![](/books_files/covers/thumbs_240/pravovoe-regulirovanie-lizinga-nedvizhimosti-v-rossiyskoy-federacii-monografiya-75206.jpg)
Автор книги: Ирина Кабанова
Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
За время, прошедшее с момента принятия Указа № 1929, термин «лизинг» закрепился как в российских нормативных актах, так и в деловой практике. Однако в правовых актах подчас происходит смешение понятий, и рассматриваемые отношения, а также договор, их опосредующий, именуются: «лизинг», «финансовая аренда», «финансовая аренда (лизинг)».
Слово «leasing» появилось в английском языке как производное от слова lease, которое переводится как «аренда», «наем»[25]25
новый англо-русский словарь / Под ред. проф. В.К. Мюллера. М., 1998. с. 414.
[Закрыть]. В русском языке термин «лизинг» возник даже не как перевод иностранного понятия, а как транскрипция, написанная русскими буквами, для обозначения нового для отечественной деловой практики явления.
В результате термин получил множество значений. Лизинг воспринимается и как соответствующая система экономических отношений, и как договор, опосредующий эти отношения. Не добавил ясности и отечественный законодатель, введя понятие «финансовая аренда» в качестве синонимичного понятию «лизинг» в ГК РФ и Закон о лизинге. Термин «финансовый лизинг» использовался в первых официальных документах, посвященных лизингу, а также в первоначальном тексте Закона «О лизинге».
Нет и единых международных понятий «лизинг», «финансовый лизинг», «финансовая аренда»[26]26
См.: ЮсеваЮ.В. Понятие финансовой аренды и ее регулирование в международном частном праве. // Актуальные проблемы гражданского права: сборник статей. Вып. 5 / Под ред. В.В. Витрянского. М., 2002. с. 485.
[Закрыть]. Англоязычный вариант Конвенции УНИДРУА «О международном финансовом лизинге» оперирует словосочетанием «financial leasing», но стороны договора лизинга названы «lessor» и «lessee», что на русский язык можно перевести и как лизингодатель – лизингополучатель и как арендодатель – арендатор соответственно.
Нормы ГК РФ базируются на положениях Оттавской конвенции, в которой закреплен только один из видов лизинга, известных англо-американскому праву, а именно финансовый лизинг.
При включении в ГК РФ норм о лизинге отечественный законодатель решил превратить словосочетание «финансовый лизинг» в «финансовую аренду», которое и должно характеризовать российское понимание лизинга. Поэтому согласно нормам российского права лизинг может быть только финансовым по терминологии Оттавской конвенции.
Понятие «финансовая аренда» используется в Международном стандарте бухгалтерского учета IAS 17 (Международный стандарт финансовой отчетности (МСФО) 17 «Аренда»), выпущенном Комитетом по Международным стандартам бухгалтерского учета в сентябре 1982 г[27]27
Leasing finance. Euromoney Publications, 1985.
[Закрыть]. Согласно этому стандарту, правила учета арендных операций определяются экономическим содержанием сделки, что приводит к необходимости рассматривать два основных вида аренды:
• финансовая аренда (практически все риски и преимущества собственника переходят к арендатору, который отражает аренду в балансе как актив и как обязательство по выплате будущих арендных платежей);
• оперативная аренда.
Федеральным законом от 27.07.2010 г. № 208-ФЗ «О консолидированной финансовой отчетности»[28]28
сЗ рф. 02.08.2010. № 31. ст. 4177.
[Закрыть] вводятся новые требования к составлению, представлению и публикации консолидированной бухгалтерской отчетности, которую теперь в соответствии с МСФО обязаны составлять кредитные и страховые организации, иные организации, ценные бумаги которых допущены к обращению на торгах фондовых бирж и (или) иных организаторов торговли на рынке ценных бумаг, а также иные юридические лица в случаях, установленных законом либо учредительными документами. Но российские правила учета не предусматривают классификацию аренды по экономическому содержанию сделки. Для целей бухгалтерского учета выделяются:
• финансовая аренда (лизинг), порядок учета которой установлен Приказом Минфина России от 17.02.1997 г. № 15 «Об отражении в бухгалтерском учете операций по договору лизинга» (Применяется в настоящее время с учетом действующего Плана счетов и Инструкции по его применению[29]29
См.: Приказ Минфина рф от 07.05.2003 г. № 38н // финансовая газета. № 22. 2003 г. Приказ Минфина рф от 18.09.2006 г. № 115н // финансовая газета. № 46. 2006 г.
