Читать книгу "Электрик"

Теперь я пробую вторую дверь, проверяю осторожно на открывание, только ничего у меня не выходит. Дверь не двигается ни вперед, от меня. ни назад, в сторону люка.

– Неужели тут есть замок? – заранее расстраиваюсь я.

Пробую сдвинуть дверь за имеющуюся здесь небольшую ручку, она сдвигается вправо на пару десятков сантиметров. Там останавливается и дальше просто распахивается внутрь под моим напором, как самая обычная дверь.

Наверху и внизу есть пазы, в которые она заходит и которые ее держат закрытой – оригинальное решение, никогда такого варианта не видел в прежней жизни. Не каждый непрошенный гость про подобную хитрость догадается, будет тупо биться башкой об пластик.

Мне опять повезло, значит, отсюда кто-то уходил последним, даже не имея возможности закрыть двери на засовы. Или на какой-то специальный замок, принципа действия которого я вообще даже близко могу не понимать.

Никто тут не умер когда-то взаперти, не ждет меня, чтобы выпить жизнь из моего еще здорового и упитанного организма.

За полусдвижной дверью я вижу в свете фонарика довольно большое помещение. Теперь мне становится ясно, здесь кто-то жил или ночевал, есть пара кроватей из того же самого пластика, как-то интересно выплавленного. Сами кровати широкие, два метра на метр, похоже, именно для широких Чертей предназначены. Ничего на них нет, никакого белья, просто только корпусная мебель.

– Маловато здесь мест для размещения как-то, – понимаю я. – Точно здесь не казарма, да и для охраны места как-то немного совсем.

Само помещение довольно большое, однако больше ничего здесь нет, ни стола, ни стульев.

В принципе, если данное место именно под Чертей рассчитано, они спокойно могут здесь спать, чтобы срать и жрать на свежем воздухе. Им тут точно жить не нужно. Да еще сам уровень пластикового помещения явно на много поколений превосходит ту жизнь, которой живут здешние существа.

«А для чего тогда вообще здесь оставили скрытый бункер?» – все еще не понимаю я.

Возможно, конечно, что сами Черти когда-то были очень развитой цивилизацией и оказались обратно на своем первобытном уровне в результате какой-то техногенной катастрофы.

Следующая дверь такого же сдвижного типа, за ней уже видно что-то более интересное. Есть одна такая кровать из пластика, пара кубов-стульев, два стола, в общем, гораздо более обжитое помещение. На столах под толстенным слоем пыли лежат какие-то брошюры и альбомы, все из пластика. Есть еще такой же шкаф и в нем тоже что-то лежит.

Однако, не они привлекают мое внимание. Первым делом я вижу какую-то кабинку, всю собранную тоже из пластика, окутанную толстыми проводами неизвестной мне конструкции. В ней есть кресло, довольно анатомическое, находящееся сейчас в полуразложенном состоянии, в его изголовье находится какой-то шлем, как у нас в парикмахерских стояли раньше для химии.

В шлем заходят несколько ниток проводов, похоже данное место то ли на пыточную камеру, то ли на пост дополненной реальности, еще самих очков виртуальной реальности не хватает.

В торговых центрах такие недавно стали появляться, чтобы играть в разные игры с полным погружением в другую реальность.

Самое интересное после самой кабинки – толстенный кабель, выходящий уже не из плоской пластиковой стены, а из какой-то округлой, матово металлической, разительно отличающейся от всего остального здесь.

Я подхожу к ней, стучу по матовой поверхности кулаком.

Да, это именно металл, однозначно, очень толстый по ощущению от удара. И сама форма стены намекает, что не она сделана под остальной пластик, а именно пластиковые стены пристроены к ней потом.

Мне кажется, здесь находится корпус космического корабля или еще какого-то средства передвижения.

Может даже подводной лодки.

– Ага, подводная лодка в степях Украины!

Тогда становится понятен смысл холма на этом месте, сами каменные стенки, их способность принимать энергию и даже вода, которая течет где-то в районе жертвенного камня после принесения жертвы.

Нужна почему-то энергия ритуальной смерти разумных существ хозяевам данного корабля. Раз за такие жертвоприношения они делятся с аборигенами бесплатной для них водой откуда-то из глубины и позволяют получить инопланетный подарок через имеющийся на вершине кургана портал.

