Читать книгу "44 русских философа, которых обязательно надо знать"

Михаил Васильевич Ломоносов
1711–1765

Первый крупный русский учёный, естествоиспытатель, совершавший открытия в самых разных областях науки. Ломоносов – основоположник науки о стекле, научного мореплавания и физической химии. В сферу его деятельности также входили металлургия, география, история, геология. А ещё он был талантливым поэтом и художником, занимался филологией, генеалогией, историографией. Он стал автором проекта первого в России университета, где могли учиться представители всех сословий. Сегодня Московский университет носит имя своего создателя.

Ломоносов был приверженцем деизма, то есть считал, что духовная власть должна подчиняться светской. За это ратовала вся «учёная дружина» Петра Великого. М. В. Ломоносов, будучи учеником Христиана Вольфа, развивал корпускулярную философию и написал ряд натурфилософских произведений на латинском языке, а также «философские оды» на русском.

Наука есть ясное познание истины, просвещение разума, непорочное увеселение жизни, похвала юности, старости подпора, строительница градов, полков, крепость успеха в несчастии, в счастии – украшение, везде верный и безотлучный спутник.

Испытание натуры трудно, однако приятно, полезно, свято. Чем больше таинства её разум постигает, чем долее рачение наше в оной простирается, тем обильнее собирает плоды для потребностей житейских.

Не здраво рассудителен математик, ежели он хочет божескую волю вымерять циркулем. Таков же и богословия учитель, если он думает, что по псалтири научиться можно астрономии или химии.

Разум с помощью науки проникает в тайны вещества, указывает, где истина. Наука и опыт – только средства, только способы собирания материалов для разума.

Один опыт я ставлю выше, чем тысячу мнений, рождённых только воображением.

Ошибки замечать не много стоит: дать нечто лучшее – вот что приличествует достойному человеку.

Ничто не происходит без достаточного основания.

У многих глубоко укоренилось убеждение, что метод философствования, опирающийся на атомы, либо не может объяснить происхождения вещей, либо, поскольку может, отвергает Бога как Творца. И в том, и в другом они, конечно, глубоко ошибаются, ибо нет никаких природных начал, которые могли бы яснее и полнее объяснить сущность материи и всеобщего движения, и никаких, которые с большей настоятельностью требовали бы существования всемогущего двигателя.

Легко быть философом, выуча наизусть три слова: бог так сотворил; и сие дая в ответ вместо всех причин.

Нет такого невежды, который не мог бы задать больше вопросов, чем может их разрешить самый знающий человек.

Никто не должен спешить высмеивать гипотезы. Ведь именно они – единственное, при помощи чего величайшие умы мира смогли совершить открытия.

Кто не может осилить малого, тому и великое не под силу.

То, что нашим предкам казалось странным, неясным и пугающим, для нас вполне доступно, понятно и приятно.

Природа довольно проста. И все, что этому противоречит, следует отвергать.

Разум, используя науку, проникает в потайные уголки мироздания, очерчивая контуры истины. Научные эксперименты и опыты стали средствами разума, для творческой его подпитки.

Смутно пишут о том, что смутно себе представляют.

Григорий Саввич Сковорода
1722–1794

Сковорода служил при дворе Елизаветы Петровны, а потом стал первым в истории Российской империи «странствующим философом» и заложил почву для образования русской религиозной философии. Большинство его произведений написаны в форме диалогов о благе и счастливой жизни, которые Сковорода вёл с друзьями и знакомыми, в чьих домах останавливался погостить. Интерес Сковороды как философа сосредоточен преимущественно на моральных и богословских вопросах. Он разрабатывал учение о «сродности», призванное раскрыть природу «внутреннего человека». Познавшие сродность обретают счастье и составляют «плодоносный сад», гармоничное сообщество людей, взаимодействующих между собой на пользу государству как «части часовой машины». Онтологические воззрения Сковороды выстраивались вокруг учения о трёх мирах и двух натурах (зримой и незримой), последняя служит ключом к «прозрению», т. е. к опыту божественного присутствия, раскрываемого как «безначальное единоначало». В текстах Сковороды прослеживается глубокое влияние древнегреческих и римских авторов, в первую очередь Платона, Сенеки, Цицерона, Марка Аврелия и Плутарха. При жизни Сковорода не опубликовал ни одного произведения, однако его труды были распространены в рукописях и пользовались почтением в среде русских религиозных философов, тяготевших к православному возрождению.