[Закрыть]);
• аренда, кроме финансовой, порядок учета которой не установлен отдельным документом, а осуществляется в соответствии с Положением по бухгалтерскому учету «Доходы организации» (ПБУ 9/99), утвержденным Приказом Минфина России от 06.05.1999 г. № 32н (ред. от 27.11.2006 г.[30]30
российская газета, № 116, 22.06.1999. № 117. 23.06.1999.
[Закрыть]), и Положением по бухгалтерскому учету «Расходы организации» (ПБУ 10/99), утвержденным Приказом Минфина России от 06.05.1999 г. № 33н (ред. от 27.11.2006 г.[31]31
российская газета, № 116, 22.06.1999. № 117. 23.06.1999.
[Закрыть]).
Таким образом, употребление терминов «финансовая» и «оперативная» аренда, которые в некоторых случаях не совсем верно переводят как «финансовый» либо «оперативный» лизинг, связано с правилами бухучета, а не с правовой характеристикой сделки. С признанием лизинга в бухгалтерском учете была реализована идея преимущества экономической сущности сделки над ее правовой формой. Это потребовало переосмысления традиционного представления о том, что имущество может отражаться только в финансовой отчетности собственника, а лицо, не являющееся собственником, не вправе отражать его в своей отчетности. В связи с этим следует отметить подход Закона о лизинге, ст. 31 которого позволяет учитывать предмет лизинга как на балансе лизингодателя, так и на балансе лизингополучателя в зависимости от договоренности между контрагентами.
Е.В. Кабатова обращает внимание на тот факт, что ГК РФ и Закон о лизинге используют различную терминологию для обозначения сторон договора: «В ГК РФ это арендодатель и арендатор, а в Законе о лизинге лизингодатель и лизингополучатель. Третий участник лизинга в обоих документах определяется одинаково – продавец»[32]32
Кабатова Е.В. От лизинга национального к лизингу международному // развивая идеи Августа рубанова. Человек и его время: Жизнь и работа Августа рубанова / сост. и отв. ред. О.А. Хазова. М., 2006. с. 287.
[Закрыть]. Это различие, отражающее отношение к правовой природе лизинга, носит концептуальный характер, т. к. если в соответствии с ГК РФ лизинг является разновидностью аренды, то в Законе лизинг рассматривается как особый вид инвестиционной деятельности. На том, что Закон о лизинге регламентирует лизинг, в основном, как форму инвестиций в средства производства настаивает в диссертационном исследовании Ю.Н. Кашеварова[33]33
См.: Кашеварова Ю.Н. финансовая аренда как форма инвестиций: Авто-реф… дисс. канд. юрид. наук. М., 2008. с. 15–16.
[Закрыть].
Правовое положение лизингодателя и лизингополучателя действительно существенно отличается от правового положения арендодателя и арендатора, поэтому для обозначения сторон договора лизинга рекомендуется использовать только термины «лизингодатель» и «лизингополучатель», избегая названий «арендодатель» и «арендатор», а учитывая значительную разницу в юридической природе лизинга и аренды, предлагается отказаться от термина «финансовая аренда» и ввести употребление термина «лизинг».
Правовой формой существования экономического лизингового отношения, имеющего своим объектом недвижимость, выступает договор лизинга недвижимости, заключенный между лизингодателем (лицом, осуществляющим лизинговую деятельность) и лизингополучателем, и договор о приобретении предмета лизинга в собственность, заключенный между лизингодателем и его контрагентом, которым, помимо продавца предмета лизинга, может быть иное лицо, обладающее правом собственности на предмет лизинга или создающее предмет лизинга для лизингодателя. Наряду с договором купли-продажи, который установлен в российском законодательстве как единственный договор, на основании которого лизингодатель вправе приобрести предмет лизинга в собственность (п. 2 ст. 15 Закона о лизинге), для этой цели могут использоваться иные договоры (п. 2 ст. 218 ГК РФ), что будет обосновано далее.