– Во всяком случае, точно нужна была подобная энергия когда-то. Сейчас данное место не производит впечатление хоть немного обжитого, – говорю я вслух.

Везде лежит давно усевшаяся пыль, на всех предметах и на полу. Никто не заходил сюда несколько месяцев или лет, может даже десятков с сотнями лет.

Хотя, где-то в чреве космического корабля в анабиозе сами инопланетяне могут продолжать спать, ожидая пробуждения. Возможно, запланированного, возможно – зависящего от каких-то внешних обстоятельств. Если они там, то моя деятельность здесь тоже не окажется незамеченной, тогда я даже не знаю, чем рискую, появившись здесь без приглашения.

«Впрочем, на поверхности кургана меня тоже ничего хорошего не ждет по определению, – напоминаю я себе. – Выбор у меня очень простой – или выживать там, или попробовать что-то понять здесь!»

Кроме выхода кабеля, больше на металлической стене ничего не видно. Зато место выхода даже не на заклепках, как обычно показывают в фантастических фильмах, принцип крепежа кабеля абсолютно мне не понятен.

Кабель в странной изоляции подходит к какому-то небольшому ящику на самой кабинке, и от него расходится уже несколькими другими проводами.

В основном именно к кабинке, только один уходит куда-то дальше через отверстие в пластиковой стене.

Как раз в сторону жертвенного камня, как мне кажется. Значит, как я справедливо подозревал – вся местная машинерия умеет чисто технологический характер. И жертвенный камень, и каменные стены на вершине холма, образующие выход из портала и принимающие разряды молний.

Местным жителям, конечно, все подается, как какой-то религиозный культ, не зря же они приносят жертвы и молятся по десять минут перед колоннами.

«Интересно, верование касается только племен Чертей, или люди тоже участвуют в подобном процессе? – задумываюсь я. – Если могут сами приносить в жертву тех же Чертей?»

Понятно, что сейчас люди участвуют только, как жертвы, но может раньше тоже привлекались для сооружения данного места.

Подсвечивая себе фонариком, я подхожу к распределительному щитку, осматриваю местные тумблеры. Они сделаны как-то странно, прямо, как такие коротенькие щупальца осьминога, бугристые и неровные.

Трогаю один из них, на кончиках пальцев ощущение толстой резино-пластмассы, явно такое необычное для меня.

Один тумблер поднят наверх, похоже, включен как раз, остальные опущены вниз, значит – выключены сейчас. Или наоборот, конечно, такое тоже возможно, кто его знает, как работает инопланетная мысль в переводе на нашу земную.

Я гляжу на свои часы, я здесь, в подземелье холма, нахожусь и все рассматриваю уже с половину часа. Еще искал вход два часа с половиной, полчаса вырезал почву вокруг входа. Уже заметил, что темнеет здесь быстро и так же быстро светает. Всего чисто ночное время с густой темнотой занимают примерно десять часов по нашим понятиям.

То есть до рассвета у меня осталось примерно шесть часов. Мне необходимо перетащить в темноте все мое трофейное добро из впадины, еще подобрать последние остатки того, что валяется на месте схватки Чертей с рыжей Тварью.

Потом замаскировать сам люк и тогда можно будет наконец завалиться спать. Спать уже очень хочется, кажется, я нахожусь на пределе своих человеческих возможностей.

Одна полубессонная ночь, день под жарким светилом тоже почти без сна, теперь половина ночи сейчас, поэтому – только перенос всего моего добра, маскировка и сразу же спать.

Как хорошо у меня получится все проделать в темноте?

– Ну, что, попробуем переехать на новое место жительства? – говорю я про себя в множественном числе. – Поменяем простую промоину-канаву в голой степи на супертехнологичный лагерь под землей около космического корабля какой-то явно развитой цивилизации? Сделаю серьезный шаг в своем развитии, уверенно поднимусь на следующую ступень бытия.

Воздух, еще раз повторю, здесь сильно затхлый и в нем сейчас мало кислорода, однако, объем самих помещений вполне большой. Если я смогу сделать проветривание в темноте, тогда у меня окажется вполне надежное укрытие от Чертей, от яростного светила на небесах и возможно, от скорой смерти на ритуальном камне.

