Текст книги "Никто не ждёт. Страх № 1"

– Можешь лежать и скулить дальше. Я поеду ночевать на работу, – тихо прошептал Нейтан. Взяв ключи от машины, он с силой хлопнул дверь и уехал. Я ещё больше разрыдалась от страха и не знала, что делать. Умывшись, я решила надеть парик и лучшее из своего вечернего платья. Отправилась в паб, находившийся в пару кварталах отсюда и вспомнить старые привычки, дёрнуть пару рюмашек или стаканов. До паба я добралась на удивление быстро, даже не заметила, как прошло тридцать минут. Успела стрельнуть сигаретку у стоящего мужчины на входе, который приветливо мне улыбнулся, а я ехидно поиграла глазами. Не курила я уже года три, врач запрещал, но теперь, когда мне уже нечего терять я могу повеселиться на славу. План на этот остаток дня был таков: Напьюсь, сниму какого-нибудь придурка по стройней и буду танцевать до упада пока мой парик не спадёт. – Ха-ха… кхе-кхе, – прокашлявшись, представляла его лицо, когда он увидит лысое чудовище перед собой. Зайдя в паб, я заметила, что для вечера рабочего дня людей предостаточно. Облокотившись на барную стойку, я заказала себя бокал самого дорого вина в этом заведении, кроме Каберне Совиньон дороже не оказалось и бокал виски Макаллан. Налили мне быстро, и выпила я мгновенно. Виски драло глотку, она была раздражённо от постоянного рыганья из—за химиотерапий, но я была счастлива и пьяна мгновенно.

– Посмотрим, как ты расплатишься с этим – жалкий гавнюк! – воскликнула я, представив, когда оплачу дорогущее пойло по карте своего сволочного мужа. Бутылка этого замечательного вина и виски стоили как четыре месячные зарплаты Нейтана. – Нейтанский холм, пфф… – пробормотала я и искренни рассмеялась. Представляю его глаза, когда он соскочит с очередной подстилки и увидит оповещение о списании двенадцати тысяч долларов. По мере поступления алкоголя в организм и опустения денег на карте Нейтана я решала покурить сигарету, которой меня угостили на входе. Зажигалки не было, и меня угостил огоньком мужчина, сидевший по правое плечо от меня. В красивом красном пиджаке с очень глубоким взглядом, пронзившим меня в самое сердце. – Разрешите мне подсесть поближе, мэм. – сладким, шепчущим голосом говорил незнакомец, подсаживаясь ближе. Сделала одну затяжку, у меня спёрло дыхание, и я раскашлялась с болью в груди как будто я вдохнула не сладкий дым, который был знаком мне с детства наполненный никотином, а ядовитые пары какого-нибудь вещества на подобии серы или аммиака. В груди стало больно, но я была довольно пьяна и быстро потушив сигарету, забыла об этой затеей с сигаретами, о которой меня предупреждала врач Линси. Но даже трезвой и без адской боли, отдававшейся в лёгких я не отказалась бы от компании молодого и очень приятного мужчины. – Я вижу вас, что-то терзает, поведайте мне? – открыто и так просто говорил он, что я даже растеклась в его словах. – Теперь у меня всё отлично, – прошептала я. Слова сами вырывались из моего ротика, когда я смотрела прямо в его бирюзовые глаза.

– Может, прогуляемся до моей машины, красавица! – утвердительно прошептал мне на ухо, держа одну руку на моём колене, а другу на спине. На насильника он не был похож, хотя мы всегда можем ошибаться. Терять мне особо было нечего, по словам моего врача, оставалась мне от силы полтора года. Видимо по этой причине Нейтан и начал бегать по бабам, так как в сексуальном плане у нас уже давно ничего не получалось. – Да, чего бы мне не пройтись с таким замечательным кавалером как вы. – Я Марк, а вы? А вы?

– Я Мэрлин, – шепча и положа свою руку на его, проговорила я. Не торопясь мы пошли к чёрному выходу,

– Мы быстрей дойдём до моей машины через переулок, – ласково сказал Марк. Всю дорогу до подворотни мы целовались с такой страстью, что любая молодая пара могла бы позавидовать нам. Выйдя на свежий воздух, он шлёпнул меня по причинному месту и я, обойдя его, спереди шла спиной к нему и пела что – то из текстов ядовитое сердце группы Рамоунз. Даже мысли о скором погребении и прикормки червей моим разлагающимся телом не могли остановить во мне чувство радости и веселья одолевшего меня.

