Читать книгу "Куколка. Новая жизнь"

Глава 11. Находчиво (2)

Проснувшись и быстро перекусив на завтрак бутербродом с сыром, Татьяна отправилась в строительный магазин за изолентой. Она плохо представляла себе, как будет выглядеть ее костюм, какой узор нанести и как сделать так, чтобы ничего лишнего ненароком не представилось широкой публике, поэтому не искала ничего конкретного.

Ассортимент изолент был велик: на полках лежали тонкие и толстые рулоны всех цветов радуги. Долго блуждая перед стеллажом с клейкими лентами, Татьяна пыталась представить, как с помощью этого можно реализовать задумку, но выходило неважно. Устав от собственной нерешительности она схватила первую попавшуюся ленту, которая оказалась белой, и отправилась на кассу. Дешевые туфли пришлось поискать и потратить на это три драгоценных часа, поэтому домой Татьяна вернулась раздраженной, зато с синими босоножками из лакированной кожи на шпильке.

– Не переживай, успеем, делов-то, – успокоила ее Адлия, усмехаясь.

Медленно, упираясь одной рукой в табуретку и держась другой за поясницу, она поднялась с кровати. Татьяна сняла с себя всю одежду, даже нижнее белье, и встала перед Адлией, расставив ноги на ширине плеч.

– А ты не хочешь сначала хотя бы нарисовать узор, как мне все это клеить? – поинтересовалась Адлия, пытаясь вскрыть кончик изоленты.

– Времени нет, – отмахнулась Татьяна. – Давай, сделаем просто, как в «Пятом элементе».

Адлия повертела головой, но принялась за работу. Обклеивать грудь прямой линией в несколько слоев. Сделала параллельные ей полоски на талии, только в один слой, а затем перешла к тазу, который пришлось обклеивать во всех направлениях, чтобы по форме получить бикини.

– Боюсь, снимать все это будет больно, – шикнула Адлия, когда закончила с интимной зоной.

– Как-нибудь переживу, – вздохнула Татьяна и повернулась спиной, чтобы Адлия и там провела вертикальные линии.

Татьяна решила, что горизонтальные полосы необходимо сделать по всей длине ног и пару полос на плечах и запястьях. Так костюм казался не абсолютной копией наряда героини Милы Йовович.

В целом полосы ощущались приятно, но на срезах кусались и резали кожу. В некоторых местах зудело. Сама лента казалась непрочной. Татьяна старалась не делать лишних движений, чтобы костюм продержался подольше. На всякий случай, она взяла с собой на работу пару мотков.

Себя в образе она смогла увидеть только в клубе за ширмой, когда сняла Ладино платье и покрутилась перед зеркалом. Себе она казалась переростком на детском утреннике, родители которого дешево покреативили. Выходить из-за ширмы было стыдно, особенно в недружелюбную толпу коллег. У них и без этого находилась масса причин смеяться над ней. Татьяна была уверена, что большего позора в жизни пережить нельзя. Больше всего боялась встречи с Ариной и следующего за этим увольнения.

– Ты на «Комик-кон» собралась после работы, что ли? – улыбнулась Юля, увидев Татьяну в новом наряде.

– Это временная мера, – невесело ответила Татьяна, стараясь не смотреть на ухмылки остальных танцовщиков, но один любопытный взгляд все-таки уловила.

Света разглядывала геометрический ленточный узор в зеркало до тех пор, пока не поняла, что ее заметили, и тут же перевела взгляд на собственное отражение, будто и не смотрела. Татьяна только хмыкнула на это.

– Мне нравится, – похвалила костюм Юля и провела двумя пальцами по ленте на талии. – Это обычная изолента?

Татьяна кивнула.

– Прикольно, – протянула Оля, тряхнув каре. – А Арина это одобрила?

– Пока не знаю.

Татьяна набрала в грудь побольше воздуха и вышла из гримерки, чтобы показаться арт-директору, мысленно ища другую работу. Постучавшись, она осторожно потянула черную ручку вниз и слегка приоткрыла дверь, замерев на доли секунды, чтобы успеть сделать лишний вдох.

– Давайте скорее, у меня мало времени, – нервно произнесла Арина.

Тогда Татьяна с силой распахнула дверь и встала на ширине плеч, а руками уперлась в бока, чтобы как можно лучше продемонстрировать новый образ. Директор сидела в кресле, прильнув к монитору, но сразу откинулась на спинку и широко раскрыла глаза. Одну руку она поставила на подлокотник и приложила к щеке, вторую оставила на столе.

– Так, – протянула она, разглядывая Татьяну сверху вниз. – Не помню, чтобы у нас намечалась вечеринка в духе «Пятого элемента».

– Света отобрала у меня костюм. А свой я сшить не успела, – оправдывалась Татьяна, опустив руки по бокам. – Вообще-то, я увидела это в модном журнале.

– Однако.

Арина спокойно поднялась и, сунув руки в карманы молочных бермуд, подошла к Татьяне. Она часто дышала от волнения. Директор обошла ее кругом, присмотрелась к чему-то сзади, проверила гладкость ленты на бедре и остановилась в метре.

