Текст книги "Всадники Постапокалипсиса. Поворот судьбы. Книга 1"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vsadniki-postapokalipsisa-povorot-sudby-kniga-1-267786.jpg)
Автор книги: Иван Чернявский
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Разведчики
После того как вавилоняне закрепились на северном берегу, они стали готовиться к продвижению к столице. Пипты отступали к последнему оплоту. Оик – великая твердыня и богатая столица княжества. Обе стороны готовились к сражениям. Пока правители и великие мира сего готовили коварные планы, Мелкицедек и Хаммурапи ожидали новых псов. Молодой десятник позабыл про тревогу дяди. Он был воодушевлён продвижением по службе, готовясь оправдать оказанное царём доверие.
– А вот и они, – выпалил неунывающий Хам.
Датапатиш стоял молча. На мгновение он вспомнил свой павший в бою отряд. Смерть неизбежна. Он знал, что будет хоронить товарищей чаще, чем наслаждаться победой. Взгляд упал на свежее кладбище. В груди заныла молодая, ещё не очерствевшая душа. Он закрыл глаза. Воркующие птицы весело щебетали в кронах высоких деревьев. Солнце светило ярко, но не жгло. Журчание реки уносило вдаль горечь воспоминаний, оставляя только сиюминутное. Павшие соратники будут гордится им. А кто была та женщина на лисе о шести лапах?
Пока он погрузился в себя, главный армейский собачник привёл к ним двух резвых фараоновых собак.
– Да благословит вас Эль Мардук, славные аспаураны-всадники! – приветствовал Шимон. – Вас поспешили поднять с коек. Вам бы ещё отлежаться недельку, а то будто смерть увидели.
– Нам удалось ей назло выжить, – отчеканил Хам.
У Мелка возникла мысль: а вдруг эта таинственная женщина и есть смерть?
– Десятник, какой датабам вам выделили? – обратился собачник.
– Каштилиаш сказал, что это десятка Бараба, где командовал павший Аведнего из семейства Эмициум.
– А! Славный род эти Эмициумы, истинные вавилоняне! – собачник Шимон посмотрел в небо. Каждое его слово было сказано под вдохновением, однако потом он приуныл – Датапатиш получил взбалмошных ребят.
– Но это же личные разведчики визиря! – удивился Мелк.
– Я не хочу говорить лишнего, но будьте с ними начеку.
– Ничего, господин Мелк справится, – вставил своё словечко Хам. – Правда, ему стали чудиться бледные женщины на шестилапых лисицах.
Десятник испепелил друга взглядом. Хам усмехнулся, как всегда, когда он считал себя богом юмора.
– Шестиногая лисица, говоришь? Что это за зверь такой? Как дрессировщик скажу, что куда страшнее всадник такого монстра.
– Я благодарен тебе, Шимон, за советы твои и за прекрасных фараоновых псов. Да пребудет с тобой Эль!
– Думаешь, старик свихнулся или верно, что Бараба – свора придурков? – немного погодя высказал домыслы Хам.
– А сейчас и посмотрим на этих негодяев.
Хама не нужно уговаривать, он лез в драку без опаски. И они поспешили в сторону палаток разведчиков в левом крыле лагеря. Парни привязали псов и вошли. Далеко небедная палатка для воинов была неплохо обставлена, хоть и пребывала в беспорядке. Разведчики занимались своими делами. Трое самых крепких мужчин сидели за столом и шептались. Ещё один ел чечевицу. Пятый спал. Шестой штопал одежду, а последний точил сакс. Недоставало двоих для полной комплектации.
– Датапатиш в палатке! – заорал Хам. – стройся!
Никто и ухом не повёл.
– Вы что, собаки, совсем честь потеряли? Перед вами Мелкицедек, сын Иеффая, из благородного дома Кира.
– Дом Кира давно потерял благородство, – послышалось в ответ.
– Кто это сказал? – вклинился Мелк.
– Мы счастливы, что нами будет управлять такой благородный остолоп и мелкопоместный дегенерат, – сказал всё тот же голос.
– Кефа, успокойся, – заявил другой властным тоном.
Хам подошёл к Кефе. Тот выпрямился и стал на голову выше всех присутствующих.