Слышался смех Марка и его попытки прихлопывать мне под мою скудную попытку петь.

– Стареешь Мэрлин, в «Хей – Пай» ты пела куда лучше, – голос за спиной сменился на женский. Я просто застыла на месте как пленник, к которому подошли со спины и готовы пустить пулю прямо в затылок.

Развернувшись, я была так напугана, что не смогла сдержаться и блеванула прямо на своё вечернее платье. Передо мной была девушка с моей юности с того самого клуба. Я начала терять сознание, но устояла, оперившись на мусорный бак, в который не так давно выкинули остатки вяленой рыбы и кучу пакетов с ошмётками форели. – Что с тобой, Мэрлин? – с ухмылкой спросила Незнакомка в красном платье. Та самая незнакомка с проклятого «Хей – Пай» клуба. – О БОЖЭ… – попятилась я и упала на кучу кошачьих фекалий и ещё что-то напоминавшее банку.

– Не ожидала меня увидеть, красавица? – подходя всё ближе, говорила незнакомка.

– Что ты тут… я закричу! – судорожным голосом пропищала я.

– Ты можешь, конечно, попробовать, но на твоём месте я бы просто выслушала! – с напором зажимая мне рот, проговорила Незнакомка. – Покивай мне, если ты готова выслушать меня и не будешь кричать, – шепча, сказала на ухо Незнакомка и сразу отклонилась. Я судорожно покивала, и он отпустила мой рот, и я смогла вдохнуть воздуха. Моё тело словно горело, как бывало после очередной химиотерапии, голова начала кружиться, но я собралась и слёзно спросила, – Что тебе надо от меня? Ты смерть?

Незнакомка стала хохотать и гладить себя по шее как настоящая змея обвивающая своё потомство в ещё невылупившихся яйцах.

– Меня называют Фауст. Что бы тебе было проще я менеджер из ада. Ты прожигала свою жизнь в стать своей подруге и её бестолковым друзьям, которым хотелось лишь угодить своим желаниям. Но я чувствую, в тебе есть мера прощения, и твои глаза говорят о ещё одной попытке всё изменить, – подойдя ко мне, прямо вплотную говорил Демон с уже красными глазами.

– Я не понимаю… – чуть не плача я выдавила из себя.

– Можешь называть меня Фаустиной, если тебе будет так проще.

– Хорошо, – немного собравшись и думая уже бежать, говорила я.

В голове так и бегали мысли – это всё из-за большого количество лекарств, врач предупреждал меня, что могут быть галлюцинации или плохой сон. Это всё из-за алкоголя, который я не должна была пить во время долгого приёма лекарств и химиотерапии.

— Может, хватит гонять в голове глупые мысли! – со злостью крикнула она и, ударив кулаком в мусорный бак, в котором появилась вмятина и даже с треснувшей в середине впадине. – Я слушаю, – пробормотала я, от страха расплакавшись и пытаясь вытереть париком слюни и блевотину на лице.

– Я могу дать тебе шанс, исправится и начать всё заново. Но это не бесплатно! – О чём вы? — уже с интересом спросила я.

– Если надумаешь, тебе надо будет просто вызвать меня. Завтра до полуночи. На городском кладбище ты увидишь захоронение с мраморной плитой, на котором не будет опознавательных знаков и имени. Для вызова раскопай пару дюймов земли и опусти коробку, в которой будет мокрота твоя, кровь твоя, ногти твои и твоя фотография с тех времён пока ты не начала портить свой организм отравами. Ты всё поняла? – с радостью в голосе и, наклоняясь надо мною, проговорила незнакомка, которую можно было называть Фаустиной. Растерянно и со страхом я ответила, – да, разумеется. Я приду.

– До скорой встречи, Мэрлин, – с ухмылкой произнесла и хлопнула в ладоши Фаустина.

Тот же вечер, тот же паб.