Похоже, местная степь для самих Чертей – дом родной, значит, обнаружить и изловить меня для них на открытом пространстве не составит никакого труда. Если они просто хотя бы заподозрят о моем присутствии где-то рядом.

Побреду тогда тоже с петлей на шее в свое ужасное новое будущее, как все остальные виденные мною здесь люди.

Глава 5

Приняв решение, я в темпе перетаскиваю воду и лепешки в обнаруженный бункер, оставляю все пока стоять в тамбуре. Пришло время нормально пожрать, теперь я подобный праздник жизни точно уже заслужил.

И еще можно здорово отметить очередное спасение, пусть пока все-таки не окончательное.

С лепешками, мясом и целым бурдюком воды я бы протянул не меньше четырех-пяти дней в степи, но боюсь, что меня стали бы очень сильно искать.

«Хотя, способных к данному делу Чертей осталось в пострадавшем племени не так уж много», – напоминаю себе.

Уже попробовал одну из лепешек разгрызть на ходу и пожалел свои зубы, приличная стоматология мне не скоро здесь попадется. Без воды ее только ножом колоть и пытаться рассосать сухим ртом.

Оставляю в промоине только мясо, завернутое в пакет, развожу маленький костерок в яме из щепок, наколотых и нарезанных с найденных поленьев. Прикрываю пока огонь тем же халатом шамана, пусть немного прокоптится в дыму.

Есть там, где-то в многочисленных заплатках халата, колония сильно кусачих насекомых, не смог я ее обнаружить за световой день, как не ворочал под ярким светилом. Может от дыма хоть ослабеют и разбегутся куда попало за этот час.

Сам халат – мне сейчас необходим, чтобы было на чем спать, хотя на самих пластиковых кроватях можно и без чего-то под собой растянуться. На такой крайний случай, как у меня сейчас реально подошел.

Тем более температура там пока ночью вполне комфортная, только душновато, а у меня имеется много теплой одежды, которую тоже можно приспособить для сна.

Но комфорт в бункере, хоть самый минимальный, мне все равно необходим, не один день здесь собираюсь провести все же.

Обжариваю мясо кусок за куском на длинном кинжале шамана, нарезал специально самыми тонкими пластами. Потом мне надоедает постоянно обжигать ладонь, я вставил толстую щепку в середину ямы, развесил сразу половину всего мяса на ней.

– Пусть подгорит местами, мне все вкуснее будет.

Разложил халат-малахай вокруг костра так, чтобы шел постоянный поддув воздуха к нему. Пока есть несколько часов спасительной темноты, отправился еще раз обыскать место эпической битвы шестиногого пришельца в здешний мир с его коренными обитателями.

Ничего интересного больше не нашел, кроме пары откинутых в сторону поленьев и завязал с поисками.

Мясо уже хорошо поджарилось и пригорело, пусть с разной степенью прожарки. Ничего, мне сейчас любое сойдет, если оно горячее, а сок течет по очень счастливому лицу попаданца.

«Много раз мне повезло очень сильно за последние полтора суток, вот и теперь появился какой-то шанс выжить сейчас и жить дальше», – понимаю я про себя.

Куда мне нужно шагать по кажущейся бескрайней степи – пока просто не понимаю.

«Наверно, в сторону, куда сейчас едут воевать сами Черти? Только насколько далеко отсюда будущая линия фронта?»

Пока я глотаю подгорелое мясо, тщательно пережевывая, потом снова колю поленья и подкидываю щепки в костер, чтобы еще раз пожарить добычу. Теперь оно будет храниться не под прямыми лучами светила при дневной температуре под плюс тридцать-сорок градусов, а в естественной прохладе пластиковых помещений, расположенных довольно глубоко от поверхности.

Поэтому можно побольше мяска с туши козла нарезать про запас, чем я занимаюсь все оставшееся время.

Пока жарятся вторая и снова срезанная третья порция мяса, я тружусь над маскировкой входа. Когда искал место стыка люка и его притолоки, прорезал метровый по длине кусок почвы, теперь прилаживаю его обратно. Он такой упругий и плотный, не разваливается даже в моих руках комками, похоже, сам бункер автоматически добавляет в землю какие-то присадки, чтобы получить нужный и вязкий состав в результате.

