Текст книги "Под диктовку САТАНЫ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pod-diktovku-satany-248104.jpg)
Автор книги: Илья Котов
Жанр: Юмористическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Глава 7
Неожиданная удача
Приняв душ, я растянулся на своей кровати в приятной истоме. Рассказ Валерия о ТПБ Казани, который так меня напугал во время нашего с ним разговора, всё более казался мне нелепой выдумкой. Не может быть, чтобы в наши демократические времена сохранялась средневековая инквизиция, как спрут распускающая свои щупальца далеко за границы своего логова.
Я проспал до 8 утра, и лишь телефонный звонок заставил меня открыть глаза. В трубке прозвучал знакомый голос, но на этот раз он был более приветливым.
– Доброе утро, мой дорогой! Это Мирзагит Закирович, Вы были у меня в гостях недавно.
– Очень приятно Вас слышать, – ответил я в недоумении. – Я могу чем-то Вам помочь?
Голос в трубке рассмеялся:
– Думаю, что это я могу Вам помочь. Я почитал Вашу книгу. Вы очень талантливый и глубокий писатель. Сочту за честь, если смогу помочь Вашему вдохновению для нового бессмертного произведения. Вы хотели посетить Казанскую ТПБ?
– Да, – промямлил я, немного напрягшись. – Но, ведь, там карантин.
– Карантин сняли, мой дорогой! Можете поболтать с маньяками и врачами, если Вам это всё ещё хочется.
– Конечно! – встрепенулся я. – Здорово!
– Я пришлю за Вами машину. Мой человек оформит все формальности. Сами понимаете, проход на территорию режимного учреждения всегда сопряжён с определёнными бюрократическими издержками.
– Конечно, я понимаю. Огромное Вам спасибо, Мирзагит Закирович! Не знаю даже, как Вас благодарить.
– Лучшей благодарностью станет Ваша новая книга, – засмеялся в трубку мой собеседник.
– Я разместился в гостинице…
Но в трубке уже звучали короткие гудки.
Не успел я опустить руку с телефоном, как в комнату постучали. На пороге стоял приветливый молодой человек в дорогом костюме.
– Я за Вами! Меня зовут Марат.
– Очень рад, – ответил я. – Что мне взять с собой?
– Всё, что пожелаете. Главное, чтобы паспорт был.
– Мы туда надолго? – спросил я, торопливо бросая в рюкзак необходимые для интервью вещи.
– Сколько пожелаете, – улыбнулся незнакомец. – Генерал просил Вас окружить заботой и вниманием, поэтому собирайтесь надолго.
На улице нас ждал дорогой мерседес. Кроме водителя в машине находился ещё один человек.
– Доброе утро! – поздоровался я, садясь на заднее сиденье автомобиля, но незнакомец в машине никак не отреагировал. Он что-то произнёс на непонятном мне языке водителю, и автомобиль тронулся с места.
Мы подъехали к отделению полиции, и Марат произнёс:
– Пойдёмте! Оформим формальности.
Я вышел из автомобиля. Таинственный незнакомец вышел вместе с нами. Он был мне неприятен. Я даже его побаивался. В его взгляде, манерах, осанке чувствовалась военная выправка.
Мы поднялись на второй этаж. Марат по-хозяйски открыл какой-то кабинет и пригласил меня войти. Сам он сел за рабочий стол, а мне показал на деревянный стул напротив. Незнакомец с военной выправкой остался стоять в дверях.
Марат, покопавшись в бумагах, достал какой-то листок и протянул его мне.
– Подписывайте, чтобы соблюсти формальности! – улыбнулся он.
В документе уже было записано моё имя со всеми паспортными данными. Я с удивлением поднял глаза на Марата:
– Откуда Вы знаете мои паспортные данные?
– Мы же опера. Мы всё можем узнать! – засмеялся Марат и добавил: – Мы в гостинице запросили Ваши данные, чтобы время не терять. Подписывайте.
Я стал читать документ:
«Согласие на прохождение психиатрической экспертизы».
– Но мне нужно всего лишь с врачами и пациентами пообщаться, – удивился я.