– Находчиво, – заключила она, почесывая подбородок. – Когда костюм будет готов?

– К следующим выходным, – сразу ответила Татьяна, а потом тихо добавила. – Наверное.

– Ладно, танцуй пока так.

Арина вернулась в кресло. Татьяна с облегчением выдохнула.

– Эскиз мне завтра на стол, – сказала арт-директор напоследок.

Татьяна кивнула и поспешила закрыть за собой дверь, потому что не могла сдержать улыбку счастья. Самая страшная участь пока миновала. Теперь она была готова выслушать тысячи насмешек в свой адрес по поводу костюма и всего остального, но, на удивление, нашлось немного людей, готовых ее осмеять. Пару пошлых шуточек в адрес костюма отпустил танцовщик Миша, любимый партнер Светы, над которыми посмеялся диджей. Да один из поваров, проходивший мимо бара, сказал что-то ехидным тоном, но Татьяна не смогла разобрать слов. Зато оба бармена за стойкой у туалета похвалили ее новый образ. Официантки откровенно восторгались нарядом и, завидев Татьяну, тут же подбежали трогать ленты и проверять их прочность, обсуждая между собой неизвестных ей косплееров. Они бы не отстали от нее, если бы не Павлик. Он приказал обеим вытереть столики, а сам уставился на Татьяну

– Оу, – протянул парень изумленно, подтянув кипу бумаг к груди.

Татьяна сначала насторожилась, но после его одобрительной улыбки тоже заулыбалась.

– Потрясно выглядишь, – Павлик не отрывал глаз от Татьяниной фигуры.

– Спасибо.

Она смутилась и сковала руки в замок, подсознательно прикрыв ими область между ног. Павлик кашлянул и быстро перевел глаза на колонну, за которой скрывался служебный коридор, куда он направлялся.

– Ну, хорошей ночи, – сказал он и быстро скрылся за ее спиной.

Татьяна почувствовала, как румянец медленно отливает от щек, но все еще держала руки в замке от неловкости.

Когда она вышла в зал танцевать в первый раз, компания из пяти парней, тусовавшихся рядом с баром, проводила ее до подиума одобрительными возгласами и томными взглядами. Татьяна смутилась еще сильнее. Парни ждали, когда она начнет танцевать. Она старалась абстрагироваться как могла. Смотрела в потолок, в танце много крутилась, чтобы поменьше поворачиваться лицом к публике, закрывала глаза на долгие секунды. А когда компания ушла на танцпол, услышав любимый хит, почти полностью расслабилась. Новые люди, подходившие к бару или проходившие в туалет, тоже пялились на нее, но Татьяна уже выработала к такому вниманию иммунитет.

Единственное, что ее смущало, это туфли, на которых танцевать было почти невозможно. Каблук оказался очень неустойчивым. С каждым шагом Татьяна боялась подвернуть ногу, потому все делала очень аккуратно, выдавая трусливость за плавность, даже тогда, когда это не совпадало с музыкой. Под утро она все-таки ногу подвернула и мечтала забить Свету этими туфлями до смерти, но сил едва хватало, чтобы добраться до дома. Пришлось купить анестезирующий спрей и эластичный бинт, которыми ее научила пользоваться мама и суровое балетное прошлое.

Глава 12. Бедовая

Арина откровенно расхохоталась, когда Татьяна показала ей свой детский эскиз, в котором все-таки прослеживалась цельная концепция образа.

– Look33
  Look [лук] – с англ. образ


[Закрыть] где подсмотрела? В каком-нибудь упоротом голландском порно? – посмеиваясь, спросила директор.

Татьяна стояла напротив нее через стол, красная, обиженная, с надутыми губами.

– Я порнографией не интересуюсь, – ответила гордо.

– А может, и стоит. Там и то костюмы лучше встречаются.

Арина утерла слезу с правого глаза и вгляделась внимательнее в рисунок. Несколько минут она сидела в молчании, прикусив губами резиновый колпачок ручки в форме зайчика, без отрыва глядя на мятый листок бумаги. Татьяна дулась и ждала окончательного вердикта. Потом директор уставилась на нее, разглядывала сверху вниз, попеременно наклоняя голову то вправо, то влево, и снова вернулась к рисунку.

– Так, – начала она серьезным тоном. – Колготки в сеточку убери. Замени на обычные зеленые. Можно лосины матовые. И на них нашить узор в форме сыплющихся семечек.

Легким движением руки она пририсовала на ноге манекена незамысловатый, но утонченный узор из черных капель, похожих по форме на семена подсолнуха.

– Лианы между лифом и трусами не нужны. Будут только мешать в танце, а красоты никакой не добавляют. Бюст, в принципе, можно оставить. Только стразы надо сделать мелкими, прям как семечки чтобы смотрелись, и листья помельче, но попышнее. И обязательно бери пуш-ап, а то с твоей грудью будет выглядеть удручающе.

Арина пригляделась к бюсту Татьяны и, цокнув, продолжила.

– Юбка мне не нравится…

Директор снова задумалась и прикусила колпачок. Татьяна нахмурилась и раздула щеки. Все ее нутро протестовало против внесенных правок. Она даже лианы между бюстом и трусами не хотела убирать и уж тем более не была согласна на изменение юбки, которая ей нравилась больше всего.