Без него маскировку никак не навести, поэтому с помощью толстых стеблей травы часто пришпиливаю кусок земли прямо к краю почвенного слоя, оставшегося на люке. Как я понял, сама земля, то есть ее плотный слой не просто лежит на люке под действием силы тяжести, еще густо расставленные пластиковые упоры на его поверхности удерживают землю в любом положении люка. Который предусмотрительно не распахивается больше, чем на шестьдесят градусов.

«Ну, все у этих пришельцев здорово продумано, чтобы оставить относительно незаметным место прохода в секретную лабораторию», – констатирую я.

Относительно, конечно, незаметным. Только я уже понимаю, что здесь, около самого кургана, у Чертей не принято особо шляться, кроме, как около жертвенного камня постоять.

«Ну, еще жертву принести и иногда сбегать проверить ловчий портал. А, сигнал же раздается, когда портал срабатывает, я же сам слышал его тогда», – вспоминаю события прошлого дня.

Вот, даже звуковое сопровождение сработавшего портала имеется, явно какая-то интересная технология присутствует. В принципе, если остается кто-то снаружи, тогда замазать щели землей и прикрыть их травой, зеленой или уже высохшей, совсем не сложно.

Только у меня никого нет в помощниках, а вот то интересное обстоятельство, что недалеко отсюда кто-то жарил в яме мясо козла – местные почувствуют быстро. И найдут место готовки так же.

«Что они подумают? Решат, что обнаглевший сбежавший раб или выживший случайно пришелец из портала тут таким образом развлекался? Будут настойчиво искать его по следам и не исключено, что найдут то самое место, где эти следы пропадают? Или станут грешить на другое племя. что это они срезали много мяса и даже пожарили его рядом?»

Натоптано у меня, честно говоря, здесь везде довольно много. Я прошел мимо люка тоже несколько раз, а трофеи с места схватки носил вообще со стороны дороги, как мне было удобнее. То есть намотано следов вокруг кургана немало, попробуй в них реально разберись.

Ну, все равно бегать за километр в сплошной темноте от холма, чтобы себе пожарить мясо, светя под ноги фонариком с теперь очень дефицитными батарейками – так себе идея. Заняться подобным делом в пластиковом подземелье – еще более неудачная мысль.

«В принципе, если бункер оборудован по всем правилам, там должна оказаться принудительная вытяжка, если сразу по трое-четверо посетителей там проживали», – догадываюсь я.

Я пока как-то умудрился пережить сам опаснейший момент прилета, который оказывается – очень стремное приключение для любого несчастного, как уже успел хорошо разглядеть подобное дело из промоины.

Спасла меня от того же почти стопроцентного рабства мгновенно разразившаяся буря с грозой, как я теперь хорошо понимаю. Именно разразившаяся почти мгновенно после случившегося жертвоприношения, признанного всем племенем очень неудачным почему-то.

Почему признанным – в принципе не мое дело, чтобы разбираться в местных суевериях одной сильно отсталой расы.

«То есть просто мое личное очень большое везение, а то бы вытекла из меня жизнь на ритуальном камне. Или, скорее всего, побрел бы с веревкой на шее и грузом на плечах за последней подводой Чертей. Такой крепкий и молодой пленник явно хорошая замена вместо сильно пожилой женщины, которая уже не имеет никакой особой ценности в глазах Чертей», – определенно догадываюсь я про свою возможную судьбу.

«Или тому сильно пожилому мужику, который остался валяться рядом с телом шамана», – вспоминаю пожилого раба.

Продержался первый день на солнцепеке, рискуя, что любой глазастый Черт может заметить мою торчащую из промоины голову.

Раздобыл воду и еду, в основном, конечно, больше на лепешки рассчитываю, чем на мясо. Заслуги моей в подобных трофеях никакой нет, больно уж непростой гость прилетел через портал сюда следующим рейсом.

Постарался, сердечный скорпион-лев, чтобы я смог много чего раздобыть для своего будущего выживания.

– Спасибо, зверюга вида ужасного! Долго ты билась и урона великое множество паскудным Чертям нанесла!

Нашел себе укрытие, могу теперь продержаться здесь с неделю, пока не кончится еда и вода. Остальные проблемы буду решать по мере поступления, теперь мне много всего нашлось, чем можно спокойно заняться.