– Вот и пообщаетесь! Это же формальность. Я Вам сказал, на территорию закрытого учреждения возможно попасть либо на экспертизу, либо по решению суда. Не будем же мы дожидаться решения суда! Поболтаете со всеми, типа экспертиза, и домой. Я буду с Вами рядом, чтобы недоразумений не вышло.
Я взял в руки ручку и подписал бумагу, предложенную мне молодым человеком. Марат спешно забрал её у меня и убрал в стол. Оттуда он достал другой, более объёмный документ и снова протянул его мне.
– И здесь тоже черкните!
Я с подозрением взял в руки подшитые листы и снова прочитал заглавие:
«Начальнику РОВД …
Чистосердечное признание.
Я, …, паспорт …., проживающий по адресу…, признаюсь, что в ночь с 20 на 21 мая 2018 года в состоянии помутнения рассудка убил моего случайного знакомого Валерия Мурашова, с которым мы распивали спиртные напитки у него дома по адресу….»
– Нет, – холодок пробежал по моей спине. – Такое я не подпишу. Мы с Валерием просто чаю попили. Можете ему позвонить, он подтвердит.
– Подписывай, сука! – прорычал молчаливый до этого момента незнакомец и двинулся ко мне.
– Да, Вы как со мной разговариваете! – справедливо возмутился я. – Мирзагит Закирович мне …
Но договорить я не успел, потому что сильный удар в висок свалил меня со стула.
Пока я старался встать с пола, Марат взял мой рюкзак и демонстративно сунул туда какую-то рубашку.
– Позови понятых! – обратился он к свирепому незнакомцу, который склонился надо мной.
Буквально сразу вошли в кабинет двое гражданских (мужчина в больших очках и женщина средних лет) и сели на диванчик возле дверей.
– Вы присутствуете на допросе подозреваемого по делу убийства Валерия Мурашова, труп которого был обнаружен сегодня ночью по адресу его постоянного места проживания.
– Это Ваш рюкзак? – спросил он, обращаясь ко мне.
– Рюкзак мой, – ответил я, но Вы мне сейчас туда что-то подложили.
Марат, никак не реагируя на мои слова, взял в руки рюкзак и открыл его. Он достал рубашку, которую только что сам туда и положил.
– Это Ваше?
– Нет! – возмутился я.
– Ну, конечно. На этой рубашке следы крови. Экспертиза покажет, чья эта кровь. А этот предмет Вам знаком?
Он положил на стол тот самый охотничий нож, которым я восхищался в доме Валерия.
– Позовите мне адвоката! – потребовал я.
– Судя по всему, предмет Вам знаком? – невозмутимо спросил Марат.
– Я требую адвоката!
– Сначала отпечатки твоих шаловливых ручек снимем, – с улыбкой произнёс Марат и достал из своего стола всё, необходимое для этой процедуры.
– Я не буду ничего делать без адвоката! Вы обязаны мне предоставить право на один звонок. Где мои права?
Марат посмотрел на злобного незнакомца, который стоял у меня за спиной. Сильная рука беспардонно прижала меня лицом к столу, а другая вырвала из-за спины мою руку. Марат взял мою ладонь и прижал ее к чернильной подушке:
– Я тебя понимаю. Отпечатки пальцев – это твой приговор. С ножа, которым ты 16 раз ударил своего случайного знакомого, ты, наверняка, забыл их стереть?
Когда понятые вышли, я попытался уговорить своих мучителей:
– Марат! Друг! Это какое-то недоразумение! Я не маньяк. Вы можете сами позвонить моему редактору. Он подтвердит. Мы просто попили с Валерием чаю, и я ушёл. Он был жив.
– О чём Вы с ним говорили? – спросил приветливый Марат, делая вид, что готов меня выслушать.
Я задумался:
– Да, ни о чём. Так, о ерунде всякой.
– Вы были раньше знакомы с убитым? Какие у Вас были с ним отношения? Была ли личная неприязнь?
– Я его первый раз в жизни видел, – воскликнул я. – Какая там неприязнь!
