Читать книгу "Маг 11"

Глава 4

Поздно вечером я сквозь сон слышу, как тихонько ругается пришедшая Грита, бормоча себе под нос про неправильных мужиков. Которые свою жопу не поднимут, чтобы встретить красивую девушку, которой приходится идти по темным улицам домой в одиночестве. И которой стало почему-то страшно.

Я только повернулся на другой бок, успев подумать, что где-то такое уже слышал:

«Знала бы ты, моя милая, сколько я сегодня дел переделал… Сколько людей и нелюдей перебил, своими руками перерезал, так поняла бы, где по-настоящему страшно было».

Милая, желая меня конкретно так наказать, ушла спать в свою комнату, насколько я понял, сразу же засыпая. Да еще моей дверью хлопнула нахально, разбудив наверняка хозяев квартиры.

Однако утром все же обнаружилась безмятежно дрыхнущей в моей кровати, привычно-настойчиво толкаясь со мной за свободное пространство. Наверно, ночью стало все равно страшно и скучно, вот поэтому перебежала на уже привычное место.

Пришлось ей уступить площадь и, одевшись, отправиться на завтрак, где меня уже ждет Трон.

– Доброе утро, хозяева. Трон, как дела в мастерской? – я пододвинул к себе миску с жареной кашей и долго слушаю рассказ о наших достижениях.

– Работаем, арбалеты выдаем, в Гвардии один наш завернули обратно, лук вырвало от слабого крепления, сейчас на новое ложе переставляем. Вчера приняли два заказа на подводы, Крип за голову хватается, места в сарае не хватает, хочет арбалеты подвинуть.

«Ну, все обстоит именно так, как я и ожидал», – вспоминаю я.

Как в тот раз, но отличия большие тоже имеются. Ведь четыре месяца запаса по времени позволили мне более качественно перевести экономику мастерской на новые технологии. Самое главное, именно сейчас есть запас по сданным арбалетам и время произвести еще вообще без особой нервотрепки.

Брака у нас очень мало, почти все с первого раза проходят проверку у спецов Гвардии. Крип тоже правильно понимает, на какие моменты стоит обращать внимание, и не пропускает мимо сомнительные варианты.

– Да, самое главное, – весело вспоминает Трон. – От конкурента пришли двое мастеров, хотят узнать условия, если перейдут к нам работать.

Вот хорошая новость, поэтому я сразу интересуюсь:

– А как Крип относится к такому?

– Да как-то не очень, опасается серьезно, что они посланы, чтобы наши секреты подсмотреть. Да ведь еще места для них нет в мастерской.

Понятно, с одной стороны, опасение правильное, но упускать перебежчиков тоже нельзя, особенно сейчас.

«На таких новостях стоит правильно дожать Ольса, обязательно требуется дожать», – решаю я.

Даже если они шпионы, то можно пока их определить на самую начальную низовую работу, без особенного доступа к нашим технологиям. Платить больше не за сделанное, а на перспективу будущего захвата мастерской Ольса.

Только Крип до настолько хитрого шага никогда не додумается, слишком он простой мужик. Нет в нем деловой изворотливости, и просто хоть немного блефовать он не умеет. Главное сейчас – чтобы перебежчики к своему прежнему хозяину не вернулись, можно легко в минус на один-два тайлера уйти.

Тогда через месяц Ольс согласится на любые условия, когда останется с одним работником, а то и вообще совсем один-одинешенек будет сидеть в своем сарае, уныло глядя по сторонам.

С нашими арбалетами и прибылью с них мы можем годами держать не особо нужных людей, не разоримся точно.

– Когда Крип сказал мужикам за ответом прийти?

– Сегодня к обеду, хочет тебя дождаться.

– Понятно. Все правильно делает, – похвалил я компаньона.

Теперь нужно обязательно на работу выйти, только рабочую одежду просмотреть, нет ли следов крови где. И обувку выкинуть так, чтобы никто не нашел.

Съел даже порцию Гриты, своей любимице Клоя и так еще раз приготовит, еще вкуснее и свежее. Когда милая соизволит все-таки проснуться.

За комнату девушка платит теперь сама и за стол тоже, только обедает и ужинает в трактире. Сейчас ее личные доходы хорошо выросли, предложение хозяина «Лисы и Журавля», чтобы она только в его трактире выступала, весомо так повыше прежней ставки. Грита уже зарабатывает пять-шесть данов за каждое выступление и еще получает прилагающийся ужин.