Тот ближе всех к небу, кому ничего не надо.

Не тот глуп, кто не знает, но тот, кто знать не хочет.

Любить человечество легче, чем сделать добро родной матери.

Достижение высших добродетелей есть цель человека. В достижении их не должно ставить себе никаких пределов.

От излишества рождается пресыщение, от пресыщения – скука, от скуки – душевное огорчение, а кто этим страдает, того нельзя назвать здоровым.

Мы должны быть благодарны Богу, что он создал мир так, что все простое – правда, а все сложное – неправда.

Кто стыдится признать недостатки свои, тот со временем будет бесстыдно оправдывать своё невежество, которое есть наибольший порок.

Избегай людей, которые, видя твои пороки и недостатки, оправдывают их или даже одобряют. Такие люди или льстецы, или трусы, или просто дураки. От них не жди помощи ни в какой беде или несчастье.

В мире всё мудро устроено. Всё, что нужно, – несложно, всё, что сложно, – ненужно.

Тот враг опаснее, который притворяется твоим другом.

У истины простая речь.

Нам нехорошо оттого, что мы знаем много лишнего, а не знаем самого нужного: самих себя. Не знаем того, кто живёт в нас. Если бы мы знали и помнили то, что живёт в каждом из нас, то жизнь наша была бы совсем другая.

Добрый ум делает лёгким любой образ жизни.

О, если бы мы в позорных делах были такие же стеснительные и боязливые, как часто мы бываем боязливые и порочно стеснительные в порядочных поступках!

Так вот же сей час видна бедности нашей причина: что мы, погрузив всё наше сердце в приобретение мира и в море телесных надобностей, не имеем времени вникнуть внутрь себе, очистить и поврачевать самую госпожу тела нашего, душу нашу.

Всяк должен узнать себя, сиречь свою природу, чего она ищет, куда ведёт, – и ей последовать.

Только тогда познаётся ценность времени, когда оно утрачено.

Не ум от книг, а книги от ума создались.

Мудрец должен из навоза отбирать золото.

Достижение высших добродетелей есть цель человека. В достижении их не должно ставить себе никаких пределов.

Весь мир состоит из двоих натур: одна видимая, другая невидимая. Видимая называется тварь, а невидимая – Бог. Сия невидимая натура, или Бог, всю тварь проницает и содержит, везде и всегда был, есть и будет.

Жизнь не то значит, чтоб только есть и пить, но быть весёлым и куражным, и сытость телесная не даст куража сердцу, лишённому своей пищи.

Как неразумно выпрашивать то, что можешь сам достигнуть!

Из суеверий родились вздоры, споры, секты, вражды междусобные и странные, ручные и словесные войны, младенческие страхи и прочее.

Некто из учёных спросил его тут же, что есть философия. – Главная цель жизни человеческой, – отвечал Сковорода.

Когда наш век или наша страна имеет мудрых мужей гараздо менее, нежели в других веках и сторонах, тогда виною сему есть то, что шатаемся по бесчисленным и разнородным книг стадам – без меры, без разбору, без гавани.

Подвиг, то есть правильное употребление свободной воли, делает разделение; и сей подвиг в выборе истинного, доброго, совершенного есть правда, воздающая всякому своё: полная – полным и тщетная – тщетным.

Правда, что праздность тяжелее гор Кавказских.

Александр Николаевич Радищев
1749–1802

Русский прозаик, поэт, философ, руководитель Петербургской таможни.

В 1792 году написал трактат «О человеке, о его смертности и бессмертии». Этот труд был написан в ссылке в Илимский острог, в которую Радищев был отправлен императрицей Екатериной за публикацию труда «Путешествие из Петербурга в Москву» (1790). Трактат состоит из четырёх книг. В них Радищев последовательно разбирает аргументы сторонников и противников представлений о бессмертии души. В тексте трактата Радищева обнаруживается знакомство с трудами Лейбница, Мендельсона, Гердера, Гельвеция, Гольбаха, Пристли и других современников.

