Текст книги "Время желаний"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vremya-zhelaniy-124414.jpg)
Автор книги: Иван Кузнецов
Жанр: Городское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Не будь утреннего покушения, я не принял бы предложение Джованни, однако сбитый самолет вынудил пойти на сотрудничество. Опыт подсказывал: одному мне не справиться. Не тот уровень сил.
А еще меня беспокоила Меган. Я не мог понять, зачем Джованни навязал мне напарницу. Толку от нее ноль, несмотря на афишированные таланты. Проследить за моими действиями? С какой целью? Я не собирался играть с Инквизицией. Сделка меня устраивала, и свои обязательства я выполню. Да и прошлое наше сотрудничество вышло плодотворным.
Никаких причин сомневаться в моей добросовестности у Джованни не было. Выходит, он ожидал чего-то, что могло побудить меня пойти на обман, рисковать своим именем перед лицом Инквизиции. Любопытно.
Я почувствовал легкое колебание Силы, но не стал оборачиваться.
– Интересная книжка? – Меган – как ей казалось, незаметно, – подошла со спины.
– Посредственная. – Я закрыл одноразовое чтиво и отправил его в урну.
– А вам не кажется, что выкидывать книги в мусорку непедагогично? Вот научите меня плохому!
Я потянулся, разминая плечи.
– Ты уже взрослая девочка. Сама решишь, что выкидывать, а что нет. Что по делу?
Меган фыркнула, однако пикироваться не стала.
– Илья Герасимов в Симферополе. Вечером пойдет в ночной клуб – часа через два, не раньше. Если поедем сейчас, застанем его дома. Или можно сразу в ночной клуб подрулить. – В голосе Меган неожиданно прозвучали просительные нотки.
– Зачем? Никогда не бывала в российских клубах?
– Крым – не Россия.
– Я слышал другие прогнозы.
Меган кивнула.
– Да, он присоединится к России через полтора года. Но до тех пор он – территория Украины, и знание будущего не дает вам право экстраполировать его на настоящее.
Я с любопытством посмотрел на враз ставшую серьезной девушку.
– Откуда ты?
– Какая разница. Я – Иная, я – Инквизитор. Место моего рождения не имеет значения.
– Но ты выучила русский?..
– И еще двенадцать языков. Это облегчает коммуникацию. Удивительно, правда?
Я только покачал головой.
– Ничего необычного не заметила?
Меган замялась и нехотя добавила:
– Там какая-то петля странная. Никогда такой раньше не видела.
– Петля?
Меган наморщила лоб.
– Ну, не петля. Петелька, может. Прозрачная. Почти невидимая. Как будто линия судьбы закольцована. Уходит на пару дней назад, потом продолжается.
Мне стало неуютно. Я знал, откуда в линиях судьбы возникают такие «петельки».
– Когда возникнет кольцо?
– Не знаю. Скоро. Может, через полчаса, а может, через час. Вы же знаете, предвидение не секундомер, чтобы точно предсказывать…
– Ты можешь провесить портал до Симферополя? – перебил я.
– Чего? – ошарашенно взглянула на меня Меган. – Нет, конечно!
– А дежурные? Те, что остались в квартире.
– Не знаю. Наверное, смогут…
– Пойдем. Быстрее.
Меган смотрела на меня, как на сумасшедшего.
– Минуту назад вы никуда не спешили.
– Минуту назад не было повода.
* * *
К чести дежурного Инквизитора, он не стал задавать лишних вопросов. Уж не знаю, какие инструкции оставил ему Джованни, но моей просьбы оказалось достаточно. Он лишь уточнил конечную точку назначения и сообщил, что на создание портала уйдет четверть часа.
Не страшно, хоть и не так быстро, как хотелось бы. Впрочем, работа с порталами – штука тонкая. А уж на таких расстояниях и вовсе ювелирная. Одна неточность – и точка выхода окажется в десятке метров над землей. Или под – что гораздо хуже.
Пока Инквизитор выверял траекторию с помощью похожего на сферическую астролябию прибора, я обдумывал план дальнейших действий. Меган предложила связаться с Дозорами, и после недолгого колебания я согласился.