– Тебе придётся ответить за свою дерзость.
– И что ты мне, мальчик, сделаешь?
– Он прав, Кефа, – подтвердил воин по имени Ашер. – Тебя за эти слова высекут плетью. А могут и того хуже – сбрить бороду и отправить со стыдом на родину. Будешь, как ордынские безволосые налзари.
Кефе пришлось отступить. Собратья заковали его в цепи и предали розгам. Громила не издал и звука.
Кефа хмыкнул и одел рубаху на истерзанное тело. Он выдержал наказание достойно. Казалось, его не били, а делали расслабляющий массаж.
Все вернулись в палатку. Итерпиша продолжал мирно спать на койке. Прозвучал призыв к построению. Ашер взял ложку из тарелки Балаама и запустил ею в спящего, тот нехотя открыл глаза.
Хам почувствовал вкус власти помощника десятника:
– Перед вами Мелкицедек, сын Иеффая, из благородного дома Кира, – повторил он. – А я его заместитель Хаммурапи, сын Амнона.
– Кефа
– Балаам
– Ашер.
– Балак.
– Нур-Адад.
– Итерпиша.
– Вот и познакомились, – сделал вывод Мелк. Никто не был рад новому десятнику и его заместителю.
– Мы выступаем на столицу. Сегодня к нам добавят ещё двоих для полной комплектации датабама.
– И нас поведёт на разведку Датапатиш, который не смыслит в разведке ничего, – сказал Кефа.
– А ты, кажется, не учишься, – сделал вывод Хам.
Спустя три дня по пиптскому тракту, называемому Экт Випит, что означает Дорога Князя, маршировала вавилонская армия – амртака. Южане миновали мелкие города Лат и Карт, а также сёла: Нани, Хиур, Пат и Унт. Вавилонцы насмехались над тем, как пипты любили сокращать названия. Молодой десятник был выше этого.
Через несколько дней амртака встала лагерем у столицы Оик. Город раскинулся под величественной грядой – Ату Крат или Горный Щит. Самой высокой была – Князь-Гора.
Переговоры
По замку шёл человек в доспехах. Его оранжевый плащ с золотистым гербом в виде подковы и трёх еловых ветвей выдавал в нём представителя титлийского дома. На стали доспехов красовался лик Святого Кузнеца. Шлем дополнялся белой гривой из конского хвоста – знак наивысшего воинского статуса.
Воин в латах являлся главой самого знатного из семейств Пипта, звали его Макт. Также он был известен, как Лев из Пипта. Жёсткость лица с квадратным подбородком подчёркивалась всепроникающим взглядом. Когда-то каштановые волосы уже успели окраситься сединой. Морщины, давно ставшие неотъемлемой частью волевого лица, свидетельствовали о богатейшем жизненном опыте.
Свет в коридор проникал сквозь маленькие бойницы. У одной из них воевода остановился и начал пристально рассматривать армию вторжения. Он видел, как устанавливают лагерь враги. Вместо родного пиптского леса почти везде были видны только катапульты, лестницы и передвижные башни, окружённые частоколом из когда-то прекрасных деревьев.
Макта охватил гнев, но он сдерживал его. Он углубился в богатые коридоры княжеского дворца, украшенные величественными статуями из мрамора, узорчатыми коврами, металлическим оружием на стенах и изысканной деревянной мебелью. Его шаги отдавались эхом под высокими сводами дворца. Величие пиптских умельцев достигло совершенства: на каждом изделии были искусно изображены лики Святых Ремесленников – так на родине Макта прославляли своих покровителей. Четыре божества Пипта. Их также называли Великими Мастерами и Создателями. Тетрабожие. Они носили на первый взгляд очень простые имена: Кузнец, Каменщик, Ткач и Плотник. Но других богов не признавали.
Макт Титлийский свернул в большой коридор. Он оказался перед массивными дубовыми дверьми, охраняющими вход в тронный зал. Его путь преградила личная гвардия князя в странной на взгляд Макта полосатой форме – северные воины с суровым видом и экзотической внешностью: усатые светловолосые стражи с бледной кожей. Они молча впустили главнокомандующего к владыке государства.
