исчезновении Блума, он выдавал версии одного и того же ответа: “Мы могли бы создать великую киностудию – во славу кино, во славу Шотландии. Но мечта погибла”. Кларк повертела эти слова так и сяк. Несс связывал исчезновение Блума с собственной борьбой с Брэндом. Он довольно успешно обвинял своего противника, не называя имен.
У нее завибрировал телефон; увидев, кто звонит, она выскользнула из кабинета и, прижимая телефон к уху, закрыла дверь.
– Лора, у меня для тебя ничего нет.
– Ладно, – сказала Лора Смит. – А вдруг у меня для тебя кое-что есть?
– Что?
– Кое-кто из моих коллег потоптался сегодня утром на крыльце у Алекса Шенкли.
– Ну и бестактность.
– Вообще-то они хотели увидеть сына, но дверь им открыл отец.
– Погоди-ка. Чей это был дом?
– Дерека. Съемная квартира в Партике.
– Так.
– И отец сказал, что не может говорить с прессой, пока не потолкует с вашей братией.
– Разумно.
– Шивон, он имел в виду – сегодня. Вот почему я снова на своем посту.
Шивон вернулась в кабинет, служивший следователям штаб-квартирой, и через грязноватое окно оглядела Куинн-Шарлотт-стрит.
– Я тебя не вижу, – прошептала Шивон, опасаясь, что ее услышит Сазерленд.
– Я за углом. Поэтому, наверное, Малькольм Фокс меня не засек.
– Секунду…
Шивон снова вышла и направилась к кабинетику, расположенному дальше каморки Фокса с его коробками. Дверь была открыта. Фокс и Тесс Лейтон сидели рядом, голова к голове, и о чем-то увлеченно спорили. Кларк прошла дальше по коридору.
– Когда это было?
– Минут пять назад, не больше. Он с кем-то разговаривал.
– С кем?
– Не ты одна тогда влипла в неприятности. Тот же парень трепал нервы и мне.
– Здесь были Стил и Эдвардс?
– Чтобы дружески поболтать с Фоксом. Он об этом не упоминал?
– Мы с ним еще не успели переговорить.
– Шивон, каким боком тут АКО?
– Давать комментарии не могу.
– Что-то надо замазать. Что-то, связанное с местом преступления.
– Неужели?
– Брось, Шивон. Плохая из меня журналистка, если бы я этого не знала.
– А что ты, по-твоему, знаешь?
– Ну для начала – про наручники.
Кларк напряглась:
– Значит, теперь ты в курсе, что делом интересуется АКО. Кто-то сливает информацию. Если хочешь знать мое мнение – это кто-то из лаборатории или экспертов, работавших на месте обнаружения трупа.
– И это может быть кто угодно, верно?
– Если ты предашь все огласке, АКО снова подумает на меня.
– Знаю, – согласилась Лора Смит. – И это одна из причин, по которым я выжидаю.
– А другая? – спросила Шивон.
– Ты вряд ли захочешь, чтобы о ней стало известно. По-моему, ты боишься, что она или перепугает кого-нибудь до смерти или заставит людей сделать неверные выводы.
Шивон молчала.
– Когда исчез Блум, Стил и Эдвардс были патрульными. Шивон, они случайно не работали по тому делу?
– Я не могу это обсуждать. Что думаешь делать с наручниками?
– Рано или поздно информация о них выплывет наружу.
– Дашь нам пару дней?
– Может быть.
– Ты права, Лора. Если этот материал будет только у тебя, АКО явится по мою душу.
– Вот почему я не исключаю, что отдам тему кому-нибудь еще. Пускай забирает себе всю славу.
– Ты правда готова отдать материал?
– У нас обеих нервы целее будут, ты так не думаешь?
– Спасибо, Лора.
– Я чувствую себя немножко виноватой в твоих недавних неприятностях с антикоррупционерами.
– Давай считать, что все забыто.
Закончив разговор, Кларк стала наблюдать за двумя мужчинами – их как раз провели вверх по лестнице и попросили подождать у двери кабинета, где работала следовательская группа. Мужчина постарше выглядел решительно; его спутник помоложе как будто колебался.
Дерек Шенкли и его отец.
12
Допросная в полицейском участке Литона. Кларк и Сазерленд по одну сторону стола, отец и сын – по другую. Четыре кружки чая. Два куска сахара для Алекса Шенкли, столько же – для Дерека.