– Вы его первый раз увидели, и он Вас пригласил в гости, на ночь глядя, чаю попить и о ерунде поболтать? Вы мне лжёте. Как я могу Вам верить?
Я понял, что каждое моё слово всё больше меня топит, и замолчал.
Но опер Марат и так уже получил от меня всё, что хотел и, встав из-за стола, произнёс:
– Поехали! Засиделись мы тут с Вами.
– Куда? – спросил я.
– Как куда? Ты же хотел нашу больничку посмотреть.
– Я без адвоката с места не сдвинусь! – ответил я и крепко взялся за привинченный к полу стул, на котором сидел.
Злобный незнакомец двинулся ко мне, но Марат жестом его остановил и произнёс, с улыбкой глядя на меня:
– Да, не ссы ты, писатель! Генерал велел тебе «квест» устроить, чтобы ты весь процесс прочувствовал и бестселлер написал. Шутка это была. Жив твой приятель.
Я с недоверием посмотрел на незнакомца, стоявшего в дверях, и перевёл взгляд на Марата:
– Уж, слишком натурально у Вас получается.
– Если по твоей будущей книге снимут фильм, можешь взять нас на роль, – засмеялся Марат и, подхватив мой рюкзак, открыл дверь кабинета.
Мы снова сели в машину. Висок после удара сильно гудел. Мне уже совсем не хотелось никуда ехать.
– Ребята! Давайте на завтра этот визит перенесём. У меня голова разболелась, – предложил я.
– Не-не, – Марат закачал головой. – Мы не экскурсоводы. У нас завтра тоже дела есть. Да, и генерал спросит вечером, как мы тебя развлекали?
Вскоре мы подъехали к воротам учреждения, в которое я совсем недавно так хотел попасть, и так не хотел этого сейчас. Я будто бы понимал, что выйти за эти ворота мне уже не удастся никогда.
Глава 8
Квест?
Мы долго шли по длинному коридору, пока не дошли до кабинета главврача. В коридоре стоял удручающий мерзкий запах мочи и пота.
Марат открыл дверь и, заглянув в кабинет, произнёс:
– Мы прибыли!
– Ждем! Ждём! – навстречу нам вышел мужчина средних лет в дорогом костюме под белым халатом. На его лацкане красовалась небольшая бирка с его именем и должностью:
«Главный врач. Замитдинов Рустем Дамирович».
Он производил впечатление очень приветливого человека, которому можно доверять. Но в глубине души он напоминал мне комического персонажа врача психбольницы из фильма Леонида Гайдая «Кавказская пленница», который тоже был приветлив, но не верил ни одному твоему слову.
– Как и договаривались, Рустем Дамирович, – улыбнулся Марат и подмигнул врачу, протягивая документы, – мы к Вам на экскурсию.
«Зачем он подмигнул?» – раздражённо думал я. – «И так ясно, что на экскурсию! Я же не псих!»
Рустем Дамирович по-хозяйски открыл документы и произнёс, не поднимая глаз:
– Знаю, знаю, мне уже позвонили!
Затем он поднял глаза на моих сопровождающих и произнёс:
– Можете быть свободны, молодые люди. Мы с уважаемым, – он ещё раз посмотрел в документы, – Иваном Андреевичем без вас уже закончим.
– Вот и замечательно! – Марат повернулся к дверям и сделал знак головой своему молчаливому коллеге.
Они вышли за дверь. Я с облегчением вздохнул и произнёс, пытаясь наладить контакт с доктором:
– Спасибо, Рустем Дамирович. В компании этих приветливых людей я почему-то чувствовал себя некомфортно.
– Поверьте мне, дорогой Иван Андреевич, как психиатру, психотип этих людей ни у кого не вызывает доверия.
Он широко улыбнулся и предложил мне сесть. Сам расположился напротив и, положив свою руку поверх моей, доверительным тоном произнёс:
– Ну, рассказывайте, как Вы к нам попали?
– Нет, – я аккуратно убрал свою руку. – Вы, наверное, неправильно поняли мой визит. Я писатель и сюда попал на экскурсию, чтобы набрать материал для своей новой книги.