Проснувшись от затёкшей руки и боли в области груди в пабе за барной стойкой, на которой я видимо заснула. Я сразу заплакала и не могла остановиться пока меня не начали успокаивать гости паба и бармен. Парик слетел. Мне было страшно и одновременно стыдно. Все увидели мою лысую голову.

22 июня 2007г. Утро, Больница Святой Марии

Врач прискорбно в голосе сообщила, что метастазы уже дошли не только до внутренних органов, но они активны и в тканях ног. Возможно, придётся ампутировать кисть правой руки и левую ножку до лодыжки.

– Но как так? Вчера всё было нормально, и рак прогрессировал медленно, как за одну ночь всё могло стать иначе? – сорвалась и накричала на своего доктора, плачу.

– Мэрлин, рак такая штука, сегодня может произойти одно, а завтра раковые клетки поведут себя иначе.

– Что ещё доктор? Чем ещё меня обрадуете? – с ухмылкой и ужасом внутри спросила я.

Мне уже терять нечего, говорите как есть я и так ходячий труп, – сказала я, хотя в глубине души была пустота.

– Ваш Муж просил не говорить вам этого, но… – Что но? Что? – крикнула я на врача.

– Но, у высшего мужа нашли СПИД. Уже давно. Я полагаю, он есть и у вас, – с грустью говорила врач. – ПРОСТО ЗАМЕЧАТЕЛНЬО! – подумала я, к тому, что я и так разлагаюсь из-за рака, распространившегося по всему телу так у меня ещё и нарушен иммунитет болячкой который подарил мне мой любимый муженёк. Собирал подстилок по всему городу и принёс в наш дом эту заразу. На душе грело только одно, что и этот засранец заплатит за свои измены жизнью.

– Мне очень жаль, – прошептала доктор и закрыла мою больничную карту шириной порядка десяти сантиметров.

22 июня 2007г. День, Отель «Рейн Лет».

Идти и смотреть в глаза человеку, с которым прожила столько лет, я не могла. Пришлось снять номер в ближайшем отеле по карте этого сукина сына, по счастливой случайности, которую он ещё не заблокировал. В номере был мини бар, его я заметила с порога. Недолго думая я накинулась на него и пыталась выпивать всё содержимое маленьких бутылочек, такие раздают в самолётах при долгом перелёте. Пыталась заглушить боль и обиду которую я чувствовала от своей никчемной жизни. Опять сильная боль в груди и кажется, правая рука стала отниматься. – Не чувствую свою руку.

Боль была такой силы, что бутылочка, которую я держала уверенно как заводила на раздаче тостов на банкетах по случаю повышения или дней рождения выпала у меня и на удивление не разбилась. От бессилия побежала в ванну и попыталась угомонить боль холодной струёй воды. Боль отступила. Прокашлялась и решила не падать духом и попробовать написать еще пару страниц своего любовного романа. В этом дорогом для его размеров номере было всё необходимое для попытки выдавить из себя еще немного идей. Села за красивый стол на котором красовался ноутбук фирмы Apple, вставила свою флешочку на которой по мимо документов с моими неудачными попытками романов были семейные фотографии с поездок по миру с этим засранцем. Пересматривать их не стала и сразу открыла документ, над которым я работала уже пару месяцев.

22 июня 2007г. Вечер, Отель «Рейн Лет»

Прошло пару часов, а кроме как описать любовную сцену со сломанной мебелью и букетом цветов у меня, так и не вышло.

– Бездарный из меня писатель, — подумала я и сразу начала кашлять.

Кашель был не такой сильный, но боль в области груди стала отчетливей; словно пульсировала. Чувствовала, что хочу отхаркнуть из себя всю гадость и схватила один из попавшихся мне листов распечатанный на принтере. Прокашлявшись в него, я почувствовала металлический запах и увидела кровь на том месте, куда я пыталась выкашляться.

Какой ужас…

Испугавшись, я скомкала и выкинула кровавый лист и начала рыдать.

Рыдала я последнее время очень часто. Собрав все силы, хлопнула по столу кулаком и заявила, – Я СИЛЬНАЯ! Я КРАСИВАЯ! Я ХОЧУ ЖИТЬ!

Хоть это было – глупо, маловероятно, а скорее безумно я встала, нашла на компьютере отсканированную фотография себя в четырнадцать лет, распечатала её и собралась на городское кладбище.

