Книга: Гарпии - Иоанна Хмелевская

. В целом книга представляет из себя посредственный ромком с невнятным детективным сюжетом.

Поскольку все-таки любимый жанр автора – детектив, то есть и детективная линия. Приезжая богатая американская крестная вернулась на землю предков, но земля эта оказалась неприветливой и старушка приказала долго жить… Правда перед этим довела до белого каления всех трех теток, доказав, что на каждую … ммм… ну в общем, на каждую гарпию найдется своя супергарпия.

А дальше совершенно в хмелевском стиле начинается полицейское расследование. С удивительно мягкими интеллигентными полицейскими, отступающими в ужасе перед теткиным напором. Смешно, но это просто фирменная авторская черта, которая кочует из романа в роман – доблестная смирная польская полиция не способна противостоять активным героиням Хмелевской ( я уж не говорю про знаменитую скалку!). Вообще типичных авторских штампов многовато. И это не на пользу роману. Вот, например, любимый прием – бабуля сообщила, что ей надо в ванную, где она намерена выпукаться. И много-много страниц герои громко и искренне недоумевают, что это за потребность организма такая, что ей необходимо выпукаться, и обязательно в ванной, и об этом пишут в записках друзьям и друзья тоже помирают от незатейливого юмора. Позже этот прием подхватит Дарья Донцова, ее любимая дура Даша обожает прицепиться к оговорке и полкниги обсуждать, «нет, что конкретно ты имела в виду?». Вообще многословие роману не на пользу, сюжет пробуксовывает, зависает на одном месте, уже давно надо начать двигаться дальше, а тетки все еще препираются, полиция все еще пытается вставить вопрос в их перепалку, время идет и читателю уже все ясно, а герои все еще тянут кота за хвост.

В общем, к концу явно заметно снижение качества романа

"Гарпии" - почти классическая история Золушки. Сиротка Дорота живет с двумя тетками, которых про себя именно так называет. Почему гарпии? В древнегреческой мифологии это одни из самых отвратительных персонажей: полуженщины, полуптицы с крыльями и лапами грифа, но с человеческой головой и грудью. Внезапно налетают, наводят ужас, крадут детей и человеческие души. И, принимая во внимание особенности произношения, начальное "г" должно бы звучать, как фрикативное, ближе к "х". А все-таки, почему гарпии?

Потому что, не сумев реализоваться в собственной жизни и поставив на себе крест, дамы обратили весь наличный запас интереса в сторону вверенной их заботам племянницы. Внимание которого никто не назвал бы доброжелательным - да попросту сжирают девчонку, чисто гарпии. А девушка хороша, мало что красавица и умница (шутка ли, четырнадцать языков изучить!) так еще и самостоятельна - зарабатывает на свои нужды переводами. Им бы гордиться, дурищам, а они только и озабочены тем, как половчее заесть век Доротки. И вдруг!

Не говорила ли я вначале, что это история Золушки? Так вот, внезапно появляется Фея-Крестная, да нет, не из облака сверкающей пыльцы, а из Америки. И крестная она, если быть совсем точной. не Дороткина, а ее мамы. Но так или иначе, бодрая эксцентричная пани Ванда, которую никто не рискнет назвать старушкой, несмотря на ее законные восемьдесят, летит с целью осчастливить никогда прежде не виданную дочь крестницы многими миллионами долларов. Ах, за что я люблю Хмелевскую - за то, что самые абсурдные ситуации в ее исполнении выглядят возможными и верится, что все мы будем счастливы, когда-нибудь, Бог даст...

Ну, то есть, не такой ценой. Потому что, едва успев написать завещание, американская крестная умирает. Не своей смертью. Мы как-бы скорбим, но ведь, положа руку на сердце, никто и привязаться не успел к странной даме. А вот что станется с ее миллионами и бриллиантами - тема куда более животрепещущая. Я с удовольствием вспомнила эту очаровательную повесть, прослушав аудиоверсию. Вы неподражаемы, пани Иоанна и никуда не ушли, вы с нами, спасибо вам за все.

Я сразу поняла, что в этой повести нет смысла ковыряться в сюжете и вдумываться в образы персонажей. То, что захватывает - это атмосфера, действо (а не сюжет), тон, отвлечения рассказчицы на все на свете, включая себя, любимую, и его (свеже любимого). Атмосфера ироничная, атмосфера самоироничная, атмосфера веселая, причем по-старинному, по-социалистически веселая.

Из Америки после шестидесяти лет отсутствия вернулась в Польшу древняя старушка. Привезла с собой отличное здоровье, безоблачное настроение и сорок миллионов долларов. У трапа ее встречала внучатая племянница и таксист, который привез эту племянницу в аэропорт. Первый день ушел у старушки на восхищение всем польским, второй - на составление завещания, ну а третьего дня не наступило.

Как ни поразительно, детективная составляющая в этой повести тоже вполне осмысленная и даже интересная. Преступник разоблачен неунывающим милиционером, добро торжествует, зло наказано, сорок миллионов благополучно распределяются между оставшимися на свободе родственниками.

Книга так и просится на экран. Я почему-то, когда читала реплики племянницы, не могла отделаться от голоса Татьяны Лазаревой. Помните, много лет назад была такая ведущая на СТС? А таксиста я бы отдала играть Михаилу Шацу, человеку, не чужому Тане Лазаревой.

Говорят, Хмелевскую читают женщины, но эту повесть я бы рекомендовала и мужчинам. Детектив крепкий, солидный такой. При этом, дамы, тут хватает и легкомысленной болтовни ни о чем!

Говорят также, что мода на Хмелевскую прошла и уже не вернется. А жаль, мне очень нравится!