– Спасибо, что решили прийти, сэр, – начал Сазерленд, на что детектив в отставке ответил:
– Это была идея Дерека.
Лицо сына слегка дрогнуло, обличая ложь отцовских слов. На Дереке Шенкли были черная кожаная куртка, как у байкера, и белая футболка. Лопни, но держи фасон, подумала Кларк. Дерек явно мерз, куртка застегнута почти под горло. В ушах “гвоздики”, голова бритая. Чисто выбрит, но на щеках узкие бачки. У отца тонкие черты лица уже начали оплывать – годы брали свое.
– Вы не будете записывать? – спросил Шенкли-старший.
– Если только вы не хотите сделать признание. – Сазерленд улыбнулся, давая понять, что пошутил.
– Мы пришли, чтобы избавить вас от хлопот с вызовом на допрос. Ужасное известие – про Стюарта. Вот хотим поделиться кое-какими мыслями.
– Да, я должен сказать… – Сазерленд перевел взгляд на Дерека: – Примите наши соболезнования.
Дерек грустно кивнул. Со времен “Зомби против Храбрых сердец” он не слишком изменился. Интересно, как ему это удается, подумала Шивон и начала разговор:
– Дерек, я недавно смотрела фильм с вашим участием. Вы снимались вместе со Стюартом.
Дерек едва ли не фыркнул.
– Ужас, да?
– Но при этом вы как будто веселитесь от души.
– Вы же знаете, как бывает на натурных съемках.
– Нет, не знаю.
– Старший инспектор Сазерленд, как мы можем помочь расследованию? – Отец Дерека положил руки ладонями на стол. – Мы хотим, чтобы убийца Стюарта понес заслуженное наказание.
– Мистер Шенкли, вы часто общаетесь с родственниками Стюарта? – спросил Сазерленд.
– Не особенно.
– Да, они говорили. Вы выразили им свои соболезнования?
Шенкли-старший прокашлялся.
– У меня нет их адреса.
Кларк заметила, как Дерек Шенкли поднял бровь – его отец снова солгал.
– А после того как Стюарт пропал без вести, у Дерека уже не было повода общаться с его семьей, – заметил Сазерленд.
– Что они там наговорили? – неприязненно спросил Шенкли-старший.
– Что они пытались связаться с Дереком, но он оказался не слишком общительным.
– Они меня никогда не любили, – признал Дерек. – Я думал, они винят меня.
– Винят в чем?
– Они считали, что Стюарт мог сбежать от меня.
– Зачем ему сбегать?
– Он и не сбежал. – Глаза у Дерека стеклянно заблестели от подступивших слез.
– Отношения между вами не были натянутыми? Вы не ссорились?
Дерек взглянул на Кларк:
– Вы же видели нас в “Храбрых сердцах”. Как по-вашему?
– Вы веселились от души, как я и сказала.
– Нам всегда бывало весело. – Он сложил руки, словно подтверждая свое заявление. Скрипнула кожаная куртка.
– А вы, мистер Шенкли? – Сазерленд не спускал глаз с Шенкли-старшего. – У вас были какие-нибудь трения со Стюартом?
– Абсолютно никаких.
– Вы вполне принимаете сексуальные склонности Дерека?
– Он же мой сын. Конечно, принимаю.
Похоже, эту фразу Шенкли-старший старательно отрепетировал. Дерек взглянул на отца. Вот он, третий раз, подытожила Кларк. Третья невинная ложь в пользу сына. Она обратилась к Дереку:
– Скажите, вы еще поддерживаете связь с прежними друзьями? С друзьями, которых мог бы знать и Стюарт?
– С некоторыми – да.
– Мы сейчас составляем список людей, с которыми нам надо поговорить. Вы не могли бы помочь нам с адресами или номерами телефонов?
– Конечно. У меня сегодня нет лекций.
– Все еще преподаете теорию массовых коммуникаций?
Дерек кивнул.
– Кем будут работать ваши студенты по окончании курса?
– Работы на всех не хватит, а за ту, что есть, часто не платят. Предполагается, что они будут работать за связи, за хорошее резюме или потому что условия практики столь роскошны, что платить уже необязательно. – Он закатил глаза, и Шивон переключилась на отца:
– Хотела кое-что у вас спросить, мистер Шенкли. Вопрос касается ночного клуба “Бродяги”.
– Что именно?
– Клуб несколько раз становился объектом полицейских рейдов. Внеплановых рейдов. Но вашего сына и Стюарта там никогда не оказывалось.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?