Объектом этого вида лизинга является недвижимость. Авиационные, морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты, отнесенные абз. 2 п. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимому имуществу, имеют специальный правовой режим, не совпадающий с правовым режимом, установленным законодателем для классической недвижимости. Их следует выделить в отдельную группу движимых вещей, к обороту и эксплуатации которых предъявляются особые требования. Как следствие, лизинг судов, составляющий большую часть «лизинга недвижимости», должен быть отнесен к лизингу движимого имущества.
Действующее законодательство в ст. 666 ГК РФ и ст. 3 Закона о лизинге налагает запрет на предоставление в лизинг земельных участков. Однако лизинг по ГК РФ – это вид аренды, главными отличительными чертами которого является приобретение лизингодателем специально выбранного предмета лизинга в собственность, срок, порядок определения лизинговых платежей, особое распределение прав и обязанностей между его участниками, освобождающее лизингодателя от большинства обязанностей арендодателя и наделяющее лизингополучателя определенными правами и обязанностями по договору о приобретении предмета лизинга.
Никаких отличий по составу объектов лизинга по сравнению с объектами аренды, обусловленных природой лизинга, нет. Они созданы волей законодателя. Поэтому полезным видится устранение ограничения по лизингу земельных участков, т. к. лизинг земельных участков способен придать импульс развитию рынка земельных участков, предоставляемых для жилищного и иного строительства, созданию промышленных парков, технопарков, бизнес-инкубаторов и т. п[34]34
См.: ст. 1 федерального закона от 24.07.2008 г. № 161-фЗ «о содействии развитию жилищного строительства» // российская газета. 30.07. 2008 г. № 160.
[Закрыть].
Своеобразие лизинга недвижимости в значительной степени определяется спецификой его объектов. Однако лизингу недвижимости присущи и общевидовые особенности правового положения участников лизинга.
Ст. 4 Закона о лизинге, исходя из понимания лизинга как экономической операции, называет трех субъектов лизинга: лизингодателя, лизингополучателя и продавца.
Лизингополучатель – это физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с договором лизинга обязано принять предмет лизинга за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях во временное владение и пользование.
Среди типичных лизингополучателей в деловой практике выделяются собственники новых объектов коммерческой недвижимости, которые прибегают к лизингу для рефинансирования дорогих и краткосрочных строительных кредитов. Лизинговая компания покупает у клиента объект недвижимости, тот рефинансирует свою задолженность по объекту и получает его в долгосрочный лизинг.
Вторая группа лизингополучателей – это прежние арендаторы объектов недвижимости. Лизинговая компания финансирует большую долю стоимости объекта, после чего он передается в лизинг получателю. Лизинг коммерческой недвижимости особенно эффективен для недавно построенных объектов, в связи с тем, что есть возможность применения коэффициента ускоренной амортизации до 3 и отложенной во времени уплатой налога на прибыль. Кроме того, все платежи по лизингу относятся на себестоимость. Амортизация при лизинге списывается быстрее, соответственно, быстрее снижаются остаточная стоимость объекта и сумма налога на имущество. В итоге здание, приобретенное с помощью лизинга, может оказаться ощутимо дешевле, чем при покупке его с оформлением банковского кредитования.
Лизингодатель – контрагент лизингополучателя по договору лизинга. Лизингодателем может быть физическое или юридическое лицо, которое за счет привлеченных и (или) собственных средств приобретает в ходе реализации договора лизинга в собственность имущество и предоставляет его в качестве предмета лизинга лизингополучателю за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях во временное владение и в пользование с переходом или без перехода к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга.
Среди лизингодателей ст. 5 Закона о лизинге выделяет лизинговые компании, к которым относятся коммерческие организации, управомоченные в соответствии со своими учредительными документами на ведение лизинговой деятельности.
Лизингодателей, работающих в области лизинга недвижимости, сравнительно немного. В 2010 году среди них было 30 компаний, в 2011 году – 34. Это объясняется тем, что в лизинге недвижимости стоимость объектов по сравнению с другими сегментами велика и позволить себе активно выступать на этой сцене могут лишь крупные игроки, особенно крупные финансовые структуры с государственным участием. Сегмент характеризуется высокой концентрацией (на топ-10 компаний в 2011 году приходилось 84 % новых сделок, за первое полугодие 2012 на топ-10 приходится уже 91 % сделок) и волатильностью участников. На 1 января 2010 и 2011 годов и 1 июля 2012 года только шесть компаний дважды попадали в десятку лидеров рынка.