В общей сложности зарабатывает примерно два тайлера в месяц, очень таким большим деньгам радуется, раньше все больше за ночлег и еду пела. Народу тоже в трактире хорошо прибавилось, именно на бои и музыку все теперь приходят.

Я пока берегу себя от боев в круге за маленькую денежку, ставки только начинают становиться серьезными, а я собираюсь, как тогда, вместе с Гритой снять банк ставок полностью. Ведь кроме наших парней гвардейцев, есть еще в Страже несколько хороших бойцов, да и со стороны умелые люди иногда заходят.

«Ну, не столько умелые, сколько сильные от природы, достаточно корявые, но если попадут метко, то точно очнешься не скоро», – признаю я.

Меня парни все время пытаются вытащить в круг, но я все отнекиваюсь, поэтому теперь мое умение кажется приятелям немного сомнительным. Все знаю и понимаю, сам выступаю тоже Учителем, но не хочу блистать в круге. Они по молодости готовы рубиться за просто так, только из-за удали своей молодецкой. Зато я точно знаю, что на кулаках и по асторским правилам они мне все не соперники, только если чисто случайно повезет кому-то меня зацепить.

Гинс сейчас прямо живет походом в Сатум, договорился на шесть разведчиков, включая меня, и на плату мне, как ценному члену группы, тоже договорился. Берем с собой два арбалета и запас болтов, что намекает на обязательное использование лошади и телеги в вылазке. Ведь носить оружие в тех землях простолюдинам запрещено категорически, можно только в сене на подводе спрятать. Дворяне местные сразу же заметят, у кого какой длинномер или клинок имеется, мимо никогда не проедут, обязательно сурово полюбопытствуют. Деревянные дубинки у простолюдинов, и те разрешены только членам банд, только тем из них, кто деньги для благородного сословия собирает и на своей земле находится.

– Ладно, до нашего похода еще есть время.

Крови немного нашлось на куртке и портах, я застирал ее быстренько в холодной воде, другой тут пока не изобретено, приходится греть для того, чтобы помыться.

«Ничего, вот разберусь с остатками Рыжего клана, схожу в Сатум, а потом начну бани изобретать, да еще с бассейном для всего честного народа Астора» – мечтаю про прекрасное будущее.

Будут называться по имени создателя. Как в том же Риме есть термы Каракаллы, а у нас получится по-простому – бани Прота на века вечные. Придется с дровосеками работать плотно или уголь искать, хотя возить-то все равно подводами придется.

Мы с Троном идем в мастерскую, проходя кузницу Водера, я ожидаю увидеть какую-то суету около заброшенных домов. Но движения вокруг никакого не видно, ни Стражи, ни вообще кого-то другого.

Не нашли еще или уже увезли?

Сам я вообще не смотрю в ту сторону и веду беседу с приятелем, у Водера еще закрыто, как обычно.

Крип и братья с радостью приветствуют меня, похоже, они сами не понимают, что ответить пришедшим перебежчикам от конкурента, поэтому ждут моего мудрого, как всегда, решения. Мы встаем на улице и негромко переговариваемся, я сразу же обозначаю парням стратегию наших действий:

– Нам требуется обязательно пригласить двоих мужиков на работу, не дать им вернуться к Ольсу. Может через месяц все равно придется с ними расстаться, в таком я полагаюсь на ваше мнение. Пока посмотрите, что за люди вообще и как будут работать. Но сейчас требуется обязательно их удержать.

– Так куда их ставить? Места в сарае уже не хватает! – недоумевает Крип.

– Можете поставить на улице, пусть делают первичную обработку.

– И сколько им платить?

– Среднюю плату по городу, – уверенно говорю я.

– Лучше бы мы между собой ее поделили, они нам не нужны, – не соглашается один брат Крипа, немного горячась лишнего.

– Нужны, вы поймите, требуется дать людям поработать один месяц, и у нас, скорее всего, появится место для них, еще кого-то придется набирать. Они собирают подводы уже долгое время, ведь уже почти полностью готовые для нашего дела работники, вопрос теперь только за тем, сколько продержится Ольс. Деньги у нас есть, чтобы купить его мастерскую, теперь очень желательно понизить на нее цену, причем, как можно больше. Вот в чем смысл принятия на работу пары этих мужиков, – терпеливо объясняю я свои планы недалеким ремесленникам.

