Текст книги "100 великих дипломатов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/100-velikih-diplomatov-127629.jpg)
Автор книги: Игорь Мусский
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 48 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]
Юстиниан I Великий
(482–565)
Византийский император с 527 года. Используя как дипломатические, так и военные методы, завоевал Северную Африку, Сицилию, часть Испании.
![](i_009.jpg)
Один из замечательнейших дипломатов того времени император Юстиниан I родился в деревне Тауресий, расположенной недалеко от Бедерианы (территория современной Югославии). Он был, вероятно, иллиро-фракийского происхождения. Его мать вышла замуж за крестьянина по имени Савватий, поэтому будущего императора звали Петром Савватием.
В Константинополь его вызвал дядя Юстин, возвысившийся при императоре Анастасии. Он дал племяннику образование. Петр Савватий, способный, упорный, вдумчивый и неторопливый, был неплохим советчиком в политических и религиозных делах для Юстина, обладавшего практической сметкой и опытом. Еще до воцарения Юстина племянник стал называться Флавием Петром Савватием Юстинианом, что, очевидно, свидетельствовало об «усыновлении», признании его своим наследником бездетным Юстином.
После восшествия Юстина на трон его племянник вошел в узкий круг императорских советников, что само по себе свидетельствует о том, насколько нуждался в нем Юстин именно в вопросах государственного управления.
За годы царствования своего дяди Юстиниан вошел в круг государственных проблем, и по мере того как Юстин старел и отходил от дел, бразды правления переходили в руки его племянника.
Восточная Римская империя достигла в царствование Юстиниана наивысшего могущества. Ее дипломатические связи охватывали огромное пространство от Китая и Индии до Атлантического океана, от Внутренней Африки до причерноморских степей. Юстиниан умело комбинировал искусную дипломатическую игру с меткими военными ударами, которые расширили пределы его империи далеко на запад.
Осуществление грандиозного плана восстановления Римской империи требовало постоянной и напряженной деятельности дипломатии в различных регионах мира. Для завоевания западной части былой империи прежде всего следовало обеспечить безопасность на востоке и севере, попытаться избежать войны с Ираном, нейтрализовать варваров на Дунае, найти союзников среди окружавших империю народов. Да и в самих варварских королевствах Запада требовались огромные дипломатические усилия для привлечения на сторону Византии всех недовольных господством вандалов в Северной Африке, остготов в Италии, вестготов в Испании.
Главной задачей византийской дипломатии было заставить варваров служить империи, вместо того чтобы угрожать ей. Наиболее простым способом был наем их в качестве военной силы. Вождей варварских племен и правителей государств подкупали, заставляя вести войны в интересах Византии. Ежегодно Византия выплачивала пограничным племенам большие суммы. За это они должны были защищать границы империи. Их вождям раздавали пышные византийские титулы, знаки отличия, золотые или серебряные диадемы, мантии, жезлы. Варварам отводили земли, где они селились на положении вассальных союзников (федератов). Лангобарды получили земли в Норике и Паннонии, герулы – в Дакии, гунны – во Фракии, авары – на Саве. Так одни варвары служили оплотом империи против других.
Эти «мирные средства» были, однако, ненадежны. Варвары, получавшие от Византии деньги, требовали все большие суммы и угрожали перейти в лагерь врагов империи. Важно было не давать им усиливаться, ослаблять их взаимными усобицами.
Старое римское правило «разделяй и властвуй» нашло широкое применение в византийской политике. Умение обращаться с соседями, как с шахматными фигурами, отличало дипломатию Юстиниана. Он возвел взаимное натравливание в целую систему. Против болгар он подымал гуннов, против гуннов – аваров. Чтобы одолеть вандалов, он привлек на свою сторону остготов, а остготов сокрушил при содействии франков. Военное вмешательство во внутренние дела других государств было одним из средств политики Юстиниана. Ярче всего эта политика выразилась в его войнах с вандалами и остготами.
В Африке и Италии Юстиниан использовал социальную борьбу в этих странах, в частности недовольство римских землевладельцев, вызванное захватом их земель варварами, и возмущение духовенства господством варваров-ариан.
Византийское войско высадилось на африканский берег, и при поддержке местного римского населения уже в 534 году Вандальское королевство превратилось в византийскую префектуру. Победителем оказался Юстиниан, торжественно принявший титулы «вандальского» и «африканского». Эта победа внесла растерянность в варварские королевства, а Юстиниану и его окружению подарила надежду на возможность успешного разгрома остготов в Италии, освобождения Древнего Рима, столицы великой Римской империи.