Третьим участником лизинга является продавец – физическое или юридическое лицо, которое продает лизингодателю в обусловленный срок имущество, являющееся предметом лизинга. Согласно формулировке Закона о лизинге, в качестве продавца (контрагента лизингодателя по договору о приобретении предмета лизинга) может выступать лицо, которое обладает имуществом, предназначенным для передачи в лизинг, на праве собственности.
Поскольку в соответствии с п. 2 ст. 455 ГК РФ предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара (договор купли-продажи будущей вещи), отсутствие у продавца в момент заключения договора продажи недвижимости права собственности на имущество само по себе не является основанием для признания такого договора недействительным[35]35
Постановление Пленума ВАс рф от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» // Вестник ВАс рф. № 9. 2011.
[Закрыть].
Наряду с продавцом по договору купли-продажи, недвижимость в собственность лизингодателя, при внесении соответствующих изменений в законодательство, может передаваться его контрагентом по иному гражданско-правовому договору о приобретении предмета лизинга, поскольку отношения по лизингу недвижимости способны возникать из договора лизинга недвижимости и договора купли-продажи, мены, подряда, договора долевого участия в строительстве или смешанного договора, содержащего элементы вышеперечисленных договоров. В дальнейшем этот участник лизинга будет именоваться продавцом или контрагентом лизингодателя, либо будет приводиться его полное наименование.
Можно ли поставить знак равенства между понятиями «субъект лизинга недвижимости» и «сторона договора лизинга недвижимости»?
В настоящем исследовании не ставится цель разрешить спор о том, что важнее для совершения сделки – воля или волеизъявление[36]36
См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. с. 169; рабинович н. В. недействительность сделок и ее последствия. Л., 1960. с. 6 и далее.
[Закрыть]. Ограничимся ссылкой на позицию профессора В.А. Рясенцева, считавшего сделку единством субъективного элемента – воли и объективного элемента – изъявления воли[37]37
советское гражданское право: Учебник. В 2 т. т. 1.изд. 3-е, испр. и доп. / Под ред. о. А. Красавчикова. Часть I. М., 1985. с. 195.
[Закрыть]. Причем закон в различных случаях признает приоритет либо первого, либо второго из формирующих сделку элементов[38]38
См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. с. 173.
[Закрыть]. Верным видится мнение Ю.С. Гамбарова, который писал, что воля вступает в область права как действие, обнаруживающееся вовне и распознаваемое в форме волеизъявления, поэтому воля и волеизъявление в юридическом смысле нераздельны[39]39
См.: Гамбаров Ю.С. Гражданское право. общая часть. М., 2003. с. 713.
[Закрыть].
Для возникновения правоотношения из договора лизинга недвижимости необходимо и достаточно совпадения воли и волеизъявлений двух лиц – лизингодателя и лизингополучателя. Фигура третьего участника появляется на более позднем этапе лизинга и только в случае, если упомянутые лица пришли к соглашению об установлении договорного лизингового обязательства[40]40
См.: Гражданское право. Часть вторая. отв. ред. МозолинВ.П. (Автор главы – Богачева Т.В.). М., 2004. с. 197.
[Закрыть].
Продавец будет участником лизинга и стороной договора, опосредующего приобретение права собственности лизингодателя на предмет лизинга, но не стороной договора лизинга.
Конвенция УНИДРУА 1988 г. в качестве основания возникновения отношений по поводу финансового лизинга оборудования называет один, но комплексный юридический факт – трехстороннюю сделку, порождающую взаимосвязанные пары отношений между: 1) лизингодателем и лизингополучателем; 2) лизингодателем и продавцом; 3) лизингополучателем и продавцом.
Основанием возникновения первых двух пар выступают, соответственно, договоры лизинга и поставки. Правоотношение, возникающее между лизингополучателем и поставщиком, не имеет специального основания, а вытекает из самого факта совершения трехсторонней сделки, предполагающей согласование воли трех участников.