– Переплатим им пару тайлеров, зато цену на мастерскую скинем на пару десятков. Будем ведь уже не мастерскую покупать с имеющимися работниками, а просто свободный сарай у полностью разорившегося хозяина!

Ладно, пока объясняю парням свои задумки, еще не отдаю жестких команд, обязательных к общему исполнению. Все же они давно работают вместе и являются сердцем нашей мастерской. Ее душой и руками, такое всегда требуется ценить, что я и делаю. Пока время есть лучше спокойно объяснить и настоять, чтобы люди понимали смысл происходящего.

Мы работаем до обеда, потом я переодеваюсь, оставляю рабочую одежду здесь. На тренировку я сегодня не пойду, лучше пропустить ее перед операцией на территории усадьбы. Всякие микротравмы, выбитые пальцы и пострадавшие сухожилия – обычный процесс на подобных занятиях, а я сегодня должен оказаться максимально готов к проникновению в дом, всякой ловкой эквилибристике и безупречному владению своим телом.

«Оденусь во все черное, в ту одежду, которую купил для первого нападения на Рыжих. Вчера я реально оказался уже совсем уставший и неспособный нормально думать. Ведь поперся к усадьбе без лестницы и в обычной светло-серой крестьянской одежде. Даже забыл переодеться, до чего уже мозги не работали от навалившейся усталости», – признаю я.

Сегодня уже отдохнувший, теперь гораздо больше шансов, что проникновение в дом пройдет успешно, на свежую голову и правильные мысли.

В городе начинается большой праздник, работаем поменьше, чем обычно, только до обеда, как здесь принято по таким дням. Я пока забираю легкую лестницу из мастерской, длиной в два метра, из высохшего потемневшего дерева, отношу ее в квартиру, объяснив Крипу, что там требуется что-то поправить.

Наши работники вместе с Крипом и Троном сегодня идут отмечать середину лета в «Жаровню». Я тоже не приглашаю всех своих новых друзей и сотрудников в «Лису», ведь сам буду отсутствовать там половину вечера за столом.

Решил пока не светиться в трактире перед делом, чтобы никто не смог обратить внимание на мое долгое отсутствие в самом трактире, что пришел сначала, а потом надолго пропал. Просто появлюсь после акции и заберу Гриту домой.

«Пора уже трактиру выделять ей охрану, чтобы забирали и приводили туда-обратно! И я не переживал об этом, тем более пусть и не так скоро, но все-таки уеду на долгий срок», – решаю я.

«Поговорю-ка я прямо сейчас с хозяином, когда отнесу лестницу и поставлю ее на входе в квартиру. Лучше бы доставить ее прямо к забору, но пока на улице светло», – начинаю я подготовку.

Ведь заходить во двор с лестницей в руках – значит. сразу признаться в каких-то странных или преступных намерениях.

Во дворе новой квартиры нет постоянного поста из жителей. Впрочем, там и двора-то нормального нет, поэтому народ рассчитывает только на примитивный замок. Я бы не был так в нем уверен, любой парень с нехорошими мыслями легко откроет его через пять минут тренировки.

Мне, конечно, гораздо спокойнее, как раз потому, что поста из мужиков на входе здесь не имеется, никто особо не заметит, с чем я пришел и во сколько ушел.

«Это не в наш бдительный и долго не спящий двор пройти, там никто не останется незамеченным или неопознанным».

Во многом именно из-за такого прохода и местоположения заранее выбрана для покупки квартира в неприметном доме рядом с трактиром. Именно для проведения операции по разграблению усадьбы Рыжих, чтобы спрятать в ней честно изъятые богатейства, которые все равно требуется довольно долго хранить где-то.

Чтобы не бегать по городу с мешком драгоценных камней стоимостью в годовой бюджет Астора, с которого будет капать красноватая жидкость, похожая на кровь.

Хотя я уже, конечно, в курсе, какого цвета окажется вино в бочках, похожее на портвейн или что-то типа хереса. В любом случае благоухать оно будет очень выразительно. Даже в трактире избавиться от запаха окажется невозможно, номер пропахнет весь точно. А все подобное лишняя зацепка для проводящих расследование стражников, которые вдоволь нанюхаются подобного аромата в подвале, созерцая там неподвижные тела Рыжих.

«Ерунда, конечно, какой-то похожий запах, но можно и с ним по уму все заранее порешать. Тем более – ставка крайне высока, в тот раз драгоценности сразу прошли мимо моего носа. Сейчас я смогу их все забрать только себе одному».