Яркий зал пестрил излишествами. Тут были все возможные и невозможные украшения, которые только способен представить человек. В центре стоял любимейший стол правителя. Его вытесали ещё на заре династии князей, но до сих пор он был одной из четырёх реликвий, тесно связанных с владычеством и религией. Три других артефакта – корона князя, каменный камин и ковёр-карта Пипта.
Над троном висела надпись: «Ваш ремесленник – пиптскому ребёнку не ровня». По периметру всего зала стояли секванские гвардейцы – личный подарок вождя Грайогейра.
– Ваше Величество! – преклонил колено Макт.
– А! Макт Титлийский, мой верный воевода и друг. Наши южные гости уже расположились?
– Испортили долину своими мерзкими рвами и осквернили пиптские рощи топорами.
– Насколько велико у них войско?
– Больше десяти тысяч, Государь. Мы на родной земле, а значит с нами правда!
Князь погрузился в раздумья и долгое время ничего не мог ответить. Наконец он поднялся и спустился с трона. Макт хотел было обнять его, но Далвин прошёл мимо.
– Ты думаешь, у нас хватит сил? – голос правителя дрогнул.
– Призовите вашего союзника – Грайогейра.
– Он не придёт.
– Но вы женаты на его дочери Файоннагуале!
– Вождь секванов и карнаутов не придёт, – настойчиво повторил князь.
– Так что прикажете делать? Может, привлечём наёмников?
– Янит ясно обозначил позицию литов, они вышли из города вчера. Они не участвуют в политике.
– Приказывайте, Ваше Величество, – покорно ответил Макт, хотя в душе его поднимались гнев и обида и на секванов, и на литов.
– Я намерен отправить посла в стан врага на переговоры. Им будете вы.
– Как пожелаете, мой Князь, – поклонился Макт.
– Да хранят нас Святые Ремесленники!
Ворота города открылись. Сначала деревянные, затем металлическая решётка. Старейшины во главе с главнокомандующим покинули город. Они въехали во вражеский лагерь на лучших лошадях. Южане чувствовали своё превосходство. Вавилонские солдаты улюлюкали, а их псы кидались на лошадей со злобным оскалом.
– Прогнившая нация, – презрительно высказался Макт. – Да поразит их молот Кузнеца!
Оранжевая делегация удивлялась организованности и силе врагов, только Лев из Пипта сохранял лицо.
– Эту армию невозможно победить, – говорили они друг другу.
– Молчать! – шёпотом приказал Макт.
Могучий воевода слез с коня. У царского шатра Навуходоносора приезжих встречал личный раб визиря. Внутри ожидали Титглат и царь. Макт успел разглядеть фигурки на карте прежде, чем вавилонский министр их скинул на пол. Титглат гневно глянул на слугу. Макт ухмылялся.
– А, уважаемый Макт! Пришли обсудить условия сдачи? – ядовито поинтересовался визирь. Он сомкнул кончики пальцев и внимательно изучал оппонента.
– Я здесь, чтобы выслушать требования твоего царя, а не слушать змеиный яд его лизоблюда.
– Ты в покоях достопочтенного царя Навуходоносора, владыки Юга, а я его верный слуга. Имей уважение! – процедил сквозь зубы Титглат.
– Ты сам сказал, что царь ваш – владыка Юга. Почему же он пришёл на север? Мы его чем-то оскорбили? Во имя Святых Ремесленников – отвечай!
Визирь встал, испепеляя взглядом пиптского воеводу и его сопровождающих.
– Эль Мардук, благословенно имя его, повелел через пророков: распространить имя его и низвергнуть всех богов к подножию ног его. Помазанник его Навуходоносор станет царём царей и господином господствующих. Преклони колени или станешь рабом рабов его!
– Мы признаём величие Вавилона в пределах границ его. У нас есть свой правитель и свои боги!
– Твои боги не помогут тебе, как Синнахарибу не помог его лже-бог Баалзевул. Ты и твой князь будете на цепи въезжать в престольный город Вавилон!
– Громкие слова твои пусть подтвердятся на поле брани! – с этими словами воевода хотел выйти. Старейшины Оика вознамерились остаться, и он это понял.
– Вы собираетесь продать себя за крохи хлеба со стола чужеземного царя? – спросил он.