Близкий к такому пониманию подход предлагает в диссертационном исследовании ТА. Коннова, которая считает, что лизинговые отношения оформляются двумя договорами и включают в себя весь комплекс взаимосвязей, существующих между его участниками: лизингополучателем, лизингодателем и продавцом имущества. Договор лизинга имеет двусторонний характер, а лизинг как система отношений между тремя сторонами является трехсторонней сделкой. Основанием возникновения правоотношения между продавцом и лизингополучателем выступает совершаемая лизингодателем односторонняя сделка по уведомлению продавца о целях использования приобретаемого имущества. Уведомление устанавливает связь между договорами лизинга и купли-продажи[41]41
Коннова Т.А. Договор финансовой аренды (лизинга) // Законодательство. 1998. № 9. с. 16. Она же. Лизинговые отношения в российском гражданском праве: Дисс… канд. юрид. наук. М., 2002. с. 41.
[Закрыть]. В материалах судебной практики также проводится мысль о том, что продавец может считаться субъектом лизинговой операции при соблюдении норм материального права, указывающих на обязательность информирования продавца о судьбе приобретаемого у него имущества[42]42
См.: Постановление ФАС северо-Кавказского округа от 01.03.2005 г. № Ф08-502/05 // http://www.fassko.arbitr.ru/.
[Закрыть].
Лизингодатель и лизингополучатель в договоре лизинга согласовывают все вопросы, касающиеся будущих взаимоотношений с продавцом. А последний, как установлено в ст. 667 ГК РФ, может узнать о заключенном договоре лизинга только от лизингодателя, поэтому, как предполагает Т.А. Коннова, если лизингодатель исполнит свою обязанность по покупке лизингового имущества, но не уведомит продавца о заключенном договоре лизинга, лизинговое правоотношение не возникнет[43]43
См.: Коннова Т.А. Договор финансовой аренды (лизинга). с. 16.
[Закрыть].
В некотором смысле здесь усматривается параллель с конструкцией culpa in contrahendo в ее западноевропейском понимании, когда на преддоговорной стадии отношений «обнаруживается» договор[44]44
См.: Ежегодник сравнительного правоведения 2002. М., 2003. с. 292–311.
[Закрыть]. Английский исследователь Ричард Стоун пишет о том, что для правильной квалификации преддоговорной ответственности необходимо учитывать юридические последствия преддоговорных отношений. Так, для решения вопроса о включении обещания действовать определенным образом в договор в качестве его составной части либо, напротив, признания обещания юридически необязательным, следует обращать внимание на влияние обещания на поведение другой стороны[45]45
См.: Stone R. The Modern Law of Contract. London, New York, 2008. P. 100.
[Закрыть]. Как представляется, уведомление лизингодателем о приобретении имущества для передачи его в лизинг определенному лицу способно повлиять на поведение продавца не менее обещания в вышеприведенном примере.
Может ли невыполнение обязанности по уведомлению повлечь признание договора лизинга незаключенным либо быть признано достаточным основанием для расторжения договора лизинга? Договор лизинга направлен на возмездную передачу имущества во временное владение и пользование, поэтому можно предположить, что если, несмотря на невыполнение этой обязанности, предмет лизинга соответствует указаниям и интересам лизингополучателя, само по себе нарушение письменной формы уведомления или невыполнение обязанности по уведомлению не может быть признано достаточным основанием для признания договора лизинга незаключенным или расторжения договора лизинга.
По мнению профессора В.В. Витрянского, «с точки зрения общей цели, общего регулирования указанных правоотношений, мы действительно можем говорить об их трех равноценных участниках (субъектах), называя среди них, наряду с лизингодателем и лизингополучателем, и продавца лизингового имущества. Но когда дело касается рассуждений о правовой природе договора лизинга, что предполагает определение места данного договора в системе гражданско-правовых обязательств, речь может идти только об одном договоре, а именно: о договоре, заключенном между лизингодателем и лизингополучателем, по которому лизинговое имущество передается последнему во временное, срочное и возмездное пользование»[46]46
Витрянский В.В. Указ. соч. с. 179.
[Закрыть].
Впрочем, существуют и другие позиции. Так, И.А. Решетник и Г.Д. Отнюкова считают, что основанием возникновения лизингового правоотношения выступает единый трехсторонний договор[47]47
См.: Отнюкова Г.Д. финансовая аренда (лизинг) // Закон. 1994. № 10. с. 23; Решетник И.А. Гражданско-правовое регулирование лизинга в российской федерации: Автореф. дисс…канд. юрид. наук. Пермь, 1998. с. 7, 9 и далее.