Вера в собственные силы – штука хорошая, но подстраховка не помешает. Да и, говоря по правде, надеяться на свои силы сейчас попросту глупо. Падение с самолета здорово прочищает мозги и избавляет от иллюзий по поводу собственного могущества. А случись заварушка, дозорные позволят мне по крайней мере сбежать с поля боя. Ну, не сбежать – тактически отступить, если вам нравятся красивые формулировки.
– Готово, – сообщил Инквизитор.
– Ночной Дозор выехал, – эхом откликнулась Меган.
Я молча проследовал в спальную комнату, где открыли портал. Окно перехода вышло совсем небольшим. Мне пришлось пригнуться, чтобы втиснуться в бликующий серый овал. В следующую секунду я невольно взмахнул руками, потерял равновесие и упал на сухой плешивый газон.
Как Инквизитор ни старался, рассчитать высоту не удалось, портал открылся в полуметре над землей. Прыжок с такой высоты – сущий пустяк, если видишь землю. Но когда она внезапно исчезает из-под ног, устоять практически невозможно.
Вышедшая следом Меган взвизгнула и растянулась рядом. Зашелся лаем рыскавший в соседних кустах пес. Его хозяин недоуменно посмотрел на любимца и для порядка дернул за поводок. Для людей мы не существовали, как и зыбкое марево закрывающегося портала. А вот на пса сфера отторжения не подействовала. У животных свои отношения с большинством заклинаний.
Я поднялся и как мог почистил брюки. Меган, поплевав на платок, сосредоточенно терла коленку. Выглядели мы в эту минуту довольно жалко. Хорошо хоть оценить внешний вид великих сыщиков было некому.
Я огляделся. В Симферополе мне доводилось бывать лишь проездом. К счастью, ориентироваться на местности не требовалось. Прибитый к стене дома номерок подтверждал, что «по длине» создатель портала не промахнулся. Разве что высадил нас у последнего подъезда, когда требовался первый.
Ночной Дозор пока не подъехал; несмотря на хвалебные отзывы, парни оказались нерасторопными. Однако помощи вроде пока и не требовалось. Я не чувствовал колебаний Силы, по двору не сновали подозрительные личности. Пара случайных прохожих, стайка подростков, под пиво неуверенно тискающих одноклассниц, надрывающий глотку пес и его растерянный хозяин, бабки на скамейке, с опаской косящиеся на рвущееся с поводка животное.
Для порядка я выглянул в Сумрак. Дом преобразился, враз утратив жилой вид. Теперь он больше походил на жертву военных действий: пустые темные окна, покрытые выбоинами стены, глубокие, похожие на морщины трещины. Рядом с приютившей старушек скамьей проступили пятна синего мха. Видать, не первый год там заседают.
Невдалеке промелькнула прозрачная тень: Меган мимолетно заглянула на первый слой и тут же отступила обратно. Надо сказать, весьма умело.
Правда, смотреть оказалось не на что. Возможно, я и впрямь перебдел. В конце концов, мы могли спокойно приехать сюда на машине. Ночной Дозор подержал бы Герасимова до нашего прибытия.
– А с чего вы вообще решили, что это он? – скептически спросила Меган.
– Интуиция.
– И только?
– Не только. – Я зашагал к первому подъезду.
– А с чего вы решили, что он не в этом подъезде?
– С того, что дом девятиэтажный. Значит, семнадцатая квартира находится в первом подъезде.
– А остальное?
– Здравый смысл. Если бы тебе понадобился чужой телефон, как бы ты поступила?
– Попросила бы у кого-нибудь. Или потребовала, у нас есть право применять магию в особых ситуациях. – Меган догнала меня и пристроилась рядом.
– Именно. И большинство Иных поступили бы так же. А он украл, без использования магии. Для него это привычнее. Причем не просто привычнее – у него и квалификация соответствующая. «Подрезать» телефон, чтобы хозяин не заметил, не так-то просто. Особенно для Иного, на которого люди невольно обращают внимание.
– И что это значит?
– Что он так или иначе связан с уголовным миром. Кстати, не задумывалась, как он увидел лишенную аур семью? Они из дома не выходили.
– И как же?