– Ага, – Рустем Дамирович продолжал на меня смотреть с тем же самым доверительным выражение лица.
«Да, он реально считает меня психом!» – подумал я.
Раздражение наполняло меня, но я постарался успокоиться.
– Я писатель, – произнёс я, снова пытаясь расположить к себе доктора, и добавил для убедительности: – популярный. Илай Гатто.
Рустем Дамирович продолжал смотреть на меня, как на пациента. Его довольная физиономия всё больше вызывала во мне раздражение. Я даже поймал себя на желании харкнуть в его довольную рожу и посмотреть, измениться ли её выражение, но вовремя себя сдержал.
– Рассказывайте! Рассказывайте! – попросил доктор.
– Послушайте, уважаемый, у меня была тяжёлая ночь, затем эти два упыря устроили мне «квест» в ментовке, напугав меня до усрачки. Теперь Вы смотрите на меня, как на психа… Я уже ничего не хочу. Отвезите меня в гостиницу. Я собираю вещи и возвращаюсь в Москву.
– Хорошо. Только расскажите мне про свою «тяжёлую ночь». В Вашем деле написано, что этой ночью Вы зарезали своего знакомого охотничьим ножом. Что послужило поводом для столь резкого поступка?
– Да, не резал я никого, – вздохнул я. – Это Мирзагит Закирович так меня разыграл. Типа, квест решил мне устроить. Жив мой знакомый и здоров. Давайте, позвоним ему!
Я достал из кармана телефон, чтобы набрать номер, но доктор проворно выхватил у меня из руки телефон и спрятал его в сейф.
– Телефоны строго запрещены в нашем учреждении. Больные сильно нервничают из-за них. Я верну его Вам после экскурсии.
– Вы меня не поняли. Я уже не хочу Вашей экскурсии, – раздражённо прокричал я. – Верните мне мои вещи, паспорт! И я ухожу.
Доктор снова положил свою руку на мою:
– Успокойтесь! Вас здесь никто не держит. В Вашем деле написано:
«Направлен на психиатрическую экспертизу».
Это документ. И я обязан дать заключение о Вашей вменяемости. Затем провести экскурсию и отправить Вас дальше по Вашему маршруту.
– То есть «квест» не закончится, пока я не пройду его до конца? – спросил я.
– Вы всё правильно понимаете, – улыбнулся доктор и добавил: – Вы же не псих!
– Не псих, – буркнул я в ответ, мысленно проклиная себя за то, что вообще в это ввязался.
– Тогда давайте быстренько закончим с формальностями, и я покажу Вам больницу, познакомлю с коллегами и пациентами.
– Давайте, – согласился я.
Доктор достал из стола небольшую камеру и поставил передо мной.
– Это ещё зачем? – недовольно спросил я.
– Так положено, – ответил Рустем Дамирович. – Для отчётности, что экспертиза была. Если результаты экспертизы кто-то захочет оспорить, то по этой записи мои коллеги будут судить о правильности моих выводов. Но в нашем с Вами случае это чистая формальность.
– Хорошо, – согласился я.
– Как Вас зовут? Сколько Вам лет?
Иван Андреевич Рюмин. 42 года.
– В каком городе проживаете? С кем?
– В Москве. Один.
– Вы в разводе?
– Нет. Я не был женат.
– Внебрачные дети? Родители?
– Детей нет. Родители умерли.
– Одиночество является для Вас обременительным?
– Нет.
– Кем Вы работаете?
Я раздражённо посмотрел на доктора.
– Я помню, но это надо зафиксировать, – объяснил он.
– Я писатель. Пишу под псевдонимом Илай Гатто.
– А почему Вы выбрали такой странный псевдоним?
– Это не я его выбрал. Это мой Голос мне велел, чтобы иметь возможность быть продаваемым за границей.
– Вы слышите голоса? – уточнил доктор.
«Надо же было такое ляпнуть! Они так меня и вправду упекут в психушку», – выругался я про себя, а вслух произнёс:
– Боже упаси! «Голос» – это маркетинговое агентство, которое продвигает мои книги.