[Закрыть]. Сторонники этой концепции исходят из того, что отношения, возникающие в «лизинговом треугольнике», правильнее объяснять с позиции единого договора, одновременными участниками которого являются три стороны: лизингодатель, лизингополучатель и продавец.
Главная особенность многосторонних договоров заключается в том, что воля его субъектов согласована и направлена на достижение общей цели, а также в том, что ни одна из сторон не вправе требовать исполнения в отношении себя лично. Ст. 670 ГК РФ и ст. 10 Закона о лизинге, напротив, устанавливают такое право лизингополучателя. Единой цели у лизингодателя, лизингополучателя и продавца имущества тоже нет. Продавец реализует имущество, лизингодатель специально приобретает его и получает доход от передачи лизингополучателю; последний же заинтересован в получении этого имущества на условиях лизинга. Субъекты договора лизинга не несут обязанности и не обладают правом, которое бы принадлежало им всем (за исключением прав и обязанностей, общих для всех субъектов гражданского права, которые указаны в гл. 1–2 ГК РФ). А если участникам договора принадлежат разные по содержанию и направленности права и обязанности, такой «трехсторонний договор <…> теоретически неприемлем. Он всегда может и должен быть разложен на совокупность двусторонних (синаллагматических) договоров»[48]48
ИвановА.А. Договор финансовой аренды (лизинга). Учебно-практическое пособие. М., 2001. с. 17.
[Закрыть].
Из легального определения договора лизинга следует, что его сторонами являются лизингодатель и лизингополучатель, а продавец, также упоминаемый в дефиниции, не участвует в заключении договора лизинга, следовательно, не является стороной этого договора, но он должник по договору купли-продажи предмета лизинга, который заключает с ним лизингодатель. То, что продавец в п. 1 ст. 4 Закона о лизинге назван в числе субъектов лизинга наряду с лизингодателем и лизингополучателем, связано с общим подходом Закона к лизингу как к совокупности экономических и правовых отношений, возникающих из договора лизинга, в т. ч. отношений по приобретению предмета лизинга лизингодателем.
Как справедливо отмечает Ю.Н. Кашеварова, продавец, несомненно, участвует в приобретении у него предмета лизинга, поэтому он признается субъектом лизинга, «но это ни в коем случае не означает того, что продавец рассматривается Законом как сторона договора лизинга»[49]49
Договоры в предпринимательской деятельности. (Автор главы – Ю.Н. Кашеварова). М., 2008. с. 188.
[Закрыть].
В Модельном законе УНИДРУА о лизинге наблюдается тот же подход: сторонами договора лизинга как разновидности договора аренды выступают лизингодатель и лизингополучатель. Поставщик – это лицо, у которого лизингодатель приобретает имущество для передачи в лизинг, сторона самостоятельного договора поставки, но не контрагент в договоре лизинга (ст. 2).
Некоторые исследователи отмечают, что договор купли-продажи и договор лизинга «тесно между собой связаны и составляют лизинг в широком смысле слова»[50]50
Мусин В.А., Нефедов В.И., Фаддеева Т.А. Правоотношение и ответственность сторон при лизинговой форме фрахтования судов // Проблемы ответственности в международном морском праве: сборник научных трудов. Л., 1983. с. 66.
[Закрыть]. Другие авторы характеризуют лизинг как комплекс имущественных отношений на основании того, что лизинговые отношения оформляются как минимум двумя договорами; в лизинге присутствуют прямые и косвенные участники – коммерческие банки, инвестиционные фонды, кредитующие лизингодателя, страховые компании, выступающие гарантами сделок, посредники, лизинговые брокеры[51]51
См.: Травина О.В. Правовая природа договора лизинга (в сравнении с законодательством фрГ) // Закон и право. 2000. № 9. с. 45; Чекмарева Е. Н. Экономическая сущность лизинга // Хозяйство право. 1994. № 4. с. 19.
[Закрыть].
Оспаривая эту позицию, А.А. Иванов пишет, что «отношения по реализации договора лизинга не есть само договорное лизинговое обязательство»[52]52
ИвановА.А. Договор финансовой аренды (лизинга) в новых условиях // Известия ВУЗов: Правоведение. 2002. № 2. с. 223–224.