– Думаю, он просто хотел ограбить квартиру. Однако отсутствие аур сыграло злую шутку, парень ничего не почувствовал и решил, что дома никого нет. Дверь-то была заперта. А потому он сделал то же, что твои друзья-Инквизиторы, – прошел через Сумрак. И к своему удивлению увидел хозяев. Причем весьма необычных.
Меган фыркнула.
– Да ну, бред. Иной-грабитель… Что за чушь?!
– Подчас у Иных бывают очень странные хобби. – Я замедлил шаг.
– И что дальше? – не сдавалась Меган. – Вся ваша теория шита белыми нитками. Но пусть даже так. При чем тут Герасимов?
– При том, что подобные увлечения свойственны людям с определенным прошлым. Видишь ли, люди не становятся Иными в момент инициации. Особенно если у них невысокий уровень. На осознание того, что ты больше не человек, нужно время. Поначалу многие воспринимают свои способности просто как некий бонус. Мелкий воришка остается мелким воришкой, только теперь он может проходить сквозь закрытые двери.
– И Герасимов…
– Кандидатов было двое. Второй – вампир из Ялты, до инициации успел год отмотать в колонии. Герасимов же детдомовец. Несколько приводов в милицию плюс полгода в исправительном учреждении, где, собственно, и произошла спонтанная инициация. Шестой уровень.
– И почему ты выбрал его, а не вампира?
– Догадка. У Герасимова в числе хобби указан настольный теннис. В квартиру он проник в воскресенье, во второй половине дня. По воскресеньям в Алуште проводится турнир выходного дня – небольшое соревнование среди любителей. Я спросил у организатора, знаком ли им Герасимов. Тот подтвердил, что Илья принимал участие в воскресном турнире. После чего сомнения отпали. Наш друг сочетал приятное с полезным. Утром турнир, после обеда, когда отдыхающие идут на пляж, – дело.
Я остановился. До подъезда оставался десяток шагов.
– Ничего не чувствуешь?
Меган сморщила носик. Затем коснулась свободно болтавшегося на руке тонкого серебряного браслета. Амулет едва заметно засветился.
– Ничего не ловится, – помедлив, заявила она. – А что?
– Не знаю. Не уверен…
Я и впрямь не знал, что заставило меня насторожиться. Неуловимое касание ветерка? На миг потускневшие краски? Чей-то беззвучный шепот?
Закончить самоанализ я не успел. Запищал магнитный замок, тяжелая стальная дверь распахнулась, и из подъезда бодрым шагом вышел Илья Герасимов.
Выглядел он взрослее, чем на фотографии, возможно, из-за ухоженной рыжей бородки. Одет по-спортивному: кроссовки, черные джинсы, футболка с хищной волчьей мордой и темно-синяя бейсболка. В ушах наушники, на шее золотая цепь и золотой же перстень на мизинце.
Не обращая на нас никакого внимания, парень сбежал по ступенькам подъезда и бодро зашагал прочь. Будь я один, прошел бы за ним пару кварталов. Просто на всякий случай. К сожалению, меня сопровождала Меган.
– Илья Герасимов? – Инквизиторша сделала несколько шагов вперед. Парень недоуменно оглянулся. Заметил девушку, вразвалочку подошел к Инквизиторше и вытащил правый наушник.
– Ну, здравствуй. Прогуляемся? – В голосе не звучало и тени тревоги от того, что незнакомка назвала его имя. На меня он вообще не обращал внимания.
– Инквизиция, – сухо представилась Меган. – У нас к вам несколько вопросов.
Ни малейшей реакции. Парень продолжал ухмыляться и открыто разглядывать фигуру девушки. Отнюдь не платонически.
– Я в клуб, – сообщил он. – Или хочешь, возьмем пива и пойдем ко мне? – Он качнул головой в сторону подъезда.
На лице Меган появилась растерянность.
– Илья Герасимов, – повторила она, – прекратите паясничать. Я сотрудник Инквизиции. У нас есть вопросы по поводу вчерашнего телефонного звонка в Дневной Дозор.
– Чё ты меня грузишь! – Герасимов попытался поймать ее за руку, но Меган в последний момент отпрянула. Кажется, к подобным нештатным ситуациям ее не готовили.
– Прекратите немедленно! – выкрикнула она в отчаянии. – Я требую! От имени Инквизиции!