Сразу же после завоевания Северной Африки началось строительство системы пограничных укреплений. Обычная численность армии, которую удавалось собирать для крупных военных кампаний, не превышала 25–50 тысяч человек, поэтому оборонительное строительство было совершенно оправданно. Оно позволяло защищать границу небольшими гарнизонами. Крепости и укрепления становились убежищами для местного населения, также включавшегося в оборону. Благодаря этой системе Византия могла иметь сравнительно небольшую мобильную армию. Обычно вооруженные конфликты заканчивались переговорами, компромиссом и выплатами.
В Остготском королевстве разгром вандалов оживил провизантийские силы, что привело к ответной консолидации остготской военной верхушки. Византийцы, воспользовавшись убийством своей сторонницы, королевы Амаласунты (дочери Теодориха), начали военные действия. В 534 году полководец Велисарий высадился в Сицилии. В течение нескольких месяцев эта житница Италии была очищена от остготов. Велисарий переправился в Италию и уже в 536 году вступил в Рим. Казалось, и здесь все предвещало легкую победу, когда в Северной Африке развернулось мощное антивизантийское движение, подавление которого потребовало значительных сил и средств. И все-таки в 540 году Велисарий вступил в столицу готов Равенну. Византийская столица отмечала новый триумф. Почти вся Италия оказалась под властью Византии.
В это время, воспользовавшись тем, что силы Византии были отвлечены на западе, разорвав «вечный мир», против нее неожиданно выступила Персия. Царь Хосров с огромной армией вторгся в восточные провинции, овладел столицей римско-византийского востока – Антиохией и вышел к Средиземному морю. Третий по значению и численности населения город империи был разрушен, а его жители частично перебиты, частично уведены в Иран. В 541 году произошло новое вторжение в Месопотамию; шла упорная борьба на Кавказе. Началась изнурительная война, в ходе которой было существенно подорвано благополучие богатейших восточных провинций. Велисария пришлось спешно перебросить на восток.
Получив передышку, остатки разгромленных остготов сплотились вокруг нового короля Тотилы, способного полководца и умного политика. За короткое время ему удалось изгнать византийцев с большей части территории Италии. В дополнение ко всем трудностям, которые переживала Византия в 542 году, с Востока пришла страшная эпидемия чумы, обходившая стороной Средиземное море по крайней мере на протяжении четырех столетий. Она унесла не менее 40 процентов населения столицы империи. Пострадало множество городов и областей. Византия надолго была обессилена экономически.
Римские землевладельцы и духовенство продолжали поддерживать Юстиниана. Папа Вигилий умолял его довести до конца неудачно начатую кампанию в Италии. В начале 550-х годов византийцам, с немалым напряжением сил, удалось добиться перелома в борьбе с остготами, чему способствовала гибель Тотилы. В 554 году была принята «Прагматическая санкция об управлении Италией». Все бывшие имущества италийской знати и церкви были им возвращены, а бывшие рабы и колоны поставлены в прежнее положение. Высвободившиеся войска были использованы для войны с вестготскими королями Испании, где складывалась аналогичная североафриканской и италийской ситуация. При поддержке испано-римской знати под власть Византии перешла юго-восточная часть Испании.
Если сильного врага нельзя было ни купить, ни одолеть своим или чужим оружием, Юстиниан прибегал к политическому и экономическому оружию. Самым опасным соперником Византии продолжало оставаться персидское государство Сасанидов, особенно усилившееся при Хосрове I. Военные действия против Персии были неудачными. Тогда Юстиниан поднял против Хосрова всех его соседей. Против Ирана были брошены гунны, кочевники Сирийской пустыни, бедуины Неджда, арабы Йемена, Эфиопское царство Аксума. Юстиниан поддерживал царей Лазики, преграждавших Персии путь к Черному морю. Чтобы избежать посредничества Персии в торговле с Индией и Китаем, Юстиниан стремился направить эту торговлю по морским путям, через Красное море.
Мир с персами были заключен в 562 году. Причем после двадцатилетней опустошительной войны границы обеих империй остались практически без изменений.
Дипломатия служила развитию торговли, а расширение торговых связей в свою очередь использовалось Византией как одно из сильнейших орудий дипломатии. Торговые города, расположенные на окраинах империи, были форпостами ее политического влияния. Купцы, торговавшие с отдаленными народами, приносили в Византию сведения о них. С византийскими товарами к варварам проникало и политическое влияние Византии.