– Да, замени на шорты, – Арина откинулась назад в кресле, высвободив «зайчика» из зубастой пасти. – Точно, бери легинсы. Никакие шорты, юбки и колготки не нужны тогда. Вышей на них семечки узором. Лепестки еще можно добавить. Туфли купи массивные. На платформе. Ярко-желтого цвета.

– Все? – недовольно пробурчала Татьяна, протягивая руку за эскизом.

Арина подумала несколько секунд и с улыбкой кивнула.

– Да, пожалуй.

Взяв листок в руки, Татьяна с силой смяла его и уже направилась к выходу из кабинета директора, но та остановила ее бархатным голосом.

– Если не последуешь моим рекомендациям и придешь в другом костюме, в клуб не пущу. Будешь искать другую работу, – с ухмылкой произнесла она.

Татьяна ничего не ответила. Только громко хлопнула дверью.

***

Тянуть с костюмом было некогда. У нее оставалась неделя, чтобы сшить полноценный наряд, найти к нему материалы и заработать на это денег. Вариантов легкого и быстрого заработка у нее имелось немного, поэтому на ночь глядя она решила написать Ладе и спросить, не собираются ли они выступать завтра где-нибудь днем. Хотя подозревала, что, если бы ребята куда-то собрались, то позвали бы ее, а раз не звали, значит, и не собирались. В любом случае она решила предложить сама.

– Да все площадки забиты, – жалобно ответила Лада в аудиосообщении. – Ближайшую мы с Юрцом через две недели только забронили. И то она не очень. Помнится мне, там народ неблагодарный.

Татьяна спросила в аудиоответе: «А что будет, если мы самостоятельно где-нибудь площадку найдем и займем? Не из проекта. Наверняка здесь много хороших для выступлений точек». Ответ Лады пришел не сразу. Татьяна предположила, что несколько минут она искала информацию или консультировалась с Юрой.

– Попробовать можно, конечно. Пока менты не загребут, – вздохнула Лада. – Вообще, мы поначалу с Юрцом так и выступали. Но нас потом накрыли. И мы вот на этот проект зарегались. Что ж, пожалуй, пришло время вспомнить лихую молодость.

В конце сообщения раздался задорный Ладин смех и где-то на фоне еще один, Юрин. Татьяна заразилась их весельем и тоже улыбнулась темному пространству за стеклом. А затем в чате появился текст: «А ты-то не боишься, что загребут?». В конце Лада прибавила недоверчивый смайлик с одной поднятой бровью.

– Мне очень нужны деньги. На костюм. Для работы. Мне больше неоткуда их достать, – ответила в аудиоформате Татьяна.

«Ладно, ща гляну местечки. Отпишусь» – написала Лада и перестала быть онлайн.

Они договорились встретиться у метро. Лада с Юрой, как обычно, пришли вместе. Их громкий разговор слышался издалека, несмотря на густую толпу вокруг. Успев переодеться в ближайшем кафе, Татьяна ждала ребят у подземного перехода и с улыбкой наблюдала, как они, перекачиваясь, не торопясь, шагают ей навстречу, глядя друг на друга. Лада, рассказывая, быстро меняла эмоции на лице и по-разному жестикулировала, а Юра внимательно слушал, то кивая, то усмехаясь.

– Короче, крипота полнейшая, все, как ты любишь, – докончила рассказ Лада и на последнем слове уже улыбалась Татьяне. – Привет, Танюха.

Юра тоже поздоровался.

– Ну, че стремно? – спросила Лада, поправляя красную бейсболку.

Татьяна, поджав губы, кивнула.

– Но я вообще на мели. А мне очень надо сшить костюм. Еще бы и туфли купить. Но хотя бы костюм.

– Не боись, ща все будет. У меня репертуар на одну песню обновился. Про социальное неравенство, между прочим. Должно зайти.

Лада подмигнула и засмеялась.

Они спустились в подземный переход, где стоял нагретый воздух, который сдавливал легкие. В таком тяжело было даже стоять, не то что танцевать. Впрочем, духоты и спертости Татьяне хватало и в ночном клубе. Здесь хотя бы не пахло спиртом и сценическим дымом. Они встали в углу, у противоположной от лестницы стены, и подключились к единственной розетке.

Пока ребята готовили оборудование, Татьяна разминала руки и ноги. Потом Юра поставил меланхоличный инструментал под Ладин рэп, и Татьяна начала извиваться, плавно, протяжно, без резких выпадов и перепадов. Все-таки песня про несправедливость предполагала тоску.

Танцуя, Татьяна вслушалась в слова и заметила для себя, что у Лады получились неплохие стихи. Они могли бы сойти за полноценное лирическое стихотворение, которое принято читать под классическую музыку на фоне влажного окна, а не мешать с междометиями типа «йоу», «еее» и «хэй». Впрочем, Татьяне нравилась и рэп-версия, потому что Лада создавала речитативом определенный ритм и темп, заставляющий фибры души танцевать вместе с телом.