– Илья, – негромко позвал я.
Парень дернулся, заозирался, пытаясь понять, откуда раздался голос. У меня мелькнула догадка, которая очень мне не понравилась. Я снял сферу отторжения и с растущим беспокойством проследил, как вытягивается лицо парня. Все его нахальство в момент улетучилось, на смену пришел страх. Естественная в общем-то реакция человека. Но не Иного!
Сфера отторжения – одно из базовых заклинаний, о нем знают даже зеленые новички. Мага шестого уровня таким не удивить и тем более не напугать. Однако беспокоили меня вовсе не трясущиеся поджилки юного ловеласа. Заклинание работало. И вот это было действительно плохо.
Сфера отторжения не действует на Иных. Даже Высший маг не сможет оттолкнуть ею инициированного днем ранее новичка. Не важно, сколько в нее вложено энергии, не важно, сфокусировали ее на человеке или предмете. У Иных иммунитет к такого рода штучкам. Иммунитет, которого Илья Герасимов по какой-то причине лишился.
Я взглянул на него сквозь Сумрак. Никаких сомнений – передо мной стоял Иной. Ровная темная аура, минимальные расхождения с рисунком (запечатлеть на фото, увы, невозможно) из личного дела. А потом я заметил паучков.
Маленькие полупрозрачные твари разбегались по ауре, лопались, разделяясь на несколько крошечных копий, которые на глазах вырастали до размеров родителя. Подросшие пауки вгрызались в светящийся ореол, от чего на гладкой поверхности ауры появлялись серые язвы. В считаные секунды она покрылась грязной коростой, сияние померкло.
Я не понимал, что происходит. Даже не слышал о подобном. Аура Иного гасла, превращалась в рваную накидку, сквозь дыры которой утекала жизнь. Меган судорожно сглотнула и шепотом спросила:
– Что с ним? Что это?
– Илья, – громко позвал я. – Илья, с кем ты только что общался? Как выглядел этот человек?
Парень моргнул и непонимающе уставился на меня.
– Ты кто такой? – грубовато спросил он. – Чего тебе надо?
– Илья…
– Какой я вам Илья?! Вы за кого меня принимаете? Меня зовут… – Он запнулся, недоуменно уставился на свои руки, словно видел их впервые в жизни.
Я ударил. Грубым, жестоким заклинанием, которое применял лишь несколько раз. Глаза парня остекленели, лицо утратило выражение. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался только хрип. Из уголка рта побежала струйка слюны.
– Что вы делаете? – выкрикнула Меган.
– Не мешай! – Я искренне надеялся, что она заткнется и не станет вмешиваться. У меня не было времени что-либо объяснять. Не сейчас, когда единственный свидетель умирал на наших глазах. Потом мир померк.
Короткий полет. Пустота. Обрывки. Картинки. Клочки мыслей… Я с трудом продирался сквозь разлагающееся сознание Герасимова. На месте последних минут жизни – зияющая дыра. Кто бы ни сотворил пауков, он позаботился о том, чтобы они уничтожили всякое упоминание о его личности.
Но я и не пытался восстановить недавние события. Меня интересовало прошлое. Теннисный турнир. Пляж. Окунуться в море. Провал… Я-Илья иду по горячему тротуару и пью «Ягуар». Провал… Сумрак – ненавижу, всегда жаркий, всегда липкий, но он помогает проходить сквозь закрытые двери. Зачем? А почему бы нет? Весело. Туристы – чужие. Лохи. Обмануть весело. Грабить весело… Провал. Растерянность. Испуг. Не увидел, не почувствовал. «Морфей»! Не действует. Сидят. Смотрят. Не боятся. Безразличные. Как коровы. Запах. Резкий, терпкий. Свет. Странный. В Сумраке. Вне Сумрака. Сквозь Сумрак… Провал. Провал. Провал…
Я попытался еще раз вскрыть чужую память, но на месте воспоминаний порхали лишь темные бессвязные картинки. Затем пропали и они.
Я открыл глаза. Илья сидел на газоне, тупо глядя перед собой. Меган придерживала его голову и пыталась разогнать стайки прожорливых паразитов. Разумеется, безуспешно.