Закрепив отрезанный кусок почвы, я пару раз проверил, как закрывается люк, аккуратно отодвигая в сторону росшую с краю траву. Пока она полностью не легла в сторону, не мешая закрытию.

– Все, пришло время уйти с поверхности земли, – скомандовал я себе. – И нормально отдохнуть. Задраить люки!

Край светила вот-вот появится, пространство вокруг уже подсвечено лучами из-за горизонта, племя Чертей вернется скоро на место сражения, а я сейчас как раз с их стороны нахожусь.

Закрываю люк и задвигаю все засовы, теперь маскировка или подведет меня, или Черти ничего не заметят.

«Даже, если что-то и заметят, попасть внутрь точно не смогут. Думаю, инопланетный пластик легко переживет даже самый большой костер на месте входа в подземелье», – успокаиваю себя.

Внутри стало серьезно свежее, все помещения по очереди освежились прохладным ночным воздухом.

Я уже попробовал пробить пластик убежища острым ножом шамана – без всякого результата после десятка попыток, даже не смог поцарапать высокотехнологичный материал.

– Сюда Чертям не попасть точно через тот же тамбур, пока я сам его не открою.

Могут, конечно, костер развести на нем, если посмеют так поступить в священном месте. Но вокруг нет леса, только свои запасы палить придется.

***

Да, так все и оказалось по итогу.

Моей маскировки вполне хватило, чтобы никто не заметил вскрытого люка на склоне холма. Не зря я десять минут аккуратно разбирал и убирал траву в сторону, придерживая люк своей головой.

Никто не нашел мое убежище, я смог спокойно заняться изучением временного пункта размещения при инопланетном корабле. Хотя глаза после ночного перекуса жаренным мясом и второй бессонной ночи немилосердно слипаются.

Я не знаю историю холма – почему здесь остался такой корабль, для чего создан временный пункт для какого-то размещения при нем.

Однако пластиковые альбомы уже после короткого сна смогли мне почти все рассказать о назначении данного места.

«Да, просто альбомы с очень примитивными рисунками, которые дают представление, зачем здесь находится сам бункер, пристыкованный к самому кораблю», – наконец-то понимаю я.

От корабля, кроме его металлического бока и выведенного кабеля, я больше ничего в итоге не добился.

Правильно понимаю, что света от фонарей и смартфона мне надолго не хватит, поэтому приходится сразу проверить возможности помещения.

– Если есть тумблеры, значит, они что-то включают. Без какого-то света никто тут жить не стал бы, – говорю себе.

Зато, когда я начал по очереди щелкать тумблерами, похожими на щупальца, первый же из них включил освещение в самой комнате. Я выглянул в предыдущее помещение, и там тоже есть свет. Он появился непонятно откуда, нет никаких светильников или ламп, однако в паре комнат стало совсем светло.

А вот в тамбуре нет, он остался таким же темным ящиком.

И еще, пока открыта сдвижная дверь, люк не получится приподнять никак, засовы остаются на месте, их не сдвинуть, никак не открыть проход.

«Обычная страховка от дурака, – как я понимаю, – чтобы очень простые Черти или местные люди не спалили вход в холм перед невольными свидетелями, открыв залитый светом тамбур посреди темной ночи».

Еще одно вполне понятное решение, у меня даже приподнялось настроение из-за того, что я понимаю смысл поступков устроителей здешнего бункера.

Ну, и они тоже хорошо понимают, какой человеческий или нечеловеческим материал им попадается в руки.

«Если они, такие руки, у них есть», – я что-то после довольно специфических тумблеров-включателей в подобном засомневался.

Да, здесь оказался настоящий бункер, далеко не самый простой, потому что под второй комнатой находится еще одно помещение. Наверняка, там есть проход в корабль и еще много чего, только мне туда никак не попасть.

Нашел вход, когда тщательно осмотрел комнату с кабиной сантиметр за сантиметром, в поисках каких-то секретов или еще чего-то такого.

Обнаружил щели в полу за кабиной, там есть какой-то люк небольшого размера, он даже оказался не застопорен изнутри. Я смог поднять его, вставив свой столярный нож в щель, однако сразу туда не полез, решил сначала разобраться с тумблерами на щитке.

