Читать книгу "Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства"

Глава 5

Я применила магию, чтобы понять: не лихо ли он какое-то, не засланец ли Тьмы? Нет, передо мной было обыкновенное сказочное существо, коих в нашем мире полно…

– Это крайняя застава, дальше – Темный лес. А вот дорога до развилки, – указала в сторону. – Там она расходится на три. Стоит камень-указатель: если тебе нужно в столицу, то это прямо!

– Долго идти? – устало вздохнул косой и снова повесил уши.

– Идти долго, ехать-то почти сутки, без остановки! Может, подождешь утреннюю подводу? Они поедут за харчами.

Мне стало жалко зайчишку.

– Звать-то как?

– Прас… Прохор я, – запнулся заяц, его голос дрогнул. – Батя на заработки отправил, говорит, в нашей деревне совсем с работой плохо стало!

– Проходи, отдохни, – я отступила в сторону и указала на ворота, – небось все лапки отбил!

– Ой, нет… Один к солдатикам не пойду… Опять оружием тыкать будут! – Косой испуганно прижал к себе узелок, и к его глазам подступили слезы. – А вам, уважаемая Ягиня, не нужен слуга? Я могу и одежду почистить, и постель заправить, и еду подать! Деток нянчить могу…

Я внимательно слушала зайца. В его глазах читалась такая искренняя надежда и печаль, что я не смогла отказать.

Тут-то я догадалась, что это никакой не заяц. Зайчихи ведь никому не нужны… А вот зайца в слуги почему бы не взять? Да, хоть и мало пользы, зато перед соседями и гостями похвастаться можно! Вот, мол, смотри, какое мне чудо лесное прислуживает.

– Прасковья, значит? – склонив голову, присмотрелась к крупной и весьма упитанной зайчихе. – Иди ко мне служить, батюшка у меня щедрый, деньгой и едой не обидит!

– Я готова вам служить, уважаемая Ягиня!

– Злата я – Златоцвета! Тогда пойдем, поможешь мне в лесу…

Честно говоря, я была рада Прасковье. Хоть одна женская душа будет в шатре Кощея. Злой он… Вся его магия спрятана, особо не видно свечения, но что-то чуждое в нем есть. А еще… я испытываю к нему странные чувства. Гложут меня сомнения: хочется его пристукнуть чем-то тяжелым… и в то же время пожалеть, по головушке погладить. Наверняка у него волосы нежные, шелковистые…

Я тяжело вздохнула. Зайчиха все еще поглядывала на меня, боясь, что ее прогонят.

– Идем, Прасковья, работы много.

Но далеко мы не ушли. На ближайшей полянке было такое количество разнообразных трав, что я тут же присела на корточки, не в силах сдержать любопытство. Высокие стебли с яркими цветками манили меня.

Я начала собирать их в пучки. Один пучок – для чая; растения, собранные в него, источали сладкий аромат, напоминающий о доме. Другой – от желудочной хвори; эти горьковатые травы помогут успокоить желудок и снять боль. Третий – от ожогов; сочные листья с прохладным соком снимут жжение и ускорят заживление. А в четвертый – травы, при помощи которых можно останавливать кровотечения.

Я аккуратно укладывала пучки в сумку, чувствуя себя защищенной в диком лесу.

– Ой-ой-ой! – вдруг заверещала зайчиха, о которой я совсем забыла, ползая по поляне.

Вскочив, я увидела, как в тени под раскидистым кустом появляется темное облако, распухая и обретая форму… черного человека!

– Вороги у границы! – испуганно прохрипела я, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

– Чего орешь, рыжая? – раздался знакомый надменный голос, и из тьмы появился Кощей. Его глаза сверкали злобой, а губы растянулись в хищной ухмылке. – Поохотиться вышел, вон какая удача! Такая жирная, прямо сама в руки прыгнула!

– Кто жирный?! – возмутилась Прасковья, пытаясь вырваться из его хватки. – Отпусти, гад тощий! – И, извернувшись, со всей силы лягнула его лапками…

Сами знаете куда.

Охнув, царевич согнулся пополам и отпустил зайчиху, а та бегом за меня прятаться. Я прикрыла ее подолом сарафана, едва сдерживая смех и пряча лицо за букетом растений.

– Познакомьтесь, ваше царское высочество… моя служанка Прасковья! – не выдержав, все же прыснула со смеху.

– Ах ты… вы… – Венцеслав подскочил ко мне, схватил за плечи и встряхнул. Да так, что из моих рук цветы посыпались!

Но я не испугалась, а только удивленно посмотрела на него. Не привык Кощеюшка, чтобы над ним так потешались!

– Я предупреждала, чтобы ты меня руками своими не лапал? – уточнила я, смотря на него снизу вверх.

Венцеслав не ответил. Уставился на меня с каким-то странным голодом, а затем опустил взгляд на губы и замер… Я покраснела, пытаясь вырваться, но куда там?

А он взял и поцеловал, жадно впившись в мои губы. Ноги тут же подкосились, руки повисли как плети, и я зажмурилась от стыда…

Или нет от стыда?