Я сделала все так, как мне говорила Фаустина, с её постоянной ухмылкой, в которой виднелись белоснежные зубы. Прейдя на городское кладбище за час до полночи я вытащила из-за пазухи замотанный сверток, в котором была маленькая коробочка. Я положила в неё всё в точности: мокроту, кровь, ногти и фотографию где мне четырнадцать лет. Закрывая коробку и видя себя на этой – распечатанной фотографии вспоминала года, когда я вела здоровый образ жизни и, наверное, если бы я завела правильных друзей без вредных привычек, то сейчас бы не умирала от неизлечимой болезни, а была здоровой и успешной леди.

Найдя захоронение с мраморной плитой, я сильно удивилась и задала себе вопрос, – Почему на плите нет информации о покойном. Как родственники допустили такое! Гнев сменился страхом.

– А может это моя могила и меня хотят убить и закопать прямо здесь, – дрожащим голосом про себя прошептала я. Испуганно я опустилась на колени и кашляя начала откапывать землю на глаз, положила коробку в ямку и принялась закапывать её постоянно оглядываясь.

– Так и что мне говорить теперь.

Прошло уже пару минут, а Фаустина так и не появилась. – Может, стоит произнести какие-нибудь слова? – обдумывала я параллельно вспоминая фильмы ужасов где призывали демонов или ведьм. Кашляя я попыталась вызвать Фаустину как в фильмах.

– Повелитель тьмы – явись мне …. Я…

– Может, хватит разглагольствовать! – раздался голос за могильной плитой. Я задержала дыхание. Из-за могильной плиты вальяжной походкой вышла – кошка.

– Я тебе говорила, что? Закопай коробку, а не разговаривай! – размахивая хвостом и смахивая пыль с могильной плиты сказала кошка.

– Это т-т-ыы… Фф-ааустин-на? – заикаясь от страха, спросила я.

– Конечно, нет, это просто кошка, а ты опять обнюхалась белого порошка со стола в гостиной. – От-тткуда ты это з-ззнаешь? – уже в ужасе крикнула я и громко заплакала.

– Я же демон, глупая. Я могу принимать любой облик. ХВАТИТЬ ПЛАКАТЬ! – спокойным голосом, переходящим в крик высказалась кошка. Я, спешно вытирая слезы, пыталась встать, но ноги так и подкашивались. Снова началась боль в руке.

– Что Мэрлин, рука болит и в груди как, будто застряли осколки стёкол, – с точностью подметила эта кошка. Схватившись за руку, я произнесла слова, которые она наверно не думала слышать.

– Ну и чего вылезла – кошка драная?

– Попытка шутить перед смертью. Эх, как на тебя это не похоже, Мерлин, – смеясь, прошептала кошка. Через пару секунд кошка, подбегая ко мне начала принимать облик женщины. Я её сразу узнала. – И зачем этот цирк с кошкой? – Хотела тебя повеселить, Мерлин. Ведь умирать грустной слишком просто и обыденно, — ухмыльнулась и, обходя меня по кругу, говорила Фаустина.

– На что ты намекаешь? Убьёшь меня и оставишь меня в этой могиле, гнить? – недовольно и, прогнав страх, заявила я. После моего вопроса мне в лоб прилетел сильнейший удар, который сразу сбил меня с моих подкосившихся ног.

– Еще хоть один такой глупый вопрос и я оторву тебе ухо, – грозно прошептала мне на ухо Фаустина.

Я сразу собралась и слова, словно сами снялись с языка:

– Я вызвала тебя только за одним… – не успев договорить, меня прервала Фаустина.

– Наверно хочешь быть здоровой как в юности, стать успешной леди и мужа, который будет любить только тебя? – сказала Фаустина после чего ярко улыбнулась.

– Да хочу. Больше всего на свете. Хочу, хочууу! – стукая кулаками об могильную землю я вскрикнула. Наверно я была похожа на маленькую девочку, которой не разрешают купить дорогую куклу в магазине, а она настаивает на своём.