В 1796 году император Павел I вернул Радищева из ссылки. 31 мая 1801 года Александр I издал указ об амнистии, вернул ему дворянский титул. Радищева вызвали в Петербург и назначили членом Комиссии по составлению законов.

Я взглянул окрест меня – душа моя страданиями человечества уязвлённа стала.

Обратил взоры мои во внутренность мою – и узрел, что бедствия человека происходят от человека, и часто от того только, что он взирает непрямо на окружающие его предметы.

Только тогда станешь человеком, когда научишься видеть человека в другом.

Чем больше вникают в деяния природы, тем видима наиболее становится простота законов, коим следует она в своих деяниях.

…поскольку определённые и конечные существа сами в себе не имеют достаточной причины своего бытия, то должно быть существу неопределённому и бесконечному; поскольку существенность являющихся существ состоит в том, что они, действуя на нас, производят понятие о пространстве и, существуя в нем, суть самым тем определённы и конечны, то существо бесконечное чувственностью понято быть не может и должно отличаться от существ, которые мы познаваем в пространстве и времени.

Нельзя после всего сказанного усомняться более, чтобы душа в человеке не была существо само по себе, от телесности отличное, дающее ему движение, жизнь, чувствование, мысль. Она такова и есть в самом деле: проста, непротяжённа, неразделима, среда всех чувствований и мыслей, словом, есть истинно душа, то есть существо, от вещественности отличное, и хотя между ними двумя и есть сходства (действие их взаимное то доказывает), но силы, известные нам, одной от сил другой отличны.

Блеск наружный может заржаветь, но истинная красота не поблекнет никогда.

Всегда нужно мыслящее существо, чтобы было понимаемо протяжённое и образованное; понимающее предшествует всегда понимаемому, мысленное идёт во след мыслящему; нужно мыслящее существо для составления целого; без мыслящего существа не было бы ни прошедшего, ни настоящего, ни будущего; не было бы ни постепенности, ни продолжения; исчезло бы время, пресеклось бы движение, хаос возродился бы ветхий.

О законы! Премудрость ваша часто бывает только в вашем слоге!

Блажен писатель, если творением своим мог просветить хотя единого, блажен, если в едином хотя сердце посеял добродетель.

Пётр Яковлевич Чаадаев
1794–1856

В молодости был светским человеком, блестящим гвардейским офицером. Выйдя в отставку и совершив длительное заграничное путешествие, он стал вести жизнь, близкую к затворнической. Большую часть времени Чаадаев проводил в московском доме на Новой Басманной, за что и получил прозвище «Басманный философ».

Публикация его «Философических писем» вызвала гнев Николая I: «Прочитав статью, нахожу, что содержание оной – смесь дерзкой бессмыслицы, достойной умалишённого». Чаадаева официально объявили сумасшедшим. Впоследствии врачебный надзор был снят, но при условии, чтобы он «не смел ничего писать». Тем не менее Чаадаев написал «Апологию сумасшедшего», долгое время остававшуюся неопубликованной и после его смерти.

Главная тема философских сочинений Чаадаева – размышления об исторической судьбе и роли России в мировой цивилизации. С одной стороны, он был убеждён, что «мы призваны решить большую часть проблем социального порядка… ответить на важнейшие вопросы, какие занимают человечество». С другой – сетовал на то, что Россия оказалась отлучена от всемирно-исторического процесса. Одну из причин этого Чаадаев видел в православии и считал, что все христиане должны объединиться под эгидой католической церкви. Конечная цель истории по Чаадаеву – осуществление царства божьего на земле, которое он понимал как единое, справедливое общество. На его концепции опирались как славянофилы, так и западники.

Мы не принадлежим ни к Западу, ни к Востоку, мы – народ исключительный.

Иногда кажется, что Россия предназначена только к тому, чтобы показать всему миру, как не надо жить и чего не надо делать.

Я предпочитаю бичевать свою родину, предпочитаю огорчать её, предпочитаю унижать её, только бы её не обманывать.

Я не научился любить свою родину с закрытыми глазами, с преклонённой головой, с запертыми устами. Я нахожу, что человек может быть полезен своей стране только в том случае, если ясно видит её; я думаю, что время слепых влюблённостей прошло, что теперь мы прежде всего обязаны родине истиной…

Есть люди, которые умом создают себе сердце, другие – сердцем создают себе ум: последние успевают больше первых, потому что в чувстве гораздо больше разума, чем в разуме чувств.