За купцом следовал миссионер. Распространение христианства также было одним из важнейших дипломатических орудий византийских императоров на протяжении многих столетий. Византийские миссионеры проникали в горы Кавказа, на равнины Причерноморья, в Эфиопию, в оазисы Сахары. Впоследствии христианство распространялось среди славянских племен.
Эта гибкая политика дала свои плоды. В обращенных странах утверждалось византийское влияние. Духовенство, зависимое от Византии, играло огромную роль в варварских государствах как единственный носитель грамотности.
В конце 559 года болгары и славяне завоевали Фракию. Когда варвары подступили к стенам столицы, Юстиниан мобилизовал всех способных носить оружие, выставил к бойницам городское ополчение цирковых партий, дворцовую стражу и даже членов сената. Командовать обороной он поручил Велисарию. Император приказал готовить корабли для того, чтобы отправиться на Дунай и захватить у варваров переправу. Узнав об этом, болгары и славяне просили через посла позволить им уйти на свою сторону Дуная. Юстиниан послал к ним племянника Юстина и пощадил их.
Все царствование Юстиниана прошло в ожесточенных войнах с варварами и соседями. Он мечтал расширить пределы своей державы до границ прежней Римской империи. И хотя его планы осуществились далеко не полностью, масштабы византийских завоеваний в его правление были впечатляющими.
Юстиниан умер в ночь с 14 на 15 ноября 565 года в возрасте 83 лет, после 38 лет царствования. К концу своей жизни он увлекся теологией и почти не занимался делами государства, предпочитая проводить время во дворце в спорах с иерархами церкви и даже простыми монахами.
Петр Патрикий
Византийский дипломат, историк. Выполнял дипломатические поручения императора Юстиниана I.
![](i_010.jpg)
Петр родился в Фессалонике, карьеру начал в Константинополе, где благодаря необычайному красноречию и эрудиции стал известным адвокатом и вскоре прославился как выдающийся оратор, обладавший особою силой убеждения, которая помогала ему выигрывать судебные процессы. Талантливый юноша был замечен при дворе, после чего всецело занялся дипломатической деятельностью.
В 534 году Петр был отправлен послом к правительнице остготского королевства Амаласунте; но прибыл в Италию уже после прихода к власти короля Теодата. Во время своего первого посольства, по свидетельству видного историка Прокопия Кесарийского, ловкий дипломат имел успех и даже убедил слабого остготского короля заключить тайное соглашение о передаче Византии всей Италии. Прокопий, однако, недолюбливал Петра и не преминул очернить его в своей «Тайной истории».
Второе посольство Петра к Теодату было не столь успешным, как первое. Остготский король, утвердившись на троне, узнав о победах готов над византийцами в Иллирике и подстрекаемый готской партией, неожиданно переменил политику и пошел на открытый разрыв с Византией. По его приказу Петр был брошен в темницу, где провел около трех лет. В конце 538 года дипломата освободил новый остготский правитель Витигис.
По возвращении в Константинополь Петр за проявленное в неволе мужество был награжден должностью магистра оффиций, а в 550 году за успешную службу возведен в сан патрикия. Отныне его дипломатическая деятельность была связана с Востоком, где Византия вела тяжелые войны с Ираном.
В 550 году он был отправлен в Иран для заключения перемирия с Хосровом I, но успеха не добился. В 561 году Петр вновь возглавил посольство в Иран, отправленное для заключения мира. Византийский дипломат ведет переговоры со знатным вельможей Ирана Зихом Иесдегуснафом. За пышной риторикой речей угадывается желание сторон добиться поставленных целей, не уронив престижа своего государства.
Обе державы, как Византия, так и Иран, ищут мира, но ставят при переговорах различные задачи: Иран добивается длительного мира, причем при условии уплаты Византией большой суммы денег за его сохранение. Ромеи же, наоборот, стремятся к краткосрочному мирному договору и без уплаты за него денежных взносов.
Опираясь на военные успехи, Иран все же добивается своего: в 561 году был заключен мир на 50 лет, причем на выгодных для персов условиях: хотя Лазика была оставлена Византии, ромеи должны были уплатить шаху Хосрову контрибуцию.
Кроме того, договор скреплялся особыми сакрами (священными грамотами) императора ромеев и шахиншаха Ирана. В дополнительной статье оговаривалась свобода вероисповедания для персов, живущих в Византии, и для византийцев-христиан, обитающих в Персии.