Я даже ахнуть не успела, когда увидела растущие клыки из ослепительной улыбки Фаустины и её взгляд. Он изменился с яркого на яростный и кровавый. Она просто прыгнула на меня и с жестокостью бешеной собаки вгрызлась в мою больную руку. Она начала пить с неё кровь, держа меня за горло и прикрывая рот. Всё это время я истошно стонала, но не произнесла, ни слова. Закончив, она засмеялась так, что вороны, которые жили на этом кладбище моментально, проснулись и закричали. Мне стало страшно, но уже было поздно бояться. Демонша вытерла своим красным платьем кровь со рта и снова улыбнулась.

– Будь, по-твоему, но запомни – за хорошую жизнь придётся платить. Оплатой послужит кровь и души.

– НЕЕТ. Мы так не договаривались, – отползая, я пыталась оправдаться я не могла понять.

– Всё решено. Сделка сделана. Встретимся через 10 лет, Мэрлин, живи счастливо.

Я пыталась схватить её за край платья, но время как будто остановилось. Я слышала только свой голос кричавший, – Нееет… и её омерзительный смех. Потом – сильная вспышка и…

23 июня 2007г. Утро, дом Мэрлин

Размахивая руками и крича, я проснулась в большой и такой чистой кровати, что сразу не поняла, – где я?

– Что случилось любимая? – выйдя из ванны и натирая накаченный торс меня, успокоил Нейтан. Я была настолько удивлена, что просто пялилась на него с широко открытыми глазами и приоткрытым ртом.

– Тебе приснился страшный сон? А, я тебя предупреждал – не увлекайся на ночь зелёным чаем, — улыбаясь и зачесывая мокрые волосы на голове, говорил Нейтан.

Он медленно подошел ко мне, играя кубиками мышц на теле, словно Фавн – бог полей. На его лице читалась только любовь и забота к моей персоне.

– Что ты будешь на завтрак, любимая?

– … Блинчики?! – спросив или попросив, ответила я.

– Будет сделано – моя леди, – произнёс Нейтан словно принимает устное распоряжение в армии.

Я просто упала в постель и накрылась одеялом. – Не может быть… это правда, – прошептала я. Нейтан, был на кухне и напивал во время готовки мотивы польских песен, которых он знать не знал. Я решила умыться и осмотреть квартиру похожую на мою, но обставленную как чужую. Зайдя в ванну, я поразилась

– Это мне сниться! Не может быть!

Протерев зеркало, которое запотело после приёма душа Нейтаном, я уже хотела кричать, но успела прикрыть рот и начала рассматривать своё отражение.

– Стройная, без растяжек, кожа не бледная, зубы белоснежные. Всё идеально – как в юности. Покружившись перед зеркалом ещё немного мне стало дурно и в туже секунду я подлетела к унитазу и начала блевать. Закончив, я подняла голову и не могла собраться с мыслями, – Это всё сон… мне сниться. Или нет?! – в раздумьях я подбежала к раковине и начала умываться и смывать остатки пищи с лица.

– Что я вчера ела? Как вообще… – обдумывала и пыталась связать всё воедино. Тут в кухни донёсся радостный голос Нейтана.

– Блинчики готовы иди на трапезу, любимая.

Собравшись, я пришла на кухню и к такому я не была готова.

– Что любимая, утренняя тошнота опять тебя достаёт? – с весельем и капелькой заботы в руках спросил Нейтан.

– Я не знаю, что со мной любимый. Может, отравилась чем, – пытаясь улыбаться, отвечала я.

– Да, скоро будет хорошо. Первые недели беременности всегда такие, – сказал Нейтан и протянул мне в руки стопку блинчиков ровно сложенных на большой тарелки, с которых стекал джем.

Выпучив глаза я, взяла блинчики, поблагодарила любимого и рухнула на пол. Потеряла сознание.

23 июня 2007г. День, Больница Святой Марии

Я стала, приходить в себя и слышать голоса знакомых мне людей.

– Как вы думаете, доктор это стресс из-за беременности или просто гормональные сбои?

– Не думаю Нейтан, что это из-за стресса. Скорее это гормональное. Давайте её больше лежать и не есть на ночь. Особенно жирную еду, а лучше фрукты и полезные йогурты.

Приоткрыв глаза, я увидела Линси Сьюз и Нейтана.

– Линси это вы…? – хриплым и не особо уверенным голосом пыталась спросить я.