Доктор пристально посмотрел мне в глаза:
– То есть голоса Вы не слышите? Они не заставляют Вас совершать какие-то поступки? Они не диктуют Вам Ваши книги?
На этот раз я пристально посмотрел на доктора:
– Нет, конечно. Но почему Вы решили, что мне кто-то диктует мои книги?
– Такое случалось в моей практике.
У меня перехватило дыхание. Он, наверняка, знает того человека, которого я ищу.
– Расскажите мне про эти случаи. Это могло бы мне пригодиться для книги, – попросил я.
– Расскажу, конечно, – согласился Рустем Дамирович. – Но только после всех формальностей.
Он открыл ноутбук, лежащий на его столе, и включил видео.
– Расскажите, что Вы видите?
– Лицо человека вращается. Какая-то маска, – пожал я плечами.
– Вы видите что-то необычное в ней? – спросил доктор.
– Нет, – честно признался я.
– А когда маска поворачивается к Вам тыльной стороной, Вам не кажется, что она выгибается и снова становится лицевой?
– Нет.
– То есть Вы четко видите обратную сторону маски?
– Да.
Этот странный вопрос меня всё больше раздражал.
Главврач оживился. Он что-то нажал на ноутбуке, и передо мной стала крутиться маска какого-то клоуна.
– А теперь Вы тоже видите обратную сторону маски во время вращения?
– Конечно.
Доктор закрыл ноутбук и что-то записал в свой журнал. Затем он поднял на меня глаза и продолжил задавать свои тупые вопросы.
– В детстве у Вас была полноценная семья? Какие были взаимоотношения родителей?
– У меня было счастливое детство со всеми необходимыми атрибутами – любимые родители, велосипед и разбитые коленки…
– Их смерть сильно отразилась на Вашей психике?
– Они умерли около пяти лет назад. Я был достаточно взрослым мальчиком, чтобы пережить их уход.
Доктор снова что-то записал.
– Скажите, – снова произнёс он, – а кем Вы были до того, как стали писателем?
– Алкашом, – честно признался я.
Доктор снова оживился.
– Очень интересно. И где же тот водораздел, который отделяет популярного писателя, фантаста-философа от алкаша?
– Алкаш тоже может быть фантастом-философом, – заметил я. – Вся разница в том, что вряд ли его мысли будут кому-то интересны.
Доктор усмехнулся.
– Ну, не скажите, – ответил он. – У нас тут много философов, мнение которых мне интересно… с профессиональной точки зрения.
– И писатели бывают? – поинтересовался я, пытаясь осторожно перевести разговор на интересующую меня тему.
– О! Ещё какие! – доктор рассмеялся. – Такие романы рассказывали. Всем отделением заслушивались.
– А у меня будет возможность ознакомиться с этими произведениями? А ещё лучше с автором пообщаться.
– Не думаю, – неожиданно став серьёзным, ответил доктор. – Вы мне так и не рассказали свою занимательную историю о том событии, которое перевернуло Вашу жизнь.
Доктор был добр и приветлив, располагая к себе в разговоре, и у меня на мгновение появилось желание рассказать ему свою историю про Голос, который изменил всю мою жизнь, но внутри меня что-то щёлкнуло, запретив мне даже думать о своём невидимом собеседнике.
Я только пожал плечами:
– Да, не было никакой истории. Я с детства любил выдумывать разные сказки. Вот, видимо, и проявилась моя фантазия в книгах.
– А как долго Вы употребляли алкоголь?
– Послушайте, доктор! Я, наверное, неудачно пошутил, что был алкашом. Не думаю, что Вам стоит тратить наше время на эти разговоры.
– Разговоры – это моя работа. Вы же хотели узнать, как живёт наша больница, а работа лечащего персонала – неотъемлемая её часть, – он пристально на меня посмотрел и добавил: – История у Вас была. И, как я полагаю, интересная. Но почему Вы её так скрываете, мне не понятно. Обычно, люди с радостью рассказывают о событиях, повернувших их жизнь к лучшему.