Пошатываясь, я подошел и сел рядом. Перед глазами пульсировали разноцветные круги.
Прочесть мысли Иного почти невозможно, это искусство доступно лишь Великим и требует особой связи. Как между учителем и учеником.
Однако чужой разум – лакомый объект. И за тысячелетия Иные придумали немало способов обойти естественную преграду. По крайней мере частично. Ментальное подчинение вампиров, всевозможные сыворотки ведьм или слияние разумов, подобное тому, что применил я.
Беда насильственных способов в том, что они в той или иной степени необратимо разрушают объект воздействия. Будь Илья Герасимов в порядке, мое вторжение оставило бы в его памяти белое пятно в пару месяцев глубиной. Не считая мелких кратковременных последствий вроде заикания или частичного паралича.
Впрочем, будь Герасимов в порядке, я бы никогда не применил подобного заклятья, ибо за такое полагается развоплощение. По-хорошему, мне не стоило вмешиваться и сейчас, целее будешь. Но я увлекся. К тому же было интересно, насколько велик кредит доверия, выданный Джованни.
– Да помогите же, – едва слышно прошептала Меган. Я покосился на Герасимова. На бессмысленный взгляд, на сбегающую из уголка губ тонкую струйку слюны, изъеденную серую ауру, похожую на слепленное из газет папье-маше.
– Он мертв.
– Он дышит!
Я покачал головой.
– Недолго осталось. Сознание полностью разрушено. Скоро начнут отказывать рефлексы. Потом остановится сердце. Он мертв.
– Да как вы можете! – Показалось, Меган влепит мне пощечину. Но она только сжала кулаки.
Я пожал плечами.
– Ты не сможешь спасти всех, кого хочешь. Привыкай. Как привыкают остальные.
– Какой же вы все-таки подлец. – В глазах Меган стояли слезы. Светлая Инквизиторша, оплакивающая Темного жулика…
Она осторожно опустила Герасимова на землю и со злостью на меня посмотрела.
– Пойдемте! Это заклятье действовало очень быстро. Значит, его наложили недавно. Убийца все еще там. – Она решительно направилась к подъезду.
– Нет.
Меган остановилась, словно врезалась в стену.
– Я туда не пойду. Дождемся Дозора.
– Что, испугались? – ненатурально рассмеялась она.
– Можно сказать и так. У меня нет никакого желания ловить за руку мага, творящего подобные заклинания. Но если тебя утешит – не думаю, что он прячется в квартире жертвы. Убийца сделал свое дело и ушел. Через портал или высокие слои Сумрака – не важно. В доме ему оставаться незачем. Впрочем, я все равно не собираюсь рисковать, поэтому останусь здесь. И ты тоже.
Вид у Меган был такой, словно она готовилась наброситься на меня с кулаками. Или разрыдаться. А может быть, то и другое одновременно. Но она просто села на лавку и стала ждать.
* * *
Дозорные прикатили через пять минут или спустя полчаса, если считать от звонка Меган. Не сказать, что слишком быстро. Зато на оперативников Светлые не поскупились – четверо Иных в полной боевой выкладке. Для провинциального Дозора совсем неплохо.
Пока Инквизиторша вводила их в курс дела, пока они пытались привести Илью в чувство с помощью какого-то целебного амулета, пока обыскивали подъезд, я так и сидел на газоне. Пелена перед глазами развеялась, однако любое резкое движение вызывало тошноту. Прогулки по дебрям чужого сознания никогда не давались легко.
Все это время неподалеку отирался белобрысый парень лет тридцати. Маг, навскидку уровня пятого-шестого. Зачем его приставили ко мне, ума не приложу. Задумай я какое злодейство, он даже пискнуть не успеет, не то что позвать на помощь.
Следователи вернулись через полчаса. Герасимов еще дышал, но глаза были закрыты, и, судя по бледнеющей ауре, смерть стояла на пороге. Посовещавшись, Светлые перенесли его на заднее сиденье старенького «опеля». Меня они старательно игнорировали.
– Нашли что-нибудь? – Вопрос был риторическим. Просто ужасно не хотелось вставать, и я решил потянуть время.
Худощавый сутулый мужчина с узким интеллигентным лицом обернулся.