И хотя договор оказался для Византии скорее бесславным, чем почетным (поскольку ее требования вернуть империи некоторые области Кавказа, в частности Сванетию, не были выполнены), он все же дал империи важную и крайне необходимую передышку. В этом была заслуга Петра.
В 563 году он вновь посетил двор шаха, с которым вел переговоры о возврате Сванетии, окончившиеся, однако, неудачей. Удрученный провалом миссии, Петр вернулся в Византию и вскоре умер.
Образ Петра Патрикия как дипломата, историка и человека можно воссоздать по фрагментам его трудов и по воспоминаниям современников, в первую очередь Прокопия, Менандра и Иоанна Лида. В этих сочинениях Петр предстает как человек широкого кругозора и разносторонних дарований. Никогда не оставляя дипломатической и государственной деятельности, он постоянно занимался различными науками. Современники единодушно восхваляют его таланты и нравственные достоинства: страстное красноречие, необычайный дар убеждения, столь необходимую государственному человеку проницательность, работоспособность, многостороннюю ученость, кротость характера.
Мемуары Петра являются памятником дипломатической мысли Византии. Из них можно почерпнуть ценные советы послам, описание техники посольской службы, процедуры заключения договоров, обязанностей посла. Петр считает, что первейший долг посла «заключается только в том, чтобы выполнить поручение». Посол обязан с предельной точностью довести до сведения державы, с которой ведутся переговоры, требования своего правительства и не менее скрупулезно изложить своему государю условия другой стороны. Подобными же правилами Петр руководствовался в собственной практике: выполняя поручение Теодата к императору, он раскрыл Юстиниану условия «запасного» варианта договора (об отречении остготского короля) не сразу, а лишь тогда, когда Юстиниан отклонил основной вариант. Таким образом, посол в точности выполнил распоряжение Теодата. Но Петр не отрицает важности самостоятельных действий посла, значения его деятельности в сложной обстановке. Например, иногда посол может умерить жесткость содержания посланий его правителя. Не отрицает Петр и необходимости прибегать в посольском деле к хитростям. Так, он упоминает о своеобразной дипломатической уловке – заранее требовать невозможного, чтобы сделать переговоры бесперспективными.
Историк З.В. Удальцова дает византийскому дипломату высокую оценку: «Петр был и теоретиком, и практиком: и сам руководил сношениями империи с другими странами, и оказывал влияние на развитие дипломатического дела – выработку правил приема и отправления посольств, определение прав и обязанностей дипломатов различных рангов. Особенно ценны его известия о процедуре заключения договоров с иностранными державами, составляемых на языках обеих договаривающихся сторон, и рассказ о церемониале подписания таких договоров. Петр Патрикий может служить примером опытного, широко образованного и хорошо знающего свое дело дипломата Византии».
Григорий VII
(ок. 1020–1085)
Папа римский (1073–1085). Добивался дипломатическими методами верховенства пап над светскими государями, боролся с императором Генрихом IV за инвеституру.
![](i_011.jpg)
Еще в середине XI века Священная Римская империя слыла всемогущей, а папство – бессильным. Германские императоры назначали пап и управляли Святым престолом. Но затем положение в корне изменилось. Своим укреплением папская власть во многом обязана талантливой дипломатии клюнийского монаха Гильдебранда, ставшего затем папой Григорием VII.
Гильдебранд родился в соанском округе, рядом с Тосканой, около 1020 года в семье крестьянина Бонизо. Совсем юным Гильдебранда отправили в римский монастырь Св. Марии на Авентине, где аббатом был его дядя. В то время в монастырях много говорили о необходимости восстановить порядок и дисциплину в церкви. Гильдебранд присутствовал при вступлении на престол Григория VI, который пытался провести реформы; он присутствовал и при его низложении, когда на соборе в Сутри (1046) Григорий смиренно признал свою вину: «Я, Григорий, слуга слуг Божьих, признаю себя недостойным римского первосвященства по причине позорной симонии и продажности, которая, благодаря коварству дьявола, исконного врага людей, вкралась в мое избрание на святой престол».