Они ничего не могли ответить. Макт вскочил на коня и помчался к воротам города. Энут и советники обсуждали план сдачи.
– Государь! Вас предали! – с этими словами Макт влетел в тронный зал. – Ваши советники сговорились с Титглатом.
Государь был стройным седовласым мужчиной с короткой бородкой, но сейчас князь бродил по залу тяжёлой походкой. Впалые карие глаза его бегали от страха, губы истончились от напряжения. Далвин из династии Патилов исхудал.
– Государь…
– Нам не выиграть. Моих наследников забрала чума, если помнишь. Наследника нет. Шакалы знают, что мой род истощился. Соседи не помогут. Я знаю, что происходит в палатке Навуходоносора. Я повелел так: уж лучше мы станем данниками одного, чем нас разорвут на части.
– Князь! – воин стоял ошеломленный. Кулаки Макта сжались, он рассвирепел, но подавил свой гнев. Воевода принял решение. – Тогда вы не оставляете мне иного выбора!
– Что ты намерен делать? Я приказываю сдаться!
– Никогда! – вскричал Макт и обратился к гвардейцам: – Секваны, князь сильно приболел. Пусть он отдыхает.
Воевода остался верным не только князю, но и Родине, ради которой был готов отдать свою жизнь.
Послевкусие
Солнце клонилось к закату. Птицы спрятались в гнёздах, готовясь к страшной ночи. Сердца людей отбивали ритм боевого марша. Облака заслонили солнце, скрывая южан в тени, придавая им мрачности. Время остановилось.
Накануне первой битвы за Оик Мелка призвали в царский шатёр. Он уже щеголял в новом обмундировании. Десятник успел оценить качество нового оружия и одеяний. Песочные тона одежды подходили к кольчуге. Остроконечный шлем, сабля, щит, арбалет, ножи – всё подобрано по стилю.
Царь восседал на резном стуле из красного дерева. В руке сверкал кубок с вином. Визирь стоял справа от правителя, ожидая прихода десятника. В палатке они были одни.
– Мелкицедек, сын Иеффая, из дома Кира! Датапатиш отряда Бараба! – объявил раб.
Вошёл ожидаемый гость, и министр одарил его всепожирающим и злым взглядом. Десятнику стало не по себе.
– Из дома Кира? Я думал, что его давно не существует, – удивился Навуходоносор.
– Я тоже так думал. – заявил визирь.
– Можно сказать и так, господин царь и великий визирь. Я последний из своего рода.
Титглат задумчиво сложил пальцы, а царь почесал бороду. Разведчик замялся.
– Перейдём к делу. Титглат, поясни мальцу, в чём состоит его задание.
– Разумеется, ваше величество, – отвесил поклон визирь. – Отряду Бараба оказана великая честь – вы отправитесь прямо во дворец. Захватите в плен князя и княгиню. От этого зависит скоротечность победы наших войск над врагом. С их помощью добейтесь сдачи города.
Глаза Мелкицедека округлялись с каждым предложением. Он боялся спросить. Титглат понял его без вопроса.
– Прямо под Князь-Горой пролегает тоннель. Вот ключи от потайной двери. Скачите во весь опор на восток к Змеиному Каньону. Ближайший путь лежит на север. Вы попадёте на земли берсерков, так что будьте осторожны. У вас три дня. Я думаю не стоит объяснять, что при успехе вы станете героями.
– А при поражении?
– Жив Мардук и помазанник его, вы умрёте в тот же день.
Мелк вышел с привкусом желчи во рту. Он не боялся смерти. Его пугало бесславное поражение. Его тошнило от общения с великим визирем. Он осознавал свою беспомощность. Теперь он личная пешка в руках знаменитого политика. Что же до Навуходоносора. Молодой воин ожидал вдохновения от аудиенции с царём, но не ощутил ровным счётом ничего.
– Племянник! – окликнул юношу Каштилиаш. – Как прошла встреча с царём?
– Меня пугает визирь. Он спрашивал о моей родословной.
Пожилой офицер склонил голову. Его мучила совесть. Когда он поднял взгляд на Мелка, в его глазах читалась печаль.