– А вот и наша мамуля проснулась. Как ты, Мэрлин? – со счастливыми глазами спросила Линси.

– Что со мной. Опять рак?

– Христа ради. Какой ещё рак? Гормоны шалят. Вот и потеряла сознание, – с хохотом отвечала Линси.

– Видимо головокружение… – дрожащим голосом ответила я. В момент, когда я приходила в себя, Линси Сьюз попросила Нейтана принести мне стакан воды и яблоко со столовой больницы. Нейтан тут же метнулся чуть, не сломав ногу об тумбочку расположенную возле другой кровати с девицей, которая читала книгу и не обращала на нас никакого внимания.

Нейтана уже не было пару минут. Линси Сьюз рассматривала смешную картинку на телефоне и иногда показывала её мне. Там была её дочь размахивавшая котом как настоящий горец. В моменты, когда она переставала хохотать и тыкать мне в нос экраном телефона я осмелилась задать ей наводящие вопросы, что бы отсеять вероятность с раком.

– Линси, возможно это прозвучит странно, но я отчётливо помню, как вы меня консультировали по поводу онкологии. Рака.

– Вы что такое говорите Мэрлин. Вам что, приснилось такое?

– Может и приснилось, но сон был отчётливый и как в реальное время.

– Надеюсь, на мне было красивое платье, – смеясь, прошептала Линси. Пациентка, лежавшая напротив, мгновенно оторвалась от книги и взглянула на неё как на ненормальную. Я пыталась улыбаться и не расплакаться.

– Успокойтесь это всего на всего сон, – одобрительно сказала Линси и шлёпнула меня по плечу.

Хорошо Линси, хорошо.

24 июня 2007г. Бегом в Паб.

После выписки с больницы и постоянных допросов с моей стороны, Нейтан подумал, что я сошла сума. Я заметила, что они и не понимают о каком раке или изменах я спрашиваю. Все ссылались на беременность. Если честно я очень испугалась, когда узнала, что я беременна. Мне становилось страшно, и я начинала понимать: Фаустина это реальный демон и это не сон. Страх был настолько сильным, что ребёнок внутри меня пульсировал.

– Использовать еще попытку, – обдумывала я и отправлялась в Паб, где всё произошло в надеже найти ответы там.

Найдя этот Паб я, очень робко и спокойно отрыла входную дверь и зашла внутрь. – Как тут спокойно, – удивлённо подумала я.

Людей не было, столы грязные. В углу паба я все-таки увидела посетителя – это оказался бармен. Не молодой мужчина протирал стаканы и что-то бормотал. Я подкралась к нему и неловко шепнула, пытаясь привлечь его внимание.

– Хм… простите

Бармен моментально развернулся и в его глазах заблестел лучик радости и искорка юмора.

– Ох. Посетители. Здравствуйте, извините – Здравствуйте. Давно я не видел таких прекрасных леди в нашем Пабе.

Я улыбнулась, а он продолжал полировать стакан и подыгрывать мне глазами. – Хотите чая или кофе?

– Чая, – ответила я и пыталась натянуть свою улыбку, так как никогда.

Я обдумывала как спросить у него про тот вечер, которого, по мнению людей – не было. Я мялась и даже начала стесняться, пока бармен возился с чайником и поглядывал на меня. Тут в паб зашел молодой человек которого я сразу узнала и чуть язык не проглотила.

– Это же Марк… Мм-ар-к-к, — пронеслась мысль в голове. От такого удивления даже в голове я начала заикаться.

Этот стройный, эти бирюзовые глаза … – ЭТО ОН!

Я так отскочила от бармена, что чай, который он мне протянул, чуть не вылетел со стаканом с его рук.

Подбежав к человеку, которого я вспомнила. Я схватила его за галстук и пыталась задать несколько тактичных вопросов или даже предъявить несколько претензий.

– Я узнала тебя Марк. Ха-Ха.… Думал спрятаться от меня. Вытаскивай Фаустину. Где ты её прячешь?!

Возможно, со стороны это выглядело не нормально и очень глупо, но я пыталась вытащить Фаустину даже из его трусов. Попытки найти её не увенчались успехом. В моменты, когда трясла его, я не соображала, что я делаю. Он смотрел на меня с открытым ртом и глазами полными испуга. Со рта капали слюни. Возможно, от сдавленного галстука у него на горле. Даже пытался сказать что-то.