Теперь у меня появился, похоже, неиссякаемый источник света, жить стало гораздо лучше и интереснее. Первое время так точно.

Второй тумблер включил микроклимат в убежище, довольно быстро подуло откуда-то свежим ветерком, воздух явно охлажденный с поверхности планеты, где он еще не прогрелся до высоких температур.

Единственно, что не пахнет ничем, ни травой, ни землей, похоже, постоянно проходит какую-то очистку и полную фильтрацию.

И, что самое главное, над щитком появилось табло температуры. Что оно обозначает – вполне понятно, есть возможность при контакте пальца с поверхностью шкалы поднять или понизить температуру в помещениях, следуя по обозначенной линии.

«Технологии впечатляют. Впрочем, чего еще ожидать от существ, давно научившихся летать между мирами», – говорю себе я.

В то, что они прилетели из соседней страны или материка, я как-то сразу не поверил, не может быть такой разницы в уровнях развития на одной планете.

Так же довольно просто понять принцип работы табло, расположено оно как раз на уровне груди для меня и тех же Чертей. Поэтому я немного поиграл с ним и выбрал оптимальное для меня сейчас значение температуры. Если немного замерзну, просто подниму его.

Третий тумблер включил мне воду и канализацию, где-то за пластиковой обшивкой бункера сразу же зажужжал насос

С водой все понятно, она здесь необходима для проживания, а вот появившийся из стены в первой комнате предмет, похожий на квадратный пластиковый унитаз, меня реально поразил.

Раковина с одним краном странной, нечеловеческой прямо конструкции появилась тоже просто из стены, а квадратный ящик для отправления естественных надобностей выглядит достаточно отстало по сравнению с нашими белоснежными фаянсовыми конями.

Над краном есть один тумблер, нажимаешь и вода льется с минуту несильной струей, потом перестает.

Над унитазом тоже есть такой, только никакая вода не смывает отходы жизнедеятельности. Их очищение производится на каком-то совсем другом технологическом принципе. Просто все пропадает и ничем потом не пахнет.

– Еще из интересного, дверь из первой комнаты во вторую закрывается автоматически, как только присядешь на унитаз. И открывается потом после активной продувки помещения свежим воздухом.

Похоже, носы пришельцев, хоть они и могут сами существовать в местной атмосфере, не желают нюхать, что им там навалят крупными кучами отнюдь не чистоплотные туземцы.

«Ну, имеют такое право, раз уж озаботились принудительным закрыванием двери», – понимаю я.

То есть жить в убежище вполне можно, с водой теперь проблем нет, как с самим отправлением естественных надобностей. Спать тоже получается вполне комфортно, хотя нормальные подушку и матрас мои вещи с прокопченным халатом точно мне не заменили.

«Ну, что же, сидеть в надежном, крайне технологичном укрытии посреди местного, явно первобытного, непонятного, страшного мира – мой максимально достигнутый сейчас результат», – признаю я.

– И так прыгнул со своей интуицией выше головы на пару сотен метров, подобное нужно признать с большим облегчением. не запаниковал, выдержал, додумался и смог решить первую задачу – найти убежище в правильном месте! – говорю себе с заметной гордостью. – Не какой-то спецназер или крутой мочитель. Просто самый обычный электрик из самого обычного ЖЭКа! Решил крутую головоломку, теперь продолжаю жить и радоваться сохраненной жизни!

Зато я смог целиком помыться, жаль, что шмотки простирать не с чем, да и сушить негде. Вода с пола под раковиной пропадает сама, не сразу, а постепенно впитывается в пол.

Тоже интересное такое явление, очень уж тут все продумано. Хотелось бы посмотреть на этих самых инопланетян, насколько они близки к нам физиологически, чтобы грамотно разбираться в подобных бытовых вещах. Или просто знают, что требуется таким, как мы, самым простым гуманоидам для нормальной жизни.

Четвертый тумблер включил саму кабину, она загудела, на стене около ее появилось тоже похожее табло, так что управлять работой кабины можно вполне из нее самой.

Энергия на ней подается, техника даже какое-то время прогревается, гудит немного, потом замолкает и раздается звуковой сигнал готовности кабины к эксплуатации.