Про нас можно сказать, что мы составляем как бы исключение среди народов. Мы принадлежим к тем из них, которые как бы не входят составной частью в род человеческий, а существуют лишь для того, чтобы преподать великий урок миру. Конечно, не пройдёт без следа и то наставление, которое нам суждено дать, но кто знает день, когда мы вновь обретём себя среди человечества и сколько бед испытаем мы до свершения наших судеб?

Мы ничего не дали миру, ничему не научили его, мы продолжаем жить лишь для того, чтобы послужить каким-то важным уроком для последующих поколений.

Люди воображают, что находятся в обществе, когда сходятся в городах или в других огороженных местах. Как будто тесниться один к другому, сбиваться в кучу, держаться стадом, как бараны, – означает жить в обществе.

Прочь себялюбие, прочь эгоизм. Они-то и убивают счастье. Жить для других значит жить для себя. Доброжелательность, бесконечная любовь к себе подобным – вот, поверьте мне, истинное блаженство; иного нет.

Когда видишь, что человек, который должен господствовать над умами, склоняется перед мнением толпы, чувствуешь, что сам останавливаешься в пути.

Слава богу, я всегда любил своё отечество в его интересах, а не в своих собственных.

Протекшее определяет будущее: таков закон жизни. Отказаться от своего прошлого – значит лишить себя будущего.

Прошлое уже нам не подвластно, но будущее зависит от нас.

Есть только три способа быть счастливым: думать только о Боге, думать только о ближнем, думать только об одной идее.

Никто не считает себя вправе что-либо получить, не дав себе труда по крайней мере протянуть за этим руку. Одно есть только исключение – счастье. Считают совершенно естественным обладать счастьем, не сделав ничего для того, чтобы приобрести его, то есть чтобы его заслужить.

Незначительное меньшинство мыслит, остальная часть чувствует, в итоге же получается общее движение.

Заблуждения распространяются быстро, а истина медленно.

Ничто так не истощает, ничто так не способствует малодушию, как безумная надежда.

Фёдор Иванович Тютчев
1803–1873

Поэт-мыслитель, дипломат, консервативный публицист, тайный советник. Автор более 400 стихотворений.

Давно уже можно было предугадывать, что эта бешеная ненависть, которая с каждым годом всё сильнее и сильнее разжигалась на Западе против России, сорвётся когда-нибудь с цепи. Этот миг и настал… Это весь Запад пришёл выказать своё отрицание России и преградить ей путь в будущее.

Между Россией и Западом не может быть союза ни ради интересов, ни ради принципов, мы, русские, должны неизменно помнить, что принципы, на которых стоят Россия и Европа, столь противоположны, столь взаимно отрицают друг друга, что жизнь одной возможна только ценой смерти другой. Следовательно, единственная естественная политика России по отношению к западным державам, это не союз с той или иной из этих держав, а разъединение, разделение их. Ибо они только когда разъединены между собой, перестают быть нам враждебными – по бессилию.

Всякое ослабление умственной жизни в обществе неизбежно влечёт за собой усиление материальных наклонностей и гнусно-эгоистических инстинктов.

 
Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать —
В Россию можно только верить.
 

Человек в конечном итоге зависит только от самого себя – в управлении как своим разумом, так и своей волей.

Не плоть, а дух растлился в наши дни.

 
Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовётся, —
И нам сочувствие даётся,
Как нам даётся благодать…
 

Человеческое я, желающее зависеть лишь от самого себя, не признающее и не принимающее другого закона, кроме собственного волеизъявления, одним словом, человеческое я, заменяющее собой Бога, конечно же, не является чем-то новым среди людей; новым становится самовластие человеческого я, возведённое в политическое и общественное право и стремящееся с его помощью овладеть обществом.

Революция, если рассматривать её самое существенное и простое первоначало, есть естественный плод, последнее слово, высшее выражение того, что в продолжение трёх веков принято называть цивилизацией Запада.

Современная мысль может успешно сражаться не с революцией, а с теми или иными её следствиями – с социализмом, коммунизмом и даже атеизмом. Однако ей надо было бы отречься от себя самой, дабы уничтожить основополагающий революционный принцип.

Самая бесплодная вещь на этом свете – добиваться правды.