– Отпусти меня – Сумасшедшая.

– Ты всё мне расскажешь. Что ты сделала со мной дрянь!

Я почти его придушила, но меня оттащил бармен и отбросил в сторону выхода из паба.

– Ненормальная, говорила мне мама – не ходи по таким клоповникам, – заявил человек, который был похож как копия, Марк. Очень быстро встав, он побежал к выходу и бормоча всякие гадости в мою сторону скрылся с бара.

– Что на вас нашло девушка, – спросил меня бармен, схватившись за свою кисть руки. Я почувствовала, слабый привкус метала во рту. Это была кровь. Видимо я укусила бармена за руку в момент, когда он оттаскивал меня. Он взял меня за шиворот и выкинул с бара с фразой.

Ведьмам тут не место – ненормальная.

Я начала кататься по пыльному асфальту возле входа в паб, закрыв лицо руками. Ко мне подошли прохожие и попытались мне помочь кто советом, а кто делом. В ответ они услышали пронзительный смех и нервные даже импульсные сокращения моего тела.

24 июня 2007г. Вечер. Дом, милый дом

Не помню, как вернулась домой; может меня принесли. Нейтана не было, но он оставил записку.

Я на тренировке. Ужин в холодильнике. Буду поздно с любовью, Нейтан.

В той – старой жизни, Нейтан никогда не оставлял мне записок и даже не слал смс. Просто приезжал на утро или вечер и вёл себя как обычно. Сняв записку с холодильника, я даже улыбнулась.

В другой комнате зазвонил телефон. Номер не был мне знаком. Я не решилась отвечать – даже если это будет знакомый мне человек. Через пару секунд включился автоответчик.

Добрый вечер, Мерлин. Это Майк Фински я не могу дозвониться до вас целый день. Когда вы сможете, отправит свой роман на печать.

Хоть мы и не хотим вас штрафовать за неисполнение договора с редакцией мы можем срезать ваши авторские. Подумайте Мерлин. Реквизиты я думаю, вы помните. Надеюсь, вы не сменили команду…? Хох. До скорой встречи. Жду книгу.

– Запись окончена, – автоответчик издал сигнал – пи-пип.

Голос был добродушным и веселым. Я недолго раздумывала и вспомнила свою унылую писанину на флэш карте.

– Да кому нужен этот бред. Если только читать мои романы умственно отсталым детям. Вот они точно их оценят, – посмеявшись, я начала хлопать себя по груди и нащупала флэш карту, свисающую у меня с цепочки на шеи. – А может поглядеть?

Резким порывом любопытства ноги принесли меня к компьютеру. Зайдя в систему, я вставила флэш карту и нашла свою папку с сотнями вариантами романов и проз.

Как такое возможно?

Я перелистывала и перечитывала сотни вариантов, на которые у меня просто не могло бы быть время и здоровья. Сотня вариантов перешла до тысячи.

25 июня 2007г. Утро. Дом, милый дом

Уже был рассвет, а я всё сидела и изучала тексты с якобы моими романами. Они были превосходны. Нейтан вернулся еще вчера ночью, но я не обратила на него внимания.

– Опять сочиняешь свои сочинения – любимая. Не буду тебе мешать только, оставлю чашечку чая на столе.

Чай был уже холодным, и поверхность покрылась тонкой плёнкой. Не знаю, как она называется, но это я заметила быстрей, чем как пролетело время. Пролистав более десяти тысяч вариантов моего успеха я решила отправить сразу десять вариантов тому парню с редакции, Майку Фински. Адреса почти или хотя бы, каких реквизитов я не знала.

– Раз я продала душу то всё должно быть проще, – с ухмылкой подумала и позвала, Нейтана.

– Милый у тебя есть реквизиты Майка Фински?

– А это тот с редакции Файнс – лист. Конечно, есть. Вот я напишу тебе – Ты опять потеряла его данный – растяпа. Извини мне надо бежать на встречу с нашими акционерами.

Он так же быстро убежал, как и появился. Насчет акционеров, о которых он сказал, я ничего не знала. Да и чем он занимается, я не помнила. Я была увлечена своими романами, так как рыбак увлечён поимкой крупного улова. Я отправила десять вариантов романов Майку на адрес отставленный, Нейтаном.