Сердце забилось так сильно, словно желало сообщить мне что-то важное…

Глава 6

Я смогла очнуться только благодаря тому, что зайчиха, дрожа от волнения, потянула меня за сарафан, словно пытаясь разбудить.

– Только после свадьбы! – строго, но в то же время заботливо сказала она.

Открыв глаза, я с размаху влепила Кощею пощечину. Его лицо исказилось от боли и ярости, будто он только что почувствовал, как его самомнение разлетелось вдребезги. Но я не могла остановиться. Собрав всю свою магию, я отправила его… Не знаю, куда отправила! Просто пожелала, чтобы он оказался как можно дальше, где его никто не найдет, да еще и в грязи. Пусть почувствует всю горечь поражения!

– Стыдно-то как… – прошептала я, прижав ладони к горящим щекам.

Сердце бешено колотилось, словно хотело выпрыгнуть из груди, а глаза наполнились слезами. Куда деваться? Хорошо хоть, никто не видел моего позора.

– Не говори никому… И вообще, нам нужно искать место для ночлега! Палатка Венцеслава нам точно не подойдет! – Я огляделась, чувствуя, как внутри поднимается волна бессилия.

– Ягини живут в лесу… – Прасковья задумчиво потерла нос. – А вот там, – указала лапкой в сторону ручейка, который извивался среди густых деревьев, – есть речка небольшая. Можно построить дом.

– Для этого нужна сила мужская… И хоть пару деревень рядом, а тут совсем их не осталось! – Я с горечью посмотрела на опустевшие поля и леса, и грудь сдавила боль.

– Да, не осталось… Все пожгли вороги, уничтожили! – Прасковья кивнула, ее глаза наполнились печалью. – Мне тут матушка на дорожку дала кой-чего. Сказала, что хранится давно, но зачем – знать не знаем. Прабабуля жила у лесной травницы, а та ей много чего оставила на память. Может, пригодится что…

С этими словами она, стесняясь, развязала узелок, словно боялась, что я отвергну ее помощь, а затем аккуратно положила его к моим ногам. У меня внутри все сжалось от жалости.

– Думала, обменяю на что-то в столице. Там же магов много, поймут, что это…

Я присела на корточки и начала перебирать предметы. Каменные колышки со знаками. Всматривалась в них, пытаясь угадать значение. Некоторые казались знакомыми, другие же я видела впервые.

– Вот, смотри, – показала зайчихе пять колышков. – Вроде как дом, переносной… Но магии в них нет – они пустые. А это, кажется, чтобы воду добыть. Но как – тоже непонятно. Надо в книге знаний поискать. Может, там что-то найдется… А вот это… – взяла в руки несколько разноцветных голышей из кучи таких же, – похоже на бусы. Вон и дырочки есть. Хочешь, сделаем тебе украшение на шею?

Я посмотрела на зайчиху. Ее глаза светились любопытством и благодарностью. Она явно думала о чем-то своем.

– А давайте, – тихо сказала Прасковья. – Я же рядом с вами, значит, меня не обидят? А остальное себе забирайте, все равно не знаю, что это… и вообще, купят ли.

Я улыбнулась. Сначала собрала рассыпавшиеся травы, потом достала из сумки веревочки. Перевязала их и быстро нанизала камешки. Протянула самодельные бусы Прасковье, которая подставила шею, не боясь. Аккуратно надела на нее украшение.

– Красиво! – подбодрила я зайчиху. – А мы потом зарядим камешки с домом, и у нас будет своя избушка. А пока можно и на сене поспать. Ночи теплые, не замерзнем!

– Конечно! – обрадовалась она.

Платок, в котором были камешки, Прасковья повязала на голову. Я все сложила в сумку. Решила сорвать еще немного трав, собрала их в охапку и так понесла в лагерь. Воевода ведь обещал выделить место для сушки и приготовления зелий.

Первым делом я разложила пучки на столе, после чего пошла в палатку Кощея, чтобы забрать свои вещи. Села и, достав книгу из узелка, привезенного из дома, начала искать сведения о том, что мне отдала зайчиха.

Прасковья ушла осматривать лагерь. Он жил своей жизнью: в самой середине женщины готовили обед, перекрикивая друг друга и смеясь; солдаты рубили дрова, чистили лошадей. Откуда-то доносился звон – наверное, тренировались на мечах.

Сердце от волнения билось чересчур часто. Все здесь было для меня в новинку, и каждая мелочь казалась значимой. Но в то же время я ощущала благодарность за предоставленную возможность быть частью необычного отряда. Эти люди должны были стать мне второй семьей, и я готова была сделать все, чтобы помочь им.

Моя решимость росла с каждым шагом. Я знала, что впереди нас ждут испытания, но не боялась их.

Вскоре всех позвали на обед. Я взяла миску для себя и для Прасковьи, которая несла две кружки горячего чая, источающего аромат свежей мяты и меда. В воздухе витали аппетитные запахи, но что-то все равно не давало мне покоя.

Венцеслав до сих пор не появился…

В душе стала нарастать тревога. Что, если он заблудился? Или, не дай бог, попал в беду? Я представила, как он, одинокий и растерянный, бродит по глухим тропам, не зная, куда идти. Сердце сжалось от страха за него.