– Нет, квартира пуста, подъезд тоже. И крыша. Никаких следов магии, никаких изменений в течении Силы. Магический заряд жильцов дома не отличается от среднего по городу.
Последнее уточнение было ценным. Выходит, убийца не подпитывался от окружающих. Либо готовил заклинание заранее, либо хватило собственных запасов. Последний вариант выглядел пугающе. Сложные заклинания энергоемки, на их создание уходит очень много сил. А ведь убийца приберег что-то и для отступления.
– Спасибо.
Светлый кивнул и сел за руль. Особой неприязни я не ощутил, но общаться со мной дольше, чем требует элементарная вежливость, он не собирался. Подошла Меган. Эмоции схлынули, теперь ее лицо не выражало ничего.
– Вам придется объясниться, – сухо потребовала она. – Вторжение в чужой разум, использование запрещенных заклинаний, отказ в содействии сотруднику Инквизиции.
Я с иронией посмотрел на девушку. Общение со Светлыми коллегами явно не пошло ей на пользу. К счастью или несчастью, у меня не было желания препираться.
– Да, конечно. – Я медленно поднялся. – Мы можем зайти в квартиру Герасимова. Ему она больше не понадобится.
Она дернулась, как от пощечины. Хотела что-то сказать, но передумала.
– Я позвоню Джованни.
– Валяй.
Звонок не отнял много времени, как и реакция на него. Над злополучным газоном раскрылся еще один портал, куда более выверенный, в шаге от земли. Джованни, в светлом летнем костюме и почему-то с тростью, явился лично.
– Не слишком экономный расход ресурсов, – заметил я.
Инквизитор отмахнулся.
– Рассказывай, – коротко бросил он.
– Разговор будет долгим, – предупредил я. – Лучше подняться в квартиру Герасимова.
Инквизитор кивнул. В отличие от помощницы моральных терзаний он не испытывал. Сапоги мертвеца оставались для него просто сапогами.
Мы обосновались на кухне. Я бегло осмотрел трехкомнатную квартиру. Судя по свежему ремонту, Герасимов купил ее вскоре после становления. Улучшение личного благосостояния – первое, чем занимаются новоиспеченные Иные наравне с местью и возвращением старых долгов. Разумеется, если мы говорим о Темных Иных.
Квартира выглядела ровно так, как я представлял. Одна комната пустовала. Вторая, жилая, была под завязку забита электроникой. На стенах висели плакаты с полуголыми девицами, на полу под гигантской плазменной панелью стояла пара пустых бутылок из-под пива. В третьей комнате раскинулась огромная кровать с водяным матрасом.
– Держу пари, в ванной джакузи, – пробормотал Джованни.
Мы обосновались на кухне, на удивление скромной.
Чая найти не удалось; похоже, хозяин пил только кофе. Зато бар оказался забит под завязку. Большинство бутылок были початы.
Брезгливо морщась, Джованни долго перебирал купленную юношей выпивку. Меня по-прежнему мутило, и потому от алкоголя я воздержался. Хорошо, в холодильнике нашлась минеральная вода. Меган демонстративно проигнорировала наш выбор. Села на табурет, прислонилась к стене и уставилась в окно.
– Ну, рассказывай, – задумчиво разглядывая одну из бутылок на просвет, произнес Джованни.
Я коротко поведал о событиях последних часов. Инквизитор слушал не перебивая.
– Ты должен понимать, что вторжение в чужой разум – тяжкое преступление, – сказал он, когда я закончил рассказ.
– Времени не оставалось. Его сознание разрушалось на глазах. Я рассчитывал вытащить хоть что-то, имеющее отношение к делу.
– И как, вытащил? – полюбопытствовал Джованни.
– Думаю, да. Мне нужен час, чтобы трансформировать воспоминания в запись.
Джованни кивнул.
– Не буду мешать.
Он поднялся и ушел в другую комнату. Я услышал, как забормотал телевизор. Меган оторвалась от окна и равнодушно следила за моими манипуляциями. Что ж, дело ее.
Строго говоря, перенести воспоминания на материальный носитель невозможно. Сотни магов пытались решить эту проблему на протяжении столетий. В итоге не преуспел никто.