– Готовности к чему, вы спросите?

На такой закономерный вопрос дают ответы именно пластиковые журналы, которыми я занялся после сна.

Но про них потом, сначала я смог сдвинуть с сторону люк, ведущий на нижний этаж. При повороте вбок он как-то приподнялся и заехал на пол целиком. Похоже, снизу он тоже блокируется, однако в этот раз оказался не заблокирован.

Все говорит о том, что сам бункер служит еще замаскированным выходом из звездолета, раз уж его спрятали в подобном кургане.

Размер отверстия в полу примерно двадцать сантиметров в диаметре, поэтому я подумал, что здесь расположено просто какое-то технологическое отверстие. Потом включил фонарик и в темноте нижнего помещения рассмотрел пластиковую лестницу, ведущую от люка вниз к полу.

– Охренеть, получается, такой настоящий проход для инопланетян из нижнего бункера. Наверно, так они выбираются отсюда на улицу. Может, конечно, из корабля есть еще другие выходы на белый свет. Только данный люк тоже можно использовать для такого дела, – говорю я себе.

Рассмотреть нижнее помещение так просто не получится, высота ограничителя позволит рассмотреть только пол именно под люком и больше ничего. И часть пластиковой лестницы под ним.

У меня, как у хорошего электрика, есть зеркало на телескопической ручке, чтобы рассматривать труднодоступные для рук и инструментов места. Как раз такое, которое используют гаишники, чтобы проверять номера двигателей машин.

Вот и я выдвинул его вниз, пустил на него луч от фонаря и некоторое время молча рассматриваю комнату.

Ну, очень много чего непонятного видно в маленькое зеркальце, помещение довольно большое и еще местный климат-контроль здесь выдает гораздо более холодную температуру, чем наверху.

Ее я чувствую своей опущенной вниз рукой, инопланетяне явно любят сильно похолоднее.

Еще куча всякой техники и аппаратуры, изначально непонятной для меня. Рассмотреть все подобное в маленьком зеркальце сложно, да и не имеет оно пока ко мне никакого отношения, чтобы так ломать голову.

«Понятно, что здесь расположен внешний выносной пульт управления кораблем и бункером», – вот и все, что мне нужно знать.

Что там с проходом в корабль – мне не видно, разные предметы закрывают обзор с той стороны.

Еще меня удивило, что нигде нет кровати или чего-то на нее похожего. Впрочем, учитывая размер лаза для пришельцев, сам кусок пластиковой трубы длиной в тридцать сантиметров и диаметром примерно в двадцать, похоже, что спать они могут на любой плоской поверхности.

«Или им вообще сон не требуется, раз они не привычные гуманоиды?»

«Или такие крошечные человечки?»

Да и ладно, их тут нет, а если вылезут из анабиоза из-за моего появления, тогда меня сурово отшлепают.

Если еще и жить к себе потом заберут, тогда можно здорово порадоваться.

Еще меня невероятно поразили начинающие работать экранами после попадания них луча света от фонарика стены нижнего бункера. Прямо натурально начинают показывать все, что творится вокруг, в шикарном Full HD качестве.

Похоже, что реагируют на свет или даже на пристальный взгляд, ну, очень такие крутые устройства.

Прямо каждую травинку видно на экране-стене, камеры расположены где-то немного выше уровня площадки и показывают все, что происходит с четырех сторон. Наверняка, если посветить на потолок, там тоже окажется вид на площадку сверху. Только мне потолок не рассмотреть никак со своим приспособлением, хорошо хоть до стен могу как-то дотянуться.

Зато я теперь при определенных усилиях могу внимательно рассмотреть, что творится рядом с холмом, уже случайно перед Чертями из люка ни за что не вылезу.

Как раз успел увидеть в одном из экранов, как племя, потерявшее вечером половину своих воинов, вернулось на место схватки. Как они размахивали лапами в негодовании около хорошо освежеванного козла, даже навернули пару кругов вокруг на большом расстоянии от холма. Искали грабителя, но не слишком долго, потом быстро уехали за горизонт.

Потом я внимательно осмотрел, уже после долгого, полноценного, восьмичасового сна, еще раз все помещения, пообедал сухой лепешкой, размочив ее в воде и приступил к изучению альбомов.