Читать книгу "Мистер Невыносимость 3 – За гранью бездны"

Чем дальше я слушала, тем больше меня одолевал ступор.

Бессердечный!

– И ты думаешь, Вики обрадуется, узнав, каким способом получила орган? Она и так травмирована. Ты ведь знаешь, что её мать-алкоголичку забил до смерти любовник. Вики тогда пряталась в шкафу и стала свидетелем убийства собственной матери. Её нашли еле живую. Викторию толком не кормили и не поили, она в пять лет едва ходила и почти не умела разговаривать!

– Она умирает! – парировал Лоурен с нажимом. – Это сказала ты, помнишь?

– Но так нельзя! – вырвалось у меня. – Ты не сможешь всю жизнь врать ей, откуда взялась почка! Неужели ты думаешь, что она поверит, будто с неба свалилась такая удача?

– А почему нет? В её состоянии легко поверить в чудо.

– Лоурен, ты же это не серьёзно! – ужаснулась я.

– Вполне, – спокойно ответил он.

– Я, конечно, знала, что ты безжалостный манипулятор, но твой план омерзителен!

Мне не хватало слов и воздуха, чтобы описать всё отвращение к ситуации и к нему самому. Однако по моему лицу всё было видно. И, кажется, это его задело.

– У тебя есть другие предложения? Тогда давай – вперёд! Ты же хочешь, чтобы Вики жила? Я сказал, что сделаю всё возможное и невозможное, и я сделал. Разве методы имеют значение, когда на кону жизнь?

– «Ложь во благо»?! – взорвалась я. – Не ври себе! Тебе так проще: не придётся объясняться перед Вики и убеждать её, что лучше взять орган у своей преступницы сестры, про которую она не знала, чем тихо умереть. Ты откупаешься деньгами; тебя не волнует судьба незнакомого человека, а вот её, может быть, очень даже волнует. Вырезать орган – это не выдернуть зуб. Да, возможно, Шанталь и правда плохой человек, но она рискует здоровьем. И только Вики решать, хочет ли она принять такую жертву. Ты отнимаешь у неё право выбора. Какая бы ни была Шанталь, она кровная сестра Виктории. Единственная. Вики должна знать правду.

Глаза Лоурена начали сверкать дьявольским огнём. Сейчас было легко прочитать его: в определённых ситуациях эгоизм Лоурена очевиден даже слепому.

– И что с того? – бросил он с вызовом. – Я не дам ей умереть. И да – я исключу все возможные риски. Не позволю, чтобы что-то пошло не так из-за каких-то высоких идеалов и нравственных принципов. Право выбора? Не в этой ситуации! Вики несовершеннолетняя и не в том состоянии, чтобы здраво мыслить. Не пытайся доказать мне обратное, потому что ты не меньше меня хочешь, чтобы она жила!

– Не надо приплетать сюда меня! – крикнула я, возмущённо.

Он начал переводить стрелки. Мы знали самые больные места друг друга, и это пугало не меньше, чем злило.

– А разве я не прав? Хочешь сказать, лучше дать ей умереть и молча страдать? Ты хочешь страдать?

– Прекрати прикрываться Викторией! – отрезала я. – Прекрати вести себя так, будто знаешь, что я чувствую. Сейчас речь не обо мне и не о тебе, а о ней и о её сестре!

– Я знаю, что ты чувствуешь, а ты знаешь, что чувствую я, – возразил он уже спокойнее. – Поэтому ты так остро реагируешь на мои слова. Твоя привычка отрицать очевидное так раздражает! Когда ты уже вырастешь и научишься смотреть правде в лицо без розовых очков и этой сентиментальной мишуры? Это жизнь, Лина, а не кино и не роман, где всё закончится хорошо, если поступать «правильно». Я защищаю своих близких, и если понадобится, буду защищать их даже от самих себя.

– Лоурен, ты не Бог, чтобы держать всё в своих руках!

– Ты права, – холодно согласился он, – но некоторыми вещами я вполне могу управлять. Ты даже представить себе не можешь, насколько правда может быть ядовитой. Просто оставь это мне и не вмешивайся.

Повисло молчание. Спорить бесполезно – это было ясно ещё до начала перепалки. Лоурен такой человек: его решения – закон. Глупо было полагать, что я смогу как-то изменить это. Но я попыталась. Что ж. Хотя бы выяснила, как обстоят дела.

Я наклонилась вперёд, ближе к водителю.

– Остановите, пожалуйста, машину, – попросила я.

– Не останавливай, – приказал Лоурен и нажал кнопку на подлокотнике. Между нами и водителем поднялась перегородка.

Я бросила на него испепеляющий взгляд.

– Я хочу выйти! Попроси остановить машину!

– Ты не можешь уйти сейчас. Мы не договорили, – преспокойно ответил он.

– Я услышала всё, что хотела.

– Нет, не всё, – настаивал он, и вдруг выдал: – Я люблю тебя!

На мгновение потеряла дар речи.

– Ты… ты совсем с головой не дружишь? Что это? Попытка заткнуть мне рот?

– Попытка наконец донести до тебя, что я люблю тебя.

Мне показалось, что я что-то упустила в разговоре, но даже если бы у меня была возможность спокойно всё обдумать, я бы не разгадала его тонкий намёк. Он смотрел на меня пронзительно, заставляя прочувствовать серьёзность момента, чтобы я не свела всё в шутку и не попыталась снова сбежать.

– Признай, что между нами особая химия. Это настоящая любовь, которую ничто не разрушит. Я чувствую тебя, как никто другой, и ты чувствуешь меня. Так было с самого начала. Ты можешь обманывать себя дальше, даже встречаться с Натаном, но в итоге придёшь ко мне. Он – дешёвая замена. Ни с кем ты не будешь чувствовать то, что чувствуешь со мной.

– Зачем ты всё это говоришь? – воскликнула я. – Ты обещал подождать мой ответ, подождать, пока Виктории станет лучше. А сейчас? Давишь на меня? Ты сам сказал, что понимаешь, как я себя чувствую, тогда почему так поступаешь? Какое ты имеешь право?

– Никакого, – ответил он спокойно, – и я всё ещё жду твоего ответа. Я не давлю. Просто напоминаю. Не думай, что мне неважно твоё мнение; я тщательно взвешиваю каждое решение, обдумываю, как ты это воспримешь. Иногда и тебе нужно делать то же самое.

– Не вижу в этом смысла. Кажется, ты забыл, что ты для меня ничто. Если я пару раз дала с