Человеческое сознание было и остается одной из главных тайн мироздания. Ты можешь прочесть чужие мысли, можешь даже ненадолго взглянуть на мир чужими глазами. Но ни один кристалл в мире не способен сохранить увиденное.
Однако передо мной стояла задача попроще. Я собирался показать Джованни только одну, вполне конкретную вещь. Можно сказать, рисовал по памяти. Только память была чужой, а вместо кисти использовались линии Силы.
Создание слепков не входило в список постоянных магических практик, и потому вместо обещанного часа пришлось провозиться все три. Когда я закончил, пот лил в три ручья. Энергии на создание «картины» ушло не меньше, чем на полноценное Марево Трансильвании. Зато результатом мог бы гордиться любой: разница с оригиналом была минимальна.
Я поставил носитель слепка – хрустальную вазу, невесть как оказавшуюся в квартире, – в центр стола. Прошел в ванную и десять минут с закрытыми глазами стоял под циркулярным душем. Вопреки прогнозу Джованни джакузи там не оказалось. Только кабинка с гидромассажем.
Когда я вернулся, Инквизиторы сидели за столом. Джованни разглядывал вазу с откровенным любопытством, Меган старательно изображала безразличие.
На улице стемнело. Щелкнув выключателем, я погасил свет, в полумраке подошел к столу и провел над вазой ладонью. Вспыхнули миллионы крошечных огоньков, вспорхнули, заполнили помещение. В комнате повис прозрачный янтарный туман.
Джованни скептически хмыкнул. Потом взглянул на туман через Сумрак и озадаченно потер подбородок.
– Насколько точна копия? – спросил он.
Я пожал плечами. Вопрос был риторическим.
– И ради этого ты сжег ему мозги? – не выдержала Меган.
– Мозги ему сжег не я…
– Меган, не суди так категорически, – вмешался Джованни. – Строго говоря, тут очень любопытный феномен.
– Что в нем любопытного? Просто свет! Любой маг может создать подобное!
Джованни улыбнулся.
– Нет, Меган, далеко не любой. Если не веришь, попробуй повторить на досуге.
– И что же в нем особенного?
– А ты выгляни в Сумрак, – посоветовал я.
– И что я должна увидеть? Там такой же свет.
– Вот именно, – вновь вмешался Джованни. – Картина одинакова и в реальном мире, и в Сумраке. Заклинания, которые «просвечивают» сквозь несколько слоев, можно пересчитать по пальцам. Все они относятся к высшей школе магии. Жаль, Герасимов выглянул только на первый слой. Интересно, сохранилось ли свечение на втором?
– Думаю, да, – ответил я. – Только вряд ли это заклятье как таковое. Больше похоже на постэффект.
Джованни кивнул.
– Я тоже так думаю. Что порождает еще больше вопросов. Если даже постэффект наблюдается на нескольких слоях Сумрака, насколько мощным должно быть оригинальное заклинание?..
– Полагаю, достаточным, чтобы содрать с человека ауру.
Воцарилось молчание. Джованни задумчиво разглядывал вазу. Меган недовольно переводила взгляд с него на туман. Кажется, наше объяснение важности феномена ее не удовлетворило.
– Обвинений в твой адрес мы выдвигать не будем, – наконец резюмировал Джованни. – На сколько хватит заряда вазы?
– Час. Может быть, чуть больше. – Я щелкнул по рифленому хрусталю. Огоньки, помедлив, втянулись внутрь.
– Слепок я заберу, – сказал Джованни, – покажу аналитикам. Возможно, найдут что-нибудь в архивах. Ты ведь не знаешь, какое заклинание использовалось?
Я покачал головой.
– Не имею ни малейшего представления.
– Меган, включи, пожалуйста, свет, – обратился к девушке Джованни. – И очень тебя прошу, сходи купи нормального вина. Эти помои невозможно пить.
Если бы взгляд мог испепелять, от Джованни осталась бы горка черного пепла. Хотя, возможно, в темноте он просто утратил магическую силу. К чести Меган, вслух она ничего не сказала. И даже входной дверью не стала хлопать, аккуратно прикрыла ее за собой.
– Воспитанная девочка.
Джованни поморщился.
– Юра, что происходит?