– И не просто так, – молвил он. – Твой отец был…
– Господин Каштилиаш, вас призвал царь. – обратился раб.
– Позже поговорим. Пусть Мардук хранит тебя в пути! – пожелал дядя.
Мелк с нетерпением ждал этой встречи вновь, а пока решил узнать всё про людей, которыми командует.
– За последнее время сменилось много десятников. Только пятеро оставались неизменными членами отряда: Ашер, Кефа, Итерпиша, Нур-Адад и Балак. Большего я сказать не могу, —сообщил ему собачник Шимон.
Итак, Мелк теперь знал тех, кого следует опасаться.
Хам не смог присоединиться к отряду в походе. Рана ещё не зажила. Десятнику придётся рассчитывать только на себя.
В отряде появились близнецы – Дан и Мафусаил. Они держались особняком. Весь отряд делился на группировки.
«Необходимо найти сторонников», – подумал десятник.
Они отправились в путь ночью. Ехали шустро. Позади эхом отдавался шум осады Оика. Горы усиливали звук. Звон стали, треск пожара и летящие камни – всё это создавало ощущение, что сражение шло за углом. Сердце тянуло Мелка назад. Жаркая битва заставляла часто оборачиваться. Разведчики устали. Привал устроили почти под утро, чтобы хоть немного поспать. Десятник распределил дежурство. Он желал кинуться в бой на сотню врагов, а не сидеть в лесу с этими негодяями. С этой мыслью и уснул.
Датапатиш проснулся, когда лагерь свернули, а следы замели. Солнце ослепляло сонного лидера. Его помятое лицо побледнело от гнева.
– Разведчик не должен любить спать, – заявил уже сидевший в седле своего пса Ашер. – Даже Итер уже в седле.
Отряд пробирался сквозь заросли, ведя псов под удила. Мелку пришлось спешно догонять.
– Десятник остался голодным, – смеялся Кефа.
К обеду они всё ещё ехали по древнему лесу. Новобранцы весело смеялись. Они высмеивали дурацкие названия пиптов:
– Лес Лаат. Ну что за название?
– Подожди-подожди – Оик! Звучит, как икота.
Отряд расхохотался. Ашер остановился.
– Тихо, олухи! – зашипел он.
Природа жила своими заботами. Птицы пели оды. Комары с аппетитом искали своих жертв. Пчёлы собирали нектар. Ничего не предвещало опасений, но не для Ашера.
– Балак, можешь отлить.
Худощавый воин с бегающими глазками спрыгнул с седла. Он улыбался. Дойдя до молодой сосны, он бесцеремонно стал мочиться. Все с презрением отвернулись. Когда журчание стихло, Балака нигде не было видно. Все оглядывались по сторонам. Мастерство пряток вызвало уважение собратьев по оружию. Восхищался даже Мелк, но недолго. Балак вернулся с подростком. Он обнимал мальца за плечи и хихикал, как полоумный.
– И кто у нас здесь? – полюбопытствовал Ашер.
– Сдаётся мне, разведчик Навуходоносора! – заметил Кефа ухмыляясь.
– Кто? Я? – испуганно пролепетал мальчишка.
– Ну не я же…
– Началось, – тихо шепнул Итер.
– Что началось? – спросил десятник.
– Датапатиш, тебе ли не знать?
Кефа прижал мальчика к дереву и смотрел ему в глаза. Отряд расположился на привал, пока шёл допрос.
– Что ты делал в лесу, мальчик? – спросил Кефа, ставя ударение на последнем слове, как он делал это всегда.
– Я… я… я собирал грибы.
– Грибы? А где же корзинка?
– Там… в кустах… – мямлил тот.
– Итер, посмотри! – приказал Ашер.
Повторять не было нужды. Пару минут обыскивая кусты, он всё-таки обнаружил корзинку.
– Нашёл!
Балаам тут же подскочил к корзине и отнял грибы. С жадностью запихал их в сумку. Все презирали его за обжорство, но препятствовать не стали.
– Может, ты для прикрытия взял корзинку? – любопытствовал Кефа
– Нет-нет!
– Остынь, здоровяк. Отстань от малого, – Балак протянул деревянного человечка мальчугану. – Смотри, что у меня есть.
Юнец взял игрушку и успокоился.