Такая мысль очень меня подогревает, ведь городские власти ничего про залежи драгоценных камней в подвале Рыжих не подозревают. Тех самих в живых вообще не останется, так что я смогу наладить постепенно правильную продажу доставшихся сокровищ из пещеры Алладина.

«Тогда только Рыжие из Талака начнут меня искать, очень таинственного, но крайне счастливого нового обладателя огромного запаса драгоценных камней!» – напоминаю я себе.

«Без окончательного решения с талакскими нелюдями никакие камни на рынок Астора выпускать нельзя!» – такое я тоже хорошо понимаю.

«Им хватит одного намека, чтобы плотно заняться мной, отправить сюда десятки наемников и дотянуться в любом случае. Никаких движений с камнями, пока полностью не зачищена поляна в Талаке!» – еще раз напоминаю я себе.

Поэтому я оставляю лестницу в квартире и возвращаюсь в трактир, где наблюдаю из своего окошка пустынный двор усадьбы и все, абсолютно все закрытые ставни на втором и третьем этажах. Те из них, конечно, которые я могу разглядеть со своего наблюдательного поста. Может со стороны ворот что-то и открыто, только разглядеть две стороны дома я не в состоянии отсюда. А специально бегать и заглядывать за забор с другой стороны точно не собираюсь.

Похоже, оставшиеся Рыжие перешли на ужесточенный режим несения службы, позакрывали все окна, упорно сидят в духоте. Нетерпеливо дожидаясь, когда пропавшая с концами процессия своих собратьев все же вернется с похорон.

Наверняка, уже не спали два дня, и до сих пор боятся сомкнуть глаза, чтобы не пропустить возвращения своих в усадьбу.

«Не завидую я им сейчас, – подумалось мне. – Зато скоро страдания и переживания совсем закончатся, тревоги уйдут на второй план, когда я начну заметно шуметь на кухне. Придет к ним сначала безумная ярость, затем Рыжие попадут в мою ловушку и останутся в своем подвале, буквально захлебнувшись в дорогом вине».

Внизу в зале я ловлю хозяина «Лисы» и серьезно разговариваю с ним:

– Уважаемый, пора бы вам озаботиться безопасностью лучшего и самого чистого голоса Астора, то есть пора бы назначить ей охрану. Чтобы приводили из дома и уводили обратно каждый день.

– Я, конечно, за такое дело. Но охрана только по выходным и праздникам работает, – объясняет хозяин и виновато разводит руками.

– Вот-вот, и про данным вопрос тоже стоит заранее подумать. Пора ее постоянно ставить на входе. Публика все более денежная собирается, только ведь, как зайдут сюда свободно дикие лесорубы, узнав, что тут весело и вход свободный.

– И что тогда? – беспокоится хозяин.

– Разнесут пол трактира, и еще сильно уважаемым гостям тогда достанется. Рано или поздно подобное точно случится, если на входе не будет контроль вестись, – уверенно говорю я.

– Так в зале постоянно ваши приятели гвардейцы сидят, они всегда вмешаются, – оправдывается хозяин.

– Ну, для десятка матерых мужиков-лесорубов – какие-то там гвардейцы не в очень большом авторитете, да еще дел они и так успеют натворить. Выкинуть таких здоровяков так просто не получится, будут перевернутые столы и сильно помятые гости, в общем, большой конфуз случится. Так что, вот вам мой совет – проблемы потребно отсекать еще на входе. Гораздо проще сразу не пустить опасных гостей, чем потом их вытаскивать, когда они напьются до потери человеческого облика и устроят страшную драку. А приятели мои днем и утром на службе, только вечером появляются здесь, они не могут за всем уследить.

Вижу, что хозяин задумался, поблагодарил за совет и пошел додумывать мои слова. Мужик он не глупый, ситуацию ему я нарисовал, пусть теперь сам решает.

Я пообедал со своей подругой, которая еще на меня дуется, и рассказал о своих словах хозяину.

– И что? Ты вообще не собираешься меня встречать? – тут же зашипела милая злюка, пронзая своими синими глазами мою невозмутимую ауру.

– Я скоро уеду на целый месяц, может немного поменьше. По секретному заданию города и Ратуши, так что защитить тебя не смогу. Парни, конечно, в трактире тебя в обиду никому не дадут, – тут я кивнул в сторону стола, за которым обычно сидят гвардейцы. – Только по дороге всякое может случиться. Поэтому требуй охрану у хозяина, чтобы пара охранников встречали во дворе перед выступлением и обязательно провожали вечером обратно.