Никогда то или иное общество, цивилизация не понимает тех, кто должен их сменить.

Истинный защитник России – это история; ею в течение трёх столетий неустанно разрешаются в пользу России все испытания, которым подвергает она свою таинственную судьбу.

В мире существует нежелательный парадокс: чем больше власти, тем меньше ответственности.

Для общества, так же как и для отдельной личности, первое условие прогресса есть самопознание.

Увы, самой безнаказанной из всех видов ответственности является безответственность глупости.

 
Природа – сфинкс. И тем она верней
Своим искусом губит человека,
Что, может статься, никакой от века
Загадки нет и не было у ней.
 

 
Напрасный труд – нет,
                               их не вразумишь, —
Чем либеральней, тем они пошлее,
Цивилизация – для них фетиш,
Но недоступна им её идея.
Как перед ней ни гнитесь, господа,
Вам не снискать признанья от Европы:
В её глазах вы будете всегда
Не слуги просвещенья, а холопы.
 

Алексей Степанович Хомяков
1804–1860

Мыслитель, философ, богослов, историк, экономист, поэт, инженер. Разочаровавшись в западной цивилизации, Хомяков пришёл к идее об особом пути России и со временем стал лидером нового направления русской общественной мысли, которое позже назвали славянофильством. Главный (неоконченный) философский труд Хомякова – «Записки о всемирной истории», с лёгкой руки Гоголя прозванный «Семирамидой». По его мнению, каждый народ обладает особой исторической миссией, в которой проявляется одна из сторон мирового Абсолюта. Миссия России – православие, а её историческая задача – освобождение мира от одностороннего развития, навязанного западной цивилизацией. Хомяков полагал, что каждый народ может отклоняться от своей миссии; так и произошло с Россией из-за реформ Петра Первого. Теперь ей необходимо избавиться от рабского подражания Западу и вернуться на свой путь.

Каждый народ представляет такое же живое лицо, как и каждый человек.

Бог не требует ни крови, ни гонений за веру; мечом не доказывают истины. Бог слова покоряет словом.

Странно, что Россия одна имеет как будто бы привилегию пробуждать худшие чувства европейского сердца.

Там только сила, где любовь, а любовь только там, где личная свобода.

Русский человек, как известно, охотно принимает науку; но он верит также и в свой природный разум.

Тонкие, невидимые струны, связывающие душу русского человека с его землёю и народом, не подлежат рассудочному анализу.

Религия есть одно солнце, один свет для всех; но равно благодетельные лучи его не равно разливаются по земному шару, а соответственно общему закону вселенной.

Русский быт, органически возникший из местных потребностей и характера народного, заключает в себе тайну русского величия.

Избави Бог от людей самодовольных и от самодовольства народного.

Учёный должен говорить с неучёным не снисходительно, как высший с низшим, не жалким фистулом, как взрослый с младенцем, – но просто и благородно, как мыслящий с мыслящим.

Истину должно признавать, как бы она ни была для нас горька.

Много веков прошло, и историческая жизнь России развилась не без славы, несмотря на тяжёлые испытания и на страданья многовековые.

Не мы (образованное сословие) приносим высшее Русской земле, но высшее (жизненную силу, плод веков истории и цельности народного духа) должны от неё принять.

Наша [России] сила внушает зависть; собственное признание в нашем духовном и умственном бессилии лишает нас уважения: вот объяснение всех отзывов Запада о нас.

Нравственное достоинство человека высказывается только в обществе, а общество есть не то собрание людей, которые нас случайно окружает, – но то, с которым мы живём заодно.

Важная миновала эпоха, что бы ни было, а будет уже не то.

Самобытность мысли и суждений невозможна без твёрдых основ, без данных, сознанных или созданных самобытною деятельностью духа, без таких данных, в которые он верит твёрдою верою разума, тёплою верою сердца.

Наука должна расширять область человеческого знания, обогащать его данными и выводами; но она должна помнить, что ей самой приходится многому и многому учиться у жизни. Без жизни она так же скудна, как жизнь без неё, может быть, ещё скуднее.

Плодотворное сочувствие общества вызывает наружу лучшие побуждения нашей души; плодотворная строгость общественного суда укрепляет наши силы и сдерживает худшие наши стремления.