[Закрыть]. Восприятие лизинга в качестве комплекса имущественных отношений приводит к смешению экономической и правовой составляющей этого сложного явления, что препятствует проведению юридического исследования.
В некоторых работах встречаются попытки объяснить структуру связей сторон лизинга тем, что лизингодатель на основании п. 1 ст. 313 ГК РФ возлагает исполнение ряда своих обязанностей по договору лизинга на продавца[53]53
См.: Иванов А.А. Договор финансовой аренды (лизинга). Учебно-практическое пособие. М., 2001. с. 50.
[Закрыть], а также конструкцией договора в пользу третьего лица[54]54
См.: Витрянский В.В. Договор финансовой аренды (лизинга) // Вестник ВАс. 1999. спец. прил. к № 10. с. 93.
[Закрыть].
«Отдельно взятый договор может быть только искусственно вычленен из оборота, – указывает профессор М.И. Брагинский. – В действительности по поводу осуществления договорных прав и обязанностей контрагенты вступают в различного рода связи с «третьими лицами», к которым относятся все, кто, не будучи сторонами правоотношения, своими действиями воздействуют на его динамику. Третье лицо – это тот, кто, не относясь к числу контрагентов, оказывается в юридически значимой связи с одним из них либо с обоими» [55]55
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. с. 362.
[Закрыть].
Если участие третьего лица составляет цель соответствующего правоотношения, это договор в пользу третьего лица. Если третье лицо выступает от имени стороны в договоре, оно может являться исполнителем обязательства, принимать исполнение вместо кредитора или предъявлять стороне требование об исполнении договора.
Рассматриваемые отношения пробуют объяснить тем, что правоотношение между лизингополучателем и продавцом возникает из того, что в договоре купли-продажи покупатель (лизингодатель) поручает исполнение своих обязанностей по принятию продукции и предъявлению претензий, связанных с ее качеством, лизингополучателю, а исполнение договорного обязательства в целом возлагает на продавца[56]56
См.: Отнюкова Г.Д. Указ. соч. с. 23.
[Закрыть]. Действительно, в том, что лизингодатель поручает своему контрагенту создать или произвести отчуждение имущества для лизингополучателя, а также в том, что он поручает лизингополучателю предъявлять претензии своему контрагенту по исполнению договора о приобретении, есть сходство с договором поручения. Однако это не дает оснований заключать, что в лизинге наличествует возложение исполнения обязательства.
Положение о возможности возложения исполнения предполагает, по общему правилу, что исполнение должно предоставляться лизингополучателю со стороны лизингодателя, т. к. возложить на третье лицо возможно исполнение лишь тех обязанностей, которые несет должник (лизингодатель). Следовательно, они должны быть прямо закреплены за лизингодателем в договоре лизинга, однако лизингодатель этих обязанностей не несет. Кроме того, при возложении исполнения обязательства на третье лицо ответственность перед кредитором за неисполнение или ненадлежащее исполнение несет должник (лизингодатель), но не третье лицо, а это противоречит конструкции лизинга.
Основной смысл конструкции договора в пользу третьего лица состоит в наделении третьего лица правом самостоятельного требования к стороне по договору, в заключении которого третье лицо не принимало участия. При этом третье лицо в качестве кредитора противостоит одной из сторон упомянутого договора, этот договор создает у третьего лица права, а не обязанности, и при отказе третьего лица от своего права осуществить его может контрагент по договору, выступавший в роли кредитора.
Е.А. Суханов рассматривает лизинг как самостоятельную разновидность обязательств по передаче имущества в пользование, которая, однако, «в отличие от обычной аренды, предполагает участие в данных отношениях не только арендодателя и арендатора, но и третьей стороны – изготовителя (поставщика) оборудования, с которым и арендодатель, и арендатор могут вступать в непосредственные отношения». Признавая, что в лизинге участники последовательно связаны между собой двумя и более отдельными договорами, Е.А. Суханов считает, что арендатор получает право требования от поставщика исполнения его обязанностей перед арендодателем, «как если бы он являлся стороной этого соглашения и как если бы оборудование поставлялось непосредственно пользователю» (п. 1 ст. 11 Конвенции). Таким образом, «в финансовом лизинге друг с другом одновременно связаны фактически все три стороны (участники), и любое из возникающих здесь договорных обязательств можно представить как обязательство с участием третьего лица»[57]57
Гражданское право: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. Полутом II. М., 2006. с. 365.