После этих событий Гильдебранд покинул Рим и вступил в знаменитый Клюнийский монастырь, считавшийся сердцем христианского мира. Именно здесь у него выработались те принципы, которых он придерживался в дальнейшем. Эти принципы изложены им в знаменитом «Папском диктате» («Dictatus papae»): «Только римский первосвященник может быть называем вселенским. Его имя едино в мире. Только он может низлагать епископов и вновь возвращать им сан. Только он может издавать новые законы, соединять или делить епархии. Без его повеления никакой собор не может называться всеобщим. Он не может быть судим никем. Никто не может осудить того, кто апеллирует на приговор к апостольскому престолу. Важные дела каждой церкви должны подлежать его решению. Римская церковь никогда не ошибалась и никогда не впадет в ошибку. Римский первосвященник имеет право низлагать императоров. Он может освобождать подданных от клятвы верности неправедным государям».
В феврале 1049 года Гильдебранд вернулся в Рим, где сделался одним из советников Льва IX. Так началась его политическая деятельность.
Гильдебранд отличали непреклонная воля и несомненный талант дипломата. Стремясь к абсолютной власти, он не допускал даже мысли, что может злоупотребить ею. Гильдебранд славился своим красноречием. В то же время он умел искусно разбираться в самой сложной политической обстановке.
Сохранилось немного сведений о деятельности Гильдебранда во время правления Льва IX. Он служил настоятелем монастыря Св. Павла. В 1054 году в качестве легата был направлен во Францию, где в Туре собрал синод для разрешения спора между Ланфранком и Беренгаром, архидьяконом Анжерским.
В марте 1058 года итальянская знать и симонистское духовенство провели в папы епископа Веллетри, принявшего имя Бенедикта X. Против этого решения выступили реформисты во главе с Гильдебрандом.
Он возводит на папский престол епископа Флорентийского под именем Николая II. Сам Гильдебранд становится архидьяконом Римской церкви. Вступившие в союз Готфрид, имперский канцлер Гвиберт и Гильдебранд пытаются сместить Бенедикта X и утвердить в Риме Николая II.
Это была борьба, поставившая на карту серьезные интересы: папе и императору, объединившимся перед лицом общего врага, важно было вырвать из рук крупнейших феодалов фактическую власть над огромной церковной империей.
Гильдебранд блестяще провел дипломатическую подготовку к грядущему сражению. В Италии он заручился поддержкой маркизата Тосканы. Затем отправился в Южную Италию, где в это время утвердились потомки скандинавов – норманны, и в Капуе от лица папы римского Николая II заключил союз с норманнским графом Ричардом. В 1059 году граф Ричард и Роберт Гюискар, герцог Апулии, главный предводитель норманнских завоевателей, признали себя папскими вассалами: они обязались платить папе ежегодную дань, оказывать военную помощь, защищать новый порядок папских выборов. На севере Италии Гильдебранду удалось подчинить папе сильного и независимого архиепископа Миланского. Он поддержал городское движение патаренов, направленное против крупных феодалов, и ставленника императора – миланского архиепископа.
В острой борьбе между папами победили реформисты, а с ними в Милане и в ряде городов Северной Италии считали себя победителями и патарии, которые бурно торжествовали по поводу избрания в папы Николая II. Таким образом, Гильдебранду удалось объединить значительную часть Италии под папским верховенством.
В апреле 1059 года на соборе в Риме Николай II обнародовал знаменитый декрет. При активном участии Гильдебранда устанавливался новый порядок избрания пап – коллегией кардиналов – ближайших советников папы, епископов ряда главных церквей Рима. Собрание кардиналов, на котором производились такие выборы, стало называться конклавом (лат. Con clave – с ключом, то есть запертый зал). За императором же оставалось лишь право утверждения папы, избранного кардинальской коллегией. Этот декрет ударял не только по правам феодалов, но и по императорской власти.
Противники реформы из римских баронов и приверженцев императорских прав образовали свою лигу. В июле 1061 года, когда умер Николай II, феодальная партия решила поднести молодому Генриху IV звание патриция вместе с правом избрания папы.
Когда Гильдебранд заставил кардиналов избрать в папы Александра II, не спрашивая на то согласия императора, немецкие епископы и несколько ломбардских избрали в октябре 1061 года антипапу Кадала, епископа Пармского. Кадал вступил в Рим. Началась настоящая война, в которой Александр II одержал победу, и в 1064 году на соборе в Мантуе Германия признала его папой.