20 июлю 2007г. День. Кафе “ Линкс-Плейт»

Нейтан, смеялся и ел пирожное со сладкой присыпкой, а я тем временем слушала по телефону радостный голос Майка Фински.

– Мерлин, это бомба. Лучше этого я никогда не читал. Решено – завтра же, выпускаем тираж десять тысяч экземпляров, для начала. Но я уверен, что эти романы выстрелять за первую неделю продаж. Я свяжусь с тобой для составления договора продаж. Мне с тобой везёт, Мерлин мы станем богатыми до самих небес.

После непродолжительного разговора с Майком я знала, что меня ждёт дверь, за которой были два мягких кресла, на них сидела слава и богатство. Но я также знала, что меня ждёт по окончанию договора с Фаустиной. Время было предостаточно – повеселимся.

16 августа 2007г. Утро. Торговый центр.

Раздачу автографов успешных романов перенесли в торговый центр. Там могло поместиться большее количество людей, чем Майк хотел изначально. За пару часов толпа не уменьшалась. На моей руке появилась мозоль, которая ужасно болела, но я продолжала оставлять свою роспись и пожелания людям, которые боготворили меня и тянули мои, же книги. Первые две недели продажи превзошли ожидания всех, всех кроме меня. Я чувствовала, что фортуна будет на моей стороне. Майк Фински не успевал увеличивать тираж, который достиг размера с десяти до трёхсот тысяч экземпляров. К вечеру толпа уменьшалась, и остались только зеваки и критики. Урна стоящая рядом со столом была переполнена сломанными перьевыми ручками. Моя мозоль лопнула и с неё сочилась кровь, которая была размазана по моим штанам. Видимо я пыталась вытереть запотевшую ладонь об штаны. Ко мне подбежал Майк и Нейтан с довольными мордами.

– Мы молодцы. Лучше нас только президент и то он просил отправить ему пару книг с твоим автографом.

Майк сунул мне эти книги, от которых меня уже подташнивало.

– Распишись побыстрей на них. Я передам их людям президента, завтра.

Я была измучена умственно, хотя физически полна сил. Видимо посчитав забавным взять книги и расписаться кровью с мозоли на титульных страницах.

– С Любовью и страстью – дорогому президенту от Мерлин, – захлопнув корешок я швырнула книги Майку, а он только рассмеялся.

Нейтан, объяснил это усталостью и сказал, что я распишусь завтра пораньше, а сейчас пора отдыхать. Я встала из-за стола, за которым пропотевала моя пятая точка в течение дня и вальяжно потопала в машину, ждавшую меня на входе в торговый центр.

14 февраля 2008г. Вечер. Родильный дом.

Роды прошли успешно. Мы не раздумывали и решили назвать мальчика, Ник. Нейтан носился во время родов с камерой, чем сильно меня нервировал. Рождению малыша мы были рады. Да, рады.

Пока я, держала это маленькое счастье в ручках, я подумала – Фаустина. У меня так мало времени. Эта кроха начнёт расти, а я умру. Нейтан стал таким прекрасным мужем, а я умру. Ещё девять лет меня не будут терзать болезни, финансовые проблемы, все будут меня любить, а что, потому? Я умру… Интересно, как это произойдёт?

Я старалась забыть эти мысли и думать о настоящем времени, времени проведённом с любящими людьми и моей крохой. Я заработаю достаточно, что бы обеспечить моего малыша, – А потом я умру. Надеюсь, это будет не больно, я не люблю боль и страдания.

26 октября 2012г. Утро. Особняк.

Мои романы разлетались как тёплые булочки с голодный год послевоенной эпохи. На авторские отчисления мы смогли прикупить особняк на берегу красивой и такой чистой реки как слёзы младенца.

Ник уже подрос и стремительно стал познавать азы писательства. Он часто садился со мной и показывал как он умеет придумывать рассказы на подобии комиксов с картинками и сюжетными различными линиями. Он был малыш – мой малыш. Очень был смышлёный. Ник, переписывал тексты с комиксов и моих книг, для своих юных лет у него это получалось великолепно.