[Закрыть].
Похожее обоснование предлагает Н.В. Кузнецов, который признает договором в пользу третьего лица не договор лизинга, а договор купли-продажи, заключаемый между лизингодателем и продавцом имущества[58]58
Кузнецов Н.В. Ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение лизинговых обязательств // Журнал российского права. № 3. 2001.
[Закрыть]. Такой подход, с его точки зрения, позволяет подчеркнуть специфическое отличие рассматриваемого договора купли-продажи от определения договора в пользу третьего лица, данного в ст. 430 ГК РФ, и одновременно – отразить тождественность основных характеристик указанных договоров.
Однако в отношениях с продавцом лизингодатель и лизингополучатель выступают как солидарные кредиторы[59]59
См.: ПрудниковаА.Е. Лизинг как особый вид аренды: Автореф. дисс канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. с. 6.
[Закрыть]. Это препятствует объявлению лизингополучателя либо лизингодателя третьими лицами, т. к. третье лицо не может одновременно быть кредитором (п. 1 ст. 430).
Причины, побуждающие кредитора заключить договор в пользу третьего лица, остаются за пределами самого договора. Для должника в таком договоре совершенно безразлично, почему кредитор выговаривает для стороннего лица право. Напротив, сообщение лизингодателем продавцу о том, что приобретаемое у него имущество предназначено для передачи в лизинг определенному лицу, названо в ст. 667 ГК РФ обязанностью лизингодателя.
Если все же взглянуть на договор лизинга как на договор в пользу третьего лица, кто же из его субъектов может рассматриваться в качестве третьего лица? Лизингодатель – однозначно нет, т. к. он является стороной обоих договоров. Лизингополучатель может рассматриваться как третье лицо в договоре между лизингодателем и продавцом. Из легального определения договора лизинга (ст. 665 ГК РФ, ст. 2 Закона о лизинге), а также сложившейся деловой практики следует, что лизингополучатель определяет продавца и приобретаемое по договору имущество.
Но даже если принять позицию, согласно которой лизингополучатель выступает третьим лицом в договоре о приобретении предмета лизинга, то он в силу прямого указания закона (абз. 2–3 п. 1 ст. 4 Закона о лизинге) не может быть третьей стороной в договоре лизинга. Однако и называть его третьим лицом в договоре о приобретении предмета лизинга вряд ли допустимо. При таком подходе основной акцент переносится на этот договор, а непосредственно договор лизинга приобретает второстепенное значение.
П. 2 ст. 15 Закона о лизинге указывает на противоположную модель – для выполнения своих обязательств по договору лизинга субъекты лизинга заключают обязательные (договор купли-продажи) и сопутствующие договоры, т. е. договор лизинга обусловливает необходимость заключения и влияет на права и обязанности сторон договора купли-продажи, а не наоборот. Например, именно договором лизинга определяется, кому продавец передает предмет лизинга – лизингополучателю или лизингодателю (п. 1 ст. 668 ГК РФ).
Согласно абз. 1 п. 1 ст. 670 ГК РФ лизингополучатель имеет права и несет обязанности, предусмотренные для покупателя, кроме обязанности оплатить приобретенное имущество, как если бы он являлся стороной договора купли-продажи, заключенного между лизингодателем и продавцом. Однако важнейшего для покупателя права – права собственности на приобретаемое имущество – он не получает. Предмет лизинга становится собственностью оплатившего его лица, т. е. лизингодателя.
В соответствии с п. 5 ст. 15 Закона о лизинге лизингополучатель обязан принять предмет лизинга, что также не вписывается в рамки договора в пользу третьего лица. В ст. 430 ГК РФ указано, что договор в пользу третьего лица не порождает для него обязанностей, в то время, как лизингополучатель несет все обязанности покупателя за установленным в ст. 670 ГК РФ исключением. Лизингодатель и лизингополучатель презюмируются солидарными кредиторами в отношениях с продавцом (ст. 670 ГК РФ), тогда как кредитор в договоре в пользу третьего лица может воспользоваться правами, вытекающими из этого договора, только в случае отказа от них третьего лица (п. 4 ст. 430 ГК РФ).
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?