После смерти Александра II, последовавшей в 1073 году, на папский престол под именем Григория VII взошел Гильдебранд. Он хотел иметь в лице епископов покорных слуг «апостольского престола» и стремился распространить свою власть в глубь Священной Римской империи. Григорий VII пытался организовать некое «мировое государство» под властью папы. Он намеревался принудить всех христианских королей принести ему ленную присягу и обязать их к ежегодным денежным взносам в пользу Святого престола.
При Григории VII получил развитие институт легатов, особых уполномоченных апостольского престола, которые стали одним из главных орудий папского управления и дипломатии. Папа предписывал повиноваться легатам так, как повиновались бы ему самому. В то же время Григорий требовал отчета от легатов и проверял все их распоряжения.
Григорий VII стремился подчинить власти Рима и империю византийских василевсов, потерпевшую поражение от сельджуков при Манцикерте (1071). Папа всячески навязывал Византии унизительную церковную унию. Когда в 1073 году дипломатические переговоры с византийским императором Михаилом VII зашли в тупик, Григорий VII решил прибегнуть к силе оружия: в 1074 году он задумал направить в Византию рыцарскую армию с Запада, поставив ей задачу – «выручить» из беды греческую церковь, которой угрожают неверные.
Одно за другим из Рима полетели папские послания с призывами к государям и князьям принять участие в войне на Востоке во имя спасения христиан-греков.
Таков был размах международной политики Григория VII. Что касается средств ее проведения, то, кроме методов дипломатии и силы оружия, в руках Григория так же, как и его преемников, был еще и духовный меч. Папа мог отлучать от церкви, налагать интердикт, «разрешать» подданных того или иного государя от присяги. Этим оружием и Григорий VII, и другие папы пользовались с большим искусством.
И все-таки не столько угрозы отлучения, сколько умелое использование бесчисленных политических противоречий раздробленного феодального мира – противоречий между императорами и герцогами, между императорами (как германскими, так и византийскими) и норманнами – позволяли папе успешно проводить свою политику.
Особенно упорной была дипломатическая борьба Григория VII с императором Генрихом IV.
Папа добивался права назначать епископов и таким образом вмешиваться во внутренние дела империи; он преследовал симонию (фактическую продажу церковных должностей императорами) и так называемую светскую инвеституру (возведение в епископский сан императором). Генрих IV всеми силами отстаивал эти права императора не только в Германии, но и во всей Священной Римской империи. Если Григорий присвоил себе право низводить императоров с трона, то Генрих считал себя вправе низлагать пап.
Он так и поступил, низложив папу на Вормсском сейме 1076 года.
Месяц спустя уже Григорий VII низложил Генриха на Латеранском соборе, разрешив «всех христиан» от клятвы верности императору и запретив «служить ему как королю».
После того как германские князья присоединились к папе, положение Генриха стало безвыходным: в 1077 году император был вынужден отправиться в Италию, чтобы просить прощения у всесильного Григория VII.
Григорий VII заставил его в присутствии аббата из Клюни, олицетворявшего преданное папству монашество, и графини Матильды Тосканской, самого могущественного феодала центральной Италии, признать себя неправым, «отказаться от гордыни» и смириться перед церковью. Григорий VII одержал победу над королем и «светским духом», получившую в дальнейшем свое документальное выражение в 27 статьях «Диктата папы».
Но на этом богатая драматическими эпизодами борьба между Генрихом IV и папой Григорием VII не закончилась.
В 1080 году Генрих при поддержке недовольных германских епископов снова низложил Григория VII и выдвинул на его место нового главу католицизма – епископа равеннского Гиберта, принявшего имя Климента III. Новый папа или, как церковь его называет, антипапа, имевший опору в германском духовенстве, короновал Генриха IV императорской короной.
Со своим антипапой Генрих отправился на завоевание Рима. Большую роль в том, что германские войска вновь появились в Италии, сыграла хитроумная византийская дипломатия. Византийской империи угрожали тогда норманнские отряды Роберта Гюискара. Чтобы отвлечь их внимание от Византии, молодой василевс Алексей I Комнин заручился поддержкой Генриха IV, который и двинулся на Италию. Роберту Гюискару пришлось поспешить на выручку Григорию VII. Генрих был вынужден уйти из Италии, но норманны и арабы так разгромили Рим, что Григорию было небезопасно оставаться в опустошенном его союзниками городе. Римское население поднялось против папы, и Григорий бежал к норманнам в Южную Италию. На этот раз он помощи от них не получил.
Заботы и треволнения последних лет подорвали здоровье престарелого папы. 25 мая 1085 года Григорий VII закончил свою многотрудную жизнь.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?