– Опять твои игрушки, – промычал Кефа.
– Зачем ты так далеко забрёл? – сообразил Ашер.
– Я… я живу тут, в лесу.
– Не бойся, малыш, мы тебя не обидим. Правда, Кефа?
Громила замялся и нехотя произнёс:
– А то…
– А почему вы похожи на вавилонцев?
– От тебя ничего не утаишь, – подметил Ашер. – Нас нанял князь. Ты можешь нам доверять.
Кефа отпустил мальчика. Ашер поправил ему мешковатую рубаху из конопляной ткани.
– Как тебя зовут? – не давал собраться с мыслями Ашер.
– Фат.
– Ох уж эти короткие имена у пиптов, – доброжелательно засмеялся Ашер. – Только у князя Далвина длинное имя. Ишь, как выпендривается старый шутник!
Отряд разразился хохотом, даже Фат улыбнулся, хоть и боязно.
– Давай, малыш, всё хорошо. Рассказывай, как тут поживают отшельники.
– Мы? Нормально…
– Мы? Так значит, не один тут проказничаешь по лесам, пугая путников? Я уж подумал ты разведчик Навуходоносора.
– Нет, что вы, я же пипт! – более уверенно заявил паренёк.
– Национальность ещё ни о чём не говорит, – Ашер приобнял парня и направился в сторону, откуда его привели. – В Рижане есть головорез по имени Карл. Он поднял восстание против короля Людовика, слыхал?
Фат помотал головой, в то время как они шли по лесу. Отряд двигался следом. Мелк чувствовал себя чужим в этом отряде. Он не понимал, что происходит.
– Ашер! – позвал Мелк. – Зачем мы туда идём?
– Проведём мальца и отправимся в путь, – спокойным тоном ответил тот. – Ты же не хочешь, чтобы он заплутал?
– Я не заблужусь, меня мама с детства научила ориентироваться в Лаате.
– Мать волнуется, поди, что её сынуля шастает один…
– Святые Ремесленники! Мы идём не в ту сторону.
– Ремесленники, – захихикал Ашер. – Давай указывай куда?
Парень доверился незнакомцам. Вскоре они вышли к деревянному старому домику. Покой нарушили южане. Во дворе замычал скот, а в сарае закудахтали куры. Мужчины устремились к колодцу. Жажда завладела их умом, когда к ним вышла женщина.
– Кто вы? – спросила она, уронив ведро в испуге.
– Не нужно нас бояться, милая девушка. Мы свои люди, – заверил её отряд.
– Что вам надо?
– Кувшин молока, пару яичек и курочку с собой, – высказал заказ Балаам.
Ашер закатил глаза. Балак засмеялся своим неестественным смехом.
– Хорошо, берите и уходите.
Нур-Адад сел точить кинжал. Женщина пошла в дом собирать провизию. Кефа зашёл к ней. Грохот посуды оповестил о распускании рук громилы. Десятник подскочил к Ашеру.
– Что происходит?
– Ты что, девственник? Я не твой отец, чтобы рассказывать о нуждах мужчины.
– У нас миссия!
– Небольшой перерывчик ей не повредит. Пойди, погуляй.
Мелк кипел от гнева. Он стал вожаком кучки недоумков, которых заботил лишь звериный инстинкт. Крики женщины не давали покоя. Мужчины сменяли друг друга, пока десятник страдал от мук совести. Все участвовали, кроме него и Адада. Молчаливого воина волновала только исправность оружия.
– А куда подевался Фат и Балак? – вдруг осенило Мелка.
Балак вернулся тут же, но один. Руки были в крови. Лицо искажала гримаса сытого кота. Он стругал палку. Вскоре его коллекция пополнилась ещё одной куклой.
Отряд покинул дом. Они шли, предаваясь воспоминаниям, и лишь один страдал от них. Он не осмелился спросить. Боялся поинтересоваться, жива ли мать Фата?
– О Боже! – вдруг остановился Ашер. – Ребята, мы плохие гости! Даже имени у хозяйки не спросили.
В отряде раздался смех. И вновь вкус желчи во рту десятника. Такое впечатление не ржавеет. Нет, они даже не звери. Хуже: они – отряд Бараба.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?