– Вы, наверняка, хороший психиатр, – немного раздражённо произнёс я, – но я не на приёме. Давайте, перейдём к экскурсии.
– Да, – Рустем Дамирович улыбнулся и заглянул в свой журнал, – давайте перейдём к существу. В деле написано, что Вы нанесли своему знакомому16 ударов. Вы помните, как это произошло?
Страх, гнев и отчаяние выбили меня из состояния покоя.
– Я никого не убивал!!! – заорал я, вскочив со стула. – Прекратите свой «квест»!
В кабинет, как по команде, вбежали два человека в форме. Я успел увидеть их лишь боковым зрением, потому что в следующий момент удар в ухо свалил меня с ног. Они что-то кричали, но я не слышал, потому что страшный звон стоял в моей голове. Я пытался закрыть её от града ударов, но они летели по всем частям моего тела. Последнее, что я запомнил, теряя сознание – лёгкую улыбку на лице доктора.
Глава 9
Пациент
Я открыл глаза. Надо мной свисал обшарпанный потолок с отвалившейся местами штукатуркой. Всё тело ныло. Я попытался перевернуться на бок, но привязанные к кровати руки и ноги не дали мне это сделать. Я с трудом повернул свинцовую голову, чтобы осмотреться. Комната три на три. Кафельный пол советского образца, деревянная (белая когда-то) дверь и крашенные в серый цвет стены, с тёмными пятнами от спин, прижимавшихся к ней когда-то пациентов. Рядом с моей кроватью находилась такая же убогая раковина, как и всё вокруг, что я видел. На небольшом окне была решётка. С потолка свисала на витом проводе лампа накаливания, дополняя и без того унылую атмосферу. Напротив меня сидел молодой парень в больничной пижаме и, покачиваясь, смотрел на меня.
– Развяжите меня! – медленно прошептал я.
Мне казалось, что время в моей голове сильно отставало от реального. Язык казался огромным и не поворотливым. Подумав о нём, я увидел фантасмагорическую картину, где мой язык очень быстро вырастает и превращается в огромную слюнявую субстанцию, которая вот-вот меня раздавит.
Увидев, что я пришёл в себя, парень встрепенулся и подбежал к двери:
– Он заговорил! – крикнул он в маленькое окошко на двери.
Вскоре дверь открылась, и в мою палату (или камеру – я не понимал ещё, где я нахожусь) вошёл человек в белом халате в сопровождении двух охранников, лицо одного из которых мне показалось очень знакомым.
– Очнулся? – приветливо произнёс человек в белом халате.
«Видимо, он тоже доктор», – подумал я.
Я кивнул головой. А может быть, мне только казалось, что я это сделал. Голова была очень тяжёлой.
– Мы тебя развяжем, если пообещаешь ни на кого больше не кидаться, – снова произнёс доктор, расстёгивая ремни.
Я снова постарался кивнуть.
– До утра останешься в этой палате, а там придёт дежурный доктор и решит, что с тобой делать.
В голове снова бурлили чувства несправедливости, хотелось кричать, топать ногами, требовать адвоката, но тело было настолько расслабленно, что сил хватило только на то, чтобы отвернуться лицом к стене.
– Антошка даст тебе воды и вынесет утку, когда попросишь. Он у нас сегодня за «смотрящего», – произнёс доктор, выходя из палаты.
Послышалось довольное хихиканье Антошки. Я снова собрался с силами и повернулся на другой бок. Доктор со своими сопровождающими уже вышел. Передо мной сидел псих Антошка и радостно мне улыбался.
– Смотрящий? – медленно ворочая языком, спросил я.
– Я смотрящий! – отозвался Антошка, довольный собой.
– За утками? – снова спросил я.
– Да.
– Головокружительная карьера.
Я попытался сесть на кровати. Спина и плечи сильно болели после побоев, перед глазами всё ходило ходуном, но я понимал, что должен взять своё тело под контроль разума.
– Дай воды! – попросил я.
Антошка протянул мне стакан с грязно-жёлтой, вонючей жижей.