– Это не Тигр. Я подозревал с самого начала, а теперь почти уверен. Одно дело – заявить о своем прибытии, лишив ауры одного человека, другое – стереть всю семью. К тому же Тигр делал свое дело тихо, а тут для стирания использовалась магическая бомба. Да и убийство Герасимова… Не вяжется оно с посланником Сумрака.
– Возможно, ты прав. – Джованни вздохнул. – Кому вообще понадобилось стирать ауры?
– Неправильно ставишь вопрос. Не «кому», а «зачем»? Найдешь мотив – найдешь и преступника.
– Господи, Юра, не скатывайся до уровня бульварного чтива.
– А этот принцип потому и стал стержнем детективных историй, что работает.
Инквизитор смерил меня мрачным взглядом, но развивать тему беллетристики не стал.
– Как ты догадался, что на Герасимова нападут? – спросил он.
– Почти случайно. Меган просматривала линию его судьбы и увидела петлю. Такие возникают, когда сознание индивида повторно переживает собственное прошлое. Ты как почетный Инквизитор должен знать. Круг истины – ваше изобретение. Правда, я не ожидал, что стану автором заклинания…
– Выходит, Меган, сама того не зная, сумела предсказать твои действия, – пробормотал Джованни. – Сильна…
Я кивнул.
– Сильна. К сожалению, действий нашего противника она по-прежнему не видит. Что дает нам два возможных объяснения. Либо его уровень заметно выше моего, либо Меган играет на чужой стороне.
Лицо Джованни покраснело. Самообладание никогда не было его сильной стороной, но впервые за много лет я видел Великого Инквизитора по-настоящему растерянным.
– Юра, какого черта?! Не может… – Он шумно выдохнул. – Нет, я серьезно, нельзя же подозревать всех. Меган не могла… У-уф.
Признаться, смятение Джованни меня озадачило. Я готовил небольшую провокацию, но результат получился совершенно неожиданный. У Инквизитора определенно имелись собственные мысли на этот счет, и моя версия с ними резонировала.
– Я тоже склоняюсь к первому варианту, – миролюбиво согласился я. – Способность стирать ауры, разрушающее разум заклинание, сбитый самолет… Тут поработал очень сильный и очень подготовленный Иной. Не думаю, что кто-то из нас способен прочитать его действия. Хотя… Вы не пробовали привлечь ту московскую чудо-девочку?
На лице Инквизитора отразилась целая гамма чувств: облегчение, что я не стал развивать тему Меган, согласие с моими предположениями и раздражение при последних словах. Видимо, Абсолютная волшебница оказалась больной темой.
– Поверь, что возможно, делается, – сухо ответил он.
– Вот и чудно. – Я зевнул. – Полагаю, на этом все? Я был бы безмерно благодарен, если бы вы открыли портал до Самары. Или организовали билет на ближайший самолет.
Джованни меланхолично побарабанил пальцами по столешнице, повернулся к окну и, не глядя на меня, произнес:
– Я попросил бы тебя остаться.
Надо сказать, я ожидал чего-то подобного. Жаль, что это как раз тот случай, когда собственная прозорливость не приносит радости.
– Прости?
– Задержись в Алуште на пару дней. – В голосе Джованни прозвучали просительные нотки. – Погода, сам видишь, отличная. Гостиницу мы организуем по высшему разряду. Или квартиру, если тебе так удобнее.
– Погода – это прекрасно, но меня ждут дела, – с сожалением сказал я.
Джованни всплеснул руками.
– Юра, ну какие дела?! Ты в отпуске, наверное, сто лет не был. Позвони, назначь зама, а сам отдохни, развейся. Море, солнце, загорелые юные нимфы…
Кажется, Джованни понесло. Я скептически посмотрел на Инквизитора.
– Нет уж, карты на стол. А то сейчас выяснится, что вам и Герасимов не нужен, и вы просто надеялись задержать меня на неопределенный срок.
Джованни неожиданно рассмеялся.
– Все-таки, Юра, ты параноик. Нет, Герасимов ценен сам по себе. Хотя, признаюсь, не ожидал, что ты вычислишь его так быстро. Относительно карт выкладывать особо нечего. Меган сказала, что ты должен остаться.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?