Грита задумалась и, видя мою заботу о себе, такой красивой и необыкновенной, подобрела серьезно ко мне. Повалялись после обеда в кровати, потом милая уснула, и я с ней тоже, чтобы силенок накопить на вечер.

Собрался заново, продумав все варианты, темную одежду и пару обуви запихнул в мешок, переоденусь и переобуюсь на квартире, как стемнеет на улице.

Потом проводил Гриту до работы и, сославшись на дела, не стал ужинать, чтобы идти на дело и лезть в усадьбу на пустой желудок. Как реальный профи по такой теме с воровством и прочими нехорошими вещами прямо уже стал, поднабрался мудрости в Гильдии и в прошлой опасной жизни.

Наших в трактире еще нет, и это даже хорошо. Тогда не придется удивлять их своим отсутствием под странным предлогом, что мне почему-то требуется поработать вечером праздничного дня.

«Работа – работе рознь! За такую плату мало кто устоит перед соблазном!» – усмехаюсь я.

На улице уже темнеет, народ валит валом в трактир, все такие довольные от того, что хорошо встречают праздник. Настрадались в годы Беды в степях без веселья и пива, отродясь в степи не употребляемого, теперь веселятся, как в последний раз.

Зашел во двор и на квартире переоделся, распихал по карманам камни-светильники, нацепил мешок с Палантиром. Он мне не для Рыжих в доме нужен, там моего потенциала за глаза хватит. Просто заготовка на всякий случай, если что-то пойдет не так, если придется прорываться с боем из дома или даже из самого города. Для такого же варианта и маска припасена, чтобы лицо свое мужественное понапрасну не светить. Вторая пара обуви в мешок тоже положена, чтобы потом переодеться, если намочу в сладком вине мокасины гильдейские.

А то после возвращения из усадьбы в двор трактира, да еще по темноте, не разглядев оставляемые следы, могу привести утром стражников до квартиры, где деньги лежат.

«Все, пора выдвигаться, на улице совсем темно, скоро Грита начнет концерт и время пойдет», – правильно понимаю я.

Сам выхожу с лестницей на темную улицу, подхожу к воротам на входе во двор и жду, пока охранники с улицы перед трактиром, услышав, что концерт уже начинается, зайдут внутрь. От входа в трактир до ворот во двор всего метров тридцать, поэтому можно еще рассмотреть, как кто-то очень коварно проникает на охраняемую территорию.

Опускаю маску на лицо и умелым движением поднимаю засов на калитке ворот, проскальзываю внутрь, сразу же иду к забору, пользуясь полной темнотой вокруг. Прислоняю лестницу к каменной стене и слушаю, не осталось ли кого в номерах?

«Все ли спустились вниз, заслышав серебряный голос моей подруги?»

Перелезаю через забор, перекидываю лестницу на другую сторону, не особо опасаясь всяких ловушек. В тот раз ничего про них мне Шидер не рассказал, а они тогда весь двор железными прутами прощупали, пытаясь еще какой-то тайник Рыжих найти. Если бы там что-то было, так я бы самый первый от него узнал.

Через несколько минут лестница уже приставлена к стене дома под прикрытой форточкой, длинной и достаточно широкой, чтобы изловчившись, как-то пролезть внутрь.

Сзади за моей спиной глухая стена соседнего дома, поэтому заметить, если мне особенно не повезет, меня можно только из нескольких номеров в трактире. Которые я проверяю умением поиска еще раз с лестницы и убеждаюсь, что свидетелей пока нет.

Теперь я не начинающий Маг, как в прошлый раз, сила моя в несколько раз увеличилась, все быстро могу проверить.

Я подсовываю клинок кинжала под замок приоткрытой форточки, через минуту осторожного давления убираю собачку, придерживающую форточку в откинутом положении. Осторожно опускаю ее на шкаф и просовываю голову внутрь, пытаясь определить, нет ли на кухне засады.

Несколько мгновений, когда я начну протискиваться боком в форточку, я окажусь в очень уязвимом положении. Поэтому очень старательно проверяю кухню и с облегчением понимаю, что здесь пусто, а путь к чужому богатству полностью свободен.

«Отлично. Все пока идет по намеченному плану», – я начинаю пролезать внутрь дома, оставив лестницу внизу и пропихнув вперед свой мешок.