– Что это? – не понял я. – Дай мне воды.
– Это вода, – ответил Антошка.
Я взял в руки стакан и поднёс к губам. Было отвратительно, но пить хотелось неимоверно, и я сделал глоток. Немного придя в себя, я внимательно рассмотрел своего собеседника. Антошка был молодым человеком не более 20 лет от роду, худощавый, сутулый, постоянно двигающийся. Даже сидя, он продолжал раскачиваться, время от времени непроизвольно корча мне рожи.
– Ты давно здесь? – спросил я.
– Не знаю, – ответил Антошка. – Давно, наверное.
– А за что?
– За компьютерные игры.
– Разумно, – согласился я. – Я всегда говорил, что подобные увлечения сводят с ума.
– Серый украл мой «меч могущества», а я ему камнем в голову… Мама сказала, что меня в тюрьму теперь посадят или в больницу не надолго положат.
– То есть украденный чудо-меч против камня ему не помог? Досадно. Китайским, наверное, был этот меч.
Я медленно разминал тело, возвращая его под контроль разума.
– Что мне вкололи? – спросил я. – Я тело своё не чувствую.
– Аминазин. Его всем дают. К утру выйдет, нужно только помочиться побольше. Пей воду!
Я снова взял в руки стакан с бурой жижей, называемой здесь водой, и залпом выпил.
«Что со мной происходит?»
Я пытался собрать мысли воедино и нарисовать картину происходящего, но аминазин в моей крови разрывал все связи между нейронами мозга, превращая меня в то подобие человека, которое сидело напротив меня.
Если это розыгрыш или «квест», как выразился Марат, то это мероприятие явно затянулось, перейдя все человеческие границы. Если был прав Валерий, и мне мстят за моё любопытство, то мне нужно связаться с Москвой, чтобы меня вытащили из этой дыры. Даже если в это втянут сам глава ФСИН Татарстана, он вряд ли будет способен противостоять своим коллегам из федерального центра.
– Отсюда можно позвонить? – спросил я.
– Нет, – Антошка замотал головой. – Даже не думай! Звонить можно только из кабинета Рустема Дамировича.
– Вот именно, – тяжело вздохнул я, вспомнив, что мой телефон со всеми важными для меня номерами хранится именно в его кабинете. – Звонок другу отменяется.
Ситуация была патовой. Здесь меня никто не найдёт, да и искать, собственно, некому. Ни жены, ни детей, друзей тоже нет. Аминазин, в конце концов, сделает своё дело, и я стану существом, не ведущим счёт времени, потерявшим собственное я. Меня стала накрывать паника от осознания безысходности того положения, в котором я оказался.
«Я смогу найти выход!» – успокаивал я себя, глубоко дыша.
– Ты этого хотел? – прозвучал Голос в моей голове.
– Нет, конечно, – произнёс я. – Но что мне теперь делать? Я в панике.
Антошка посмотрел на меня взглядом, как будто он знал, с кем я разговариваю.
– А если я тебе скажу, что выхода нет? – спросил Голос.
– Я не верю тебе! Выход есть всегда. И ты, как никто, это знаешь!
– Я знаю то, что факт общения со мной для тебя – приговор на вечное заточение в этой преисподней.
– Я знаю это, – вздохнул я. – Но без тебя мне отсюда не выбраться. Я никому не скажу о тебе.
– Ты не скажешь, но Антошка уже про меня знает.
Я посмотрел на испуганное лицо молодого человека.
– Но я же не могу его убить!
Антошка упал передо мной на колени:
– Пожалуйста, не слушай его! Не убивай меня! Я никому ничего не расскажу.
– Ты с ума сошёл? – воскликнул я и осёкся. Вряд ли в этом заведении подобные выражения уместны.
– Я не собираюсь никого убивать. Просто брежу немного от лекарства. Успокойся! – попросил я. – Нужно поспать, наверное, чтобы отпустило.
Я лёг на кровать и отвернулся лицом к стене, а Антошка, с опаской поглядывая на меня, снова сел на стул напротив.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?